Эпилог

Вот странное дело: совершенно небедные люди, технически подкованные, можем заказать любой прибор, вплоть до лазера, и любые комплектующие, вплоть до платиновых контактов, а прототип внепространственного ретранслятора монтируем из всякого хлама.

— Не туда! Не туда втыкаешь, криворукий! — ругался Юся.

Я ничего не понимал, злился, рычал на Юсю, и требовал объяснять доступнее.

— Зачем тебе эти головняки? Забыл, что исследования в этой области объявили вне закона, равно как и клонирование человека?

ФБР раскрутили дело о крушении самолёта, и выяснилось, что Люси Дарк, супруга нашего шефа, работала на какую-то шпионскую корпорацию, и это она нам втыкала палки в колёса. И ладно бы только нам. По её наводке и самолёт взорвали.

Проект «Порт» с этого момента считался уничтоженным, но спецы из ФБР просмотрели отправленные письма нашего начальника Дагласа, и их весьма заинтересовало последнее, отправленное нам. Постскриптум — «Люси никогда не чистит корзину» — и стал ключом к разгадке преступления. Сначала агенты выяснили тёмное прошлое Люси, раскрутили настоящее, а потом до всех дошло, что Дарк перед смертью понял, кто главный его враг, и спрятал всю информацию по проекту в мусорной корзине на лэптопе Люси. Там лежали тысячи файлов и корневых каталогов, и Даглас спрятал документацию по проекту в этой куче мусора.

С нас взяли подписку о неразглашении, проект «Порт» был объявлен правительством вне закона, как угрожающий мировой экономике и безопасности США.

— Зачем тогда помогаешь собирать? — спросил я.

— А я не американский гражданин, поэтому мне до балды. К тому же надо проверить — всё ли я правильно запомнил.

— Эй, вы там! — Викса заглянула в сарай, превращенный во временную лабу, — я не поняла, вас зачем разделяли, если вы снова сидите вместе как приросшие?

— Дело привычки, — мрачно пошутил я, со злостью глядя на Юсю, будто бы он был виноват в том, что я и правда никак не мог от него отойти.

— А мы тут тортики выбираем… — сладко облизнувшись, сказала Викса. — Вы какой больше любите? Фруктовый? Карамельный? Или шоколад?

— Шоколад, — в один голос ответили мы и снова посмотрели друг на друга.

Викса скорчила кислую мину, словно мы не шоколад попросили, а вареный лук, и обернулась к кому-то, кого мы не видели за дверью.

— Фруктовый!

Вот вечно она так!

На самом деле мы, конечно, вели себя по-свински. Несмотря на то, что вся родня была в сборе, несмотря на присутствие Виксы и прилет раскаявшейся Сузуме, мы с братом с самого утра закрывались в сарае, болтали, спорили, паяли, рисовали чертежи и напрочь забывали обо всех окружающих. Все бы ничего, если бы не свадьба. Вернее, две. Возможно, это было слишком скоро и мы поддались всеобщему настроению праздника, но как-то вечером, не сговариваясь, и я и Юся сделали своим девушкам предложение. Была та редкая красивая ночь на Понпеи, когда не лил дождь и небо было чистым, вплотную припавшим к земле. Звезды горели, как сумасшедшие, откуда-то доносилась дурацкая душещипательная мелодия и наши деревянные языки сказали что-то, после чего пляж, с двух разных сторон, был оглушен девчачьими визгами.

— Да, да, я согласна! — визжала Сузуме, бросившись мне на шею и повалив в песок.

— Ты идиот, кто так делает предложения! Ну конечно я согласна! — завопила на другом конце пляжа обезумевшая Викса и уронила в песок Юсю.

