Глава четвертая

5 сентября 4948 года.

Каэр Сиди

Айна Айтверн сделала шаг вперед – и воронка пространственной двери поглотила ее. Мир вокруг померк, Большой зал Тимлейнского замка без следа сгинул. На мгновение воцарилась непроглядная тьма, а следом за ней вспыхнул нестерпимый свет. Ослепительное сияние приняло дочь лорда Раймонда в свои сети, затем раздробилось, распалось на семь цветов радуги, окруживших ее хороводом. Девушка закричала, чувствуя, как жар и холод пеленают ее тело разом.

Лейвис держал крепко, не отпускал. Айна чувствовала его руку, ощущала сжавшие кисть неожиданно сильные пальцы, но не видела кузена вовсе. Боль нарастала, как если бы в кожу вонзали стальные иглы. Алое и голубое, желтое и синее, оранжевое и зеленое – цвета с бешеной скоростью вращались вокруг. Наследница Айтвернов подумала, что она, вероятно, находится внутри гигантского калейдоскопа. Или попросту сошла с ума. А может быть, это сон, как в книжке про Алису и кроличью нору, когда та упала в нее и думала, что будет лететь, пока не вывалится на другом конце света.

Когда все закончилось, ей показалось, прошли годы. Айна потеряла равновесие, упала на твердый холодный пол. Девушку скрутило, она с трудом сдержалась, чтобы не вытошнить ужин. Перед глазами все еще плясали цветные пятна, наворачивались слезы. Кто-то склонился над ней, обнимая и помогая встать.

– Ну будет тебе, будет, малышка. – Лейвис Рейсворт прижал Айну Айтверн к своей груди, погладил по голове.

Троюродный брат разговаривал с ней так заботливо и нежно, как никогда прежде, – и Айна, не выдержав, все-таки разрыдалась. События последних дней, заговор, в который сэр Роальд сумел девушку втянуть, побоище в Сиреневом зале, присяга знати, сорванная внезапным взрывом, явление Гайвена во главе армии нечисти – все это накатило и обрушилось, подобно штормовой волне, и Айна заплакала навзрыд, как не делала очень давно.

Вновь вспыхнул свет – ровный и яркий, но уже не слепящий. Айна отстранилась от родственника, вытерла слезы бархатным рукавом платья и наконец огляделась. Свет струился с потолка – исходил от крепившихся к нему стеклянных панелей. Горели не все из них, но все же достаточно многие. Айна, Лейвис и королева Кэран стояли посреди просторного зала.

На мгновение дочери лорда Раймонда померещилось, что она вновь находится в подземных кладовых Малерионской крепости, куда однажды в восемь лет забралась вместе с братом. Только там Айна видела такое обилие диковинных старинных вещей.

Длинные столы, тянувшиеся вдоль стены, были уставлены приборами, в которых девушка с некоторым трудом опознала старинные информационные машины. Широкие погасшие экраны, сделанные из материала, что не был стеклом, но походил на него. Управляющие панели, при помощи которых можно отдавать команды или набирать текстовые сообщения, если верить книгам, описывающим изобретения Древних. Мэтр Гренхерн рассказывал о подобных устройствах, как и о том, что ему не известно ни одного исправного их образца.

Лейвис Рейсворт напряженно оглядывался по сторонам. Шпагу, примененную им в поединке с Гайвеном, молодой человек держал в ножнах, но было ясно – он обнажит ее в любой момент, если почует опасность. Айна таким кузена прежде не видела – собранным, деловитым, серьезным.

– Куда вы нас доставили, ваше величество? – спросил Лейвис, обращаясь к Кэран.

Супруга Эдварда Фэринтайна спрятала кинжал, которым открыла магическую дверь.

– В Эринланд. Мы сейчас в подземельях Каэр Сиди, Вращающегося Замка.

– Королевская цитадель Таэрверна. Вот те раз, – сказал юноша удивленно. – За несколько, не спорю, весьма отвратных мгновений – перенестись на восток Срединных Земель? Если вы так сильны, леди Кэран, зачем вам кареты и кони?

