24. Сюрприз для убийцы

За все время Сайману так и не удалось поговорить с Марой. Он несколько раз ловил ее, когда она оставалась одна, но на просьбы о разговоре она отвечала категоричным отказом или просто игнорировала его. Да и Зед не спал. Он словно чуял, что Сай был рядом, и объявлялся около Мары каждый раз с опозданием лишь в секунды, часто пугая своим неожиданные появлением из какого-нибудь темного угла.

А Зед поспевал везде. Он приглядывал не только за спокойствием Мары, но и следил, чтобы Сазгаус не вел себя странно. Как-то даже подошёл к Мире, чтобы разузнать, смогла ли она что-то выяснить. Но ту подкосила морская болезнь, поэтому она была не в состоянии что-либо спрашивать у духов или ещё кого.

К концу плавания Зед был так измучен, что позволил себе отдохнуть хотя бы ночью. Предварительно проследил, чтобы Сазгаус ушел в их с Мирой каюту, а так как он до сих пор не давал поводов подозревать его ещё больше, Зед только на эту ночь выдохнул. Да и Мара уже начала попрекать его в излишней напряжённости. Когда она устроилась спать, Зед просто плюхнулся рядом на подушку и почти сразу засопел сладким сном. На утро он и сам поразился, что смог настолько расслабиться. Даже не заметил, как Мара обняла его во сне, хотя всегда спал очень чутко.

Когда же они наконец прибыли в порт, Мира бежала от корабля, как от огня. И от порта с его запахом рыбы тоже. Хотя уже в этот момент она заподозрила, что никакая у нее не морская болезнь была, а что-то похуже. И каждое предположение было страшнее другого. Ей надо было с кем-то посоветоваться, только вот с кем? Кому ни скажи, предложат пойти в город, а это надо было дать огромный крюк и отсрочить попадание ребят в храм. Мира не могла так их подставить. На привале попробует ещё раз проанализировать все свои симптомы, чтобы найти решение.

По эту сторону залива не было леса, лишь бескрайнее море золотых полей и зеленых степей. Если их застанет дождь, то без способностей Саймана им даже негде будет укрыться. Да и солнце тоже не щадило, особенно в полдень. Хорошо, что с ними был Кон, который предусмотрел все возможные ситуации и взял побольше воды, чувствуя, что она пригодится на солнцепеке.

Мире стало лучше, когда ее не качало, в нос не ударяли сильные запахи, и не было других раздражителей. Спрятав черные волосы от беспощадного солнца под рубашкой, которую повязала на голову, она довольно резво поспевала за всеми сквозь высокую траву. Даже появилась мысль, что наконец-то все прошло.

‒ Сделаем привал до того, как выйдем на каменистую местность? ‒ поинтересовался Сайман. Приложив руку ко лбу козырьком, он пытался разглядеть вдалеке, где кончались поля. Чуть впереди справа от них была небольшая рощица, в тени которой можно укрыться, чтобы передохнуть.

‒ В высокой траве водятся змеи. Может, наоборот, лучше поспешим отсюда? ‒ спросила Мира, нагоняя его и Кона.

‒ Если змеи, то вперёд, ‒ сказал Кон. ‒ Да и сам я не хотел оставаться под солнцем. Нам нужна тень и местность, где мы могли бы видеть все, что происходит вокруг.

Сазгаус согласился тоже, и группа выдвинулась вперёд. Сразу было видно, что Маре стало психологически лучше ‒ она начала канючить. Не сказать, что это раздражало, но ощущалась, как одинокая капля, а голову каждые пять секунд. Кон очень сдержанно ее попросил заткнуться, вроде успокоилась. Идти пришлось ещё приличное время. Одно дело дойти до рощи, но другое, отыскать приличное место. Земля была сухая и маложизненная, и чем дальше они уходили на запад, тем яснее становилось, что земля принадлежала Грот.

‒ Я, знаешь, что обдумывал? ‒ вдруг спросил Сазгаус Миру, невербально заставляя ее во время пути слегка отстать с ним от группы. ‒ Помнишь, ты меня про наличие пауков спрашивала? Я стал из-за тебя переживать наличие прихвостней богини Хаоса, но потом обратился к мифологии.

Он говорил тихим голосом, и не скажешь, что он пытался вдолбить в голову Миры свои планы и идеи. Он просто делился своими размышлениями, идя с ней нога в ногу и гладя руку, что держала его под локоть.

