Инспекторша драконьего аэропорта (СИ)

Поразмыслив немного, я тяжело вздохнула и побрела вглубь звездолета. Как хорошо, что у меня есть чип, а значит кто бы ни управлял звездолетом, то я смогу с ним поговорить.

Я шла вперед и тихо радовалась, что напольное покрытие в звездолете было ровным, да и еще и с подогревом, с моими босыми ногами как раз то, что надо.

Я завернула за угол и заверещала словно резанная, и было от чего. Прямо передо мной на полу, на стенах, с потолка свисала уже знакомая мне голубая слизь.

Эйнард

Я вытащил Рогена прямо в небольшой кабинет, где располагалась служба наблюдения. Несмотря на то, что я обладал магией я не чурался техники, потому что на своем собственном опыте знал, что иногда там, где бессильна магия, техника с легкостью решит проблему.

— Покажите запись с прохода в частном секторе, мне нужен именно расстояние между моей квартирой и квартирой 9491, - потребовал я у диспетчера, и он тут же взялся за работу, не прошло и нескольких минут, и я увидел, как Алиса выходит из моей квартиры в моей одежде и босая. От одного этого вида что-то внутри меня подозрительно дрогнуло и заворочалось, моя невеста выглядела такой хрупкой, маленькой и беззащитной в моей одежде.

Мне стало понятно, если с ее головы упадет хотя бы волосок, я просто поотрываю все головы и плевать чем это закончится для меня самого. Мой дракон был с этим целиком и полностью согласен. Но вот видимо Алису кто-то окликнул, и она повернулась, так и не дойдя до своей комнаты.

— Переключите камеру, — потребовал я, и замер словно громом пораженный.

— Вот это дела! — прокомментировал Роген, а мне захотелось его огреть чем-то тяжелым, потому что я не мог поверить своим глазам. Моя невеста уходила по коридору в сопровождении… моей матери!

Алиса

От моего писка, наполненного страхом и истерикой слизь неожиданно замерла и остановила свое движение ко мне. А мне показалось, что я услышала исходящее от нее сомнение, как будто она спрашивала, испугалась ли я.

Что это такое? Перед верной смертью у меня начались глюки?

— Не подходите ко мне близко, я вас боюсь! — прошептала я несколько неуверенно.

И о чудо! Слизь немного расступилась, и даже начала отползать в сторону. Что это такое происходит.

— Вы меня понимаете? — поинтересовалась я несколько робко.

Звукового ответа не последовало, но я четко уловила, что да меня понимают, хотя не понимают каким именно образом. Это и пугало и вселяло надежду одновременно, одно дело, когда ты на корабле, забитом опасной инопланетной слизью, которая хочет тебя сожрать, а совсем другое, когда у тебя с этой слизью установился хоть какой-то, но контакт. В этом случае есть небольшой шанс, что тебя если и сожрут, то не сразу!

Вот только именно в этот момент я совсем не с радостью вспомнила, что эта слизь не ходит одна. Точнее даже не так, она является почками этого жуткого существа эйнофрида, который был послом черт знает насколько далекой галактики.

Мне совсем не составило труда сложить все воедино и осознать, что я по той или иной причине нахожусь именно на его корабле, но как он ведь улетел, кажется, еще вчера? Что произошло и почему они вернулись?

Наверное, сейчас самым разумным было бы найти посла на корабле, пока меня не сожрала его слизь и попытаться объяснить ему ситуацию. В конце концов, ведь если я смогла найти какой-никакой общий язык с его почками, то вполне возможно смогу найти язык и с самим послом? По крайней мере стоит попробовать!

— Проводите меня к послу, — попросила я в полный голос, а слизь верно и планомерно начала двигаться в другую сторону. Я еле сдержала в себе смех, картина получалась забавная. Знакомьтесь, землянка Алиса — повелительница межгалактической слизи.

Смех правда получался несколько истеричным и полным черного юмора, но как говорится все могло бы быть и гораздо хуже.

Собрав себя в кучу, я последовала за слизью, мысленно молясь о том, чтобы она не оставляла за собой никаких следов на полу.

Эйнард

Я метался по комнате, словно раненный тигр в клетке. Нам достаточно быстро удалось выяснить все доступные детали произошедшего, вот только они меня совсем не радовали, от слова совсем.

В звездолете, в который моя мать практически впихнула Алису, я без труда узнал звездолет эйнофридов. И это было очень и очень плохо. Фактически это означало, что шансов вернуть Алису у меня не было от слова вообще и совсем.

Как дракон я мог порталом перенестись практически в любой мир, за небольшими исключениями, и, как назло, именно таким исключением был мир эйнофридов. Хуже всего было то, что даже если бы у меня получилось каким-то невероятным образом переместиться именно туда, это бы все равно не решило вопроса, по той простой причине, что Алиса была еще не там, а на корабле с послом! Более того, ситуацию ухудшало то, что звездолет был сейчас в космосе, а я не мог открывать порталы в космосе, только из одного мира в другой, а значит все время полета между мирами или галактиками Алиса находилась вне зоны моего доступа, я просто не мог перенестись к ней. И было не известно сможет ли она вообще долететь до какого-то ни было мира или же мерзкая слизь сожрет ее по дороге.

От одной мысли о подобном дракон внутри меня зашелся в таком отчаянном вое, что меня в буквальном смысле этого слова скрючило от боли на полу.

— Хватит уже мельтешить, перед глазами! — рявкнул Роген, — лучше вместо этого попытайся связаться со своей матерью и узнать у нее какого черта она творит!

Я замер на полу в позе эмбриона, осознав, что ведь он абсолютно прав, если мать по неизвестной мне причине устроила такую подставу, то она же и должна знать ответы.

Она накинула на себя магическую личину Рогена, что было вообще-то не законно и еще не известно, но я не стал бы исключать, что она же была причастна к исчезновению Пышки. Хотя если уж быть совсем откровенным, то судьба невесты дяди в данный момент интересовала меня меньше всего. А вот к матери у меня накопилось очень много некрасивых и прямых вопросов.

Я поднял свой кристалл и совершил попытку дозвониться, которая, разумеется, провалилась.

— Умная стерва, — констатировал Роген, наверное, раньше я бы начал ссору из-за того, что он посмел так отозваться о моей матери, но сегодня я был с ним целиком и полностью согласен, если бы даже сам не подобрал более резкие выражения.

Но я не собирался останавливаться и совершил попытку открыть портал прямо к матери, это должно быть возможно между родственниками, да и не только. В принципе к любому человеку можно было просто перенестись. Но меня снова ожидало разочарование, портал отказывался открываться.

— Значит она в открытом космосе, — подытожил Роген, хотя я это уже понял и без него.

— Это ничего не значит, какие-то следы и улики все равно должны были остаться! — промолвил я озабоченно и открыл портал домой, прямо в комнату матери.

Алиса

Я шла все быстрее и быстрее за слизью в глубь звездолета и страх постепенно меня отпускал, в самом деле, чего бояться? Жрать меня пока не собирались, я слышала настроение и общение слизи, как сама ума не приложу, но в целом, эти почки были не такими уж и неприятными малыми.

