Аддон

Глава 19

Максимально тихо, насколько это возможно, я поднялся по лестнице вверх и свернул налево — к трём квартирам на этом этаже.

Подойдя к самой первой, приложил ухо к массивной металлической двери, но услышал лишь собственное учащённое сердцебиение.

Ну, раз ничего не слышно, придётся смотреть.

Мигнув «кидком», я оказался в помещении. Оно явно подвергалось перепланировке: никакого коридора — сразу же комната, в которой в метре от меня горел экран монитора. У этого монитора — за столом, было хорошо видно трёх мужиков. Они сейчас достаточно увлечённо резались в карты. Причём, кроме карт на столе стояли початые бутылки пива.

Мужики синхронно подняли свои головы от карт и уставились на меня.

Я же… уставился на них. Для меня эта встреча оказалась такой же неожиданной.

Тот, что сидел слева, наконец-то отвис:

— Ты кто?

Я выставил вперёд правую руку со шваброй.

— Уборщик!

Мужики опять подвисли. Тот же мужик, что задал вопрос, вильнул взглядом на вторую мою руку. Увидев пистолет, он потянулся к своей кобуре на поясе.

Вот, куда ты такой шустрый?! Если раньше оставался хоть какой-то шанс на мирное урегулирование ситуации, то, теперь, он стремительно таял — с каждым движением его руки, которая приближалась к кобуре.

Даже если он не начнёт тут же стрелять, мирно разойтись теперь не получится.

Я сразу пихнул вперёд палку от швабры и «кидком» пробил грудь шустрого.

Не тормозя ни секунды, я провернул то же самое и с двумя оставшимися… хотя они, в отличии от первого, среагировать, вообще, никак не успели. Разве что, центральный умудрился неосторожным взмахом руки перевернуть бутылку пива. Та покатилась по столу, смывая на пол колоду карт. А перед глазами выскочила надпись:

Я стоял, замерев на месте, и, теперь, мне даже слушать своё сердце не надо было. Я физически ощущал, как оно часто ухает в груди.

Это было быстро: три удара, три крита, три трупа.

Уже стало понятно, что, кем бы ни был этот Седой, мы, теперь, с ним точно враги.

Чуть отойдя от скоротечного боя, поглядел на швабру, всю заляпанную кровью и немного нервно хмыкнул себе под нос:

— Швабрамен, блин…

И тут же подобрал две кучки лута.

В одной было четыре кредита, а во второй — семнадцать зелёных горошин.

Система, реально, их так и обзывала: зелёный горошек.

Кроме лута, забрал ещё и три пистолета с дополнительными обоймами. Всё это дело я пихнул в рюкзак и успел тормознуть на краю столика бутылку пива. Опрокинувшись, она упорно кружилась туда-сюда по столику и подобралась к его краю.

Глянул на монитор.

На него выводилось множество изображений с камер наблюдения. Ага. То есть, это что-то вроде охранного пункта. Надо обследовать дальше.

Пройдя из коридора-комнаты вперёд, я заглянул в одну из комнат, подсветив себе смартфоном. В ней находилось три двуярусные кровати, а в воздухе витал запах перегара.

Мне кажется, или охрана у Седого организована просто отвратительно?

Нет, серьёзно! «Дневальный» спит, в охранке сидят трое и бухают, вместо того, чтобы на камеры смотреть. А ведь смотрели бы на камеры, остались бы живы.

А если бы я понял, что меня спалили, тут же бы свалил «кидком» наружу и дал бы отсюда по газам.

Пройдя в комнату, заглянул в спальные места. Лишь в самой крайней койке — на первом ярусе, спал человек.

Ну, что ж! Мне нужна информация и, похоже, что сейчас я её получу.

Достав кинжал, приложил его к горлу спящего, а второй ладонью закрыл ему рот.

Мужик тут же распахнул мутные, ничего не понимающие глаза и секунд пять растерянно моргал.

Я приподнял кинжал, чтобы мужик его увидел и, приложив его обратно к горлу, прошептал:

— Тихо. Будешь кричать — убью. Понял меня?

Мужик кивнул.

Вот, и ладно.

Я убрал ладонь от рта мужика, и он первым делом стал кружить по комнате взглядом.

— Не крутись! Ответишь на мои вопросы и останешься жив. Понял?

Мужик кивнул и низким хриплым голосом ответил:

— Понял.

Волнуется. На его лысой голове проступили капельки пота. Ну, это и не удивительно. Я бы на его месте тоже волновался.

— Это… база Седого?

