Игорь Федоров КОШАЧЬЯ ЖИЗНЬ

Сегодня я проснулся с ощущением грядущих перемен.

Не то что-то этот мир сделает с собой, не то я с ним что-то сделаю. Дальше так продолжаться не может. И у меня есть нервы.

Кстати, а какое там время суток у Хозяина? Ага, кажется, тоже день. Никак не могу привыкнуть к этому человечьему темпу — поспишь, поешь, погуляешь, опять поспишь — а у них все день.

Или же всё ночь… Хозяин еще ничего, он хоть не так буквально следует этому их солнечному циклу… он вообще близок к нам, насколько это возможно для человека. Но и в этом есть свои недостатки. Например, покормить меня он не то чтобы забывает, а просто как-то не вписывается. Впрочем, и я ведь его не всегда кормлю. Впрочем, нормальный кот сам себе должен добывать пропитание. Так что квиты.

Ладно, хватит! Так можно весь день проваляться, размышляя ни о чем. Весь человечий день! Мняа-у! Ф-ф-ф! Как снег жжется!

Когда же кончится эта зима! Решено — сегодня! И у котов есть… Это я уже, кажется, думал…

Вот так и наступает старость. Хозяин замораживает мир, ты воленс-неволенс подстраиваешься под него, нельзя жить в доме и быть оторванным от Хозяина, привыкаешь со временем, мысли текут вяло, кружат на одном месте, как мышь в клетке, и не замечаешь, как сам заснул, замерз, умер, ушел, и мышь твоей мысли пляшет джигу на твоей тушке… Я не слишком кучеряво изъясняюсь? Поживете с моё с Хозяином — еще не так будете.

Ох! Сколько не заговаривай себе мысли, вставать все равно придется. Аи! Мняу! Со сна, по снегу, голыми лапами! Еще и на спинку снег нападал за ночь! Фр! Где-то тут я протоптал тропинку — почти до пола. Неужто и ее занесло? Нет, все-таки это ненормально — зима в доме. Хозяин по-прежнему сидит в кресле, окруженный сугробами, и бессмысленно смотрит перед собой. Может он… того?..

А-ап — на колени. Носом в нос — ты как? Морщится, отодвигается… Живой! Рука даже делает неуверенное движение — погладить меня. Но нет, лениво опадает. Достиг, называется, равновесия!

Дело в том, что Хозяин, пока он был еще бодрым, веселым, нормальным Хозяином, шутил об этом так. Мол, если снаружи холодно, то надо сделать холодно и внутри, чтобы достичь термодинамического равновесия со средой. Тогда не замерзнешь. Вот и достиг. Снаружи зима — и в доме зима. Равновесие.

Все бы хорошо, но снаружи-то уже давно не зима!

А у нас…

Пора, ой пора что-то с этим делать!

Сначала — традиционная проверка, все ли в порядке в доме. В доме и в порядке… В порядке и в доме… Вот, дохлая мышь, привычка! А что ж тут измениться-то может?! Хозяин как сел пару лун назад — так и сидит. Все, кто могли приходить — давно не приходят, дорогу забыли. Случайных гостей не пропустят охранные заклинания. И мои, и Хозяина. А врагам нынешнее наше положение даже на руку. Не будите спящего Хозяина… Себе дороже!

Так что ничего с драгоценными нашими сугробами по всему дому не случилось. Поесть бы… Хозяину хорошо, наколдовал себе легкую сытость — и дальше сидит. Мог бы и обо мне подумать!

С другой стороны, то, что я задумал, лучше делать бодру и ясну. В смысле головы.

Ох, неохота…

Проверю-ка еще раз — может, ожил? Ай! Хвостом по снегу!

Дикость — иду по собственному дому, а хвост надо держать, как на свадьбе! Хорошо, не видит никто.

Ну, ты как?

Вяло моргнул, губы обозначили улыбку. М-да-у… Это он, видать, на луну вперед подвижность исчерпал. Ох! Когти бы об него поточить! Шучу. Не дурак. Пару дней назад уже поточил об шкаф… Нормальный кот к этому привыкнуть не в состоянии — ты выгибаешь спинку, впиваешься когтями в стенку шкафа, родного домашнего шкафа, а на тебя валится сугроб! Был бы обычным котом, мог бы порадоваться, что блохи в таких условиях не заводятся… Кстати, а почему не мерзнут кактусы на кухне? Тоже дикость — кактусы под снегом! Надо полагать, какая-то часть сознания Хозяина о них помнит.