Правда с очень специфическим чувством юмора, но не мне судить их культурное наследие.

Внезапно коридор расступился, и мы оказались в огромной кабине пилота, выглядело это место жутковато. Посередине кабины было огромный экран, хотя может быть это было стекло, я не специалист по звездолетам, из него открывался завораживающий вид на открытый космос, вот только все остальное вокруг, на мой человеческий взгляд больше напоминало помойку. Какие-то непонятные трубы переплетались между собой, часть была порвана и из них просто торчали провода, часть шла прямо к огромному креслу, на котором с вальяжным видом восседал эйнофрид.

— Здравствуйте, господин посол, у вас найдется для меня немного времени? — поинтересовалась я как могла вежливо, стараясь заглушить внутренний страх.

Посол резко дернулся и повернулся ко мне, словно в первый раз увидел и от него исходили волны неимоверного удивления. Может он и правда не был в курсе и не ожидал, что я окажусь на корабле? Если так, то конечно есть шанс, что проблема моего появления тут разрешиться быстро и без особых сложностей.

— Как ты можешь со мной разговаривать? Кто ты? — прозвучало отчетливо в моей голове и это не было похоже на голос, скорее какая-то вибрация, которая тем не менее давала мне четко понять, что именно говорит эйнофрид. Очень странная штука, было бы не плохо разобраться, откуда и как у меня проснулась такая новая функция организма, но это сейчас точно не было самым главным.

— Я- Алиса, землянка, мы с вами встречались ранее, когда от вас сбежала одна из ваших почек, — ответила я ровно, надеясь, что посол меня сейчас узнает. Хотя черт знает этих инопланетян, может мы для них все на одно лицо.

— Я чувствую, что ты говоришь правду, вот только твой сосуд, который мне знаком наполнен совсем другим содержанием, — заметил посол с отчетливой грустью и каким-то не понятным мне разочарованием.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась я с заминкой.

— Землянка, не может меня слышать, и уж тем более не может со мной говорить. А мы не питаемся себе подобными, — с печалью заметил посол. А мне пришлось приложить все усилия для того, чтобы не среагировать слишком бурно на эту фразу. В самом деле не питаетесь? Какое облегчение! Нет, ну правда, приятно осознавать, что на этом корабле меня никто не сожрет, вот только что значит, что я не землянка?

— Но твои эмоции стали еще вкуснее, а с вибрациями твоего голоса, которые я могу каким-то непонятным образом, могу сейчас понимать, это просто рай! Я очень рад, что получил от клана Кровавых такой щедрый и достойный меня подарок! Можешь не переживать, я буду беречь и хранить тебя как зеницу ока, о сладкоголосая!

Мои глаза просто полезли на лоб от такого, а челюсть отвалилась. Подарок? Клан Эйнарда меня подарил? Но ведь он говорил, что ему нужна невеста? Что здесь вообще происходит?

— Подарок? Я не могу быть подарком, я невеста Эйнарда, наверное, тут произошла какая-то ошибка, — пробормотала я несколько растерянно. А от посла повеяло резким раздражением.

— Представитель клана сам связался со мной, и уговорил вернуться, чтобы забрать тебя, какие тут могут быть ошибки?

Эйнард

Я осматривал перевернутую верх дном комнату матери и не понимал совсем что тут случилось, одно было понятно в доме матери не нашлось. Родовое гнездо было абсолютно пустым, даже слуг не было. Что за чертовщина здесь происходит?

— Может это все-таки была не она? — с затаенной надеждой поинтересовался я у дяди.

— А кто тогда? Единорог? — оборвал меня Роген, — ты ведь сам видел, все на камерах, и не хуже меня знаешь, что обмануть технику с помощью магии невозможно. Камера всегда покажет именно того, кто там был! — дядя был не приклонен, но я все еще мучался сомнениями. Зачем матери устраивать все это? Я не вижу во всем этом смысла.

— Если говорить техническим языком, то у нас есть точные сведения, что это было тело моей матери, на которое была накинута твоя личина, — упрямо суммировал я, — это не значит, что-то была она.

— Хочешь сказать, что в твою мать вселился злобный демон? — поинтересовался дядя несколько ехидно, — если так, то спешу тебя огорчить, потому что это произошло очень давно, еще до того, как мой брат на ней женился!

— Прекрати! Ты говоришь о моей матери! — рявкнул я многозначительно, — может она была под каким-то зельем, — почти прошептал я и взглянул на дядю. Словно в замедленной сьемке передо мной проносились события последних недель, отбор у Рагнара, мой оборот и зелье на запах, которого я так среагировал. Пазл в голове начал складываться, являя в голове устрашающую картину.

— Эта девушка, которая использовала против меня зелье на отборе Рагнара, где она? — спросил я, не скрывая своего волнения. Роген сразу и быстро меня понял, а вот позеленевший цвет его лица сообщал мне, что ответ мне точно не понравится.

— Должна быть тут в гнезде, в темнице!

Быстрее ветра мы кинулись вниз в подвалы… и нашли только широко распахнутую дверь камеры.

— Твоя мать, конечно, стерва, — с сомнением подытожил Роген, — но эту психопатку она бы точно сама не выпустила по доброй воле. В этом я уверен, — закончил он.

— Как такое вообще могло произойти? Это все вина отца, если бы он не сбежал ничего подобного бы не случилось, — во мне снова назревала злость на отца.

Роген посмотрел на меня как-то странно, словно раздумывал над моими словами.

— Эйнард, тебе не стоит винить моего брата! Наверное, это давно стоило тебе сообщить, но твоя мать всегда была против, — дракон замялся, словно собираясь с силами, — Герхард не твой отец. Он женился на Манисе, когда она уже была беременна тобой и сделал все возможное, чтобы воспитать тебя достойно! Ну а сейчас даже мне кажется, он заслужил немного простого счастья, пусть и ценой места главы клана. Его вины в происходящем не много.

Я неверующе и ошарашенно смотрел на Рогена, на того, кого еще несколько секунд назад считал своим кровным родственником, и по выражению его лица понимал, что все что он мне только что сказал не было шуткой.

Как такое вообще возможно?

Я мешком упал на грязный пол и прикрыл руками лицо, все внутри меня горело безудержным огнем. Весь мой мир, все во что я верил, разбилось в прах. Мать врала мне всю мою сознательную жизнь, и сейчас я уже не мог ее больше оправдывать. Она отправила мою невесту к эйнофриду и скорее всего она же украла Пышку просто для того, чтобы помешать Рогену занять место главы клана. Не знаю, насколько причастна ко всему этому эта психопатка Анна, завладела ли она сейчас телом матери или нет. Но это уже не имело для меня ни малейшего значения. Я точно знал, что никогда не смогу простить ей все годы лжи. Мать для меня умерла.

Мне оставалось только признать, что единственным человеком во всем мире, который никогда мне не врал и не пытался меня использовать была землянка, та которую нагло пытался использовать я. Алиса, которая, кажется, украла мое сердце и которая никогда больше уже не вернется.

