Хозяйка разрушенной крепости

Глава 9

Я осталась караулить свой охотничий трофей. Винс же сходил в деревню и привел людей, которые, соорудив волокушу, вытащили кабана из леса. После чего, дотащив мою добычу до деревни, крестьяне по моему приказу содрали с туши шкуру, выпотрошили, разрубили на куски – и, обмазав глиной, принялись жарить мясо, закопав его в землю и сверху разведя костры.

– На вертел тушу насадить целиком было не проще? – поинтересовалась я, удивившись столь первобытному способу готовки.

Винс усмехнулся.

– Железный вертел такого размера будет стоить очень недешево. Не с нашими доходами покупать столь дорогие вещи.

– Железо – это дорого? – удивилась я.

– Эх, госпожа, – вздохнул Винс. – Счастливы вы все-таки, что росли в замке, не зная никаких забот. Железо нынче подешевле золота, конечно, но, может, лишь втрое. Его завозят с материка: откуда взяться металлам на наших каменных островах?

Понятно. С разработкой полезных ископаемых тут все плохо. Ладно, со временем разберемся и с этим. А пока моей основной задачей было накормить людей, давно забывших, что значит досыта поесть.

Понятно было, что здоровенного кабана все равно надолго не хватит, но я обратила внимание на нетронутые заросли рогоза с удлиненными бархатистыми цветами на длинных стеблях, что высились по берегам недалекого болота, – и поинтересовалась у Винса:

– Похоже, вон те растения никто ни разу не срезал?

– Дьявольский тростник-то? – удивился начальник охраны крепости. – А зачем его срезать? Старики говорили, что в этих стеблях живут души тех, кто утонул в болоте. И чем гуще его заросли, тем больше неупокоенных мертвецов ползает по дну, ожидая очередного невнимательного путника, чтобы затянуть его в трясину.

– Ишь ты, как сильно тут у вас с суевериями, – сказала я. – Дай-ка мне свой нож.

Винс не посмел ослушаться, и я прям спиной чувствовала, как вся деревня, что собралась у костров в ожидании трапезы, напряженно смотрела мне вслед.

Но я знала, что делала.

В юности я увлекалась экстремальным туризмом. Где только не лазила, чего только не насмотрелась. Почти всю Россию объездила – и по рекам сплавлялась, и в снегу по колено через метели хаживала, и в песках побывала, разогретых, словно раскаленная сковорода. Ну и навыков соответствующих хапнула немало, как и информации, которая обычному человеку, далекому от путешествий по дикой природе, конечно, неведома.

Например, не каждый знает, что молодые побеги рогоза, который порой неверно называют камышом, содержат до сорока пяти процентов крахмала и десяти процентов сахара. И если их сварить или поджарить, получится вполне себе съедобное блюдо. А если желто-коричневую пыльцу цветов рогоза смешать с водой, то можно приготовить съедобную кашицу, из которой опытные путешественники выпекают небольшие хлебцы – если, конечно, кушать больше нечего.

В общем, залезла я в болото выше щиколоток, нарезала довольно внушительный пучок тех побегов, вернулась к костру и сказала:

– Ваши старики должны были знать, что господ, благословленных небесами, покойники боятся. И все, к чему мы прикоснемся, становится очищенным от всякой скверны. Так что вот вам закуска к кабанятине.

И проинструктировала, что делать со своей новой добычей.

Все-таки в столь дремучем средневековье были свои плюсы. Это мои современники начали бы сомневаться, логически рассуждать, фильтровать информацию – и так далее. А здесь люди, подогретые рассказом Винса о том, как я убила кабана, по умолчанию смотрели на меня с обожанием и все мои инструкции исполняли неукоснительно. Эх, мне б на мою строительную базу таких послушных работников…

Хотя стоп.

Со своей базы я уволена и перенесена во времена короля Артура, который, судя по моим впечатлениям, своей страной правил весьма посредственно. Следовательно, придется мне теперь в пятом веке нашей эры решать задачи, поставленные судьбой. Коль уж выдала она мне эдакий сюжет, значит, я очень постараюсь отыграть его как можно эффективнее, не дав в обиду людей, которым я подарила надежду на лучшую жизнь.

Готовка в глине, зарытой в землю, дело не быстрое, и мне пришла в голову еще одна идея. А именно – прогуляться, обувь на ходу подсушить, промокшую в болоте, и поискать кое-что. Начальник охраны крепости, разумеется, увязался за мной, похоже, взяв на себя функции моего добровольного телохранителя. Я не возражала. Когда тебя в незнакомом и потенциально опасном мире охраняет крупный вооруженный мужчина, это всегда не лишнее.

Я дошла до склона, полого спускающегося к берегу океана, и направилась к воде. Справа и слева от меня громоздились неприступные скалы, а этот пологий спуск шириной метров в пятьдесят словно проточило в скалах своим брюхом некое мифическое чудовище, много столетий назад выползшее на сушу. Не будь этого спуска, вряд ли морские разбойники смогли бы высадиться на берег: слишком обрывистой и скалистой была прибрежная линия.

Конечно, красиво выглядели со стороны сердитые волны с пенной шапкой на гривах, накатывающиеся на берег, темно-синяя гладь океана, расстилающаяся до горизонта, солнце, зависшее над ним, словно раздумывая, нырнуть ему в неприветливые воды или же навсегда остаться на небосводе.

Но сейчас меня интересовали не красоты океана, а совершенно конкретные вещи.

Когда я свернула направо и полезла на скалы, о которые яростно бились волны, словно пытаясь разрушить вековые камни, Винс, конечно же, подал голос:

– Осторожнее, госпожа! Это плохое место, которое забрало много жизней. Одних бешеная вода смыла, у других камень под ногой подвернулся, и они рухнули в океан на радость акулам.

Но я не собиралась лезть высоко. Морщась от водяных брызг, летящих мне в лицо, я довольно быстро нашла то, что искала.

А именно – серовато-белые узоры, застывшие в естественных углублениях камней. Годами и десятилетиями океанская вода скапливалась в них, испарялась, оставляя морскую соль на дне углублений, и этот цикл повторялся снова и снова. В результате соль, лежащая в каменных пригоршнях тут и там, была рассыпана по скалам во множестве – и я не преминула набрать в подол платья примерно с полкило этих даров природы, после чего спустилась обратно, разумеется, удивив своего спутника в очередной раз.

– Зачем вам эти горькие камни, госпожа? – вытаращился он на мою добычу.

– Пойдем обратно, сейчас узнаешь, – загадочно улыбнулась я.