Глава 15

Не пойду за акробата,

Ловкого и смелого.

Не пойду за акробата,

Ловкого и смелого.

Скажет он, что толстовата,

Что бы я ни делала.

Эй-хо-ха, эй-хо-ха!

Шаг вперед, шажок назад…


Наконец Влад прервал молчание.

– Может быть, вы правы, – сказал он. – Весьма возможно, я ничуть не лучше вашего барона. Однако мне известно, что он убил человека, который мне когда-то помог. А много лет назад едва не уничтожил моего близкого друга. Сейчас же он объединил свои силы с наемными убийцами джарегами, которые хотят со мной покончить…

Савн не сразу понял, что Влад имеет в виду Дом Джарегов, а не животных, – тут он с изумлением взглянул на человека с Востока.

– Именно об этом мне рассказал Ферд, хотя я и сам догадался, – продолжал Влад. – В особняке барона Смолклифа живет наемный убийца. Не думаю, что он появился здесь из-за того, что любит вино с привкусом льна. Барон сотрудничает с джарегами, они намерены общими усилиями уничтожить меня.

– Я тебе не верю, – заявил Савн. Влад пожал плечами.

– Зачем ему тебя убивать? – осведомился Савн.

– Они меня ненавидят, поэтому им есть смысл объединиться.

– Джареги тебя ненавидят?

– О да.

– Почему?

– Потому что я выбрал не самый удачный способ прервать с ними отношения.

– Что… ты утверждаешь, что являешься джарегом?

– Я им был.

– И чем ты занимался?

Влад глубоко вздохнул и посмотрел Савну в глаза:

– Убивал людей. За деньги.

Савн уставился на него, не зная, что сказать.

– Наступил момент, когда я больше не мог этого делать, и тогда я ушел. Но в процессе я прикончил одного важного человека, и угрожал представителю Дома Джарегов во дворце – он выполнял примерно такие же обязанности, что и ваш Староста. А теперь они хотят разделаться со мной. И я их не виню, но и сотрудничать с ними не собираюсь – ты понимаешь?

– Я тебе не верю, – упрямо повторил Савн.

– Тогда вряд ли мне удастся тебя убедить. А ты не задумывался над тем, почему барон хочет со мной расправиться?

– Потому что ты убил Рейнса или потому, что он считает тебя убийцей.

– Значит, у вас так устроено правосудие? Если кого-то подозревают в преступлении, ваш барон Смолклиф посылает своих солдат и они убивают подозреваемого? Ты заметил, что они даже не пытались меня арестовать.

– Не знаю, – сказал Савн. – Я никогда не утверждал, что все понимаю. Но я уверен, что его светлость не будет нанимать убийцу.

– Барон Смолклиф не нанял убийцу, – покачав головой, сказал Влад. – Они просто объединили свои усилия.

– Он не станет так поступать.

– В таком случае почему Лораан решил перебраться в свой особняк из крепости как раз в тот момент, когда я оказался в вашем городке? Ты полагаешь, это обычное совпадение?

– Я не знаю.

– И тут умирает Рейнс, чего вполне достаточно, чтобы задержать меня здесь…

– Я тебе не верю…

Влад вздохнул и покачал головой:

– Почему каждый человек видит только то, что хочет видеть?

Савн открыл рот, но сообразил, что у него нет ответа. Он уселся на пол пещеры и опустил голову.

– Что ты собираешься делать? – прервал молчание Влад.

– Насчет чего? – спросил Савн.

– Я бы хотел знать, собираешься ли ты рассказать барону или жителям вашего города, где я нахожусь.

– Ну, ты не посвящаешь меня в свои планы, почему я должен рассказывать тебе о своих?

Влад усмехнулся:

– С этим трудно спорить. В любом случае тебе пора домой.

– Какая разница?

– Полагаю, родители будут о тебе беспокоиться, – ответил Влад.

Савн внимательно на него посмотрел:

– Неужели это так просто?

– Снять чары? Да. Заклинание всегда легко снять. И у них не должно быть прямых последствий.

– Что значит “прямых”?

– Скорее всего они поймут, что находились под воздействием заклинания. Не знаю, как они к этому отнесутся. Возможно, спокойно.

Савн взглянул на Поли, которая, нахмурившись, смотрела в землю.

– Ты хочешь вернуться домой? – спросил у нее Савн. Она подняла голову:

– А ты?

– Не сейчас. Я намерен немного задержаться и…

– И посмотреть, что будет дальше, – насмешливо закончил за него Влад.

Савн пожал плечами и спросил:

– А что намерен делать ты?

– Еще не решил. Все зависит от того, сколько у меня времени. Наверное, я уже смогу телепортироваться – но полной уверенности у меня нет. А проверять не особенно хочется. Будь у меня еще пара дней, чтобы немного прийти в себя, я сумел бы перебраться в более безопасное место. Однако если меня найдут, придется спасаться бегством.

– Значит, ты намерен покинуть наш город?