Мужик еле заметно кивнул.

Ну, что ж. Геометка Артёма не подвела. Это, действительно, база Седого.

— Кто такой Седой?

У мужика во взгляде проступило недоумение, так что, мне пришлось уточнять:

— Чем промышляет?

Мужик чуть растянул губы в еле заметную улыбку:

— Всяким.

Мда. Надо ещё конкретней спрашивать.

— Сколько тут сейчас рабов?

Мужик расширил губы в более явную улыбку:

— Тут. — Он выделил слово «тут», сказав его громче. — Рабов нет!

Я прижал кинжал к его горлу сильнее.

— Я сейчас другой язык найду — более сговорчивый.

Улыбка на лице мужика пропала.

— Да, я откуда знаю! Не моё это дело.

— Сколько примерно?

На лбу мужика образовались складки. Это, видимо, обозначало его мыслительный процесс.

— Ну, где-то сорок…

Да… Всё-таки, не чаем угостить меня тащили. Они реально рабов набирают…

— А где находится кузнец?

— На втором этаже. В пресс-хате.

— Какой номер квартиры?

— Я не помню номер. Чётко над нами.

Мужик стрельнул взглядом в потолок и сглотнул.

— А сам Седой где обитает?

— Выше. Но сейчас, его нет.

— А где он?

— На несколько дней в отъезде.

— Куда именно?

Мужик чуть пожал плечами:

— Я не знаю. — Я надавил кинжалом ещё сильнее, и он тут же исправился. — В Балашиху!

— Поняятно… Это поэтому вы тут бухаете, вместо того, чтобы охраной заниматься?

Мужик посмотрел на меня зло:

— Ну а кого тут было ждать? Что ты за залётный, вообще, не понятно.

Я усмехнулся:

— Ладно. Давай, дальше. Сколько…

Закончить вопрос я не успел, так как, мужик резко схватил меня за руку, в которой был кинжал, и даже умудрился оттянуть её в сторону. Слишком неожиданно сработал. А второй рукой он потянулся в сторону тумбочки.

Э, нет!

Я вжался в его тело и в эту же секунду активировал «кидок».

Думал опущусь вниз в нематериальном состоянии совсем немного, но не рассчитал. После отмены «кидка», я застрял в металлической конструкции кровати. Ну и в мужике, соответственно…

Пришлось, активировать умение ещё раз, чтобы выбраться.

На труп мужика смотреть было страшно… вот я и поднял лут, старательно отводя взгляд.

В нём оказалось всего два кредита. Ну, тоже неплохо.

Выйдя из комнаты в коридор, я хотел куда-нибудь присесть, чтобы дух перевести, но все три стула были заняты трупами. А столик был полностью залит пивом.

Выдохнул.

Ладно, прикинуть, что делать дальше можно и стоя.

Скоро светает, и народ начнёт просыпаться, так что, времени у меня не так много.

Пойти освободить кузнеца?

Заманчиво. Этот класс может быть полезен в будущем. Про остальных рабов даже не думаю. У меня осталось всего шесть неизрасходованных очков действия.

Сколько тут бандитов, я без понятия, но тут двенадцать этажей. Скорее всего, народу не мало. Если начну тут шуметь, практически, уверен, что живым отсюда не выберусь. Люди — это не манекены, восстанавливаться вне агрозоны не выйдет. Меня просто застрелят. Ну, или гранатами забросают. Вполне возможно, что они у этих засранцев есть.

Так что, остаётся только кузнец. Тем более, я знаю, где его искать.

Прислушался к себе: есть ли задор — уверенность в своих силах, что смогу утащить отсюда кузнеца?

Вроде, есть.

Я перехватил швабру в руке поудобнее.

Ну, значит, повезло тебе, парень! Надеюсь, тебе тут не успели ничего сделать. А то, пресс-хата звучит как-то совсем недружелюбно…

Тратить ещё один «кидок» для выхода на лестничную клетку не потребовалось. Дверь изнутри можно было открыть и без ключа, что я и сделал.

Прикрыв её за собой, прислушался к окружающему.

Вроде, тихо.

Снизу — от входной двери, раздался одинокий всхрап.

Блин. Я тут убил четверых бармалеев и собираюсь освободить некоего кузнеца. Оставлять на пути отхода врага, хоть и спящего — совершенно тупая идея.

Я тихонько вздохнул.

Да, я только что убил четверых… Но троих, всё же, в бою. А четвёртого — в борьбе. А вот этого мне придётся зарезать спящим. И именно зарезать. «Кидок» тратить не буду. Кто знает, что меня ждёт этажом выше?

