Глава 5. Особый отдел

Ровно в десять часов мы покинули город. Остаться на ночь я не согласился. По маршруту следующей остановкой будет Златоуст. Нужно заехать к Астахову и поговорить с ним о мутантах. Возможно, он всё еще не знает о новой угрозе. Если успеть вовремя предупредить, то можно спасти много жизней. Оставь я тело Титова лежать в проулке и вернись на двадцать минут раньше – Костя и остальные остались бы живы…

До Златоуста доехали за час. Твари постоянно встречались на дороге, но я старался не обращать внимания. Обычные зараженные теперь мало опасны. Мутанты гораздо страшней. Их физические возможности в разы превосходят людей по всем параметрам. Скорость, сила, выносливость и устойчивость к повреждениям просто феноменальны. Единственный плюс – отсутствие разума. Если они научатся думать, то станут практически непобедимыми. Только отсутствие инстинкта самосохранения заставляет их идти в лобовую атаку, не задумываясь о смерти.

В городе зараженных намного больше. Взбесившись ни с того ни с сего, я начал давить их. Измазанные кровью фары стали светить гораздо хуже. Отмывать их среди ночи нет никакого желания. Подавив вспышку агрессии, успокоился. Наташа сидит рядом и с полным безразличием смотрит в окно. Молчание продолжается…

Ворота завода открыты, что довольно странно. Астах никогда не допустит подобного. Единственная возможная причина – нападение мутировавших зараженных. Въехав на территорию завода, я увидел тела. Из салона трудно разглядеть, что произошло. Большая часть убитых – зараженные, но на глаза попадаются и обычные люди. Некоторые частично съедены. Видимо, толпа напавших тварей была большой.

Возле первого наземного поселения не обнаружили ни одного живого. Нет и зараженных. Изменив маршрут, направился к главному убежищу. Именно там всё стало понятно. Астах и остальные бойцы приняли бой возле входа в огромный цех. Трупы лежат повсюду. Больше сотни. Люди, которые совсем недавно были живы, и зараженные. Отличить мёртвого мутанта от обычного зараженного невозможно. Я не стал сомневаться в их отсутствии. Устроить такую бойню могли только мутанты. Одно неясно – похоже, они действовали совместно с обычными зараженными. Нужно проникнуть внутрь и узнать, есть ли выжившие. Только живые люди могут рассказать, что здесь на самом деле произошло.

– Пойду проверю… возможно, кто-нибудь мог уцелеть, – сказал я Наташе и, не дожидаясь ответа, вышел из машины. Двигатель и фары остались включенными.

Защитный костюм «КОБРА» надел еще в Кусе. В случае чего мутант не сможет его пробить. Конечно, пятый Ратник сейчас совсем бы не помешал. В нем я могу биться с мутантом на равных даже без оружия. Нацепив на голову тактический шлем, надежно закрыл шею. Пулемет пришлось оставить. Для действий в темноте у меня приготовлен АК-18 с мощным фонарем и колиматорным прицелом.

Оказавшись в цеху, увидел крайне неприятную картину. То, на что старался не смотреть на улице. Пощелкав рубильником, убедился в отсутствии электричества. Тихого гудения генераторов не слышно.

Трупы валяются повсюду. На глаза попались несколько бойцов ОМОНа, а также обычные женщины и мужчины. Почерк мутантов налицо. Перекрученные головы, вырванные кадыки, сломанные позвоночники. Одно из тел вызвало приступ тошноты. Грудная клетка раскрылась наружу в прямом смысле. Лёгкие и сердце отсутствуют. Какую же силищу нужно иметь, чтобы устроить такое?

Я прошел цех за пять минут, тщательно осмотрев каждый угол. Ощущение страха не покинуло ни на секунду. Всё время ждёшь нападения со спины. Действовать в одиночку там, где не выстояли сто с лишним человек – настоящее самоубийство.

Первый мутант выскочил, когда спускался вниз. Стрелять сверху всегда удобнее. Тварь умерла, не добежав до меня целый пролёт. Второго встретил в туннеле, ведущем к бомбоубежищу. Мутант свалился замертво после восьмого выстрела. Догадка о том, что твари мутируют по-разному, окончательно подтвердилась. Тварь, которая свернула шею Титову, была гораздо быстрее этих. Твари в коттедже послабее. Нужно будет связаться со Смирновым, когда выберусь из этой могилы. Если, конечно, выберусь…

Осмотрев убежище, не обнаружил выживших. Тело Астахова найти не удалось. Его мощное телосложение трудно спутать с кем-то другим. Скорее всего, определённому количеству людей удалось скрыться. На обратном пути не встретилось ни одной твари. Шоу началось, когда вышел к броневику…

Я выскочил на улицу слишком быстро. Это была ошибка. Двигатель внедорожника и фары по-прежнему включены. Белый свет ксенона ударил в глаза. Пройдя несколько шагов, я понял, что рядом с машиной кто-то стоит. Высокий и худой. Не двигаясь, он смотрит на сидящую за бронированным стеклом Наташу. Несмотря на яркий свет, я сумел прицелиться и сделал один выстрел. Дернувшись, фигура рухнула на землю. Спустя мгновение увидел летящего на меня мутанта. Он сидел на капоте внедорожника, и поэтому я его не заметил. Подсветив фарами вход в цех, устроил ловушку самому себе. Почти не целясь, дал длинную очередь в прыгнувшую на меня тварь, но слишком поздно. Мутант отлично рассчитал траекторию полета и приземлился прямо на меня. Смягчить падение не удалось. От сильного удара об асфальт в голове будто разорвалась граната. Оружие вылетело из рук. Если бы не шлем, то скорей всего голова превратилась бы в лепешку…

Зараженный попытался свернуть мне шею. Помощи ждать неоткуда. Придется выкручиваться самостоятельно. Какая разница, схватиться в рукопашном бою с обычным человеком или с зараженным. Пусть даже с мутантом, превосходящим по силе во много раз. Костюм и шлем – отличная защита. Укусов можно не бояться, главное – не дать свернуть мне шею. Вывернувшись словно змея, я вышел в «клинч» и, используя приемы борьбы, начал ломать руку мутанту. Не ожидая подобной прыти, тварь моментально оказалась на спине, а одна из ее рук в моём захвате, но я не рассчитал собственных возможностей. Даже сейчас, когда моё тело стало гораздо сильнее и быстрее – мутант играючи вышел из захвата. Благодаря этому я сумел оттолкнуться и оказаться в полуметре от него. В свете фар на его теле отлично видны несколько ран от пуль…

Тварь, не вставая на ноги, ринулась на меня. Не найдя другого выхода, я с ходу зарядил ей берцем по морде. Удар не принес эффекта. Схватив меня за ногу, мутант оказался сверху и попытался вновь свернуть мне шею. Его руки, словно тиски, сжали кевларовый шлем и начали с силой выкручивать его. Схватившись за них, я попытался ослабить хватку, но тщетно. Наверное, еще немного и мои позвонки хрустнут, а мышцы лопнут, не выдержав нагрузки. Деваться некуда, и я решился на отчаянный поступок. Нащупав рукою морду мутанта, я ткнул со всей силы пальцем, постаравшись попасть в глаз. Не знаю, на что был расчет, но это единственное, что пришло в почти открученную голову. Средний палец уперся во что-то податливое и по ощущениям погрузился на всю длину. Тварь задёргалась, но хватку не ослабила. Следом произошло то, чего я не ожидал… Раздался выстрел, и стальная хватка мутанта мгновенно ослабла. Безжизненное тело упало на меня и начало заливать густой кровью.

Сбросив с себя труп, я вскочил на ноги. На глаза попался автомат, подхватив его с земли, принялся выискивать мутантов и стрелка. Моим спасителем, а вернее, спасительницей, стала Наташа. Убедившись, что я цел и невредим, она молча вернулась в машину. Покрутив, ноющей от боли шеей, я подошел к машине и сел внутрь.

– ТЫ ЗАЧЕМ ТУДА ПОШЕЛ? – неожиданно закричала Наташа, отчего я слегка опешил.

– Так, это… выживших искал… – пожал я плечами.

– Ну и как, нашел?

Такой я увидел ее впервые.

– Нет, сама видишь, – ответил я и слегка повысил голос: – Ты зачем кричишь?

– Да потому что! Ты ведь знал, что там все погибли! Знал! Но все равно пошел туда! – продолжила кричать Наташа. – Я сегодня потеряла брата! Он умер у меня на руках! Ты тоже хочешь погибнуть? Игнат, ты не бессмертный!

– Знаю, – ответил я, глядя на руль. – Но я не могу не проверить… Не могу не помочь… И я не знал… Я не экстрасенс, и тем более не телепат…

– А у меня ты не мог спросить? – крикнула Наташа. Ситуация обещает перерасти в ссору. – Когда мы только подъехали, я тут же почувствовала отсутствие живых людей…

Мне захотелось ответить грубо, но ситуацию спас появившийся в свете фар зараженный. Обычный, не мутант. Подойдя к броневику, он остановился напротив и замер. Тварь простояла несколько секунд, а затем ее голова разлетелась на части, словно напичканная взрывчаткой.

– Кто стрелял? – удивлённо спросил я и посмотрел на Наташу. – Ты чувствуешь чьи-нибудь мысли?

Я щелкнул тумблером, погасив свет в салоне и выключив фары. Отсутствие луны и звезд на небе делает ночь такой тёмной, что на расстоянии двух метров не видно ничего.

– Нет. Я никого не чувствую, – ответила Наташа более спокойно.

– Стреляли из снайперской винтовки крупного калибра, – сказал я. – Нужно уезжать отсюда. Едем в лес. Ночуем в машине. Передвижение только в светлое время суток…

Две сотни метров по заводу, и дорогу перегородил крузак. Тот самый, что я когда-то оставил Астахову. Или похожий. Водитель поморгал фарами и, развернувшись, поехал к воротам. Он не набрал скорости, пока не убедился, что мы едем за ним.

– О чем они думают? – спросил я Наташу, после того как она сказала, что в машине сидят двое мужчин и одна женщина, совершенно не знакомые ей.

– Ничего плохого, – ответила она. – Они хорошие. Приехали помочь. Скоро мы будем на их базе, которая отлично защищена…

Других ответов я не услышал. Наташа вновь перешла в режим молчания и стала игнорировать все мои вопросы, словно их нет. Её скоро оказалось не таким уж маленьким. Пришлось проехать почти пятьдесят километров, прежде чем мы сумели добраться до защищённого убежища ночных незнакомцев…

В нужное место приехали в три ночи. Мощные стальные ворота, такой же забор, огневые точки, на которых установлены турели пулеметов. Изуродованные крупным калибром тела я заметил еще на подъезде к объекту. Очень много, словно каждый раз сюда намеренно приходят полчища зараженных. Запах разложения проник в машину, и из-за него противно заныл желудок. Наташа прикрыла лицо ладошкой, с трудом сдерживая рвотный рефлекс.

Крузак подъехал к воротам и выдал интересную комбинацию при помощи пневматического сигнала, при этом несколько раз моргнув фарами. Спустя минуту загорелись мощные прожекторы, осветив территорию на сто метров от ворот. Теперь я сумел разглядеть пулеметчиков. На каждой огневой точке стоят по два солдата. Они не обратили на машины никакого внимания, продолжив спокойно наблюдать за территорией. Большие прицелы-монокуляры с функцией ночного виденья установлены на каждое орудие. Безопасность этого объекта, без сомнения, поставлена на высоте.

Ворота открылись через минуту, и тут же погасли прожекторы. Проехав не более ста метров, мы заехали в крупный освещенный ангар. Ворота за нами закрылись. Из крузака вышла троица и, переговариваясь, направилась к нам. Блондинка, что сидела на переднем сиденье, удивила телосложением. Не щупленькая девочка, а настоящий боец. Такие мужиков валят одним ударом. Под импортным защитным костюмом скрывается хорошо натренированное тело. Водитель тоже не показался обычным, только по одной его походке я сразу понял, что передо мной серьезный боец. Отличился только парень с заднего сиденья. Ростом не больше метр семьдесят, средний в плечах. По сравнению со спутниками он кажется мелковатым.

Я вышел из машины и кивком поздоровался с водителем и парнем с заднего сиденья. Блондинка не поздоровалась и продолжила поедать меня оценивающим взглядом. Первым заговорил водитель крузака:

– Как я понимаю, ты тот самый Игнат Шухов, а это твоя спутница, Наташа. Можешь не отвечать, нам о вас многое известно. Я – Жорж. Просто Жорж. У нас редко используют имена, в основном прозвища. Это Жанна, – он положил руку на плечо блондинки, но, поймав ее грозный взгляд, тут же убрал.

С широко расставленными ногами и скрещенными на груди руками Жанна выглядит грозно.

– А я – Снайпер! – сказал парняга с заднего сиденья. – Такое вот прозвище у меня. Именно мой выстрел вы увидели там. Зачётно, да?

– Жорж, кончайте базар! – крикнул толстый парняга, высунувший голову из двери в стене, которая делит ангар на две части. – Нужно отвести их к Таркову. Он ждет…

Нас провели в подземный уровень. Количество коридоров и помещений удивило. Мы находимся на секретном военном объекте, который некие люди приспособили под свои нужды. Либо это их личный объект.

Спустя пять минут блужданий завели в комнату. Помещение с низким потолком, совмещающее в себе спальню и рабочий кабинет. Дубовый стол, кожаное кресло и пара деревянных стульев на одной стороне. Застеклённый шкаф, одноместная кровать и тумбочка на другой. Сидящий за столом мужчина в тёмно-синем костюме встал и, приблизившись, протянул руку:

– Здравствуй, Игнат! Здравствуйте, Наташа. Я – Арсений Тарков. Пожалуйста, присаживайтесь.

Он усадил нас на стулья.

Интересно, откуда они нас знают? Не менее интересно – кто они такие? Имя Арсений Тарков мне неизвестно. Место – в которое нас привели – тоже. Район города Чебаркуль, но в приличном отдалении от всех населенных пунктов. В городе есть военный гарнизон. Точнее, был. Возможно, он связан с этим местом. Посмотрим, что скажет Тарков. Он и подчиненные ведут себя дружелюбно. Чувствуется причастность к государству. Вряд ли создание настолько укрепленного объекта обошлось без вмешательства президента.

