Глава 6

Мое пробуждение оказалось весьма неожиданным. Меня будто ледяной водой окатило.

А, нет!

Действительно окатило!

– Люр! – завопила я, вскакивая на ноги. – Мерзавец! Ну, я тебе устрою! – схватив первое, что попалось под руку, а именно банку драгоценного маминого джема, я метнула ее в обнаглевшего сокурсника и… угодила точно в цель!

– Эй, пигалица! – заревел одногруппник, хватаясь за голову, по которой теперь размеренно стекали остатки липкой гущи.

– Я же предупредила… – прошипела я, пытаясь скрыть ликование за хищным прищуром.

Нет, ну это надо же! Видали, как я его?

Сегодня у нас будет занятие, посвященное распределению по классам орудий: мечи, луки, булавы там всякие. Но это все ерунда! Я буду рыцарем яблочного джема!

Не удержавшись, я расхохоталась, и остальные свидетели нашей с Люром потасовки подхватили мое веселье, очевидно, считая, что я смеюсь над этим горе-бандитом.

– Пигалица, а ты хороша! – сказал один парень, как бы между прочим прогуливаясь по комнате в мою сторону.

– У меня вообще-то имя есть, – бросила я усмехаясь.

– Ну так поведайте же нам его, милая леди, – он повел рукой, приглашая меня представиться остальным парням, которые, теперь снова не мигая, следили за каждым моим движением.

Обаяние под контролем, так чего это они?

Один только Люр продолжал смотреть исподлобья, протирая затылок. Надо же, если верить Чаду, то ему почти восемьдесят лет, а выглядит он, не считая высокого роста, как мальчишка, да и ведет себя соответственно внешности. Очевидно, это результат регулярного употребления Живого эликсира, который значительно замедляет старение. И судя по тому, что удовольствие это не из дешевых, Люр из знатной семьи.

Все-таки чудесен этот мир! Сколько еще интересного тут можно встретить?

– Прошу простить мою неучтивость,– ворвался в мои мысли голос, – я должен был представиться первым: Вальмериан Второй, принц Эландера, третий сын ныне правящего короля Пормана. Этот идиот, мой младший брат – принц Азалюрик, – усмехнулся, почтенно склонив голову.

– О, Ваши Высочества, – я небрежно сделала некое подобие реверанса, попутно стряхивая воду со своей одежды. – Прикажете теперь меня казнить? – вскинула бровь, пытаясь скрыть волнение.

Принц усмехнулся:

– Люр сам виноват. Он ведь первый это затеял. Если вдруг принц решит обвинить вас, то я буду ходатайствовать в вашу защиту. Хотя думаю, ему достаточно было опозорить себя на весь Тандершторм, дважды проиграв девчонке, – Вальмериан окинул недовольным взглядом брата. – Полагаю, что он не захочет, чтобы о его унижении стало известно во дворце. Не так ли, братец? – с нажимом спросил он, тогда как Люр скуксился.

– Сразу два принца, – выдохнула я удивленно.

– Вообще-то нас тут пятеро. – Третий принц протянул мне полотенце.

– Королевским особам больше заняться нечем, кроме как учиться в Академии магии? – необдуманно ляпнула я, с благодарностью принимая сухую ткань.

Вальмериан улыбнулся, явно заинтересовавшись моей прямолинейностью и, немного подумав, все же ответил:

– Некоторое время назад король подписал указ о том, что все члены королевской семьи обязаны пройти обучение в ЭлАкаМ, дабы получить официальный статус Защитников Эландера. Я пошел исполнять отцовскую волю только в этом году, тогда как мои братья и сестрица уже выполняют свои обязанности в качестве Защитников, а вот Люр застрял в новичках уже третий год. Он у нас не очень одарен магией, – заговорщически пробормотал Вальмериан и тут же увернулся от липкого подзатыльника брата.

– Чтоб тебя Дорги сожрали! – выругался принц Азалюрик, раздосадованный критикой брата.

– Младший, – пробормотала я, вспомнив, что Люру восемьдесят. – Сколько же вам лет?

