Часть I. Шрамы прошлого

Глава 1. Эта странная ночь…

Началось всё одним, пожалуй, не самым обычным вечером – вечером, когда не должен был выжить никто.

В небольшом магазинчике на заправке ничем не примечательного провинциального городка на юге Англии работала только одна касса. Маленькая белокурая девочка-альбинос шести лет по имени Эмили вместе со своими родителями замыкала собравшуюся очередь. Она терпеливо стояла в ожидании, обеими руками держась за подол маминого пальто, и скучающе разглядывала единственное витринное окно. Очередной весенний вечер выдался очень дождливым. Тяжёлые капли назойливо стучали по тёмному большому стеклу, через которое изредка просачивался размытый свет фар проносящихся мимо автомобилей.

Очень быстро однообразная картина наскучила девочке, и она принялась рассматривать всё помещение. Удивительно, но, уже мельком оглядевшись по сторонам, Эмили обнаружила, что всё здесь было ей очень знакомо. Именно это и было очень странным, ведь она никогда не была раньше ни в этом магазине, ни в этом районе. И даже люди, которые стояли впереди, тоже казались девочке какими-то знакомыми, хотя попытки вспомнить, где же она их видела, так ни к чему не привели.

Что-то в подсознании заставило Эмили снова взглянуть в окно, и именно в этот момент совершенно неожиданно белая вспышка молнии ударила по глазам, подсветив чёткий чёрный силуэт человека, стоящего снаружи. В то же мгновение на доли секунды потух свет в магазине, и малышка тут же прижалась к маме. Зажмурившись изо всех сил и крепко обхватив её руками, она пыталась скорее избавиться от охватившего ужаса и мурашек. Когда лампы снова исправно заработали, Эмили бросила короткий испуганный взгляд в сторону окна, но человек испарился, словно мираж. Однако этот странный силуэт отчётливо врезался в её память: девочке до сих пор казалось, что он по-прежнему стоит там, прямо под проливным дождём, и наблюдает за посетителями. Эмили прижалась к маме ещё сильнее, и та ласково погладила её руки: женщина прекрасно знала, как сильно её дочь боится грозы.

Но сейчас ей было страшно не столько из-за бушующей стихии, сколько из-за внезапно родившегося предчувствия, что вот-вот должно произойти что-то очень ужасное. Откуда же взялась эта противная, навязчивая мысль? Мысль, от которой никуда не спрятаться… Что за человек был за окном? И где же гром, который по обыкновению должен прозвучать в первые секунды после молнии? В тревожном ожидании, девочка внимательно вслушивалась во всё, что происходило вокруг. Дождь по-прежнему монотонно стучал в окно мелкой дробью. Кассирша пробила чек и вежливо поблагодарила за покупку очередного покупателя, зашуршал пакет на кассе… Магазин наполняли самые обыденные, повседневные звуки. Но даже слабого и отдалённого раската грома так и не донеслось до чуткого детского слуха.

«Что-то не так… Дежавю…» – в голове Эмили зародилась мысль, что всё это когда-то уже происходило.

Перезвон колокольчиков над входной дверью. Очевидно, вошёл ещё один покупатель и, судя по уверенным шагам, направился прямо к кассе, минуя всю очередь.

«Мама, папа… Мои родители… – внезапно она начала вспоминать. – Они же умерли! Да и мне уже давно не шесть лет… Но что это тогда? Сон! Да, точно. Это просто сон! Воспоминание о том ужасном дне…»

– Сэр, встаньте, пожалуйста, в очередь, – строго прозвучал женский голос.

Вдруг Эмили поняла, что надо делать. Необходимо как можно скорее оторваться от мамы и разглядеть только что вошедшего человека. Но теперь, когда каждая секунда была на счету, тело отказывалось двигаться с места и не могло даже хоть чуточку пошевелиться! Оно словно окаменело! Девочка так и осталась примкнувшей к маме и зажмурившей глаза. «Ну же, скорее!» – думала про себя она, но тело ни в какую не хотело подчиняться приказам.

– Что вы себе позволяете?! – кассирша начала возмущаться и кричать. – Это моё! Я сейчас вызову охрану!

Эмили сделала ещё одно усилие, пытаясь управлять собой, и тело наконец поддалось. Девочка открыла глаза и, выглянув из-за мамы, попыталась посмотреть на этого человека. Но мама тут же заслонила её спиной, и она не смогла сопротивляться, мельком успев увидеть лишь спину и капюшон незнакомца, одетого во всё чёрное.

Дальше события разворачивались очень быстро. Мама начала пятиться назад, потихоньку подталкивая дочку к выходу, покупатели впали в самую настоящую панику, принялись истерически кричать и звать на помощь, а кто-то побежал к входной двери.

– Стоять! – прогрохотал чей-то властный голос, полный гнева, и бегущий человек тут же упал замертво.

Мама девочки крепко прижала её к себе руками. Крики постепенно утихали, и через несколько мгновений остался лишь один голос, молящий:

– Только не трогай дочь! Слышишь! ТОЛЬКО НЕ ЕЁ! – завопила женщина, и после этих слов её тело безжизненно обмякло, и она упала.

– Мама! – прокричала Эмили, по-прежнему сжимая в кулачке подол её плаща, и вдруг увидела, как за ней лежит её отец.

Теперь она вспомнила всё до мелочей, до мельчайших деталей и знала, что произойдёт вскоре. Девочка осталась единственная в живых. Единственная, кроме этого убийцы.

Эмили пыталась сквозь слёзы вглядеться, рассмотреть лицо человека, только что убившего её родителей, но этого никак не получалось сделать. Она вглядывалась в него со всей силой, но лицо расплывалось, двоилось, и девочка не могла чётко сфокусировать на нём взгляд. Вот убийца подошёл совсем близко, а у неё по-прежнему не получалось сконцентрировать внимание и рассмотреть его.

– За что… – так и не смогла договорить несчастная девочка: все вокруг закружилось, потемнело в глазах, и она падала, падала… пока тьма совсем не поглотила её.


– Нет! – выкрикнула Эмили, резко сев в лежаке своей палатки и пытаясь отдышаться. Постепенно она пришла в себя и тихо, с ноткой обреченности в голосе, проговорила: – Опять этот сон…

Это была та же самая альбиноска, только повзрослевшая ровно на десять лет. Теперь она стала настоящей юной девушкой: хрупкой и нежной, как бутон ещё не раскрывшейся белой розы, с почти светящимися в ночном мраке от природной белизны вьющимися волосами до плеч. Белоснежные брови и ресницы она старательно прятала под длинной чёлкой. Эмили обладала кожей благородного фарфорового оттенка и необычайно красивыми глазами, цвет которых менялся в зависимости от освещения: от полупрозрачно-серо-голубого до жутковато красноватого. Разумеется, такую красоту мог понять далеко не каждый.

Она включила фонарик, нащупала в рюкзаке очки и, поспешно надев их, посмотрела время по своим старым наручным часам, кожаный ремешок которых уже сильно истёрся. «Ещё только час ночи, – думала девушка, небрежно смахнув забытые слёзы, – наши наверняка ещё не спят. Хотя что-то они подозрительно притихли… Не к добру это. Эх, и угораздило меня пойти в этот поход…» С разочарованием осознавая, что заснуть получится нескоро, Эмили выключила фонарь и плюхнулась на спину. Похоже, первая ночь вне дома давалась ей с огромным трудом.

– Как же я хочу домой… – с тоской выдохнула она и с головой погрузилась в воспоминания и раздумья. Ведь именно сегодня годовщина того злосчастного вечера…


Тем временем её бабушка, худощавая седовласая старушка с очень добрыми голубыми глазами, тревожно смотрела в распахнутое окно. Беспокойным взором она окидывала просторы своей скромной фермы, тихо дремлющие под звёздным небом. Последние апрельские деньки выдались на редкость ясными и тёплыми, но стоило солнцу покинуть небосвод, как вновь чувствовалось слабое дыхание ушедшей зимы. Но эта ночь была какой-то особенной и волшебно тихой. Ни травинку, ни листик сегодня не трогало дуновение даже самого слабого ветерка. Лишь пронзительные песни сверчков нарушали пленящее безмолвие, в котором пожилая женщина непостижимым образом чувствовала притаившуюся, невидимую опасность. Она перевела взгляд на конюшню, откуда только что донеслось недовольное ржание Лайта – коня Эмили. Похоже, и он был чем-то обеспокоен.

– Роуз, неужели ты ещё не спишь?! – вдруг послышался негодующий женский голос за спиной, подтверждающий, что этой ночью не спит никто.

Это была соседка по ферме – мисс Софи Хе́ндриксон, очень бойкая и добродушная женщина преклонных лет с ярко-рыжими пушистыми волосами, которые очень точно подчёркивают её яркую натуру.

– Не могу заснуть, – коротко отозвалась старушка, не отрывая взгляда от окна.

– Ну, ты уж постарайся! Я обещала твоей внучке, что пригляжу за тобой.

– Я говорила, что мне не нужна сиделка. Можешь идти домой, Софи. Силой тебя никто здесь не держит.

– Ладно тебе, не злись… Я принесла чай. Выкладывай, что случилось. Переживаешь за Белоснежку?

– Опять ты зовёшь её Белоснежкой…

– А что, ей нравится! – отмахнулась мисс Хендриксон, расставляя чашки на маленьком столике. – Значит, всё дело в ней?

– Признаться честно, да. Эми никогда не ночевала вне дома. Ни разу не ходила в поход с ребятами из школы. И уж тем более в лес…

– О, ей полезно будет развеяться! Она и так не отдыхает в последнее время. То за тобой ухаживает, то отправляется на подработки после школы! Это разве детство? А этот поход она так ждала!

– Знаю… Но у меня плохое предчувствие. Что-то должно случиться.

– Ну например? Роуз, не накручивай! – Женщина присела на кровать рядом со старой подругой, слегка приобняв её за плечи. – Говорю тебе, это пойдёт ей на пользу! Да и в любом случае, дети под присмотром учителя, ничего не случится.

– Софи, ты же знаешь Эми, она… она другая. Не такая, как её сверстники.

– Я знаю её с пелёнок. Да, она всегда была немного странной. Пожалуй, слишком уж доброй и мягкой. Но разве это плохо?