Алиса

Эти слова эйнофрида ударили меня наотмашь, так больно мне еще никогда не было. От одной мысли о том, что Эйнард меня просто подарил, как ненужную вещь или кадку с цветком, в груди поселился ком, а в глазах защипало.

Сколько я себя не уговаривала, не приводила разумные доводы о том, что дракону изначально было на меня наплевать, ничего не помогало. Перед глазами застеленными слезами стоял наш ужин, его заигрывания и этот поцелуй, а бурное воображение дорисовывало не менее жаркую ночь, после которой меня за ненадобностью передарили другому, словно сломанную игрушку.

— Поговори со мной, мне так хорошо от твоего голоса, — как-то неуверенно и с сомнением попросил эйнофрид, а в моей голове произошел настоящий переворот. Я должна отомстить этому мерзавцу! Что думал? Поиграл и бросил? Ничего подобного! Землянки так просто не сдаются, они и обидевшему дракону голову оторвут запросто не сильно затрудняясь. Я для себя все решила! Я вернусь и мстя моя чешуйчатому будет жестока!

— Поговорить? — переспросила я, словно очнувшись от обуревавших меня чувств, внутри меня словно закручивалась невидимая спираль и я прекрасно понимала, что если сейчас рванет, то мало никому не покажется.

— Да, я не знаю, как ты это делаешь, но мне так хорошо и спокойно от звуков твоего голоса, хотя я и ощущаю, что ты очень зла, — прозвучал эйнофрид в моей голове. И совсем неожиданно пазл сложился, мне вспомнилось, как я смогла усыпить нимф, как эта девушка утверждала, что я сирена. Глупости, конечно! Ну а вдруг? Что мешает мне попробовать?

И я открыла рот и запела.

Я вкладывала всю свою боль, все свое разочарование в Эйнарде, все свои эмоции, всю тоску. Кожа покрылась пупырышками, словно я замерзла, из глаз полились слезы, но мне было все равно, я не могла больше молчать.

Я пела о том, как хочу вернуться, пела о свободе и о возмездии, которое каждый получит, о мире полном любви, справедливости и чистосты.

Слизь образовала вокруг меня настоящий круг поклонников, плавно и загипнотизировано покачиваясь в такт моему голосу, а эйнофрид начал двигаться. Я чувствовала, я знала, что он на самом деле совсем не хочет, но сейчас его ведет мой голос и он послушный этому разворачивает корабль обратно в аэропорт.

Что в жизни всего важнее?

Алиса

Я стояла совершенно ошарашенная и немного испуганная. Босая, в одежде Эйнарда в звездолете, только отчалившем в неизвестном направлении. Вот это феерическая подстава! Космических размеров! Может, тут просто произошла какая-то ошибка? Думать о том, что я могла конкретно влипнуть в неприятности, просто не хотелось.

Надо пойти и найти хоть кого-то живого, звездолет не может улететь сам по себе, а значит, если найду пилота, то смогу объяснить, что произошло недоразумение, и он, конечно, же вернет меня в аэропорт. Уверена, никто не хочет иметь дела со злым Эйнардом, по своему опыту могу сказать с уверенностью, что это себе дороже!

Поразмыслив немного, тяжело вздохнула и побрела вглубь звездолета. Как хорошо, что у меня есть чип, а значит, кто бы ни управлял звездолетом, я смогу с ним поговорить.

Шла вперед и тихо радовалась, что напольное покрытие в звездолете было ровным, да и еще и с подогревом, с моими босыми ногами как раз то, что надо.

Я завернула за угол и заверещала как резаная, и было от чего. Прямо передо мной на полу, на стенах, с потолка свисала уже знакомая мне голубая слизь.

Эйнард

Я вытащил Рогена прямо в небольшой кабинет, где располагалась служба наблюдения. Несмотря на то, что обладал магией, я не чурался техники, потому что на собственном опыте знал: иногда там, где бессильна магия, техника с легкостью решит проблему.

— Покажите запись с прохода в частном секторе, мне нужно именно расстояние между моей квартирой и квартирой 9491, — потребовал я у диспетчера, и он тут же взялся за работу.

Не прошло и нескольких минут, как я увидел, как Алиса выходит из моей квартиры в моей одежде и босая. От одного этого вида что-то внутри подозрительно дрогнуло и заворочалось, моя невеста выглядела такой хрупкой, маленькой и беззащитной в моей одежде.

Стало понятно: если с ее головы упадет хотя бы волосок, я просто поотрываю все головы, и плевать, чем это закончится для меня самого. Мой дракон был с этим целиком и полностью согласен. Но вот, видимо, Алису кто-то окликнул, и она повернулась, так и не дойдя до своей комнаты.

— Переключите камеру, — потребовал я и замер, словно громом пораженный.

— Вот это дела! — прокомментировал Роген, а мне захотелось его огреть чем-то тяжелым, потому что я не мог поверить своим глазам. Моя невеста уходила по коридору в сопровождении… моей матери!

Алиса

От моего писка, наполненного страхом и истерикой, слизь неожиданно замерла и остановила свое движение ко мне. А мне показалось, что я услышала исходящее от нее сомнение, как будто она спрашивала, испугалась ли я.

Что это такое? Перед верной смертью у меня начались глюки?

— Не подходите ко мне близко, я вас боюсь! — прошептала я несколько неуверенно.

И о чудо! Слизь немного расступилась и даже начала отползать в сторону. Что это такое происходит?

— Вы меня понимаете? — поинтересовалась я несколько робко.

Звукового ответа не последовало, но я четко уловила, что да, меня понимают, хотя не знают, каким именно образом. Это и пугало, и вселяло надежду одновременно. Одно дело, когда ты на корабле, забитом опасной инопланетной слизью, которая хочет тебя сожрать, и совсем другое, когда у тебя с этой слизью установился хоть какой-то, но контакт. В этом случае есть небольшой шанс, что тебя если и сожрут, то не сразу!

Вот только именно в этот момент я совсем не с радостью вспомнила, что эта слизь не ходит одна. Точнее, даже не так: она является почками этого жуткого существа эйнофрида, который был послом черт знает насколько далекой галактики.

Мне совсем не составило труда сложить все воедино и осознать, что я по той или иной причине нахожусь именно на его корабле, но как? Он ведь улетел, кажется, еще вчера. Что произошло и почему они вернулись?

Наверное, сейчас самым разумным было бы найти посла на корабле, пока меня не сожрала его слизь, и попытаться объяснить ему ситуацию. В конце концов, ведь если я смогла найти какой-никакой общий язык с его почками, то, вполне возможно, смогу найти язык и с самим послом? По крайней мере, стоит попробовать!

— Проводите меня к послу, — попросила я в полный голос, а слизь верно и планомерно начала двигаться в другую сторону. Я еле сдержала в себе смех, картина получалась забавная. Знакомьтесь, землянка Алиса — повелительница межгалактической слизи.

Смех, правда, получался несколько истеричным и полным черного юмора, но, как говорится, все могло бы быть и гораздо хуже.

Собрав себя в кучу, я последовала за слизью, мысленно молясь о том, чтобы она не оставляла за собой никаких следов на полу.

