Айсис ЗА ГРАНЬЮ

1

Говорят, что мы знаем об этом мире всё. Учёные, как и я, исследовали его вдоль и поперёк. Ничего удивительного, что я с ними не согласен. Зовут меня… впрочем, какая разница. Вы меня не знаете, и моё имя вам ничего не скажет. Скажу только, что я одинокий исследователь, которого выбросили в космос на произвол судьбы. Да-да, от меня просто избавились. Я работал над феноменом «Центральной чёрной дыры», как мы её называли. По всем признакам — чёрная дыра, но она поглощала всё, кроме самой материи. Наш старший исследователь Сенптри говорил чуть ли не о новом свойстве зоны сингулярности. Но все приходили к мнению, что вещество вокруг неё просто сбалансировано, и поэтому не падает. Для окончательного ответа на вопрос «Что с ней не так?» Сенптри созвал межпланетную научную конференцию. Собрание было по меньшей мере горячим.

— Вы понимаете, как это опасно? — Высказывался Телерий, Президент Тиамата, — Вы хотите послать большую группу единиц в зону тяготения? Вы с ума сошли!!! Это просто сум…

— Позвольте, — возражал Сенптри, — объект не производит поглощения, а лишь ускоряет ближайшие объекты. И мы не подойдём ближе чем на 180 кьюно*.

— Так близко?

— А почему нет? Мы хотим поднести сверхчувствительный нейтрограф. Он позволит дать ответ, в каком состоянии находится дыра.

— А вы подумали про бюджет? Расходы составят не менее миллиарда никло*, а то и больше.

— Если экспедиция провалится, я ЛИЧНО компенсирую расходы.

— Мистер Сенптри! — обратился кто-то из зала. — А что если подтвердится гипотеза щита? Ведь некоторые учёные считают, что дыра — сферическое поглощающие силовое поле. И по нашим наблюдениям, от «дыры» отделялись некоторые «фрагменты», но учё…

— Да, вы правы, — прервал его Сенптри, — хоть я и не сторонник данной теории, но это вполне может подтвердиться. Но точно сказать, мы сможем определить лишь тогда, когда подойдём к «дыре» вплотную. Но для этого, извините уж, нужен кто-то сумасшедший. Добровольцы есть? — отвесил он шуточку и пошёл тихо хихикать.

Он был любителем отвешивать шуточки, и мне это никогда не нравилось. Ничего, сейчас мы ему добавим пины*.

— Есть — крикнул я на всю аудиторию.

Зал застыл. Полностью. Но лишь на минуту, после чего взорвался смехом. А я был серьёзен. Терять мне было нечего. Родителей давно нет в живых. Девушка бросила меня на нашей помолвке, и детей, соответственно, у меня нет. Честно говоря, я не так сильно заметен в кругу учёных, меня затмевает Сенптри, но он держит меня поближе к себе, оценив мои истинные возможности. Единственный. Этому человеку я многим обязан. Именно благодаря ему, я сумел попасть в круг выдающихся учёных. И я был одним из немногих, поддерживающих теорию щита. И мне было очень любопытно. Настолько, что просто разваливаешься на куски.

— Вы серьёзно? — Спросил Сенптри, стоило залу успокоиться.

— Да, вполне! Раз «дыра» не поглощает, то вполне вероятно, что я смогу приблизиться к ней вплотную.

Подумав, пару минут, видимо взвешивая все «за» и «против», он одобрительно кивнул. И объявил, что удаляется с Президентом на совещание, для корректировки бюджета и ресурсов.

Мне это показалось, как минимум странным. Сенптри так легко согласился на такую сумасшедшую идею. Но мне уже некогда было думать об этом — ко мне шла толпа, разрывать мозг на части.


И вот я сижу в кабине переоборудованного космического истребителя. Тончайшие приборы вынесли вперёд и вбок от кабины, и теперь истребитель напоминал сплющенный пневмоузел. Смешно и ответственно. И страшно. Но интересно. Я даже представил, как вернусь, чуть ли не героем, как мне памятник поставят, как Тар-ми вернётся…

И так замечтался, что и не заметил, как мы уже долетели.

— Готов? — прозвучало из спикеров.

— Запускайте уже! — я был раздражён тем, что меня так яро оторвали от мечтаний.


Аппарат отпустили со строп, и я начал медленно плыть вперёд, среди всей армады кораблей разного весового класса.

— Итак, — объявил Сенптри — это наш единственный шанс. Попробуй взять ещё и образец вещества.

— Понял, конец связи, — «да пошёл ты куда подальше, надоел, как старая музыка» — и с этими мыслями отправился в гиперпрыжок.