– О нет. Только в том случае, если у меня не будет другого выбора. Тебе прекрасно известно, что я собираюсь сделать.

– Вы сошли с ума, – вмешалась Поли. – Вы не можете убить его светлость! Никто не может.

Влад покачал головой:

– Почему? Вопрос только в том, когда и как. Если мне не удастся разобраться с ним сейчас, я постараюсь найти подходящий момент в будущем. Но я бы предпочел не откладывать.

– Ха! Вы не будете испытывать таких чувств, когда с этим делом будет покончено, – заявила Поли.

Савн опустился на колени рядом с Владом и пощупал его лоб. Он с облегчением обнаружил, что кожа у человека с Востока прохладная, хотя лицо Влада слегка раскраснелось. Влад внимательно за ним наблюдал.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Савн.

– Устал. Страшная слабость. Но в остальном вполне прилично.

– Тебе нужно отдохнуть.

– Сомневаюсь, что у меня получится, – покачал головой Влад. – Мне нужно подумать.

Савн вдруг вспомнил, как говорил Ма, что не может заснуть перед ярмаркой, и как она улыбнулась и ответила, что нужно только закрыть глаза.

– Ну, тут нет ничего сложного, просто закрой глаза и…

Влад рассмеялся.

– Очень хорошо, Па. Я все понял. Разбуди меня, когда они явятся за моей душой.

Он опустился на одеяло, закрыл глаза рукой и, как показалось Савну, мгновенно заснул.

Около двух часов они наблюдали за спящим Владом, а потом Савн решил, что им следует поговорить. Он шепотом сказал об этом Поли, и она согласилась. Савн взял факел, и они направились к выходу из пещеры, пока не оказались на достаточном расстоянии от Влада.

– Что будем делать? – спросил Савн.

– Я считаю, что следует вернуться домой, – сказала Поли. – Если Ма и Па начали по-настоящему волноваться…

– И что мы им скажем?

– Правду, – ответила Поли.

– Да?

Она нахмурилась:

– Ну, это ведь не наша проблема, не так ли? Савн, ты же его слышал. Теперь мы знаем, что он хочет убить его светлость. Он, конечно, не сможет, а если у него все-таки получится?

– Да, – сказал Савн. – Что, если у него получится?

– Мы обязаны его остановить, вот и все.

– Обязаны?

– Ты же сам слышал, кто он такой. Наемный убийца. Убивает людей за деньги. Он…

– Он был убийцей. А как насчет его светлости?

– Ты веришь в то, что сказал человек с Востока?

– Я не знаю. Зачем ему признаваться в том, что он был наемным убийцей, а потом лгать относительно всего остального? Глупо как-то.

– Он человек с Востока. Может быть, для него это нормально.

– Звучит как-то несерьезно.

– Почему нет? Ты знаешь, как они думают?

Савн промолчал; он не мог забыть слова Влада, эхом повторяющие его собственные мысли: “Почему люди видят только то, что хотят видеть?” Вопрос, на который не существует ответа. Даже если бы мастер Ваг и признал истинность данного утверждения, он все равно сказал бы, что это не имеет значения. Возможно, так и есть; может быть, человеку, который что-то знает, постоянно приходится мириться с мыслью, что большинство людей не хотят ничего знать. Наверное, так устроен мир.

Но если Влад сказал правду, то получается, что в течение одного дня он столкнулся с обеими сторонами проблемы. Очень неприятное открытие. Откуда человеку знать, во что следует верить?

– Пойдем, Поли, – сказал он и направился обратно в пещеру.

– Ты хочешь остаться?

– Не знаю, я хочу поговорить с Владом.

– Честно говоря, – призналась Поли, – я начинаю уставать от этой пещеры.

Савн чуть не напомнил сестре, что она пришла сюда по собственному желанию, но удержался. Он воткнул факел в щель в стене и присел рядом с Владом. Сначала джареги внимательно за ним наблюдали, но потом расслабились и решили отдохнуть. Интересно, как они поняли, что он не собирается причинить Владу вред? Может быть, они чувствуют правду? Может быть, они единственные существа на всем свете, которым известно, что происходит в действительности, и они втайне над всеми смеются?

Савн рассмеялся, и Влад открыл глаза.

– Чего ты веселишься? – спросила Поли.

– Меня только что посетило откровение, – заявил Савн. – Правда таится в глазах джарега.

Влад заморгал и потряс головой.

– Воды, – хриплым голосом попросил он. Савн принес ему напиться и спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – ответил Влад.

Он попил воды и посмотрел на Савна.

– Влад, а как ты отличаешь правду ото лжи?

Человек с Востока не стал над ним смеяться. Он немного подумал и попросил:

– Помоги мне сесть.

Савн приподнял Влада за плечи, и человек с Востока устроился у стены. Ему понадобилось несколько минут, чтобы отдышаться, однако Савну показалось, что его пациенту стало лучше.

