Хозяин леса

Глава 14 Портал, попугай и документы

Средневековые города росли вокруг королевских замков, но Руниал рос от портала, и это было видно. Здание Имперской Канцелярии, она же Канцелярия порталов, занимало в нем центральное место и выглядело даже внушительнее королевской резиденции. Больше всего это здание портала напоминало мне классический готический собор, что-то вроде Нотр-дам-де-Пари до пожара. Даже горгульи и витражи имелись на фронтоне!

Меня очень впечатляло это строение еще когда я учился в Академии некромантии и приезжал в Руниал на выходные и на каникулы как турист. Но внутрь экскурсии не пускали. От парадного входа с высоким крыльцом начинался длинный, достаточно впечатляющий зал с мраморным полом и высокими стрельчатыми арками (правда, ниже, чем в готических соборах Европы), на половине загороженный длиннющим пологом от пола до потолка. За пологом и находилась портальная арка.

В зал, что до полога, можно было заглянуть от входа, однако праздношатающихся горожан, даже некромантов или будущих некромантов, внутрь не пускали. Стража, стоящая у створок дверей, бдела.

В этот раз, однако, когда, после обеда того же дня, что мы прибыли в Руниал, я поднимался следом за Игнис по мраморным ступеням, я был почти на сто процентов уверен, что мне удастся наконец попасть внутрь. И точно.

— Я — маг Воздуха Игнис Дагсен, — сказала Метелица таким спокойным и властным тоном, что даже меня слегка пробрало. — Позовите дежурного стихийного мага. У меня с собой доказательство моей силы и удачи как боевого мага, я желаю допуск к порталу!

— Сию минуту, госпожа! — откуда-то вывернул служка в темно-серой одежде, низко поклонился. — Прошу простить мне мою дерзость, но такова процедура… Не откажите предъявить ваше доказательство или грамоту.

— Вот мое доказательство, — Игнис достала из висящей на боку сумки кристалл Воды, взмахнула свободной рукой, создавая поток воздуха. Я стоял чуть сбоку, изображая одного из двух молчаливых телохранителей, и мне отлично было видно, как внутри кристалла заиграли волны.

Служка поклонился еще раз, сказал страже:

— Пропустите мэтрессу Дагсен внутрь, я сообщу дежурному магу! — и умчался.

Стражники послушно разошлись и, надо же, тоже поклонились Игнис.

Та, не удостоив их даже кивком, прошла в «собор», мы с Бьером за ней.

Честно говоря, внутри убранство впечатляло не особо. На контрасте с тем, что считалось в этом мире за роскошь — да, пышно. Однако чувствовалось, насколько даже позднее средневековье моего мира на самом-то деле было более продвинутым и «энергоемким», что ли, чем здешнее! Если это самое крутое, что тут можно построить в центре столицы — ну, ребят, у меня для вас плохие новости.

И даже если это здание тут ставилось еще четыреста лет назад, в самом начале освоения, оставался тот же аргумент. Можно же было как-то разнообразить внутреннюю отделку, добавить позолоты, лепнины, те же витражи сделать более разноцветными и крупными. Да мало ли чего еще! Я же не историк искусства. Просто общее впечатление было такое: труба пониже, дым пожиже.

Однако долго ошиваться в зале нам не пришлось. Вскоре действительно появился «дежурный маг» — совсем молодой парень, одетый в роскошные серо-голубые одежды — что выдавало в нем Воздушника. Водники носили сине-зеленое или чисто синее, более яркого и глубокого тона, чем Воздушники. А Игнис носила что хотела, плевать она хотела на цветовую дифференциацию штанов. Как она говорила, «я с ними порвала, но не отказываться же ради этого от любимого голубого цвета!»

— Игнис, девочка моя! — воскликнул Воздушник любезным тоном, раскидывая руки чуть ли не для объятий. — Показалась наконец-то! Все будут просто счастливы.

— Умерьте восторги, мэтр Вайсен, — спокойно сказала Игнис, — я по-прежнему та же нелюдюимая чудачка, и за вашего сына замуж по-прежнему не пойду, какой бы он ни был замечательный и какой бы карьерный путь вы для него ни расчистили.

Я тут же мысленно увеличил возраст Вайсена раза в три: похоже, тот самый эффект омоложения благодаря эликсирам из Старших миров!

— Мой сын уже женат, а вот я теперь омолодился, и сам не прочь бы взять тебя в жены, — ничуть не обескураженный, заявил этот тип.

— Опоздали, — сказала Игнис почти весело, — я уже обручена.

