Бессовестно влюбленная 2

Глава 24

Во дворце её величества Эдуард не появлялся семь лет — с тех пор, как его заменил сэр Себастьян Рой. Однако за прошедшие годы в величественном здании с многовековой историей ничего не изменилось.

Распрощавшись с адептами столичной академии, которых он совершенно случайно и некстати повстречал на своем пути, молодой человек уверенно отправился к покоям королевы.

Мысли его высочества Эдуарда Ветинга были заняты мисс Харрис, а сам наследник находился в дикой ярости. Ощущение пылающего в груди огня, пожирающего жилы и внутренности, все больше захватывало его.

Последний раз подобный гнев он испытывал, когда мисс Харрис опутала его хитрой магической сетью на глазах у лорда Рида. В тот раз именно из-за этого опасного чувства он наделал немало ошибок: насильно поцеловал Бель, повздорил с Кеннетом, принял вызов друга на дуэль.

Однако известие о том, что королева Кассия решила выдать Беллу Харрис за Колина Мэрита, мгновенно лишило его спокойствия и в прямом смысле заставило гореть от злости.

Выдать нежную Бель за негодяя, который всегда обижал девушку⁈

За того, кто недостоин не только стать мужем благородной целительницы, но даже целовать край её платья⁈

Когда-то Дарлин заявил ему, что он тоже недостоин этой малости. Эдуарда тогда сильно задели слова друга, хотя он и не показал вида. Сейчас же он осознал, как тогда отвратительно выглядел в глазах Кеннета…

— Ее величество не принимает, — высокомерно заявила ему придворная статс-дама, смерив равнодушным взглядом.

Эдуард несколько опешил — никто не смел так смотреть на наследника престола…

Принц слышал, что бабка — единственная из его высокородных родственников — отнеслась к его двойнику довольно прохладно. Видимо, аудиенциями она Роя тоже не баловала, а её отношение к «внуку» разделили и ее придворные.

— Чем занята ее величество? — вежливо поинтересовался принц, посматривая на двустворчатые дубовые двери, ведущие в покои королевы.

— Отдыхает, — сухо проронила герцогиня, окинув его более заинтересованным взглядом.

— В одиночестве? — уточнил Эдуард.

— С фрейлинами. Её величество не любит одиночество.

— Тогда, пожалуй, составлю им компанию, — широко улыбнулся Эдуард Ветинг, а статс-дама её величества на миг онемела. — Я тоже ненавижу одиночество.

— Ваше высочество! — с возмущением в голосе воскликнула женщина уже в спину наследника.

Эдуард же решительно раздвинул в стороны опешивших лакеев, стоявших у входа в королевские покои, и решительно вошел. Слуги лишь хмуро переглянулись, не посмев остановить вдруг осмелевшего наследника престола.

Ее величество с закрытыми глазами полулежала на кушетке. Одна из фрейлин, молодая темноволосая леди с огромными карими глазами, расчесывала длинные и густые каштановые волосы повелительницы, другая девушка, тонкая, грациозная и светловолосая, играла на фортепиано тихую спокойную мелодию.

Когда двери широко и резко распахнулись, Кассия Ветинг приподнялась и медленно обернулась. Точно такими же глазами, как у Эдуарда, королева уставилась на вошедшего мужчину.

— В чем дело, ваше высочество? — холодно проронила королева, недовольно поджимая губы. — Разве вам не сообщили, что я не принимаю?

— Сообщили, ваше величество. Поэтому умоляю вас о прощении за вторжение. У меня есть оправдание — мне необходим срочный и приватный разговор.

Королева вскинула тонкую бровь и внимательнее всмотрелась в суровое лицо принца, в холодные темно-зеленые глаза, в глубине которых плясали огни ярости. На красивом женском лице будто рябь прошла, королева ещё раз вгляделась в мужское лицо и приглушенно процедила:

— Эди? Это наконец-то случилось?