– Очень часто, – наконец заговорил Влад, – узнаю на опыте. Пробую что-нибудь сделать, а когда не получается, правда становится очевидной.

– Ага, – кивнул Савн, – я слышал о таком подходе. Мастер Ваг говорит, что нужно учиться на своих ошибках.

– Да. Однако я не советую тебе так поступать.

– Не советуешь?

– Гораздо лучше не совершать ошибок, особенно когда на кону стоит жизнь.

– Ну да.

Влад пожевал нижнюю губу.

– Я не раз думал на эти темы, – признался Влад. – Так бывает, когда начинаешь общаться с философами. Беда состоит в том, что ты получаешь разные ответы в зависимости от того, действительно ли тебя интересует правда или тебе просто захотелось о ней поспорить.

– Я не хочу спорить, – заявил Савн.

– Так я и подозревал. В таком случае найти ответы сложнее.

– Савн, что ты делаешь? – вмешалась Поли.

Однако ей ответил Влад:

– Он пытается принять трудное решение.

Поли фыркнула:

– Савн, ты намерен спросить у Влада, стоит ли тебе его предавать? Разумно, не так ли?

– Да, именно, – ответил Савн. – Так что ты сказал?

Влад нахмурился, он смотрел в пол и не поднимал взгляда.

– Я ничего не сказал. Я думаю.

– Ну?

Влад наконец поднял голову и, прищурившись, посмотрел на Савна.

– Давай начнем так: предположим, все, кого ты знаешь, утверждают, что здесь нет пещер. Это правда?

– Нет.

– Хорошо. Далеко не все с тобой согласились бы, но я спорить не стану.

– Я не понимаю.

– Не важно. – Влад еще немного подумал, потом покачал головой. – Простого ответа на твой вопрос нет. Ты постепенно что-то узнаешь, проверяешь истинность новых знаний на собственном опыте, но иногда сталкиваешься с очень серьезной проблемой, и тогда вынужден снова все проверять. Все знают, что барона нельзя убить, более того, он отличный парень, но тут появляюсь я и рассказываю о нем разные страсти. Ты не знаешь, кому верить. Я понимаю твои сомнения. Извини, но я не могу тебе ничем помочь.

– Впрочем, – неожиданно снова заговорил Влад, словно ему в голову пришла новая мысль, – пожалуй, стоит обратить твое внимание на кое-какие моменты. Прежде всего единственная причина, по который ты считаешь его таким замечательным, состоит в том, что ты знаком с людьми из Бигклифа – а это едва ли не худшие из тсерлордов. По сравнению с ними барон кажется прекрасным человеком. Насколько я помню, ты не слишком удивился, когда узнал, что я способен с тобой проделать, – и был прав. Сказать про кого-то, что он может быть гораздо хуже другого, – не слишком хорошая рекомендация.

Савн покачал головой:

– Но он не сделал нам ничего плохого.

Брови Влада дрогнули.

– А разве он не приходит и не забирает себе лучшую часть урожая?

– Ну конечно, но…

– Не будем спорить, – сказал Влад. – Нет смысла обсуждать то, что ты считаешь естественным порядком вещей, а я нет. Частично это и есть ответ на твой вопрос. Он состоит в том, чтобы задавать вопросы всем и самому себе. Постарайся сделать выводы и проверь, насколько они убедительны. Ты говорил, что мастер Ваг поднял тебя на смех, когда ты заговорил о колдовстве, верно?

– Да.

– А зачем тогда ты бормотал заклинания, чтобы излечить меня от лихорадки? Ведь его заклинания очень похожи на колдовство.

– Возможно, ты прав, – сказал Савн. – Но я знаю, что заклинания действуют, в таком случае, почему я не должен их произносить?

– Конечно, – кивнул Влад. – А как это объясняет мастер Ваг?

– Ну… Демоны Лихорадки…

– А откуда ты знаешь, что Демоны Лихорадки существуют на самом деле?

– Потому что заклинания помогают.

– Хороший ответ. Но зачем тогда ты использовал лекарственные травы и приложил столько сил, чтобы охладить мое тело?

– Так было нужно.

– А ты уверен? Может быть, хватило бы одних трав. Или заклинаний. А если я нуждался лишь в том, чтобы ты постоянно охлаждал мой лоб? Откуда ты знаешь?

– Ну, я пришел к такому выводу потому, что так всегда поступают лекари, уже много лет…

– Нельзя слепо доверять тому, что тебе говорят, отыщи ответ сам.

– Ты хочешь сказать, что я не могу ничего знать до тех пор, пока не докажу себе, что это действительно так?

– Хм-м… Ну, не совсем. Если кто-то познал истину и передал свое знание другим, тебе нет необходимости заново проходить его путь.

– Но тогда…

– Но и на веру ты ничего не должен принимать.

– Как же тогда следует поступать?