‒ Грот ‒ одна из первых дочерей Создателя. Но есть дочь и старше ее самой ‒ Тали. Если вдруг нам не удастся заполучить свободу, а благодаря тебе, во имя нашего будущего, у меня больше нет в планах умирать за свободу, мы могли бы поискать помощь извне.

Сазгаус вдруг остановился прежде, чем Мира ему что-то ответила. Он приложил пальцы к подбородку и опустил голову, бубня что-то тихо, но Мира могла услышать каждое слово.

‒ Тали может запросить нас, это понятно. Но если подумать, Грот требует во имя себя самой помогать поддерживать популяцию. Тали же ‒ хаос, жестокость, но не убийства. И ещё соперница Грот. Она может только обрадоваться насолить своей сестре. Может, и цену меньшую запросит…

‒ Мне кажется, с вас хватит сделки и с одной богиней, ‒ высказала свое мнение Мира. Повернувшись к Сазу, она ласково погладила его щеку, чтобы он посмотрел на нее. ‒ Тали еще злее и коварнее Грот. Да, возможно, только у нее есть силы противостоять Грот, но я не хочу, чтобы сделка с ней, какой бы цена ни была, превратила тебя и остальных в подобие тех звездных эльфов и фейри, которые ей поклоняются по сей день. ‒ Но чтобы он уж совсем не подумал, что идея его плохая, она улыбнулась и добавила: ‒ Но твоя идея мне нравится. Мы можем обратиться к одной из добрых богинь после того, как узнаем, что нас ждет в храме. Быть может, это очередная пустышка.

Как бы спрашивая, что он об этом думает, Мира склонила голову на бок. Конечно, Сайман уже пробовал обратиться в вере к другой богине, но у него не было сил, которые есть у Миры. Возможно, если она попробует призвать детей добрых богинь, они смогут получить ответы от них. Например, те же спрайты Индры, хотя Мира не особо разбиралась, какие богини, каких существ создали. Что она точно знала, что жнецы ‒ слуги Грот и хотят ее в свои ряды. Она была против.

‒ Можно еще поговорить с Зедом, он много знает о Грот. Может, и здесь подскажет, ‒ задумалась Мира, наблюдая, как спутники удаляются от них. Вообще, она думала завязать с духами и прочими после того, как справятся с этой историей. Как Сазгаус заботился о своей жизни ради нее, так и она хотела подольше оставаться в здравом уме ради него. Тем более после того, как она воочию увидела, во что может превратить дар человека.

‒ Ты всерьез считаешь, что Зед что-то скажет против своей богини? ‒ фыркнул Сазгаус. ‒ Он если только сделает так, чтобы мы, напротив, служили Грот. А я этого не хочу. Богиня Тали опасна, но она сильна, и сильнее многих богинь. Не говоря уже о том, что добрые богини не всегда обращают свой взор на смертных. Лишь слегка помогают, но в судьбы не вмешиваются.

Ему не понравилось, как легко Мира отбросила его мысль. Она не понимала. Вновь и вновь пытается увидеть какую-то надежду, но тут реальность. Индра, Суна, Деми ‒ все эти богини чтят порядок своего отца и не лезут к смертным. По крайней мере, не так, как это сделала Грот.

‒ Хотя, что тебе об этом волноваться? ‒ лишь вздохнул Сазгаус. ‒ Это моя душа продана Грот. Если она откажет мне, я обращусь к той, которая моя по половине крови. Уж лучше я буду, как отец, воспевать богиню ночами, чем искать жертвы и убивать во славу Грот.

‒ Во славу Тали тоже убивают, и если Грот делает это во имя равновесия, то Тали нужны лишь жертвоприношения, ‒ сказала Мира, убирая руки от Саза. Ей очень не понравилось, что он сказал о ней. ‒ Не о чем волноваться? Да, моя душа все ещё при мне, но я каждый день переживаю, что ты не вернёшься из храма! Я без страха не могу использовать свои способности, не знаю, как управлять тем, что в любой момент в меня может вселиться какой-нибудь жнец. Но да, Грот и ее прихвостни только тебе насолили.

Мира чуть ли не зарычала ‒ так разозлилась на него. Если никто из родителей не заключал сделку, значит, ее жизнь наполнена только радостью и радугами? Лучший друг и любимый человек идут в опасное место, как она могла не волноваться за них? И это ещё если не брать в расчет тот факт, что жнецы могли не оставить ее в покое. Из-за того, что она попалась им на глаза, она сама теперь в не меньшей опасности, чем остальные. Она не понимала, что значит, когда душа принадлежит богине, но страх перед ней был как у всех.