– Думаю, у вас ко мне много вопросов. Задавайте, не стесняйтесь, я попытаюсь ответить на все из них, – сказал Тарков и, вытащив из стола сигару, закурил.

– Где мы? – спокойно спросил я.

– Вы находитесь в убежище одной засекреченной организации, – выпустив дым, он расплылся в улыбке. – Настолько засекреченной, что у неё нет названия. В обиходе мы называемся «Особым отделом». До недавнего времени о нашем существовании знало ничтожно малое количество людей. Несколько человек из верхушки власти…

Тарков достал из стола небольшой графинчик, наполненный тёмной прозрачной жидкостью и налил в стакан на два пальца. Сделав маленький глоток, продолжил:

– Вам не предлагаю. Осведомлен, что не пьете. Итак, теперь отвечу на второй вопрос…

С незначительным удивлением я спросил:

– Второй вопрос?

– Да, – снова улыбнулся Тарков. – Ты хотел спросить, откуда нам известно твоё имя и куча другой, в некоторых случаях даже щепетильной, информации.

– Хорошо, – кивнул я. – Вы задали вопрос, вы и отвечайте.

Тарков растряс стакан, заставив его содержимое вращаться. Не поднимая взгляда, ответил:

– Мы очень долгое время за вами наблюдаем, поэтому знаем о вас практически все…

– Даже так! – наигранно удивился я. – Странно… ваши парни настоящие профи. Я ни единого раза не смог заметить их присутствия.

– Мои разведчики отлично знают свое дело, – с гордостью сказал Тарков. – Мы начали наблюдать за вами с того момента, как вы сели в вертолет к Савельеву, и знаем практически все.

Неподдельное удивление Наташи и моё наигранное рассмешили Таркова. Не знаю, быть может, он говорит правду. Я решил прикинуться удивлённым дурачком и продолжить веселить Таркова. Перестав смеяться, он воскликнул:

– Да не смотрите вы на меня столь удивлённо! Нам известно всё и вся. Интим – не самое страшное, что может быть. В этом нет ничего такого, тем более для разведчиков это обычная практика.

– Хорошо… – я попытался сделать невозмутимое выражение лица, но намеренно поймал на себе взгляд Таркова, слегка смутился и посмотрел в потолок. Не знаю, купился ли он на мою актёрскую игру, но отступать я не намерен. Начал играть – играй до последнего.

– Игнат, в твоей голове назрел вопрос, – спокойно сказал Тарков. – Задай его.

Я перестал смотреть в потолок и снова поймал его взгляд. На этот раз не стал смущаться и уверено спросил:

– Зачем вы наблюдали за нами?

– Нет, Игнат, – качнул головой Тарков. – Мы наблюдали и наблюдаем не только за вами. Под нашим пристальным надзором находятся Матвей Савельев, Алексей Смирнов, Артем Кириенко и многие другие. Также мы присматриваем за лагерями выживших и до недавнего времени присматривали за Ковчегом.

– Прозвучали имена моих друзей, – сказал я. – Играем по-другому. Делая Матвея Савельева объектом наблюдения, вы можете с легкостью назвать его точное местоположение. Где он находится? – с легкой улыбкой поинтересовался я.

Тарков ехидно улыбнулся в ответ. Откинувшись на спинку кресла, ответил:

– По последним данным, у ваших общих знакомых, Михаила Филипповича и Чарли Тейлора. Не так давно он всё-таки смог ликвидировать наемника по имени Хасан.

– Не поверю, что это была простая ликвидация, – сказал я. – Скорее всего действие походило на казнь с пристрастием. Надеюсь, обошлось без членовредительства.

– Почти, – кивнул Тарков. – Савельев прострелил Хасану оба колена.

Я закусил губу и прошептал:

– Жестоко…

– Гуманность тоже присутствует, – продолжил рассказ Тарков. – Матвей оставил Хасану пистолет и один патрон. Мои разведчики делали ставки на разные версии смерти. Хасан не застрелился. Зараженные сожрали его.

Я пожал плечами и ответил:

– Быть съеденным заживо – не самая худшая смерть. Хасана постигла та же судьба, что и миллионы других людей. Зная Савельева, могу предположить, что смерть могла быть в десятки раз мучительнее. Наемнику повезло. Считай – легко отделался. Думаю, мы можем закончить бессмысленное обсуждение смерти плохого человека и перейти к более важным вопросам.

– Да, – энергично закивал Тарков. – Спрашивайте, Игнат.

– Интересуют ваши разведчики. Каким образом ведётся наблюдение? Дроны? Электроника?

– Мы используем все доступные способы. В нашем арсенале имеются методы, о которых вам не стоит знать. Сейчас немного о другом… – Тарков перевел взгляд на Наташу. – Не пытайтесь прочитать меня. У вас ничего не выйдет.

Наташа виновато округлила глаза и уставилась на меня. Я обречённо вздохнул и пробормотал:

– Они знают все наши секреты…

Наташа перевела взгляд на Таркова и спросила:

– Откуда вам известно, что я умею читать мысли?

Ответ не заставил ждать:

– Сорока на хвосте принесла…

– Не убедительно! – грозно сказала Наташа.

– Мне многое известно… – снова ушёл от ответа Тарков. – Именно поэтому вы здесь. Также мне известно о поступающей в голову Смирнова информации и о диалогах с защитной системой, которые происходили в снах Игната.

Тарков выиграл. Последние слова ввели в меня в ступор. Подслушать разговоры это одно. Сложить их воедино – другое. Мужик, сидящий напротив нас, совсем не прост. Нужно идти в атаку. Нужно получить ответы. Получить их, чего бы мне это ни стоило.

Вскочив, я прошел в середину комнаты и начал расхаживать взад-вперёд.

Тарков окончательно опустошил стакан. Поставил его на стол и сказал:

– Жду вопроса…

– Мне непонятно… – пробормотал я. – Откуда вам известно о моих снах?

– Сейчас начнется самое интересное… – улыбнулся Тарков и продолжил: – Я, собственно, являюсь непосредственным начальником «Особого отдела». Наша организация существует уже много лет, и именно мы следим за тем, чтобы мир не скатился в тартарары.

– Следите? – я подошел к столу и упёрся в него кулаками. Рявкнул: – Взгляни на мир – хреновое выполнение поставленных задач!

Тарков слегка повысил голос:

– Сядь на стул.

Он продолжил только тогда, когда я выполнил просьбу.

– Мы не всесильны… Мы делали многое… До недавнего времени справлялись… Не знаю, что пошло не так, но этого не должно было случиться…

– От нас что-то зависит? – спросил я.

– Да. От вас зависит многое. Вы нам поможете, – Тарков посмотрел на часы и, слегка хлопнув рукой по столу, сказал: – Позднее время для столь серьёзных разговоров. Утро вечера мудренее. Сейчас вы отправитесь спать. Долгий разговор случится завтра.

Нам выделили отличную комнату с двуспальной кроватью. Стоило прикоснуться головой к подушке, и я моментально уснул, так и не узнав, что Наташа покидала комнату на целый час…

Я проснулся в семь утра и обнаружил на тумбочке стопку чистой одежды. Санузел оборудован просторной душевой кабинкой. Незамедлительно воспользовался её услугами. Меняя температуру воды с холодной на горячую и обратно, несколько минут наслаждался контрастным душем.

Закончив, обтерся мягким махровым полотенцем и облачился в новую, пахнущую морской свежестью одежду. Все это время старался не шуметь, чтобы не разбудить Наташу. Аккуратно открыв дверь, покинул комнату.

В коридоре пусто. Спустя пару минут беспорядочных блужданий, я нашел большое помещение, из которого доносятся восторженные реплики. Помещение оказалось общей столовой. Четыре больших стола, три из которых пустуют. За последним сидит вчерашняя троица в компании четверки неизвестных парней. Как я вошел, они не заметили. Тот, что назвался Снайпером, увлеченно рассказывает мою вчерашнюю схватку с мутантом.

– Я вам говорю, этот Шухов, он в рукопашную с тварью пошел! Она ему шею пыталась сломать, а он ее в захват взял, да так резко… Я хотел выстрелить, но мне стало интересно, что будет дальше…

Снайпер замолчал. Один из парней нервно воскликнул:

– Ну не испытывай терпения, говори уже!

Я бесшумно возник за спиной снайпера и приложил палец к губам. Те, кто заметил моё появление, не подали виду.

Снайпер усмехнулся и продолжил:

– Вмешалась его подруга и пристрелила тварь. Хорошо, что Шухов не знает о том, что я всё видел…

– Он знает, – спокойно сказала блондинка Жанна. – Шухов у тебя за спиной…

Четверо сидящих ко мне спиной резко повернулись и удивлённо уставились.

– О, здарова, Игнат! – воскликнул Снайпер и с ходу попытался переобуться. – А я тут рассказываю про твой поединок с тварью! – он встал из-за стола, схватил поднос и, показав в сторону выхода, забормотал: – Мне это… бежать надо… Ты присаживайся, не стесняйся, сейчас тебе завтрак принесут…

Швырнув поднос на стол для грязной посуды, Снайпер хлопнул дверью и скрылся в неизвестном направлении. Я сел на его место.

– Напугал ты его, – кивнул на дверь Жорж. – Спец он отличный, вот только болтлив и любит преувеличивать. Так что, не обижайся на него.

– Не обижаюсь, – улыбнулся я.

– Ну вот и славно. Сейчас наш повар Игорек тебе завтрак принесет, – Жорж хлопнул по столу мощной ладонью и закричал: – Игорь, тащи еще хавки!

– Разговаривал с Тарковым? – спросила Жанна – Он ввел вас в курс дела?

– Да, – кивнул я. – Но пока поверхностно. Сказал, что сегодня все объяснит. Мне интересно другое. Кто из вас занимается разведкой и, кто именно вел за нами слежку?

– Точно не мы! – отрицательно вскинул руки Жорж. – Большую часть информации мы получили из досье. Разведчики и аналитики – другие подразделения. Именно мы – обычный спецназ. Занимаемся всем понемногу. Выполняем задания подобные вчерашнему.

Повар по имени Игорь принес поднос с едой и поставил на стол. Кивнув на мое «Спасибо», ушел обратно на кухню.

– Как вы узнали, что мы находимся именно там и почему не вмешались? Почему не помогли Астахову? – спросил я, чувствуя, что начинаю злиться.

– Это невозможно, – ответила Жанна. – Подобных поселений много. Все они уничтожаются мутировавшими тварями. Мы делаем только то, что в наших силах.

– Не вижу этого, – прорычал я. – Если в данный момент мутанты уничтожают поселения людей, то почему вы всё еще здесь?

– Ты предлагаешь нам погибнуть, спасая тех, кто обречен? – в ответ зарычала Жанна.

– Я предлагаю попытаться спасти как можно больше людей!

– Не злись, Шухов, – сказал Жорж, положив ладонь мне на плечо.

Жанна склонилась над столом и в упор посмотрела на меня. Еле слышно проговорила:

– Шухов, ты ещё не понял, насколько все сложно. Мы не будем ничего тебе говорить. Всё расскажет Тарков. И ешь, а то остынет…

Я не стал продолжать конфликт, позволив процессии во главе с гордо шагающей Жанной спокойно покинуть столовую. Уничтожив завтрак, вернулся в комнату. Наташа проснулась и уже приняла душ. Разговора не вышло. Она проигнорировала все мои вопросы, словно их и не было. Объяснив ей, где находится столовая, я вышел в коридор и продолжил блуждать, пытаясь запомнить расположение всех помещений подземного этажа. В конце четвертого (последнего) крыла обнаружился лифт, который тут же навел на интересные размышления. Единственное направление, куда он может вести – под землю. Это говорит о наличии еще нескольких подземных уровней. Судя по всему, этот объект строился ещё в шестидесятые годы прошлого столетия.

Когда бессмысленные блуждания порядком надоели, я решил вернуться в комнату, но встретил Жоржа.

– Игнат, мы там немного тренируемся, не хочешь поучаствовать? – спросил он. – Все очень наслышаны о твоих навыках и хотят увидеть их вживую.

– С радостью потренируюсь, – ответил я, выкинув из головы лёгкий конфликт в столовой.

– Тогда идём, – позвал он.

Комнату для тренировок сложно назвать полноценным спортзалом. Прямоугольное помещение, размером восемь на десять метров, разделенное на две части. Половина помещения оставлена свободной для проведения спаррингов. Вторая половина заставлена тренажерами, шкафами с инвентарём и прочей спортивной принадлежностью. Дощатый пол, потолок под три метра и хорошее освещение. Тренажеры уже оккупированы тремя мускулистыми парнями. Коренастый мужичок прессует висящую в углу грушу. Молодой парнишка стоит на лапах, помогая рыженькой девчонке отрабатывать удары. Четверо вспотевших парней сидят у стены и наблюдают за поединком на импровизированном ринге. Прямо на досках синей краской начерчен круг радиусом чуть меньше двух метров, в котором происходит поединок.

Блондинка Жанна и рослый накачанный парень устроили спарринг. Мы пришли к его началу. Бойцы прощупывают друг друга редкими ударами, пытаясь найти уязвимое место.

– Как думаешь, кто кого уложит? – спросил Жорж.

– Сложный вопрос. Я не видел их в действии. По плавности движения скажу, что Жанна более ловкая и быстрая, а качок полагается на физическое превосходство. Думаю, именно это его подведет. Как его имя? – спросил я.

– Тук. Хороший парень и неплохой боец. Не буду портить впечатление, просто смотри, – сказал Жорж и с легкой ухмылкой добавил: – Следующий бой наш…

Парню по имени Тук надоело без толку бродить по рингу, и он пошел на сближение, атаковав девушку мощными руками. В его стиле я увидел многолетние занятия боксом. Град мощных кулаков-кувалд посыпался на блондинку, но она легко уклонилась от них и спустя пару секунд разорвала опасную дистанцию.

Тук не остановился и продолжил переть как танк. Быстрые мощные удары не достигли цели. Жанна снова ушла в сторону с грацией танцора.

Тук выждал секунду и с неподдельной яростью полетел на соперницу. Руки превратились в два отбойных молота. Злость – не лучший союзник. Я уже понял, кто выйдет из схватки победителем.