— Точно не с кем-то из наших, — махнул он рукой, — так что я просто подожду лет пятьдесят.

Хм. Или раза в четыре.

— И не дождетесь, — вот теперь в тоне Игнис звенело откровенное веселье, — он магистр некромантии.

— Однако! — брови Вайсена взлетели совсем высоко, он быстро поглядел на Бьера и на меня, но, видимо, решил, что мы на этого таинственного высокопоставленного некроманта вряд ли походим. — М-да, тогда придется ждать несколько дольше… Но они, моя дорогая, рано или поздно утрачивают связь с реальностью, Кодекс там или не Кодекс, после чего их приходится уничтожать. И не говори, что я тебя не предупреждал… Ладно. Служка сказал, у тебя с собой большой кристалл Воды?

Игнис снова извлекла из сумки и предъявила кристалл.

— Достойное доказательство, — кивнул Вайсен, — если я его не приму, Имперская канцелярия этого не поймет. Но подумай еще раз, девочка! Ты еще почти ничего не знаешь, тебе еще нет и тридцати, ты даже у мэтра Лири обучение не завершила — и хочешь уже идти в Старший мир? Право же, если тебе кажется, что ты уже начала стареть… хотя едва ли, ты выглядишь даже моложе, чем когда уходила! Но если у тебя есть такая иллюзия, я могу раздобыть для тебя набор эликсиров — без всяких дополнительных обязательств!

Вот, «набор эликсиров» — точно, это комплекс какой-то!

— Однако как вы заговорили, Вайсен, — хмыкнула Метелица. — Нет уж. Я решила — я ухожу. Покажите мне заявки и описания миров!

— Ну что ж! — вздохнул мэтр Вайсен. — Проходи за полог. А эти господа…

— Это моя боевая группа, они со мной.

Вторая половина зала ничем не отличалась от первой, только стала видна арка Портала, которая завершала зал, словно алтарная зона — церковный неф. Портал действительно точь-в-точь походил на ту арку, что Метелица использовала как ориентир в горах, только был в несколько раз поменьше. Перед ним находился стол, на нем лежало четыре бумажки снизу и три небольшие тетрадки сверху. Чем-то это мне напомнило инсталляцию при сдаче экзаменов.

— А снаружи Канцелярии вывешено пять заявок, — нахмурилась Метелица.

— Одну уже успели забрать сегодня утром, — пояснил мэтр Вайсен. — Но снаружи еще не сняли — недоработка служителей, видимо… Если ты именно на нее рассчитывала, может, передумаешь?

— Едва ли, — фыркнула Метелица и сделала нам знак подойти к столу.

Вайсен вздохнул, пожелал нам удачи и удалился.

Я бегло оглядел бумажки с заявками. Нет, все три заявки, что заинтересовали нас, оказались на месте. Забрали ту, что про отряд из десятка некромантов. Да уж, Бьер прав, оптимистичные юнцы всегда найдутся… Надеюсь, никого знакомого не встречу, когда будем проходить порталом?

Значит, время решать, чем мы все-таки будем заниматься: охранять порт от пиратов либо морских чудовищ — или лечить и пасти стада. Я бы лично за второй вариант, но если Бьер «почует крысу»…

Сверху над заявками лежали прошитые вместе стопки из трех-четырех листов, которые, как я понял, представляли собой описания миров. Для интереса я взял одну над «точно не нашей» заявкой — той, что для Водника-портальщика — и пролистал ее.

Да уж! «Процветающий мир, где простые люди живут в достатке и славят мудрость управляющей их знати и торговых представительств метрополии! Цветущие поля и луга перемежаются тучными пастбищами, климат приятен, а магические кристаллы многочисленны…» О, звоночек. Учитывая, что магические кристаллы появляются в результате мощных стихийных явлений — возникает вопрос, для кого именно этот климат приятен? Может, как раз-таки для стихийников? И дальше читаем: «Прекрасные традиции мясного и молочного скотоводства позволят разнообразить самый изысканный стол…» Заманчиво, конечно, но тоже звоночек на тему того, что это зона рискованного земледелия. Что если там такие ураганы, что те, от которых страдало западное побережье США в моем мире, покажутся легким ветерком?