Эйнард

Я метался по комнате, словно раненый тигр в клетке. Нам довольно быстро удалось выяснить все доступные детали произошедшего, вот только они меня не радовали от слова совсем.

В звездолете, в который моя мать практически впихнула Алису, я без труда узнал звездолет эйнофридов. И это было очень и очень плохо. Фактически это означало, что шансов вернуть Алису у меня не было вообще.

Как дракон я мог порталом перенестись практически в любой мир, за небольшими исключениями, и как назло именно таким исключением был мир эйнофридов. Хуже всего было то, что даже если бы у меня получилось каким-то невероятным образом переместиться именно туда, это бы все равно не решило вопроса по той простой причине, что Алиса была еще не там, а на корабле с послом! Более того, ситуацию ухудшало то, что звездолет был сейчас в космосе, а я не мог открывать порталы в космосе, только из одного мира в другой, а значит, все время полета между мирами или галактиками Алиса находилась вне зоны моего доступа, я просто не мог перенестись к ней. И было неизвестно, сможет ли она вообще долететь до какого-то ни было мира или же мерзкая слизь сожрет ее по дороге.

От одной мысли о подобном дракон внутри зашелся в таком отчаянном вое, что меня в буквальном смысле этого слова скрючило от боли на полу.

— Хватит уже мельтешить перед глазами! — рявкнул Роген. — Лучше вместо этого попытайся связаться со своей матерью и узнать у нее, какого черта она творит!

Я замер на полу в позе эмбриона, осознав, что ведь он абсолютно прав. Если мать по неизвестной мне причине устроила такую подставу, то она же и должна знать ответы.

Она накинула на себя магическую личину Рогена, что было вообще-то незаконно. И еще не известно, но я не стал бы исключать, что она же была причастна к исчезновению Пышки. Хотя, если уж быть совсем откровенным, то судьба невесты дяди в данный момент интересовала меня меньше всего. А вот к матери накопилось очень много некрасивых и прямых вопросов.

Я поднял кристалл и сделал попытку дозвониться, которая, разумеется, провалилась.

— Умная стерва, — констатировал Роген. Наверное, раньше я бы начал ссору из-за того, что он посмел так отозваться о моей матери, но сегодня был с ним целиком и полностью согласен, если бы даже сам не подобрал более резкие выражения.

Но я не собирался останавливаться и совершил попытку открыть портал прямо к матери, это должно быть возможно между родственниками, да и не только. В принципе к любому человеку можно было просто перенестись. Но меня снова ожидало разочарование: портал отказывался открываться.

— Значит, она в открытом космосе, — подытожил Роген, хотя я это уже понял и без него.

— Это ничего не значит, какие-то следы и улики все равно должны были остаться! — промолвил я озабоченно и открыл портал домой, прямо в комнату матери.

Алиса

Я шла все быстрее и быстрее за слизью в глубь звездолета, и страх постепенно меня отпускал. В самом деле, чего бояться? Жрать меня пока не собирались, я слышала настроение и общение слизи, как — ума не приложу, но в целом эти почки были не такими уж и неприятными малыми.

Правда, с очень специфическим чувством юмора, но не мне судить их культурное наследие.

Внезапно коридор расступился, и мы оказались в огромной кабине пилота, выглядело это место жутковато. Посередине кабины располагался огромный экран, хотя, может быть, это было стекло, я не специалист по звездолетам, из него открывался завораживающий вид на открытый космос, вот только все остальное вокруг, на мой человеческий взгляд, больше напоминало помойку. Какие-то непонятные трубы переплетались между собой, часть была порвана и из них просто торчали провода, часть шла прямо к огромному креслу, на котором с вальяжным видом восседал эйнофрид.

— Здравствуйте, господин посол, у вас найдется для меня немного времени? — поинтересовалась я как могла вежливо, стараясь заглушить внутренний страх.

Посол резко дернулся и повернулся ко мне, словно в первый раз увидел, и от него исходили волны неимоверного удивления. Может, он и правда не был в курсе и не ожидал, что я окажусь на корабле? Если так, то, конечно, есть шанс, что проблема моего появления тут разрешится быстро и без особых сложностей.

— Как ты можешь со мной разговаривать? Кто ты? — прозвучало отчетливо в моей голове, и это не было похоже на голос, скорее, какая-то вибрация, которая тем не менее давала мне четко понять, что именно говорит эйнофрид. Очень странная штука, было бы неплохо разобраться, откуда и как у меня проснулась такая новая функция организма, но это сейчас точно не было главным.

— Я Алиса, землянка, мы с вами встречались ранее, когда от вас сбежала одна из ваших почек, — ответила ровно, надеясь, что посол меня сейчас узнает. Хотя черт знает этих инопланетян, может, мы для них все на одно лицо.

— Я чувствую, что ты говоришь правду, вот только твой сосуд, который мне знаком, наполнен совсем другим содержанием, — заметил посол с отчетливой грустью и каким-то непонятным мне разочарованием.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась я с заминкой.

— Землянка не может меня слышать и уж тем более со мной говорить. А мы не питаемся себе подобными, — с печалью заметил посол. Мне пришлось приложить все усилия, чтобы не среагировать слишком бурно на эту фразу. В самом деле не питаетесь? Какое облегчение! Нет, ну правда, приятно осознавать, что на этом корабле меня никто не сожрет, вот только это значит, что я не землянка?

— Но твои эмоции стали еще вкуснее, а с вибрациями твоего голоса, которые я могу слышать каким-то непонятным образом, могу понимать, — это просто рай! Я очень рад, что получил от клана Кровавых такой щедрый и достойный меня подарок! Можешь не переживать, я буду беречь и хранить тебя как зеницу ока, о сладкоголосая!

Мои глаза просто полезли на лоб от такого, а челюсть отвалилась. Подарок? Клан Эйнарда меня подарил? Но ведь он говорил, что ему нужна невеста! Что здесь вообще происходит?

— Подарок? Я не могу быть подарком, я невеста Эйнарда, наверное, тут произошла какая-то ошибка, — пробормотала несколько растерянно. А от посла повеяло резким раздражением.

— Представитель клана сам связался со мной и уговорил вернуться, чтобы забрать тебя, какие тут могут быть ошибки?

Эйнард

Я осматривал перевернутую вверх дном комнату матери и совсем не понимал, что тут случилось, одно было ясно: ответов в доме матери не нашлось. Родовое гнездо было абсолютно пустым, даже слуги отсутствовали. Что за чертовщина здесь происходит?

— Может, это все-таки была не она? — с затаенной надеждой поинтересовался я у дяди.

— А кто тогда? Единорог? — оборвал меня Роген. — Ты ведь сам видел все на камерах и не хуже меня знаешь, что обмануть технику с помощью магии невозможно. Камера всегда покажет именно того, кто там был! — Дядя был непреклонен, но я все еще мучился сомнениями. Зачем матери устраивать все это? Не вижу во всем этом смысла.

— Если говорить техническим языком, то у нас есть точные сведения, что это было тело моей матери, на которое была накинута твоя личина, — упрямо суммировал я, — это не значит, что это была она.