Именно с этого момента жизнь вокруг нас завертелась с утроенной скоростью. Девушки постоянно куда-то мотались вдвоем или с Лэйлой. Приносили в лабу стопки каталогов с платьями, заставляли выбирать букеты цветов, оттенки лент и музыкальное сопровождение. И если с одной стороны это было хорошо, потому что им было чем занять себя, а значит, не отвлекать нас от работы, с другой стороны (да что там, со всех четырёх сторон, и изнутри, и снаружи) наш строгий мужской сарай был превращен в филиал свадебного агентства.

— Я вроде еще не женат, — задумчиво сказал Юся, — а от семейной жизни уже немного подустал…

И хотя я искренне любил свою невесту, где-то в глубине души я все еще не мог смириться, что Викса досталась именно ему. Не знаю, что на меня нашло, а только после этих слов я взял со стола спаянную схему и запулил ее в окно.

— Тебя, я смотрю, тоже, — невозмутимо продолжил Юся.

— Сволочь ты… Она же тебя любит, — с глупой обидой сказал я.

— Я тоже очень ее люблю, — ласково успокоил меня Юся, — но личного пространства не отменяет даже сильная любовь. Тьфу, сколько пафоса.

Как же, держи карман шире. С Виксой о личном пространстве можно забыть…

— С Виксой о личном пространстве, конечно, можно забыть, — словно прочитав мои мысли, повторил Юся. — Ну, не отменять же из-за такой ерунды свадьбу.

Я нехотя встал с пола, вышел из сарая и разыскал в зарослях кустарника выброшенную деталь. Когда я вернулся, Юся сидел в позе лотоса, закрыв глаза, словно его мысли были где-то далеко отсюда.

— А зачем нам постоянная линза? — спросил я громко.

— Неправильно вопрос ставишь, — сказал Юся, не открывая глаз. — Меня больше интересует вопрос, как мы попали в тот Вангъял.

Вот дурак, нашёл о чём вспоминать.

— Мы прыгнули, подсказал я.

— Тонкое наблюдение истинного учёного. Хорошо, уточню вопрос: куда именно мы прыгнули? Там же пропасть голимая, полтора километра вниз, ты что, надпись не читал?

Если честно, мне тогда вовсе не до надписей было. Я тогда думал, что Далай-лама нас элементарно кинул, прости, Будда, за такие слова.

— Ты хочешь сказать, что мы в линзу попали? — спросил я.

— Узнаю брата Колю, — Юся открыл один глаз и одобрительно посмотрел на меня. — Именно в линзу, иного объяснения не вижу.

— И ты хочешь понять, откуда она там взялась?

— Да. И главное — какая именно сила её там поддерживает? У меня даже всей моей смелой фантазии и недюжинной силы научного прозрения не хватает, чтобы понять: как висит линза в воздухе, что её стабилизирует по отношению к восходящим потокам воздуха, и, что тоже немаловажно, как долго она там находится? И можно ли повторить такой фокус, используя современные технологии и ресурсы?

— Ты хочешь сделать что-то подобное? Да ты псих!

— Почему?

Я ответил честно. Наука мне больше неинтересна. Мне достаточно выходить каждый день в открытый океан, и чувствовать, что моя работа нужна людям. Не то, чтобы я думал, что учёные — дармоеды, которые только и думают, как расщепить атом и посмотреть, что будет. Просто мне надоело. Я хотел простого и понятного. Поскольку край солнца, который я увидел, оказался слишком ярким, и смотреть на него мне больше не хочется.

— Всё сказал? — Юся вернулся к работе (он как раз заканчивал монтировать очередной участок цепи).

— Всё.

И тогда сказал Юся. Сначала он предложил мне окунуться в алебастр, но не это главное. Нам не для того дали собраться вместе, чтобы гаситься вдали от великих свершений на побережье и ловить рыбку, большую и маленькую. Нас ожидает что-то более значительное. Как изящно выразился оратор — «что-то такое, блин, крутое».

— Нас ведут, Егор. Нас кто-то ведёт к совершенно определённой цели, — он опять отвлёкся и посмотрел на меня.

— Я не люблю, когда меня ведут, — признался я.