Бьер тем временем просмотрел одну из «наших» тетрадок и я, взглядом попросив у него разрешения, взял тоже ее проглядеть. Это был тот мир, куда требовались Воздушник, сельскохозяйственный некромант и жизнюк-алхимик. «Мир бескрайнего океана, где каждый кусочек суши возделан и облагорожен трудами многих поколений…» Ага, нехватка суши. «…Рай для рыболовов и рыбозаводчиков, которым предоставляют субсидии от Имперского правительства ради отлова ценного алхимического рыбного сырья…» Хм. «Бескрайние океанские просторы идеально подходят для Водников и Воздушников, желающих добиться наивысшего мастерства в своем искусстве!» Значит, плохо с другой инфраструктурой. Разводят рыбу — и что, на этом все? А как у них с народонаселением? Возможно, они вынуждены импортировать продовольствие, помимо рыбы, из других миров, и поэтому «хорошая погода» вокруг портала для них так важна!

Не очень-то похоже на развитый старший мир!

Я очень тихо поделился своими соображениями с Бьером и Игнис.

— Браво, Влад, — серьезно сказал мой наставник, — я увидел те же самые проблемы! И еще кое-какие детали, которые показывают, что населения у них действительно не очень много. Но при этом мир богатый — они дорого платят даже за контракт мага Жизни! Значит, скорее всего, магическая наука развита, особенно если некроманты вынуждены постоянно мастерить химер, способных работать в море. Там агрессивная среда, естественная убыль выше по умолчанию, нужны очень продвинуты эликсиры и методы контроля! Кстати, малая численность населения может объяснять, почему у них проблема с целителями. Их просто меньше рождается, меньше конкуренция, ниже общий уровень.

Мы с Игнис синхронно кивнули.

— Что же до первой заявки, про охрану порта, то там свои подводные камни, — продолжил Бьер. — Судя по всему, там тоже суша нарезана сравнительно малыми кусками, за власть сражаются несколько крупных островов, на каждом из которых своя администрация, и охранять порт придется не только от пиратов, но и от вражеских кораблей. Или даже в основном от вражеских кораблей регулярного флота. И от враждебных магов, само собой.

— И Империя это терпит⁈ — поразилась Игнис.

Бьер пожал плечами.

— Если каждым островом владеет какая-то крупная корпорация из еще более Старшего мира, и им до удается соблюдать какую-никакую маскировку, то есть делать вид, мол, это пираты или бандиты нападают — да, такое вполне вероятно. При условии, конечно, что не допускаются прямые столкновения между стихийными магами и их повальная гибель. По крайней мере, мне однажды довелось прочесть жизнеописание полководца, которого одна за другой последовательно нанимали все пять враждебных корпораций его мира!

— Поразительно… — пробормотала Игнис. — Нет, что-то мне неохота лезть в такие разборки. Влад? Элсин?

— Мне с самого начала заявка про сельское хозяйство и целительство нравилась больше, — пожал я плечами. — Приятное разнообразие после здешнего. Да, описание мира явно недоговаривает, но ничего такого, с чем мы бы не могли справиться, я там не вижу.

— Согласен, — кивнул Бьер. — Во всяком случае, для Игнис явно меньше опасностей в мире рыбоводства. Похоже, там действительно стада рыб выпасают в районе портала, как ты и предположила!

— Значит, решено, — подвела итог Воздушница.

Она позвонила в колокольчик и, когда явился служка в сером, формальным тоном сообщила ему, что она и ее спутники, некромант и маг Жизни, принимают две заявки.

Служка слегка изменился в лице.

— То есть… Ваши спутники — не просто ваша свита, но тоже стороны контракта? Маги?

— Мы — боевая группа, — сказала Игнис спокойным тоном. — Как я и сказала. Есть какие-то проблемы?

— Никаких, мэтресса, — поклонился служка. — Могу я попросить дипломы и удостоверения личностей ваших спутников?

— Может, еще и у меня попросишь? — фыркнула Игнис. — Мы с собой не захватили. Но к отбытию — возьмем.

— Как будет угодно мэтрессе, — вновь поклонился служитель. — Прошу обратить внимание, что каждый из вас может пронести ограниченный объем багажа, считая вес некроконструктов или живых слуг. Отбытие по вашим заявкам назначено на послезавтра, два часа пополудни. Если пропустите окно, заявка немедленно переходит в следующий по очереди мир.

— Мы будем, — подтвердила Метелица.

Так и получилось, что следующий день у нас оказался занят под завязку. Точнее, у всех, кроме меня. Метелица собиралась с утра продать несколько доз эликсира из фергиллиса и все же навестить кое-кого из знакомых стихийников, к кому не чувствовала большого отвращения (одно и то же на самом деле: сбывать она собиралась через свои контакты из знати). Бьер же планировал отправиться в Академию, забрать попугая, а потом обратиться в Администрацию ковена за копией диплома. После обеда мы планировали встретиться у здания центрального городского суда, где Игнис собиралась выдурить у своего отца для меня диплом, а заодно брачное свидетельство для них с Бьером. Девушка была настроена серьезно и не собиралась откладывать заключение брака на другой мир.