— Хочешь сказать, в твою мать вселился злобный демон? — поинтересовался дядя несколько ехидно. — Если так, то спешу тебя огорчить, потому что это произошло очень давно, еще до того, как мой брат на ней женился!

— Прекрати! Ты говоришь о моей матери! — рявкнул я многозначительно. — Может, она была под каким-то зельем, — почти прошептал я и взглянул на дядю. Словно в замедленной сьемке передо мной проносились события последних недель: отбор у Рагнара, мой оборот и зелье, на запах которого я так среагировал. Пазл в голове начал складываться, являя устрашающую картину.

— Эта девушка, которая использовала против меня зелье на отборе Рагнара, где она? — спросил, не скрывая своего волнения. Роген сразу и быстро меня понял, а вот позеленевший цвет его лица сообщал, что ответ мне точно не понравится.

— Должна быть тут, в гнезде, в темнице!

Быстрее ветра мы кинулись в подвалы… и нашли только широко распахнутую дверь камеры.

— Твоя мать, конечно, стерва, — с сомнением подытожил Роген, — но эту психопатку она бы точно сама не выпустила по доброй воле. В этом я уверен, — закончил он.

— Как такое вообще могло произойти? Это все вина отца, если бы он не сбежал ничего подобного бы не случилось. — Во мне снова назревала злость на отца.

Роген посмотрел как-то странно, словно раздумывал над моими словами.

— Эйнард, тебе не стоит винить моего брата! Наверное, давно стоило тебе сообщить, но твоя мать всегда была против, — дракон замялся, словно собираясь с силами, — Герхард не твой отец. Он женился на Манисе, когда она уже была беременна тобой, и сделал все возможное, чтобы воспитать тебя достойно! Ну а сейчас даже мне кажется, он заслужил немного простого счастья, пусть и ценой места главы клана. Его вины в происходящем немного.

Я неверяще и ошарашенно смотрел на Рогена, на того, кого еще несколько секунд назад считал своим кровным родственником, и по выражению его лица понимал: все, что он мне только что сказал, не было шуткой.

Как такое вообще возможно?

Я мешком упал на грязный пол и прикрыл руками лицо, внутри все горело безудержным огнем. Весь мой мир, все, во что я верил, разбилось в прах. Мать врала всю мою сознательную жизнь, и сейчас я уже не мог ее больше оправдывать. Она отправила мою невесту к эйнофриду и, скорее всего, она же украла Пышку просто для того, чтобы помешать Рогену занять место главы клана. Не знаю, насколько причастна ко всему этому эта психопатка Анна, завладела ли она сейчас телом матери или нет. Но это уже не имело для меня ни малейшего значения. Я точно знал, что никогда не смогу простить ей все годы лжи. Мать для меня умерла.

Оставалось только признать, что единственным человеком во всем мире, который никогда мне не врал и не пытался использовать была землянка, та которую нагло пытался использовать я, Алиса, которая, кажется, украла мое сердце и которая никогда больше уже не вернется.

Алиса

Эти слова эйнофрида ударили наотмашь, так больно мне еще никогда не было. От одной мысли о том, что Эйнард меня просто подарил, как ненужную вещь или кадку с цветком, в груди поселился ком, а в глазах защипало.

Сколько я себя ни уговаривала, ни приводила разумные доводы, что дракону изначально было на меня наплевать, ничего не помогало. Перед глазами, застеленными слезами, стоял наш ужин, его заигрывания и этот поцелуй, а бурное воображение дорисовывало не менее жаркую ночь, после которой меня за ненадобностью передарили другому, словно сломанную игрушку.

— Поговори со мной, мне так хорошо от твоего голоса, — как-то неуверенно и с сомнением попросил эйнофрид, а в моей голове произошел настоящий переворот. Я должна отомстить этому мерзавцу! Что думал? Поиграл и бросил? Ничего подобного! Землянки так просто не сдаются, они и обидевшему дракону голову оторвут запросто, не сильно затрудняясь. Я для себя все решила! Я вернусь и мстя моя чешуйчатому будет жестока!

— Поговорить? — переспросила я, словно очнувшись от обуревавших чувств. Внутри словно закручивалась невидимая спираль, и я прекрасно понимала, что если сейчас рванет, то мало никому не покажется.

— Да, не знаю, как ты это делаешь, но мне так хорошо и спокойно от звуков твоего голоса, хотя я и ощущаю, что ты очень зла, — прозвучал эйнофрид в моей голове. И совсем неожиданно пазл сложился. Мне вспомнилось, как я смогла усыпить нимф, как эта девушка утверждала, что я сирена. Глупости, конечно! Ну а вдруг? Что мешает мне попробовать?

И я открыла рот и запела.

Я вкладывала всю свою боль, все свое разочарование в Эйнарде, все свои эмоции, всю тоску. Кожа покрылась пупырышками, словно я замерзла, из глаз полились слезы, но мне было все равно, я не могла больше молчать.

Пела о том, как хочу вернуться, пела о свободе и о возмездии, которое каждый получит, о мире, полном любви, справедливости и чистоты.

Слизь образовала вокруг меня настоящий круг поклонников, плавно и загипнотизировано покачиваясь в такт моему голосу, а эйнофрид начал двигаться. Я чувствовала, знала, что он на самом деле совсем не хочет, но сейчас его ведет мой голос, и он, послушный этому голосу, разворачивает корабль обратно в аэропорт.

Что в жизни всего важнее?

Эйнард

Я сидел на полу и смотрел в никуда, дракон внутри выл, словно он и не дракон вовсе, а натуральный волк-оборотень. Как же я мог так не замечать главного? Как смог так сосредоточиться на мечте построить аэропорт, что абсолютно игнорировал, все, что происходило вокруг?

— Ну что это ты тут расселся? Я понимаю, что новости так себе, но в конце концов ни мою, ни твою невесту никто без нас искать не будет, — заявил Роген.

Я взглянул на него злобно исподлобья.

— А твой-то интерес в этом какой? Ни за что не поверю, что тебе и вправду нужна эта Пышка!

— Ну ты же сам сказал, что тебе клан не нужен, только аэропорт, и уж поверь моему жизненному опыту, кланы просто так на дороге не валяются.

Ироничность дракона резко контрастировала с моим настроением, но возразить ему было нечего. Правда была в том, что сейчас я бы отдал даже аэропорт, лишь бы только вернуть Алису, вот только своему фальшивому дяде сообщать об этом не собирался.

Внезапно часы экстренной связи с аэропортом завибрировали, я грязно ругнулся и уже было хотел их снять и выкинуть куда подальше, но Роген оказался быстрее и нажал на кнопку приема вызова.

— Эйнард, кажется, звездолет эйнофридов возвращается в аэропорт, — послышался встревоженный и в то же время полный надежды голос Амины, а у меня внутри все замерло. Мне просто не может так повезти, неужели это правда?

— Примерное время прибытия? — спросил я, молясь, чтобы мне не послышалось и у меня совершенно внезапно и неожиданно появился хотя бы небольшой шанс.

— Около получаса, больше разобрать невозможно, сам понимаешь, эти создания разговаривать не умеют, да и вообще звездолет ведет себя несколько странно, — заметила Амина.