— Ты неправильно воспринимаешь вектор движения, брат Коля. Ты привык к свободному выбору, и это нормально. Но, согласись, тебя привели к весьма приличному результату. Ты сам по себе, у тебя красивая жена, ты сделал великое открытие, наконец — у тебя есть я, без которого жизнь твоя была бы скучна и однообразна. Понимаешь, к чему клоню?

— К чему?

— Вуаля!

Он победно раскинул руки над законченным прототипом.

— Не понял. Что, уже готово?

Агрегат выглядел фантастически красивым, не из этого мира.

— Клёво, правда?

Я позволил себе немного скепсиса:

— С чего ты взял, что оно заработает?

— С того, что я как-то здесь оказался. Ты же не думаешь, что я прокопал землю насквозь?

— То есть ты сейчас со всей ответственностью мне заявляешь, что ультрасовременная высокоточная аппаратура, на которую мы раньше тратили миллионы долларов на самом деле — бриллиантовая пыль в глаза? И эту твою линзу можно получить, просто вытряхнув мусорную корзину и собрав несколько скрепок в цепочку?

Юся пожал плечами.

— Во-первых, не мою, а нашу. А во-вторых — когда-то и электричество было чудом, а теперь его можно из картофеля добыть.

Я сразу вспомнил, как мы сами когда-то демонстрировали этот фокус Виксе, прямо перед веб-камерой.

— Ну, давай… Порази меня в самое сердце, — с максимально равнодушным видом сказал я, зачем-то отступив на шаг.

Юся не заставил себя упрашивать.

Больше всего это походило на эксперименты Никола Теслы, какими их показывали в кино. В воздухе пронеслись мелкие, звонко щелкающие разряды, потом в одной точке начал собираться туман, который с каждой секундой становился плотней, словно кто-то лепил снежный шар прямо из воздуха. Потом шар расползся в пятно с мутной зеркальной поверхностью, диаметром около трёх метров.

Я поймал себя на том, что стою перед линзой с раскрытым ртом, а Юся, явно удовлетворенный произведенным эффектом, решил меня добить, подошел к линзе и засунул в нее руку. Клянусь Резерфордом и Фарадеем — рука погрузилась в гладь зеркала и не появилась с другой стороны. Она словно исчезла. Юся помахал рукой вверх-вниз, потом вынул наружу и помахал уже перед моим лицом.

— Ну что, поразил? — улыбаясь до ушей, спросил он.

— Эй, вы! Ну, сколько можно уже? — раздался с улицы недовольный голос Виксы. Наши женщины… да какие, на фиг, женщины — наши девочки теряли терпение.

Я и глазом не успел моргнуть, как Юся вырубил установку и линза схлопнулась, как мыльный пузырь.

— Ни слова! — громко зашептал Юся, и наложил обе ладони на свой рот.

Где он подцепил этот жест?

Викса и Сузуме нарисовались на пороге, одинаково уперев руки в боки и нахмурив брови.

— Я очень рада, что вы вновь обрели друг друга, мальчики, но не кажется ли вам…

— Кажется! — почти закричал Юся, набрасываясь на Виксу с объятиями и выталкивая ее за пределы лабы. — Нам кажется, что мы сейчас умрем от голода!

— Что за штуку вы там построили? — Сузуме с подозрением посмотрела мне за плечо.

— Свадебный подарок, — не задумываясь, соврал я, пытаясь загородить собой нашу с Юсей фантастическую конструкцию, — мы обязательно его вам покажем… не сейчас… чуть позже.

Гостей на свадьбу пригласили тысячу человек.

Во-первых — всех родственников. Наша мать Далила весь рот открыла, когда увидела, какие мы стали красавцы. Её от нас за уши нельзя было оттащить, и нам пришлось звать на помощь Макса, её мужа. Зато нашим сёстрам до нас было весьма фиолетово, обе они увивались вокруг братьев Нури, воспитанников Мезальянца.