– Нет, это не плохо. Совсем не плохо. Плохо то, что Эми совершенно не может защитить себя… Она мне не рассказывает, но я-то знаю, что её обижают в школе. Я разговаривала с её тьютором и знаю, как её дразнят школьники из-за альбинизма… Это не повод для издёвок, но разве детям это объяснишь? Точно как и то, что человек не выбирает, каким ему родиться. Ох, Софи, как её только не обзывают там…

– Да, слышала. Соседские мальчишки зовут её «очкастым призраком», – не удержавшись, коротко хохотнула женщина. – Прости. Я всё понимаю, но это же дети! Она это переживёт и будет сама вспоминать со смехом.

– Ты правда так думаешь? Она единственная из всей параллели, кто не имеет сотового телефона…

– Ну вот, завела шарманку снова! Даже и не начинай своё нытьё про то, что ферма перестала приносить доход, потому что ты не в состоянии работать ни в саду, ни в поле… – передразнивая, пробубнила она. – Я уже выучила твои слова наизусть! Пойми наконец, ты не виновата ни в чём. Ты же прекрасно знаешь Эмили. Современные гаджеты, модные шмотки… всё это ей не нужно.

– Но…

– И никаких «но»! Она даже сама мне говорила, как рада тому, что живёт с тобой на ферме, в удалении от города, любопытных глаз и злых языков. Нам с тобой, кстати, не мешало бы у неё этому поучиться – быть счастливыми. Пойми же, Белоснежке нужно лишь, чтобы ты была рядом. И была как можно дольше. Ты же одна у неё осталась… Сегодня, если не ошибаюсь, годовщина гибели её родителей, так ведь?

– Да. – Старушка бережно взяла старую чёрно-белую фотографию в рамке со стола и нежно погладила. На выцветающем снимке молодые мужчина и женщина на веки застыли в счастливом мгновении. – Ровно десять лет прошло… Даже не верится, что столько времени утекло…

– И не говори! Ох, как сейчас помню тот ужасный вечер. Их убийцу так и не поймали ведь?

– Нет. У полиции не было ни единой зацепки. Зачем он это сделал… – Роуз сжалась и зажмурилась. – Столько невинных людей… и даже кассу не тронул. Зачем…

– Боюсь, никто этого уже не узнает. Но главное, твоя внучка выжила.

– Жаль только, что её показания полиция не восприняла в серьёз. Все думали, что у неё психологическая травма. «Убийца применил мощное электрошоковое оружие», – усмехнувшись, процетировала бабушка официальную версию. – Ох, Софи, Эмили в это уже давно поверила бы сама, если бы не этот сон… каждую ночь…

– Да, она мне рассказывала. Бедная девочка… Видеть смерть своих родителей снова и снова. Но то, как они погибли… Роуз, ты сама-то ей веришь? Веришь, что задействована какая-то мистика? – Софи внимательно посмотрела на свою подругу. – Ведь согласись, всё это более чем странно. Тем более дети склонны ко всяким выдумкам…

– У меня нет причин ей не верить. Этот сон снится ей каждую ночь после того вечера. Я знаю это. Порой я слышу, как она плачет, но стоит мне открыть дверь в её комнату, как она притворяется спящей. Иногда я думаю, что она этого просто не выдержит…

– Кажется, я поняла, к чему ты клонишь: ты просто считаешь свою внучку слабой.

– Нет, это не так!

– Это так, но поверь, она сильнее, чем ты думаешь. Иногда в самых хрупких силы больше, чем в самых крепких и сильных на вид. Вот увидишь, она ещё покажет коготки!

Роуз глубоко вздохнула, поставив фотографию на место, и снова посмотрела в окно. Она-то прекрасно знает, что Эмили сильная. Только вот сама девушка об этом даже не догадывается…


И это на самом деле было так. Даже сейчас, тихо лежа в своей палатке и время от времени поглядывая на часы, Эмили искренне мечтала скорее вернуться домой, где всё знакомо и любимо, где нет противных школьников, которые опять выбрали её самым главным развлечением похода. Ребята из параллели целый день подшучивали над ней как могли, а уж в этом их фантазии не было равных. Именно поэтому у неё созрел план, в котором она раньше всех проснётся и с рассветом отправится гулять по лесу, лишь бы не попадаться на глаза своим «друзьям». Ведь даже лес, кишащий змеями, не был настолько страшным, как выдумки подростков. Но рассвет ещё очень нескоро, а сон всё никак не хотел приходить – в голову постоянно лезли мысли о бабушке, родителях и об этом ужасном сне.

«Десять лет прошло со дня гибели родителей, – размышляла девушка. – Почему именно я осталась в живых? И почему никак не могу вспомнить внешность убийцы? Даже во сне рассмотреть не получается. Прямо мистика какая-то. Так, надо срочно сходить к гипнотизёру, может, хоть так получится вспомнить, ведь я обязательно должна найти убийцу, и он ответит за то, что сделал. Ну, если гипноз не поможет, пойду к психиатру. Надо же как-то лечить эту навязчивую мысль об мести. М-да. Я страшный человек!» – эта парадоксальная мысль заставила её улыбнуться.

Но улыбка, едва тронувшая губы Эмили, в одно мгновение слетела с лица, поскольку где-то совсем неподалёку послышался тихий шорох. А через ещё секунду раздался громкий треск: что-то с силой ударилось о её палатку. Перепуганная девушка села и, насторожившись и затаив дыхание, ловила малейший звук. Так, не шевелясь, в полнейшей тишине, нарушаемой лишь монотонным тиканьем наручных часов, и в ожидании чего-то ужасного, прошло несколько минут. Биение сердца наконец пришло в норму, и только она подумала, что причин для паники нет, как её руки́, опёршейся о матрас, что-то мимолётно коснулось. И тут страх сжал сердце девушки своей ледяной хваткой. Целую минуту Эмили не шевелилась, судорожно соображая, что делать: «Посветить фонариком на «это»? Или, может, резко выбежать из палатки на потеху мальчишкам? Ну уж нет!»

Всё-таки решив самостоятельно разобраться с неопознанным объектом, девушка очень медленно, дрожащими от страха руками, вновь достала фонарик. Сердце так громко стучало, что, наверное, его стук был слышен и за пределами её временной обители. Собрав остатки смелости, она всё же включила фонарь.

«Так. Ну вот, на меня никто не набросился, это уже хорошо», – успокаивала себя Эмили. Окончательно осмелев, она подняла фонарь повыше и принялась освещать просторы палатки. Посветив на место, где к ней недавно что-то прикасалось, девушка с облегчением выдохнула, ничего там не обнаружив. «Хм, может, тогда мне просто показалось? – подумала она, пребывая в сомнениях. – Всё-таки моё богатое воображение уже не раз подшучивало надо мной. Но тем не менее, чтобы быть до конца уверенной, надо всё тщательно проверить», – и Эмили продолжила сканировать тесное пространство палатки. Посветив на сумку и пошарив в ней рукой, она проверила, нет ли там чего-нибудь… лишнего. Ну, или кого-нибудь. «Вроде всё чисто», – подытожила девушка.

И всё бы хорошо, но тут она почувствовала прямо под её спальным мешком какое-то едва уловимое движение. «О нет… Значит, не показалось! – потихоньку начинала паниковать Эмили. – Что же это?» – спрашивала она у себя, хотя в душе уже знала неутешительный ответ на этот вопрос. Пока их группа шла сюда, девушка услышала не одну страшилку о лесных ядовитых гадюках. Но она до последнего не хотела предполагать худшее и принялась разрабатывать план: «Так, надо тщательно всё продумать. Если это то, о чём я думаю, надо сохранять спокойствие и не шевелиться. Чтобы проверить мою догадку, надо аккуратно приподнять краюшек спального мешка и осторожно туда заглянуть».

Несколько секунд Эмили просто смотрела на местонахождение неопознанного существа, мысленно задавая риторический вопрос, за что ей такое наказание и жалея о том, что у неё нет ничего даже отдалённо напоминающего оружие. «Расчёска!» – мелькнула обнадёживающая мысль. Конечно, это довольно сомнительное средство обороны, а тем более оружие, но, как говаривала её бабушка, «на безрыбье и рак – щука». Она медленно и аккуратно полезла в рюкзак за расчёской и случайно задела пакет с печением, который невообразимо громко зашуршал. Следом заелозил и незваный гость, но остался всё на том же месте. А Эмили уже была вооружена расчёской и готова обороняться.

Ещё раз напомнив себе, что если это то, о чем она думает, то необходимо просто сохранять спокойствие и не шевелиться; девушка вздохнула и аккуратно прикоснулась к мешку. Но ей даже не понадобилось приподнимать край. Оттуда медленно и лениво выползло как раз то, что она и предполагала – змея!

И тут маленькую трусиху охватила настоящая паника. Забыв об указаниях, данных самой себе, Эмили резко вскочила на ноги, упёршись в крышу палатки, и с визгом, чуть не разорвав входную молнию, выскочила наружу, так и не обувшись, в одних носках, несясь, куда глаза глядят. Вдруг за спиной она услышала разрывной хохот ребят. И тут до неё дошло – это был очередной злой розыгрыш.

– Дура! Это был уж! – крикнул ей кто-то вдогонку, надрываясь от смеха, но ноги уносили Эмили все дальше и дальше.

«Как же обидно! Ну почему?! Почему они так себя ведут со мной? Что я им сделала?! – сокрушалась она. – Ох, что завтра будет… Вся школа узнает об этом случае». Слезы глубокой обиды текли по щекам, а девушка всё продолжала бежать, со злостью продираясь сквозь колючие лесные заросли, и её вовсе не волновала мысль о том, что она может заблудиться. Но силы постепенно начали покидать юную альбиноску, и она остановилась, согнувшись и пытаясь отдышаться.

Эмили прекрасно понимала, что забежала уже очень далеко. Неслышно было больше ничего, кроме уханья филина. По телу побежали мурашки, но, как это ни странно, страх полностью покинул девушку. В лесу царила умиротворяющая тишина, и не было ни малейшего дуновения ветерка, способного потревожить крону деревьев. Лес спал. Струящийся лунный свет серебрил листья деревьев и обволакивал лес какой-то волшебной атмосферой. Отдышавшись, девушка принялась осторожно бродить между деревьями лесной глуши, наслаждаясь свежим чистейшим воздухом, запахом молодой, только появившейся листвы и блаженным одиночеством. Очень скоро похолодало и пришлось застегнуть джинсовую куртку. Босые ноги сковал холод, но Эмили постаралась сделать ещё несколько шагов вперёд, чтобы согреться, и вдруг её взору открылось нечто невероятное.