— Мало ли, что там случится, — сказала она почти серьезно. — Хочу хоть денек замужем побыть! И первую брачную ночь.

Бьер на этих словах как-то так на нее посмотрел, что я не удержался от замечания:

— Ты вообще уверена, что хочешь Элсина так дополнительно подстегивать? Ты же послезавтра в портал не вползешь!

— Подлечишь меня, — невозмутимо проговорила Метелица. — Раз уж ты мой личный маг Жизни!

Именно так она собиралась меня представить отцу. Мол, диплома у меня нет потому, что Метелица нашла одаренного алхимика (меня) и мага Жизни, готового его обучать за деньги без регистрации. Вообще-то дело подсудное, но для аристократов на такое идут — так почему бы и не для протеже стихийного мага? А у Метелицы благодаря этому личный всем ей обязанный уникальный специалист.

— А мне опять достопримечательности смотреть? — проворчал я. — И потом вечером, когда вы будете свадьбу отмечать, тоже? Вот по закону подлости меня кто-то узнает… Элсин, давай я с тобой до Академии, что ли, прокачусь. Проветрюсь. Если ты для меня еще пару-тройку своих личных книг заберешь, буду благодарен. Как раз вечером почитаю.

— Если тот, кто заполучил мой кабинет, оставил там мою книжную коллекцию, конечно, — согласился Бьер. — Или, знаешь, нет… почти наверняка это Глерви. И если я что-нибудь оттуда возьму, она упадет нам на хвост и выследит. Помешать не помешает, скорее всего, но как минимум придется с ней объясняться. И Влада она может узнать. Лучше не рисковать привлекать ее внимание.

— Постой, так ты хочешь попугая забрать тайком? — удивился я.

— Конечно, — в свою очередь удивился Бьер. — У меня же контракт с Академией еще не истек. Зачем нам проблемы на ровном месте?

— Но ведь ты все равно в Ковене засветишься, что жив!

— В администрации Ковена. Они не передают информацию в Академию без запроса, а сплетни — это сплетни, — пожал плечами Бьер. — Они, конечно, распространяются быстро, но, к счастью, Академия физически удалена от Руниала. До нашего перехода останутся сутки, будем надеяться, никто не успеет отреагировать.

— А даже если успеют? — нахмурился я. — Они что, помешают тебе войти в портал?

— Нет, скорее, время отнимут и нервы помотают, — вздохнул Бьер. — Или… — тут он задумался, неуверенно проговорил: — Может быть, стоит действительно вернуться официально, разорвать контракт, заплатить неустойку, попрощаться с учениками?..

— Вот кто тебя точно не отпустит! — фыркнул я. — Повиснут на тебе с рыданиями… Ты бы видел, как Руния тебя оплакивала!

— Руния — та симпатичная девочка-некромант? — спросила Игнис нейтральным тоном. — Которую мы видели в Ичир-Карсен?

— Никаких прощаний с учениками, — сделал Бьер единственно мудрый в его ситуации выбор.

Вот так и получилось, что на следующий день я отправился с Бьером в загородную прогулку до Академии — просто так, за компанию. Непривычное чувство, давно уже я так не «слонялся», чуть ли не со своего родного мира!

Выехали мы еще затемно, чтобы точно все успеть, и оказались недалеко от Академии уже в девятом часу утра.

— Думаю, тебе лучше подождать меня с лошадьми, — сказал Бьер. — Один я обернусь быстрее и скорее останусь незамеченным.

С этими словами он достал из кармана пузырек и деловито начал натирать себе шею и за ушами.

— Это что такое? — удивился я. — Ты реально собачек Глерви опасаешься?

— Да, я тебе серьезно сказал — Ройга очень любопытна и упорна, — кивнул Бьер. — И запах моего фирменного консерванта ее химеры хорошо знают. Мы с тобой, конечно, слегка изменили рецептуру. Я никогда прежде не мог позволить себе сварить его почти целиком на трехустках! Но я специально добивался максимального сходства запахов. Что было особенно сложно с учетом смены тела. Другие пропорции, другая плотность кожи, иное распределение и проницаемость потовых желез — это все влияет…

— Зачем такие сложности? — удивился я.

Элсин поглядел на меня, как мне показалось, с некоторым смущением.