Но я ее уже не слышал, я открывал еще один портал обратно в аэропорт.

Еще один переход дался нелегко, я в буквальном смысле вывалился на пол аэропорта. Я, конечно, сильный дракон, но столько переходов за такое короткое время, да еще и с восстанавливающимся ресурсом кого хочешь доведут до ручки.

— Давай, вставай уже, боец! Тебе еще невесту отбивать у инопланетного посла, — насмешливо заметил Роген, протягивая мне руку, чтобы я мог подняться.

— Легко говорить любителю халявы, ты вообще зачем за мной поперся? — проворчал я.

— Как это зачем? Поддержать, конечно! По-семейному, так сказать, — ответил он, а я выразительно вскинул бровь. По-семейному значит, но липовый дядя, кажется, уже и сам понял, что сморозил глупость.

— Эйнард, даже несмотря на то, что ты мне не родной племянник, я все равно отношусь к тебе очень хорошо и обязательно поддержу в твоих начинаниях, — продолжал мне вешать лапшу на уши этот нахал. Нет, он что, правда всерьез думает, что я на это сейчас куплюсь?

Я и раньше ему особо не доверял, а уж выяснив, что он не совсем не кровный родственник, так тем более! Но руку все-таки принял, самому сейчас мне подняться было действительно трудно.

— Может, прекратишь пудрить мозги, а лучше прямо скажешь, что тебе надо?

— Вот сколько мы ни старались, так и не смогли привить тебе простых навыков дипломатии, и в кого ты только такой пошел, — вещал Роген. Он вообще серьезно?

— Думаю, раскаиваться в этом поздно, а тебе лучше просто перейти к делу, — отрезал я, сейчас надо сосредоточиться и подумать, как вернуть Алису без потерь, а не слушать этот бред.

— Я, так уж и быть отдам, тебе аэропорт, а ты мне за это поможешь найти мою невесту, — выдавил из себя Роген, а я посмотрел на него, словно на умалишенного. Он сейчас шутит?

— Я позволю тебе встать во главе клана, если ты не будешь сейчас мешаться под ногами, — отрезал, видя, как ко мне со всех ног уже спешат Амина и Амунтар.

— Стыковка через десять минут, — сообщила девушка, а мой секретарь безуспешно пытался что-то сделать на своем планшете.

— Нам так и не удалось связаться с кораблем, — наконец проронил он. Тонконогий не умел демонстрировать эмоции, но сейчас я четко чувствовал его напряжение. Это очень плохо!

Как вообще можно не суметь связаться с кораблем? Они же не вымерли там все?

Воображение тут же нарисовало весьма душераздирающую картину, от которой у меня в буквальном смысле этого слова ноги подкосились, но я поторопился отбросить от себя этот бред. Этого не может быть, для управления звездолетом нужно как минимум одно живое создание, и это точно не может быть слизь посла.

Впрочем, если этим единственным выжившим окажется посол, то я его прикончу, и плевать, что это может стоить мне жизни и политического скандала размером с галактику!

Стыковка прошла успешно, и мы все замерли возле гейта. Не знаю, как остальные, но я, кажется, даже забыл, как дышать.

Сквозь легкий дымок открывающегося люка соединения с гейтом начала медленно, но верно просачиваться слизь, а у меня защипало в глазах. Столько слизи, Алиса просто не могла выжить! Я убью этого эйнофрида!

Но внезапно дымка разошлась, и я увидел ее!

Алиса плыла, окруженная неизвестным мне свечением, и пела, ее волосы колыхались под действием магии, которую она распространяла вокруг. Моя невеста была прекрасна и устрашающа одновременно, словно дикая валькирия, полная власти над смертью, она завораживала своей яростью и заставляла преклониться перед ее красотой и могуществом. Сейчас, именно в этот момент, казалось, что эта босая красавица владела не только моим сердцем, но и всем миром.

На мгновение наши глаза встретились, и ее лицо исказила гримаса боли.

— Взять его!

Алиса

Управление эйнофридом и его слизью оказалось на самом деле совсем не такой простой задачей, как мне показалось поначалу, его воля отчаянно сопротивлялась, раз за разом пытаясь скинуть путы убеждения, которые накладывали на него вибрации моего голоса.

Да и вообще петь без остановки вот уже пару часов не было самой легкой задачей из всех, которые я когда-либо делала. Но сдаваться я не собиралась! Планировала вернуться в аэропорт и оторвать дракону голову. По возможности не только ее, но и другие выступающие места, которыми он изволил пользоваться без взаимного консенсуса.

Внезапно разыгравшаяся жажда мести помогала мне держать фокус и не сдаваться.

Наконец звездолет состыковался с гейтом аэропорта, и я порадовалась про себя, что нам все-таки дали разрешение на посадку. Я прекрасно слышала, как служащие аэропорта пытались раз за разом с нами связаться, но не могла с этим ничего поделать, держать эйнофрида под контролем с каждой минутой становилось все сложнее, он злился, что мы вернулся, бесился от того, что я держу под контролем, и совсем не хотел меня отпускать. Отвечать в таких условиях на запросы аэропорта было бы чистой воды самоубийством.

Оставалось совсем немного: покинуть звездолет и надеяться на то, что у разъяренного посла хватит ума не выскакивать за мной и не выяснять отношения со всеми служащими и прочими, кому не повезет попасться под горячую руку.

Выходила я красочно, но совсем не потому, что жаждала поклонения или внимания, просто слизь попалась приставучая! Невероятно, но факт! Мои новые синие фанаты несмотря на все попытки, просто отказывались отпускать меня одну, они даже были готовы покинуть своего отца или мать (я ничего не знаю о физиологических особенностях эйнофридов, потому не буду уточнять половую принадлежность этого инопланетного жителя), лишь бы проводить и убедиться, что у меня все в порядке. Распереживались, бедненькие, от моей раны сердечной!

Одним словом, выходила я как в одной известной земной песне, вот только вместо именитого итальянского бренда меня окружала иномирная слизь. Ну а что? Как по мне, так вполне достаточно для того, чтобы произвести незабываемое впечатление!

Алиса — повелительница эйнофридной слизи! Неплохо звучит, почти как важный титул!

Вот только все размышления резко прервались, когда, выплыв из звездолета, я нос к носу столкнулась не только с Эйнардом, но и с его дядей, тем самым, который меня в этот звездолет и умудрился запихать.

Я, конечно, не ожидала от них цветов и шариков, скорее, была готова раздавать подарки сама!

— Взять его! — проревела я, указывая слизи на обидчика.

Петь я прекратила и теперь надеялась, что мои фанаты не разбегутся, творя непотребство вокруг, а будут преданно защищать свою предводительницу. Это было, конечно, дело рискованное, но что поделать!

Роген, видимо, быстро понял, что ему пришла хана, и потому, не теряя драгоценного времени, буквально запрыгнул на своего племянника. Никогда не думала, что драконы могут быть трусливыми, но этот, видно, обладал целым рядом весьма впечатляющих отличительных черт.