– Я не настолько сильна. Я очень редко пользуюсь этим кинжалом. Он заклят на кровь моего рода. Применив его, можно открыть дверь и призвать к себе человека моей семьи. Либо отправиться через пространство к человеку моей семьи, носителю крови Кэйвенов, где бы он ни находился. Мои предки создали эту вещь до Войны Пламени, чтобы те наши родичи, кто сам не владел магией, могли быстро связаться с нами. Как правило, то были наши мужчины. – Кэран запнулась, и тень пробежала по ее лицу. – Я никогда не пыталась открыть этим кинжалом обычный портал и не знала, смогу ли. Прежде я однажды использовала его, чтобы перенестись к матери, пока та была жива, и трижды кинжалом пользовались, пытаясь призвать меня, правда, не мои родственники, а муж и его покойный брат. Мы едва не погибли, однако сумели добраться до места. Вращающийся Замок принадлежит моему мужу, но мы с Эдвардом связаны. Каэр Сиди оказался для нас маяком, на свет которого мы вышли из мира теней.

– Мира теней? Нет, ничего не хочу знать об этом, – заявил Лейвис решительно. Он обратился к девушке: – Ты в порядке, сестренка?

Айна не знала, что отвечать на этот вопрос. В порядке она определенно не была и понимала, что ее рыдания говорят об этом вполне красноречиво. Тем не менее, девушка отряхнула рукава платья и сказала как могла уверенно:

– Все хорошо, Лейвис. Леди Кэран, можете объяснить, что произошло?

– Я видела не больше вашего, юная леди. Король, которого вы так неосмотрительно решили лишить трона, вернулся вместе с союзниками. Это фэйри из-за Каскадных гор, а сам он владеет магией куда лучше, чем это возможно без всякого обучения. Лорд Гайвен пробился сквозь выставленный мной барьер, а на это способен только опытный чародей. Очевидно, в игру вступила новая сила. Вернее, очень старая. Мы с Эдвардом догадывались: кто-то поддерживает Ретвальда. Кто-то, пребывавший в тени. После разгрома на холме Дрейведен фэйри перестали вмешиваться в дела Срединных Земель, но наблюдать не перестали.

– Фэйри, значит… – По лицу Лейвиса скользнула кривая усмешка. – Как в «Хронике Войны Смутных Лет». Черные кони, что скачут по небу, и колдуны, умеющие из-за грани призывать алчущих демонов. У вас тут замечательно, леди Кэран… – Взгляд юноши безучастно скользнул по диковинной обстановке залы. – Но я не намерен оставаться за тысячу миль от родного дома, пока там происходит подобное. Эти твари убили моего отца. Отныне я – граф Рейсворт. Я должен вернуться в Тимлейн и позаботиться о своих людях.

Таким Айна кузена раньше не видела. Саркастический, нервный, насмешливый, он всегда подвергал сомнению решения старших и отличался порой повадками не графского наследника, а скорее придворного шута. Теперь от молодого Рейсворта тянуло непривычной пугающей жесткостью.

– Тимлейн скоро будет захвачен союзниками Ретвальда, если уже не захвачен, – сказала королева. – Там вы ничего не сделаете, сударь, и никому не поможете.

– Пусть так. – Лейвис упрямо мотнул головой. – Что же, предлагаете сидеть у вас в гостях, раз мы сюда так удачно вывалились? Мое место в Иберлене. Прошу вас меня туда доставить с помощью известной вам магии. Если соответствующей магии у вас нету, дайте хоть коня – за месяц доберусь как-нибудь.

– Конь вам не потребуется, дорогой граф. Здесь есть нечто получше.

Кэран отвернулась. Подошла к стоявшей у стены массивной серебристой арке вышиной в два человеческих роста, с проемом, в который могли бы ступить четверо в ряд. Коснулась ладонью панели, что выступала из стены на высоте примерно четырех футов. Мигнули, словно отзываясь на прикосновение чародейки, и погасли алые огоньки.

– Это телепортационная машина, – сообщила леди Кэйвен. – Используя ее, можно совершить такое же путешествие, как мы проделали только что, только с большими шансами не погибнуть при этом. Эдвард несколько раз применял это устройство. Один раз я ему помогала. В Тимлейн мы поехали со свитой, по обычным дорогам, и ехали около трех недель, пересекая Гарланд и домен Коллинсов. В нынешних обстоятельствах подобная задержка непозволительна. Если вы мне поможете, юные господа, в ваше родное королевство мы вернемся уже сегодня.

– Это как возле ратуши, когда ваш муж приказал вам взять мою Силу? – уточнил Лейвис. – Не вопрос, помогу хоть сейчас. Что нужно сделать? Подать вам руку? Положить ее на плечо? Обнять вас за талию? – Юноша улыбнулся, вызвав приступ раздражения у Айны. Иногда ее троюродный брат бывал совершенно несносен – даже хуже Артура. «Не иногда, вернее. Почти всегда. Это его обычное состояние», – поправила себя девушка. Молодой граф исчез, шут вернулся. Это бесило.