Все! Пора!

Где-то тут, помнится, я делал дверь. Конечно ее можно проделать в любом месте, но в хозяйской двери ее делать эргономичнее. Энергетически выгоднее. Ленивее, мняу! Итак?

Да, слабый след еще сохранился.

Ерошим шерсть (а отросла-то какая — в этом климате!), сбрасываем заряд на усы, снимаем его лапой. И аккуратненько коготком намечаем контур. Есть! Сияет, родимый! Теперь правильный поворот головы (удобно все-таки, когда зрачки ориентированы по вертикали!) — и дверь проступает во всей своей красе. Вперед? Тут уж надо лбом продавить. Вот, вот, еще немного… Мня, колется! Хвост, хвост отпусти! Есть! И сразу же, пока не забыл, подушечкой затереть ее — нечего тут посторонним шастать! Все. Вышел.

А снаружи!..

Лето, мня!

Запахи, звуки, ветры… ТЕПЛО!!!

Прилечь бы на солнышке, вытянуться, подставить брюшко теплу, лениво попугать птичку, встретить кошечку… Ур-р-р-р-ррр…

Ладно, это еще успеется. Сейчас — некогда.

Сначала — граница. Не забыли еще меня здесь?

Да… Стали подзабывать. Освежить надо. Тут и тут. И тут немного. Не то чтобы меня так волновали мои охотничьи угодья, но порядок — есть порядок.

А теперь можно осмотреться.

Липа цветет (и липнет), ветер с привкусом молодых лягушек, громче всех орет жаворонок (где-то там, за горизонтом). Солнце почти над-между-ушами… Все ясно. Месяц Рыжего Кота.

Самое благоприятное время для кошачьей магии. О свадьбе уже думать поздно, а о зимнем гнезде — рано. Мысли сами собой обращаются к вечному. То-то меня сегодня на подвиги потянуло! Что у нас с окрестностями?

Мн-мн-мн… Этого ежиного семейства на своей территории я что-то не помню. Ну и пёс с ними. Кот по соседству — просто кот. Он мне сейчас не помощник. Шевелись, ус, шевелись! Белка на липе… Мна… Может, есть кто получше? Ага! Через две территории на юг — кот. Умный кот. Грамотный кот. Наш кот. К нему? А что делать?

Извини, сосед, мне просто пройти.

Гулял бы он где-нибудь. Времени нет на приветствия.

Нет. Если уж не везет… Вот он, тут как тут. Матерый, опытный котище. То есть, это он думает, что опытный. Мне его разодрать, что… Стоп. С соседями надо по-хорошему, что коты подумают. Ох… С ним же жестами говорить придется. Как там?.. Лапы, хвост, уши…

— Чужой?

— Чужой.

— Жрать моя еда?

— Нет! Твоя еда.

— Иметь моя кошка?

— Нет! Твоя кошка.

— Я сильнее ты?

— Да. Твоя земля.

— Ты идти дальше?

— Да. Просто идти.

— Проходи.

— Ты сильный.

Идиот!

«Я сильнее ты!» Казнить нельзя помиловать! Хоть бы формулировать научился! Хотя, куда там…

Интересно, как бы он отреагировал, если бы я ему хвостом и ушами рассказал что-нибудь о сублимации подавленных комплексов? Как перипатетик перипатетику.

Скоро «его земля» кончается? Да, уже скоро… И что он тут так охраняет? Ни гнезд особых, ни нор… Разве что мусорка?

Может, мусорка сейчас и есть главный признак благосостояния?

Представляю, какая наследственность у его котят: впрочем, сколько уж поколений мы льстим себя надеждой, что они, мусорные, со дня на день вымрут. А они еще и нас переживут. Что-то не в порядке с нашими представлениями о наследственности. Вот и граница!

Кто следующий?

Судя по запахам, местный кот благообразнее. И где-то далеко. Освежил границу — и пошел в гости. И на том спасибо. Можно просто корректно просочиться. Тут, кстати, поинтереснее будет — подвалы, мыши, грибы… кошек стаи… Может, и впрямь, благосостояние определяет сознание?