‒ Что-то я не замечала прежде такого рвения поклоняться богам за тобой. Если ты считаешь, что так будет лучше для тебя ‒ действуй. ‒ Она и не заметила, как повысила тон, а когда пошла догонять остальных, увидела, что все на нее смотрели. Ещё не хватало, чтобы они вопросы начали задавать. ‒ Чего уставились? Шагайте давайте, ‒ махнула она на них. Вот честно, сама не понимала, отчего так сильно разозлилась, но была готова прибить кого-нибудь сейчас.

‒ Проблема в том, что нас может ожидать нечто иное, чем ты себе представляешь! ‒ крикнул ей в спину Сазгаус.

Он быстрым шагом нагнал всю группу, и хоть встал позади Миры и так же позади неё вышагивал, в диалог не вступал. Ей нужно было остыть и серьёзно подумать над его словами. Ей-то, конечно, лучше знать, что там делают для Тали. У неё же есть в роду звездные эльфы и мать, которая проходила через пытки.

‒ Все устали! ‒ вдруг сказал на повышенном тоне Кон. ‒ Если чешутся языки ссориться, то лучше молчите, не заводите остальных!

‒ Кон, но ведь правда пора сделать…

‒ Мара, еще слово!..

Фейри надула губки, но замолчала. Вообще, девочки могли бы и не жаловаться, они вообще шли без сумок и рюкзаков ‒ все на себя взяли парни. Оттого еще больше у Кона было желание сбросить половину на Мару и Миру, чтобы тащили и сил на разговоры не оставалось.

‒ И не отставайте, ‒ ругнулся Кон на позади идущих. ‒ местность опасная, не разделяемся.

‒ Мог бы и помедленнее идти, ‒ буркнула Мира. ‒ Я вообще-то только оправилась.

Это была их первая ссора, но она точно не обрадуется, если Сазгаус обратится в веру Тали. Должен быть другой способ, чтобы освободиться от Грот и при этом не продаться кому-то ещё. Скрестив руки на груди, Мира прибавила шагу, чтобы Сазгаус не дышал ей в спину.

По безжизненным землям они прошли ещё час, а до самого горизонта так и не было видно ничего подходящего для того, чтобы в этом месте сделать остановку. Трава сменилась камнями под ногами, по правую руку была лишь равнина, которая заканчивалась обрывом, а слева виднелось одинокое сухое дерево посреди такой же сухой земли. Солнце постепенно клонилось к закату, и уже даже Сайман мягко намекнул Кону, что пора действительно думать, где лучше остановиться. Это Саю ещё выращивать укрытие для всех и мох для подстилок, а на такой земле будет трудно заставить расти хоть что-то.

‒ Вон, впереди какой-то булыжник, ‒ указал Сайман на огромный камень примерно в километре от них. ‒ Предлагаю посмотреть, что там, и остановиться. Надо поесть и решить, что будем делать с ночлегом.

Обернувшись, он увидел, как Мира шла рядом с Марой. Они тихо о чем-то переговаривались, и что у одной, что у второй, были слишком серьезные лица. Походило на то, что они планировали бунт, чтобы свергнуть власть мужчин в этой группе.

‒ Мне кажется, если мы пройдем ещё час без остановки, нас сожрут, ‒ тихо сказал Сай Кону, кивая назад на девушек.

Кон тяжело вздохнул и оглянулся на девочек, встречаясь с двумя парами обиженных глаз. Еще один вздох. Поражение.

‒ Хорошо.

Но он так не хотел оставаться на столь открытом пространстве… Это неверно! Они были слишком подвержены опасности! Но выбора не было. Были бы они одни, можно было бы продолжить путь. Не сказать, что Мира и Марвало тормозили, но всех замедляли.

‒ Все, как обычно, ‒ сказал он, снимая сумки. ‒ Сайман ‒ укрытие, я ‒ лежанки, Сазгаус ‒ огонь. А вы не отдыхайте, с вас готовка.

‒ В смысле? ‒ Так как Мара была как раз той, кто не умел готовить, первой возмутилась она. ‒ С каких пор?

‒ С тех пор, как мы стали приближаться к цели. Нам нужны силы, их мы получим из полноценного питания. Мара, приправу и сковороду ты найдешь в синем рюкзаке. Пожарьте мяса, возьмите пару овощей, зелень от Саймана, и нормальный ужин готов.