– Сейчас ничего такого не потребуется, – сухо сказала Кэран. – Мне нужно восстановить силы. Уйдет на это часов пять, не меньше. Да и вы, кажется, ранены. Пойдемте наверх, мой дворцовый медик вами займется. Как все придем в себя, тогда и продолжим колдовать.

Лейвис нахмурился, сделал шаг по направлению к выходу из зала и слегка пошатнулся. Айна только теперь вспомнила, что кузен оказался ранен в поединке с Королем Чародеем. Алое пятно расплывалось на брюках Рейсворта – колотая рана пришлась на внешнюю сторону бедра.

– Царапина, – сказал юноша, и только тут корящая себя за невнимательность девица Айтверн заметила приливший к его щекам румянец. – Много крови, но ничего важного не задето. Ходить же могу.

– Все так говорят – до первого заражения крови, лихорадки, гангрены и ампутации. Впрочем, медик тут будет излишен, справлюсь сама. Ох, уж эта мужская гордыня. – Кэран сердито тряхнула рыжими волосами, подходя к Лейвису. – Днем я уже пользовала пациента с подобным ранением – надеюсь, и на вас остался запал. Стойте и не дергайтесь, граф.

Королева Эринланда приблизилась к юноше, решительным жестом положила ладонь ему на бедро. Губы Лейвиса разошлись в новой ухмылке, но она тут же исчезла, сменившись гримасой боли, когда от пальцев Кэран Кэйвен рванул голубоватый свет. Молодой Рейсворт вскрикнул, будто ему прижигали рану. Юноша попробовал отшатнуться, но левой рукой колдунья с недюжинной силой схватила его за плечо, продолжая прижимать правую ладонь к бедру Лейвиса. Свет усилился, а спустя, наверно, секунд двадцать – погас. Королева отняла руку.

Отпустив Рейсворта, Кэран сделала шаг назад и едва не упала – было видно, что ей внезапно сделалось нехорошо. Айна рванулась к жене Эдварда Фэринтайна и помогла ей удержаться на ногах, придержав за локти. Леди Кэйвен тяжело дышала, ее лицо покрывал пот.

– Интересные ощущения, – выдохнул Лейвис. – Вы что со мной учудили?

– Остановила кровопотерю и ускорила восстановительные процессы в тканях. Рубец, скорее всего, останется, но не более того – жизненно важных органов не задето. – Видя удивленное лицо Рейсворта, Кэран пояснила: – Я не врач, но, вступая в контакт с человеком, могу видеть его насквозь. Ваша рана в полном порядке, а вот мне придется плотно поесть и часов семь поспать, если хотите вечером вернуться домой. Можете не держать меня, юная леди. – Королева высвободилась, чуть не оттолкнув Айну, и двинулась к дверям. – Пойдемте, здесь нам пока делать нечего.

Оторопевшая девица Айтверн приблизилась к кузену. Тот поглядел на нее, затем провел пальцами по испорченной штанине. Кровь в самом деле больше не текла, да и румянец от щек Лейвиса отступил. Наоборот, Рейсворт выглядел сейчас очень бледно, напоминая только-только перенесшего лихорадку больного. Насколько могла судить Айна, чары, к которым прибегла Кэран, действительно сработали.

– И впрямь больше не болит? – спросила девушка.

– Полный порядок. Вроде бы. Да я и так не заметил дурацкого пореза. Но теперь точно нормально. Ну, ходу, – сказал Рейсворт неловко. – Королева нас ждет. Другая королева, не ты.

Кэран и в самом деле терпеливо стояла на пороге, распахнув тяжелые с виду металлические двери. Когда все трое покинули зал, световые панели на потолке погасли. Зато зажглись точно такие же панели в длинном извилистом коридоре, в котором оказались жена Эдварда Фэринтайна и двое молодых Айтвернов. Леди Кэйвен двинулась вперед, и потомки Драконьих Владык последовали за ней.

Здесь, как и в покинутой ими комнате, на стенах висели широкие экраны, сейчас, впрочем, не работавшие. По пути то и дело попадались металлические двери, по большей части закрытые. Непонятное покрытие пола – не металл и не дерево – мягко пружинило под ногами. Иной раз встречались стальные таблички с отчеканенными на них письменами и нанесенные краской надписи – последние совсем свежие, краска не производила впечатления старой. Надписи оказались сделаны на наречии Севера. Айна смогла их прочесть, но не все поняла.