— Влад, насколько я понимаю из твоих… м-м-м, визитов к женщинам из гильдии Алхимиков, тонкости отношений между полами для тебя не секрет, не так ли? Мне не нужно тебя насчет этого просвещать?

— А! — понял я. — В смысле, ты не хотел, чтобы запах сильно поменялся — для Игнис?

— Да, — серьезно подтвердил Бьер. — Запах очень сильно влияет на телесное влечение. Ей и так пришлось заново ко мне привыкать. Хотелось по возможности облегчить этот процесс. Но, как понимаешь, есть и обратная сторона: теперь служебные собаки Глерви меня легко узнают.

Говоря это, Бьер обработал все открытые участки кожи, вылил остатки на одежду, потом до кучи натянул перчатки и замотал лицо шарфом. Ну чисто ниндзя! Учитывая, что росту и сложения он теперь другого (был болезненно тощий и, хоть довольно высокий, но не каланча, а теперь мы сравнялись в длину и почти сравнялись размахом плеч), да и походка изменилась довольно сильно, узнать его теперь со стороны едва ли возможно. Особенно с прикрытым лицом.

— Тебя там как вора-то не схватят? — уточнил я.

— Обижаешь, — хмыкнул Бьер — и был таков.

Ждал я его недолго, меньше сорока минут, хотя Бьер сказал, что его дела займут около часа. Но вернулся мой учитель мрачнее тучи!

В смысле, по-прежнему невозмутимый на рожу, но я достаточно успел его узнать за эти годы, чтобы видеть — внутренне его потряхивало даже сильнее, чем от эссе очередного студента-тупаря, который написал, что лучше всего растворять органический мусор кислотой! И самое главное — попугая при нем не было.

— Где твой Печенька? Что-то случилось?

— Печенька? — не понял Бьер. — А! Зурро. Его так зовут на самом деле.

«И никто его так не называет, кроме тебя», — подумал я, но вслух говорить не стал.

Бьер раскрыл сумку, осторожно достал оттуда тельце птицы.

— Вот, я ему дал легкое снотворное. А то слишком перевозбудился, когда увидел меня… Посмотри, все ли с ним в порядке? — в голосе некроманта звучало очень серьезное волнение.

Я коснулся головы попугая.

— Все в порядке, — наконец сказал я. — Только отощал слегка. Его что, недокармливали?

— Его поселили в вольер к воронам! — вот теперь ярость, которую испытывал некромант, стала особенно слышна. — К тем, которые на запчасти! Боги мои, да у них даже диета другая! Как он вообще там выжил⁈

— Погоди, — не понял я, — я думал, попугай перейдет к тому, кому достанется твой кабинет? Чтобы он там же жил? Они ведь довольно территориальные птицы…

— Я тоже так думал, — почти прорычал Бьер. — Или что Даг Найни о нем позаботится! Я отдельно оговорил с ним этот пункт, когда отправлялся на фронтир! Он сказал: «Не волнуйся, учитель!» Но нет. Мой кабинет, по всей видимости, действительно перешел Ройге, там ее вещи, хотя некоторые мои картины она оставила. Но клетки нет. А попугай оказался не в отдельном вольере и не в кабинете Найни, а, как я уже сказал, вместе с расходниками! Они что, собирались его пустить на некрохимеры⁈

Да уж. Что-то у меня закрались нехорошие мыслишки насчет этого Найни… А не мог он тайно ненавидеть Бьера и специально саботировать попытку его спасения из болота? Кстати, почему, действительно, тогда всего двое некромантов отправились туда — у Бьера ведь пара сотен учеников за эти годы набралась, и пара десятков точно в Руниале и окрестностях? Неужели никто из них не вызвался? И даже если нет… Уж ради своего лучшего преподавателя Трау мог бы и побольше команду снарядить!

Либо интриги, либо человеческая благодарность в массе своей даже более иллюзорна, чем я думал.

— Хочешь, я все здесь сожгу? — только и мог предложить я в утешение.

Бьер, кажется, на секунду всерьез задумался.

— Заманчивое предложение, — сказал он. — Но это помешает нашим планам. И это после всех усилий остаться незамеченными!

Вот это называется — любит мужик своего попугая! Что же он сделает, если что-то (или кто-то) будет угрожать Игнис?

Впрочем, скоро я получил ответ на этот вопрос.