Девочки были еще больше недовольны, но сейчас это позабавило Сазгауса, и он не выдержал и крикнул:

‒ О да, женушка, приготовь ужин для уставшего мужа!

‒ Я не умею готовить, ‒ игнорируя шутки Сазгауса, и что они были обращены Мире, прошептала подруге Мара. ‒ И чистить не умею…

‒ Я все сделаю, ‒ вздохнула Мира как-то обречённо.

Вдвоем с Коном было легче: он приносил дичь, потрошил ее, а Мира готовила на костре мясо. Теперь же ей придется это делать на всю толпу. Она забрала сковородку из рук Мары и, покрутив перед носом, подумала, что одной будет мало. Лучше бы взяли котелок для супа.

‒ Пусть Сайман вырастит картофель, помоги ему выкопать и помыть потом, ‒ попросила она Мару, а сама достала из сумки кинжал Сазгауса и показала ему, чем собралась чистить этот картофель. Красивый такой, с резьбой на рукоятке, явно не для чистки овощей предназначен. Она ехидно улыбнулась и с притворной заботой ответила на его шутку: ‒ Ох, устал, бедненький муженёк? Ну ничего, отдохни, а я позабочусь, чтобы тебе достался самый подгоревший кусок.

Получив задание, все разбрелись по делам. Кроме Зеда. Он один остался на страже, внимательно поглядывая по сторонам. Хотя на таком открытом пространстве, что они врага, что враг их ‒ увидят друг друга издалека.

Больше всех работы было на Саймане. Стенки вырасти, овощи для готовки, ветки для лежанок и в огонь и пеньки, на которых удобно было бы сидеть у костра. Он даже буркнул что-то по поводу того сухого дерева, что они видели ранее, чтобы кто-то сходил и срубил его, облегчив ему работу. Благо вторая рука уже более или менее нормально двигалась, так что он мог помогать себе рунами, чтобы процесс шел быстрее. К концу он все равно устал так, будто прошел ещё столько же без остановок. И наконец устроившись у костра, молча наблюдал, как Мира жарила нарезанный картофель.

С овощами прошло все хорошо, но стоило мясу, густо присыпаному специями, попасть на сковороду, как Мире опять поплохело. Если поначалу она ещё старалась держаться, прикрывала нос рукой, то к моменту, когда запах жаренного мяса стал невыносим, она просто передала все Маре.

‒ Переворачивай почаще, я сейчас, ‒ наказала Мира и скрылась снаружи за так удачно поставленными стенками укрытия.

Мара только вопросительно проводила её взглядом, но выполнила наказание.

Кон, наблюдавший за группой и помогая тому, кто попросит, разумеется обратил внимание, что Сайман устал, да и не мог не оценить его труды. Вообще, он не думал, что так разгонется. И зачем было делать картофель, если он сказал, что в рюкзаке есть. Только воду на помывку зря потратили. По тем же причинам и котелок не взяли ‒ это сколько воды с собой тогда пришлось бы брать? Тут-то её не было.

‒ Ты молодец, ‒ сказал Кон, кладя руку на плечо Самана. ‒ Отдохни хорошенько.

А после пошел следом за Мирой, видя, как она рванула вперёд. Он уже давно в отличие от Сазгауса заметил, что Мира не в порядке. Но ссылался на небольшую хворь или переутомление, но что-то это задержалось.

Не успел он выйти, как услышал звуки отторжение желудком содержимого. Мира ела все то, что ели остальные. Дурнота на лицо, рвота… Пазл складывался сам собой.

Дождавшись, когда она закончит, и чтобы не смущать её, он прятался. А когда Мира показалась, Кон вышел к ней навстречу.

‒ И долго ты будешь от меня это скрывать? ‒ спросил он. ‒ Да, мы немного отдалились, но не перестали быть друзьями. На каком ты уже месяце?

‒ Ты о чем? ‒ спросила Мира, рассеянно улыбнувшись. У нее были подозрения, но она надеялась, что ошиблась, пока он не задал этот вопрос. Кон сверлил взглядом, и ее улыбка пропала с лица. Вздохнув, она опустила голову, обняла себя за плечи и тихо, чтобы никто с эльфийскими ушами точно не слышал разговора, сказала: ‒ Полтора, может, меньше. Точно скажет только знахарь. Я не хотела говорить, пока не буду уверена, и до последнего надеялась, что это не произойдет со мной.