Думаете гиперпрыжок — это как на машине: тебя слегка качает, и ты спокойно сидишь? А вот обломитесь. Это больно и неприятно. Тебя, как будто сжимают под прессом, в ушах сильно звенит, а перед глазами ослепляющий свет. И вот так 10 минут «пилить».

— Вот вер…нусь, попро..ш..у… ООО..т..пуууууск…


Но, наконец, 10 минут пытки прошли, и я перешел на ручное управление. Было страшно. А как, по-вашему: перед вами уже сплошная чернота, на многие миллионы миль.

— Эх, была, не была, — и с глубоким вздохом, я направил истребитель к непроглядной тьме. Впереди ничего: сплошная чернота перед глазами. Может показаться, что ты или спишь или в ангаре, и тебя ещё не выпустили из дока. Но вот, автопилот показал, что осталось чуть менее 100 нуров*, и началась инициализация запуска системы захвата. Контейнер-манипулятор выдвинулся, и автопилот принялся за подсчёт.

— Одиннадцать, десять, девять, восемь… — принялся отсчитывать автомат.

— Есть! — только и мог сказать я.

Но вдруг вещество зашевелилось.

— Что за… — и не успел я договорить, как вещество, словно щупальца, моментально окутали корабль и дёрнули на себя. Корабль перевернулся, и кроме тьмы я больше ничего не видел.


Меня несло вперёд, брюхом вперёд. Управление отключилось, электроника вообще отказывалась подавать признаки жизни.

— Мда, вот уж не подумал бы, что дыра — путь в какую-то область пространства. Интересно, если я сумею запустить систему, смогу ли я…

Договорить мне не дал грохот корпуса. Похоже, что я врезался во что-то. Но ощущения говорили, что корабль переворачивается.

— Да что за… — от резкого переворота у меня закружилась голова и почернело в глазах. Да-да, это ощущается и в невесомости. Зрение прояснилось, и…. Я увидел ЭТО. На меня смотрел, нет, изучал, нет, даже скорее сканировал огромный глаз. Я вжался в кресло, хотя дермокостюм сильно не сжать. Глаз сощурился. Последнее, что помню в тот день — как я завопил от ужаса…..


Проснулся от странного чувства. Чувства тревоги и спокойствия. Открыл глаза. Темно. Неужели я погиб? Да вроде нет. Попробовал пошевелиться, но с удивлением понял, что практически не могу двинуться. Более того, я ощутил, что лежу в каком-то ящике. По-иному, назвать будет трудно. Особенно изнутри. Неужели меня похоронили? Нет, но тогда что это было? Меня поглотила дыра, а потом…

Я почувствовал, что с меня полилась вода, а самого начало трясти. Лучше бы не вспоминал. Параллельно тому, я надавил на «крышку». Должного эффекта это не дало.

— Что же делать? — я уже чуть ли не паниковал.

Но, словно в ответ, «крышка» начала разъезжаться в противоположные стороны. Яркий свет после сплошной темноты гарантированно приводят к секундной слепоте. Это было доказано учёными ещё очень давно. Так вот, этот эффект я ощутил на себе в полной мере. Постепенно, зрение возвращалось, и я постарался оглядеться. Оказалось, я лежал в какой-то камере жизнеобеспечения. Это я понял из того, что рядом было несколько идентичных. И на них горели приборы. Самым невероятным образом. Картинка с «обитателем» висела над «ящиком» без какой либо опоры, а надписи были на каком-то странном языке. Квадратики, крючки, завитушки, даже жука нашёл. Как у людей всегда бывает — увидел что-то новое — значит надо потрогать. Ну, я и потрогал. Моя рука просто прошла сквозь картинку.

— Интересно. Наверно, оптический эффект.

Продолжая разбираться в том, как-что-почему устроено, я не заметил, как в помещение вошли. Вошли — мягко говоря странно сказано. Я не слышал вообще ничего. Да и кто вошёл! Ни в сказке сказать, ни пером описать. Две высокие фигуры, я им был где-то по пояс, а я, извините, был самым высоким во всей нашей исследовательской группе. Эти фигуры закованы (да-да, именно закованы) в какие-то бронекостюмы, на вид очень даже внушительные в психологическом плане. А лица… Да, их вообще не описать. Вернее самих лиц нет. Есть стальные, узорчатые, инкрустированные камнями птичьи головы. Кажется, орлы, если я помню названия птиц. И главное — взгляд их глаз я узнал сразу. Да, узнал, когда сидел в корабле.

— Следуйте за нами.