Поначалу казалось, что все шло в соответствии с нашими планами. Мы с Бьером вернулись в город, заглянули в контору Ковена некромантов — довольно небольшое и скромное здание, где в основном хранились архивы. Заведующий этой конторой, очень спокойный и неторопливый некромант лет сорока на вид, абсолютно лысый (значит, скорее всего, полностью немертвый), так же спокойно и неторопливо выписал Бьеру копию диплома и удостоверения личности.

— С возвращением на службу, — сказал он в заключение. — Покой нам только снится.

— Это так, — подтвердил Бьер.

Неожиданно лысый добавил:

— Хорошо, что ты вернулся, Элсин. Я думал, после тебя и Гарета уже стоящих ученых не осталось.

Судя по его лицу, Бьер изрядно удивился.

— Благодарю за комплимент, магистр Келлер… Я даже не знал, что мои научные труды снискали ваше одобрение!

— Не собирался говорить тебе еще лет двадцать, чтобы голову не вскружило, — веско проговорил лысик. — Успел об этом пожалеть.

С этими словами он вновь невозмутимо склонился над какой-то ведомостью, которую заполнял.

Мой наставник выглядел потрясенным до глубины души.

— Сподобился!.. — пробормотал он, когда мы вышли на улицу. — Сам Келлер похвалил! И еще женюсь на лучшей женщине в Империи! Это не день, а праздник какой-то!

И расплылся в слегка застенчивой, но очень радостной улыбке, которая тут же сделала его ну совсем мальчишкой.

— Стой-стой, — не понял я. — Это что, тот самый Келлер, который автор учебника по программированию химер⁈

— Да! Он! Боги мои, я и не думал, что он вообще знает мое имя! — будь Бьер магом Водуха, он бы сейчас воспарил в небеса без всякого дельтаплана. — Надо же! — и тут же снова помрачнел. — Удивительные вещи узнаешь об окружающих, когда возвращается к нежизни после длительного отсутствия.

Тут мне сказать было нечего.

Затем мы зашли в пекарню за печеньем для попугая и парой пирожков для Игнис — Элсин здраво предположил, что вряд ли ей за все утро удалось нормально поесть. Я тоже заморил червячка. После чего мы прогулочным шагом направились к зданию суда.

Воздушница уже ждала нас на ступенях здания, тоже мрачная — но просияла, увидев Элсина.

— Долго ждешь? — спросил он, протягивая ей полотняную сумку с пирожками.

— Только что пришла… О, как пахнут! Спасибо!

— Как продажи фергиллиса? — спросил я. — В смысле, эликсира?

— Чуть с руками не оторвали, — фыркнула Метелица. — Но я запомнила, что вы мне сказали, и не стала продавать все.

Мы действительно решили придержать несколько доз. Ни мне, ни Бьеру дополнительная стимуляция в койке или легкий омолаживающий эффект, предоставляемый этим эликсиром, не требовались. Однако по словам некроманта, эликсир «молодой весны» входил компонентом в несколько редких и дорогих исцеляющих снадобий, одно из которых, например, могло сильно улучшить состояние почек, а другое помогало восстанавливать эпителий, в том числе в желудочно-кишечном тракте. Мало ли, когда такое может потребоваться. Правда, сам Бьер эти зелья никогда не варил, но читал о них — и запомнил рецепты.

Все-таки нам очень повезло, что у Бьера столько знаний в области исцеления живых и продвинутой алхимии! Я вот просто не успел еще так глубоко погрузиться в тему. Нужно будет обязательно наверстать.

Игнис подъела пирожки, и мы двинулись на встречу с ее отцом.

Судья Дагсен оказался немолодым, но очень благообразным человеком, с интересно — полосами — поседевшей бородой и волосами. Он встретил дочь очень радушно, начал мягко упрекать ее в том, что она остановилась в доме учителя, вместо того, чтобы прийти в «родной дом».

— С тех пор, как умерла мама, не много там осталось для меня родного, — сухо сказала Игнис. — Отец, давай без околичностей. Я знаю, что до тебя уже дошли слухи о моем появлении. Я вернулась в Руниал только чтобы уйти в старший мир. Но мне нужен диплом мага Жизни для моего личного мага Эрика Шелки, — она кивнула в мою сторону. — И мне нужно свидетельство о браке.

— С ним же? — деловито спросил судья. — Кстати, судя по твоему облику, это замечательный маг. Быть может, он согласится — за отдельную плату, разумеется! — поспособствовать…

— Нет, — покачала головой Игнис. — Не согласится. А свидетельство о браке должно быть с магистром некромантии Элсином Бьером.

— Постойте, это разве не тот преподаватель из Академии, который прошлым летом погиб? — удивился судья. — Я имею в виду, погиб окончательно? Тебе нужно свидетельство о браке задним числом? Там какое-то интересное наследство осталось?