Посреди лесных зарослей, прямо перед девушкой, располагалась арка из переплетённых друг с другом деревьев, которые излучали мерцающее сияние, напоминающее лунный свет. Поразительно, но по ту сторону арки не было видно абсолютно ничего: проём поглощал густой белый туман. Позабыв про холод и про всё на свете, заворожённая великолепной красотой и самым необычным зрелищем, которое она когда-либо видела, Эмили решила подойти ближе. Приблизившись, она заметила, что эти переплетённые деревья были обвиты красивейшими сияющими цветами с длинными острыми завивающимися лепестками, которые никогда раньше не встречались ей. В полном восхищении, девушка не могла отвести от них взгляд.

Несколько минут спустя она обнаружила, что стоит с отвисшей челюстью, и непременно закрыла рот. Арка манила к себе непостижимой силой, каждая клеточка тела рвалась пройти в неё… Но Эмили была редкой трусихой, так что не удивительно, что она так и не рискнула сделать желанный шаг, а лишь осталась стоять, любуясь немыслимой красотой чудо-арки. Подгоняемая любопытством, заворожённая девушка начала исследовать невероятную находку, обходя её кругом и пытаясь разгадать тайну непроглядной туманной арочной «двери». Но как ни заглядывай, туман был виден исключительно по ту сторону арки.

Однако просто смотреть Эмили уже не желала. Словно под действием сильнейшего магнита, её рука безвольно потянулась вперёд, и ладонь коснулась белой пелены. Туманные кольца, словно клубы холодного дыма, обволокли застывшую кисть и мягко потянули внутрь арки… но девушка быстро опомнилась и одёрнула руку. Страх, любопытство и желание проникнуть в этот загадочный туман смешались воедино, и всё же Эмили решила, что будет разумнее не делать глупостей и не рисковать. Всё-таки мало ли что может быть в этом тумане, а ей ещё заботиться о бабушке… Но и покидать это место девушке очень не хотелось.

Предполагая, что вряд ли сама сможет найти лагерь, и вспомнив указ учителя о том, что если кто-нибудь заблудится в лесу, лучше оставаться на одном месте, Эмили решила никуда не уходить и дождаться утра прямо здесь. Может быть, утром девушка осмелится пройти в арку, но пока она решила просто отдохнуть, прильнув к замысловатому древесному переплету. К тому же это место внушало ей спокойствие и умиротворение.

Насобирав хвороста, Эмили соорудила импровизированную подстилку, которую расположила прямо у арки. Сев на неё и облокотившись к переплетённым деревьям, только сейчас она поняла, как же сильно устала и хочет спать.

Сбоку на стволе рядом с девушкой выглядывал небывалый сияющий цветок и, казалось, любопытно смотрел на неё. Рука непроизвольно потянулась к нему в порыве сорвать, но в последнюю секунду Эмили остановила себя. Ей было жалко уничтожать такую красоту, и она убрала руку. Забавно, но в этот момент цветок сам скинул свой лепесток, словно прочитав мысли юной девушки, хотя это, конечно же, невозможно. Она всё-таки сказала вслух «спасибо» и почувствовала себя невероятно глупо. «Вот, уже с цветами разговариваю…» – подумала Эмили, проведя пальцами по шёлковой поверхности лепестка, испещрённого мелкими, светящимися изнутри прожилками, и убрала его в карман куртки.

Давно ей не было так хорошо и приятно засыпать. Тепло волнами разливалось по телу, будто арка согревала девушку. С приятными мыслями и улыбкой на лице Эмили закрыла глаза и тут же заснула крепким, глубоким и спокойным сном, и впервые за много лет ей, наконец, не снились кошмары, не снилось абсолютно ничего… Только лишь спокойствие и сладкое забытье…

– Эмили! ― разбудил её уже утром чей-то далёкий оклик.

«Наверное, это меня обыскались, ― лениво подумала Эмили с закрытыми глазами. ― Надо вставать. Но глаза так не хочется открывать!»

Она боялась, что нет этой сказочной арки, что всё это ей просто приснилось или померещилось. Рукой девушка нащупала стволы деревьев и, вздохнув с облегчением, открыла глаза.

Какое великолепное утро! Сквозь молодую сочно-зелёную листву виднелось голубое ясное небо, кое-где игриво проблёскивали солнечные зайчики, птички переговаривались друг с другом, порхая с ветки на ветку, а листья о чём-то тихо перешёптывались.

И всё было бы прекрасно, если бы не одно невероятно разочаровывающее обстоятельство: арки всё-таки не было. Были лишь скопления деревьев, как раз на тех местах, откуда начинались обе стороны исчезнувшей арки. Но росли они устремившись прямо вверх, а не переплетаясь и соединяясь в арку. Светящихся цветов не было и в помине… Эмили была горько поражена тем, каким образом воображение смогло так жестоко подшутить над ней.

– Это был просто сон, ― тихо произнесла подавленная девушка дрожащим голосом, полным тоски. ― Просто сон…

Разочарованию не было предела, но она, собравшись с мыслями, всё-таки нашла в себе силы вернуться в реальность, и обречённо побрела навстречу голосам, зовущим её.

Глава 2. Потерянные в океане

Спустя неделю. Где-то в Атлантическом океане.

Вот уже несколько часов белоснежная яхта под именем «Совани» бороздит бескрайние чёрные просторы океана, рассекая еле заметные волны и горя яркой точкой в ночной тьме. Глубокая хмурая ночь скрывала полную луну и звёзды, из-за чего было темнее обычного. Сами того не подозревая, родные брат и сестра давно покинули пределы берега и неуклонно двигались в противоположную материку сторону.

– Джо, ты уверена, что наша яхточка верно плывёт? ― как бы невзначай спросил Николас ― подтянутый красавчик-бразилец лет двадцати с хвостиком, обладающий смуглой кожей и чуть длинноватыми тёмными волосами.

– Не плывёт, а идёт, болван! ― резко отозвалась его сестра Джованна ― настоящая красавица с длинными волосами цвета тёмного дерева, которые были затянуты в тугой высокий хвост.

Густые изогнутые брови, почти чёрные глаза, гордо выдвинутая нижняя челюсть и бронзовая кожа делали её похожей на амазонку. На вид она казалась старше своего брата, но это не мешало ей быть очень похожей с ним внешне, но только не по характеру. А характер у неё, надо признать, был пресквернейший.

– Но суть остаётся прежней, ― вздохнул парень, вертя перед собой карту и так и сяк.

– Да, мы идём в правильном направлении.

– Джо, ты уверена?

– Эмм… да, я уверена, ― тихо ответила она, хмуро вглядываясь в горизонт.

– Что-то это как-то не очень уверенно прозвучало. Разве мы не должны хотя бы видеть береговую полосу?

– Должны…

– Ну и где же она?

– Чёрт, Ник, я понятия не имею! Из-за темноты ни черта не видно… А радары, как и вся панель управления, вырубились, ты же знаешь. Идём по моему компасу. Но он никогда меня не подводил, так что мы движемся ВЕРНО! ― не выдержав, вспылила девушка.

Ник вздохнул в очередной раз и от нечего делать принялся рассматривать небо, которое постепенно начинало светлеть. До рассвета по-прежнему было далеко, но тучи медленно растворялись, неспешно обнажая лунный блин, а затем и яркие звёзды, от сияния которых можно было даже щуриться. Парень мысленно прорисовывал из них картинки, пока вдруг что-то на ночном небосклоне не привлекло его внимание. Насторожившись, он быстро взглянул на компас сестры, а затем, покопавшись в чемодане, нашёл свой.

– Хм-м… Джо, ты уверена, что твой компас исправен?

– Конечно! Перед отбытием я всё неоднократно проверяла.

– Странно… Значит, это мой барахлит, ― Ник протянул сестре прибор, который указывал в обратном направлении. ― Да, и небо, кажется, тоже.

Джо нехотя посмотрела на небо и в шоке обнаружила, что звёзды располагались в зеркальном отражении. Она с детства изучает звёздные карты и ошибиться уж точно не могла.

– Что за… ― Девушка в недоумении начала переводить взгляд с одного компаса на другой. Все они показывали разные направления.

– Сестра, не молчи! Ты меня пугаешь! Мы что, всё это время плыли в неверном направлении?! Неужели мы сейчас в открытом океане!

Девушка взялась за голову и прикусила губу.

– Ты же уже несколько лет ходишь под парусом! Как такое могло случиться!

– Не во мне дело, Ник, ― Джо сосредоточенно погрузилась в раздумья и через некоторое время с уверенностью объявила: ― Дело в этом месте. Что-то аномальное с магнитным полем. Вот и оказалось, что мы идём в обратном направлении. Между прочим, ты сам всю дорогу ныл, что мы слишком близко к берегу, всё хотел отойти подальше, а твоё нытьё никто не выдержит! Горе-путешественник…

– Я горе-путешественник?! – Парень скрестил руки на груди. – А кто прокутил всё наследство?

– Ах, теперь я виновата! Не ты ли хотел забыть об аварии и смерти родителей?! Не ты ли хотел уйти от действительности куда подальше?!

– Можно подумать, ты сама не хотела… И сама не скучаешь по ним… – голос его дрогнул, а сестру словно окатило холодной водой.

Они с минуту молчали, и Ник первым решил пойти на мировую:

– Ну ладно, давай не будем заводиться. Лучше скажи, что нам теперь делать.

– Не паниковать. Звёзды никогда не врут, в отличие от техники. Просто повернём обратно и будем идти по выверенному курсу, пока все компасы не покажут одно направление. Топлива ещё много. С запасом брала. В крайнем случае встретим другое судно.

– А как же акулы?! – Парень стал с опаской оглядываться по сторонам. – Смотри, у меня даже мурашки по коже побежали! Не люблю мурашки…

– Ник, не будь таким трусом, ― Джо закатила глаза, и вдруг что-то совсем рядом издало громкий всплеск.

– Джо, что это было? ― почти плачущим, дрожащим от страха голосом пропищал Ник.

– Господи, мой брат должен был родиться девчонкой… ― вздохнула девушка и начала разворачивать судно.

И когда яхта окончательно развернулась, путешественники не поверили своим глазам: впереди на многие мили расстилался белый туман.

– А это ещё что?! – продолжал паниковать парень, хватаясь за голову.