— Полагаю, да. — Принц улыбнулся уголком губ, и королева заметила, что скупая улыбка не затронула глаз — внук явно был слишком зол.

— Я ждала. Но немного позднее.

— Вы примете меня?

Кассия Ветинг выпрямилась, передернула узкими обнаженными плечами в облике тонких белых кружев и властно проронила:

— Оставьте нас.

Фрейлины мгновенно поднялись со своих мест, присели в глубоких реверансах и, не поднимая глаз, тихо покинули королевские покои.

— Поставь защиту от прослушки, — слегка поморщилась королева и добавила: — И подойди ко мне. Много лет я не видела именно тебя с этим лицом.

Эдуард запечатал магией дверь, поставил защиту от подслушивания и медленно приблизился к той, с которой пришел воевать.

Молодая, красивая, внешне выглядевшая ненамного старше его матери, королева Кассия хмуро рассматривала его.

— Эди… — Королева протянула изящную руку к внуку и положила узкую прохладную ладонь на гладко выбритую мужскую щеку.

— Касси. — Эдуард осторожно, но решительно убрал со своего лица женскую руку.

— Давно меня так никто не называл, — усмехнулась королева.

— Даже дед?

— Мы не разговариваем, — с раздражением пожала плечами Кассия Ветинг. — Между нами холодная война. Я не посещаю его двор, он — мой.

— Я слышал. Но не верил. Ты расстроила меня.

— Но ты опечален не только из-за этого? Выражение твоего лица говорит о том, что ты… хм… в бешенстве.

— Как всегда, ты тонко чувствуешь мои эмоции. Да, я в ярости. Потому что ты решила выдать мисс Беллу Харрис за подлеца Мэрита.

— Решила. И свой указ отменять не собираюсь. — Красивое лицо королевы скривилось, словно она съела что-то горькое.

— Не собираешься? Несмотря на то, что знаешь, кем мисс Харрис является для меня? — Голос Эдуарда прозвучал хлестко и гневно. Наследнику казалось, что ещё немного, и он вспыхнет как факел.

— Кем? — Королева смерила внука презрительным взглядом. — Одной из многих? Эди, сирены не умеют любить. Когда ты поверишь в это, тебе станет легче жить. Сирены и их потомки — бессердечные стервы. Холодные. Коварные. И амбициозные. Будет лучше, если мисс Харрис станет женой другого мужчины и навсегда исчезнет из твоей жизни. И из моей тоже. Поверь, мы найдем для тебя достойную пару, и ты быстро забудешь эту девицу.

— В Рейдалии нет девушки достойнее Беллы. — Огонь в груди распалялся все сильнее, но голос его высочества прозвучал сдержанно.

— Возможно, так было. Когда-то. Но магия сирены постепенно порабощает твою несравненную и благовоспитанную мисс Харрис. Вскоре она станет опасной и коварной хищницей.

— Касси, Белла Харрис такой не станет, — твердым голосом отозвался Эдуард. — И женой Мэрита она тоже не будет. Пока не поздно, ты должна изменить свое решение.

— Эди, я ничего и никому не должна, — покачала головой королева. — Даже тебе.

— Мне ты, как раз, и должна. Из-за тебя родители сослали меня в Сент-Эдмундс.

— Я никогда не прощу их, — вздохнула Кассия. — Особенно твою мать.

— Теперь я понимаю, что родители были правы. Под твоим влиянием я вырос бы неприятным, заносчивым и подлым человеком.

После недолгого недовольного молчания, королева выдавила:

— Эди, твоего отца от меня не изолировали. Он вырос достойным мужчиной, принцем, джентльменом и наследником. И ты стал бы таким же.

— В отношении меня твоя тактика воспитания стала хромать.

На это замечание королева раздраженно процедила:

— Я заключила временное перемирие с лордом Ридом только ради тебя. Чтобы найти того, кто хочет убить тебя. Мы договорились с ним о том, что ты появишься при моем дворе. Относительно других моментов речи не было. И сейчас я не расположена обсуждать что-либо ещё.