Во-вторых, пришлось звать всех друзей, а их у нас набралось выше крыши. Юся вызвал из Воронежа весь жилищно-эксплуатационный участок, на котором работал. Я пригласил экипаж «Ханни Лиззи» и Майка Дочефа (правда, он отказался, сославшись на здоровье, но счастья желал искренне). Юся предложил пригласить Далай-ламу, но всерьёз его, слава богу, никто не воспринял. Капитаны пришли своим ходом, с семьями.

В-третьих, мы пригласили на праздник всю деревню Кули. А это восемьсот человек.

Вся деревня, подготовкой к свадьбе и занималась — готовили закуски и напитки, собирали столы, местный священник специально выучил церемонию на русском языке. Координировала праздник Барбара Теодоровна, как наиболее опытная.

Я не знаю, как свадьбы описывать. Всё-таки мужчины такие события запоминают не сердцем, а умом, в крайнем случае — печенью (только не говорите Сузуме, она мне голову оторвёт за такие слова). Все свадьбы одинаковы.

Обе наши пары кочевали от стола к столу, слушали здравницы и прочие эклоги (особенно начальница Юси шоу устроила, как затянула поздравительную поэму, я для Сузуме переводить устал). Праздник живота и танцев.

Вот, кстати, танцы — это самое великое наше обретение с Юсей с тех пор, как мы разделились. После сна, конечно. Да, танцевали мы просто до упаду.

А, кстати, насчёт шоу. Юсину начальницу переплюнула только Лэйла. Когда до неё дошла очередь поздравлять молодых, она встала у микрофона и сказала:

— Я безумно рада видеть, что все наши друзья приняли приглашение моих детей отметить двойную свадьбу. Я всех вас знаю, и обо всех могу сказать только самые тёплые слова. Например, Майор. Том великий человек, удачливый человек, совестливый человек. Спасибо за виски, Том, он будет здорово смотреться в опустошённом тобой баре.

Все засмеялись.

— Или наш доблестный шериф Дэнни Х. Ноу. Не смей прятаться за спиной жены, я ничего про нас не скажу (смех в толпе). Дэнни даёт нам чувство защищённости, и никогда не спит. Дэнни, спи спокойно, если что, мы все тебя отобьём.

Далее началось невообразимое. Лэйла сказала доброе слово о каждом из присутствующих, включая тех, о ком слышала только с чужих слов. Публика стонала от смеха.

Да, наверное, это тот момент, который я запомню на всю оставшуюся жизнь.

Девчонки сервировали стол по высшему разряду, мы галантно шутили, произносили тосты, ели и пили в своё удовольствие…

А потом захрипел громкоговоритель тревожного оповещения.

— Внимание, внимание! Всем прибрежным районам — внимание. Угроза цунами. Угроза цунами! Всем жителям прибрежных районов немедленно покинуть свои дома и направляться вглубь острова к восточному побережью.

Юся нашёл пульт и включил телевизор.

По всем каналам транслировали последствия нашествия цунами на Индонезию. Диктор сообщал, что скорость движения большой волны в отдельных местах достигает пятисот километров в час.

Какое счастье, что все наши в столице, в специально снятом для них отеле.

И тут Юся побледнел.

— Майор с Барбарой. Они никуда не ушли, они у себя остались!

— Как остались? — не понял я. — Всех же автобусом развозили.

— Они вчера перебрали немного, — объяснила Викса. — Ребята, быстрее вытаскивайте их наружу и тащите сюда. Сузуме, бегом к машине, проверь уровень бензина и за руль, нам надо сниматься.

Мы стояли, тупо глядя на Виксу, будто она и не с нами только что говорила её это разозлило и она зычным голосом рявкнула:

— Жопы в горсть и бегом на яхту, что не ясно?! Снимайте Барбару с Майором — и в машину!

Очнувшись, мы с Юсей, как были — босиком и в трусах — выбежали на пирс и припустили к яхте.

