Глава 7 Фарм

Фарм в оазисе мне понравился. Кошмары, не привыкшие к массовому истреблению, передвигались по лесу небольшими патрульными группами по три-четыре особи, и справиться с ними, даже в одиночку, для опытного бойца не составляло особых проблем. Нам на руку играл тот факт, что при виде хранителя у них напрочь срывало крышу, и они бросались в атаку, словно волки, которых специально не кормили несколько недель, и даже не думали звать на помощь других соплеменников. Причём даже после уничтожения одного моба из группы остальные и не пытались отступать, продолжая попытки добраться до моего баланса хроночастиц.

Перед началом фарма Эльзира сообщила, что в каждом оазисе кучкуются кошмары в определённом уровневом диапазоне. В нашем случае – основной костяк обитающей здесь стаи 10 уровня, а вожак и вовсе 15-го, но эти мобы редко покидают центр. Они выходят только в случае нападения конкурентов и являются чем-то вроде гвардии оазиса. Тягаться с ними я пока поостерегся и решил для начала зачистить периферию оазиса, которую патрулировали рядовые группы с мобами от 6 до 9 уровней.

Вычислить урон моих заклинаний оказалось просто. Как я и предполагал, он был завязан на количество магической энергии. Каждые 10 единиц затраченной маны сносили кошмарам по 300 единиц прочности. Я подозреваю, что с ростом моего уровня этот показатель увеличится, но проверить это получится только после левелапа.

Если я правильно понял, то схема прокачки вырисовывается довольно перспективная. Внутри сферы времени мана выступает в качестве усилителя основного урона, который одинаков для всех и равняется числовому значению уровня хранителя. Если обычный пленник сферы на сотом левеле может максимум выдавать 100 единиц урона, то для меня это лишь отправная точка. Огненная стрела стоимостью 5 маны на том же сотом уровне выдаст 500 урона, фаербол за 10 – 1000, а огненное копьё за 30 – 3000. И это простейшие заклинания из моего обширного арсенала, когда повышу уровень, можно будет одномоментно использовать более манозатратные плетения и наносить больше урона, главное, решить вопрос с дефицитом маны.

Прочность кошмаров 6 уровня достигала 1900 единиц, а 7-го, 8-го и 9-го – 2600, 3400 и 4300 соответственно. Исходя из этих цифр, я пока ограничился уничтожением шестиуровневых отрядов, которых, к моему несказанному счастью, было большинство. На пак из трёх мобов уходило около 200 единиц маны, так что после уничтожения двух отрядов приходилось делать длительный перерыв для восстановления шкалы.

За убийство шестиуровневого кошмара давали 100 хроночастиц, и по настоянию Эльзиры я временно покинул группу, чтобы как можно быстрее прокачать шкалу маны, так что за один заход удавалось прибавлять по 60 единиц. Возможно, стоило начать с более мелких целей, так прокачка бы шла более эффективно, но в небольших оазисах очень мало мобов, и много времени ушло бы на перемещение по зоне к следующему островку.

Между заходами, одолжив у Эльзиры несколько стрел и один из её кинжалов, пробовал их зачаровать. Процесс, в успехе которого я не сомневался, буксовал. Магия отказывалась взаимодействовать с местной материей, и я пока не нашёл способ решения этой проблемы. Если в реальном мире мне удавалось работать с маной напрямую, то внутри сферы всё было иначе. Каждое заклинание требовало определённое количество маны, и изменить эту константу у меня не получалось, а просто материализовать стихию, без формирования какого-либо мыслеобраза, вообще не получалось. Надо думать.

После уничтожения четырёх отрядов поведение кошмаров изменилось. Видимо, вожак заметил пропажу двенадцати слабейших бойцов стаи и усилил патрульные группы одним десятиуровневым офицером. Это говорило, что более развитые твари не лишены зачатков разума и способны быстро приспосабливаться к изменяющимся условиям. В целом, для меня это мало что поменяло. К этому времени я обкатал тактику боя и опробовал другие простые заклинания из своего Альфовского арсенала.