Словно пантера, Жанна бросилась на Тука и, играючи уклонившись от ударов, взяла его в захват и совершила бросок. Парняга хлопнулся спиной на доски, но тут же попытался вскочить на ноги. Жанна не дала этого сделать и, набросившись на него, попыталась задушить. Три секунды соперники яростно барахтались. В конечном счете, шея Тука оказалась в захвате, который называется «Гильотина». Сделав несколько попыток выбраться, парень начал стучать рукой по полу, тем самым сдавшись.

Бойцы разошлись в стороны, тяжело дыша. Я молча вышел в центр круга и встал, опустив руки. Жорж остановился в метре от меня и сказал:

– Бой до победы. Сдался – проиграл. Вышел за круг – проиграл! Начнем, пожалуй…

Он молниеносно рванул на меня, надеясь провести бросок и в дальнейшем задушить. Физически мы почти не отличаемся. Жорж немного выше и килограмм на пятнадцать тяжелей. Это его не спасёт.

Я не стал уходить с линии атаки. Для меня Жорж медлителен и неповоротлив. Бой быстр и скучен.

Жорж поздно понял, что мой кулак слишком быстро летит ему в лицо. Он хотел поставить блок, но не успел. Слегка стукнув в челюсть, для острастки, я ушел под ноги противника и совершил бросок, выкинув его за круг.

Жорж не смог сгруппироваться и брякнулся на пятую точку, немного смягчив приземление руками и ногами. Не раздумывая, тут же вскочил и снова бросился в атаку, но увидел, что находится за линией и остановился. На лице появилось удивление.

– Круто! – Жанна начала медленно хлопать в ладоши. – За несколько секунд Жоржа уложил! Браво! Я тоже хочу…

Вскочив, она вбежала в круг и, не предупреждая, набросилась на меня. Видимо, борьба всегда была ее главным козырем. Поддавшись, я дал свалить себя на пол, а затем играючи выполнил «Кимуру» на правую руку, заломив локтевой сустав ногой. Спустя несколько секунд Жанна сдалась.

– Откуда же ты такой резкий взялся? – нахмурился Жорж, потирая ушибленную задницу. – Ты же мог меня еще на подходе вырубить. Почему не вырубил?

– Мог, – улыбнулся я, – но не захотел портить бой.

Дверь в спортзал открылась, и вошел Тарков.

– Опять друг друга колотите? – спросил он. – Молодцы, тренируйтесь. Игнат, пойдем со мной, продолжим вчерашний разговор…

В кабинет мы дошли молча.

– Задавай вопросы, – сказал Тарков, закурив. – Твою молчаливую особу не зовём. Сам потом посвятишь ее во все, что считаешь нужным.

– Если ваша организация настолько серьезная, тогда почему вокруг гибнут люди? – резко спросил я. – Разве вы не можете предотвратить происходящее? Создать убежища, подобные вашему? Сотни убежищ. Тысячи…

– Нет, мы не можем этим заниматься. На этом объекте почти сто человек, и все они задействованы, – ответил Тарков. – Гибель многих в данной ситуации просто неизбежна. Угроза мутантов оказалась слишком высокой. Многие подготовились к ней и успешно отбивают атаки. Могу привести примеры. Твой знакомый, Александр Добрынин, полностью изменил охрану периметра убежища, столкнувшись с мутантами всего раз. Артем Кириенко тоже не промах. Отбивается от тварей как ни в чем не бывало. Я могу долго перечислять тех, кому удаётся держать оборону. Разве ты не предупреждал Астахова и Титова об угрозе мутаций?

Я ответил:

– Предупреждал, но никто не поверил. Вернее, не восприняли предупреждение как угрозу. Я и сам не ожидал подобного.

– Вот видишь, – щелкнул пальцами Тарков. – Как правило, многие просто недооценили опасность ситуации, за что и поплатились. Мы каждый день сдерживаем нападения, а мутанты все прут и прут. Наша оборона отлично справляется, но они развиваются. Чуть позже я покажу тебе кое-что, а пока перейдем к основным задачам.

Тарков потушил сигарету, выпустил остатки дыма и спросил:

– Игнат, когда вы штурмовали базу Шерстнева, помнишь, какие ранения ты получил?

– Помню, – ответил я, машинально потрогав шрам на голове. Начинаясь над глазом, он прошел выше виска. – Тогда я потерял слишком много крови и не должен был выжить.

– Именно. Но ты выжил и, более того, приобрел некие полезные качества. Стал быстрее, ускорилась регенерация, отлично регулируешь теплообмен организма. Я прав? – получив утвердительный кивок, Тарков продолжил. – Мне известно, что, когда ты умирал, твое сознание вошло в прямой контакт с защитной системой нашей реальности. В данный момент именно Реальности, а не планеты. Потому что на самом деле, не все так просто, как кажется, – он достал из стола свой графин, налил полстакана и пояснил: – Не могу без допинга. Уже двадцать лет каждый день пью… – глотнув, Тарков поставил стакан на стол и продолжил. – Знаешь, что произошло во время того контакта? По сути ты стал защитной системой.

– Это невозможно, – покачал головой я. – Ей мог стать Смирнов. Он знает то, что никому неизвестно.

– Ты не прав! – воскликнул Тарков. – Нам многое известно из того, что ему открылось. В его голове хранится информация, которая нам очень нужна. Смирнов принял на себя часть защитной системы. Он стал своего рода базой данных нашей реальности.

– Интересно… – пробормотал я и спросил: – Если это так, то ответьте на вопрос: почему Смирнов не может овладеть знаниями в полном масштабе? Они возникают в его голове отрывками, словно кто-то выдает информацию по частям.

– Насчет этого много догадок, но к истине близка только одна. Когда программа уничтожения поразила защитную систему, то та не сдалась. Собравшись с силами, она перекачала всю информацию в голову Смирнова и установила барьер. Человеческий мозг не способен обработать за раз настолько огромное количество информации. Это своего рода защита.

– Я понял. Смирнов мог сойти с ума от столь сильного потока знаний. Но мне до сих пор не верится. Вы все рассуждаете о защитной системе и о программе уничтожения, словно это обыденность. Мне до сих пор не верится, что это возможно. Как вы мне можете объяснить существование подобных явлений? Это происки дьявола? – я усмехнулся. – Или того хуже – инопланетян?

– Не то и не другое! – улыбнулся Тарков. – Простой пример: два века назад телефон бы сочли за магию. Или телевизор. В принципе, в девятнадцатом веке все привычное для нас являлось бы магией. Ты согласен?

– Да. Любая достаточно развитая технология неотличима от магии, – сказал я.

– Один из законов писателя-фантаста, – проговорил Тарков. – Не вспомнить имени…

– Артур Кларк. Читал его книги в детстве, – ответил я.

– Я тоже читал, – кивнул Тарков и допил содержимое стакана одним глотком, при этом не поморщившись. Выждав секунду, промычал: – Представь, что программист создает обычную игру… Он творец. Его маленький мирок живет по установленным им законам.

– Да, но около года назад какой-то парень совершил прорыв в компьютерной индустрии, создав игру, которая может развиваться, – сказал я. – Проект разросся настолько сильно…

– Можешь не рассказывать, – Тарков встал и направился к шкафу, стоящему в углу. – Мне известен проект «Погружение». Вернемся к Творцу. Представь, что кто-то очень большой и могущественный когда-то создал нас. Он установил свои законы, многое предусмотрев. Своего рода программист вселенского масштаба.

– Не могу представить. Это выходит за грани воображения, – ответил я, наблюдая, как Тарков достает из шкафа деревянную коробочку. – Теория Дарвина уже не работает?

– Ты вправду думаешь, что мы могли произойти от обезьян? – он бухнулся на стул и рассмеялся. – Человечество насчитывает свою историю с тех времён, когда обезьяны у природы еще в проекте не было. Теория Дарвина – бред!

– Тогда почему ее преподают в школах? – спросил я. – Не проще сказать людям правду?

– Зачем? Людям не нужно было знать правду! – воскликнул Тарков, положив коробочку на стол. – Никто не станет намеренно раскачивать лодку. Объяви всемирно, что мы произошли не от обезьян, и возникнет шумиха…

– Уже ничего не возникнет… – устало сказал я.

– Это точно. Теперь самое главное…

Тарков не договорил. В комнату влетел запыхавшийся Жорж.

– Там это… толпа зараженных… совместно с мутантами… – выпалил он.

– Много? – спокойно спросил Тарков.

– Около тысячи! Не меньше, – ответил Жорж.

– Думаю, Игнат вам поможет. Постарайтесь не допустить прорыва, – сказал Тарков и убрал странную коробочку со стола, содержимое которой так и не удалось узнать. – Надеюсь, сегодня у вас получится?

– Получится что? – спросил я.

– Поймать мутанта, – пояснил Тарков.

– Зачем? – я вопросительно посмотрел на Жоржа, а затем на Таркова.

– Для исследований. Эти раздолбаи никак не могут заловить достойный экземпляр.

– Не барана ловим! – выпалил Жорж. – Времени в обрез, Игнат пойдем со мной. Нужно еще в арсенал заскочить…

Таких арсеналов я не встречал. Огромное количество разнообразного оружия. Времени разглядывать стеллажи просто не было. Схватив «АК-18» и «РПК-16», я нашел стеллаж со снаряженными магазинами и, отыскав подсумок, основательно заполнил его.

– Надень костюм, – Жорж вручил мне новенькую «Кобру» и легкие штурмовые ботинки. – Десять минут, и выходим на поверхность. Пулемет не бери, возьми что-нибудь полегче.

Переодевшись, я заменил пулемет на когда-то полюбившийся «ВАЛ», заранее отцепив приклад. Стеллаж с магазинами почти не тронут. Видимо, устаревшее оружие используется редко.

Вместе с Жоржем мы побежали к выходу с подземного этажа. По пути присоединился Тук.

– Игнат, что более нормального оружия не нашлось? – спросил он. На его плече я увидел винтовку «ACR3» и пистолет-пулемет немецкой производства.

– «ВАЛ» и АК – нормальное оружие, – ответил я.

Спустя несколько минут мы были за воротами. Несколько человек уже ждут нас. У ворот лежат сети и десяток тросовых гарпунов. Разлагающиеся трупы валяются повсюду и от стоящей вони хочется блевать.

– Будем работать совместно с пулеметчиками. Держимся одной группой. Как ликвидируем девяносто девять процентов тварей, начнем захват мутанта, – сказал Жорж, заряжая штурмовую винтовку.

Первые зараженные появились спустя несколько минут. Большая часть бежит по дороге, но некоторые по лесу. Такого большого количества целенаправленно движущихся тварей я прежде не встречал. Не дожидаясь приближения зараженных, загудел пулемет…

Спустя несколько секунд заработали еще три. На бегущих тварей обрушился свинцовый дождь. Крупный калибр рвал тела зараженных, пробивая одной пулей по несколько тварей.

Нацепив шлем, я активировал систему связи.

– Это ж сколько-работы-то будет! – воскликнул Тук, имея в виду последующую расчистку дороги от трупов зараженных. – Такая толпа в гости еще ни разу не заглядывала!

– Похоже, скоро и не такие толпы попрут, – сказал Жорж. – Мутанты сбивают зараженных в толпы и целенаправленно гонят на нас.

– Хреново это… подобные действия говорят о наличии интеллекта, – сказал я.

– Именно поэтому мы должны взять одного из них живым! – громко крикнул Жорж. – Давайте, парни! Мы сможем…

Спустя минуту пулеметный огонь скосил столько зараженных, что на асфальте образовался барьер из трупов. Твари принялись перелезать через мертвых сородичей и с прежним остервенением рваться в бой.

– Пусть пулеметы прекратят стрелять. Нужно подпустить их ближе, слишком много выстрелов уходит впустую, – скомандовал я. Электроника шлема отлично справляется с подавлением грохочущих выстрелов.

– Нет, пусть стреляют! – рявкнул Жорж.

Пулеметчики продолжили вести огонь короткими очередями. Двое сосредоточились в стрельбе по лесу, двое по основной массе на дороге. Вскинув автомат, я поймал голову твари в перекрестие штурмового прицела и сделал одиночный выстрел. Приклад нежно толкнул в плечо, и зараженный упал на землю. Пуля попала в правый глаз.

– Отличный выстрел, Игнат! – воскликнул Снайпер. – А с расстояния в километр сможешь так же?

– Хватит болтать! – суровый голос раздался в динамиках активных наушников, встроенных в шлем. Заговорил один из пулеметчиков. – Бейте прицельным огнем по лесу. Новенький – отличный выстрел!

Несмотря на серьезность организации, которую возглавляет Тарков, его парням явно не хватает дисциплины. Не обращая на них внимания, я сосредоточился на правой стороне и начал размеренно бить одиночными выстрелами…

Прошло несколько минут, и я заметил первого мутанта. Взобравшись на отвал из тел, он попытался пойти на прорыв, но короткая пулемётная очередь порвала его в клочья. Происходящее – банальная тренировка навыков стрельбы по движущимся мишеням. Ни одной твари не удалось приблизиться к нам ближе, чем на сто метров.

Мутанты не стали дожидаться, когда «пушечное мясо» в лице простых зараженных прекратит существование. Вклинившись в толпы бегущих зомби, они пошли в атаку.

– Сейчас самый замес начнется! – крикнул Снайпер в эфир.

Мутантам не удалось прорваться. Пулемётчики увеличили плотность стрельбы, рискуя перегреть стволы. На тварей обрушился смертоносный шквал крупнокалиберного огня. Из ворот выбежало еще несколько бойцов, вооруженных легкими пулеметами, и оказали дополнительную поддержку огнём.

Чуть больше минуты, и бойня почти закончилась. Три пулемета замолчали. Ствол ближайшего хищно смотрит на дорогу, раскалившись докрасна. Только одно орудие продолжает стрелять короткими очередями, добивая оставшихся в живых зараженных. Опустив автомат, я сказал:

– Почему они не нападают?

Трое мутантов встали на расстоянии двести метров от нас и наблюдают за происходящим.

– Сейчас нападут. Так каждый раз происходит… – сказал Жорж. Словно по команде, троица бросилась в последнее наступление.

Не обращая внимания на огромное количество изувеченных тел под ногами, мутанты с легкостью пересекли барьер из трупов и продолжили бежать в направлении нас. Снайпер вскинул винтовку, потратил на прицеливание секунду и выстрелил. Самый мелкий мутант лишился части черепа и рухнул замертво.

