Глава 2

Дим. Попаданец

А раз я в другом мире, то одна маленькая вещь становится весьма актуальной. Вот про тот же фильм «Аватар» спорят: возможно – невозможно, реалистично – нереалистично. Одним красивая картинка понравилась, и они ее, не задумываясь, защищают. А другие в школу еще при советской власти ходили, причем не только не прогуливали, но и краем уха слушали, что там учителя говорят, и в связи с этим еще и некоторые законы физики помнят. Но и те, и другие забывают о самом главном, а именно: на фига самим добывать минерал? Привези ящик стеклянных бус, и аборигены все, что нужно, принесут, еще и в очередь выстроятся. Это как с теми же неграми в Африке. Сейчас очень популярно рассказывать политкорректные сказки о том, как белые их по джунглям вылавливали, чтоб в рабство увезти. Как будто делать европейцам было больше нечего. Привозили местному корольку ящик этих самых стеклянных бус, и он с удовольствием продавал всех имеющихся пленных. Оно и понятно: такие прекрасные бусы и такие никчемные рабы (да еще и невкусные). А не выкупали бы их белые, он пленных просто бы убивал, а кого и ел.

Понятно, что бусы не в буквальном смысле имеются в виду, а нечто, почти ничего не стоящее с точки зрения продавца и имеющее огромную ценность для покупателя. Так что нужно будет провести экспертизу вещей на предмет того, что может играть роль стеклянных бус, и начать стоит с косметичек. А еще лучше с Ленкиных рюкзака и кепки – и то, и другое у нее значками чуть ли не в три слоя обвешано. Чего там только нет, начиная с советской эпохи и заканчивая ярким и аляповатым примитивом современной рекламы. Но СССР все же преобладал.

Но для начала назначил себе программу-минимум. Похоронить друзей, негры обойдутся, и подготовиться к походу, а куда идти, там видно будет. Ну и с собакой разобраться тоже нужно. Признает ли сенбернар меня своим новым хозяином или нет? Всякое может быть, но лучше, чтобы признал, иначе совсем один останусь.

– Дрейк, ко мне! – Пес тут же подбежал.

Странно, раньше он моих команд не выполнял, никогда. Ну разве что, будучи в хорошем настроении, лапу мог дать и то редко. Хотя я и был, наверное, единственным посторонним, кого этот по недоразумению похожий на сенбернара злобный зверь терпел. Светка даже удивлялась, а я всего лишь держал себя с ним как с котом. С кошками я сосуществовать всегда умел, иногда те же приемы срабатывали на собаках. Редко, но срабатывали.

– Ну что, Дрейк, решил признать во мне нового хозяина? – говорил я с псом или скорее заговаривал ему зубы, нажимая специальный карабин на спине.

Вьючные сумки свалились на траву.

– Дрейк, охраняй, – дал я команду, чтоб хоть что-то приказать.

Потом была менее приятная процедура: я стягивал рюкзаки с убитых (свой я скинул в самом начале) и складывал в общую кучу. Все из карманов. Мобильники, как и мой, вне зоны связи. Все мелочи на расстеленный платок. Дальше были негры. Все оружие в кучу. У костра какие-то мешки, их туда же. На шее у каждого было по несколько шнурков с какими-то когтями-клыками и прочими дикарскими амулетами, а кроме того, по шнурку с металлическими дисками, каждый с дырой в центре, через которую этот самый шнурок и продет. На дисках что-то отчеканено, значит, явно деньги.

У нас на Земле тоже кое-где такие чеканят. Большая часть монет из меди и бронзы (или латуни), встречается серебро, а золота нет. Жаль, нищие негры попались. Все шнурки срезал, те, что с деньгами, в сторону, остальные в костер – не нами клыки с костями добыты, не нам и носить, это если они чем-то вроде орденов с медалями служат, а если оберегами, то тем более, не верю я во всю эту лабуду. Потом были пояса с набедренными повязками. У пятерых ничего, а у шестого еще шнурок с восемью дисками. Вот и золото, правда, всего одна монета из восьми, остальные серебряные. И еще кожаный мешочек, в котором три золотых и тринадцать серебряных монет, уже нормальных, без дырки. Явно начальник этого небольшого отряда.