– Ник, это всего лишь туман, ― спокойно отозвалась сестра.

– Это я и сам вижу, но откуда он взялся?

– Что ты у меня всё время всё спрашиваешь, я тебе что, Гугл?! Напомни мне, чтобы я тебя больше не брала с собой в путешествия.

– Ха-ха, очень смешно, ― иронично ответил Ник. ― Отныне, даже если ты сама меня будешь уговаривать, я ни за что не соглашусь! Ну, так что мы будем делать-то? Ты собираешься плыть прямо туда?

– Пожалуй, нет, ― поразмыслив немного, нерешительно ответила она. ― Продрейфуем немного на месте, подождём, пока туман рассеется.

– Вот! Эта идея мне нравится больше!

Джо выключила двигатели, и ребята стали ждать, внимательно наблюдая за туманом. Прошло около двух часов, но туман и не собирался рассеиваться, а вдобавок ко всему звёздное небо опять затянулось непроглядными тучами. И до сих пор никто из ребят так и не рискнул заснуть, хотя дремота уже давно одолевала всех.

– Помнишь фильм «Мгла»? ― сонным голосом нарушил тишину Ник, и Джо громко рассмеялась.

– Так и знала, что ты его припомнишь!

– Знаешь, а ведь очень похоже. Слушай… у меня такое ощущение, что мы движемся навстречу туману.

– Да, я тоже заметила. Или туман движется к нам.

– Так, давай-ка немного отдалимся от него…

– Куда отдалимся, в открытый океан? ― фыркнула Джо. ― Нет уж. Будем ждать. Ник, это всего лишь туман!

– Ага… ― тихо пробурчал Ник, вспоминая устрашающие кадры из фильма, когда щупальца монстра выползали из тумана.

Между тем туман действительно всё приближался. И как бы Джо ни храбрилась, даже ей было не по себе от этого. Через десять минут белая мгла полностью их накрыла своим облаком. По мере сгущения дымки, вслед за приборами, у судна начало отказывать освещение.

– Просто замечательно! ― саркастически воскликнул Ник, когда весь свет на яхте полностью погас. ― Нет, не об этом я мечтал, когда отправлялся в кругосветное путешествие.

– Хм… Компасы по-прежнему сходят с ума…

– Что может быть лучше?!

– Заткнись уже, нытик! Постой-ка… Радары заработали! И компасы! О, да мы оказывается совсем рядом с островом! Теперь с уверенностью могу сказать, что это Илья-ду-Арвореду. Отлично! Значит, до материка рукой подать… О, нет-нет, только не это! ― Джо со всей силы треснула по мигающей панели. ― Чёрт, опять всё отрубилось!

– Ещё бы. Да ты просто нокаутировала всю технику одним ударом… ― пошутил Ник, и сестра не смогла сдержать улыбку. ― Что делаем теперь?

– До материка совсем недалеко, но в таком тумане двигаться опасно…

– И что ты хочешь? Высадиться на остров?

– Посмотрим, ― пожала плечами девушка. ― Пока просто причалим.

– А вдруг это не остров?

– А что же тогда?

– Ну… ― замялся парень, ― например… какой-нибудь монстр.

– Ох, Ник, с этого дня я запрещаю тебе смотреть какие-либо фильмы ужасов.

– Согласен… Смотри, там свет! ― внезапно воскликнул Ник, указывая пальцем вдаль и чуть не упав от переизбытка эмоций.

Впереди вверху и правда виднелся расплывчатый огонёк.

– Это маяк острова Илья-ду-Арвореду, всё верно, ― воодушевилась девушка, включая двигатели. ― Отличный шанс!

Яхта медленно и осторожно двигалась на манящий свет надежды, но чем на самом деле закончится это странное круизное плавание ― путешественники даже и представить себе не могли…

Глава 3. Ветер перемен

– За последний месяц участились случаи пропажи людей, ― приятным голосом вещала по новостному каналу миловидная шатенка в деловом костюме. ― Во всех лесах, независимо от континента и места расположения, стали массово пропадать туристы, путешественники, грибники и просто люди, по тем или иным причинам пересекающие лесные массивы. Удивителен тот факт, что практически все они были найдены на следующие же сутки живыми и здоровыми, но с признаками частичной амнезии. Никто из потерпевших не помнил ни как потерялся, ни что с ними происходило потом. Эти невероятные случаи также связывает поистине грандиозный масштаб: все они происходили в абсолютно разных точках земного шара. Полиция никак не комментирует эти случаи, однако советует в ближайшее время воздержаться от прогулок в лес. И всё же находятся те, кто не собирается мириться со сложившейся ситуацией и пытается разгадать тайну пропаж. За последнее время были созданы многочисленные добровольческие отряды по всему миру, целью которых является оперативное действие на любые пропажи в лесах. А вот и главный капитан этих бравых команд Джон Солон, и у нас есть уникальная возможность взять у него интервью! Итак, мистер Солон, похоже, поиски в полном разгаре! Расскажите о своей миссии поподробнее.

– Ну что, собственно, рассказывать, ― пожал плечами загорелый поджарый мужчина. ― Пытаемся сразу отправляться на поиски, как только появляются намёки о пропаже людей. К слову сказать, это всё не только в лесах происходит. Бывали случаи, что после плавания в океане люди возвращаются без памяти. Под моим командованием находится не одна, а несколько групп. Но успехов, собственно, мало. Собственно, вообще никаких… Люди сами находятся. И никто ничего не помнит. Как всегда, в общем.

– А ваши добровольцы так ничего и не увидели? Может быть, НЛО?

– Не-а. Вот один только по пьяни вечно про какой-то призрачный белый туман талдычит, но у него из-за алкоголя мозги набекрень, так что не верит никто ему. А остальные, собственно, так и не увидали ничего. Вот только что ещё людей отправил на очередные поиски… Правда, двое парней одной из моих команд, курирующих Южную Америку, пропали. Один нашёлся, без памяти, правда, а второй так и не объявился. Боязно мне из-за него, давно уже пропал. Оуэн Харпер его зовут, хороший такой парень, крепкий, ответственный. Так что и его теперь ищем. В море вышел на поиски по свежим следам. Кстати, те пропавшие тоже так и не нашлись.

– Интересно, ― вдруг встрепенулась журналистка, которая, судя по всему, уже успела утомиться от монотонного рассказа капитана. ― Значит, не все случаи заканчиваются чудесным обнаружением. И как зовут пропавших?

– Не помню, брат с сестрой, бразильцы какие-то, кажется… Это был один из самых первых случаев.

– Ну что ж, удачи вам в этом непростом и благородном деле, а мы будем и дальше следить за событиями, оставайтесь с нами!

Глубоко вздохнув, Эмили выключила телевизор, встала из-за стола и накинула за плечо старый рюкзак. Её волновала эта ситуация и даже необъяснимым образом притягивала внимание юной альбиноски, однако ритм жизни снова стал размеренным и спокойным, чему девочка была несказанно рада.

Прошёл месяц с того инцидента в лесу, и, пожалуй, это был один из самых сложных месяцев за всю жизнь Эмили. Конечно, как она и думала, на следующий день после происшествия вся школа знала о том, что случилось в походе. И как следствие ― последующая неделя выдалась крайне тяжёлой. Похоже, каждый ученик считал своим долгом подшутить над ней: в основном фантазия ограничивалась различными колкостями, язвительными шуточками и подкладыванием резиновых игрушечных змей в рюкзак, под парту и везде, где она могла появиться. Но теперь у школьников появились другие поводы для сплетен и разговоров: все новостные каналы хором трубили одну и ту же весть о загадочных пропажах людей. А про девушку на время забыли, и она, к своей радости, опять стала просто альбиносом.

Разве что ухудшающееся самочувствие бабушки омрачало настроение, а денег на хорошие лекарства совершенно не хватало. Именно поэтому Эмили собиралась на очередные подработки.

– Что там, Эми, опять про таинственные пропажи говорят? ― спросила из другой комнаты пожилая женщина.

– Опять, ― вздохнула девушка, подходя к своей бабушке и крепко обнимая. ― Но всё заканчивается хорошо, люди находятся, так что не нужно переживать.

– Но всё равно, новости эти очень странные… Сколько себя помню, не было такого.

– Умоляю, не бери всё это в голову! И вообще, с твоим сердцем смотреть новости противопоказано.

– Да, знаю-знаю, милая, обещаю, что больше не буду. А куда это ты собралась?

– На работу, ты же знаешь…

– Эми, прошу, хотя бы в выходной свой просто побудь со мной. Мы так давно не разговаривали!

– Поговорим вечером, ба.

– Пожалуйста, не ходи хотя бы сегодня!

– Ну вот что ты заводишься? Я же не просто так хожу на работу. Всё ради тебя. По-другому на лекарства не заработать…

– Нет, ― перебила Роуз, ― мне нужна ты, а не лекарства! Я и так получаю хорошее лечение…

– А это лекарство лучшее…

– Эми, послушай меня! Я уже и так прожила долгую жизнь, неужели я не заслужила просто твоего внимания? Я тебя совершенно не вижу в последнее время, то ты в школе, то на подработках…

– Ты же сама всегда говоришь: «Мы должны делать то, что должны»…

– Да! И мы действительно должны делать то, что должны! Ты юна, а у юности есть свои обязанности! И в их перечень не входит круглосуточная работа!

– Ну хорошо, успокойся. Постараюсь вернуться сегодня пораньше… К тому же обещала подойти мисс Хендриксон, так что тебе не будет одиноко.

– Это всё не то, Эми! Пойми, жизнь проходит!

– Прекрати истерику, ба, мне осталось заработать ещё чуть-чуть, и тогда я брошу работу. Обещаю, ― Эмили поцеловала родную старушку и уже хотела направиться к выходу, но что-то не отпускало её.

Она смотрела на бабушку, глаза которой молили остаться, и нерешительно мялась на месте.

– Что у вас тут происходит? ― послышался голос только что вошедшей мисс Хендриксон. ― До драки дело не дошло?

– Эмили опять идёт на работу…

– Мы уже договорились, что скоро я её брошу. И останется только школа и дом. Так что, я побежала! Мисс Хендриксон, прошу, не давайте ей смотреть новости! А то опять закончится как в прошлый раз ― скорой помощью…

– За это не переживай! Я уж за ней прослежу! И сколько можно повторять, зови меня просто Софи!

– Да-да, простите, мисс Хендриксон, всё время забываю, ― сконфуженно улыбнулась девушка.