«Переход на пятый уровень», «Офицерская столовая», «Оружейный зал» – тут смысл оставался вполне прозрачен. Что такое «Электронная библиотека», до Айны дошло лишь частично. Вернее, само слово «библиотека» было ей, безусловно, хорошо знакомо, но никак не сопровождавший его эпитет. Значения слов «серверная», «биостанция», «инженерный пункт» и ряда других вовсе остались загадкой. Свет продолжал разгораться впереди и гаснуть позади.

В Иберлене, насколько знала девушка, ничего подобного не встречалось. Глубинные ярусы Вращающегося Замка явно были полны машин, изготовленных по забытым технологиям. Похожие машины использовались в Тарнарихе, старой столице, и в Кентайре, первой резиденции Айтвернов, но оба города разрушили сражающиеся чародеи при падении Конклава. Некоторые старинные реликвии уцелели и хранились в Малерионе, в котором до Войны Пламени Драконьи Владыки бывали нечасто. Очень немногие. Впрочем, и сейчас они, лишенные подзарядки, уже не были исправны.

– Я слышала, – сказала Айна, – что Вращающийся Замок был возведен в Великую Тьму основателями рода Фэринтайнов. Лорды сидов покинули северные земли, где обитали прежде, и взяли под свою руку опустошенный континент. Мне рассказывал мой наставник. Получается, все это – их наследие?

– Не совсем, – ответила Кэран. – Сам замок выстроен сидами, но эти уровни более старые. Их строили Древние, за век или два до катастрофы. Простите, – иронически улыбнулась королева, – но посвящать вас в подробности я не намерена. И также надеюсь, что вы не станете болтать о чудесах Таэрверна на каждом углу, когда возвратитесь на родину.

– На каждом углу не стану, – буркнула девушка.

Кэран остановилась возле одной из дверей. Коснулась контрольной панели, торопливо пробежала пальцами по клавишам. Панель засветилась, раздался короткий мелодичный звук. Дверь отъехала в сторону, открывая уводящую наверх стальную лестницу с широкими пролетами.

– На главном входе дежурят гвардейцы, – сообщила Кэран, – и я не хочу давать им пищу для размышлений. Официально я вместе с Эдвардом нахожусь в Тимлейне, в ожидании коронации Гайвена Ретвальда. Когда мы покинули Иберлен, было около двух часов ночи – значит, в Таэрверне сейчас раннее утро. Между нами час всего разницы, но переход вышел сложным и поглотил, по моим ощущениям, час или два. В мире теней время течет иначе. Поднимемся в принадлежащие мне покои и подождем вечера. Днем гвардейцы производят обход бункера – в восемь часов утра и в восемь вечера. После восьми можно будет вернуться и активировать портал.

– А эти ваши гвардейцы, значит, не слишком болтливы? – ввернул Лейвис. – Вы позволяете им тут расхаживать. В святая святых древней магии, про которую нам приказали держать рот на замке.

– О, поверьте, граф, этим людям есть что терять, и они умеют молчать.

– Но попадаться даже им вы все равно не хотите.

Королева вздохнула:

– Лорд Рейсворт. Просто идите за мной.

Когда Айна и Лейвис вступили на первые пролеты лестницы, пропустившая их вперед Кэран набрала комбинацию цифр на точно такой же панели, расположенной с другой стороны, и дверь закрылась. Королева Эринланда, подобрав юбки, двинулась вверх. Молодые люди последовали за ней.

Идти пришлось долго – Айне надоело считать на двадцать четвертом пролете. К тому моменту она основательно запыхалась. Свет поначалу давали заключенные в стеклянные колбы лампы, загоравшиеся при приближении людей. Затем стальная лестница закончилась, и, миновав еще один пролет, вся троица вступила на искусно вырубленные каменные ступени. Незнакомый материал, которым строители обшили стены на уровнях внизу, сменился аккуратной кирпичной кладкой. Диковинных ламп тут уже не водилось – их заменили обычные факелы. Кэран взяла первый же факел, зажгла при помощи огнива, хранившегося на подставке рядом, и двинулась дальше, освещая дорогу неровно колеблющимся пламенем.

Шли еще, наверно, минут семь или даже десять – затем лестница закончилась просторной площадкой, на которой стояла пара кресел, будто приглашая отдохнуть. Нашелся тут и деревянный стол с закупоренной и на треть отпитой бутылкой. В ней содержалось какое-то крепкое спиртное – по всей видимости, виски или джин. Лейвис потянулся к бутылке, но Айна дернула его за рукав.