— Касси, этот «другой момент» — благородная и невинная леди, которую я люблю и которую ты, по непонятным мне причинам, решила отдать негодяю на растерзание.

Некоторое время королева смотрела на наследника с явным удивлением, а потом вдруг запрокинула голову и громко расхохоталась.

— Милый, ты серьезно?

— Серьезнее некуда.

— Эди, мисс Харрис, о которой ты переживаешь, не относится к беспомощным созданиям. Скорее, она растерзает Мэрита. Не наоборот. Собственно, если бы не знание сути сирен, я позволила бы мисс Харрис стать леди Дарлин. Но Кеннет Дарлин является сыном леди Тинарии Дарлин, поэтому отдать его сирене не позволяет чувство благодарности к леди Дарлин, которая спасла жизнь твоему деду.

— Ты совсем не знаешь Бель.

— Возможно. Но я знаю, что она предпочла тебе другого мужчину. И несмотря на это, ты продолжаешь беспокоиться о ней и даже решил воздействовать на меня.

— Мои воспоминания убеждают меня, что между мной и мисс Харрис что-то произошло в прошлом. Что-то… серьезное.

— Да что бы не произошло между тобой и ней в прошлом, не имеет сейчас никакого значения! — взорвалась Кассия Ветинг. — Твоя милая и несравненная мисс Харрис вчера чуть не вышла замуж за одного известного тебе джентльмена. Между ними все происходило, знаешь ли, тоже серьезно. Ромуш застал твою милую мисс в свадебном платье перед алтарем, готовую принести брачную клятву твоему сопернику. Хорошо, что Ромуш догадался взять с собой Мэрита, у которого был мой указ. Иначе Кеннет Дарлин уже стал бы рабом этой жуткой девицы.

Эдуард побледнел.

— Замуж? За Кеннета Дарлина?

— Пока ты находился в тюрьме, твой друг решил не терять время даром. — Королева внимательно вгляделась в застывшее маской лицо внука и жестко проронила:

— Эди. Забудь. Сирену. Пока я жива, она не войдет в нашу семью.

— Может, ты не позволишь войти в семью внучке леди Честер? — с горечью усмехнулся принц.

Лицо королевы заледенело, от этого бабка и внук стали невероятно похожи, но затем черты женского лица исказились, словно от пощечины.

— В том числе! — резко выдохнула королева. — Твоя мисс Харрис — вылитая бабка. Прекрасная, холодная, жестокая. И магию сирены унаследовала. Я. Не приму. Ее. Никогда. Даже ради тебя. Джо Честер — коварная змея. Всегда ею была. Ею и осталась, если верить моим шпионам при дворе Варгоа. Я не позволила ей занять трон Рейдалии. Хотя она была очень близка к этому. И не позволю её внучке приблизиться к трону.

— Касси, разве ты менее коварна, чем леди Честер? — сквозь зубы процедил Эдуард, ярость уже проникла в каждую клетку его крупного тела.

— Да как ты смеешь, мальчишка⁈ — воскликнула королева. Изящные пальцы сжались в кулаки.

— Смею. Разве не ты много лет нагло и беззастенчиво пользовалась магией мисс Харрис, чтобы сохранять молодость и красоту?

Королева сузила зеленые глаза и сжала губы в тонкую злую линию.

— Я уже объяснилась с тобой по поводу этого. Еще тогда в экипаже в той дыре, которую зовут Сент-Эдмундс. Повторю, что от мисс Харрис не сильно убыло. Все годы она даже не замечала то, что из нее выкачивали магию. Недолгое вечернее недомогание, дурная мордашка, которая её саму устраивала, — это все, что её беспокоило! На следующий день девица снова на ногах и полна сил. Потому что магический резерв сирен огромен и легко восполним! Для меня же это стало лишь малой компенсацией за все те страдания, что причинила мне ее родственница.