– Прежде всего нужно убедиться в том, что ты понимаешь суть проблемы. Затем все проверить. Когда ты разобрался в интересующем тебя вопросе и убедился в том, что сделал правильные выводы, можешь сказать, что знаешь ответ. А до тех пор…

– Но можешь ли ты по-настоящему что-нибудь понять?

– Да, я так считаю.

Савн замолчал. Влад откашлялся и сказал:

– Боюсь, что я не слишком тебе помог.

Савн взглянул в его необычное лицо с густыми волосами возле ушей и над тонкой верхней губой, на более темные длинные спутанные волосы, волнами спадающие на плечи, морщины на лбу, которых, учитывая его возраст, не должно было быть. Скольких людей он убил, как сильно разбогател и почему решил оставить свое ремесло?

– Нет, – возразил Савн. – Ты мне очень помог.

Влад коротко кивнул.

– А ты не хочешь рассказать мне о своих планах? – поинтересовался Савн.

– Прежде чем узнаю, станешь ли ты мне помогать или предашь?

– А разве ты не просил меня верить тебе, несмотря на то что ты мне про себя рассказал?

– Пожалуй, просил, – не стал спорить Влад.

– Ну, тогда почему я не должен просить тебя верить мне – по тем же самым причинам?

Влад довольно долго молча смотрел на него. Никогда прежде Савну так не хотелось узнать, что думает другой человек. Он не забывал о джарегах, терпеливо сидевших рядом с Владом, – их ядовитые клыки слегка торчали из змеиных челюстей. Затем Влад рассмеялся.

– Неплохо сказано. У меня нет ни одного довода, поэтому я вынужден уступить. Ну а что скажешь ты? – спросил он Поли.

Поли не отвела взгляда, только повернулась к Савну и заявила:

– Я поступлю так, как решишь ты.

– Ты уверена? – спросил Савн.

– Да.

Савн обратился к Владу:

– Ну?

Человек с Востока кивнул:

– Если идти по течению речушки, упрешься в стену. На самом деле там есть узкий проход, а речка разделяется на несколько ручейков – в каждом совсем мало воды. Все они заканчиваются перед одинаковыми стенами, которые выглядят вполне естественно. Однако часть маленьких ручейков – четыре, так мне кажется – ведет в подвал особняка. Скорее всего они контролируются при помощи волшебства.

– Ты можешь пройти мимо них?

– Да, если у меня будет достаточно времени.

– Как?

– По большей части при помощи старания, терпения и еще мне понадобится долото.

– А ты не можешь нейтрализовать его при помощи волшебства?

– Он сразу же об этом узнает; Лораан – очень сильный волшебник.

– Тогда почему он не может тебя найти?

– У меня сильная защита.

– Так что же ты собираешься сделать? Пробиться сквозь стену и… убить его?

– У меня нет никаких шансов. Он наверняка полагает, что я постараюсь проникнуть в его крепость отсюда, а может быть, нет – в любом случае Лораан поставил здесь охрану. Однако я могу его убедить, что именно так и собираюсь поступить. Это самый очевидный путь.

– Так что же ты будешь делать?

– Еще не решил. Я кое-что придумал, но не знаю, сработает ли мой план.

– И что ты придумал?

– Убийца. Он не ладит с Лорааном.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что он пробыл здесь уже больше недели, а Лораан на меня напал.

– Я не понимаю.

– Джареги, – продолжал Влад, глядя прямо в глаза Савна, – хотят воспользоваться оружием Морганти. Лораан вовсе не блефовал – он не раз пытался меня убить и едва не добился успеха. Он…

– Подожди минутку. Ты сказал “не раз”?

– Да. Он совершил две попытки.

– Мне известно только о нападении в таверне Тэма.

– Другая произошла за день до этого. Я потерял осторожность, меня заметили рядом с особняком, и Лораан атаковал меня при помощи заклинаний.

– И потерпел неудачу?

– У меня есть в запасе парочка хитрых фокусов, – ответил Влад. – Однако я допустил небрежность, задержавшись в таверне Тэма. Единственным оправданием может послужить лишь то, что я успел отвыкнуть от подобной жизни. В любом случае ни в одном из покушений не использовалось оружие Морганти, а ничто другое не удовлетворит Дом Джарега. Я пришел к выводу, что Лораан не слишком хочет с ними сотрудничать, а они с ним. Однако им придется как-то договориться, поскольку здесь территория Лораана, а у джарегов хорошие наемные убийцы. Но им это не нравится. Я рассчитываю воспользоваться их неприязнью. Но пока еще не знаю, как именно.

– Понимаю, – кивнул Савн.

– Я ответил на твои вопросы?

– Да.

– Тогда, может быть, расскажешь мне о своих намерениях?

– Я не буду тебя предавать, – пообещал Савн.

Похоже, его слова удовлетворили Влада, который закрыл глаза и, опираясь на стену, сделал несколько глубоких вдохов.

– Ты быстро устаешь, не так ли?

– Надеюсь, что через день или два я смогу начать исцелять себя. После этого я быстро поправлюсь.