В этот момент наши взгляды снова пересеклись, и у меня заныло сердечко. Как же он мог, такой красивый, чертяка, и такой поганец! Вот говорила мне мама, что мужчины — зло, а на мою пятую точку притягиваются худшие из вариантов, но я не слушала, вот результат!

— Ты подлый мерзавец!

Я рассерженно и обвинительно ткнула пальцем в дракона, в принципе даже сама не совсем понимала, кого именно из этих двоих имею в виду, тут оба отличились.

— Алиса, послушай, Роген тут вообще ни при чем, моя мать приняла его личину и посадила тебя на корабль, — объяснял мне спокойно Эйнард, и, наверное, именно это и стало последней каплей. Одно дело — выгораживать родственника, но он даже не пытается оправдать свое скотское поведение ко мне сегодня утром. Поматросил и бросил, значит?

Волосы на голове стали дыбом, и я, издав грозный вой раненой тигрицы, с диким воплем: «Загрызу!» — кинулась на Эйнарда.

Эйнард

Когда Роген внезапно запрыгнул на меня, словно пытаясь сесть мне на шею, я поначалу растерялся. Не спорю, Алиса выглядела впечатляюще, и я бы даже сказал устрашающее, но в то, что она действительно сможет нанести кому-то вред, я не верил.

Нет, нам, конечно, еще предстоит разобраться в том, кто же она такая на самом деле, но где она и где дракон?

Однако трусливый дядя не был столь уверен и явно не горел желанием с меня слезать.

— Алиса, послушай, Роген тут вообще ни при чем, моя мать приняла его личину и посадила тебя на корабль. — Я попытался объяснить ситуацию, ведь до этого момента Алиса отличалась удивительной рассудительностью и благоразумием.

То, что и у нее, как и у всех женщин, запасы этих прекрасных черт характера имеют свойство заканчиваться, я осознал, когда она с диким ревом: «Загрызу!» — кинулась на меня.

В этой ситуации радовало одно: Роген быстро сориентировался, что находится прямо на линии огня, и не то чтобы слез с меня, но умудрился даже слету открыть портал неизвестно куда и провалиться в него.

Вот что желание избежать рассерженной женщины с драконами делает!

Однако я стоял и смотрел на приближение Алисы с легкой улыбкой, а дракон так и вовсе радовался внутри, как маленький ребенок! Ну в самом деле, что она может мне сделать?

То, что ее лицо странным образом трансформируется, а зубы удлиняются, превращаясь в длинные и острые клыки, я понял слишком поздно, буквально за пару мгновений до того, как они вонзились в мою шею.

Испугался ли я смерти в это мгновение? Нет, мной владело полное доверие, мы с драконом точно знали, что Алиса никогда не сможет причинить нам вред.

Резкая вспышка, магия, разрывающая все вокруг, кровь, которая буквально забурлила вокруг, и я потерял сознание.

Нестандартная свадьба или длинный эпилог

Алиса

Кажется, это называется дежавю. Я снова просыпалась с тяжелой головой и страшной болью во всем теле в кровати Эйнарда, и опять без самого дракона.

А нет! Ошибочка вышла! Это не дежавю, это дежафу-у-у-у!

Под одеялом нашлись совсем не славные останки дракона, а пара мужских трусов. Проверять, чистые ли они, я не решилась. Просто, сдерживая все крепкие словечки, вертевшиеся в голове, прихватив это счастье двумя пальцами и клятвенно обещая себе не только помыть руки, но и по возможности их продезинфицировать, я понесла это «сокровище» куда подальше, размышляя, что же мне теперь с этим счастьем делать.

Воспоминаний о том, что происходило после того, как я накинулась на дракона у меня не было, и это прилично нервировало. Я, конечно, не очутилась в так называемом дне сурка, и наличие мужских боксеров это подтверждало, но все же рисковать и проживать вчерашний день снова не хотелось.

Внезапно дверь ванной резко распахнулась, чуть не огрев меня по лицу, а за ней показался вполне довольный жизнью чешуйчатый в одном полотенце.

Маленькие капельки воды рассказывали мне, что он прямо из душа, и нежно скользили по его смуглой коже, с груди вниз по крепкому рельефному торсу, застревая и путаясь в коротких, темных, курчавых волосах, которые так и звали попробовать их на ощупь.

Я настолько залипла на разглядывание полуголого дракона, что даже не сразу сообразила, что вообще-то и сама в костюме Евы.

Громко икнув, я тут же совершила попытку прикрыться этими самыми труселями, слишком поздно осознавая, что их не хватит, даже для самых стратегических мест. Вот же подстава!

— Не волнуйся ты так, — совершенно спокойно заметил Эйнард и совершил совершенно несвойственный его поганому характеру джентльменский жест, сняв с себя полотенце.

Он стоит прямо передо мной! Голый! Именно это орало мое подсознание, пока я, не сводя внимательного взгляда с весьма выдающихся достоинств дракона, забирала у него полотенце. Хм, уж не поэтому ли у меня все болит?

— Не смотри так на меня, а то в самом деле прикрыться хочется, — с озорной улыбкой сообщил мне дракон, а я словно отмерла и истерично бросила в него его же трусы, сама укутываясь в полотенце.

— Что вчера было? — поинтересовалась тихо, но твердо, думаю, сразу и про позавчера спрашивать смысла нет.

— Неужели ты совсем ничего не помнишь? — поинтересовался дракон с видом оскорбленного достоинства. — Ну да я не прочь напомнить, — заявил этот нахал, и только чертята в глазах сообщали, что жених и начальник просто откровенно издевается, наслаждаясь заливающим мои щеки румянцем.

Ну раз так…

— Не помню, совсем не помню! Так что можешь устраивать тут театр одного актера, — разрешила я, глядя прямо в глаза дракону и получая кайф от его реакции. Не этого он ожидал, совсем не этого! Так тебе, чешуйчатый!

— Я, если честно, сам не в курсе, — наконец, слегка замявшись, признался Эйнард, а я растерялась окончательно. — Но кое-то все-таки успел заметить, — сообщил он и повернулся ко мне филейной частью. Он что, решил себя голышом со всех сторон показать? Я не собираюсь, если что, отвечать ему тем же!

Одно было точно: всю спину дракона украшало что-то весьма похожее на татуировку, на ней была весьма симпатичная девушка в полный рост, чем-то неуловимо похожая на меня. Это так и было? Или мой жених натуральный маньяк и набил меня? Когда только успел ее сделать? А говорит, что ничего не помнит!

— Это что, я? Ты что совсем с ума сошел? — Ко мне наконец вернулся дар речи.

— Появилась после того, как ты меня вчера укусила, было не очень больно, так что можешь не переживать, — сообщил мне чешуйчатый с улыбкой счастливого идиота, вот честное слово, как будто миллион выиграл!

— Могу и больнее, мне не трудно, — отрезала я многозначительно и, как мне казалось, вполне угрожающе. Вот только дракон улыбнулся еще счастливее, хотя, казалось бы, куда уже?

— Давай мы лучше твою спину посмотрим. — Поигрывая бровями, все еще голый дракон сделал шаг ко мне, а у меня от неожиданности и ужаса от охватившего предположения даже дыхание сперло.