– Я всего лишь хотел посмотреть этикетку, – сообщил граф Рейсворт.

Кэран остановилась перед каменной стеной без намека на дверь. Замерла, что-то про себя высчитывая и прикидывая, затем надавила на один из кирпичей основанием ладони. Раздался скрежещущий звук, часть стены развернулась, приведенная в движение механизмом с явно проржавевшими петлями, и впереди обнаружилась просторная комната жилого вида. Королева Эринланда переступила порог. Молодые Айтверны последовали ее примеру.

Они оказались в библиотеке – подтверждением этому служили семь шкафов, стоявших вдоль стен и плотно заставленных книгами от пола до потолка. В центре комнаты – небольшой столик и четыре кресла возле него, обшитых бархатом. Уютная мягкая кушетка в углу, с несколькими подушками – при желании на ней можно спать. Из высокого окна сквозь прозрачные стекла просачивался неласковый серый рассвет. Пока леди Кэйвен закрывала потайной ход, Айна и Лейвис, не сговариваясь, подошли к окну.

Девушка увидела внутренний двор, выступающий из сумерек осеннего утра. Половина двора оказалась плотно застроена разного рода сооружениями, по всей видимости казармами и складами. Темнела черепица крыш. Высокие башни возносились над крепостными стенами.

Вращающийся Замок, сердце города Таэрверна, был немного больше и просторней тимлейнской цитадели. Его архитектура выглядела гораздо более старой и грубой. Массивные каменные блоки, царство прямых линий и строгих форм. Все тут казалось по-военному строгим. Не чета перестроенному при первых Ретвальдах Тимлейнскому замку, в чьих двориках разбили сады, а галереи и парапеты крыш украсили статуями химер. При беглом осмотре ничто также не выдавало в Каэр Сиди обители Древних, хранящей их секреты. Просто большая старая крепость, несомненно, хорошо подготовленная к обороне, если к ней подступится враг.

Широкие ворота прямо напротив оказались распахнуты. Даже отсюда можно было разглядеть маленькие фигурки стражников, несущих дозор в их створе. Дальше виднелся перекинутый над крепостным рвом мост и городская площадь, по утреннему времени пустующая. Уходящие вдаль крыши, теснящиеся один подле другого дома в два и три этажа, проплешины парков.

Замок стоял на крутом холме, Айна выглядывала с одного из верхних этажей его донжона, и город отсюда просматривался неплохо, несмотря на ранний час. За близлежащими кварталами поднимались еще башенки, громоздились стены. Видимо, это был средний пояс городских укреплений, разделявший дворянские и мещанские кварталы.

С первого взгляда Таэрверн не произвел на дочь лорда Раймонда особенного впечатления. Город как город. Тимлейн был больше, Малерион – красивее. Впрочем, возможно с земли столица Эринланда выглядела лучше.

– Подумать только, – сказал Лейвис. Вот уж кто явно был поражен. – Мы действительно покинули Иберлен. Я всю дорогу думал, госпожа Кэран нас разыгрывает и сейчас выйдем из погреба где-нибудь за рекой. Но нет, мы и правда не дома.

– Не в моих обычаях над кем-то подшучивать. – Молодые люди обернулись к Кэран. Женщина выглядела недовольной, и Айна тревожно подумала, что кузену стоило бы держать язык за зубами. – Занимайте кресла поудобнее, господа, – распорядилась жена Фэринтайна. – Я кое-кого позову.

Королева Эринланда дернула за колокольчик, висящий в проеме рядом с одним из шкафов, и тот тоненько зазвенел. Лейвис опустился в кресло, потянувшись и зевнув; Айна последовала его примеру – впрочем, без зевков. Кэран налила себе воды в бокал из прозрачного графина и торопливо, большими глотками выпила. Минуло десять минут, прежде чем простая деревянная дверь отворилась.

Вошедшему в комнату мужчине на вид было лет сорок. Военного покроя дублет с жестким воротником, четкая выправка, но при этом – ни меча, ни шпаги. Вместо них из длинной поясной кобуры, доходившей почти до колена, выглядывала рукоятка массивного пистолета. В Иберлене Айна видела такие лишь трижды – у герцога Эдварда Эрдера, павшего от руки Гайвена, у паданского посла, расхваливавшего тимлейнской знати на Зимнем Балу достоинства новомодного оружия, – и у Эдварда Фэринтайна, конечно, когда тот воспользовался своим пистолетом в Сиреневом зале. Находящийся на крайнем западе Срединных Земель Иберлен еще толком не успел обзавестись огнестрелом, стремительно распространявшимся в последние годы по континенту.