– Значит, главное – продержаться еще два дня?

– Около того. Может быть, даже меньше.

– Ты думаешь, здесь безопасно?

Влад нахмурился, а потом посмотрел на джарегов – тс мгновенно поднялись в воздух и вылетели из пещеры.

– Весьма возможно, – заметил Влад, – но теперь мы будем предупреждены об опасности, и если они не поставят вокруг всех пещер блок против телепортации, у меня будет шанс отсюда выбраться.

– Что поставят?

– Не имеет значения. Лораан не знает, где именно я нахожусь, да и не станет тратить столько энергии, чтобы перекрыть такие большие области.

– Я не понимаю.

– Забудь. Я лишь хочу сказать, что в любом случае меня предупредят об опасности.

Савн посмотрел в узкий коридор, в котором скрылись джареги.

– Да, – сказал он. – Тебя предупредят.

Савн и Поли вычистили котелок, и Савн положил его в мешок. Потом убрал хороший кухонный нож. Они помогли Владу поудобнее улечься; теперь он двигался увереннее.

Казалось, для них не имело значения, что вне пещеры – для них в другом мире – приближался полдень. Поли пожаловалась на усталость, улеглась на свои меха и вскоре крепко уснула. Савн зажег новые факелы и навел в пещере порядок. Может быть, уже наступил конец недели? Окажись он сейчас дома, что бы он делал? Наверное, занимался бы уборкой? Что скажут Ма и Па, когда снова его увидят? Беспокоятся ли о них?

Можно ли верить Владу?

Пока Влад и Поли спали, Савн обдумывал слова Влада. Что, если и в самом деле травы не нужны для борьбы с лихорадкой и используются только из-за древнего обычая? Что, если любой обычай может оказаться неправильным? Что, если его светлость действительно воскрес из мертвых?

Он размышлял о правде, знаниях, доверии и ответственности, мысли пугались у него в голове, лишь изредка проливая свет на примеры настоящего обмана, невежества или равнодушия, которые давали ему некий намек на понимание, который тут же исчезал в водовороте банальностей и сомнительной мудрости.

Он постоянно возвращался к одной фразе человека с Востока: “Не предполагай, а находи”.

Он долго осмысливал эти слова, чувствуя их истинность и спрашивая себя: кому он верит – человеку с Востока или логике?

И даже приняв решение, Савн довольно долго колебался, прежде чем сделать очевидный следующий шаг.


Савн довольно долго стоял у Кривого камня, глядя вниз на дорогу, ведущую к дверям особняка его светлости, который скрывался за поворотом. Два десятка лет назад он с друзьями играл неподалеку, на территории, скрытой от всех стеклянных окон, за исключением высокого слухового окна, наслаждаясь чувством опасности, хотя в особняке никого не было.

Теперь, когда его светлость сюда вернулся, у Савна и в мыслях не было тут поиграть – хотя он и не сумел бы сказать, что именно здесь делает. Он шагал по дороге так, словно был благородным лордом и направлялся в гости к его светлости. Впрочем, он слышал, что аристократы предпочитают телепортироваться, даже если им нужно пройти всего пару десятков миль.

Вскоре появился особняк – высокое здание с множеством острых выступающих граней. За прошедшие годы Савн успел забыть, как огромен особняк, а может быть, считал, что детская память преувеличила его размеры. Величественное строение наводило на мысль о могуществе его владельца.

Крыша напоминала острие косы, с двух сторон, словно соломинки, торчали башенки со слуховыми оконцами. Дом был выстроен из светло-зеленого кирпича, а высоко на фасаде красовались большие стеклянные окна – Савн даже видел свет сквозь шторы. Он попытался разглядеть, есть ли кто-нибудь внутри. Осмотревшись по сторонам, Савн нашел овраг, в котором играл много лет назад. Он и в самом деле находился совсем близко к особняку. В доме повсюду были окна, но Савн отчетливо помнил, что, если не поднимать головы, того, кто прячется в овраге, можно заметить только из единственного слухового окошка на самом верху.

Как ни странно, он только теперь обратил внимание на то, что начало темнеть, и еще раз подивился, как быстро прошло время в пещере. И тут в дальней части дома зажглись новые огни, а несколько мгновений спустя из особняка вышел слуга. Слуга обошел дом, зажигая фонари при помощи длинной лучины. Когда он закончил свою работу, особняк был освещен со всех сторон так, что создавалось впечатление, будто он охвачен пламенем.

После ухода слуги Савн еще некоторое время наблюдал за домом, а потом зашагал по дороге прямо к большой передней двери. Савну казалось, что он чувствует себя как солдат, марширующий перед сражением, но на этой мысли ему совсем не хотелось задерживаться.

Он остановился и посмотрел на дверь. Она показалась Савну слишком простой для особняка его светлости – обычное дерево, да и открывается, как любая другая дверь. Впрочем, здесь имелась бронзовая ручка, с которой Савн не знал, как управляться. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза, открыл их и постучал.

