Эльфийский апокалипсис

Глава 5 О мыслях девичьих, разговорах и перспективах прикладного коноплеводства

Бирюзовые стебли конопли тянулись к небесам, и Василиса, запрокинув голову, смотрела на них с престранной задумчивостью. Пожалуй, с большею она смотрела только на бумаги, что сжимала в руках. Так и стояли.

То на коноплю. То на бумаги.

Позевывала Анна Дивнова. Маруся снова чувствовала себя несчастной, словно с эльфийским нарядом, который пришлось оставить дома, ушла и радость. А беспокойство вернулось. И не только к ней. Таська тоже выглядела не столько сонной, сколько нервозной. Она пританцовывала, то и дело оборачиваясь, будто ожидая чего-то этакого.

А коровы, добравшиеся до поля, – кажется, с прошлого раза оно подросло и слегка раскинулось, – беспокойства не испытывали, бродили меж высоких стеблей, иногда срывая веточку-другую.

– Красиво, однако, – сказала Василиса. – Значит… на косметику?

– Да. – Аннушка стряхнула сонливость. – Я думала, Бер шутит. Тут, если все сжать и на масло…

Конопля возмущенно зашумела.

– Но все не получится?

– Да, – согласилась Маруся, пытаясь понять, откуда взялось это чувство тревоги. Иррациональное такое, но усиливающееся с каждым мгновеньем. Будто… будто приближалось нечто донельзя недоброе. – Она будет против.

– Понимаю. Она чудесная.

– Хочешь – покорми. Силой.

Анна сделала осторожный шажок к полю и, вытянув руку, выкатила на ладонь зеленый шар силы. Конопля разглядывала его, но брать не спешила.

– Извини, – сказала Анна. – Я ведь думала, ты просто растение, а не вот…

Листики качнулись, и стебель наклонился.

– Ты… – Василиса подавила зевок, – разбирайся тут дальше.

– Я?!

– Марусь, ну ты же поле вырастила.

– Не я. Это случайно получилось!

– Хорошо получилось. – Мама Василиса улыбнулась. – Очень даже хорошо, просто замечательно. Но раз начала дела, тебе и доводить до итога. Какого-нибудь. Я пойду сыры проверю. И Петрович говорил, что крыша в третьем коровнике прохудилась. Еще с силосом надо думать, да и так, по мелочи. А ты вот тут дальше. Договоры, обязательства… Не мне тебя учить.

– А…

– Маруся, – мама Василиса коснулась руки, ободряя и успокаивая, – это твое дело. Не отдавай его. Незачем. Да и вы девочки молодые, скорее друг друга поймете. А мне и вправду надо с Петровичем перемолвится. И с остальными. Как-то…

– Неспокойно? – выдала Таська.

– Именно. Близится что-то…

– Тебя тянет?

– Не сказать, что сильно, но оно вообще молчать должно бы. А тут… Так что да, могу уйти. Хотя… не знаю. Просто чувство такое, что скоро все решится. А потому надо разобраться с вашими гостями.

– Они хорошие, – подала голос Таська, и Анна кивнула, добавив:

– Бестолковые только. Но это пройдет, как папа говорит. Мне бы тут еще ролик снять… – Конопля наклонилась, и листики ее накрыли шар силы. А потом скользнули по руке, оплетая, потянули к полю. – А она меня… ой, щекотно! Слушай, а если мы договоримся? Я тебе силы, а ты мне… – Анна сделала шаг, другой…

– Она ее точно не сожрет? – глядя вслед, поинтересовалась Таська.

– Да не должна, думаю. Вроде бы такая… забавная. Степка еще бегает?

– Бегает.

– И дурак.

– А ты?

– Я дура?!

– Не в том смысле. – Таська погладила дотянувшийся до нее лист. – Вчера Иван начудил?

– Это точно…

– Злишься?

– Не знаю. Наверное, надо… или не надо? Не получается. Ему сейчас и так плохо. Да и наряды эти, помолвки. Как-то не всерьез. Наверное… наряды надели, и теперь я что, невеста?