Глупо, конечно, но она и правда хотела, чтобы это оказалось простой болезнью, переутомлением на нервной почве. Чем угодно, только не зарождением новой жизни у нее под сердцем. У них впереди все ещё опасный путь, Мира не хотела, чтобы остальные переживали о ней больше, чем сейчас. Да и не готова она была к такому повороту судьбы. Ну какие сейчас дети? Она не замужем, ни кола, ни двора… Сазгаус из храма вообще может не вернуться! Ее пугала эта неизвестность, к тому же она не знала, как Саз на это отреагирует.

‒ По крайней мере, теперь я точно не пойду в храм, как ты и хотел. ‒ Как всегда она старалась найти что-то хорошее в самой плохой ситуации. Даже выдавила кривую усмешку, правда, на Кона подняла полные слез глаза. ‒ Что мне делать, если вы… не вернётесь? ‒ Сказать это вслух было труднее, но ее мучила именно эта мысль. Она готова была пережить что угодно, но только не потерю Сазгауса, Кона и остальных.

‒ Поедешь ко мне домой, ‒ решительно заявил Кон. ‒ Мама знает, куда я отправился, она же и готовится к худшему. Пусть вместо меня у неё будет дочка да внук.

Иного пути просто быть не могло. Хорошо хоть, что эта глупая девчонка сама понимает, что теперь себе не принадлежит и не рвется в бой с Грот наравне с парнями. Кон тяжело вздохнул. Вот и поудовлевторялись ночами напролет. Саз тоже мудак. Башкой надо было же думать, когда извергал в неё семя! Маленький мальчик, что ли?

‒ Расскажешь ему, а когда доберемся до места, Зед отведет тебя в город. Оттуда и жди новостей о нашей кончине либо победе.

Кон подошёл к Мире и обнял так, как обнимал её раньше, еще до этих глобальных для их жизней событий. Он тихо нашептывал ей, что все будет хорошо, поглаживая по голове.

Мира крепко обняла его в ответ, но слезы сдержать не смогла. Она была сильно растрогана его предложением. Так легко принял это решение… Боги, как же ей повезло с ним! Она будет молиться всем богам, хоть Грот, хоть Тали, чтобы все вернулись к ней победителями. Или хотя бы живыми и здоровыми. О большем она и не мечтала.

‒ Хорошо, я расскажу, когда буду готова, ‒ сказала она, немного успокоившись. Только когда это «готова» наступит, она не знала, но понимала, что скрывать от Саза нельзя. Достаточно насмотрелась на примере Саймана и Мары, до чего доводят секреты и недомолвки. ‒ Затягивать не буду, просто не сегодня. Хотя бы помиримся с ним.

Отстранившись, она вытерла ладонями свое лицо, чтобы хоть немного скрыть следы слез. В голове уже крутились возможные варианты событий, как она говорит Сазу, как он реагирует. Было страшно, но Кон прав в том, что Сазгаус должен узнать о беременности до храма. Возможно, это станет ему дополнительным поводом, чтобы выжить. И все равно было страшно.

‒ Пойдем обратно, а то Мара спалит наш ужин, ‒ предложила Мира и вернула улыбку своему лицу. Но прежде чем пойти, ещё раз крепко обняла Кона. ‒ И, Кон, спасибо тебе.

‒ Я всегда с тобой, помни об этом, ‒ прошептал он ей на ухо.

Даже если и вернутся, первое время Мира, плевать, что там Саз скажет, поживет у него. Пусть даже вместе с Сазом. Просто на первое время Сазгаус, если он примет ребенка (а не мог иначе, в чем Кон тоже был уверен), им все равно негде будет жить. А Серия ‒ прекрасное место.

Помогая вытирать слезы и приводить лицо в порядок, чтобы никто и ничего не заподозрил, Кон повел обратно Миру к группе. Когда они показались, первая приподнялась Мара, взволнованно смотря на подругу:

‒ Мирочка, все хорошо? Ты так резко убежала.

‒ У неё бывает, ‒ махнул рукой Кон. Если Мире не поверят, то ему уж точно, как в подтверждение. ‒ То нормально море переносит, то потом воротит целую неделю. Думаю, сыграло то, что мы не в открытом море плыли.