Эдуард не сдержался от взгляда, полного гнева, а королева устало усмехнулась.

— Когда-нибудь ты поймешь, о чем я говорю. Но сейчас ты не готов верить. Давай поговорим о том, ради чего ты, собственно, появился в столице и решил подвергнуть себя опасности.

Принц сжал челюсти, с трудом контролируя бешеную огненную магию, которая совсем не желала слушаться. Эдуард прошел к окну с легкими светлыми шторами. Остановился в шаге от него и обернулся. Лицо спряталось в тени, его выражение теперь сложно было рассмотреть.

— Я согласна с подозрениями главы теней, — уверенно заявила королева. — И с тем, что маг, на которого вы охотитесь, исполнитель. Я не сообщила Риду, что подозреваю, кто заказчик. Без доказательств он не поверит. А то, что знаю я, больше никто не знает.

— О чем ты? — Эдуард напрягся, интуитивно чувствуя, что королева, действительно, может знать того, кого они несколько месяцев ищут.

— Все о том же, — с непонятным выражением на лице процедила Кассия Ветинг. — Исполнитель, конечно, Верт. Больше некому. Молодой, сдержанный джентльмен. С его помощью Ролдену удавалось морочить голову мисс Харрис и её поклонникам. В том числе тебе. Сегодня оба приезжают во дворец.

— Вот мы и поговорим с ним, — с угрозой в голосе проронил Эдуард.

— Осторожнее. Этот молодой джентельмен унаследовал от деда роскошную магию и опасен.

— Деда?

— Джон, которого он называет дядей, не дядя Энтони. Подозреваю, Верт относится к древнему, сильному роду. Который как кость застрял в горле Ветингов уже давно. Осознала я это лишь вчера, когда поговорила с Ридом. Кстати, терпеть не могу твоего кумира.

Эдуард ответил выразительным взглядом.

— После разговора с Ридом о тебе и покушениях, в моей голове сложилась мозаика. С одной стороны, простая. С другой — довольно сложная.

Кассия Ветинг беспокойно заходила по покоям, время от времени королева прикасалась к какому-нибудь предмету интерьера и будто бы внимательно рассматривала его. Но женский взгляд оставался отрешенным.

— Энтони Верт появился словно из ниоткуда, — пробормотала Кассия. — Ролден приютил его, когда находился в опале. Несколько лет Верт преданно служил и мне, и Джону. По крайней мере, мне так казалось. Иногда, наблюдая за ним, — Кассия устремила взгляд на внука, — за его возможностями мага, меня одолевали подозрения. Но я успокаивала себя — Верт принес кровную клятву верности, чего бояться? Однако теперь подозреваю, что эпизод с принесением клятвы искусно внушили и мне, и Ролдену. А Верт просто ждал своего часа. Вместе с заказчиком.

— Месть?

— Видимо, — кивнула её величество. — Если я правильно определила настоящую личность Верта, он намерен отомстить. За деда. Впрочем, как и его заказчик.

— Касси, кого подозреваешь?

— Пока не скажу, — усмехнулась королева.

— Касси, я здесь за тем, чтобы понять, что происходит. Почему покушаются именно на меня, а не на отца? Ведь он наследник первой очереди.

— На тебя покушаются не потому, что ты наследник престола.

Эдуард не скрыл удивления.

— Потерпи. Скоро все узнаешь и поймешь. Для начала выясним, приносил Верт кровную клятву или нет. Если нет, я все расскажу. Но нам нужна лучшая ментальная защита.

— Верховный маг лично опутал меня своей гениальной сетью против ментального внушения. Самой совершенной на сегодняшний день. К сожалению, время её действия ограничено.

— Хм… хорошо, что напомнил. Пожалуй, тоже обращусь к герцогу. Тогда мы будем готовы к встрече с Вертом.