Кажется, Игнис от такого предположения потеряла дар речи, и ее отец, неостанавливаемый, продолжил, качая головой с очень озабоченным видом:

— Девочка моя, какие бы редкости там ни были, мой долг тебя предостеречь: некроманты очень корпоративны и мстительны, они способны устроить неприятности даже стихийному магу, если дело вскроется! Правда, если ты уходишь в Старший мир…

— Нет там никакого особенного наследства, — спокойно сказал Бьер. — Все, что было стоящего, я уже забрал. А слухи о моем упокоении несколько преувеличены.

Судья впервые обратил на него внимание.

— О, — сказал он удивленно, но быстро взял себя в руки и расплылся в улыбке. — Значит, вы и есть мой зять? Очень рад знакомству и сердечно поздравляю! Желаю вам с Игнис многих лет счастья и много… э, в общем, успешного брака, — тут же поправился он.

Да уж, скользкий у Игнис отец. Такой не только собственную дочь продаст, но и собственную мать в ломбард заложит. Воздушница, похоже, даже не знала, как реагировать на его демарш! Или уже привыкла к такому?

— Свидетельство о браке я без труда выпишу, а вот с дипломом… — продолжал Дагсен.

— У тебя ведь есть бланки дипломов всех учебных заведений Руниала, — хмуро сказала Игнис.

— Безусловно, есть, но ведь нужно, чтобы у них в канцелярии зарегистрировали! Это время.

— И что? — Игнис приподняла брови.

— Да, действительно… — вздохнул ее отец. — Ладно, давайте сейчас выпишу вам и то, и другое, а регистрировать пошлю писаря. До завтра должно быть готово.

— Спасибо, папочка, — хмыкнула Игнис.

После чего диплом на имя Эрика Шелки и свидетельство о браке на имя Элсина Бьера и Игнис Бьер (урожденной Дагсен) были выписаны ее отцом лично — и очень сноровисто. Видно, что долго писарем работал: отличный почерк.

— И, папа, — хмуро сказала Игнис, получив бумаги. — Я понимаю, что ты обязан раззвонить об этом всем своим собутыльникам. Но если я узнаю, что ты сделал это раньше, чем завтрашний полдень — устрою так, что потеряешь должность. Понял?

— Как жаль, что ты такого плохого мнения обо мне, доченька, — с невыразимой печалью в глазах сообщил судья Дагсен. — Видимо, я заслужил это тем, хотя, видят боги, всего лишь пытался всегда ставить впереди всего интересы семьи. Разумеется, я сохраню твой секрет столько, сколько потребуется!

Тут Игнис явно скрипнула зубами, но промолчала.

— Ну вот, — выдохнула Игнис, когда мы вышли из его кабинета. — Самое неприятное окончено.

— Мне жаль, что тебе пришлось иметь дело с отцом, — сказал Элсин. — За последнюю фразу я испытывал некоторое желание свернуть ему шею.

Он, разумеется, уже был в курсе истории с «продажей» двенадцатилетней Игнис заезжему аристократу.

Игнис поморщилась.

— Самое неприятное, что в каком-то смысле он даже не врет. Ну, насчет той сделки… Там же его начальник тогда на что его взял? Сказал, что если отец не будет подымать шума, он потом выдаст меня замуж за своего младшего сына. Это был бы очень серьезный взлет в статусе, отец потом рыдал и говорил, что был вынужден согласиться ради моего же блага!

Теперь скрипнул зубами уже я.

— Тоже мне благо!

Игнис бросила на меня чуть ироничный взгляд.

— Ну, по крайней мере, за младшим сыном судьи мне бы не пришлось мерзнуть зимой от нехватки дров. Ладно, проехали. Слава богам — и тебе, Влад! — я наконец-то замужем за тем, за кем всегда хотела.

— Всегда? — удивленно спросил Элсин.

— Всегда, — подтвердила Игнис, очень серьезно глядя на него. — Только сама не знала, пока не была с тобой знакома.

Офигеть идиллия.

Чтобы немного сбить настроение — а то меня что-то даже растрогало — я довольно ворчливо спросил:

— Хорошо, а диплом-то, выходит, все-таки не настоящий?

— Да нет, настоящий, — Игнис махнула рукой. — Если отец его зарегистрирует. А я думаю, что зарегистрирует, это в его интересах. Но даже если нет, бланк официальный, все честь по чести. Никто не придирется.

— А подписи директора училища нет?