– Нет, она неисправима, ― заявила женщина, закатив глаза.

Эмили вышла на улицу, неуверенно помахав напоследок всем рукой, но стоило ей закрыть за собой дверь, как плохое предчувствие вновь нахлынуло волной, только теперь с новой силой. Вплоть до сегодняшнего дня это предчувствие и напряжение не покидали её. Но девушка всеми силами гнала его подальше и своей фирменной сутулой походкой, сформировавшейся к шестнадцати годами, быстро, мелкими перебежками направилась за велосипедом в конюшню.

Это ветреное майское утро уже уходящей весны будто старалось помочь поскорее прогнать плохие мысли и было перенасыщено солнечными тёплыми лучами. Как же хотелось снять кофту и остаться в футболке! Но, к сожалению, для альбиноски это было непозволительной роскошью, поскольку даже в жаркую погоду ей приходилось носить одежду с длинными рукавами, ведь солнце беспощадно обжигало меловую кожу. Именно поэтому серый английский климат, не балующий солнцем, подходил Эмили как нельзя лучше. Даже сегодня, несмотря на редкую солнечную погоду, было далеко не жарко: сильнейший ветер чуть не сбивал с ног, то и дело заставляя переходить на бег.

Так что даже хорошо, что имение было небольшим, поскольку всё здесь было рядом с домом: сад, разваленный амбар, крохотная конюшня да небольшое невспаханное поле. И хотя краска на стенах дома давно облупилась, а забор, огораживающий ферму, обветшал, но всё было родным и любимым девушке, и она мечтала когда-нибудь накопить достаточно денег на ремонт фермы и ради бабушки привести здесь всё в порядок. К тому же, несмотря на унылую картину имения, всё-таки было здесь яркое пятно, которое неустанно радовало глаз: красивый цветущий сад прямо перед входом. «Пусть за душой ни гроша, зато сад хорош соседям на зависть!» ― с гордостью говаривала бабушка, ковыряясь в своих насаждениях. И ведь действительно, такого сада не было ни у кого. Даже мисс Хендриксон завидовала, а Эмили старательно пыталась перенять искусство садоводства, но вечно всё только путала. Даже бабушка заметила, что «земля» явно не «конёк» внучки.

Кстати о коньках. В конюшне, в которую только что вбежала девушка и которая вся скрипела от ветряных порывов, жил Лайт ― прекрасный, пленяющий своей изящностью, конь гнедой масти с белым ромбиком на лбу. Это был последний подарок родителей, о котором она трепетно заботилась и любила всей душой, а в давние свободные вечера они обожали носиться во весь опор по холмистым просторам, соревнуясь с ветром в скорости.

– Привет, малыш! ― первым делом воскликнула Эмили и бросилась к своему верному другу. ― Прости меня, что так мало видимся! Обещаю, скоро всё изменится!

Лайт недовольно фыркал и внимательно смотрел ей в глаза, словно понимал каждое слово.

– Я не обманываю! ― добавила девушка и ласково потрепала Лайта.

Порой её терзала совесть, но мнимая уверенность в правоте придавала ей сил. Она схватила велосипед и, не оглядываясь, отправилась в город. Эмили была твёрдо уверена, что скоро всё изменится!

И так оно и было.

Всё изменилось. Но совершенно не так, как рассчитывала девушка. Скорая помощь, врачи, похороны, кладбище… Всё как в самом кошмарном сне. Только проснуться не получается…

И вот сейчас Эмили стоит со своим верным конём напротив могилы бабушки на ветряном кургане. Полностью подавленная, она сжимает в руках прощальное письмо. Прохладный моросящий дождь неприятно покалывает лицо, а сильный ветер порывами разбрасывает белоснежные локоны. После похорон прошёл уже месяц, а девушка так и не смирилась с тем, что потеряла единственного родного человека на всем белом свете. И теперь на неё неподъёмной тяжестью давило чувство вины, сожаление об упущенном времени, которое она могла провести с бабушкой… Но не провела. Эмили так гналась за лекарствами, что не замечала главного ― времени. Удивительно, умер лишь один-единственный человек, а мир так опустел… Всё это время она пыталась найти хоть малейшую зацепку смысла её пустой жизни и не находила. «Разве твоя жизнь имеет значение, когда ты не имеешь значения ни для кого?» ― эта мысль наравне с чувством вины занимала главенствующее место в голове несчастной девочки. Пустота в душе, которая росла на протяжении всей жизни, превратилась в настоящую пропасть, и теперь она просто не представляла, чем её возможно заполнить.

В очередной раз Эмили прочитывает послание любимой бабушки:

«Милая, не вешай нос! Прошу тебя, перестань тратить время на пустые занятия. Я не сержусь на тебя из-за твоей работы, только научись жить. И ничего не бойся, моя маленькая трусишка. Не бойся дать сдачи обидчикам! Не бойся отсекать ненужное и искать главное. Не бойся отпустить прошлое и смотреть только вперёд. Не бойся любить, и ты будешь любима. Но самое главное ― не бойся искать себя. И только тогда ты найдёшь. Найдёшь самое главное, смысл, суть всего. И всегда помни, что ты имеешь право на счастье, и нет абсолютно ничего плохого в том, чтобы быть не такой, как все. Ведь быть особенной ― замечательно! Я тебя очень люблю, Эми, знаю, и ты меня, моя малышка, но ты должна собраться с силами, найти смысл во что бы то ни стало, жить дальше и быть счастливой!»

Ещё одна слеза оставила мокрый след на куртке.

– Найти смысл… ― тихо повторила Эмили, вздыхая. ― Но где же мне его искать…

Неожиданно подул холодный ветер, и она прижалась к коню, плотнее укутавшись в куртку. И вдруг девушка вспомнила, что именно в этой куртке она затерялась тогда в лесу. Воспоминания о той приятной, хоть и окутанной грёзами, ночи заставили её улыбнуться. Дождь начал усиливаться, и она решила убрать письмо в карман, чтобы оно не промокло. С удивлением девочка обнаружила, что в кармане лежит что-то ещё… В растерянности она достала тускло светящийся лепесток. Её сердце готово было выпрыгнуть из груди! Это же лепесток с того самого необычного цветка, и его прожилки до сих пор светятся! Она только сейчас вспомнила, как положила его в карман.

– Значит, это был не сон, и я не сумасшедшая! ― ликовала девушка, на радостях поцеловав Лайта и крепко обняв его могучую шею. ― Лайт! Та арка! Она существует! Не знаю, каким образом она смогла исчезнуть утром, но она точно была! Просто невероятно! В это просто невозможно поверить… Но вдруг это какое-то волшебство, и арка мистическим образом появляется только ночью, а сейчас… около шести вечера. Совсем скоро стемнеет, Лайт!

Эмили почувствовала такое воодушевление, такой прилив сил, что еле сдерживала свои эмоции. Коню тоже передался радостный порыв ― он заржал, игриво вскидывая голову и бойко стуча копытами.

– Бабушка, кажется, я нашла смысл! ― дрожащим от переполнения эмоций голосом воскликнула девушка. ― Спасибо тебе за всё, теперь всё будет хорошо!

Эмили погладила надгробную плиту, поцеловав на прощание мокрый холодный камень, и быстро оседлала своего верного жеребца. Лайт весело заржал, и они понеслись прямо по дороге на ферму. Так приятно было скакать карьером, несясь быстрее ветра, и никакой дождь не мог помешать её настрою! Теперь-то она точно знала, что надо делать: собрать самое необходимое в рюкзак и отправиться прямо на то место, где была арка. И будь что будет.

В считанные мгновения они добрались до фермы. Эмили оставила коня в конюшне, а сама побежала в дом. Конечно, она уже решила, что отправится одна на то волшебное место. Девушка ни за что не собирается подвергать своего единственного друга возможной опасности.

Она тихо открыла входную дверь. Кажется, в доме никого не было. После смерти бабушки мисс Хендриксон на время переехала сюда, чтобы присмотреть за девочкой. Но, судя по всему, она куда-то ушла, и это был шанс быстро собрать вещи. Эмили сняла ботинки, на цыпочках прокралась на второй этаж и аккуратно отворила дверь к себе в комнату. Надо действовать быстро: соседка может вернуться в любую минуту! Она достала из-под дивана рюкзак и начала складывать туда всё только самое необходимое: расчёска, чистое белье, средства гигиены, блокнот и карандаш на всякий случай, а также компас и фонарик. Всё остальное надо взять на кухне. Девушка быстро, но бесшумно спустилась на кухню, там она взяла спички, из еды булочки и печенье. Этого должно хватить, чтобы протянуть ночь. Но что-то ей подсказывало, что больше она никогда сюда не вернётся.

Достав блокнот, Эмили вырвала из него листок и написала короткое послание соседке:

«Мисс Хендриксон, огромное спасибо за всё, что вы сделали для меня и для бабушки, для нашей семьи! Этот дом и всё имение теперь принадлежит вам, это самое малое, что я могу сделать для вас в качестве благодарности. Больше не могу здесь оставаться и вряд ли когда-нибудь сюда вернусь. И не беспокойтесь, со мной всё в порядке, считайте, что я отправилась путешествовать. Только прошу, позаботьтесь о Лайте. Прощайте, тётя Софи!»

Положив листок на видное место, девушка огляделась в последний раз. Всё такое родное… Но больше её здесь ничего не держит.

– Ну, вот и всё, ― ласково произнесла Эмили, еле удерживая слёзы и нежно поглаживая обеденный стол, за которым они когда-то очень давно собирались всей семьёй. ― Ты всегда будешь в моём сердце, бабушка… И воспоминания о тебе всегда будут со мной. Ради тебя я постараюсь найти себя, найду свой собственный путь! А теперь, пора двигаться дальше и перевернуть наконец эту страничку жизни!

Глава 4. Шаг в неизвестность

Полная решимости, Эмили покинула дом и направилась в конюшню. Предстояло самое трудное: надо проститься с Лайтом. Тихо скрипнув воротами, она вошла и виновато посмотрела на своего коня.