– Полагаю, если сама того захочешь.

– А ты?

– А мне пока никто в невесты не предлагал.

– Но хочешь?

Таська ответила не сразу. Она смотрела на расстилавшееся от горизонта до горизонта голубое поле. И где-то в нем скрывались что коровы – молоко их и вправду приобрело голубую окраску, что Анна Дивнова. Правда, заволноваться Маруся не успела, потому как из конопляных глубин донесся голос.

Приятный. И пела Анна красиво.

И… ревность? Опять? Или старые страхи, что она, Маруся, так не умеет? И не только петь. Анна вон в университете училась. И учится. А Маруся? И не надо говорить, что это не имеет значения. Пока любовь, если она есть, может, и не имеет. Но дальше-то?..

– Судя по выражению лица, ты себе опять что-то придумала.

Вот Таська спокойна, Яшку за ухом чешет, а тот блаженно жмурится и коноплю жует.

– Ты не боишься?.. – спросила Маруся.

– Чего?

– Того… Что она вот такая… такая…

– Красивая?

– И красивая. И умная. И блог ведет.

– И ты заведи.

– А если не получится? Точно не получится! О чем мне рассказывать? О коровах?

– Хоть бы и о коровах. – Таська приобняла Яшку, который прислушивался к разговору, не забывая жевать. – А что? Коровы у нас красивые. Куда там городским!

– В городе коров нет!

– Тем более интересно будет.

– Тась, мне тебя огреть хочется. Чем-нибудь.

– Взаимно.

– А меня-то за что?

Яшка мукнул и высвободился из Таськиных объятий, чтобы ухватить тонкий колосок конопли. Рядом вынырнула Клубничка, которая тоже жевала, со значением на Яшку поглядывая.

– Тебя – за вечное уныние! Вроде ж отпустило уже. Вчера.

– Просто в голову лезет… Пока мы тут, ладно… тут для них все необычно, экзотика. А потом-то? Со временем любое необычное становится обыкновенным. Привыкнут они к коровам. И к конопле. И к остальному. И к нам привыкнут. И поймут, что мы… ну… Вот ни у тебя, ни у меня образования высшего нет!

– Раньше тебя это не сильно печалило.

– Раньше из меня не пытались эльфийскую принцессу сотворить.

– Аргумент, – согласилась Таська. – Ну а что тебе мешает пойти учиться? Скажем, со следующего года. Или позже? Хотя я не уверена, что эльфийские принцессы учатся в универах, но у нас всегда есть у кого уточнить.

– Я уже…

– Старая?

– Таська, прекрати!

– Не-а… – Таська сорвала травинку. – Дурная, это да. А еще слишком ответственная и унылая. Посмотри на это иначе. Голова на месте. Руки-ноги тоже. Если… если и вправду сможем как-то с долгами рассчитаться, почему бы и не поучиться? И блогером… Хочешь – пробуй. Пытайся. Кто тебе запретит, кроме тебя самой? – Пение стихло. – Твоя беда в том, Марусь, что ты слишком серьезно ко всему относишься. – Таська обняла ее.

– Наверное…

– Ты просто привыкла тащить все на себе, как мама Вася… Хочешь еще медовухи?

– А разве осталась?

– Ну если места знать…

Таська определенно знала.

– Девочки! – Анна выползла из конопляного поля, и глаза ее горели. – Эта ваша конопля такое чудо! Мы с ней договорились!