– Ваше величество, – церемонно поклонился мужчина. – Удивлен видеть вас здесь.

Если он действительно был удивлен, то тщательно это скрывал. Напротив, эринландец держался столь невозмутимо, как если бы явился к своей госпоже на ежедневный утренний прием с докладом. Эринландский дворянин, а вошедший несомненно был дворянином, оказался поджар, чуть выше среднего роста, со слегка волнистыми черными волосами, не доходившими до плеч. Виски посеребрила седина, но лишь самую малость.

– Я сама удивлена здесь найтись, – проворчала Кэран. – Я не разбудила вас, Герман?

– Я сидел за бумагами, ваше величество. Потому и пришел так быстро.

– Вы называете это «быстро»? Ладно, не суть важно. Садитесь. Герман, это леди Айна Айтверн, сестра первого министра Иберлена, и Лейвис Айтверн, граф Рейсворт, его троюродный брат, мои гости. Господа, это барон Рогге, лорд-канцлер моего супруга.

– Гарландец на эринландской службе? – Лейвис приподнял бровь. – Наверно, у вас, барон, не лучшие отношения с собственным государем, раз решили присягнуть его противнику. Впрочем, я слышал, эринландская аристократия почти вся полегла в Снежной Битве. Значит, Фэринтайн переманивает к себе гарландских дворян, награждая высокими чинами?

Барон Рогге нахмурился, но ничего не сказал – видно, вывести его из себя было непросто. Зато Кэран проявила уже ничем не скрываемое раздражение:

– Лейвис. Юноша. Молодой человек. Мальчик мой. Не знаю, как к вам правильно обратиться, но ваше поведение вышло за рамки приличий еще час назад. Вы находитесь в гостях, я спасла вашу жизнь, и я не разрешала вам так разговаривать с моим подданным.

– Простите, госпожа. – В серых глазах Рейсворта проступило раскаяние. – Но я совсем недавно потерял отца, и это доставляет мне боль. Я дрался со своим рехнувшимся королем и чудом выжил при этом. Я увидел, как страшные сказки гуляют по моей стране и убивают моих друзей. У меня выдался сложный день. Это делает меня несносным, не спорю. Будьте снисходительны.

– Вас плохо воспитывали. Либо слишком строго, либо слишком мягко. Результат в любом случае неудовлетворителен. – Кэран Кэйвен поджала губы, став похожа на строгую гувернантку.

Лорд-канцлер Эринланда сед по левую руку от своей госпожи – прямо напротив Лейвиса. Барон Рогге дружелюбно кивнул графу Рейсворту.

– Скажу первое, – начала говорить Кэран. – Ваша, Герман, задача – обеспечить, чтобы мое пребывание здесь осталось тайной для всех. Я прибыла в Таэрверн около часа назад и не позже полуночи вновь покину столицу. Я воспользуюсь магией. Это еще одна причина, почему вы должны молчать. – Канцлер ответил коротким кивком. – Мой супруг сейчас в Иберлене. В ожидании коронации Ретвальда возникли осложнения. Коронный Совет попытался его низложить, но сын Брайана оказался хитрее. Нашел себе союзников и смог возвратить столицу.

– Я могу уточнить, о каких союзниках идет речь, моя королева?

– Можете. Фэйри из-за Каскадных гор. Я видела, как в Тимлейн ворвались около двух сотен, но возможно, это не все. – Айна не знала, какой из барона Рогге канцлер, но дипломат явно вышел бы очень хороший – он даже не переменился в лице. – Поднимите армию, созовите как регулярные войска, так и ополчение. Снимите гарнизоны с венетской и либурнской границы, гарландскую не трогайте. Часть сил пусть охраняет Таэрверн, готовая к нападению. Остальных отправьте в Виндспорт, посадите на корабли – и пусть идут в Дейревер. Командование доверьте Блаунту. Домен Коллинсов восстал против Ретвальда одним из первых. Блаунт умеет разговаривать – пусть объяснит горожанам, что эринландцы пришли как друзья, охранять на стороне законного герцога Дейревер от Короля Колдуна.

– Потребуются документы.

– Составьте приказ от имени моего мужа, скрепите его печатью, подделайте королевскую подпись. Не мне вас учить. Генералам скажите, что Эдвард Фэринтайн принял такое решение две недели назад, проезжая Гарланд и получив секретное донесение от иберленских шпионов о беспорядках в стране. Гонец доставил письмо только сейчас, вы как получили – так и начали действовать. Начнете сегодня. Вечером, перед тем как я покину замок, доложите о первых результатах.