– Стреляй в правого. Большого не трогай, – сказал я Снайперу и заменил магазин в автомате. Пулемет окончательно замолчал. На поле бойни остались два мутанта и ни одного зараженного. Сбросив подсумок с магазинами и мешающийся «ВАЛ» прямо на дорогу, я проговорил в эфир: – Есть идея. Попробуем подпустить мутанта максимально близко. Стрелять запрещаю!

Не слушая кричащего Жоржа, я рванул в сторону от дороги. Нужно успеть отбежать от группы, чтоб оказаться сбоку от мутантов. Раздался одиночный выстрел, и второй мутант повторил судьбу товарища, рухнув с пробитой головой.

Отбежав около тридцати метров в сторону, я упал на одно колено и вскинув автомат, начал в прицел наблюдать за бегущим к воротам мутантом. Высокий, под два метра, с широкими плечами и внушительно развитой мускулатурой, он выглядит устрашающе.

– Приготовить гарпуны и сети! Пулеметчики, в случае чего открыть огонь! – рявкнул Жорж.

– Отставить! – приказал неизвестный, в котором я узнал Таркова. – Всем слушать Игната.

Мутант несётся на парней с огромной скоростью. Не меньше шестидесяти километров в час. Поймав мелькающие колени в прицел, я сделал выстрел, но не попал. Вторая пуля также ушла мимо. Жорж заверещал. Не слушая его, я выстрелил в третий раз, и, наконец, удачно. Пуля перебила коленную чашечку. Ноги мутанта подкосились, и он рухнул на землю. Пролетев по инерции с десяток метров, попытался вскочить и продолжить наступление. Не надеясь попасть, я выстрелил во вторую ногу и чудом сумел перебить ее в районе ступни.

– Кидайте сети! – радостно взвизгнул Жорж.

Парни рванули к извивающемуся, словно змея, мутанту и вчетвером набросились на него с сетью. Руки твари моментально запутались в ячейках.

Несколько человек взяли мутанта на прицел. Скинув мешающийся шлем, я прибежал обратно и схватил лежащий на земле «ВАЛ». Приблизившись к мутанту почти вплотную, взял на прицел. Используя руки, он начал ползти. Рывок, и сеть затрещала. Не задумываясь, я прострелил мутанту руки в районе локтевых суставов.

Сила и скорость мутанта феноменальны, но все же когда-то он был человеком. Физиология осталась прежней. Суставы и сухожилья выполняют все те же функции. Лишившись контроля над руками и ногами, мутант стал не опасен.

– Пакуйте его, парни, – сказал я.

Скинув шлем и выпустив оружие из рук, Снайпер захлопал в ладоши…

Мутант начал регенерировать практически сразу. Парни привезли на погрузчике специальную клетку и забросили его внутрь ее. Полчаса, и клетку доставили на подземный уровень. Всё это без моей помощи. Я отправился к Таркову.

– Присаживайся, Игнат, – сказал он. – Я знал, что у тебя получится.

– Было не сложно, – ответил я, опустившись на стул. – Твои парни совсем зеленые. Будь здесь Смирнов и Савельев, мы бы справились без них. Про пулеметчиков ничего плохого не скажу. Они поработали на славу.

– Да, пулеметчики у меня отличные, – кивнул Тарков. – А по поводу Жоржа и остальных – ты прав, они не настолько опытные. Некоторые из них совсем недавно были гражданскими. – Он достал из пачки сигарету и принялся крутить в руках. – Профессионалы на заданиях. Многие погибли. Я не всесилен.

– Все мы не всесильны, – согласился я и спросил: – Почему вы не используете костюмы «Ратник 5»? Имея такую броню, можно выходить с мутантом один на один.

– Инженеры много лет бьются над созданием нормальных аккумуляторов для питания систем, подобных «Ратник 5». Все тщетно, – не сдержавшись, Тарков закурил. – Наша организация постоянно наблюдала за изобретениями человечества. Всем известный «Прометей» даже сейчас находится под нашим контролем, – он сделал крупную затяжку и, выпустив изо рта клуб дума, продолжил: – Мои спецы выполняли другие функции. Ты служил в одном из лучших подразделений мира. Группа «Альфа» – самонаводящийся меч в руках власти нашей страны. Идеальный карающий орган. Скажи вам «Фас» – вы как волкодавы наброситесь на цель и достигните результата, чего бы это ни стоило!

– Не всегда так, – покачал головой я. Собеседник ушел от темы намеренно. Смею утверждать – «Особой отдел» не настолько крут, каким пытается казаться.

– Да? – удивился Тарков. – Ты про тот случай, когда не подчинился приказу? Не знаю, чем думал, но подвести группу под угрозу гибели – полный идиотизм.

– Никто не погиб. Штурм прошел удачно, – спокойно сказал я.

– Вот только ты не подчинился приказу и начал штурм раньше времени, – Тарков потушил сигарету и продолжил: – Ты мог остаться на службе, но выбрал другой путь.

– Знаю, – кивнул я. – Сейчас это не имеет смысла. Мы отклонились от темы. Есть более важные проблемы, которые требуют, как можно скорого решения.

– Согласен, – Тарков вытащил заветную коробочку из кармана и поставил на стол. – Думаю, тебе будет интересно взглянуть на эту вещицу…

Я открыл коробочку и вытащил из нее предмет, похожий на часы. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что вещица достаточно старая. При внимательном осмотре подобия циферблата насчитал тринадцать странных символов, которые выполняли функцию привычных нам цифр. Стрелок только две. Время сильно потрудилось над вещью, но она сумела сохранить более-менее узнаваемые очертания. Развернув «Часы» обратной стороной, в том месте, где должен быть механизм, я не увидел ничего. Просто цельно отлитый кусок неизвестного вещества, похожего на металл. Тарков молчит.

– Это часы? – поинтересовался я.

– Да, это часы, – кивнул он.

– Откуда они? Почему тринадцать символов и только две стрелки? – начал задавать вопросы я. – Из какого материала они сделаны? И почему нет привычного механизма?

Тарков ответил:

– Эти часы датированы несколькими миллионами лет. Они старые. Очень старые. Материал, из которого сделаны, установить не удалось. Не металл и не пластик. Что-то другое. Почему нет механизма, мы не смогли понять. Как и расшифровать странную писанину на циферблате. Две стрелки – что в этом странного?

– Секунды, минуты, часы. Стрелок должно быть три. Даже если согласиться с отсутствием секунд или часов, остается вопрос – почему тринадцать? Странное времяисчисление, не кажется?

– Нет. Просто у тех, кто пользовался этими часами, могла быть другая длина минуты. Ответ прост, – Тарков встал и прошел в середину кабинета. – А теперь ответ – мы всегда существовали на этой планете. Мы – люди. Человечество. Начиная с эпохи динозавров и заканчивая нынешним временем.

– Это бред! – воскликнул я. – Где доказательства? Мы должны были эволюционировать за такой большой промежуток времени. Оставить следы. Добиться небывалого развития.

– Бред? – Тарков усмехнулся. – Доказательств куча. Одно из них у тебя в руках. Есть целые музеи, где подобных вещиц огромное множество. Все засекречено. Эволюционировать? Акула существует со времен динозавров и так и не эволюционировала. Чем мы лучше? Добиться небывалого развития? Так добивались! Человек – самая идеальная биологическая система на планете Земля.

– Даже если я поверю в этот бред… – пробормотал я, и спросил: – Зачем мне это знать?

– Затем! – воскликнул Тарков и вернулся в кресло. – Каждый раз, когда человечество достигало определенного развития, нас уничтожают. Мы скатываемся до уровня каменного века, и все начинается заново. Цикличность.

– Но зачем? – удивился я.

– Как видишь, Игнат, вопросов больше, чем ответов. Над этой загадкой мы бьемся давно. И не только над ней. Возможно, так задумано Творцом.

– Попытаюсь поверить в этот бред… – прошептал я и вернул реликтовую вещицу на свое законное место. – Какова наша цель? Что мы можем сделать?

– Не знаю, почему выбор пал именно на вас, но он сделан, – ответил Тарков. – Многое теперь зависит от Смирнова. Чем быстрее он все вспомнит, тем лучше. Местоположение последнего обломка по-прежнему неизвестно.

– Да, – кивнул я. – Тот обломок. Что будет, когда мы добудем остальные?

– Мы не знаем. Скорее всего, это какой-то ключ, который откроет доступ к сокрытому, – ответил Тарков. – Есть предположение, что можно прекратить апокалипсис. Для этого мы должны перезапустить систему защиты.

– Предположение? – я поднялся. – Смирнов поручил мне найти обломок. Не прохлаждаться здесь за разговорами, а заняться делом. Думаю, завтра утром мы покинем вас и направимся в Аркаим…

– Подожди, Игнат, – перебил Тарков и убрал коробочку с часами со стола. – Тебе не интересно узнать остальное?

– Узнать то, что вы сами не знаете? – усмехнулся я. – Все ваши слова – пустой звук. Только догадки. Возможно – невозможно. Нужны действия.

– Благодаря тебе мы поймали мутанта. Его сегодня же начнут исследовать, – сказал Тарков.

– Как нам это поможет? Они начнут умирать? Или соберутся строем и уплывут в Антарктиду?

– Нет, они не станут умирать и никуда не денутся, но это поможет изучить природу вируса и узнать, от чего происходят мутации.

Тарков вытащил очередную сигарету.

– Не закуривай, – остановил я. Он недоуменно уставился на меня. – Завтра утром мы уедем отсюда, и это не обговаривается. Если есть возможность – подготовьте для меня пакет информации и скиньте его на мой планшетный компьютер.

– Хорошо, – ответил Тарков после секунды размышления.

Его пустая болтовня порядком надоела, и захотелось скорее прекратить ее. Я направился к двери, но остановился у самого выхода и спросил:

– Можно воспользоваться вашим арсеналом?

Тарков кивнул. Не сказав больше ни слова, я вышел в коридор…

Вернувшись в комнату, застал Наташу сидящей в кресле с безразличным взглядом.

– Ты теперь вообще не будешь посвящать меня в свои планы? – спросила она, продолжая смотреть в никуда.

– Сейчас не время выяснять отношения, – ответил я. – Нужна твоя помощь. Мы поймали мутанта, и я хочу кое-что выяснить.

– Что именно? – во взгляде появилась заинтересованность.

– Хочу узнать, способны ли они думать. Попробуешь прочитать его мысли?

– Я пробовала. Много раз. Зараженные действуют на уровне животных инстинктов. Они не умеют думать, – ответила Наташа. – Мутанты ничем не отличаются.

– Это не обычный мутант. Я поймал главаря. Такой попадался только два раза. Первый свернул шею Титову. Второй сейчас сидит в клетке. Их действия выглядят продуманными. Мутанты гнали на нас огромную толпу зараженных, что наводит на определенные мысли. Я хочу, чтобы ты попробовала.

– Хорошо, – согласилась Наташа, – я попробую.

Отыскав Жоржа, мы узнали место, куда увезли клетку с мутантом. Специальная лаборатория на этом же подземном уровне, сообщающаяся с поверхностью при помощи большого люка и лебедки. Клетку поставили в центр большого помещения с разнообразным исследовательским оборудованием. Молодой парнишка в белом халате не захотел впускать нас, но, увидев мой холодный взгляд, сразу же заткнулся и по-быстрому свалил.

Мутант сидит в середине клетки. Веревки и сеть, которыми его спутали, валяются рядом. Развороченные выстрелами суставы и связки почти регенерировали. Но, даже полностью не восстановившись, он сумел освободиться от пут.

Я подошел к клетке почти вплотную. Наташа осталась в стороне. Мутант медленно поднял голову и посмотрел. Когда-то он был молодым парнем не старше двадцати пяти лет с шикарными физическими данными. Рост под два метра, широкие плечи, отлично развитая мускулатура. Вирус оказался настолько избирательным, что взял себе лучших из лучших и превратил их в идеальные машины для убийства.

Мутант несколько секунд смотрел на меня, а затем поднялся на ноги. Колено не восстановилось, и движение вышло неловким. Сделав шаг навстречу, он взялся за мощные стальные прутья и злобно оскалился.

– Он думает! – воскликнула Наташа за спиной.

– Я говорил. Достаточно увидеть этот взгляд – он не тупая тварь, а монстр с зачатками разума и напрочь отсутствующим инстинктом самосохранения, – сказал я, продолжив смотреть мутанту в глаза. – Что за мысли таятся в его голове?

– Мышление на уровне двухгодовалого ребенка, – ответила Наташа. – Он представляет, как будет сворачивать тебе шею. Злости нет, только жажда смерти. Меня практически не замечает, потому что помнит, что именно ты стрелял в него.

– Значит, шею хочешь свернуть? – спросил я мутанта. – Может, тебе еще что-нибудь сломать?

Тварь резко дернулась и попыталась ухватить меня. Я не испугался, хотя жилистая рука не дотянулась до шеи совсем немного. Сжав и разжав пальцы, мутант издал басистый рык и убрал руку обратно.

– Ну, давай! – крикнул я. – Попробуй меня убить!

Попытка спровоцировать удалась. Мутант схватился за прутья клетки и попытался их сломать. Щель между прутьями стала немного шире, но все равно недостаточной, чтобы пролезть через нее. Вспышка ярости длилась несколько секунд, а затем он неожиданно успокоился, вернулся в середину клетки и просто сел.

В лабораторию влетели два человека в белых халатах. Первым оказался тот самый малый, не желавший впускать нас, а вторым – мужик в очках возрастом не меньше шестидесяти.

– Кто вам разрешал сюда входить? – спросил мужик грубым тоном.

– А кто запрещал? – переспросил я.

– Немедленно покиньте помещение! Как вас зовут? Вы новенький? – продолжил верещать мужик.

– Можно сказать и так. Я Игнат Шухов.

Мужчина повернулся к обиженному молодому и сказал:

– Слыхал? Иди, доложи Таркову.

Получив команду, молодой выскочил в коридор. Еще несколько секунд слышался топот его ботинок по бетонному полу. Повернувшись к нам, мужчина продолжил:

– Этого мутанта поймали для исследования. Вы знаете, насколько он опасен?

– Знаю, – спокойно кивнул я. – Именно мне удалось его поймать.