– Лайт… Я должна уйти. ― Девушка, понурившись, подошла к нему и обняла. ― Я не могу здесь остаться. И тебя взять с собой не могу. Там, куда я уйду, может быть опасно, а ты слишком дорог мне, чтобы подвергать тебя хоть малейшему риску. Господи, да я даже и понятия не имею, куда вообще собираюсь! Но ты знай, что тебя я люблю больше всего на свете! И всегда буду тебя помнить. Ты будешь одним из самых светлых воспоминаний. Прощай, мой любимый друг…

Эмили поцеловала друга в нос, в последний раз похлопала его и с тяжёлым сердцем направилась к выходу. Но следом послышалось цоканье копыт. Девушка оглянулась: конь, словно прилипший, следовал за ней.

– Нет, Лайт. ― Девушка силой повела его обратно. ― Я иду одна!

Но упрямец и не думал сдаваться и упрямо пёр вперёд. Эмили же решила перехитрить друга и, быстро выбежав на улицу, попыталась запереть конюшню на засов, но, как назло, именно в этот момент засов попросту отломался от ворот, с дребезгом рухнув наземь. И теперь Лайт преспокойно и горделиво вышел, как настоящий победитель.

– Ох, ну что с тобой делать… ― вздохнула девушка. ― Ну хорошо. Поедем вместе. Но учти! Только почувствуем неладное ― сразу наутёк!

Эмили быстро вернулась домой и начиркала в письме к мисс Хендриксон приписку: «Лайта взяла с собой». И теперь они вместе неслись на запад через поля к тому загадочному волшебному лесу. Дождь закончился, хотя небо по-прежнему было затянуто облаками, и лишь кое-где проглядывало вечернее аметистовое небо. Лёгкий туман окутывал холмистые просторы Англии, немного мешая обзору. Но скоро они преодолели последний холм, и наконец взору предстал лес, нескончаемый, бескрайний, словно море. Тучи на западе стали рассеиваться, и внезапно слабые солнечные лучи почти исчезнувшего за горизонтом солнца пронзили туманные покрывала, устилавшие низины, и начали наполнять просторы золотисто-бронзовым уютным светом и длинными тенями. А между тем лес становился всё ближе, а волнение всё сильнее.

Через несколько минут Эмили и Лайт остановились у кромки леса. К своему облегчению девушка практически сразу обнаружила тропинку, которая вела как раз в то место, где они со школьниками два месяца назад разбивали лагерь, и пошла прямо по этой тропе. Растительность в этом месте была спокойная, и девушка с конём легко продвигались вперёд. Через некоторое время стало совсем темно, даже ещё темнее, чем той далёкой ночью. Наверное, это из-за отсутствия луны, видимо уж очень плотно скрыли её облака, и поэтому пришлось включить фонарик.

Вопреки темноте они очень быстро добрались до полянки. Эмили слезла с коня и, оглядываясь и светя фонариком во все стороны, начала вспоминать ту ночь: «Вот здесь мы разжигали костёр. А вот и место моей палатки», ― девушка помнит всё так хорошо, будто это было вчера, но всё равно нужно сконцентрироваться и не промахнуться с направлением её побега. «Входная молния моей палатки выходила прямо на сторону костра, ― продолжала вспоминать Эмили, ― и когда я выбежала, то свернула чуть правее и, кажется, побежала прямо через те деревья. Ох, вот бы не ошибиться!»

– Ну что ж, вперёд, Лайт! ― набравшись уверенности, громко сказала девушка, похлопав коня, и они двинулись вперёд.

Эмили шла впереди, крепко держа поводья, ведя коня за собой и отламывая ветки, которые могли ему помешать или причинить боль. Девочка удивлялась тому, как быстро и без единой царапинки она умудрилась, несясь сломя голову, пробежать той ночью такое расстояние через непроходимые дебри, тем более без обуви. Чем дальше путники продвигались, тем непроходимей становились заросли, и уверенность в том, что они идут в верном направлении, окончательно испарилась, а ведь ошибка теперь могла иметь роковое значение. В лесу было очень темно, прохладно и влажно. Эта темнота действовала на девушку удушающе, и она очень надеялась, что луна скоро всё-таки выглянет.

Постепенно становилось все холоднее, лес наполнялся новыми звуками. То там, то здесь слышались шорохи и треск веток, отчего Эмили становилось очень жутко. Сегодня лес не был таким приветливым, как той ночью. Понемногу юную девушку начинала охватывать паника, и она старалась пробираться как можно быстрее, но не имела ни малейшего понятия, в правильном ли направлении идёт. Она лишь ждала, что вскоре всё-таки увидит серебристое свечение, и внимательно смотрела в оба.

Прошло ещё полчаса, и теперь Эмили обрела полную уверенность в том, что они окончательно заблудились. Затея с поиском арки уже не казалась такой замечательной. Девочка остановилась. Слёзы душили, но она не давала себе воли заплакать.

– Лайт, ну что же делать? ― прошептала она и, глубоко вздохнув, погладила коня.

Эмили мучилась вопросами: вдруг она прошла это место? Или вообще ошиблась в направлении? Ещё немного поколебавшись, девочка все же решила вернуться назад. «Попробую завтра», ― подумала она и взяла поводья.

– Придётся вернуться домой, Лайт… ― расстроенно сообщила Эмили спутнику.

Она попыталась развернуть коня, натянув поводья, но он не поддавался, а лишь фыркал и недовольно перетаптывался.

– Ну же! Домой! ― строго приказывала хозяйка, но Лайт сопротивлялся всё упорнее, недовольно вскидывая голову, что было на самом деле очень странно, ведь он всегда был очень послушным.

– Лайт! Да что с тобой! ― возмущённо прикрикнула на него девушка и с силой потащила за собой, но конь, стойко сопротивляясь ей, так и не сдвинулся с места. ― Да что же мне с тобой делать… ― вздохнула Эмили, убирая волосы с лица, и стоило ей это произнести, как наконец из-за облаков выглянула луна, наполнив лес сумрачным сиянием.

Уже не было так темно и страшно, и надежда снова вернулась к отчаявшейся девушке. Вдруг Лайт ткнул её носом и сделал несколько шагов вперёд, ведя за собой. Она в недоумении последовала за ним и только сейчас заметила прямо перед ними те самые деревья!

Сердце Эмили бешено заколотилось. В этот же самый момент лунный свет пал на них, и они принялись оживать прямо на глазах! Листья на самых макушках начали испускать приятное серебристое сияние, затем остальные листья, словно по цепочке, передавали свой свет, пока не зажглись все. И тут девушка увидела нечто ещё более невероятное: ветви стали тянуться друг к другу, переплетаясь, издавая ласковый шелест, а прямо из коры начали вырастать красивые мерцающие цветы. Постепенно их переплетение создало ту самую арку. Вот она! Прямо перед ними! От восторга у Эмили закружилась голова, и она облокотилась на Лайта. Значит, появление арки зависит от лунного света. А если так, то она может снова исчезнуть. Надо действовать, пока тучи опять не закрыли луну.

Сердце колотилось, ноги подкашивались, волнение поглотило всю девушку без остатка. На ватных ногах она подошла вплотную к арке, Лайт послушно двигался за ней. Посмотрев по ту сторону арки, Эмили увидела тот же белый туман, что и тогда. Он был настолько плотный, что не было видно абсолютно ничего, что он скрывает. Но сегодня девочка не боялась. Эта неизвестность манила, но не пугала. Она совершенно не представляла, что с ней будет по ту сторону арки. Может, там нет ничего, а может, там она найдёт счастье… или смерть. Но Эмили была уверена в том, что здесь её уже ничего не удержит. Она собрала всю храбрость в кулак и, крепко держа поводья, чтобы не потерять своего верного коня, сделала решающий шаг вперёд ― шаг в неизвестность.

Друзья прошли в арку одновременно. Внезапно все звуки леса исчезли, и холодный белый туман поглотил одиноких путников. Мёртвая тишина постепенно начинала давить на уши и сводить с ума. Девушке стало не по себе, и она прижалась к Лайту. Эмили старалась хоть что-то разглядеть, но это было просто бесполезно. Даже от фонарика не было абсолютно никакого толку. Она попыталась посмотреть на руки, но не смогла увидеть даже их. Словно ослепла. Лайт, почувствовав её страх, пошёл вперёд, будто зная, куда надо идти, и теперь уже она следовала за ним.

Неизвестно, как долго они шли, Эмили уже давно потеряла счёт времени и начинала думать, что здесь нет ничего, кроме тумана. И только она отчаялась, как вдруг кто-то схватил её за руку.

– Кто здесь?! Отпустите! ― вскрикнула девочка от неожиданности, но чей-то еле слышный навязчивый шёпот тут же перебил её:

– Я вам не причиню зла, скорее следуйте за мной, только прошу вас, тише!

И что-то в этом шёпоте внушило Эмили спокойствие, и она покорно подчинилась.

Путники ускорились. Прошло пару минут полной тишины, лишь глухое цоканье копыт Лайта нарушало тишину. Девушка просто сгорала от любопытства: кто же её сопровождает? Но ещё интереснее ей было узнать, куда же всё-таки их с Лайтом ведут и есть ли здесь ещё что-либо, кроме тумана. Тёплая ладошка, которая сжимала вечно холодную ладонь Эмили, была такого же размера, как и её, не больше: узкая, изящная, из чего она могла заключить, что её спутник либо ребёнок, либо молодая девушка.

Вдруг туман начал рассеиваться. Это было сравнимо с тем, как слепец вновь обрёл бы зрение. Эмили увидела Лайта и наконец свою спутницу. Та с нескрываемым любопытством уже вовсю разглядывала её изумрудно-зелёными глазами, разрез которых был слегка раскос. Чуть ниже Эмили ростом, миниатюрная девушка необычной, но довольно милой внешности лет шестнадцати, с утончёнными чертами лица. В свободной руке она держала лучину, свет которой освещал их и рассеивал туман в радиусе пары метров. Взгляд тут же привлекли уши: противоестественной формы, заострённые к верху. Если бы существовали сверхъестественные существа, Эмили бы сказала, что это эльфийка. Но эльфы ― это же просто сказочные персонажи! Хотя она уже не могла быть ни в чём уверенной на сто процентов. Черные волосы необычной особы заплетены в причудливые косички, а некоторые свободные пряди красиво обрамляли лицо. Одежда была не менее удивительна, чем сама девушка: длинное, свободное одеяние, напоминающее платье с капюшоном из невиданной лёгкой ткани. Оно струилось и развевалось, поблёскивая и переливаясь, словно жидкое серебро.

– Теперь можно говорить! ― радостно сообщила необычная девочка. ― Итак, твоё имя ― Эмили. Так ведь? ― улыбаясь, спросила она тонким голоском, таким звонким и чистым, словно родниковый ручеёк.

