Ведьмина печать. Ловушка для оборотня

Глава 2

Асаар спешил скорее унести ноги на окраину империи, чтобы затеряться в глуши дикого, неприветливого края провинции Ат и пересидеть охоту на ведьм. Хоть он и не ведьмак, но один из их хищных созданий, которых люди боялись и стремились извести.

Смутное время — пора горестей, и началась она с кончины императора Ота, когда императрица Сарна узурпировала власть и передала своему брату — жрецу — отступнику от магии, призывавшему истребить таких, как Сар и очистить земли от скверны. Лишь покровительство императрицы помогло ему покинуть город и скрыться. Однако с его-то исполинским ростом затеряться почти невозможно, если только в непроходимых лесных дебрях.

«Почему меня не сотворили подобно другим людям? Почему создали таким одного, заставив мыкаться по империи в поисках хотя бы одной подходящей женщины?» — с горечью вздыхал он, двигаясь в путь только с наступлением сумерек.

Асаар слышал, что, кроме Великой Атины, никто не мог создавать существ, подобных ему. Вот только первородная ведьма умерла задолго до его рождения, поэтому вопрос о появлении на свет оставался без ответа. Но, кто бы его ни создал, тот человек обладал отменным чувством юмора и жестокостью, потому что Сар был высок, хорош, невероятно силен, умен, проницателен и огромен во всем. Даже опытные развратницы боялись его, обладавшего не только убийственными кулаками, зубами, когтями, но и таким же членом. А он был молод и полон здорового желания, которое неимоверными усилиями приходилось сдерживать.

Императрица Сарна позволяла искать жертвы в темницах и ямах. Выбирать приходилось из отребьев, но это позволяло держать себя в руках и в рамках закона. Теперь же, лишенный этой возможности, он уже долгое время воздерживался.

«Разве это жизнь, иметь большой ключ и не находить подходящего замка?» — расстраивался он. Стоило перекинуться, животная сущность проявляла себя неистово и требовала учитывать ее желания, но женщины отталкивали его. Только тетушка Оули из дома Алых Ведьм, имевшая некоторую силу, понимала его страдания, но и она не могла помочь. Секрет создания оборотней Великая Атина унесла с собой. Многие пытались разгадать тайну, однако из-под их рук выходили лишь глупые уродливые полузвери, отказывавшиеся подчиняться, часто сбегавшие от хозяев, а потом охотившиеся на людей. За это жители империи и ненавидели все колдовское.

Асаар был единственным в своем роде. С рождения жил среди людей и считал себя человеком, потому и пытался найти в пару человеческую женщину, однако они были хрупки, болезненны и не под его размер.

Он слышал, что где-то на горе Ора живет племя, где женщины рослы и выносливы, вот только одна беда — где эта гора находится, никто не мог подсказать.

Утомленный Сар уже давно находился в пути. Закладывал ложные крюки, петлял, сворачивал на людных перекрестках в противоположную от конечной цели сторону… — одним словом, делал все возможное, чтобы разыскать его было сложнее.

Большую часть почти бесконечной дороги проделал верхом, но много и на своих ногах, поэтому одежда нуждалась в починке, а сам он в выпивке и крепком сне. Его непривередливый желудок мог справиться почти с любой едой, даже сырой, но за долгую дорогу он соскучился по горячей трапезе, поэтому, увидев придорожный деревенский трактир, обрадовался.

Низкий, вытянутый дом с соломенной крышей, вросший в землю, стоял на краю поселения, у реки, и весь пропах рыбой. Из лога ветер доносил настойчивый смрад тухлых потрохов и смешивал с ароматом свежих лепешек, жаркого, вина и дыма. Отдав поводья марияка худосочному мальчишке, Сар натянул капюшон на глаза и, спустившись по ступеням, вошел в зал.

Внутри сразу же стало тихо. Смолкли болтовня, смех. Настороженные люди оборачивались на него, прикидывая, чего от ожидать от великана.

Асаар презрительно скривил губы. Как бы не хорохорились местные разбойники, он им не по зубам. Подошел к одному из пустых столов и сел на лавку, жалобно заскрипевшую под его весом. Из-за замызганного занавеса показалась лысая голова трактирщика.

— Мяса, рыбы, шесть лепешек, вина и воды, — процедил сквозь зубы и бросил на стол монету.

Ее звона оказалось достаточно, чтобы юркий мужичок угодливо заулыбался и поспешил исполнить заказ. Время от времени его ушлые глазки скользили по гостю, пытаясь решить, можно ли схитрить? Но задержав взгляд на кулаках посетителя, сглотнул слюну и передумал.

Кислое вино и еду подали быстро. Жестковатое мясо для зубов, способных перегрызть толстые кости, показалось нежным. Сар спокойно, неспешно ел, не обращая ни на кого из присутствующих внимания, но вдруг на улице послышались крики, и в зал толпой ввалились крестьяне с дубинами и вилами наперевес.