Отлично себя зарекомендовала огненная цепь. Заклинание сковывало кошмара и с лёгкостью удерживало его на месте. Единственное неудобство – это минус 10 единиц маны из доступного оперативного резерва, но с ростом уровня эта проблема сойдёт на нет. Помимо обездвиживания, огненная цепь наносила небольшой ежесекундный урон противнику, так что, пока обездвиженный офицер верещал на всю округу от боли и катался по земле, пытаясь порвать огненную цепь, я забрасывал подчинённых ему шестиуровневых кошмаров, которые полностью игнорировали этот факт, фаерболами.

Такая тактика привлекала внимание соседних патрульных групп, но пока они подтягивались к месту событий, я уже успевал укрыться мимикрирующим пологом плаща и забираться на специально подготовленную и хорошо оборудованную Эльзирой позицию на дереве. После развоплощения кошмаров не остаётся следов, так что понять, что их собратья умерли где-то поблизости, прибывшая подмога не могла, и, покрутившись несколько минут, кошмары расходились, а мы спешно меняли локацию фарма.

Уничтожив ещё три группы, решил сделать небольшой перерыв. Шестиуровневые мобы в оазисе закончились, и пришло время провести промежуточный итог семичасового фарм-забега.

– Итого двадцать один убитый кошмар 6-го уровня и три 10-го, – прошептал я, обращаясь к Эльзире. – Если переводить это в эквивалент хроночастиц, то получается 2760.

– Или 13 800 хрон, – добавила эльфийка задумчивым голосом, молниеносно сделав в голове нужные подсчёты. – Ты хоть понимаешь, что за семь часов сделал месячную норму обычного рейдера?

– Это я ещё осторожничал, – нисколько не покривив душой ответил я. – Пока не привык к местным ограничениям, дальше процесс пойдёт быстрее, да и объём доступной маны немного подрос.

Как и планировал, переводил все поступающие хроночастицы в ману, и шкала этой, так необходимой энергии прокачалась на +270 и достигла 825-ти единиц. Дальше повышать её в текущих условиях я не видел смысла, а вот взять пару левелов перед возвращением в Глыбу может и стоит. Вступать в схватку с вожаком оазиса пока рано, снять больше одиннадцати тысяч прочности будет сложно, и нужно тщательно подготовиться к такому бою, а вот ещё немного сократить поголовье кошмаров в этом оазисе точно стоит.

– Я хочу участвовать в бою, не могу быть простым наблюдателем, – после небольшой паузы проговорила Эльзира. – За время заточения я овладела множеством навыков, в том числе и боевых, а стреляла я превосходно ещё до плена. Постарайся решить вопрос с зачарованием оружия побыстрее, – попросила эльфийка.

– Да я бы с радостью, но магия здесь работает с огромным скрипом, и пока не получается подобрать нужный ключик к пониманию происходящих внутри сферы процессов. Приходится тыкаться вслепую, а это чревато неприятностями, поэтому пока действую осторожно. Вот сейчас снова займусь этим вопросом, реген маны опять упал до 9 единиц в минуту, если не повысится, придётся ждать восстановления больше часа, время попробовать различные варианты есть.

– Тогда не отвлекаю, – прошептала Эльзира и затихла.

Провозившись полчаса, снова не сдвинулся с места ни на миллиметр. Я точно делаю что-то не то. Нужно менять подход к проблеме. Нахрапом взять нужный рубеж не удалось, значит, будем искать обходные пути.

Что мне известно на текущий момент? При расходовании маны повышается наносимый урон. Даже заклинание, которое стоит две единицы маны, удваивает урон, и если получится перенести этот эффект на оружие, то жить бойцам ближнего боя станет гораздо легче. Это на моём тридцатом нет особой разницы наносить 30 урона или 60, а на сотом или двухсотом прибавка будет весьма ощутимой. Но заставить стихию усилить оружие никак не удаётся.

Стоп, а ведь помимо стихийной энергии внутри сферы есть и хроночастицы, с которыми можно научиться взаимодействовать. Да, мне говорили, что это подвластно лишь одному из ста, но я в себя верю. Главное – понять, как именно использовать трансформацию хроночастиц для достижения цели. Эльзира говорила, что сменить, так сказать, специализацию, не удавалось никому. Улучшить – пожалуйста, но вот заставить частицы работать в другом направлении будет уже невозможно.