— Как это нет? — Игнис усмехнулась. — Посмотри повнимательнее. Бланк уже с подписью.

— Ого, — оценил я. — Это, выходит, твой отец может любого такого нелегального мага Жизни легализовать?

— Да, довольно востребованная услуга, — согласилась Игнис. — И дорогая. Отец единственный, кто рискует ее оказывать в Руниале. Там наказание серьезное, если Имперская Канцелярия узнает. Но он в курсе, что отцу стихийного мага максимум штраф придется заплатить. Единственная ситуация, при которой ему реально что-то грозит — это если я публично от него отрекусь. Он тогда и должность потеряет, и отвечать за все его его темные делишки по полной строгости придется. Так что он будет передо мной лебезить и сделает все, что я попрошу.

— Ясно, — кивнул я.

Действительно, что ж тут неясного.

— Родители стихийных магов частенько попадают в заложники своим детям, — вдруг сказал Бьер. — Твоему отцу очень повезло, что ты — такая, какая ты есть, Игнис.

— Не хочу скандала, — пробормотала она. — Он, в принципе, не хуже прочих… Даже получше многих.

И снова я внутренне согласился с Игнис. Все зло не исправишь, всех негодяев с должности не попрешь, а ее отец хотя бы меру знает, судя по всему. Хотя я бы все же его прижег хоть немного. На добрую память.

Похоже, Бьер думал так же, потому что сказал:

— Если ты все же захочешь его слегка наказать, только скажи — я знаю пару интересных нелетальных ядов.

Игнис улыбнулась.

— Договорились.

В особнячок Лири я отправился вместе с молодоженами. Не потому, что так уж хотел быть третьим лишним, а потому что искренне не собирался рисковать всякими неловкими мелочами, вроде того, что действительно столкнусь на улице нос к носу со своими однокашниками по Академии! Или, задумавшись, заверну в знакомый трактир, и трактирщик меня узнает. Я планировал спокойно почитать весь вечер, еще раз обдумать свои планы и подрессировать Глинку, оставленного на попечении Амундсов (они восприняли просьбу позаботиться о крылане стоически). А если вдруг влюбленная парочка будет сильно уж шуметь за стенкой, принять снотворное. Хотя обычно они не шумели, надо отдать им должное. Даже кроватью не скрипели. Удивительно — если только Игнис не ставит какой-нибудь шумоподавляющий барьер. Надо будет спросить у нее, возможно ли такое.

А еще я собирался проверить Бьерова попугая. Он уже успел прийти в себя от снотворного, пока мы ехали до Руниала, Бьер его покормил, успокоил, и я усыпил его снова более щадящим методом магов Жизни. Вот нужно будет привести его в чувство и покормить еще раз — бедняга действительно похудел!

Ворота в сад Игнис открыла своим ключом, входная дверь не запиралась.

— Умираю с голоду! — сказала Игнис, входя. — Тех пирожков как не было. Надеюсь, Дора приготовила…

Что именно Игнис хотела отведать на ужин в тот день, мы так и не узнали. Потому что она прервалась на полуслове и повалилась на пол прямо на пороге гостиной.

Ять!

Если бы не усиленный контроль над собственным телом, характерный для мага Жизни (да, слабее, чем у некроманта, но та самая магически читерская фишка, которая помогает жизнюкам мочь хоть что-то даже при фиговом типовом обучении), я бы просто прилег с ней рядышком — и хана. А так медленно сполз по стенке, одновременно пытаясь проанализировать чертов яд (опять меня пытаются отравить, сколько можно!) и хотя бы немного нивелировать его воздействие широким потоком Жизни. Вот дрянь! Гребаный церебральный нейротоксин — зар-раза! Такой хрени нужна секунда-другая, чтобы добраться до мозга, а ни на что другое она не действует, иначе я бы заметил его еще на входе, остановил бы Игнис, не дал бы перешагнуть порог!

Мимо с нечеловеческим рыком метнулась черная молния. Бьер. В полуоткрытую дверь гостиной я увидел, как некромант схватился с кем-то, раздался утробный вой, треск ломаемой мебели, черный вихрь пронесся по гостиной, обдирая веселенькие обои со стен.

Черт, как в глазах-то потемнело! Так, окончательно бог с ним, с опорно-двигательным, да и с анализом тоже. Прежде всего стимуляция нервной активности, нельзя отключаться! Если яд подавит дыхательный центр — все…

Нужно прекратить доступ отравы! А эта дрянь ингаляционная, растворена прямо в воздухе. Гори, Огонь!