У мужика в халате отвисла челюсть. Какое-то время он стоял с открытым ртом, а затем к нему вернулся дар речи:

– Но как? Жорж сказал, что именно он поймал мутанта.

Я пожал плечами:

– Мне без разницы, что сказал Жорж. Я здесь не за этим. Все нужное мы уже узнали. Эти твари развиваются. А именно эта, – я показал рукой на клетку с мутантом, – может думать. Так что будьте с ним предельно осторожны. Если схватит за одежду – умрете раньше, чем поймете это.

– Но как вы узнали, что он может думать? – спросил ученый.

– Догадался, – я подмигнул ему и повернулся к Наташе, которая все это время стояла позади меня. – Думаю, нам не стоит больше отвлекать ученых своим присутствием. Может, сходим пообедать?

– Давай, – робко ответила она.

Мы покинули помещение, не обращая внимания на возмущающегося ученого. Продолжать вести разговор нет смысла. Вести дискуссию о разумных мутантах можно до бесконечности. Возможно, в другой раз я бы охотно поболтал с ним, но именно сейчас нет никакого желания.

В столовой оказалось пусто, что немного обрадовало. Недовольный повар по имени Игорь согласился накормить нас. По части кулинарных способностей: готовит он отлично. Повар порадовал нас вкуснейшей солянкой, а на второе принес картофельное пюре с котлетой. Во время трапезы я смог разговорить Наташу. Рассказал ей несколько смешных историй из прошлой жизни и даже несколько раз увидел на лице легкую улыбку…

По пути в комнату случилось ЧП. Жители бункера начали носиться по коридору. Остановив бегущего сломя голову Снайпера, я спросил:

– Что случилось?

– Мутант, которого мы поймали, лаборанта покоцал!

Ни сказав больше не слова, Снайпер скрылся в направлении лаборатории.

– Беги, давай, – сказала Наташа с улыбкой. – Без твоего участие там явно не обойдутся!

Кивнув, я направился следом за снайпером.

Около десяти человек столпились возле входной двери и примерно столько же внутри. Среди присутствующих увидел Таркова и сразу подошел к нему.

– Что случилось? – спросил я.

– Придурок-лаборант к мутанту полез, – нервно ответил Тарков.

– Живой?

– Мутант да. Лаборанту хана. Мне здесь нечего делать. – Махнув рукой, он решил удалиться и бросил через плечо: – Зайди, сам все увидишь…

Зрелище оказалось не из приятных. Лаборант решил поставить мутанту инъекцию снотворного. Понадеявшись на спокойствие сидящей твари, приблизился к клетке слишком близко. Просунув специальное устройство, он хотел сделать укол, но не успел понять, как мутант вскочил на ноги и схватил за руку прямо через клетку. Дальнейшее произошло меньше, чем за секунду. Мощным усилием мутант втянул тело внутрь, при этом раздавив лаборанту череп и почти все кости. Парень умер практически мгновенно.

– Нужно достать тело, – спокойно сказал Жоржу мужик в халате.

– И как ты предлагаешь это сделать? – поинтересовался тот.

Мутант, как и прежде, сидит в центре клетки. Тело лаборанта лежит рядом. Порвав брюшную полость, тварь вырвала печень и теперь спокойно поедает ее.

– Если вам не жалко, то можете пристрелить его, – вмешался я в разговор.

Присутствующие удивленно посмотрели.

– Стрелять нельзя, – покачал головой ученый. – Что если выстрелить в него снотворным?

Я ответил:

– Оно не подействует. Слишком высокая регенерация и, соответственно, метаболизм. Его организм не почувствует снотворного. Кажется, я предупреждал вас быть предельно осторожными?

– Предупреждал. Вот только я не успел ничего сделать. Мутант слишком быстрый, – виновато ответил ученый.

Закончив с поеданием печени, мутант, с полным безразличием ко всем присутствующим, засунул руку в брюшную полость лаборанта. Несколько секунд что-то искал, а затем медленно вытащил руку из брюха. Увидев зажатое в ладони сердце лаборанта, один из присутствующих тут же блеванул на пол и поспешно убежал в коридор. Откусив от сердца приличный кусок, мутант стал жевать его. Кровь потекла по подбородку на грудь, придав зрелищу ещё большую пикантность.

– Жорж! – рявкнул я.

– Что? – вздрогнул тот и удивленно уставился на меня.

Я ответил:

– Представление окончено. Все свободны. Зови парней. Будем вытаскивать лаборанта из клетки.

Провозились почти час, но, в конечном счете, смогли вытащить труп. Правда, без головы. Мутант практически не обращал на нас внимания, занятый трапезой. Несколько раз хотелось пристрелить его…

Вернувшись в комнату, я застал Наташу с планшетом.

– Тарков принес флешку с информацией. Я загрузила ее в планшет, – сказала она, не оторвавшись от экрана.

Я улыбнулся:

– Умница! Завтра утром уезжаем…

Ближе к полночи позвонил Смирнов. Пролистывая файлы Таркова, я практически сразу ответил на звонок.

– Здорова! – воскликнул Алексей и широко улыбнулся. – Как идут поиски?

– Привет, – ответил я. – Хреново всё. Застряли под Чебаркулем. Завтра выезжаем в сторону Челябинска. Ты добрался до места?

– Доберешься тут. Мутанты уже достали. За две тысячи километров пройденного пути мне не встретилось ни одного поселения выживших. – По интерьеру за спиной Алексея я понял, что он находится внутри бронированной машины. – Куда ни заезжал – везде поработали мутанты. Хреновы наши дела, Шухов, совсем хреновы…

Я вкратце рассказал свои приключения:

– Думаю, «хреново» – мягко сказано. База Титова подверглась нападению. База Астахова полностью уничтожена. Командира ОМОНа не нашел. Возможно, ему удалось уцелеть. Мутанты действуют сообща с зараженными. Тебе что-нибудь говорит фамилия Тарков?

– Нет. Кто это? – удивился Алексей.

– Командует одной странной организацией под названием Особый Отдел. Они приютили нас.

– Ни разу не слышал… – пробормотал Алексей. – В нашей стране столько различных секретных ведомств, что наличие какого-нибудь секретного отдела меня не удивляет. Какие цели они выполняли?

– Долго объяснять. Специфика деятельности довольно необычная. Занимаются предотвращением апокалипсиса.

– Такого я еще не слышал! – засмеялся Алексей. – И как они это делают?

– Практически никак. У меня есть пакет информации, собранный Особым Отделом за долгие годы. Я тебе его перешлю. Почитаешь на досуге. Там наши имена в конце постоянно фигурируют.

– Хорошо, – кивнул Алексей и спросил: – С мутантами как? Не докучают?

Я ответил:

– Сегодня утром была крупная атака. Твари действовали совместно с зараженными. Я принимал участие и сумел захватить главного мутанта живьем.

– Шух, да ты прям терминатор! – воскликнул Алексей. – Зачем им живой мутант? Исследовать?

– Да. Но это не главное, – ответил я. – Мутанты слишком быстро развиваются. Пойманная сегодня особь может думать.

– Я размышлял над этим, – сказал Алексей. – И пришел к такому же выводу. За последние несколько дней пришлось убить много мутантов. Они имеют классовое отличие. Некоторые сильные и быстрые, но практически не регенерируют. Таких много. А есть уникальные особи – скорость и сила просто поражают, регенерация страшенная. Пока не снесешь голову – хрен подохнет. Наверное, это прозвучит смешно, но я думаю, что это Альфы мутантов. Лучшие из лучших.

– Именно такого я поймал. Прострелил суставы на ногах и руках, – сказал я.

– Стрелять по суставам – отличная идея. Но лучше убивать выстрелом в голову, – планшет в руках Алексея зашатался, и вместо лица я увидел люк на потолке машины. – Отстань от меня! – рявкнул он кому-то.

– Ты там опять с бабой? – спросил я.

На экране компьютера возникла физиономия Смирнова.

– А чем я хуже тебя? – спросил он.

Бросив взгляд на Наташу, я увидел на ее лице легкую улыбку и улыбнулся в ответ.

– Где ты их находишь в условиях апокалипсиса? – спросил я, вернувшись к разговору.

– Кого? – не понял Алексей, но тут же ответил: – Ты про баб? Я никого не ищу. Катерину помнишь? Она со мной. Вчера машину поменяли. Нашел в одной военной части броневик «Тигр» с интегрированным медицинским модулем. Теперь ночуем в нем. Так сказать, люксовые апартаменты.

– Отличное приобретение. С Матвеем не связывался?

– Связывался буквально перед тобой. Он сейчас рядом с Волгоградом. Едет в Казань. Какие-то дела государственной важности решает. Позвони ему, должен ответить.

– Хорошо, – кивнул я. – Наберу непременно, но сперва скину тебе информацию.

– Тогда до связи, Игнат, – подмигнул Алексей.

– До связи, – улыбнулся я.

Смирнов отключил видеозвонок. Выбрав папку с файлами Таркова, я отправил ее Смирнову и Савельеву. Дождавшись окончания передачи данных, позвонил последнему.

Матвей ответил спустя минуту:

– Здравствуй, Игнат.

– Привет, Матвей. Можно поздравить тебя с победой? – спросил я.

– Поздравления неприемлемы. Я сделал то, что должен. Буквально перед тобой разговаривал с Лёхой. Он сказал, что ты движешься к Аркаиму. Хочу предупредить: остерегайся крупных городов.

– Ты про мутантов? Я умею их убивать. Лучше скажи, как там поживают Тейлор и Филиппыч?

– Отлично поживают. С ними живет алкоголик Петрович. Обустроили избушку по первому классу. Ни один мутант не подберется. Да и далеко от города они очень находятся, мало там тварей.

– Молодцы, парни, – улыбнулся я. – Скинул тебе инфу, будет свободное время – почитай.

– Я уже видел. Что там, если не секрет? – спросил Матвей.

– Долго рассказывать. Прочитаешь – поймешь. Лучше скажи, ты надолго в Казань?

– Нет. Проездом. Нужно встретиться с группой людей. После Казани сразу в Магнитогорск…

Савельев не успел договорить. Раздался сильный удар, и планшет выпал у него из рук. Из динамиков стали доносится шорохи и звуки. Спустя несколько секунд на экране снова возникло лицо Савельева, и он быстро сказал:

– Шухов, у меня тут мутанты в гости пожаловали. Конец связи…

Не дожидаясь моего ответа, Савельев отключил видеовызов.

Я встал с кресла и положил планшет на тумбочку. Обратился к Наташе:

– Ну что? Ложимся спать?

– У нас ведь всё получится? – спросила она, проигнорировав вопрос.

Я улыбнулся:

– Все получится! Даже не сомневайся…

Наташа встала с кресла и выключила свет. Небольшой светильник на тумбочке остался включенным, и в комнате остался легкий полумрак. Она подошла вплотную. Я увидел в ее глазах слезы.

– Игнат, мне страшно…

– Не бойся… – сказал я шепотом. Обнял за талию и притянул к себе.

Целуясь, мы сжимали друг друга в объятьях, растворяясь в огне нарастающей страсти и нежности…

Проснулся от чувства тревоги. Словно невидимый индикатор включился в комнате, извещая об опасности. Нащупав на тумбочке наручные часы, я взглянул на них. Без десяти четыре. Что же разбудило меня?

Сирена включилась внезапно. Красный плафон в углу интенсивно заморгал, а из динамика послышался голос Таркова:

– Объявляю общую тревогу. Всем собраться возле арсенала. Расчетное время – десять минут…

Наташа открыла глаза и начала озираться по сторонам. Голос Таркова продолжил вещать, поставленный на повтор.

– Что случилось? – испуганно спросила она.

Я за несколько секунд натянул спортивный костюм, прыгнул в кроссовки и ответил:

– Не знаю. Сейчас выясним. В любом случае собирайся, скорей всего совсем скоро мы покинем это место.

С быстротой, нехарактерной для женского пола, Наташа достала из шкафа свой защитный костюмчик и принялась одеваться.

Я не стал дожидаться, пока она закончит сборы и сказал:

– Я до оружейной. Узнаю, что стряслось. Не выходи из комнаты и жди моего возвращения.

Наташа кивнула. Я поцеловал её в щёку и быстро вышел в коридор. Таркова и остальных нашел в оружейной.

– Что случилось? – спросил я, проигнорировав приветствие Снайпера.

– К нам движется армия зараженных и мутантов, – ответил Тарков.

– Сколько?

– Примерно пять тысяч. Возможно, больше.

– Сколько там мутантов и в каком направлении движутся? – спросил я. Среди присутствующих заметил повара Игоря и даже того самого профессора в очках.

Ответил Жорж:

– Они не движутся с определенного направления. Окружили нас кольцом и наступают. Численность мутантов неизвестна даже приблизительно.

– Что будем делать? Пулеметы явно не справятся. Нужно что-то посерьезней. Второй ангар – что в нем? – поинтересовался я.

– Пустой он… – пробормотал Тарков, думая о чем-то другом.

Отыскав стеллаж с защитными костюмами, я за три минуты полностью экипировался и, не обращая внимания на создавшуюся суету, выскочил в коридор.

– Игнат, постой! – Жорж догнал меня в коридоре. – Слишком много мутантов, нам не справиться.

– Отставить панику! Вручай оружие каждому, кто умеет стрелять, и отправляй на охрану периметра. Или мне этим заняться?

– Нет… – растерялся Жорж. – Я все сделаю.

– Тогда до встречи, – я дружески хлопнул его по плечу. – Встретимся на поверхности…

Наташа сидит на кровати с прикрытыми глазами. Услышав, что я вошёл, она прошептала:

– Многие погибнут. Эту атаку не отбить…

– Отобьем, – отмахнулся я и строго сказал: – Ты в этом не участвуешь. Будешь сидеть в броневике и ждать моего возвращения.

– Но я умею стрелять! – возмутилась Наташа.

– Не сомневаюсь, – кивнул я. – В случае прорыва периметра мутантами вернуться к ангару в одиночку у меня будет втрое больше шансов. Твое неучастие не обговаривается.

Наташа осталась в салоне «Волка», пообещав не вмешиваться в события, что бы ни произошло. Включив систему связи, легким бегом направился к воротам.