– Сто сорок три, – пожав плечами, отозвался Вальмериан. – Должно быть, ты простолюдинка, раз тебя это так удивляет.

– Да, – коротко ответила я, не желая вдаваться в подробности.

Я слышала от родителей, что эландорцы не очень плодовитый народ, видимо, за счет этого и сохраняется демографический баланс в королевстве. Так что пятеро детей – это весьма неплохой результат, особенно для короля. И ничего, что у них разница в возрасте едва ли не столетиями исчисляется. Простолюдины, чья жизнь не подкреплена постоянным употреблением эликсира, и вовсе, бывает, не успевают обзавестись детьми, а если и успевают, то максимум одним.

Как по мне, несправедливо. Богатеи становятся едва ли не бессмертными и могут себе позволить плодить наследников, тогда как обычные люди практически вымирают, из-за чего в королевстве уже началась нехватка рабочей силы. Видимо, поэтому король распорядился теперь готовить в Защитники и знать.

Простолюдины же идут в ЭлАкаМ чаще всего из-за эликсира, который тут регулярно выдают всем студентам.

– Посмотри на нее, – обратился принц к брату. – Ей, должно быть, лет пятнадцать, но она ведет себя достойней, чем ты в свои восемьдесят, хоть и выглядишь тоже на пятнадцать! – отчитывал он Люра.

– Эй, мне вообще-то восемнадцать! – немного переборщив с наглостью, возмутилась я и тут же обречено опустила голову.

Язык мой – враг мой!

– Простите, Ваше Высочество, – выдавила я.

– Помпезности ни к чему. Все студенты ЭлАкаМ равны, как говорит Верховный Наставник. Можешь называть меня Вал. Я представился лишь в надежде, наконец, услышать ваше имя, юная леди.

– Ам…

– Амелия! – прогремел за моей спиной голос Наставника, и я невольно вспыхнула. Не в том смысле, что покраснела, а прямо-таки засияла искрами на мгновение. Благо, внимание однокурсников привлек гневный оклик Верховного.

Ну, все! Кажись, я попала!

Неужели он вспомнил, что было ночью?

Мое имя из его уст звучит куда более грубо, чем имя той девушки…

Я тут же одернула себя и повернулась к двери.

Наставник влетел в комнату и в ярости стал осматривать присутствующих. Нервно выдохнул, когда, наконец, наткнулся на меня. Будто растерявшись, нахмурился, оглядывая прилипшую к моему телу сырую майку, влажные волосы, облепившие шею, и сосредоточился где-то в районе ключиц. Едва заметно тряхнул головой и снова пригвоздил меня к полу ненавидящим взглядом.

– Амелия Флетчер, – хищно оскалился. – Где. Ты. Была… Ночью?!

О-о-о черт… только не это!

Может, лучше поговорим о чем-нибудь другом? Погода, там? Курс местной валюты? Дорги, в конце концов…

– Отвечай! – рявкнул Наставник, и я вздрогнула.

– Н-на посту! – выпалила я. – Патрулировала общежитие!

– Не лги мне! – прогремел мужчина, приближаясь.

Что я должна сказать?

Вторглась в покои Наставника? Сидела рядом со спящим обнаженным мужчиной и едва не уснула в его горячих объятиях?

Аж мурашки по коже от воспоминаний…

Но раз уж сам вспомнил, то зачем допытывается? Хочет, чтобы я сказала при всех? Поставить нас обоих в неловкое положение?

– Мне доложили, что тебя не было на посту. Так где тебя черти носили? – продолжил гневаться Верховный, а я облегченно выдохнула.

Значит, меня поймали не изнутри, а снаружи. Ну, это полбеды!

– В туалет! – выпалила я. – Ходила в туалет! Разве это запрещено уставом?

– Тебя не могли разыскать около часа, – губы Наставника вытянулись в жесткую линию, выдавая явное недоверие.

Я спохватилась и, притворно вздохнув, схватилась за живот:

– Здешняя еда, знаете ли… Мой организм еще не перестроился под местный рацион.

– Что вчера подавали на ужин? – холодно спросил он, с вызовом приподняв бровь.