— Оборотень! Оборотень! — орали они нетрезвыми, дурными голосами. Асаар напрягся, раздумывая, как его опознали, но выдержка не позволила дернуться. При любом исходе, он мог постоять за себя, однако тогда поднимется шумиха, и долгое бегство окажется бесполезным.

— В чаще оборотень!

Беглец не поверил ушам. После начала охоты на ведьм, шанс встретить колдуний и их творения стал ничтожен, поэтому крики удивили его.

— Где? — рявкнул, разозленный дурацкой ситуацией. Уж он-то знал, что оборотни редкость.

— В лесу! У пристани! Уан видел! Огромный черный оборотень выскочил на него из кустов, размахивал окровавленной лапой и пытался схватить!

— Хотел бы схватить, враль Уан не убежал бы, — злорадно усмехнулся истинный оборотень.

— Не веришь, вот и сиди, а мы на поиски! Староста пять полновесных монет за поимку обещал. Имперских!

В зале раздался громкий гомон. Соблазненные щедрой наградой несколько человек вскочили с мест и устремились на улицу. За ними, подгоняемые жадностью, выбежали остальные. В полупустой таверне стало тихо.

Асаар раздраженно отбросил кусок мяса. Хоть и устал, но пять имперских монет лишними не будут.

— Вернусь позже! — бросил раздраженному трактирщику, подсчитывавшему убытки, и вышел на улицу.

Народ метался по деревне, сбиваясь в кучи и заранее договариваясь о дележе еще не полученных денег. Он же ни в ком не нуждался, потому, не теряя времени, в одиночку двинулся к лесу.

— Эй, смельчак, не переоцени себя! — бросил кто-то в спину, но не дождался ответа.

Сумрак не был помехой. Сар не знал местность, но ориентируясь только на запах, быстро вышел к реке, а там его чуткий нос уловил странный, чужеродный дух.

«Оборотень с навязчивым душком? — удивился он. — Вряд ли!»

Однако крался осторожно, сжимая в руке короткий бебут. И чем ближе подходил, тем больше убеждался, что чудной зверь — ведьмино творение, потому что от него исходило неестественно резкое благоухание и невообразимый, странный клекот.

Асаар крепче сжал сталь и вышел из укрытия.

Нечто в черной шерсти сидело к нему спиной, смотрело на речку и даже не заметило его появления, но обвисшие лопоухие уши на макушке существа намекали на его благодушное настроение.

— Обернись, — наконец не выдержал он и обратился к чудовищу, которое так и не почувствовало его присутствия.

Существо испуганно дернулось и начало поворачиваться. Медленно-медленно. Однако, когда Сар рассмотрел профиль, сердце предательски екнуло, потому что это была молодая женщина. Увидев его, она едва удержалась от крика.

Несмотря на черный мех, ее лицо было белым, приятным, не похожим на местных крестьянок. Очень высокая, рослая, ладная. Даже ее руки с когтями отличались изяществом.

Асаар облизнул край губ.

«Кто бы ты ни была, моя!» — решил он и сделал к ней острожный, медленный шаг.

— Я-я потерялась! — прошептала женщина низким, но приятным голосом и встала с земли. Тогда Сар и разглядел, что она одета в странную меховую накидку из неизвестного ему зверя, а уши пришиты к капюшону.

— Сбрось шкуру!

— Мошкара заест.

— Сбрось, — прошипел, поражаясь, какой нужно быть идиоткой, чтобы расхаживать при крестьянах в шкуре. Но когда незнакомка стянула накидку, ему стало не до ее умственных способностей, потому что женственная фигура, большая грудь, покачивающаяся при каждом глубоком вздохе, округлые бедра завладели всем его вниманием.

— Подойди!

— З-зачем? — запаниковала она.

— Или я, или крестьяне с дубинами. Они уже рядом.

— С дубинами?! — вздрогнула незнакомка. — Но я ничего не сделала!

— Им без разницы, — отрезал Сар, наблюдая, как дурочка стоит на месте, разинув рот. Терпение закончилось, и он приблизился сам. Обойдя по кругу, остался доволен. Женщина ему понравилась.

— Пошли!

— Куда?! — в ее больших глазах читался страх, но Асаар уже знал, что хочет в благодарность за спасение.

— Быстрее! — потянул за руку, и она упала на колени. И только тогда заметил ее необычную обувь.

«В такой не убежать», — вздохнул и, взвалив женщину на плечо, потащил подальше от рыскающих по чаще крестьян.

Резкий запах черной шкуры перебивал нюх, поэтому по дороге сорвал накидку и запихнул в подвернувшуюся яму.

— Нет! — заверещала ноша, но он не обращал внимания.

Остановился, когда посчитал, что достаточно оторвался от преследователей. К тому времени его одежда вымокла от проступившего пота, а ноги тряслись, но не от усталости, а от желания и предвкушения. Пока нес, успел облапать ее бедра, ноги, даже зад, обтянутый лишь чудными штанами, не скрывающими от взора округлые формы.

Сар смотрел, не скрывая желания.

— Я, наверно, сплю, — тихо прошептала незнакомка. — Точно сплю.