Минут десять ломал себе голову, как можно их использовать, но так ни к чему и не пришёл, слишком мало информации. Может, нужно вернуться в Глыбу, засесть в библиотеке гильдии и как следует изучить доступную информацию? Мысль, несомненно, здравая. Вслепую можно сильно лопухнуться, но интуиция вопит, что выход есть. Что-то крутится на самой окраине сознания. Какая-то тень мысли, которую никак не удаётся ухватить.

Стоп! Артефакты! Как я не догадался раньше. Нет, я точно валенок, они же светятся в магическом зрении, значит, они способны удерживать в себе ману.

– Эль, одолжи хронит огня, надо кое-что проверить, – попросил я.

– Как ты сейчас меня назвал? – шикнула эльфийка.

– В боевой обстановке всегда сокращаю имя, – сконфуженно начал объяснять свою промашку я, – так быстрее, не перестроился, прости, если такое обращение для тебя оскорбительно.

– В моей культуре сокращать имя могут лишь… – эльфийка немного замялась, но всё же закончила, – любовники.

– Упс, – только и смог произнести я. – Прости, не знал, больше не повторится. Ну так что насчёт хронита? – попытался побыстрее соскочить с темы я.

В ответ в воздухе появился кулак с зажатым в нём самоцветом. Видеть Эльзиру я не мог, но почему-то мне показалось, что если бы не мимикрирующий плащ, то передо мной предстало бы пунцово-красное лицо блондинки.

Как только хронит оказался в моей руке, из головы мгновенно улетучились все посторонние мысли. Я почувствовал слабый отклик родной стихии, заключённой в этом небольшом самоцвете. Действуя по наитию, мысленно потянулся к хрониту и понял, что он наполнен энергией всего на 10% от возможного. Его нашли слишком рано, и он не успел окончательно созреть, именно поэтому самоцвет и выдаёт минимальную мощность. А что если его зарядить? Пришла в голову неожиданная мысль. Не знаю, как это поможет в решении главной задачи, но идея показалась разумной, поэтому приступил к её немедленному воплощению в жизнь.

Как обычно, работать с огнём для меня было очень легко. Взаимодействие с родной стихией происходит на инстинктивном уровне, и ничто, даже сфера времени, не в силах заглушить эту связь. Я почувствовал, как магическая энергия потекла по венам от источника к пальцам руки, в которой был зажат хронит огня. Самоцвет тут же начал жадно, словно изголодавшийся зверь, её поглощать. Температура камушка резко пошла вверх, и вскоре ладонь обожгло болью, отчего баланс хроночастиц начал уменьшаться, и, как только это произошло, хронит, концентрация маны в котором к этому времени достигла своего пика, превратился в жидкую каплю расплавленного огня.

Однажды, у деда на даче, я случайно разбил доисторический ртутный градусник. Взбучку, устроенную обычно добродушным дедушкой, когда он вошёл в мою комнату и увидел, как я играю с шариком ртути, я не забуду никогда в жизни. И вот сейчас небольшой шарик жидкого огня, в который превратился хронит, мне напомнил ту капельку ртути из разбитого градусника. Покатав шарик на ладони, я взял во вторую руку кинжал Эльзиры и уронил его на лезвие, ближе к рукоятке.

Эффект последовал мгновенно. От места соприкосновения капли с металлом кинжала, вверх по лезвию, начали распространяться ветвящиеся линии, очень напоминающие разряд молнии. Прямо у меня на глазах эти тонкие линии, еле заметно мерцающие красно-оранжевым цветом, очень быстро опутали лезвие разветвлённой сетью, и система подсветила обновлённую информацию о предмете:

– Кинжал из трансформстали. Урон: х3.

– Что там у тебя происходит? – словно змея зашипела Эльзира. – Всполохи огня пробиваются даже сквозь маскплащ.

– Кажется, я сломал твой хронит, – немного обалдевшим голосом ответил я.

– Сломал? Ты издеваешься? Как это вообще могло произойти?

– Понятия не имею, но получилось вот что, – откинув край плаща, протянул модифицированный кинжал владельцу.

Загрузка...