Глава 5. Ты сводишь меня с ума…

В маленьком старомодном доме чувствовалось присутствие человека. Его запах. Это был несомненно мужчина. Приятно щекотал нос смешанный аромат сушеных трав, ягод и перетертой коры. Ангелина хорошо знала этот пряный слегка терпкий вкус после вдоха.

Наум приоткрыл крышку бадьи на тумбочке и, закрыв нос рукой, тут же отпрянул от нее.

– Вода на самом дне, – пробормотал охранник. – С неделю никто не менял. Ох, и вонь!

– Он где-то близко. Ищите! – рявкнул Герман Валентинович и без сил опустился на старую лавку у грязного окна. Несимметричные, рваные шторки засаленными ошметками висели по бокам и качались от сквозняка.

Кэйса насторожилась. Заказчик как-то резко переменился из волевого уравновешенного мужчины в раздраженного тирана. Но, главное, чтобы ее не трогал. А так – пусть хоть головой об стенку.

Наум и Кирилл вышли на улицу. Их голоса какое-то время гундели за стеной, но постепенно стихли. Изредка через щели в окнах доносился хруст веток. Вскоре и он пропал.

– Да присядь ты уже! – выпалил Герман Валентинович.

Ангелина покорно прошла вперед, отчего половицы под ногами застонали.

На грязном облущенном подоконнике стояли цветы в глиняных вазонах: сенполии и глоксинии. Многие из них пышно цвели, но листья уже прилично привяли. Лина машинально потрогала пальцем землю – сухая. Еще день-два такой жары и растения не спасти.

Откуда бы здесь, в глуши, взяться такому разнообразию? Сорта, видимо, выведены хозяином дома: все горшки аккуратно подписаны, стояли вычурные названия на латинском и точные даты посадки. Необычайные на вид соцветия, такие Лина встречала только на выставках эко-теплиц.

Зачем такие деньги тратить на поиски обычного селекционера? Или необычного?

Заказчик с интересом рассматривал лежащие на рассохшемся столе записи и рисунки. Цветы, растения, травы и карты. Нарисовано чернилами и простым карандашом красивым штрихом. Все подписано ровными печатными буквами.

– Что искать? – спросила Лина, осторожно присев рядом. Всмотрелась в серые почти бесцветные глаза мужчины.

Он выдохнул:

– Эликсир. Все о нем.

– Молодости? – хихикнув уточнила Ангелина, выкладывая на колени стопку бумаг.

– Нет! – рявкнул Герман, устало закатив глаза, – жизни…

– Но у вас все есть! Зачем он вам? – искренне удивилась Ангелина, но листать и искать все же стала, прикусив слегка язык. Боялась, что накажут штрафом за расспросы.

Заказчик не ответил. Его хриплое дыхание разбавилось слабым покашливанием в кулак. Скорее всего, болен. Она давно подозревала: слишком уж бледный у него цвет лица и испещренные кровавыми жилками белки глаз. Да и запах от него не привлекающий, не такой, как от Кирилла. Волнующий и взрывающий равновесие.

И все-таки ляпнула лишнего:

– Неужели нет в нашем мире достойных врачей? Вы не похожи на человека, который верит в ерунду о бессмертии.

Грубые мужские руки собрались в кулаки. Они сжали край одной из страниц, отчего бумага неприятно заскрипела. Герман, словно видел перед собой не рисунки с растениями, а что-то другое. Его бледные губы растянулись в тонкую линию, а уголки опустились.

Лина судорожно сглотнула и, вжав голову в шею, принялась с усердием выполнять задание: искать хоть малейшие признаки «эликсира». Кто знает, чего можно ожидать от престарелого придурка, ведь он выбросил целое состояние на это путешествие. Ей сейчас не нужны всплески адреналина – она и так едва сдерживается.

В глубине другой комнаты, на полке высотой в потолок, было немыслимое скопление папок, бумаг и рисунков. На поиски нужной информации уйдет немало времени. Здесь, казалось, тысячелетиями все это собиралось. Ангелина хотела побыстрей с этим покончить и пойти дальше. Астровая равнина должна дать ей ответы, иначе жить дальше – настоящая мука.

Еще одна комната оказалась заставлена впритык стеллажами, сплошь забитыми коробками. Лина раскрыла одну из них и не удивилась, когда снова увидела эскизы и документы. В основном на латинском, а некоторые на древнем языке – деванагари. Место напоминало архив ботаника. Удивляли даты – на большинстве стоял прошлый век, но попадались и старше. На секундочку, это в глухом-то лесу! Может, и правда, он сто лет здесь прожил?

Просмотренные документы рассказывали только о цветах да злаковых, за счет которых проживающий в этом доме и влачил существование. И довольно бедное, если присмотреться.

Здесь не было никаких удобств: вода в колодце, мебели минимум, туалет на улице. Все самодельное и ветхое. Запах старости и затхлости стоял такой плотный, разбавленный встревоженной пылью, что Лина бесконечно чихала и через пару часов уже во всю терла глаза и шмыгала носом. В такие моменты тело всегда подводило, и это было очень плохо. Плохо не для нее, а для остальных.

Содержимое сотен папок повторялось, с разницей только в названиях и датах, и ничего даже приближенно похожего на «эликсир» не было: одни цветы и их подвиды. Какая ересь искать эликсир бессмертия! Лучше бы к нормальному врачу пошел. Сейчас даже рак лечат, а что не лечат – вырезают или прижигают лазером. Операции на мозге делают с такой точностью, что смертность от болезней почти побеждена. Кроме вирусов. Вирусы – настоящее бедствие. А еще бактерии. Но он же не с воспалением легких поперся в поход? Да, и эта болезнь не смертельная.

– Вы уверены, что мы по нужному адресу пришли? – хлопнув очередной папкой по столу, проворчала Кэйса и присела рядом с заказчиком на лавку. Потянула носом и стала растирать усталые ноги. Ужасно хотелось есть, но сказать вслух постеснялась. Да и за пропитание отвечал проводник. Он подстреливал диких птиц и мелких животных, а Наум уже готовил.

Несколько часов ни Кирилла, ни охранника не было, и Ангелина не на шутку стала волноваться. До темноты всего ничего, потом идти по лесу будет невозможно, палатки разбить не успеют. Придется ночевать в этом протухлом старом доме. А вдруг вернется хозяин? А вдруг он злодей? А что если заказчик решит, что она весьма аппетитная девушка? От сгустка нелепых мыслей, желудок скручивало еще больше.

– Ищи. Времени мало. Я пока вздремну, – пробормотал Герман Валентинович и поволок ноги в соседнее помещение.

Ангелина проследила за ним взглядом и облегченно выдохнула. Он единственный, на кого ее чары не действовали.

Старый больно.

В комнате стояла узкая кровать и небольшой табурет. Стены промазаны глиной, углы повреждены сыростью, на окне висела старая выцветшая шторка с обожженным краем.

Мужчина, словно нарочно, не закрыл дверь и лег так, что Лина долго чувствовала на себе его пристальный взгляд.

– Прекрасно, – прошептала она и стала разворачивать новые папки, откидывая в сторону изученные вдоль и поперек.

Загрузка...