Ничего не произошло.

Он подождал – несколько часов, так ему показалось, хотя в действительности прошло не больше минуты. Еще немного, и мужество окончательно его покинет. Он нетерпеливо топнул ногой, но тут же заставил себя успокоиться – вдруг кто-нибудь увидит.

Почему никто не подошел к двери?

Потому что его не слышали – дверь слишком толстая.

Но как привлечь внимание слуг его светлости?

Савн огляделся по сторонам и заметил длинную веревку, свисающую перед дверью. Не давая себе времени на размышления, он сильно за нее потянул и чуть не закричал от ужаса, когда внутри дома раздался громкий треск, словно кто-то колотил палками.

Ему показалось, что сердце, которое и раньше билось довольно часто, вот-вот выскочит у него из груди. Савн уже собрался обратиться в постыдное бегство, когда дверь распахнулась, и он увидел человека с резкими чертами лица, одетого в ливрею барона Смолклифа. Савн узнал Тури, одного из слуг его светлости, который часто приходил в город за покупками. Если подумать, что Тури это делал с тех самых пор, как Рейнс перестал…

Савн заставил себя сосредоточиться и сообразил, что до неприличия долго молчит. Ему пришлось откашляться.

– Ну? – сурово нахмурившись, спросил слуга.

– Прошу прощения, сэр, – сумел наконец пропищать Савн.

– Ну?

Савн сделал глубокий вдох.

– Могу ли я просить его светлость об аудиенции? Меня зовут Савн, я сын Квели и Олани и…

– Зачем ты хочешь встретиться с его светлостью, мальчик? – перебил его Тури, лицо которого сохраняло непроницаемое и невозмутимое выражение.

– Я хотел поговорить о человеке с Востока.

Тури склонил голову и одновременно приподнял брови:

– В самом деле?

– Да, сэр.

– У тебя есть для его светлости информация?

– Я… дело в том…

– Ну, заходи, я посмотрю, свободен ли его светлость. Ты сказал, тебя зовут Савн?

– Да, сэр.

– Ты крестьянин?

– Я ученик, – возразил Савн.

– Чей?

– Мастера Вага, лекаря.

Глаза Тури широко раскрылись, казалось, он лишился дара речи.

– Ну, не стой на пороге, заходи, – наконец проговорил он. Внутри особняк оказался еще более великолепным, чем снаружи, – в особенности если учесть, что в помещении, в которое попал Савн, ничего не было, не считая нескольких крючков для одежды. – Побудь здесь, – сказал слуга.

– Хорошо, сэр, – кивнул Савн, а Тури вышел через внутреннюю дверь и плотно прикрыл ее за собой.

Савн с восхищением посмотрел на прекрасное полированное дерево и понял, что одна эта пустая комната стоила его светлости больше, чем весь дом Савна. Он с интересом изучал резную бронзовую ручку двери, пытаясь найти на ней знакомые фигуры, когда она повернулась и дверь открылась. Савн собрался с силами для разговора с его светлостью и с облегчением выдохнул, когда увидел, что вернулся Тури.

– Сюда, мальчик, – сказал слуга.

– Слушаюсь, сэр, – ответил Савн и, хотя колени у него дрожали, последовал за Тури внутрь особняка, великолепие которого превзошло все его ожидания. Казалось, стены с разноцветными картинами мерцают. Роскошная мебель поразила Савна, он не мог себе представить, что в такое кресло можно сесть. Яркий свет озарял все углы комнат, отражался от предметов непонятного назначения, сделанных из хрусталя, сверкающего металла и керамики, удивительным образом окрашенной в яркие синие и красные цвета.

– Смотри под ноги, – посоветовал Тури.

Савн только в последний момент заметил, что чуть не наткнулся на низкий столик, который, казалось, целиком сделан из стекла. Он пошел осторожнее, хотя и продолжал глазеть по сторонам. Неожиданно Савн сообразил, что хрустальные и металлические предметы – это сосуды, из которых можно пить. Савн подумал, что не сумел бы поднести такой к губам – у него наверняка дрожали бы руки, и он ничего не смог бы с собой поделать.

Неожиданно Савн сообразил, что интерьер изменился – он не успел заметить, как они вошли в другую комнату, с тем же успехом она могла находиться в ином мире. Далеко не сразу Савн понял, что комната наполнена книгами – самыми разными, их здесь оказалось столько, что Савн не мог себе представить, как можно их все прочитать, даже за целую жизнь. Впрочем, раньше Савн и не думал, что на свете существует столько книг. Сотни и сотни томов! И еще он обратил внимание на множество полок, сделанных специально для того, чтобы ставить книги. Впрочем, часть лежала на столах, многие открытые…

Тут взгляд Савна упал на стоящего перед ним человека – в ослепительно белой рубашке, на шее цепочка с красным камнем. Ноги, в том числе и ступни, полностью скрывали мешковатые белые штаны. Савн посмотрел ему в лицо и тут же отвел взгляд – его охватил ужас. С одной стороны, его светлость был довольно высоким, но в его внешности Савн не увидел ничего примечательного.