Вот же дьявол! Совсем забыла, что он застал меня во время ужина в казарме.

Видя мое замешательство, мужчина продолжил насмехаться:

– А на обед?

Похоже, он прекрасно понял, что вместо обеда я ходила добывать форму.

– То-то и оно, – пожал плечами Наставник:– Наказание…

– Нет-нет! – поспешила я пресечь вынесение вердикта. – Я ведь не прогуляла! Я была на дежурстве, просто отлучилась… в… неважно…

Верховный устало вздохнул:

– Кто-нибудь видел девчонку в карауле?

Тишина.

Вот же засранцы! Боятся пойти против Наставника. Я слышала, как парни обсуждали, что если он захотел кого-то наказать, то лучше ему не перечить, иначе могут попасть все.

– Я видел, – послышался вдруг голос Чада в дверях.

Вот кто действительно рыцарь! Чад – мое спасение! Уже в который раз заступается.

– Чармонд, – Верховный кивнул, приветствуя смотрителя общежития. – Могу ли я доверять твоим словам?

– Во-первых, мне нет смысла кого-то выгораживать. Я просто не терплю несправедливость. А во-вторых, я бы не стал марать такой пустяковой ложью честь королевской семьи, – гордо сказал Чад.

Ой, батюшки мои Архонты! Они что же, все тут принцы, что ли? Держите меня семеро!

Чармонд одарил меня самодовольной ухмылкой, которая, похоже, почему-то не понравилась Верховному, судя по тому, как сжались его кулаки.

– Я уже говорил, – угрожающе процедил Наставник, – все свои королевские титулы оставить за воротами ЭлАкаМ. Для меня важны только ваши личностные качества, и если вам, королевским бездельникам, не удастся меня впечатлить, в моей власти превратить академию в место вашего вечного заключения. Как я сделал это с ним, – Наставник ткнул пальцем в сторону Люра.

– Вы не можете так разговаривать с коро… – возмутился было принц Азалюр, но, к моему удивлению, Чад прервал взбунтовавшегося родственника, одернув его за плечо.

Что это? Королевские отпрыски действительно боятся обычного Наставника.

– Мы знаем, Амир, – покорно отозвался Вал. – Отец доходчиво поведал нам о твоем…

Наставник вдруг поднял руку, прерывая дискуссию, и бросил на меня короткий взгляд.

– Довольно. Все, что вам говорит Его Величество, тоже стоит оставить за стенами академии, – твердо отрезал он.

Ну ничего себе…

Что же особенного в этом Наставнике, что он так смело рты закрывает знати?

– Ты, – он вдруг повернулся ко мне. – Раз у тебя появился свидетель, то будем считать, что у тебя полтора нарушения, а это все равно почти два. И посему, – он раскрыл передо мной ладонь, над которой тут же возникла шаровая молния, – это я оставлю рядом с тобой, в ожидании, когда ты сделаешь еще полторы ошибки.

Не может быть…

Я, кажется, даже рот приоткрыла от осознания странного факта: это Верховный Наставник помог мне попасть в ЭлАкаМ?

Но зачем???

Теперь-то понятно, чего он так ухмылялся, когда обнаглевшая абитуриентка назвала его силу своей.

Получается, это он сбил шляпы Наставников, едва не снеся им головы??? Решил повеселиться за мой счет?

Я подняла взгляд и заглянула в прозрачно-голубые глаза, в которых сейчас, казалось, бесновались озорные черти, вспыхивая голубыми искрами в отблесках шаровой молнии. Завораживающее зрелище. Даже эта его ухмылка…

У меня дыхание сбилось.

Негодяй! Невинную студентку подставить перед преподавателями!

Я нахмурилась и опустила взгляд к шару, неосознанно потянувшись к сверкающей сфере, и даже не успела толком сообразить, что дальше произошло…

– Стой! – воскликнул Чад, когда мое запястье вдруг поймал Вал.

– С ума сошла? – пробормотал принц, подозрительно поглядывая на Наставника.