Подходим к искомому.

А что я ему скажу?

Типа, Хозяин у меня впал в спячку, заколдовал на фиг весь дом, установил там вечную зиму, сам хвостом не ведет и мне не дает, а началось все с… Да, а с чего все началось?

Вот она, та причина, почему люди у нас хозяева, а не мы у них. Человекам бывает не лень подумать об абстрактном, обобщить, спланировать, смоделировать, и не тогда, когда приспичило, а просто так, про запас, на всякий случай. Нам же недосуг. А когда пора — спохватываемся, но бывает поздно.

Так и живем. Вольно когти распускать — «сугроб со шкафа», «в родном доме», «не кормит» — а откуда этот дом взялся, ты помнишь? И шкаф. И сугроб… Мня-а-у!

И тут меня пришибло — я аж сел! А зачем я к нему иду-то?! Что я ему скажу? И что он мне такого скажет? Чего я не знаю. Мна-а, совсем усы инеем покрылись! Вот что значит с уснувшим Хозяином жить… В общем-то понятно, первый порыв — от беспомощности. Устал, растерялся, ну и заменил подсознательно внутреннее движение внешним. Мол, придет добрый кот, поможет… Да кто же мне поможет, когда я и сам себе помочь не могу! Дожил, мня!

Со злости (на самого себя) аж выгрызал воображаемую блоху под хвостом!

Итак, с чего все началось?

Мня, мня и мня!

Была у Хозяина Кошечка. Не то чтобы очень, по мне, так крупновата. И не породистая. Но Хозяину, вроде, нравилась.

Он ей чудеса всякие наколдовывал, дверь в дом персональную открыл. Она своих Котят приводила. Вроде, все хорошо шло. Тепло было, уютно, еда была. Хозяин, правда, все реже настоящим колдовством занимался, но мне-то что за забота, спокойнее даже. Я ведь знал, что он долго без этого не сможет. Скоро и колдовство вернется, и я ему понадоблюсь. Так и относился к этому — как к небольшому отпуску. Оказалось, она — не так. И когда мы с Хозяином вновь отправились в темный день в лес за необходимым зельем — устроила скандал. Как положено — когти, шипение, вздыбленная шерсть, мявчащие котята. Ее бы за загривок!.. У людей — всё не так. (У Хозяина — почти всё.) Я бы свою кошку быстро поставил на место. Он — пожалел. В итоге — еще один скандал. А потом (раз эдак на пятый) она сгребла своих котят, миски и коврик, и ушла. Зима как раз была. Я даже обрадовался — вот, мешать никто не будет, отвлекать… Ага! Хозяин, видать, только притворялся таким самостоятельным. Зачем-то и она ему нужна была. Тут-то и возникла тема равновесия. Установили. Равновесие. С зимой. Потом была весна. Потом лето. А у нас зима осталась. Вот. Вкратце так.

Видимо, увлекшись размышлениями, я по привычке активизировал невидимость. Потому что наглая, потерявшая нюх мышь пробежалась прямо по моей лапе. Рефлексы сработали сами собой. Хрясь! Ур-р! Уже сплевывая лишнюю шерсть, я сообразил, что делаю. Лежу на самой границе чужих владений — и охочусь! Эдак и на войну нарваться несложно! Вот бы никто не заметил…

Как бы не так! (День сегодня, видать…)

Под кустом сирени прямо напротив меня сидит здоровенный котищеАА и нагло так ухмыляется. Это кто же? Судя по запаху, именно к нему я и шел. Тогда должен понять. Я надеюсь…

Открывает пасть.

Открывает сознание.

— Так-так-так… Кто это к нам пожаловал?

А что, если прикинуться валенком?

Хвост, лапы, уши…

— Я идти. Мимо. Твоя земля. Ты сильный.

Слегка наклоняет голову вбок. И тоже жестами:

— Хочу быть не я. Плохо. Есть двое я.

Что за бред?

И тут же перевод прямо в сознании:

— Желание казаться не тем, кто ты есть — тяжелый случай раздвоения личности.

И все это сопровождается ехидной ухмылкой. Святой Чеширчик, мня!