– Расчетное время прибытия зараженных? – спросил я в эфир, взбираясь на огневую точку. Двое пулеметчиков бросили безразличные взгляды и вернулись к прицелам тепловизоров.

– Через пару минут начнется! – прилетел ответ Жоржа.

– Тоха, врубай прожекторы!

Практически мгновенно периметр вокруг забора осветили мощные фонари. Заняв позицию между пулемётчиками, я стал дожидаться подхода зараженных. Ненужный и мешающийся шлем снял и положил на ящик с патронами. Один из пулеметчиков с удивлением уставился на меня и спросил:

– Ты тот самый Игнат Шухов, который поймал мутанта?

– Да, – кивнул я.

– Слыхал, Дух?! – обратился он к напарнику.

– Слыхал, – ответил Дух. Парни по очереди протянули ладони. Дух сказал: – Теперь наш участок под надежной защитой. Твари точно не прорвутся.

Я покачал головой:

– Не обольщайтесь, парни, я не всесилен. Если мутанты прорвут оборону хотя бы в одном месте – нам всем крышка.

– Надеюсь, мы выстоим, – сказал первый пулеметчик. – Такой крупной атаки еще ни разу не было. Такое впечатление, будто их сюда что-то целенаправленно ведет…

Я пропустил фразу мимо ушей, но потом меня осенило. Что если тварей действительно притягивает какая-то неведомая сила? Быть может, всему виной я и Наташа? Вдруг мутанты чувствуют нас? Или того хуже – каждый мутант связан с сородичами чем-то наподобие телепатии, и сидящая в клетке тварь зовет на помощь… Нужно будет рассказать об этом Смирнову. Возможно, он знает ответы…

Ощущение опасности не пропало с момента, как я проснулся. Интуиция упорно подсказывает хватать ноги в руки и бежать как можно дальше от базы. Усилием воли погасив нарастающую панику, я вернулся к наблюдению вверенного нам участка периметра.

Фонари справляются, освещая территорию вокруг забора на добрых сто метров. Несколько прожекторов подняты выше и освещают дорогу почти на двести метров. Именно на дороге появились первые зараженные, и именно они первыми почувствовали на себе полноту ощущений крупнокалиберного огня.

На нашу огневую точку взобрались еще два парня, вооруженные до зубов. Зачем, помимо автоматов, им понадобились мощные крупнокалиберные винтовки, мне непонятно. Когда твари выйдут из леса на открытое пространство, то понадобится плотный огонь. Винтовки бесполезны.

Пулемёт на соседней огневой точке начал поливать зараженных короткими очередями, нарушив утреннюю тишину страшным грохотом.

– Тяжелое выдастся утро! – сказал один из новоприбывших парней и спросил меня: – Ты Игнат?

Я кивнул.

– Надень шлем. Жорж уже с минуту ищет тебя.

Нацепив шлем, я включил активные наушники и сразу же услышал недовольный голос Жоржа.

– Шухов, черт бы тебя побрал, отзовись!

Я буркнул:

– Тут я.

– Ты куда пропал? Я уже всех на позиции расставил, – раздраженно сказал Жорж.

– Я на точке справа от ворот. Здесь самая ослабленная позиция. Твари уже прут по дороге, – ответил я.

– Оставайся там. Я с южной стороны. Тут от леса до забора около шестидесяти метров. Позиция тоже не ахти, но у меня бойцов в два раза больше. Если не сможете сдерживать, зовите на помощь.

– Хорошо, – ответил я.

Парень по прозвищу Дух подключился к обороне и принялся поливать дорогу свинцовым дождем. Из всех пулеметов только у него мощный «КПВ» калибра четырнадцать и семь. Двое новоприбывших бойцов вскинули винтовки «Баретт» и стали выискивать цели. Даже оснащенный системой приглушения звука шлем не смог справиться с грохотом рокочущего в паре метров пулемета. Каково пулеметчикам? Их лёгонькие наушники вряд ли справляются.

Предусмотрительный строитель расположил огневые точки через каждые сорок метров по всему периметру внутри забора. Только две из них стоят близко друг другу, находясь по обе стороны от ворот.

Как только зараженные показались из леса, я начал стрелять. Один выстрел – один убитый. Тело на уровне инстинктов выполняет поставленные задачи. Отключив сознание, я стал с оружием единым целым. Автомат – продолжением тела, которое безоговорочно выполняет требования. Пули летят одна за другой…

Справа заработал «Корд». Избитые крупным калибром с прошлых атак деревья начали получать новые повреждения. Попав в ствол тоненькой березы, пуля «КПВ» разнесла его на мелкие щепки, и дерево с треском сломалось. Упав, оно придавило троих зараженных.

Сменив пустой магазин на новый, я продолжил целенаправленный отстрел. Справа и слева, в соседних огневых точках, мелькают множественные вспышки выстрелов. Пространство дрожит от грохота. «КПВ» замолчал, и Дух тут же принялся менять стреляную ленту. Второй пулемётчик без дополнительной команды перешёл на стрельбу длинными очередями, рискуя перегреть ствол. Два дебила с винтовками стали раздражать. Словно услышав мои мысли, они одновременно побросали их и схватили легкие пулеметы. Плотность огня увеличилась.

– Игнат, как там у вас? – спросил Жорж. Переговоры других парней не слушаю, сосредоточившись на отстреле зараженных.

Меняя магазин на новый, я ответил Жоржу:

– Все нормально. Пока держим. Мутантов не замечено.

«КПВ» заработал, но замолчал «Корд».

– У нас тоже пока без мутантов. Если так дальше пойдет – справимся! – радостно прокричал Жорж.

Кончились первые пять минут боя. В десяти метрах от леса образовался барьер мертвых тел. Пулеметный огонь не прекращается ни на секунду. Пол огневой точки усыпан толстым слоем стреляных гильз. Один из придурков, притащивших с собой винтовки, умудрился перегреть пулемет.

Мутанты явили себя. Двигаясь с высокой скоростью, они не стали выходить на дорогу, использовав для прорыва только определенный участок леса. Два пулемета молниеносно определили возникшую угрозу и принялись поливать мутантов свинцом.

– Мутанты, – сообщил я в эфир. В ход пошли барабанные магазины на девяносто шесть патронов.

– У нас тоже прут, – ответил Жорж.

Парни с других огневых точек также подтвердили вмешательство тяжёлой пехоты.

Поймав в прицел особо прыткого мутанта, я выпустил по нему короткую очередь. Тварь упала замертво, присоединившись к толпе лежащих на земле сородичей. Отыскав в прицеле следующего, я хотел нажать на курок, но пулемет Духа сработал немногим раньше и в буквальном смысле порвал мутанта на куски…

Атака мутантов захлебнулась. Пара минут, и мы выработали определенный ритм. Кажется, парни расслабились…

Еще минута, и всё кардинально изменилось. «КПВ» Духа прекратил стрелять. Парень попытался перезарядить заклинившее оружие, но у него ничего не вышло. Не знаю, где парни Таркова раздобыли старый пулемет, но он подвел в самый неподходящий момент. Дух бросил попытки реанимировать пулемёт и схватил висящий за спиной автомат. Скинув предохранитель, подключился к стрельбе.

– Жорж! – рявкнул я в эфир. – Пулемет накрылся!

– Сдержите? – испуганно спросил Жорж.

Вмешался Тарков:

– Жорж, ты тупая сука! Я тебе сколько раз говорил, что нужно заменить орудие? – помимо угрозы в голосе послышались нотки паники.

– Пока сдерживаем, – сказал я. – Не паникуем раньше времени. По возможности выдели нам одного-двух бойцов.

Из леса выскочили сразу шесть мутантов и рванули к нам. Твари не обратили внимания на свинцовый дождь и мертвых сородичей, мешающихся под ногами.

Самый крупный из мутантов в несколько прыжков преодолел почти половину расстояния. Взяв на упреждение, я выпустил длинную очередь, стараясь попасть в голову. Мутант, словно почувствовав угрозу, рванул резко влево. Только одна пуля нашла цель, попав в живот. В следующую секунду он сделал то, что изменило ход сражения людей и зараженных.

Схватив труп мелкого зараженного за ногу, мутант крутанул его вокруг себя и, словно метатель молота, запустил в нашу сторону. Человеческий снаряд не долетел до нас нескольких метров и, стукнувшись о забор, упал на землю. Мутант, не удержав равновесие, присел на одно колено. Этого мгновения мне хватило, чтобы снести ему полчерепа.

То, что сделал с трупом мутант, тут же взяли на вооружение сородичи. Твари поумнели на глазах и начали прикрываться телами зараженных, словно щитами. Это их не спасло. Пули с легкостью пробили мясные щиты, не оставив мутантам шанса…

Пулеметчик до предела увеличил длину очередей. Твари поперли нескончаемым потоком, словно подключился скрытый резерв. Мой боекомплект начал таять прямо на глазах. Пустые магазины полетели на пол один за другим…

Замолчал второй пулемет. Боец принялся устанавливать новую ленту. Мутанты почувствовали короткую брешь в обороне и сосредоточились на взятии нашей огневой точки. Особо прыткий вырвался вперёд и попытался достичь безопасной зоны, которая спасёт от пуль. Я всадил в него минимум пять пуль, но это не помогло. Прыжок, и тварь оказалась вне досягаемости.

Шансы отбиться у нас были, но случилось то, чего никто не ожидал: один из парней бросил пулемет и, прокричав что-то невнятное, рванул к лестнице.

– Куда, сука! – рявкнул я, зная, что он не услышит.

– Шухов, что происходит? – спросил Тарков.

– Один свалил, – ответил я и вернулся к обороне. Объяснять, что произошло, нет времени.

Пулемет заработал вновь, но остановить волну бегущих тварей мы уже были не способны. Мой автомат щелкнул затвором, известив о пустом магазине. На перезаряд ушло чуть больше секунды. За это время еще три твари достигли забора и стали недоступны для поражения. Бросив взгляд за спину, я увидел, как пулеметчик удирает в сторону ангара. Дух резко развернулся и, практически не целясь, выпустил короткую очередь в сторону убегающего. Попал. Парень, споткнувшись, упал на асфальт.

«Зачем?» – успел подумать я. Дальнейшее показалось безумием. Напарник убитого понял, что произошло. Лицо скривилось в гримасе ненависти. Мгновение, и ствол его пулемёта уперся в бок Духа.

Находясь на линии огня, я мгновенно понял, что может произойти, и начал разворачивать корпус и оружие, чтобы предотвратить убийство. Достаточно ранить парня в плечо. Время замедлило ход. Мой автомат слишком долго поворачивается сторону парня с пулеметом. Мне не успеть…

Палец нажал на спусковой крючок, и оружие со вспышками выплюнуло несколько пуль, которые прошили Духа насквозь. В боку болезненно обожгло. Одна пуля досталась мне. Легкие бронепластины, вшитые в костюм, не справились с задачей. Поймав тело стрелка в прицел, я сделал один выстрел. Парень свалился следом за Духом. Жорж и Тарков продолжили орать в эфир. Пулемёт «Корд» стреляет одной длинной очередью. Развернувшись, я увидел пулеметчика сидящим на коленях. Одной рукой он зажал рану в боку, а другой держится за пулемёт, зажав спусковой крючок.

Скинув шлем, я моментально ощутил всю полноту звуков кипящего боя. Отстреляв все патроны, пулемет замолчал. Выпустив рукоять, парень опустился на пол. По белеющему лицу я понял, что он не жилец. Дух и его убийца еще подают признаки жизни, лежа в метре друг от друга и заливая усыпанный гильзами пол свежей кровью.

Парни с соседней огневой точки не поняли, что произошло. Они сосредоточились на воротах, у которых уже собралась приличная толпа из зараженных и мутантов. Захлопали брошенные гранаты. Наша защита окончательно захлебнулась…

Сделав несколько шагов, я плюхнулся на ящик с патронами, чувствуя бегущую по ноге тёплую кровь. Вернув шлем на голову, услышал истошный рёв Таркова:

– Отступайте к ангару! Отступайте к ангару! Где Шухов? Кто-нибудь видел Шухова?

– Они перестреляли друг друга, – ответил кто-то из бойцов, скорее всего с соседней огневой позиции.

– Вытащите Шухова! Это приказ!

– Себя спасайте, – сказал я. С трудом поднявшись, закинул ремень автомата на плечо.

– Живой, сука! – радостно заверещал Жорж.

– Сам ты сука, – прошипел я. – Ваш боец нас всех угробил…

Бойцы бросили огневые точки и рванули к ангару. Я сделал шаг. В теле появилась слабость. На рану в боку смотреть не хочется. Переборов себя, я спустился по лестнице и посмотрел на ворота. Толпа тварей с той стороны прибывает, грозя вот-вот завалить их. Один из мутантов взобрался на головы сородичей и перемахнул за ворота. Я прицелился. Три выстрела, и тварь упала замертво. Шум боя прекратился. Все отступают к ангару, понимая, что зараженные вот-вот прорвутся через забор. Ворота затрещали, готовясь открыться створками внутрь.

Я побежал к ангару, превозмогая боль в боку и сильное головокружение.

– Твою ж мать! – крикнул испуганно в эфир Тарков. – Мутант вылез из…

Его голос прервался. Следом в наушниках раздался хруст ломающихся позвонков…

Механизм запирания ворот застонал на всю округу, продержался несколько секунд и, не выдержав нагрузки, развалился. Створки распахнулись. На территорию базы хлынула живая волна мутантов и зараженных. Последним повезло меньше всего. Тех, что мешаются под ногами, мутанты просто смели с дороги.

Я преодолел половину пути. Развернувшись, увидел стремительно бегущую массу. Мутанты вырвались вперед и заметно оторвались от зараженных. Не целясь, дал длинную очередь, которая не имеет смысла, и выбросил теперь ненужный автомат. Следом за ним полетел шлем. Собрав остаток сил, рванул к ангару…

Видимо, я оказался последним. Оглянувшись назад, увидел догоняющего мутанта. Мысленно представив, как тварь свернет мне шею, поддал ходу, чувствуя, что нахожусь на пределе возможностей…

Ситуацию спасла Наташа. Запустив внедорожник, поехала навстречу. Вывернув руль, она остановила машину в метре от меня. На открытие двери и посадку внутрь ушло чуть больше секунды.