– Хорошо, госпожа. Что-нибудь еще?

– Горячий плотный обед и три кружки чая, мне и моим иберленским гостям. Пусть подадут в одну из ближайших комнат, но, разумеется, слугам обо мне ни слова. Сможете такое организовать?

Губы Германа Рогге разошлись в подобии улыбки:

– Вы плохого обо мне мнения, леди Кэран. Это будет несложно.

– Рада, что не ошиблась в вас. Идите, барон. Буду ждать вас с докладом в шесть вечера, а пока намереваюсь поспать. После завтрака, разумеется. Ужина. Не знаю, как правильно сказать. В Тимлейне был вечер, здесь утро, а я хочу куропаток. Идите на кухню, Герман. – Королева смежила веки, делая вид, что готовится задремать.

Эринландский канцлер встал, вежливо поклонился, вышел. Похоже, он пользовался полным доверием королевской четы. Рогге вернулся по прошествии получаса, в течение которого Кэран притворялась, что спит прямо в кресле, на самом деле о чем-то думая. Оба молодых Айтверна напряженно молчали, чувствуя себя неловко в присутствии королевы.

Обед ждал в небольшой гостиной по соседству. Едва коснувшись еды, девушка поняла, что крайне голодна. Айна с жадностью набросилась и на жареную дичь, и на овощной гарнир, а покончив с ними, занялась трюфелями. Исходящий паром чай она пила большими глотками, обжигая горло. Он был гораздо лучше модных в Иберлене травяных настоек, липовых или мятных, намного вкуснее и ароматнее. Лейвис, как заметила Айна, ел неохотно, а вот Кэран завтракала с удовольствием, явно наслаждаясь каждым блюдом.

Когда трапеза подошла к концу, королева сообщила:

– Я иду спать. Вам тоже советую хорошо отдохнуть – мне понадобится вечером ваше участие. Займите библиотеку, чтобы никуда не деться. Вы, леди Айтверн, прекрасно расположитесь на кушетке, граф Рейсворт удовлетворится креслом. Я по крайней мере надеюсь, что графу Рейсворту достанет такта довольствоваться именно креслом. – Кэран сквозь длинные ресницы бросила на Лейвиса испепеляющий взгляд.

– Как дворянин и будущий рыцарь, я бы никогда не подверг сомнению честь дамы, заняв одно с нею ложе, – сказал молодой человек кротко.

Как только молодые люди, оставшись в одиночестве, вернулись в библиотеку, Айна со всеми удобствами разместилась на кушетке, подложив под голову подушки и накрывшись пледом, а Лейвис, разумеется, сел у нее в ногах. Свой чай он не допил, но захватил с собой и теперь рассеянно держал на коленях.

– Какого черта ты вытворяешь? – прошипела Айна. – Сначала мне показалось, ты заигрываешь с этой ведьмой, а потом – наоборот, нарываешься на ее гнев. Какой реакции ты желал добиться подобными эскападами?

– Леди Кэйвен не ведьма. Она королева, почти что царствующая, Эринланда, и чародейка – такая же, как ты, Айна, только в совершенстве обученная, и при этом старше и опытнее тебя. Очень опасный человек, короче говоря. Один из самых опасных, каких я в своей жизни встречал.

– Я поняла. Так какого беса ты ее злишь?

– Я же сказал – тяжелый день. Разнервничался, столько всего повидал – сама понимаешь. Тут или шутить, или сойдешь с ума. Предпочитаю шутить. – Лейвис поглядел на кружку чая, с бесстрастным лицом отпил, а после отставил на пол. – Мне не нравится, – пожаловался он. – Можно я схожу за тем виски? Я вроде запомнил, на какой кирпич нажимать.

– Нельзя. Ты нужен мне трезвым.

– Печально. Но хорошо, что я хоть кому-нибудь нужен. Айна, мне не нравится происходящее, и чем дальше, тем больше. Мы как щепки разбитого корабля, которые влечет поток. Сначала отец втянул нас в свое восстание, и ты погляди что случилось. Теперь леди Кэйвен. Слышала, что она сказала этому непрошибаемому барону? Эринландцы вторгаются в Иберлен, и плевать, каких друзей они при этом из себя корчат. Сиды явились с Гайвеном, потом эринландцы явятся с Кэран. Что еще? Артур призовет Гарланд? С него станется, он уходил с Рэдгаром. Война за иберленское наследство – вот как это однажды назовут, если мы не вмешаемся.