Было видно, что девушка-альбинос ей очень любопытна.

– Да, а откуда ты знаешь?

– Я слышала, как тебя звали, когда ты была здесь в тот раз. Могу ли я называть тебя Эми?

– Эмм… ― замялась девушка, ведь так её называла только бабушка, но всё же ответила: ― Конечно.

– А вот спутника с тобой тогда не было! Как его зовут? Замечательный конь!

– Лайт… его зовут Лайт, ― медленно проговорила Эмили в недоумении. ― Постой. Ты слышала, как меня звали?

– Да. Прости, но мы не могли открыть врата утром. Всю ночь ждали, что ты пройдёшь через них.

– Ждали? ― Мозг девушки просто атаковали вопросы, а загадочная незнакомка, не замечая вопросительного взгляда, начала быстро тараторить:

– Я и мой отец так надеялись, что ты всё-таки перейдёшь к нам! И каждую ночь я караулила тебя, зная, что ты вернёшься, хоть отец и не верил в это. Я даже своровала у него ключ от врат в ваш мир! Ведь уже завтра вы должны начать учёбу! А опаздывать нельзя!

Эмили ничего не поняла из того, что прощебетала девочка, но та всё продолжала говорить и говорить. Девушке нравилось её слушать, она так увлечённо и эмоционально рассказывала, и только сейчас Эмили обратила внимание на то, что спутница говорит с интересным акцентом.

– Подожди, ― всё-таки она решилась остановить бесконечный словесный поток. ― Кто ты?

– Ах, да! Совсем забыла о манерах! ― засмеялась девочка звонким переливающимся голоском и гордо ответила: ― Моё имя ― Риэ́ль! Я ― эльф!

– Ты… эльф? ― с сомнением переспросила альбиноска, приподняв одну бровь. На мгновение ей показалось, что это всего лишь сон. Но уж очень реалистичный.

– Разумеется, я эльф. Интересно, а кого ты хотела встретить, пройдя в туманные врата? Кстати, я не слишком странно разговариваю? Может, нужно быть немного развязнее? Как там у вас сейчас говорят… ― моментально Риэль преобразилась в крутую девчонку, ― типа как жизнь, подруга, что почём?! Так лучше?

– Н-нет… ― сконфуженно улыбнулась Эмили, боясь обидеть новую знакомую. ― Не думаю…

– Эх, прости, ― разочарованно выдохнула спутница. ― Просто я впервые сама лично встречаю прихожан… И жутко нервничаю!

– Всё хорошо. На самом деле, даже не знаю, кто из нас нервничает больше. Так что просто будь собой.

– А ты неплохо держишься и на редкость спокойно ко всему относишься!

– Не обижайся, но мне кажется, что я сплю.

– О, вовсе нет! Какой же это сон?! Ты, можно сказать, только сейчас проснулась!

– Значит, не сон. И значит, ты ― эльф, ― скептически проговорила она. Никак это понятие не укладывалось в сознании девушки. ― И, наверное, гномы здесь где-то поблизости бегают?

– Знаю, всё это для тебя звучит невероятно, у вас же, кроме людей да обычных зверей, совсем никого нет. А здесь ― да, гномы тоже есть! Правда, живут они очень далеко…

– И ты эльф. Фантастика! А тролли? ― по-прежнему недоверчиво спрашивала Эмили.

– Конечно! И тролли, и орки, и великаны, и русалки, и феи, и многие-многие другие расы, о которых ты даже никогда и не слышала!

– И даже вампиры?..

– О нет, последние вампиры вымерли несколько тысяч лет назад. Вернее, их уничтожили.

– Кто их уничтожил?

– Люди.

– Ну конечно, кто же ещё… ― тихо произнесла девушка. ― А снежный человек? Существует?

– Нет, ты что! ― засмеялась Риэль переливистым смехом. ― Снежный человек ― это же просто сказки! В вашем мире все любят верить в сказки. Хотя кое-что правильно и очень точно описывается в некоторых ваших книгах. Это из-за тех существ, которые тайно проникали в ваш мир из нашего. Поэтому так много известно о некоторых наших расах и особенно об эльфах. Даже я частенько к вам наведывалась. Да-да, я очень много знаю о вашем мире! Мне очень нравится за ним наблюдать.

– О нашем мире? Где мы вообще находимся?

– Ну… Это Рэ́тхим, что в переводе означает Новый мир. А то, откуда пришла ты, называется Старым миром ― Ви́рхимом. В вашем понимании можно назвать это параллельными мирами.

– А вот это меня почему-то совершенно не удивляет. Я как раз предполагала нечто подобное.

– Но на самом деле это не совсем параллельные миры. Наш мир является частью вашего. Ведь Рэтхим не что иное, как остров, исчезнувший из вашего мира. Между прочим, он считался самым большим на Земле, даже больше Гренландии! ― хвастливо воскликнула девочка. ― Но этот остров был необитаем, и более того, ничто не могло прорасти в его навечно замёрзшей почве, и именно поэтому он носил название «Мёртвый остров». И никто даже не мог подумать, что именно этот остров станет обителью всех магических существ. В те далёкие времена эльфы мирно сосуществовали с людьми, пока люди не прогнали нашу расу и другие, которые не были подобны им, призвав себе в помощь очень сильную магию… Ох, это очень длинная история, лучше я расскажу её потом, когда доберёмся до дома. Тем более мы уже почти пришли!

– Прогнали… Да, это похоже на людей, ― с грустью проговорила Эмили.

– Но ты не такая, как они! Я вижу это по твоим глазам! ― Девочка-эльф внезапно толкнула её локтем в бок, отчего та поёжилась, и улыбнулась так открыто и лучезарно, как никто, кроме бабушки, никогда не улыбался Эмили.

От этого девушке-альбиноске стало так хорошо и спокойно, что она, несмотря на боль в рёбрах, куда пришёлся удар, тоже улыбнулась в ответ. В этот момент она с удивлением осознала, что уже разучилась улыбаться.

Внезапно всё пространство наполнили звуки живой природы. Шелест листьев, стрекот сверчков, уханье совы и другие лесные звуки были для девушки сейчас музыкой, которой она наслаждалась после долгой тишины. За разговорами Эмили не заметила, как они вышли из тумана и теперь шли по довольно протоптанной тропинке, которая вела через лес к силуэту, напоминающему небольшой двухэтажный дом. Растительность здесь была гораздо спокойнее, деревья были выше, но встречались уже реже, и ничего не мешало передвигаться. А такую яркую и большую луну девушка совершенно точно не видела никогда. Эмили оглянулась назад и с удивлением обнаружила густой лес и совершенно такую же арку, в которую они входили несколько часов назад, только была она сейчас всего в нескольких шагах от них.

– Это был коридор, ― словно прочитав мысли девушки, пояснила Риэль, но почему-то уже шёпотом. ― Чтобы перейти на другую сторону мира, надо преодолеть Белый коридор.

Она говорила все тише и начала оглядываться. От этого Эмили стало не по себе.

– Что случилось? Ты боишься встретить отца? ― догадалась она.

– Да! ― поразилась эльфийка догадке. ― Ох, что мне сейчас будет…

Риэль совсем поникла. Видимо, только сейчас она осознала, что совершила ошибку, приведя сюда Эмили. Девушке стало очень жалко её, и хоть она и относилась ко всему происходящему с опаской и недоверием, но всё же ей захотелось крепко сжать руку этого беззащитного и доброго существа, чтобы хоть как-то поддержать. Но её ладонь так и не сделала этого. Эмили вспомнила о своём неизменном и самом главном жизненном правиле №1: «Никого не впускать в свою жизнь». Лишь тогда можно избежать боли предательства или потери.

– Прости, не надо было мне сюда приходить… ― тихо проговорила она, опустив голову.

– Нет-нет! Ты не понимаешь, я знаю, что это твой мир, ты должна быть здесь… О! Вот мы и пришли! ― громко сообщила эльфийка, очевидно полностью смирившись с тем, что наказания ей уже всё равно не избежать.

Они вышли из леса и наконец подошли к дому, во всех окнах которого горел свет. За дом вела ещё одна тропинка, как раз по ней Риэль повела девушку с её конём дальше, и Эмили заметила, что у этого сооружения есть… корни? Присмотревшись внимательнее, она обнаружила, что дом сделан не из деревянных досок или брёвен, а из живых деревьев! Они росли рядом ровно вверх, аккуратным рядком, прямые, будто солдаты в строю. Путники пришли на задний двор, и здесь оказалось ещё одно строение очень внушительного размера.

– Это наша конюшня, ― пояснила Риэль, отпирая ворота. ― Давай мне поводья и не переживай, Лайту здесь будет хорошо! Пусть отдыхает.

Эльфийка отворила ворота, но в темноте не было видно абсолютно ничего. Эмили попрощалась с другом, пожелав спокойной ночи и поцеловав в нос. Риэль взяла поводья и отвела Лайта в конюшню, и тот спокойно подчинился ей, что очень удивило девушку, ведь он всегда с опаской относился к посторонним. Значит, этой новой знакомой и правда стоит доверять.

Риэль ушла в конюшню, и у Эмили наконец появилась возможность осмотреться. Царила бархатная, тихая ночь, накрывая просторы звёздным покрывалом цвета тёмного индиго с изумрудными и малиновыми переливами. Сами же звезды казались ярче и ближе, напоминая россыпь сверкающих бриллиантов различных размеров. Впереди, под этим волшебным ночным небом простирались поля и возвышались холмы, между которыми извивались крохотные речушки. А на горизонте виднелись далёкие огоньки… Глядя на них, Эмили задумалась о своём прошлом, полном тоски и одиночества, которое безвозвратно ушло, и в её сердце впервые за много лет поселилось нечто новое и приятное ― это была надежда на светлое будущее.

– Эми, ― вырвал девушку из мечтаний тоненький голосок эльфийки, ― теперь Лайт отдыхает. И нам пора!

– Да, ты права! ― Только сейчас Эмили осознала, как сильно она устала. ― На самом деле я просто валюсь с ног…

– Ну что, пойдём в дом? ― с воодушевляющей улыбкой Риэль взяла девушку за руку и повела за собой.

– Пойдём… А твой папа очень злой?

– Ну-у-у… ― потянула девочка, ― он бывает разным.