– Газу! – воскликнул я, пытаясь захлопнуть дверь и чувствуя, что не успеваю. Мутант в последний момент ухватился за дверь. Его свободная рука тут же вцепилась в мой костюм. Внедорожник сорвался с места. Я бросил попытки закрыть дверь. Мутант оскалился и попытался вытянуть меня из салона. Не раздумывая, я решился на отчаянный поступок. Размахнувшись, влепил левый кулак в нос мутанта, но он не почувствовал удара и начал тянуть меня наружу с вдвое большим усилием.

– Пригнись! – крикнула Наташа.

Мы почти въехали в ангар. Чувствуя боль в боку, я согнулся и ухватился за рычаг переключения передач. Мотор взревел. Раздался выстрел, и мутант вывалился наружу…

Выпустив рычаг, я сообразил, что переборщил с усилием и вырубил передачу. Машина по инерции вкатилась в ангар. Парни тут же закрыли ворота.

Мутанты и зараженные надавили на створки, и ворота выгнулись. Образовалась щель, и твари сразу просунули в неё руки.

– Задний ход. Нужно подпереть ворота внедорожником, – сказал я Наташе и спрыгнул на бетонный пол.

Внедорожник «Волк» рванул назад и, несильно ударив в ворота, остановился. Один из бойцов чудом не угодил под колёса броневика и отпрыгнул в сторону в последний момент.

– Игнат, ты ранен? – Наташа выскочила из машины и подбежала ко мне.

– Не сильно, – ответил я, пытаясь стянуть костюм. Слабость в теле усилилась до предела. С трудом удаётся держаться на ногах.

– Жорж, что случилось с Тарковым? – спросил я, облокотившись спиной на крыло броневика.

– Мутант сломал клетку, – ответил Жорж.

Наконец-то удалось снять костюм. Я прошептал:

– Тарков жив?

Жорж ответил без надежды в голосе:

– Пока да…

Рана в боку хуже, чем ожидал. Пробив тело Духа и бронепластину комбинезона, пуля деформировалась, разорвала кожу и засела глубоко в мышце, проделав в ней крупное рваное отверстие.

– У вас есть доктор? – спросила Жоржа Наташа.

– Профессор раньше работал в больнице. Только это… – Жорж замялся. – Он патологоанатом…

– Если продолжать тупить, – вмешался Снайпер, – его услуги в скором времени понадобятся!

Я самостоятельно дошел до комнаты, оборудованной под медицинский кабинет. Три реанимационные койки в метре друг от друга. На одной лежит Тарков. Лицо белее белого. Из уголка губ сочится чуть видимая струйка крови. Профессор в очках мокрый от пота. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что Тарков не жилец.

– На койку его! – бросил Профессор, не оборачиваясь, и продолжил копаться в препаратах.

Зажимая рану в боку, я подошел к Таркову.

– Шухов… Живой… – еле слышно сказал он.

– И ты живой, – ответил я. – Сейчас тебя подлатают, будешь как новенький.

– Меня уже не спасти… Игнат… постарайся не сдохнуть… ты должен дойти до Аркаима…

Тарков закашлял. Изо рта обильно пошла кровь. Я посмотрел в стеклянные глаза, в которых ещё теплится лучинка жизни и сказал:

– Я обязательно дойду…

Тарков ушёл. Множественные переломы позвонков и грудной клетки – это только внешние повреждения. Странно, что он продержался так долго. Видимо, ждал меня. Реанимационный аппарат отключен. Профессор не пытался спасти Таркова. Он просто облегчил его страдания, сделав укол наркотика.

Я осторожно лег на койку и расслабился.

– Как ваше имя? – спросил я профессора.

– Кирилл Данилович. Патологоанатом, – представился он и приложил два пальца к шее Таркова. Покачал головой и сказал: – Мёртв.

– Да, – сказал я. – С такими повреждениями не живут и минуты. Тарков был сильным бойцом и не позволил смерти забрать его раньше времени. Он ждал меня, чтобы сказать не имеющую значения фразу. Умер с надеждой…

– Не могу понять – вы в своём уме? – спросил Кирилл Данилович. – Рассуждать о смерти и при этом быть тяжело раненым. Странно…

– Я лежу на реанимационном столе. Рядом лежит мертвец. Лечить меня будет патологоанатом. По-вашему, у меня должна случиться истерика? – спросил я. – За последнее время погибло много людей. Очень хороших людей. Тарков в их числе. Делайте свою работу, Кирилл Данилович.

Кирилл Данилович встретился со мной взглядом и тут же засуетился. Схватив со стола шприц, сказал:

– Я сделаю вам укол промедола.

Я закрыл глаза и ответил:

– Делайте без анестезии и как можно быстрее. Наверху огромная толпа мутантов, которые в любой момент могут сломать ворота. Не хочется застать этот момент под действием наркотика.

Кирилл Данилович приступил к работе. Не знаю, как, но я почувствовал, что органы не задеты. От патологоанатома требуется немногое – извлечь пулю и сшить порванные ткани. Мне повезло. Попади пуля в живот – смерть была бы мучительной.

– Давно вы в этой организации? – спросил я, чтобы хоть как-то отвлечься.

– Около двух месяцев. Раньше я работал патологоанатомом в Чебаркульском морге, – ответил Кирилл Данилович и сделал надрез.

Мое лицо перекосило от боли. Чудеса начались, когда пришёл черёд извлекать пулю.

– Много здесь таких, как вы? – спросил я, прикусив губу.

Кирилл Данилович вынул пулю и с интересом уставился на нее. Ответил:

– Много… Большая часть…

Пять минут, и рана зашита. Я осторожно сел.

– Игнат, вы уникальный человек! – воскликнул Кирилл Данилович.

– Почему? – спросил я, поднимаясь на ноги и рассматривая причудливый узор на боку. Совсем недавно там была рваная рана.

– У вас поразительная свертываемость крови, – пояснил он. – Я никогда не видел ничего подобного. Болевой порог – просто удивительный! Вы не замечали ничего странного со своим организмом?

– Замечал, – кивнул я. – Извините, но на разговоры нет времени. Спасибо вам, Кирилл Данилович. – Пожав руку и проигнорировав недоумение патологоанатома, я вышел в коридор.

Тарков мертв. Организация Особый Отдел с каждым днем становится все более расплывчатой. Отсутствие дисциплины и подготовки. Где хваленые разведчики? Тарков владел информацией. Тарков знал многое. О нас – практически всё…

Почему Особый Отдел не укладывается в моей голове. Что не так? Люди Таркова – не профессионалы. Люди Таркова – любители. Быть может, я чего-то не понимаю? Разбираться нет желания…

Я направился в арсенал. Нужно сменить одежду. Бойцы бегают по коридору и бросаются удивлёнными взглядами. Голый по пояс, измазанный кровью, с только что зашитой раной, я, наверное, выгляжу жутко.

В арсенале пусто, если не считать сидящего на ящиках повара. Игорь, что тебе здесь нужно? Увидев меня, он вскочил на ноги и объявил:

– Тарков мертв!

– Знаю, – кивнул я.

– Я его непосредственный заместитель! – выпалил Игорь.

Я нахмурился:

– Это шутка?

– Нет. На случай подобных ситуаций Тарков оставил подробные указания.

Я усмехнулся:

– Не смеши меня, мужик! Ваша организация – это бред. Мы уезжаем. От вас требуется заблокировать вход в убежище. Когда мутанты сломают ворота и прорвутся внутрь, мы проедем прямо по ним.

– Мне именно это и нужно. В убежище зараженным не прорваться, а на случай эвакуации у нас есть аварийный выход. О нас не беспокойся. Я уже связался с разведчиками. Через пару дней придёт помощь.

Игорь протянул мне заранее приготовленную стопку чистой одежды.

– Почему я так и не увидел ни одного хваленого разведчика? – спросил я. Этот вопрос нужно было задать Таркову. Увы, но мертвые не говорят.

– Потому что они заняты более важными делами, – ответил Игорь. – Связь будем держать через «Прометей». В Магнитогорске вас будут ждать.

– Кто? – спросил я и начал переодеваться. Ответ Игоря не заставил ждать:

– Настоящие бойцы особого отдела. Путь к Аркаиму в одиночку тебе заказан. Мутанты просто не дадут пробиться.

– Почему?

– Ты еще не понял? Они чувствуют тебя. Ты для них как бельмо в глазу.

Я повторил вопрос:

– Почему?

Странно… боль в боку слабеет с каждой минутой. Отыскав на стеллажах новенькую «Кобру», я принялся натягивать ее на себя.

Подумав, Игорь ответил:

– Потому что ты принял в себя часть защитной системы, как и Смирнов. Мутанты будут стремиться уничтожить вас. Смирнов также не останется без поддержки.

– Хорошо, – закончив переодеваться, я спокойно подошел к Игорю и резко схватил его за горло. Он перехватил моё предплечье двумя руками, но не смог ничего сделать. С таким же успехом можно пытаться согнуть лом.

Немного усилия, и Игорь повис в воздухе. Убивать нельзя. Я разжал ладонь, и повар мешком свалился на пол.

– Беги, Шухов… – захрипел Игорь, энергично растирая горло. – Беги как можно быстрее. Мутанты набираются сил. Твои способности не помогут. Ты просто не понимаешь, насколько всё серьезно…

Вход на подземный уровень заблокировали мощной стальной дверью. Мутанты не успокаиваются ни на минуту. Ворота ангара вот-вот рухнут.

Запустив двигатель внедорожника, я посмотрел на Наташу.

– Мы пробьемся? – испуганно спросила она.

– Легко. «Волка» им не остановить…

Внедорожник с легкостью тронулся вперед. Проехав в глубь ангара, я развернулся и встал передом к воротам. Твари навалились, чувствуя, что останавливающая их преграда готова рухнуть. Шарнир в нижней части ворот со щелчком оторвался от швеллера, и твари полезли в образовавшуюся щель. Несколько секунд, и лопнул второй шарнир. Трехметровая створка отлетела в сторону, сломав запорный механизм в нижней и верхней части. Проход открылся, и в ангар повалила волна тварей. Мутанты играючи раскидали зараженных и в мгновение окружили броневик.

– Чего ты ждешь? – шёпотом спросила Наташа.

– Хочу посмотреть на их реакцию, – ответил я и успокоил: – Бронированные стекла им точно не пробить.

Уехать немедленно – разумнее всего, но мне захотелось изучить повадки мутантов.

Здоровенный мутант, похожий на пойманного как две капли воды, запрыгнул на капот. Освещение ангара работает, и оскалившуюся рожу отлично видно. Упав на корточки, мутант приблизил голову к лобовому стеклу. Двое других уткнулись мордами в боковые стёкла. Толпа тварей вокруг броневика растёт с каждой секундой. Крыша не избежала оккупации.

– Ну и что ты будешь делать? – спросил я, посмотрев на тварь за стеклом.

Мутант замахнулся и ударил кулаком по стеклу. Глухой удар. Рука сломалась чуть выше запястья. Наташа вскрикнула и, схватив меня за рукав, затараторила:

– Игнат, поехали! Мне страшно!

– Кости прежние, ломаются на ура, – высказал я мысли вслух.

Мутант у бокового стекла отклонился назад. Удар лбом. Стекло выдержало, но окрасилось кровью.

– Вот теперь поехали! – радостно крикнул я.

Раскрутив мотор до красной зоны, бросил сцепление. Восьмитонную махину, стоящую на сухом бетонном основании, очень трудно заставить сорваться в шлейф. Мне не удалось. Машина просто ускорилась, подминая под себя стоящих и бегущих зараженных. Подвеска отлично справилась с неровностями, которыми стали человеческие тела. Шумоизоляция не дала услышать треска костей, но представить, что происходит под колесами, было не трудно.

Выскочив из ангара, я резко вывернул влево и, кажется, услышал, как слетел на землю сидевший на крыше мутант. Сидящий на капоте сумел удержаться. Резкое переключение на вторую передачу, и разгон до шестидесяти километров в час.

– Пристегнись! – скомандовал я. Наташа послушно накинула ремень.

Услышав щелчок фиксатора, я нажал на педаль тормоза. Мутанту не повезло. Он свалился на асфальт. Последнее, что увидел мутант, – было колесо, проехавшее по его голове.

Путь к воротам преградили сотни зараженных, бегущих в направлении ангара. Не церемонясь, я стал давить их. Лобовое стекло быстро забрызгало кровью. Фары перестали светить. Вспомнился анекдот «идем по приборам». Я продолжил ехать. Скорость пришлось снизить до тридцати километров в час. Труднее всего оказалось переехать завал из трупов. Машина сильно подпрыгнула. Перед перелетел барьер из зараженных, но до твердого покрытия колеса не достали. Нажав на газ сильнее, я почувствовал, как начали буксовать два колеса, а затем включилась блокировка дифференциала, и заработали все четыре. Несколько секунд «Волк» стоял на месте с вывешенным задним мостом, но потом мощный протектор на передних колесах перетер трупы и, достигнув твердого покрытия, прыгнул вперед. Нам удалось вырваться…

Рассвело. Открыв дверь, я высунул голову и, обруливая зараженных, продолжал ехать. Такой способ оказался удобным, потому что, включив дворники, я только усугубил ситуацию – размазал кровь по стеклу.

Когда мы выехали на пустой участок дороги, я остановил машину. Внедорожник выглядит жутко: весь в крови и ошметках мяса, под днище вообще не стоило заглядывать, на рычагах и приводах болтаются намотанные и застрявшие ошметки человеческих тел. Мощный бампер не помялся, а вот фара-искатель на крыше отсутствует. Его судьба осталась тайной…

С трудом отмыв лобовое стекло из бутылки с водой, которая нашлась в грузовом отсеке, мы двинулись в путь.

– Игнат, что это было? – спросила Наташа.

– Ты о чём? – вопросом ответил я, зная, что она имеет в виду.

Приступы неконтролируемой агрессии – что-то новенькое. Когда я схватил Игоря за горло, мне хотелось убить его. Просто так. Он не сделал ничего плохого. Потом в ангаре. Я намеренно подвергал нас опасности, наслаждаясь преимуществом над мутантами, а после давил тварей, хотя мог этого избежать. Я рисковал. Машина могла забуксовать и за считанные минуты превратиться в облепленную мутантами полусферу. Помощи мы бы не дождались. Умирать без воды и еды – мучительно. Я это понял только сейчас…

– Твое лицо! – гневно воскликнула Наташа. – Я видела, что тебе нравится давить мутантов. Ты был в восторге!

