Двадцать капель зелья и один инквизитор

Глава 11 Габриэль Риччи

Я хотел сказать. Хотел сказать многое. Но когда представил, как оно будет воспринято Фабианой, не сумел. Разве я могу обидеть такую милую девушку? Тем более, беззаветно в меня влюблённую? Особенно после вчерашнего? И вот так, в лоб: «Давайте, Фабиана, мы с вами будет удовлетворять мои потребности, а я вам за это буду тортики носить и кота вашего подкармливать, чтобы не кусал меня за пятку в процессе кульминации?». Всё-таки девушка — ведьма. Можно и метлой прилететь, и проклятием в спину. Даже ниже. И никуда не пожалуешься. Присяжные её оправдают. Надо как-то исподволь разговор подвести. Издалека.

— … хотел сказать, холодно нынче как на улице, — сменил я тему незаметно для собеседницы. В смысле, она же не знала, какая тема была изначально. Как она могла заметить?

— Да. Осень в этом году как никогда.

— А у вас чай такой замечательный.

— Вы, ньор Риччи, даже не представляете, насколько. Жаль, что у вас всё не получается его выпить.

Ну как «жаль»? Я мысленно пожал плечами. Вчера и без чая очень неплохо всё получилось.

— Огонёк! — внезапно заорала Фаби.

Кот, который крутился возле неё и докрутился, в тот же момент зашипел и вскочил на стол в опасной близости от торта. Я на него замахнулся. Фабиана тоже — сорванным со стены пучком травы. Котик, прижав уши, метнулся вниз, прямо под ноги хозяйки, которая в этот момент сделала шаг к столу. Огонёк снова истошно заорал, будто ему не лапу отдавили, а самое дорогое. Фабиана потеряла равновесие и стала падать. Я бросился её ловить, оттаптывая хвост заметавшемуся между нами коту, тоже поскальзываясь, падая и увлекая ведьму за собой. Точнее, на себя.

Где-то в коридоре раздался стук. Видимо, Огонёк опять что-то уронил и, судя по воплю, на себя. Или рядом. Фаби проводила его взглядом и посмотрела на меня.

— Разбойник, — прокомментировал я. — С ним что-то нужно делать.

— Да, — согласилась Фаби и поцеловала.

Целоваться на полу было романтично, но негигиенично. Поэтому я сначала сел, устроив Фабиану у себя на коленях, а потом поднял на руки и понёс в спальню. Всё-таки я по этому полу в сапогах ходил. Уличных. А потом голым задним местом лежать?.. Нет. Подумав, я сделал передышку в прихожей и разулся, прижав носком пятку. Это в первый раз нас занесло. А так-то в жилой части дома ходить в грязной обуви — моветон. И только после этого отнёс Фаби в мансарду, где у неё была спальня. Прикрыл туда дверь. Если нельзя запереть Огонька, можно запереться от Огонька. Нечего мне всю радость жизни ломать своими покушениями непрошенными.

И только после этого я наконец расслабился и отдался удовольствию…

…Да, повторный эксперимент показал, что Фаби в постели была выше всех похвал. Просто умопомрачительная ведьма! Особенно во время кульминации. Прямо искры из глаз, такой огонь.

Я вытер пот со лба и посмотрел на Фабиану, которая всё ещё тяжело дышала.

— Почему у нас никак не получается поговорить? — спросил я.

Она повернулась набок, ко мне лицом. Покрывало стекло с её плеча, отрывая вид на грудь. Грудь у неё прямо точёная! А какой ротик! А какие ручки с острыми ноготками! А какая… Пусть будет «грудь». Хотя про грудь я уже думал.

— Потому что нам не о чем говорить? — тоном явной провокации поинтересовалась Фаби и прикрылась покрывалом. Но очень так… провоцирующе.

— Над этим надо поработать! — заметил я, стянул покрывало в сторону и полез на ведьму сверху, протискиваясь между бёдер.

— Ты уверен, что нужно работать в этом направлении?

— Почему бы нет? Потом обсудим, как получилось. Чем не тема?

Ну правда, к чему эти обсуждения, разговоры? Особенно, если и так всё неплохо складывается. Для моих мужских потребностей — уж точно. И вообще тоже неплохо. Ещё один контрольный заход — и ужинать. После таких активных экспериментов неплохо бы и чайком побаловаться.

В конце концов.

— … Эта наглая морда сожрала мой торт!

Я смотрел на безнадёжно испорченный подарок, на котором отсутствовала добрая треть. Самая красивая, с кремом.

— Может, он его не ел? — предположила Фабиана, зевая и кутаясь в длинный тёплый халат.

— И куда он его тогда засунул⁈

Я, между прочим, есть уже хочу. После такой-то физической нагрузки с непривычки.

— Может, это был не он, — выдвинула ведьма другое, очень логичное предположение, пожимая плечами.

— Ага! Этот кто-то отпер дверь, сожрал половину торта, испачкал бедному котику лапки и затопал ими весь пол! — Я ткнул пальцем в улики.

— Но котики же не едят торты, — неуверенно возразила Фабиана.

— Им их просто не дают!

Я был зол, как тысяча голодных пушистых демонов.

— Хочешь, я тебе лепёшек напеку? — вздохнув, предложила Фаби. Лепёшки — это совсем не то же самое, что наисвежайший торт! — С сыром и бужениной, — добавила она несмело, заметив мою реакцию.

— Если с сыром и бужениной, то ладно.

Сладкое — это, конечно, хорошо. Но мясное — категорически лучше!

Вот какая удачная ведьма мне попалась. Ужин приготовит. И даст.

Ужин, в смысле.

В одних носках на полу было зябко.

— Я, пожалуй, обуюсь, — на всякий случай предупредил я и пошёл в прихожую.

— Да, Габри, конечно.

Я аж обернулся от такой фамильярности!

С другой стороны, после всего того, что между нами было, странно, если бы она называла меня «ньор Риччи». А «Габри» — даже мило. Если привыкнуть немного.

Оставив хозяйку колдовать на кухне, я пошёл в прихожую.

…И там понял, почему котикам не дают есть торты.

— А ну иди сюда, рыжий пакостник! — заорал я.

К сожалению, на мой зов явился не Огонёк, а его хозяйка.

— Что он опять натворил? — спросила она, завязывая за спиной передник.

Я молча указал на кучу, если так можно было назвать зловонное пятно, растекающееся по моему сапогу.

— Сейчас уберу, — и Фабиана стала развязывать фартук.

Я сначала обрадовался, но потом вспомнил, что она потом этими руками мне лепёшки с сыром и бужениной будет готовить.

— Я сам, — уверил я. — Только сначала найду и убью этого зас… луженного гадёныша, — прорычал сквозь зубы.

— И за меня тоже, — поддержала хозяйка. — Только несильно. Он же ещё маленький. И животом сейчас, бедненький, мучается…

Пока эта сердобольная ведьма возилась у печи, я обошёл весь дом и вытащил Огонька из-под дивана, под который он в принципе пролезть не мог, судя по размеру щели. Ткнул носом в понос, произвёл разъяснительную беседу, а потом вместе с Фаби мы влили ему пасть закрепляющее зелье и помыли под хвостом. Когда снова поймали.

К тому моменту, когда аппетитные лепёшки были готовы, я уже успокоился. Фаби щебетала о других проделках кота, и даже он сам приплёлся, виновато опустив уши, голову и хвост.

И сел в ожидании справедливого возмездия.

Я взял его на руки и погладил.

Должен сказать, это был лучший мой вечер за последние годы.

А может, и за всю жизнь.