— Ладно, сдаюсь. Привет, брат! Извини за мышку…

— Сама виновата.

— Можно к тебе?

— Так ты и так уже — половиной лап у меня…

Сошлись. Вежливо принюхались.

— Проблемы?

— Вроде бы, не знаю как и сказать…

— Ты и думал достаточно красноречиво.

Мне становится немного стыдно. Как нагадившему котенку. Пока я переживаю, заходим в тень под сирень (ф-ф, ему еще и в тень хочется, тут не согреешься никак!), ложимся. И он продолжает.

— Всегда есть три кошки. Кошка прошлого, кошка настоящего и кошка будущего.

Опрокидывается головой на траву, елозит спиной. Видимо, эта мысль очень ему понравилась. Мне, впрочем, тоже.

— Это, как ты понимаешь, не надо понимать буквально. Извини за тавтологию… Бывает так, что все три кошки сливаются в одной. То ли ты стоишь на месте, то ли кошка бежит рядом с тобой. Бывает так, что это и не кошки вовсе. А, скажем, новая территория, старая подстилка, ямка в песочке во дворе, запах, не пойманный раньше… Главное — помнить, что их всегда три! И не путать их между собой.

Кажется, я начинаю понимать.

— И когда ты пытаешься удержать при себе кошку, что уже ушла, она все равно не остается. Но и следующая не приходит. Так и живешь — без кошки, но с иллюзией оной. Ни одной, а будто все… Мная-а-у!

Он потягивается всеми лапами в воздух, давая понять, что мысль закончил.

А я? Все ли я понял? И все ли правильно? Да!

— Спасибо, брат! С меня крыса!

— Котятам прибереги.

Бегом! Домой! Вот чего мне не хватало! Разумного совета! Умной беседы! Домой!

И на бегу додумать. Что мы там помним о магии? Не о банальной кошачьей магии, а о теории. Так-так-так… Подобие… Кристаллизация… Катализ… Инициация… Восприимчивость… Извини, сосед, сейчас не до церемоний… Да, мня, пропустишь ты меня, или нет! Потом, потом довоюем… Если вылечишься… Так.

Дверь.

По-моему, я прибежал быстрее, чем додумал.

Вот оно, кошачье счастье!

Липа!!!

Назад! С разгону — на ствол. Эх, давно когти не точил! Чего смотришь, урод беличий, не видел, как котята по деревьям лазят?! Теперь на ветку… Почему цветы всегда на самом краю? Не сверзиться бы раньше времени… Зубами за веточку… Крепко держится! Кто-нибудь видел кота, подвешенного зубами на липе? Спешите! Отталкиваемся лапами… Рвись же! Есть! У-упс! На снег было бы мягче! Теперь — домой.

Дверь свежая, пропускает легко.

Бр-р-р! Зима!

И к Хозяину.

Вот, вот он, цветок липы. Возьми. Понюхай. Ощути. Подыми хвост!

Глаза хоть открой, мня!

Открывает.

Втягивает носом воздух.

Осматривается.

И…

Вот оно!

Цветок липы словно загорается. Теплым желтым пахучим светом.

Свет этот расширяется, расползается, охватывает все вокруг. Снег начинает парить, таять, исчезает, не оставляя даже воды. Я всегда подозревал, что с этим снегом что-то не так…

Хозяин распрямляет плечи, спину, потягивается, словно кот после долгого сна. Ну вот же я, вот! Вот моя спинка, вот шейка, вот ушки… Мур-р-р-р…

Встал!

Ох! За что боролись! Стараниями своими создаем мы проблемы себе! Глядит по сторонам. Состояньице у дома то еще… Ничего, теперь мы повоюем.

— Что-то я, котяра, расслабился немного…

Осматривается снова, узнавая и не узнавая дом. Квартиру.

Мебель. Дверь. Двор за окном. Лето.

— А где… эта?..

Кажется, он забыл даже ее имя. Ну и слава Сфинксу! Небрежно машет рукой. Непослушными ногами идет на кухню. Подходит к окну. Потягивается до хруста в суставах.

— Кот! А давно ли ты ел-то?

— Мур-р-р-р-ра!

Где там наша кошечка будущего? Весна, мня!

© И. Федоров, 2003.

Загрузка...