– Как далеко бы ни распространялась ваша власть, – снова влез Люр, обращаясь к Верховному, – это не значит, что вы можете безнаказанно убить студентку просто из-за того, что ее личные качества пришлись вам не по нраву! – он пребывал в явном негодовании, даже отмахнулся от сдерживающей руки Чада.

Это наш младшенький принц за меня, что ли, заступается? Который сам…

Погодите-ка.

Убить… кого??? Меня?

Я непонимающе воззрилась на мужчину, держащего передо мной шар. Наставник сосредоточил на мне серьезный взгляд, будто в ожидании моей реакции.

– Нет, нет… должно быть, вы все не так поняли… – начала было я.

– Довольно, – устало вздохнул Верховный. – Казнить или миловать здесь я решаю, – холодно ответил он, вместо того чтобы объясниться. – А вам, мисс Флетчер, стоит уяснить один урок: чрезмерное любопытство может быть губительно, – слова прозвучали жестко, но тоска, вспыхнувшая в его глазах, напугала меня куда сильнее.

Я невольно вспомнила те горькие эмоции, что отягощают его душу, и во мне пробудилось сочувствие к этому грозному мужчине.

Почему не сказал, что я неуязвима к его силе? Мы ведь оба это знаем. Теперь я поняла, почему его лицо было таким встревоженным на отборе. Похоже, он испугался, что убьет меня…

Наставник опустил взгляд на молнию в своих руках, наконец выпуская меня из плена своих глаз, и подкинул сферу вверх, заставляя ее зависнуть надо мной так, чтобы я не сумела до нее дотянуться.

– Что опять с твоей одеждой? – процедил он.

– Э-э-э… – Люр, похоже, решил разозлить Наставника еще сильнее. – Я…

– Я споткнулась! – выпалила я первое, что пришло в голову. – Упала в душевой!

Верховный как-то неопределенно качнул головой, бросив короткий взгляд мне за спину.

– Очевидно, твоя кровать тоже… споткнулась, – равнодушно отозвался он и дернул край моей свободной майки, отлепляя ее от влажного тела. – Прекрати разлагать дисциплину, иначе мне придется тебя изолировать.

– А можно? – спросила я, заинтересованно взглянув на Наставника.

Он недоуменно нахмурился:

– Конечно. Мне можно все!

– Что ж вы сразу не сказали, что есть варианты, куда можно изолироваться! – всплеснула я руками, широко улыбнувшись. – Не пристало незамужней девушке оставаться в комнате с десятком парней!

Кажется, я увидела, наконец, на строгом лице некое подобие улыбки:

– Хочешь в изолятор? – похоже, он вкладывает в это слово какой-то потаенный смысл.

– Угу, – промычала я, когда почувствовала, как Вал снова дернул меня за руку. – Да погодите вы, принц.

– Туда не так просто попасть. Но думаю, еще одного нарушения дисциплины в общежитии с твоей стороны будет достаточно, – пожал плечами Верховный.

– Хм… – я призадумалась, пока Наставник, очевидно, уже собрался уходить.

Не так быстро! Я требую отдельную комнату!

– В ванной есть кто? – спросила я громко, и очевидно почувствовав, что я что-то задумала, строгий мужчина замер в дверях.

– Да, там какой-то идиот уже час намывается, – отозвался кто-то из парней.

– Я замерзла. Надо переодеться! – торжественно возвестила я и, скрестив руки, потянула футболку.

Ну, если они при виде ног вздыхают как кисейные барышни, то от этого, дай бог, чтобы в обморок не попадали.

Стянув влажную ткань с головы я удовлетворенно оценила очумевшие лица одногруппников и растерянность Наставника, быстро сменившуюся жесткостью, когда он наконец заставил себя поднять на меня взгляд:

– Что ты творишь? – процедил он сквозь зубы, яростно сжимая кулаки.

– Показываю вам невозможность обитания девушки в мужской комнате.

– Не нравится – проваливай из академии.

– Это дискриминация по половому признаку! Я буду жаловаться…

– Не путай законы, – он угрожающе приблизился. – Одевайся немедленно и отправляйся в карцер…

Загрузка...