Она растерянно продолжала бубнить, пока не заметила, как он на нее смотрит. А когда поняла, чего от нее хочет, смущенно ойкнула и облизала губы.

— Пить хочешь? — спросил Сар и, не дожидаясь ответа, протянул кожаную флягу.

Она кивнула. Пила жадно, и при каждом глотке ее грудь вздымалась. Мутным взглядом Асаар скользил по роскошному, сильному телу и уже знал, что не откажется.

«Она подойдет мне! — кивнул в такт своим мыслям. — Как раз по мне!»

Когда протянула руку, возвращая флягу, спросил:

— Как твое имя?

— Юлиана. Ана. Анка.

Прежде он не слышал такого имени, но это было и не важно.

— Не кричи, — предупредил, подходя ближе.

Что ее ищут, и незнакомец не лжет, Юлиана убедилась сама. В темноте с высоты горы были хорошо были метавшиеся в роще факелы, которыми крестьяне освещали путь. Это так испугало, что она не заметила, как мужчина скользнул к ней, накрыл рот ладонью и повалил наземь.

Анка испуганно взвизгнула, попыталась вырваться, но распластанная животом на земле ничего не могла сделать. Навалившийся незнакомец нетерпеливо шарил рукой по ее телу, возбужденно дышал в ухо. Наглец был силен, притягателен, как настоящий дикарь, и понравился ей с первого взгляда. Не портила его мускулистое красивое тело даже мешковатая одежда и подобие юбки с многочисленными украшениями, свисавшими с пояса. Если бы такой встретился в жизни, она бы, наверно, первая начала соблазнять его, забыв о гордости и обручальном кольце.

От его желания, терпкого мужского запаха, Анку неожиданно бросило в жар.

«Это же сон! А во сне можно все!» — решила, распаленная жадными, нетерпеливыми прикосновениями мужских рук. Дикарь с шумом вдыхал ее запах, сжимал ягодицы, а она инстинктивно выгибалась в ответ. Измученная долгим воздержанием Юлиана так сильно, остервенело желала его, как никого ранее.

Почувствовав, что незнакомка больше не сопротивляется, Асаар рывком перевернул ее на спину, сжал ладонью грудь и резко коленями раздвинул ей ноги. Волны сладкой боли обжигали низ живота, толкали на грубость. Он едва сдерживался.

Плотно облегавшая женское тело одежда мешала, и Сар дернул за горловину. Рубаха с треском порвалась, обнажив прозрачное тончайшее кружево, едва скрывавшее большую, соблазнительную грудь. Он смотрел, как зачарованный, и не мог отвести глаз: податливое роскошное тело дурманило разум. Сорвав ткань, жадно приник к соску губами и чувствительно прикусил. Млея от его прикосновений, незнакомка подалась навстречу, закусила от желания губу, начала извиваться и стонать, желая, чтобы он скорее овладел ею. Едва сдерживаясь, Сар вжался пахом в ее бедра и зашептал грубости на низком ахасском.

Распаленный, он потерял остатки разума. Неудовлетворенный, изголодавшийся по самке самец одержал верх над человеческой сущностью. Не в силах более терпеть, в волнении стянул с нее штаны, обнажая соблазнительный белый живот и разведенные бедра. Аккуратный треугольник волос и запах чистого, здорового женского тела довел его до исступления. Он спешно стянул штаны с себя, освобождая внушительный член, подтянул ее бедра к своим и склонился над Аной, водя крупной, влажной от желания головкой по ее разгоряченному лону, примериваясь. Однако внезапно на ее животе проступила яркая ведьмовская метка! Та же, что была в прошлый раз на записке, предлагавшей поступить на службу.

— Нет! — заскулил Сар от обиды и досады. Это было слишком коварно и жестоко. Зов крови требовал войти в манившее лоно как можно глубже, до предела, утолить жажду, но овладеть незнакомкой — означало покуситься на чужую собственность и за посягательство расплатиться свободой.

От злости он зарычал. Ярость толкала к безумству, но за короткий соблазн Асаар не готов был расплачиваться пожизненной кабалой. Он не хотел быть рабом.

Навалившись на спутницу со злости всем весом, начал помогать себе рукой. Рядом с изнемогающей от желания женщиной, подходящей ему во всем — это было безжалостное издевательство, но он слишком любил свободу и чувствовал опасность.

Доведя себя до пика, захрипел от удовольствия, забрызгал ее живот молочной влагой, а потом обессилено прижался к незнакомке, затихшей под ним.

Отдышавшись, медленно встал, поправил одежду и процедил:

— Там дальше деревня. В ней староста. Спустишься, попросишь работу.

— А ты? Ты куда? — спросила она осторожно дрожащим голосом. Он не видел лица и не хотел. Сар желал скорее избавиться от нее, опасаясь, что не сдержится.

— Дальше, в путь. Извини, но ты не понравилась мне. Прощай.

Анка от обиды и оскорбления потеряла дар речи. Так ее еще никто не унижал. А когда пришла в себя, незнакомец был уже далеко.