Судя по голосу — от которого меня продирало холодом до мозга костей — со мной говорил… робот? Вот мы подошли к двери. Я ожидал, что она отъедет в стороны, но она просто растаяла. Коридор, по которому мы шли, был довольно странный. Искусно и дорого украшен, и хитро освещён. Светло, но светильников не видно. В коридоре было довольно много людей и разных существ. Большинство — антропоморфные звери, но попадались и такие, что даже и не представляешь, как такое может быть. Шестирукие… люди, какие-то светящиеся шары, или просто кто-то в закрытом скафандре. И все расступались перед нами и странно на меня глядели. Я ощущал себя так, словно убивать ведут. Трясло меня неслабо. И вот мы пришли в какую-то круглую комнату, но без двери. Это было скорее продолжение коридора. Один встал в центр, я рядом. Не зря. Из пола со странным жужжанием вдруг взлетело несколько широких колец, представляющих собой сплошное сплетение узоров, и на секунду перед глазами было сплошное белое пространство. Даже себя не видно. Но через секунду я увидел похожую комнату, но кольца, на этот раз, залетели обратно в пол. Но коридор был другим. При выходе, я скрёб ногами, надеясь найти щели колец. Ничего. Ровный пол.

«Должно быть, это портал. Интересно было бы поглядеть на личико нашего дорогого Шунера. Старый зануда, вечно твердивший, что телепортация невозможна.» Хотя, я и сам считал, что телепортация — лишь научная выдумка, но теперь я поверил в её возможность.

Коридор, по которому мы теперь шли, был намного красивее, чем в «больнице». Замысловатые позолоченные узоры, похожие на растения обвивали все стены, а фон был синеватого цвета. Очень красиво. Только здесь можно было увидеть светильники. Такие же головы, как и моих «спутников» держали в клювах роскошные чаши, в которых что-то сияло. Что — различить было невозможно. Пол шёл красивой бирюзовой дорожкой, обрамлённой золотом.

— Тебя представят Айсису, — подал голос один из стражей, поворачиваясь ко мне. — Будь честен. Он знает о тебе больше, чем ты о себе.

Хорошее утверждение. Только я чувствовал, что добром это не кончится.

— Ваш начальник?

Они переглянулись, видимо взвешивая «за» и «против».

— Каждый называет его по-разному.

«Ого, меня ведут прямо к «Самому Главному». Парадокс — обычно, если тебя ведут к нему, это значит, что ты либо важен, либо это тебя к чему-либо обязывает». Мне это не понравилось.

Не сказав больше ни слова, мы пошли дальше, пока не оказались пред огромными дверями. Красивые, позолоченные, со странными знаками и замысловатым орнаментом, похожим на растения. Но это явно были не растения. Загляденье. Я старался запомнить всё — такой красоты я ещё не видел.

— Har nehto teneyar tes erfomenca, — прогремело откуда-то сзади. Я обернулся. Такая же «птичка», как и мои спутники, только закутанная в плащ выжигала на мне дыру своими щелочными глазками.

— Hone shefes el su siere tsuvams, — ответил один из моих спутников. Тут я приметил интересный факт. Похоже, голоса им дали одинаковые. Одной серии что, ли…

— Hen tseca andegro fyoumanca, — «птичка» в плаще повернулась ко мне, — eyh ta timey dahore, — он повернулся к моим сопровождающим, — sumbesine shuren ma.

— Hyoutsish, — ответили те, и ушли. Что про меня не забыли, говорило лишь присутствие нового знакомого, который неотрывно глядел на меня. Ну, а я просто стоял и прислушивался. Не зря.

— Владеющий судьбой, не может избавиться от её насмешек, в лице детей несносных! Сколько раз мне ещё надо повторять, чтобы ты не использовал силу! От тебя разрушений больше, чем от чёрных дыр! — сказал один голос из-за ворот. Он был похож на «птичек», но был более похож на живое существо, хотя ворота заглушали всё достаточно сильно.

— Отец, я не хотел. Мы просто играли… — ответил второй голос, но по голосу, он был значительно моложе.

— Вот именно. Веками Империя наша жила в мире и спокойствии, а ты, играя, её разбить хочешь? Неужели ничему ты не научился у меня?

— Да, отец, ответственность на мне лежит. Я это знаю.

— Ответственность? Знакомо ли тебе понятие это? Ты мой сын, и ты должен знать, что доля долга моего и на тебя возложена.

— Один лишь дом ничего со временем не сделает, — начал возмущаться младший.

— Но и он зачем-то нужен был! Всё, я тебя больше не задерживаю! — не выдержал старший.