– Нам следует как можно быстрее вернуться к Артуру. Скорее всего, он поехал к Тарвелу – больше некуда. Будет просить у него помощи в войне, как уже делал весной. Он был верен Гайвену прежде, но едва ли сохранит эту верность, узнав, что Ретвальд творит. Брат служит стране, а Гайвен ее предал, раз спутался с силами тьмы. Мы должны просить его помощи.

– Нам не нужно искать Артура. Зачем мы ему? Просто два докучливых родственника его светлости господина первого министра. – Голос Лейвиса наполнился ядом. Артура он не любил. – Мы должны предпринять что-то сами, если хотим из пешек сделаться игроками. – В глазах молодого Рейсворта зажегся азарт. – Малерион, кузина. Попросим леди Кэйвен, чтобы она отправила нас в Малерион, если ей такое под силу, конечно.

– А Кэран согласится? Она наверняка хочет найти мужа, а искать его нужно в окрестностях Тимлейна. И зачем нам в Малерион?

– Согласится, если мы предоставим ей аргументы. А зачем… Ради того, чтобы собрать армию, разумеется. Большая часть войск Запада пришла к Стеренхорду весной, но какие-то гарнизоны дома остались. В Малерионе, Рейсворте, еще кое-где. На несколько тысяч человек мы вполне можем рассчитывать. Приведем их в королевский домен – и тогда с нами будут считаться.

– Кто с нами будет считаться, Лейвис? Кто я такая для них? – спросила Айна горько.

К собственному однодневному царствованию девушка теперь относилась как к смешному нелепому недоразумению. Айна помнила, как мечтала о короне, как видела себя владычицей, восседающей на Серебряном Троне, – и осознавала, насколько ничтожными оказались ее мечты. Возвращение Гайвена доказало им цену, но еще больше в памяти засели слова Роальда Рейсворта, произнесенные им незадолго до гибели. Лорд-констебль ударил Айну по лицу, а потом сказал: «Ты малолетняя дура, и лучше бы я надел эту корону сам. Ты еще не поняла, что твое слово ничего здесь не значит, девчонка? Делай, что тебе говорят старшие, и не капризничай». Лейвис тогда вступился за нее – выхватил шпагу и заявил, что никому не позволит так разговаривать с королевой Иберлена.

«Только никакая я не королева, и дядя был абсолютно прав. Ради гордыни и из пустых обид я продала Артура и Гайвена, а теперь пожинаю плоды своих дел. Трупы, усеявшие Тимлейнский дворец; иностранные корабли, направляющиеся в гавани Дейревера; мир, что скоро будет разрушен войной. Вот что я принесла своей стране».

Лейвис, кажется, почувствовал настроение девушки и сказал:

– Я тебе клялся в верности. Гайвену поклясться не успел, а тебе поклялся. Я из дома Айтвернов, а Айтверны своих слов стараются не нарушать. Ну, отец нарушил, но я попробую его примеру не следовать, – улыбнулся кузен неожиданно светло и легко. – Вы моя королева, леди Айна, а я ваш вассал, и от вашего имени я соберу войска.

– Глупости это все, Лейвис. За моим именем никто не пойдет.

– За Гайвеном тоже никто не пошел бы, но Артур призвал – и люди собрались. Я тоже призову. Я граф Рейсворт, а это один из самых влиятельных титулов в стране, и если считать тебя королевой, я твой прямой вассал, не хуже любого герцога. За отцом был весь Запад – и я объединю Запад под нашими знаменами. Ну, не весь – какую-то его часть, сколько успеем. Возьмем гарнизоны Малериона и окрестностей – и поскорее выступим в путь, ибо чувствую, все дела будут решаться на Нейре.

Айна вздохнула. Девушка поняла, что ужасно хочет спать. Голова отяжелела, глаза закрывались – мир начинал становиться нечетким, затуманенный накатившей дремой. Планы Лейвиса, такие же самоуверенные и нахальные, как он сам, отнюдь не внушали доверия. Впрочем, кузен желал действовать, а не сидеть сложа руки, и уже это вызывало приязнь. На мгновение девушке захотелось его обнять, но она сдержала столь неуместный порыв.

– Ты сумасшедший, – сказала Айна взамен.

– Я – Айтверн, – ответил Лейвис, не прекращая улыбаться. – Конечно, я сумасшедший.

Загрузка...