– Не знаю, что на меня нашло… – попытался оправдаться я.

– Нет, Игнат! Здесь что-то другое. Раньше ты никогда не был таким, – Наташа немного подобрела. Я так и не рассказал ей про неконтролируемую агрессию, от которой нас лечил Смирнов… Но тогда я не чувствовал изменений, а сейчас понимаю и чувствую, что со мной что-то происходит.

Тяжело вздохнув, я рассказал:

– Когда я переодевался, у меня состоялся разговор с поваром. Игорь – заместитель Таркова. Схватив за горло, я едва не убил его…

– Он говорил что-то плохое? – поинтересовалась Наташа.

– В том-то и дело, что нет. Просто меня сильно раздражала его болтовня… – я объехал по обочине одиноко бредущего зараженного. – Но это еще не все…

– Что еще? Говори! – приказала Наташа.

– Рана в боку не болит… и сила. Я стал гораздо сильнее…

– Насколько? Ты последнее время постоянно развивался. Я это замечала. Стал быстрее, сильнее и практически не уставал.

– Сейчас по-другому. Схватив Игоря за горло, я без особого труда поднял его в воздух одной рукой! Семьдесят килограмм на вытянутой руке – очень много.

– Останови машину! – неожиданно сказала Наташа.

– Зачем? – спросил я, прижимаясь к обочине по привычке, словно могу доставить неудобство другим участникам движения. К этому трудно привыкнуть.

– Я хочу взглянуть на рану, – объяснила Наташа.

Мы вышли из машины, и я принялся стягивать с себя костюм. Раздевшись, удивленно уставился на рану. Она почти заросла.

– Похоже, нужно звонить Смирнову… – пробормотал я.

– Игнат, ты меняешься. Я не знаю, хорошо это или плохо, но такая регенерация ты сам знаешь у кого.

Я нахмурился:

– Ты про мутантов? Я не имею к ним никакого отношения. Скорее всего, это воздействие защитной системы.

– А вспышка агрессии – побочный эффект? – спросила Наташа.

Я оделся. Мы сели в машину. Наташа пристально посмотрела и шёпотом спросила:

– Где гарантии, что ты не сойдешь с ума?

Нагнувшись, я аккуратно поцеловал ее в губы, прижал к себе и сказал:

– Не сойду. Пока ты со мной – не имею права. Я научусь контролировать себя…

Я вызывал Смирнова несколько раз, но он не ответил. Савельев оказался недоступен. Возможно, в горах застрял… Полагаясь на удачу, набрал Артема Кириенко и практически сразу увидел довольную улыбку на экране планшета.

– Привет, дружище! – радостно воскликнул Артем.

– Здорова, Тёма! – улыбнулся я.

– Хмурый Шухов. В своём репертуаре. Как дела у вас? Мутанты не одолели? – поинтересовался он.

Я вкратце рассказал все события, случившиеся с нами за несколько дней, не оставив в стороне недавно приобретенные способности, странную организацию Особый Отдел и атаки мутантов на поселения выживших.

– Хренасе у вас чудеса происходят… – тихо сказал Тёма, озадаченно почесав за ухом. – У нас попроще. Первое время мутанты нападали почти каждый день. После третьей отбитой атаки я занялся усилением периметра и поставил дополнительные оборонительные устройства. В целом, пока справляюсь. Добрынин отправил мне с десяток обученных ребят. Кстати, они тоже неплохо укрепились. На месте старого завода выросла целая крепость. Они используют несколько боевых машин для поддержки танков. Если атаки со стороны мутантов будут продолжаться, то в скором времени возникнет проблема с топливом. Сам знаешь, крупная техника прожорлива.

На заднем фоне, за спиной Артёма, я увидел БМПТ «Терминатор», сделанный на базе всем известного проекта «Армата».

– Ты можешь скинуть мне все файлы, которые тебе передал Особый Отдел? – спросил Артем.

– Без проблем, – кивнул я.

– Почитаю на досуге… – улыбнулся Артём. – Эти хваленые разведчики, кто-нибудь видел их в лицо?

– Нет, но, похоже, я скоро встречусь с ними.

– Знаешь, Игнат… – Артём задумался. – Я прямо сейчас начну собираться и к обеду выдвинусь в путь.

– Куда? – удивился я.

– К тебе на помощь. Пришли тяжелые времена, и моя помощь не помешает, – ответил Артём.

– Полстраны придется проехать. Рискованно.

– Да брось ты, Игнат. За мной мутанты не охотятся. Оборону я организовал хорошую. Парни справятся. Сидеть на месте и бездействовать, когда вокруг столько интересного – любопытство задушит. К тому же, соскучился я. Хочу посмотреть, каким ты стал.

– Думаю, это главная причина, – улыбнулся я.

– Не главная, но одна из многих. Будь осторожен, Игнат, я напишу тебе, когда выдвинусь.

– Будь осторожен, братишка…

Попрощавшись с Артемом, я на всякий случай попробовал еще раз связаться с Алексеем. Бесполезно. В голове появились нехорошие мысли, которые я тут же прогнал. Смирнов не имеет права погибнуть. Он всегда выпутывался из самых сложных передряг. Что бы ни случилось – Алексей Смирнов выживет!

Мы проехали Челябинск стороной и выдвинулись на Магнитогорск. Соваться в крупные города – самоубийство. В два часа дня совершили остановку и пообедали припасенными сухпайками. Топливная стрелка показывает полбака. Спасибо инженерам – они предусмотрели многое. Бак с запасом хода на тысячу километров – крайне полезное решение. Каждый час я вызывал Смирнова, но он так и не ответил.

Чувство тревоги пришло, когда я объезжал крупный затор на трассе. Словно некто безумно опасный начал следить за мной из невидимого укрытия. Сколько бы я ни пытался избавиться от наваждения, ничего не получалось. Тревога… Тревога… Тревога…

Наташа уснула и, по мере возможностей, развалилась на неудобном сиденье. Мутанты и зараженные встречаются редко. Стараюсь не обращать на них внимания и просто объезжаю. Если не выходит – давлю.

В шесть часов вечера я остановился на безлюдном участке дороги, зная, что до места осталось ехать чуть больше ста километров. В Магнитогорск ехать не нужно. Аркаим лежит немного в стороне. Не поселок, а заповедник. Мне так и не ясно, что мы будем там искать. Без подсказок Смирнова вся эта авантюра бессмысленна.

Осмотревшись по сторонам и не найдя угрозы на открытой местности, я вышел на улицу. Хочется немного размяться. От постоянного сидения на месте мышцы слегка затекли.

Аккуратно закрыв дверь, я сделал шаг в сторону и увидел причину постоянной тревоги. Мутант всё это время сидел на крыше. Зафиксировав движение боковым зрением, я отпрыгнул в сторону, в прыжке вскинул пистолет и попытался прицелиться. Тварь, сидевшая на крыше, оказалась быстрее. Сто килограмм обрушились на меня и сбили с ног.

Удар об асфальт. Голова взорвалась мириадами искр. Тело вспыхнуло болью. Ухватив мутанта за горло рукой, я попытался перевернуться, но не смог. Две жилистых руки сомкнулись на моей голове и начали выворачивать ее. В подобной ситуации я уже оказывался, но тогда был в шлеме. Свёрнутая шея – не такой в моих представлениях была смерть…

Я сопротивлялся по мере возможностей. Держал мутанта, не давая убить себя. Когда сил практически не осталось, сознание решилось на бунт. Мой мозг словно взорвался. Неконтролируемая ярость взяла тотальный контроль над телом и разумом…

Пистолет куда-то улетел, но я не обратил на это внимания. На уровне инстинктов применил прием борьбы и перевернул мутанта через себя. Тварь попыталась вскочить на ноги, но ударом двух ног в грудь я отбросил её в сторону. Пока мутант оценивал твердость асфальта, мне удалось подняться и найти пистолет, который оказался под внедорожником. Мутант вскочил и одним прыжком преодолел разделяющее нас пространство. Я выбросил правую руку вперед. Удар, в который были вложены все имеющиеся силы, нашёл цель. Раздался хруст сломанной носовой перегородки. Кулак заболел. На теле сомкнулись руки мутанта.

Мы снова оказались на асфальте. Вывернувшись, я взял руку противника в болевой захват и с силой выгнулся максимально возможно. Сустав треснул, и мутант, зарычав, выдернул поврежденную конечность. Здоровой рукой он схватил меня за костюм и попытался, впервые за все время, укусить. Челюсти клацнули в нескольких сантиметрах от лица. Лежа на спине, я оказался в крайне неудобной позиции. Будь на месте этого мутанта сородич, сидевший в клетке, я бы успел умереть трижды.

Схватив мутанта левой рукой за горло, я сдавил пальцы и попытался вырвать кадык. Не вышло, но гортань раздавил. Мутант захрипел. Изо рта пошла кровь. Он наконец-то понял, что начал проигрывать, и, оттолкнувшись от меня здоровой рукой, вскочил на ноги. Мгновение, и я тоже на ногах.

Сломанная рука, разбитая морда и раздавленное горло. Мутант открыл рот и выдал жуткий хрип-стон. Кровь, стекая по подбородку, капает на дорогу. Он думает. Я нет. Прыжок в воздух, и удар в грудь двумя ногами отбросил мутанта почти на два метра. Избежать падения после такого приема практически невозможно. Амортизировав падение руками, я оттолкнулся и оказался на ногах. Тварь попыталась встать. Удар ногой в голову отбросил ее в сторону. Подпрыгнув в воздух, я ударил двумя ногами. Голова мутанта не выдержала, превратившись в сплошное месиво. Успокоиться мгновенно не получилось. Почти минуту я топтал мертвое тело. Когда мутант превратился в груду фарша, понял, что все кончилось.

Сердце стучит с бешеной скоростью, словно желает выпрыгнуть из груди. Уровень адреналина зашкаливает. Хочется убивать мутантов. Убивать голыми руками!

– Игнат, успокойся! – крикнула Наташа, выскочив из машины. Ее слова сработали подобно отрезвляющей пощечине.

– Пожалуйста, успокойся, – спокойнее повторила она, остановившись в метре от меня.

Я сделал глубокий вдох и усилием воли попытался подавить бушующую, словно цунами, волну ненависти ко всем зараженным и мутантам вместе взятым. Почти получилось. Злость начала уходить. Нагнувшись, я дотянулся до лежащего под машиной пистолета. В нос ударил запах разложения. Нужно отмыть внедорожник. Днище слишком забито мясом. Протухающим мясом. Черт возьми, кем я стал?

Выпрямившись, я посмотрел на Наташу и пробормотал:

– Голыми руками убил…

– Я проснулась, когда мутант был мертв. Зачем ты пинал его? – спросила Наташа.

Как объяснить? Как ответить на эти глупые вопросы? Я попытался:

– Не знаю… Снова гнев… Даже сейчас с трудом себя контролирую… Нужно срочно что-нибудь делать с этим… Агрессия не приведёт к хорошему…

– Садись в машину, – попросила Наташа. Её взгляд. Так смотрит мать на провинившегося ребёнка. Провинившегося не по своей воле…

Чувство опасности вернулось. Сколько можно? Кто-то назойливый начал скрести по черепу изнутри. Я потрогал затылок и почувствовал липкое на волосах. Взглянув на ладонь, увидел кровь. Видимо, разбил голову при падении. Боли не чувствую. Только нудное, зудящее чувство опасности…

– Наташа, пожалуйста, сядь в машину, – попросил я. Она не видит бегущую к нам толпу мутантов. Взвод безоружных смертников…

– Игнат… – Наташа замолчала. Посмотрела назад и увидела мутантов.

– Садись в машину! – приказал я.

Наташа послушалась. Три сотни метров. Мутанты пытаются преодолеть их. Не успеют…

Вооружившись пулеметом «Печенег», я закрыл дверь бронекапсулы и встал у капота. Ярость и гнев нахлынули и затопили сознание…

Дождавшись, когда расстояние сократится до ста метров, я нажал на спусковой крючок. Пулемет выплюнул длинную очередь. Мощной отдачи от стрельбы калибром семь шестьдесят два я почти не почувствовал. Один мутант, споткнувшись, рухнул замертво.

– Давайте, суки! Попробуйте достать меня! – крикнул я, рискуя сорвать связки.

Мутанты ускорились. Я нажал на спуск. Длинная, непрерывная очередь не оставила шансов. Ствол пулемета быстро нагрелся, но мне было плевать. Я просто наслаждался моментом, начиняя бегущих тварей свинцом.

Спустя чуть больше десяти секунд закончились патроны, и я с удовольствием уставился на устроенное побоище. Несколько мутантов еще шевелятся, но встать уже не способны. Двести патронов на двадцать тварей. Слишком нерациональный расход боеприпасов, но зато столько удовольствия.

Бросив дымящийся пулемет в бронекапсулу, я вернулся за руль. От злости и гнева ничего не осталось. Только немного паники.

– Доволен? – спросила Наташа.

Я улыбнулся:

– Очень!

– Игнат, дыши глубже. Попробуй понять, что ты делаешь. Я боюсь за тебя!

– Я понимаю.

Я успокоился и больше не хотел крушить мутантов. Запустив внедорожник, начал движение.

– Ты не понимаешь… – начала Наташа, но я перебил её:

– Я научился это контролировать. Честно…Все просто – ярость ушла, как только я убил всех мутантов.

– То есть, тебе надо было выплеснуть злость?

– Нет. Я понял, как это работает. Как только мутанты приближаются к нам, начинаю их чувствовать. Я словно ходячий биосканер, настроенный на обнаружение мутантов.

– Это неправильно. Ты должен научиться контролировать себя. Скорее всего, это побочные эффекты приобретаемых тобой способностей, – сказала Наташа.

Наш разговор продолжался еще несколько минут, а потом я заметил в зеркале заднего вида приближающуюся машину. Бронеавтомобиль «Рысь» с установленной на крыше пулеметной турелью.

– У нас гости, – спокойно объявил я.

Наташа посмотрела по сторонам, а потом взглянула в зеркало.

– Кто это может быть? – испугалась она.

– Не знаю… надеюсь, что та самая группа поддержки Особого Отдела. Хваленые разведчики Таркова…

Загрузка...