Ещё пару дней назад, если бы мне в голову пришли такие мысли, я бы подумал, что сошёл с ума. Но это пару дней назад. А сейчас… Сам мир сошёл с ума, и психике приходится подстраиваться под это, иначе, реально кукухой поехать можно…

Я уже осознал, что моя психика выставила некую защиту. Я не чувствую каких-то метаний — как у Раскольникова. Мне просто неприятно от того, что я сейчас сделаю. А вот, эмоций… Эмоций, как будто, нет.

Главное, чтобы это защитное состояние не заместило обычное. Мне совсем не улыбается быть безэмоциональным куском глыбы…

Ладно. Не стоит затягивать.

Бесшумно, но достаточно быстро, я спустился к двери. Не рассусоливая, достал из инвентаря кинжал, и воткнул его в горло спящего бармалея.

Тот дёрнулся, что-то захрипел, но я надавил сильнее, прижимая его спиной к стене. И уже через несколько секунд он затих.

Стараясь не глядеть на труп, я подобрал лут и забрал очередной пистолет с кобурой.

Прислушался к себе.

Нет, никакого сожаления нет. Только какое-то чувство гадливости. Мерзковато, и только. Ну, разве что, сердце опять бешено ухает. Но это уже от адреналина.

Ладно. Я сделал неприятное, но необходимое дело. Теперь, пора спасать кузнеца.

Уже поднимаясь наверх, глянул, что было в луте.

Эх! Опять безгрейдовая обувь! Но получше тех сандалий, что были на мне экипированы сейчас, так что, я «переобулся» в инвентаре в сапоги.

Да, стрёмненькие на вид. Чёрные сапоги были протёрты почти до дыр. Но, всё равно, блестели как игровая вещь!

Пройдя половину пролёта, замедлился и на второй этаж вышел буквально на цыпочках.

Подошёл к квартире, которая находилась ровно над той, где была охрана. Я приложил ухо к старой деревянной двери — с покрашенной под металл, пластиковой цифрой шесть на ней.

Внутри тишина.

Впрочем, проходили уже. Ничего это толком не значит. В охранной — на первом этаже, тоже тихо было…

Я подготовил швабру и кинжал. Затем, активировав «кидок», прыгнул сквозь дверь.

Внутри помещение оказалось тоже переделанным. Только, несколько в ином плане.

Вдоль стенок тут стояли три металлические клетки — с расстоянием между прутьями сантиметров в десять.

Две клетки были пусты, а вот в одной, вжавшись в заднюю часть, сидел голый мужик. Перед клеткой стоял амбал — в камуфляже и с косичкой на затылке. Он с азартом тыкал в пленника палкой. Кузнец, (а это, похоже, он) пытался закрываться от тычков палкой, вот только, безуспешно. Всё его тело пестрело синяками и кровоподтёками.

Это они его тут всю ночь напролёт, что ли, палкой тыкали? Похоже, на то. Во всяком случае, вид у кузнеца был измождённый.

Аккуратно, чтобы не шуметь, я начал приближаться.

Но когда я был в паре метров, мужик с косичкой вдруг замер и резко обернулся в мою сторону. Спиной, гад, почувствовал что ли? Резвый!

— Как пройти в библиотеку? — спросил я.

И, тут же мигнув «кидком», воткнул в него палку от швабры. Вернее, хотел воткнуть. Но вместо этого, попал просто в воздух.

Мужик очень резко отпрыгнул влево и в контратаке ткнул меня своей палкой в скулу.

Больно!

На!

Я снова активировал умение и ткнул в него шваброй со всей силы. Вот только, он опять отпрыгнул. Теперь, вправо. И сверху вниз засадил мне палкой по правой руке — где была швабра. Попал прямо по большому пальцу.

От силы удара я чуть швабру не выронил.

Да, что же ты такой резкий!?

Я взмахнул шваброй над головой, и справа налево жахнул ей наотмаш. Когда швабра должна была дотронуться до мужика, мигнул «кидком».

Снова мимо. Он отпрыгнул назад. Да, что такое!?

Я приготовился к удару палкой. Но, вместо этого, мужик достал левой рукой нож откуда-то из-за пазухи и метнул его мне в сторону солнечного сплетения.

Я было дёрнулся в сторону, но куда там? Успел только чуть сместиться. И нож вошёл мне не в солнышко, а в левую нижнюю часть моей груди — чётко промеж рёбер.

Во, урод! Да, он меня так и прикончить может. Я уже три «кидка» вхолостую израсходовал.