— Что?! — просипела я и со всех ног кинулась в ванную, чтобы внимательно осмотреть спину, с которой на меня вполне вдохновленно смотрел огромный дракон.

— Ешкины кошки, я же теперь натуральный глава якудзы, — пролепетала я, расстроенно осматривая свою оголенную спину, — что же теперь делать-то?

— Кто такой якудза? — поинтересовался дракон из-за моей спины, а меня уже больше совсем не волновала моя или его нагота.

— Убери это немедленно! — потребовала я.

— Милая, мне жаль тебя расстраивать, но это невозможно, — мягко и настолько ласково пропел этот чешуйчатый, что его тут же захотелось огреть чем-то очень тяжелым.

— Это еще почему? — поинтересовалась я.

— Обычно когда дракону выпадает счастье встретить свою истинную пару, то у обоих на запястьях появляются парные татуировки, скрепляющие союз, именно так мы понимаем, что брак заключен и этого уже не изменишь, — спокойно и с расслабленной улыбкой убил меня этот гад.

— Но у меня не татуировка на запястье, у меня, кажется, твой дракон во всю спину! Что это вообще значит? Что одни истиннее, чем другие? — Это была абсолютно какая-то нереальная ситуация, уж лучше бы пела эйнофриду, честное слово. Почему если у меня попадалово, то каких-то просто галактических размеров? Где справедливость?

— Наверное так, — спокойно закопал и плиту надгробную поставил дракон.

— Но я не соглашалась выходить за тебя замуж! Я и невестой-то была так, понарошку! Исправь это немедленно! У нас даже свадьбы нормальной не было! Где мое платье в горошек? — У меня, кажется, начиналась настоящая форменная истерика.

— Мы с тобой уже женаты, и этого не изменишь, чем скорее ты это примешь, тем лучше для всех, а если хочешь свадьбу, то мы можем организовать хоть две, — с хрипотцой в голосе произнес Эйнард, заключая меня в объятия.

Его кожа на моей, от одного этого прикосновения все тело пробило током, а коленки начали подгибаться, но мозг, к счастью, решил не сдавать последние позиции, и, заехав дракону по коленной чашечке, я смогла выпутаться из объятий и, уже не обращая никакого внимания на свою наготу, понеслась к двери.

— У тебя уже не получится не сбежать, ни скрыться, — неслось мне в спину.

Утро следующего дня

— Нет, это что, издевательство какое-то? — произнесла я вслух, потому что все было ровно, как вчера и за день до этого. Все та же пустая кровать в комнате Эйнарда, только на этот раз его радостный голос, напевавший что-то незнакомое, доносился сквозь шум воды из ванной.

Чтобы убедиться, что не сплю, больно ущипнула себя за руку и тут же зашипела, словно кошка, внимательно рассматривая покраснение на коже. Значит, не сплю!

Но как же так вышло?

Я отчетливо помню, как весь день всеми силами и подручными средствами избегала Эйнарда и спать легла в своей квартире. Как же я умудрилась оказаться тут?

Ругаясь хуже пьяного сапожника, я стащила одеяло с кровати и, завернувшись в него, словно в кокон, отправилась к себе.

Через год

— Кажется, к этому моменту уже перепробовала все, — жаловалась Амине, — я уезжала в другой мир, запиралась, не спала, точнее, пыталась, даже пыталась заснуть с другим, — перечисляла и загибала пальцы на все уже опробованные методы выхода из ситуации, повторяющейся из одного утра в другое.

Что бы я ни пыталась делать, что бы ни происходило в моей жизни, все равно каждое утро я просыпалась в одной постели с Эйнардом! А этот гад со временем стал еще более изощрен в своих издевательствах надо мной, каким-то странным образом всегда просыпался немного раньше, вот только теперь не покидал кровать, а старался использовать эту возможность провести со мной время и удивить по максимуму. Я чувствовала себя осажденной крепостью, но сдаваться совсем не собиралась! Это просто не в моих правилах!

— Может быть, уже хватит? Я думаю, настало время наконец признать, что ты влюблена в него, как кошка, и наконец-то жить в мире и счастье? — устало поинтересовалась у меня подруга.

— Э нет! Так дело не пойдет! А как же мой договор о работе?

— Ой, все, Алиса! Кончай дурить!

Эйнард

Алиса держалась долго и крепко, словно неприступная осажденная крепость, она не собиралась сдаваться, а я неустанно прикладывал усилия, чтобы камень за камешком разрушить стену, которую сам же воздвиг между нами своим поведением.

Время шло, но я всегда был упорным, если не сказать упрямым. Моя сирена стала единственной, кто в самом деле держал меня и спасал от безумства этого мира. Я действительно договорился с Рогеном, и мы подписали все бумаги, согласно которым я отказывался от всех претензий на клан, но взамен получал аэропорт полностью в свое распоряжение. Сменил название с «Дракомурзиля Великого» на более современное и не имеющее отношение к моим предкам из клана Кровавых.

Более того, я вышел из клана. Мать, наверное, если бы узнала, что все ее усилия пошли прахом, была бы в ярости, но она так никогда больше и не появилась, примерно через год ее признали умершей, я сам с каким-то затаенным облегчением подписал все документы, свидетельствующие о ее смерти, для меня она уже давно умерла. Я слышал, что почти сразу после этого Герхард вернулся, но не интересовался им или его жизнью и не искал с ним встречи.

Я поставил себе совсем другую цель и с упорством шел к ней, рано или поздно я своего добьюсь, и Алиса сдастся! Да и магия на моей стороне, ведь что бы эта нахалка ни вытворяла, все равно каждое утро просыпалась рядом со мной.

Сегодняшнее утро было точно таким же, как и всегда, точнее, другим. Каждое утро я неустанно придумывал новые маленькие подарки и сюрпризы для своей любимой в надежде, что рано или поздно попаду в цель.

— Скажи, а ты правда не знаешь, происходит между нами хоть что-то ночью? — поинтересовалась Алиса, а я мягко улыбнулся, заключая ее в объятия. Совсем недавно она наконец начала со мной нормально разговаривать, и меня безмерно радовал такой прогресс.

— Я правда не знаю, за этот год успел перерыть немало книг и об истинных, и о тебе, но так и не нашел ничего толком, все больше похоже на сказания или легенды. Так что можешь гордиться своей исключительностью. — Я осторожно и нежно дотронулся до носа Алисы пальцем, а она совсем внезапно и неожиданно потянулась ко мне всем телом.

— Знаешь, я долго думала об этом… — начала как бы издалека, а мне пришлось приложить все усилия, чтобы сдержать победную улыбку. Я слишком долго шел к такому упертому счастью, чтобы сейчас все испортить и спугнуть его своим самодовольством.

Между горячими поцелуями я, кажется, даже пообещал Алисе купить это чертово платье в горошек и устроить огромную свадьбу, хотя, впрочем, какая разница? Если моей сирене так хочется, то пускай будет хоть по две свадьбы и по три платья каждый год.

Ради нее мне ничего не жалко!