В конце концов, он просто человек, подумал Савн.

Но пока самые разные мысли проносились в голове у Савна, он неожиданно обнаружил, что упал на колени и касается лбом пола, повинуясь инстинкту, заложенному где-то глубоко в глубинах его существа. И пока Савн стоял на коленях, смущенный и униженный, с навеки запечатленным в душе обликом аристократа атиры, он вдруг осознал, что его светлость очень бледен.

Неестественно бледен.

Савн попытался не думать о том, что это может означать.

Когда его светлость заговорил, его голос зазвучал так уверенно, что Савн сразу понял: Староста с его воплями, криками и угрозами лишь только делает вид, что обладает властью, – настоящая сила есть то, что человек получает от рождения – или никогда. Интересно, что бы на это сказал Влад.

– В чем дело, мальчик? – спросил его светлость. – Мой человек сказал, что ты хочешь поговорить со мной о человеке с Востока. Если ты собрался рассказать, где он прячется, не стоило беспокоиться. Я уже знаю. Если пришел, чтобы спросить про своего мастера, то я еще с ним не закончил. Если ты хочешь сообщить, в каком состоянии находится человек с Востока и каковы его методы защиты, я выслушаю тебя и хорошо награжу.

У Савна закружилась голова, когда он попытался разобраться в том, что говорил его светлость.

Своего мастера.

Мастера Вага?

То я еще с ним не закончил.

Савн с трудом проговорил:

– Я не понимаю, ваша светлость.

– Зачем ты явился? Говори громко и ясно.

– Ваша светлость, я… – Савн искал слова, но он уже не был уверен в том, что хочет их найти или осмелится произнести.

Он поднял глаза, и его взгляд упал на человека, который, судя по всему, находился здесь с самого начала, хотя Савн его не заметил. Человек – Савн не сомневался, что никогда не видел его раньше – совершенно неподвижно стоял за спиной его светлости. Он был с головы до ног одет в серое, если не считать черных кружев на воротнике рубашки и черных же высоких сапог. Лицо его ничего не выражало. Каким-то неуловимым образом он напоминал Влада.

Из-под воротника его плаща выглядывали знаки Дома Джарега, будто Савн без них не догадался бы, что перед ним наемный убийца, о котором говорил Влад.

Савн не мог оторвать от него взгляда; а незнакомец, в свою очередь, смотрел на него, как на необычное растение, заслуживающее некоторого внимания, – но только для того, чтобы решить, уделить ли ему пару минут, прежде чем выполоть и выбросить.

– Говори, мальчик, – резко повторил его светлость, но Савн лишь молча на него смотрел.

Он не мог себе представить, что когда-нибудь заговорит снова, – повелительная команда его светлости раздалась из другого, чужого мира. Неужели его светлость не понимает, что он, Савн, не в состоянии произносить слова, не говоря уже о предложениях?

– Что ты хотел мне сказать? – вновь заговорил его светлость. – Я не стану повторять свой вопрос еще раз.

Последние слова Савн воспринял с облегчением; сейчас он хотел лишь одного – чтобы его светлость перестал задавать ему вопросы. Он подумал, что, наверное, ему следует встать и с поклонами удалиться из комнаты. Впрочем, он сомневался, что сумеет удержаться на ногах. А еще он догадался, что вряд ли ему позволят покинуть особняк живым. Только теперь он понял, на какое безрассудство решился, и окончательно лишился дара речи.

Его светлость нетерпеливо и презрительно фыркнул, потом добавил:

– Уберите его отсюда. Посадите к другому. Сейчас у нас нет на них времени.

Послышался другой, очень тихий голос, несомненно, принадлежащий джарегу:

– Вы идиот, Лораан. Мы можем выяснить…

– Заткнитесь, – не стал слушать его светлость. – Мне нужны ваши советы еще меньше, чем…

– В самом деле? – перебил джарег. – Меньше, чем когда? Меньше, чем в прошлый раз, когда вы проигнорировали меня и…

– Я же сказал, заткнитесь, – повторил его светлость. – Нельзя терять времени. Нужно убить Талтоша, а солдаты уже вышли на позиции.

– И если они найдут его до утра, я готов съесть свой гонорар.

– Я принесу соли, – усмехнулся его светлость. – Мы знаем, где нужно искать, и у нас достаточно людей, чтобы довести дело до конца за два, максимум три часа.

И тут чьи-то грубые руки схватили Савна за плечи. Казалось, атира и джарег не обратили на происходящее ни малейшего внимания.

– Он исчезнет до того, как вы его найдете, – заявил джарег.

Савна поставили на ноги, но у него подогнулись колени, и он мешком осел на пол.

– Вряд ли, я поставил блок.