– Слушай, – шепнула Таська на ухо. – Может, Ванька ошибается? Ну… что она просто…

– Я буду делиться с ней силой, а она будет создавать отдельные побеги для переработки! Сверхконцентрированные масла. – И веточку протянула темно-темно-синюю, почти черную. – Их, правда, нужно будет вручную собирать. Но масла… – Дивнова чуть сдавила, и на изломе веточки просочились синие капли. – Ой! Надо в пробирку… А что вручную, это даже хорошо, ручной труд ценится. – Анна бросилась к своему чемодану, с которым на поле и пришла. Надо сказать, розовый чемодан на колесиках как-то слабо увязывался с его содержимым: коробки, какие-то артефакты, склянки. И колбочки, в одну из которых Дивнова бережно упрятала веточку. – А еще можно будет организовать ретрит! Дня на два или три. Представляете? Полная перезагрузка на конопляном поле… – Она счастливо зажмурилась. – Да подписчицы у меня в очередь выстроятся! Не бесплатно, само собой. Но надо показать… Слушайте, а вы не против, если я вас сниму? Вдвоем…

– Не против! – крикнула Таська раньше, чем Маруся рот открыла. – Можешь прямо сейчас! Что? Ты ж сама хотела в блогеры… Ань, тут Маруся решила тоже в блогеры податься. О сельской жизни снимать. Про коров там…

– Класс!

Восторг Дивновой явно был не совсем естественного происхождения. То ли от медовухи еще не отпустило, то ли все-таки конопля виновата.

Маруся подозрительно поглядела на поле, но конопля старательно делала вид, что она тут совершенно ни при чем.

– Слушайте, а это будет в тренде! Главное… Я тебе потом помогу, если хочешь. И на канале прорекламирую твой…

– Я не…

– Она просто стесняется!

В руках Дивновой появилась длинная палка и телефон.

– Работаем!

– Я не причесана! – Маруся попыталась спрятаться, но Дивнова каким-то удивительным образом уже оказалась рядом.

– Улыбайся! – скомандовала, приобняв Марусю. – Привет, дорогие подписчики! Вы, наверное, думаете, что я страдаю от разбитого сердца и предательства? И даже, может, надеетесь, что все-то наладится и я прощу? Но нет! Никого прощать я не собираюсь, а вместо этого начинаю новый проект! Я уехала! В деревню! – Вот как в одном человеке столько радости вмещается с восторгом вкупе?! И главное, чем восторгается-то? – Это совершенно удивительная деревня! Потому что здесь у меня… Кстати, знакомьтесь! Это Маруся… Маруся, помаши подписчикам ручкой! – Маруся помахала, ощущая, что не так уж и горит желанием канал завести. Она уже завела пару сотен коров, куда ей канал? – И Анастасия! А еще у нас…

– М-му… – На плечо Марусе легла коровья голова.

– Коровки! – воскликнула Дивнова, Марусю отпустив, чтобы развернуться. – И не просто коровки! Эти удивительные красавицы – самые настоящие эльфийские коровы. А за ними… да-да, вы не ошиблись! Это она! Кто бы мог знать, что в наших широтах можно отыскать такое чудо!

Маруся сделала робкий шажок в сторону.

Не тут-то было.

– Маруся, расскажи, как вы решились посадить эльфийскую коноплю?!

И телефоном в самое лицо, которое точно перекосило, хотя Маруся честно пыталась удержать дружелюбное выражение.

– Просто получилось… Поле случайно распахали. По ошибке. И нужно было чем-то засеять. А на чердаке мешочек нашелся с семенами. И вот… – Она развела руками.

– И вот, мои красавицы, – подхватила Дивнова, снова крутанувшись, – у нас с вами открываются удивительнейшие возможности! Да-да, я уже начала работу! И в скором времени представлю вашему вниманию лимитированный выпуск своей косметики с добавлением масла эльфийской конопли! Думаю, все знают, что это…

Маруся не знала, но слушать не рискнула. Мало ли, вдруг опять о чем спросят.

А она лучше в стороночку. Аккуратненько. Шажок за шажком.

– …совершенно уникальный шанс! Не переработанное масло третьего отжима, а настоящий сырец со сверхконцентрированным составом. Боже, да тут сам воздух насыщен! – И выдохнуть. – Конечно, пока я провожу анализ сырья, но уже вижу, что свойства… – Нет, ну как можно вещать про анализ сырья с таким вдохновенным лицом? – А еще у меня есть идея организовать небольшой ретрит…