– Эх, не очень обнадеживающе звучит…

– Не переживай! Все будет хорошо, я уверена! Его имя ― Эненди́л. Только обращайся к нему, называя Хранителем! Он это просто обожает! И не забудь при встрече отдать ему низкий поклон, сжав правую ладонь в кулак и прижав к груди. Это знак учтивости в нашем мире.

С этими словами девочки подошли к двери. Только это не было обыкновенной дверью, скорее это был занавес из лиан и неизвестных простому человеку вьющихся растений. Риэль сняла свои сапожки на крыльце, и Эмили последовала ее примеру. Когда эльфийка приблизилась к входу, занавес начал оживать: растения зашевелились и начали расступаться перед ней. И тут Эмили поняла ― сам дом живой. Это её просто ошарашило, и она остановилась перед волшебной дверью как вкопанная.

– Эми, идём! Всё будет хорошо! ― Изо всех сил потянула её Риэль, успокаивая, и через несколько секунд эльфийке всё-таки удалось втянуть девушку в дом.

– Что-то слишком она трусливая, ― таинственно проговорил тихий мужской голос.

Этот голос принадлежал очень высокому мужчине с длинными седыми волосами, который величественно стоял перед входной дверью, скрестив руки на груди. На вид ему можно было дать лет сорок, несмотря на седину. И хоть взгляд его был строг, красивое гладкое лицо источало доброту. Он протянул руку Риэль и раскрыл ладонь, словно ожидая рукопожатия.

– Отец, прости меня… ― опустив глаза, проговорила раскаявшимся тоном его дочь и полезла во внутренний карман своего одеяния, достав оттуда какой-то светящийся камушек. ― Но, поверь, она должна быть здесь! Я сама буду нести за неё ответственность, только разреши ей остаться!

– Ох, Риэль, ― мужчина глубоко вздохнул и забрал камень. ― Если моя дочь что-то вбила себе в голову, ― мягко проговорил он Эмили и улыбнулся, ― то спорить с этим бесполезно. Как тебя зовут, дитя?

– Э… Эмили, в смысле Эмили, Хранитель, ― заикаясь, проговорила она, отдав неловкий поклон, и посмотрела на эльфийку.

Та широко улыбалась: похоже, её это забавляло.

– Рад встрече, Эмили. ― Мужчина буравил девушку серьёзным взглядом, от которого очень хотелось спрятаться, и складывалось ощущение, что он всё время пытался что-то разглядеть и понять. ― Я, как ты уже знаешь от дочери, Хранитель врат в твой мир, имя моё ― Энендил. Риэль, а ты хотя бы задала нашей гостье самый главный вопрос?

– Отец, ну это же необязательно…

– Обязательно. Запомни, ответственность за неё лежит на тебе. Прошло слишком много времени, и на вводный курс нет ни минуты. Соглашается ― остаётся. Не соглашается ― уходит и более не тратит наше время.

– Эх… ― испуганно начала Риэль и сделала глубокий вздох. ― Согласна ли ты покинуть Старый мир, учиться и жить в Рэтхиме, чтить народы, обычаи и законы Нового мира и стать его частью, начав новую жизнь без возврата?

– Без возврата?

– О, только не говори «нет»! У тебя есть целая ночь для раздумий, а мой отец уговорит тебя остаться! Вот если бы ты прошла во врата ещё той ночью, проблем бы не было, и ты уж точно решила бы здесь остаться…

– Риэль, я согласна здесь остаться. Без уговоров. Навсегда, ― уверенно ответила девушка, и глаза эльфийки загорелись счастьем.

– Ты так решительно отвечаешь на этот вопрос, даже не представляя, на что идёшь… ― загадочно проговорил эльф, слегка улыбнувшись.

– Это неважно. Туда, откуда я пришла, я больше не вернусь. Ни за что.

– Любопытно… Ну что ж. Добро пожаловать, Эмили из Вирхима, в наш мир ― в Рэтхим, ― тепло поприветствовал седовласый мужчина девушку и положил ладонь ей на плечо. ― Тебе сейчас предстоит долгий путь…

– Пожалуйста, только не сейчас! ― перебила его дочь. ― Позволь ей остаться и отдохнуть, а завтра рано утром я её отведу! Ну пожа-а-алуйста!

– Риэль, ну что с тобой делать… Ладно, так и быть.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! ― Риэль радостно запрыгала вокруг отца, но тот не обращал на её выходки ни малейшего внимания.

– Эмили из Старого мира, тебе надо хорошо отдохнуть, завтра вас с моей дочерью ждёт долгий путь в деревню. В дороге ты узнаешь всё, что тебе нужно знать. Риэль, проводи её в комнату и возвращайся ко мне. А я пока отправлю письмо в Санд-Гри о новой неперерождённой…

– С радостью! ― Эльфийка тут же подхватила под руку Эмили и повела на второй этаж.

Только сейчас девушка почувствовала нежное благоухание цветов. Прямо напротив входа находилась винтовая лестница, ведущая наверх. Эта лестница была обвита живыми цветами и делила первый этаж на две небольшие комнаты, но Эмили, ведомая эльфийкой, так и не успела ничего рассмотреть, уже оказавшись в крошечном и очень тесном помещении на втором этаже. На противоположных сторонах находились такие же живые двери из растений, как и на входе. Здесь, прямо над головами девушек, горела одна-единственная шарообразная лампа, испуская слабое серебристое сияние. Эмили, задрав голову, принялась рассматривать её и увидела множество светящихся и беспорядочно двигающихся огоньков, наполняющих стеклянный шар.

– Что это? ― прошептала изумлённая девушка, раскрыв рот.

– А-а, это? Это марци́ллы, такие насекомые. У вас тоже есть жучки наподобие этих. Кажется, светлячки называются. Дикие марциллы живут только одну ночь, потому что дневной свет их убивает. Но если их защищать от солнечных лучей, они могут прожить очень долго. Чем старше марциллы, тем сильнее и ярче их сияние! ― объяснила Риэль и повернулась к одной из дверей. ― А вот таких дверей в вашем мире точно нет! ― похвасталась Риэль. ― Слушаются только своего хозяина!

Затем эльфийка погладила переплетающиеся растения, и они мгновенно начали расползаться в стороны, освободив проход.

– Да-а-а, ― протянула Эмили, широко раскрыв глаза, ― такого точно у нас нет…

Риэль прошла в проход и объявила, раскинув руки:

– Добро пожаловать в мою комнату!

Эмили осторожно зашла, и стоило ей только переступить порог, как за спиной что-то зашуршало. Девушка вздрогнула и оглянулась. Подобно змеям, извиваясь, потянулись друг к другу лианы, и даже шелест, который они издавали, напоминал шипение змей. Загадочные растения быстро забаррикадировали проход, и Эмили принялась разглядывать комнату: древесные стены украшали красивые стеклянные светильники в форме колокольчиков, наполненные марциллами, только эти сияли гораздо ярче, чем те, которые были в коридоре. «Видимо эти старше», ― заключила Эмили. Пол устилал мягкий ворсистый ковёр. По левую стену стояли шкаф и письменный стол, на котором красовался парад невиданных цветов. Над столом висела узорчатая кованая полочка, на которой были аккуратно расставлены различные изящные фигурки из металла или камня, отливающего перламутром. К правой же стене прилегала длинная кровать, у изголовья которой висело зеркало, обрамлённое красивой рамой из ветвистых узоров. Напротив двери располагалось единственное окно: как раз через него в комнату пробивался лунный свет и делал комнату ещё более сказочной.

Эмили словно на самом деле очутилась в сказке. Всё, что она увидела за эту ночь, напрочь отказывалось подчиняться разуму. Вдруг голова закружилась, и в глазах потемнело. Девушка пошатнулась, и Риэль тут же подскочила, придерживая её за плечи.

– Вот, присядь. ― Эльфийка подвела Эмили к стулу, задвинутому под стол. ― Всё хорошо?

– Это… это просто восхитительно… Здесь так красиво! И твоё гостеприимство ― в жизни не встречала людей гостеприимнее! Ой, в смысле эльфов…

– Спасибо! ― заулыбалась Риэль. ― Сегодня ты поспишь здесь, а я буду спать внизу.

– Я не хочу вас стеснять…

– Нет-нет! Какое стеснение, что ты! ― перебила эльфийка.

– Но…

– И не спорь! Тебе надо отдохнуть, а то зелёный цвет твоего лица начинает настораживать. Так, ― продолжала говорить эльфийка, не оставляя Эмили возможности ответить, ― вот кровать и чистая одежда. А если тебе что-нибудь понадобится, зови. Я буду внизу, если что: вниз по лестнице и направо, ― пояснила Риэль.

– Хорошо. А как… ― девушка замялась, подбирая слова, ― как выключается свет?

– Ах, да! Вот, смотри. ― Эльфийка подошла к одному из «светильников» и надавила на небольшой рычажок, находящийся на металлическом блестящем стебле, к которому крепился стеклянный колокольчик с мелькающими в нём марциллами.

Из стебля спиралью вылезли листья из отражающего, словно зеркало, металла и полостью закрыли стеклянный шар. Эмили заметила, что на всех светильниках есть подобные рычажки.

– Теперь, кажется, всё. Я пошла. Ну, спокойной ночи!

Риэль развернулась и направилась к выходу.

– Подожди! ― остановила её гостья. ― Спасибо тебе…

Эльфийка улыбнулась в ответ и ушла, оставив девушку наедине со своими мыслями. Эмили тут же торопливо переоделась в любопытное эльфийское одеяние, напоминающее полупрозрачную длинную сорочку, местами расшитую красивыми серебристыми узорами, и мельком окинула себя взглядом в зеркале. Затем она осторожно выключила все светильники и с улыбкой улеглась в сказочную постель жемчужного цвета, сразу же ощутив все прелести невероятно мягкого и нежного материала. Надо признать, даже просто прикасаться к нему было одно наслаждение, а уж лежать в таком ложе действительно непередаваемое удовольствие!

Переваривая недавние события, появлялось всё больше и больше вопросов и ей всё больше не верилось в происходящее. Правильный ли выбор она сделала, пройдя во врата и покинув имение? Одобрила бы это бабушка? Что же будет дальше? Прорва вопросов без единого ответа вывалилась на голову Эмили, и со временем чувство вины и угрызения совести перемешались с чувством надежды и радости, образуя очень странный коктейль. Но всё же желание спать взяло своё, хоть и очень нескоро…

Загрузка...