Повисла тишина. Ещё я явно различил, что кто-то, спустя минуту, пошёл в направлении двери. Я стоял как вкопанный. Вот двери открылись, и из них вышли двое. Один похож на «птичек», только раза в два их ниже. Второй обычный мальчуган, разве что костюм чуть странный, смахивающий на киберконтактный. Комбинезон в обтяжку, на руках и плечах какие-то устройства. Я их помню, сам купил себе нейро-интерфейс для сети данных, но наша модель более громоздка и тяжёлая.

— Dsam yo tayor anhim, — подал голос мой спутник.

Провожая «ребят» взглядом, я вошёл. И застыл. Такой красоты вряд ли можно увидеть где-нибудь. Пол украшен каким-то спиралевидным рисунком, замыкающимся на большом круге. Сам круг, как будто заполнен водой. Стены от пола сначала шли золотыми растениями, плавно переходящими в небо. На потолке под самым куполом (да-да, зал был полусферой) ярко светился какой-то шар. Напротив ворот стояла огромная золотая статуя орла, а в раскрытых крыльях виднелся трон, а на нём сидел… Нет, не «птичка». На троне сидел обычный с виду человек, на вид не старше меня, с короткими тёмными волосами. Ровное лицо, с большими голубыми глазами, смотрящими на меня. Одно «но». Даже скорее два. Первое — по росту, что было крайне легко определить, не уступал «птичкам», а второе — из-за спины виднелись большие золотистые крылья. Но вот он приподнял руку и жестом подозвал меня. Так, кажется, сейчас будут разборки. Но делать нечего, и я пошёл к трону. По кругу идти я побоялся, поэтому благоразумно обошёл его стороной, чем вызвал у Айсиса лёгкую улыбку. Вот я подошёл к трону и остановился. Смотрим мы друг на друга, а что сказать то? «Извините, заскочил на минутку?» «Простите, что вторгся, но мне пора?» Первым заговорил Айсис:

— Рад нашей встречи, Сион.

Да, меня зовут Сион. Но это имя вам вряд ли вам о чём-то скажет. Откуда Айсис знает меня по имени, для меня загадка. Но одно странно: вроде человек, а по голосу не скажешь. Низкий, резонирующий, отдающий эхом, но не противный, а скорее мудрый. Антипатии он вроде не вызывал, может действительно разузнать, что и как. А главное — где я нахожусь. Но судя по статусу, тут он какая-то большая шишка, надо быть повежливее.

— Для меня честь говорить с вами, Простите за вто..

— Не переживай, я знаю, зачем ты летел к сфере, и давай на «ты», мне так проще будет с тобой говорить.

На «ты», так на «ты».

— Как скажешь, — Айсис улыбнулся моему ответу, — но могу я узнать, где я нахожусь? Я помню, я прошёл через вашу чёрную сферу, потом меня поймала ваша «птичка», в ночном кошмаре не увидишь, потом…

— Испугался Хранителя? Не мудрено. Насчёт твоего местоположения отвечу так: добро пожаловать в Империю Харшан.

Мне как будто кирпич на голову уронили. Харшан. Мир Богов из мифов и легенд. Значит, он реален. И я, наконец, вспомнил, где слышал имя Айсис. В Мифе Творения он создатель нашего мира. Хм, по крайней мере, я его не так представлял. Айсис видно почувствовал мой стопор.

— Не переживай, здесь ты не пленник. Тебя обеспечат жильём, найдут работу, так же можешь путешествовать по всей империи.

Словно гигантский булыжник с души упал. Значит, можно попробовать улететь отсюда. Про себя я ликовал.

— Но покинуть пределы империи ты не сможешь.

Булыжник укатился не далеко.

— Ладно, иди, — он махнул рукой. — Страж уже проинформирован, тебя проводят во временное жилище.

Во, блин! Что он задумал? Я к ним вломился, а он меня ещё и устроил! Где-то тут клад зарыт, не менее.

Хранитель отвёл меня к порталу. Переместились в коридор, похожий на больничный. Проходя мимо десятка дверей, мы, наконец, остановились у одной.

— За тобой завтра пришлют, будь готов к утру.

А что, сейчас ночь? Да и в коридоре никого и тихо. Ладно, попробуем поспать. Комната оказалась на удивление тёмной. В прямом смысле. Шарил по стене у двери — выключателя нет. Идя на ощупь и что-то уронив, кажется, я, наконец, нашёл кровать. Не думая, лёг на неё, и, не понимая как, заснул. Сегодня был тяжёлый день.

Загрузка...