То, что мы увидели снаружи, повергло нас в шок. Океан стремительно отступал от берега, под сваями шумела убегающая вода, а «Лара Крофт» очень быстро опускалась ниже уровня пирса, опасно натягивая швартовы.

— Майор! Майор! Барбара! — заорали мы.

Барбара выглядела плохо. Её мутило, она не успела накраситься, и надо сказать, сейчас она выглядела на свои шестьдесят пять.

Зато Майор был — как огурчик. В смысле — зелёненький и в пупырышках. Он торчал на корме и извергался с шумом Ниагарского водопада в убегающий океан. Яхту мотыляло.

— Что это было вчера? Пунш? Ненавижу пунш, — жаловался Брайдер разбушевавшейся стихии.

— Быстро на берег, Майор, цунами близко, — сказал Юся.

— Парни, идите в жо… — очередное извержение желудка.

Тогда, вспомнив опыт капитана Бишопа, я взял Майора за кончик носа и повёл за собой.

— Юся, на тебе Барбара, — сказал я, вытягивая несчастного Тома на пирс.

— Понял.

Он и вправду понял. Быстро перекинул Барбару через плечо и понёс. У пирса ему пришлось тяжелее, чем мне — яхта опустилась уже почти на метр. Юся, не церемонясь, посадил Барбару на доски, влез следом, и снова закинул нашу двоюродную бабушку на плечо.

— Бежим.

Мы прибежали к машине… и я сразу понял, что дело плохо. Машина чихала, фыркала, кряхтела и не заводилась.

— Сколько у нас времени, Викса?

— Минут пять, может, десять, не больше…

— Боже, — воскликнула Сузуме и показала пальцем в сторону океана.

Мы оглянулись.

Издалека волна не казалась страшной. Полоска воды, узкая, но от края до края обозримого горизонта.

— Надо бежать вглубь острова.

— Не успеем, — сказал Юся. — Волна здесь будет минуты через три. С Майором и Барбарой мы точно далеко не убежим…

— Поставьте меня на пол! — потребовала Барбара. — Я в порядке.

— Что ты предлагаешь? — спросил я. — Не бросать же их здесь.

— Бросьде бедя! — прогнусавил Майор жалобно.

— Ты знаешь, — Юся кивнул на сарай.

— Линзу?

— Какую линзу? — спросила Барбара. — Что происходит? Поставьте меня на пол.

— Быстро в мастерскую, — скомандовал Юся.

Викса не стала переспрашивать. Она сразу убежала в сарай. Сузуме смотрела на меня.

Не то, чтобы я сомневался в Юсе. Но мы этот агрегат только один раз включали. Я не знал, куда он нас вынесет, что нас будет ждать по ту сторону линзы.

— За мной, — сказал Юся и понёс Барбару в мастерскую.

— Да поставьте вы меня… — кричала она.

— Идём, — сказала Сузуме.

— Ты уверена?

— Это же твой брат.

И мы тоже двинулись в сарай.

Юся уже включил прототип. Огромное мутное зеркало от пола до потолка висело в воздухе, пахло грозой.

— Что это? — спросила Сузуме.

— Наш медовый месяц, — сказал я.

— По очереди или вместе? — спросил Юся.

Мы всё всегда делали вместе. Я не видел причин изменять этой привычке сейчас.

— На счёт три. Раз!

Снаружи уже слышался рёв воды.

Мы приготовились.

— Два! — вышли на исходную позицию, крепко взявшись за руки.

— Опустите меня на пол! — крикнула Барбара.

— Три!

Мы вошли в линзу.

Видимо, мы все крепко зажмурились, проходя через зеркало. Сердце колотилось, вырывался из захвата Майор, на плече у Юси ругалась Барбара.

— Да опустите меня уже на пол!

Я открыл глаза.

Мы все открыли глаза.

Из всех шестерых хоть что-то смог произнести только Том.

— Да что ж это за хрень-то такая!

Загрузка...