Толпа пошла за машиной, всё было относительно не плохо. Заехав на стоянку, я выскочил из машины, предварительно бросив туда зажигалку и побежал в лифт. Он поднял меня на верхний этаж. Через окно я выбрался на улицу, успев до взрыва — парковка начала гореть. Не успел я выдохнуть, как мне в бок уткнулось дуло пистолета.
— Не рыпайся, иначе пристрелю.
А после последовал удар. Очнулся я в машине с мешком на голове. Судя по голосам, их было трое. Они общались между собой, видимо у них тоже община, но явно не особо дружелюбная. Когда меня привезли, тупо выкинули из машины. Я встал, руки были связаны, кто-то снял с меня мешок и я опешил — передо мной стоял мой якобы погибший друг с моей девушкой.
Друг не обрадовался мне.
— Какого чёрта вы его сюда привезли? — Те начали оправдываться, мол видели меня в действии и подумали, что могу пригодиться. Но друг с колена дал мне поддых, а потом в челюсть.
— Бросьте его в толпу ходячих, пусть у них будет пир.
Я всё равно не могла успокоиться. Сердце было не на месте. Ощущение тревоги не покидало меня.
— Я не могу сидеть сложа руки, вы понимаете меня? Он там один. Их много. Ему нужна помощь. Не хотите меня отпускать, так соберите людей и отправьте их. Где там его друг? Позовите его сюда. Мне надо с ним поговорить.
Священник взял за плечи и посмотрел в глаза.
— Обернись, дитя моё, эти дети нуждаются в защите и заботе. Твой друг спас нас всех, за это Бог его помилует. Не стоит бездумно рисковать людьми, так община быстро погибнет. Заслужили ли эти люди смерти? Давай будем молиться и всё будет хорошо. Он вернётся, вот увидишь.
Дети сидели испуганные, некоторые женщины плакали. Новорождённый мальчик спал у мамы на руках. Мужчины, стиснув зубы стояли, не выпуская из рук оружия, но среди них не было Михи… Николай сразу решил воспользоваться ситуацией и подошёл к Насте.
— Ты вроде как медик тоже, надо пробовать искать вакцину. Давай оборудовать лабораторию.
— Думаешь я не искала? Кучу вариантов разных перепробовала. Вирус постоянно мутирует и непонятно чем можно его уничтожить. Да и где её делать эту лабораторию? Тут места все меньше становится. А это нужна отдельная комната, чтоб можно было привязать заражённого без вреда для окружающих.
Миха же тем временем отправился на поиски, моя идея ему понравилась, но она через чур была опасна.
— Я изучал их поведение, они меняются, но почему то не все, — говорил Николай. — Мужчины менее поддаются вирусу, они мутируют с опозданием.
Меня же кинули в какую-то комнату.
— Будет нашей приманкой, задержит ходячих пока мы будем убегать.
Девушка же стояла и молчала.
Я, оказавшись взаперти, начал думать как выбраться. Я не знал где я, сколько их и как они вооружены.
Миха ехал по пустым улицам и, увидев пожар, поехал туда. Толпа шла на огонь и они сгорали заживо. В голове у него проскочила мысль: "а вдруг он не успел выбраться?" Покружив вокруг квартала, и так и не найдя друга, поехал обратно, отложив поиски на утро.
— Дети вообще не поддаются мутации почему-то. Я пока не выяснила почему. Ни одного ребёнка не встречала заражённого. Это мне пока тоже не совсем понятно.
Мы настолько увлеклись беседой, что я на время отвлеклась. Но когда мне принесли кроху кормить, которую Артем привёз, снова стало грустно. Я взяла её на руки и дала бутылочку со смесью.
— Кушай кушай. Надо поесть, а то не вырастешь большой. Давай за дядю тоже покушай. Пусть скорее возвращается.
Миха приехал и сразу же хотел лечь спать, чтобы на рассвете снова выйти. Я же понял, что в комнате нет ничего что могло бы мне помочь выбраться, осталось надеяться на удачу. Дверь вскоре открылась, зашла Марина.
— На поешь хоть, поди голодный.
— Отравить захотела?
— Нет, что ты. Илья не знает, что я тут. Он напился и спит.
— И как оно? Нормально с ним? Мне вот сообщили, что ты погибла.
Она опустила глаза в пол.
— Тебя не было в городе, когда всё началось. Он помог мне спастись, меня действительно считали погибшей.
— Помог спастись и ты сразу же к нему в койку?
Она вспылила:
— Дурак ты! — и ушла, хлопнув дверью, не забыв закрыть её.
Я так и не смогла уснуть. Держала малышку на руках. Она хоть и спала спокойно, но у меня в душе покоя явно не было. Тревога то и дело нарастала. Еле сдерживала слезы, хотя хотелось кричать от безысходности.
На рассвете Миха покинул общину, но к ночи снова вернулся безрезультатно…