– Вокруг трех квадратных миль пещер?

– Да.

Савна вновь схватили и поставили на ноги; теперь две сильные руки поддерживали его за плечи.

– Значит, он уже знает о ваших намерениях, – сказал джарег.

Савна потащили из комнаты. Он бросил последний взгляд на его светлость – тот сжал руки в кулаки, и смотрел на джарега, который презрительно улыбался. Совсем как Влад.

– Пусть знает. Я уверен в ваших… – Звук голоса его светлости заглушил стук башмаков – Савн понял, что он идет по каменному полу.

Он не запомнил помещений, по которым его вели, даже не осознал, кто его тащит, если не считать того, что два голоса – мужской и женский – посоветовали Савну идти своими ногами, если он не хочет, чтобы ему задали хорошую трепку. Казалось, голоса не имели никакого отношения к державшим его рукам.

Они подошли к лестнице, и женщина, смеясь, предложила сбросить Савна вниз.

Надеюсь, они этого не сделают, подумал он, понимая, что помешать им все равно не сможет.

Его поволокли вниз по ступенькам, потом по тускло освещенному коридору, пока стражники не остановились перед обитой железными планками большой деревянной дверью с тяжелым засовом и замком. Они прислонили Савна к стене, и он сразу же осел на пол. Савн услышал рыдания и понял, что плачет он сам. Тогда он в последний раз поднял взгляд и наконец увидел двух человек в ливреях Дома Атиры, вооруженных большими мечами. Женщина держала огромный железный ключ. Она отперла замок и отодвинула засов. Они открыли дверь, подхватили Савна и втолкнули его внутрь. Он упал лицом вниз.

Дверь за спиной захлопнулась, и Савн услышал, как стражники закрыли замок и задвинули засов. Сначала ему показалось, что в помещении совсем темно, поскольку здесь не было светильников, как в коридоре, но потом он сообразил, что слабое свечение испускает светокамень – Савну доводилось слышать о таком устройстве, но он видел его впервые. Камень находился на потолке, в двенадцати фугах над головой пленника. При других обстоятельствах Савн принялся бы с интересом его рассматривать, но случившееся ошеломило юношу, он плохо понимал, что с ним произошло.

Вскоре Савн сообразил, что куча тряпок в углу – на самом деле человеческое существо, и вспомнил, как его светлость сказал что-то вроде: “Отведите его к другому”. Постепенно глаза Савна привыкли к тусклому освещению, и он узнал мастера Вага. Савн подошел к нему и сразу увидел, что руки мастера вывернуты каким-то неестественным образом. Он молча смотрел, не зная, можно ли к нему прикоснуться, постепенно понимая, что здесь сделали с его учителем.

Комната закружилась у него перед глазами, свет померк. Следующие несколько минут прошли как в тумане; Савн что-то говорил мастеру, кричал какие-то слова в закрытые двери, что-то искал в комнате – он и сам не знал что… Наконец он сел на пол. Его отчаянно трясло.


* * *


Она летела довольно низко, под облаками, оставаясь рядом со своим самцом, пока поиски не заставили их разделиться.

Кормилец сказал, чтобы они соблюдали осторожность и ничего не пропустили, поэтому они внимательно осматривали каждый дюйм земли внизу, двигаясь по медленно расходящейся от входа в пещеру спирали.

Она не торопилась. Теперь, когда Кормильцу больше не грозила смерть, ее самец успокоился, а день выдался приятный и прохладный. Она ни на миг не забывала о том, что делает – ее глаза постоянно изучали землю, – но это не мешало ей наслаждаться полетом.

Она узнала высокую скалу и дом неподалеку, а также извивающуюся ленту дороги, но они ничего для нее не значили. С одной стороны, здесь не было мяса, живого или мертвого. А с другой – она ощущала крыльями и всем своим существом, что воздух здесь иной, чем над полями или лесами, над водой или открытой землей, на которой осталось лишь жнивье. И все это делало полет еще более приятным.

Она всегда чувствовала, где находится ее самец, и они общались – разум с разумом, – продолжая лететь, пока она не посмотрела вниз и не заметила одного мягкого. Она удивилась и после коротких размышлений поняла – это связано с тем, что еще несколько мгновений назад его там не было и она не заметила его приближения. Она развернулась в обратном направлении и увидела еще одного, также появившегося совершенно неожиданно. Она знала, Кормилец способен делать подобные фокусы, и решила, что стоит об этом упомянуть. Она сделала еще один круг – на дороге, уходящей в лес, возникло целое стадо мягких.

Она призвала своего самца, который тут же к ней присоединился. Он посмотрел на мягких – он хорошо разбирается в их повадках; а потом рассказал Кормильцу о том, что они обнаружили. Вскоре стадо мягких свернуло с дороги и зашагало по узкой, петляющей тропе, ведущей к пещерам.

Потом они вернулись к Кормильцу, чтобы получить от него новые указания.


Загрузка...