‒ Тогда хорошо, ‒ кивнул Сазгаус, отвернувшись к костру. Было заметно, что он тоже не оставил это без внимания, но, получив объяснения, которые не угрожали жизни Миры, успокоился. ‒ Идите есть. А то Мара переворачивать-то переворачивала, но когда с огня снимать ‒ ей никто не сказал.

‒ Хотели полноценный ужин, получайте. И только пусть кто-нибудь попробует заикнуться, что невкусно, ‒ пригрозила Мира. Уж за что, а за готовку ей требовалось признание. Не так часто ей доводилось это делать, хотя в полевых условиях все должно сгодиться.

Разложив все вместе с Марой по порциям, Мира присела рядом с Сазом, потому что больше не дулась на него. На лице все ещё сохранилась хмурость, но уже совсем по другой причине. В голове гуляли всякие разные мысли, и не все из них были приятными, но пока на время она могла их откинуть. При взгляде на еду, ее опять замутило, и она поспешила сунуть в рот остатки трав, которые ещё на корабле взяла у Саймана. Может, без качки они будут работать лучше.

‒ Спасибо за еду, ‒ поблагодарил девчонок Сай и с большим аппетитом накинулся на свою порцию. Даже на мясо, ведь над ним Мара тоже старалась. Он вновь пытался поймать ее взгляд, но она даже не смотрела в его сторону. Было больно, и Сай осознавал, что заслужил такое отношение к себе. Он хотел лишь объясниться с ней, потому что на большее уже не рассчитывал. Грустно вздохнув, опустил голову. А ещё надо было ранами заняться. Подумал, что повязки можно совсем снять и больше с ними не возиться, только мазью обрабатывать.

‒ Мне так надоели похлебки на корабле, хоть и плыли мы мало, что я рад всему, что приготовлено на огне, ‒ сказал с улыбкой Сазгаус, поставив тарелку себе на колени, чтобы одной рукой он мог приобнять Миру. Он-то не замечал, что она дулась, банально не знал, что на него можно дуться. За что? За то, что он выказал свое мнение и предложил вариант спасения на самый черный случай? Он и более грубые вещие говорил со своей коронной улыбкой, так даже тогда на него не обижались. ‒ Очень вкусно, девочки, спасибо. Хотя, будем честны, Сайман и Мира делали всю работу сами.

Как бы сказал он Маре, но та не обиделась. Это было честно. А чтобы совсем не быть обузой в группе, она сказала:

‒ С меня помывка посуды.

‒ Только не трать воды много, ‒ сказал Кон. ‒ Ополосни сначала. Не найдем ручей, тогда перед завтрашним обедом помоем нормально. Воду будем экономить так, как сможем.

‒ А что, в полевых условиях наш могучий выживальщик отыскать воду не способен? ‒ поддел его Саз, но тот не купился:

‒ На группу это делать долго и затратно. Потому мне бы не хотелось тратить время на получение воды. Даже если Сайман сможет вырастить зелень, с нее тоже, чтобы получить воду, нужно время.

‒ Хватит задирать всех, ешь молча, а то подавишься, ‒ осекла Сазгауса Мира. Пихнула бы под ребра или в коленку, да побоялась, что он уронит тарелку, и все ее труды окажутся выброшены.

‒ В крайнем случае могу выращивать сочные фрукты, ‒ предложил Сайман. ‒ Не вода, но продержаться поможет. Да и не думаю, что до этого дойдет. Здесь нам идти ближе, чем в горах были. Если храм обитаемый, то там будет вода на обратную дорогу.

Вспомнив о горах и гарпиях, Сайман поежился и осторожно помял занывшее плечо. Наверное, он ещё не скоро придет в прежнюю форму.

‒ А элементали разве не создания Мигу? ‒ спросил Зед, подавая голос впервые за долгое время в общем разговоре. ‒ Ты ее жрец, призови водяного.

‒ Это не так просто, ‒ покачал головой Сай. Если бы он мог, давно бы это сделал. ‒ Для призыва нужны несколько жрецов и специальный обряд, так что пробовать одному ‒ это пустая трата сил.

‒ У Миры и без обряда получилось призвать жнеца, а она даже не жрица, ‒ фыркнул Зед, посчитав Саймана бесполезным.

‒ Может, жнец и сам ее выбрал, ‒ встал на сторону Кон. ‒ Все люди имеют ограниченный, но разный запас сил. Тут не только от знаний все зависит. У кого-то есть сила и магия, чтобы призвать богиню, а кому-то нужна помощь.

На этом спор был завершен.

Загрузка...