Ну, уж нет!

Я сорвался в его сторону.

Были бы мы на улице, он мог бы отбежать. Но в замкнутом пространстве позади него были лишь две пустые клетки — особо не побегаешь. А в ближнем бою — тебе кирдык.

Но мужик думал по-другому. Он мою инерцию бега помножил на инерцию своей палки, что прилетела мне в верхнюю челюсть, выбив мне часть зубов.

В глазах аж мигнуло, голову мотнуло назад, а по подбородку потекло что-то тёплое. Но скорость я не сбавил. Наоборот — прыгнул в сторону мужика, на лету выплёвывая зубы изо рта.

И ведь он почти увернулся… Я смог схватить только его левую руку. И схватился за неё как клещ! При этом, по мне опять прилетел удар. На этот раз, по затылку.

Ну, нихрена себе, ты, всё-таки, шустрый! Сколько же ты себе ловкости вкачал, что такой резкий?

В меня прилетел ещё один удар, но я на него даже внимания не обратил. Лишь качнулся в сторону мужика с косичкой и мигнул «кидком».

Мужик с косичкой рухнул на пол, заливая его своей кровью из зияющей огромной раны в туловище. И левой руки у тела, теперь, как не бывало.

Так-то!

Я вытащил нож — всё ещё торчащий из моих рёбер, и посмотрел на уровень своей жизни. Почти тридцать процентов мне снял этот резкий! И это, при том, что я даже не попал в него ни разу, пока не убил умением. Так, кроме жизни, он мне ещё и тридцать живучести снял!

У меня три живучести. Видать, одна живучесть даёт десять единиц дополнительной брони, или как это ещё назвать. В общем, эти единицы действуют как щит. Пока живучесть не уйдёт в ноль, проценты жизни тратиться не будут.

Глянул на пол — в поисках лута. Но, нет. Косичка мне ничего не оставил после своей смерти. Жаль!

И, только теперь, я повернулся к кузнецу в клетке. Он смотрел на меня с интересом — сквозь щёлочки набухших, посиневших век.

Внешность у мужика, вроде, азиатская. Хотя, может характерный разрез глаз у него из-за опухлости образовался?

Ладно, не важно.

Я рассмотрел навесной замок на его клетке. Использовать умение? Не, и так всего несколько очков действия осталось.

Я пошарился в карманах «косичкина» и нашёл связку на четыре ключа.

Ну-ка!

Да, один из ключей провернулся в замке. И я, распахнув решётку, посмотрел на до сих пор молчащего кузнеца.

— Погнали.

Тот в ответ посмотрел на меня внимательно с секунду, затем, кивнул.

А мужик молчаливый, оказывается.

Я метнулся ко входной двери, но замок был заперт на ключ и изнутри вручную не открывался. А ключи со связки «резкого» не подошли.

Приглядевшись, где находится язычок от замка, ударил туда кулаком с «кидком» — уничтожая напрочь запорных механизм. Затем, я, распахнув дверь, поспешил к лестнице.

Кузнец, шатаясь, затопал следом.

Да, что ж ты так громко-то!?

Я подхватил его подмышку и потащил вниз.

Мда… Досталось же тебе… Кузнецу каждый шаг явно давался с трудом и болью. Я даже слышал, как он скрипит от каждого шага зубами.

Мы спустились вниз. Добравшись до двери на улицу, я точно также выбил на ней запирающий механизм кулаком. Нет сейчас ни времени, ни желания искать у трупа охранника ключи.

На улице мы прыгнули в тачку, и я погнал от здания прочь.

Вроде, никто из дверей за нами вслед не выбежал. Неужели, всё прошло настолько тихо, что никто не проснулся?

Похоже, на то.

Проехал квартал, постоянно поглядывая в зеркало заднего вида. И, только свернув налево — во дворы, я немного подуспокоился. Никакой погони не было, и уже не будет. Если даже народ там и очухался, то им просто уже не за кем ехать вслед. Мы уже затерялись в городе.

Пальцы на руле стали чуть подрагивать. Видать, мой адреналиновый отходняк. Ну, неудивительно. На всё про всё у меня ушло минут пятнадцать, но, зато, каких насыщенных…

Я несколько нервно усмехнулся:

— Ну, вроде, сбежали.

В ответ раздалась тишина.

Я скосил взгляд на кузнеца. Тот, повесив голову на грудь… мирно сопел. То есть, спал.

Теперь, я уже улыбнулся с облегчением.

Ну, спи, мужик, спи! Натерпелся ты.