Стащил всех негров в одну сторону поляны, а друзей – в другую. Предстояла очень нелегкая работа – вырыть могилу на троих складной саперной или скорее туристической лопаткой. Те, кому приходилось копать в лесу, меня поймут – нелегкое это занятие, очень нелегкое. Хорошо, хоть корней было не так много, как я боялся.

Через полчаса работы устал ужасно, а конца не видно.

– Дрейк, ко мне! – Пес подбежал.

– Копай! – Никакой реакции.

– Ну что, Дрейк, такой команде мы не обучены? Академиев не заканчивали? – разговаривал я с собакой, копая дальше.

Ближе к вечеру, с несколькими перерывами на отдых и еду, могила была закончена. Молитв я не знал никаких, да и не предполагал, что могут понадобиться.

– Да примет вас великий лес! – почему-то сказал я.

Дрейк тоже что-то пролаял.

А что было еще сказать? Эльфами умерли, эльфами и похоронены.

Я, конечно, понимал, что примерно около метра для лесной могилы явно недостаточно, но на большее просто не было сил. Решил еще разжечь сверху костер, вдруг звери не тронут кострище.

Так устал, что на поиски нового места для ночлега не было ни сил, ни желания. Вот и решил собрать побольше дров и разжечь несколько костров в надежде, что хищники, привлеченные запахом крови, если такие будут, меня не тронут. Так и сделал. Палатка, куча хвороста и дров побольше, вплоть до корявых сучковатых бревен, рядом. Три костра вокруг, еще костер на могиле, приказ сенбернару охранять и спать. Несколько раз просыпался, разбуженный злобным лаем Дрейка, подбрасывал дров в костры и снова засыпал. Стресс от потери друзей, осознание, что нахожусь в другом мире, и тяжелая физическая работа – все это еще тот психологический коктейль. И ведь будет похмелье, но, надеюсь, потом, попозже.

Утром тел негров не обнаружил. Проверять по следам волочения, как далеко утащили и что осталось, не стал. Нет, и черт с ними (или кто там в этом мире его должность занимает?). А вот факт наличия в лесу хищников, способных утащить шесть крупных тел, оптимизма не прибавлял, костры придется теперь жечь всегда (надеюсь, я не в каком-нибудь местном заповеднике или священном лесу). День начал с завтрака, готовя который подумал, что продукты тают слишком быстро и пора переходить на подножный корм, в смысле охотиться, тем более что уже несколько раз видел птиц, похожих на тетеревов.

А утром вместе с новыми проблемами нахлынули воспоминания о вчерашних событиях. То самое похмелье. Вообще-то я человек не впечатлительный, за счет чего многие ошибочно считают меня очень спокойным, смелым и хладнокровным. И сейчас, если были бы свидетели, то они подумали бы, что вчерашнее на мне никак не сказалось. Внешне, кстати, так и было. А на самом деле совсем нет. Вместе с воспоминаниями о погибших друзьях и о том, что сам избежал смерти только чудом, так как хорошо стреляю только из арбалета, а с пистолетом вообще никогда особо не тренировался, нахлынули тоска и апатия. Навалилась какая-то непонятная тяжесть. Не хотелось ничего делать, хотя и понимал, что надо.

Началось, похоже, еще вчера. Я ведь ни разу не сфотографировал трупы этих негров с длинными клыками и слегка заостренными ушами. Это я! Который вообще из дома никогда без фотоаппарата не выходит, даже если не планирует ничего фотографировать. А уж если планирую, то беру как минимум два, много аккумуляторов, зарядные устройства, карты памяти и вообще все, что только может пригодиться. Сейчас же у меня было три фотоаппарата, два моих и один Ленки с Андреем, и ни одного кадра. И то, что я предпочитаю фотографировать красивых девушек, не оправдание. Ведь я как-никак в другой мир попал, можно сказать, братьев по разуму встретил, как писали в советской фантастике. Хотя в данном случае уместнее было бы их назвать врагами по разуму.

Мысли о столь нетипичном поведении немного меня встряхнули и вывели из апатии. Пора возвращаться к своему нормальному состоянию и смотреть на мир через видоискатель фотоаппарата.

Загрузка...