Глава 5. Наедине с вампирами

– Кровинс! Немедленно! – услышал я возглас и с удивлением понял, что знаю этот голос. Это был Крам. – Когда вы научитесь проверять охотничьи метки? Правила писаны не для вас?

– Не вам меня учить, каким правилам следовать, Крам Ракта. – второй говоривший явно был рассержен. – Если я решил… Удовлетворить вашу просьбу, это не значит, что я соглашался выслушивать от вас замечания. Знайте своё…

Фраза почему-то не была закончена.

Дверь распахнулась и в моей камере оказался старый недобрый упырь, что совсем недавно вербовал меня на службу.

– Встать, добыча, – своим могильным голосом приказал он. Я хотел было послать его куда подальше, но моё тело подчинилось само собой. – За мной, – выдал он новый приказ, и мои ноги вновь зашагали против воли.

У моих комфортабельных апартаментов, кроме беловолосого Кровинса, стояли ещё трое вампиров, один из которых явно выделялся. Он был на полторы головы выше остальных, выглядел более статно, да и лицо выделялось особенным благородством, что ли. Ну или особенно отожрано. Я мог бы даже подумать, что этот здоровяк – и не вампир вовсе, если бы не фирменный стиль.

Крам размашисто направился вперёд, а мне оставалось стараться не отставать. Высокий вампир устремился за нами, в то время как Кровинс и оставшиеся два вампира так и стояли у камеры, о чём-то перешёптываясь.

Спустя минуту, мы уже оказались у лифта и ждали, когда двери раскроются.

Лифт пришёл, но он был не пустой. В коридор навстречу Краму выступил Фериор.

– Ты… – он окинул Крама презрительным взглядом, отчего-то не обратив внимания на стоящего поодаль здоровяка. – Что позволяешь себе на моей территории? Безродный кровосос. Я даже знать не хочу, отчего Кровинс тебя послушался. А ну-ка живо вернули мою добычу в камеру, – Фериор шипел, как огромная рассерженная кобра.

– Ваша добыча? – ничуть не смутился Крам, ответив прежним замогильным тоном. – Я не вижу на полуэльфе вашей метки. Зато моя там есть. Он моя собственность, – твёрдо произнёс вампир. – Вы нарушили множество правил, и у вас нет никакого права указывать мне, что я должен делать со своей собственностью.

Меня, конечно, никто не спрашивал, но если бы я мог говорить, то рассказал бы всё, что думаю о моём статусе чьей-то собственности и о новоявленных хозяевах. Хотя, если уж признаться, говорить-то я мог, но вот только не хотелось. Настроения не было. Да и день уж очень тяжёлый. Я потом как-нибудь выскажусь…

– Да кем ты себя возомнил, чтобы тыкать мне на правила, которые я и создавал? Ты на моей территории. Проваливай, пока я разрешаю, и молчи в ладоши, пока я… я… – Взгляд Фериора наконец наткнулся на фигуру здоровяка.

Таинственный спутник Крама вышел вперёд и вкрадчивым тоном начал разъяснять.

– Мистер Ракта возомнил себя владельцем собственности, на которой стоит его метка. И он пришёл эту собственность забрать. Для меня очевидно, что все его притязания правомерны. И я удивлён, что вы, Фериор, вознамерились это оспорить.

Гонор из голоса Фериора мгновенно улетучился.

– Я предполагаю, что данный… Полуэльф причастен к гибели двоих наследников рода Сангис, – спокойно, будто и не было только что перепалки, произнёс вампир.

– Род Сангис достоин уважения, однако, перед тем как увозить собственность господина Ракта, нужно было спросить у него разрешение, – произнёс здоровяк на удивление дипломатичным тоном.

– Если бы его метка была именной, я, возможно, так и поступил бы, – ответил в тон здоровяку Фериор, – но сложившаяся ситуация обязывала меня действовать решительно, поэтому я убедительно прошу вернуть данного полуэльфа в камеру.

– Отказано, – отрезал Крам и зашагал мимо возмущённого Фериора в глубь лифта. Здоровяк невозмутимо последовал за ним, пропуская безвольно шагающего меня вперёд.

Двери лифта закрылись перед носом Фериора, и кабина понеслась вверх. Я примерно помнил, сколько мы спускались под землю, и с удивлением обнаружил, что лифт и не думал замедляться на уровне первого этажа.

Когда двери распахнулись, я увидел тот самый коридор, где недавно проходили мои переговоры с Крамом. Однако, выйдя из лифта, мы повернули в противоположную сторону.

Миновав драпированные чёрным, красным и золотым стены, мы оказались у резных ворот из чёрного дерева. Язык отказывался называть это сооружение дверьми.

Створки распахнулись, открыв мрачное помещение, что ни в какое сравнение не шло с другими виденными мной кабинетами вампиров. Здесь всё походило скорее на камеру, в которой меня содержали. Грубые каменные стены, фонари на толстых цепях в форме факелов. Пара гробов тоже имелась. Куда же без них? Мне даже захотелось обернуться и повнимательнее рассмотреть спутника Крама. С ним явно нужно быть осторожнее.

На потолке и вдоль стен виднелись фрески с обнажёнными женщинами, что изогнулись в разных позах. Они были укутаны красными тканями, которые легко можно было спутать со струями крови. Я совершенно не был уверен, что происходит с женщинами на изображениях. Их рты были раскрыты, изображая стоны и крики, вот только не было понятно, чем они вызваны: болью, страхом или наслаждением.

Наша немногочисленная компания проследовала к большому столу, во главе которого в высокое белое кресло уселся спутник Крама. Причём его кресло было явно вырезано из кости какого-то гигантского зверя.

Давление на меня пропало, и Крам неожиданно мягким голосом предложил мне присесть рядом с собой.

– Присядь, Эльфин, – убедившись, что я последовал его приглашению, Крам взглянул на здоровяка. – Учитель, позвольте вам представить того самого полуэльфа, о котором я вам рассказывал. Думаю, он будет крайне полезен нашему делу.

Мне показалось, что я, будто рентгеном, был изучен насквозь.

– Он и правда занятный, – сказал здоровяк, спустя несколько секунд молчания, на протяжении которых он пристально меня рассматривал. – Ты можешь представить меня ему, – продолжил он ровным тоном.

– Эльфин, мой учитель магистр Гроуфакс лично заинтересовался тобой, – произнёс Крам, а меня пригвоздило к креслу.

Казалось, я даже перестал дышать. Главное, успокоиться и не натворить глупостей.

Это ведь грёбаный Гроуфакс, за которым числились рекордные закупки гоблинских детей. Судя по журналу Сангиса, этот упырь скупил за год столько детей, сколько не забирали все остальные вместе взятые.

И он учитель Крама… Чёрт! И представить меня этому моральному уроду – для Крама большая честь… Может, Берсерка активировать? Более того, я уловил ту же мысль от Эльфина.

Я сам не пойму, как мне удалось не выдать своего волнения.

– Твоя фамилия Томпсон? – вдруг произнёс Гроуфакс, пристально глядя на меня.

– Да, – ответил я как можно более ровным тоном, впрочем, упустив всяческие обращения от сера и господина до банальной фамилии. Меня распирало изнутри от осознания того, кто именно сидит передо мной.

– Жизнь поистине удивительна, – произнёс он. – Я знаю вашу мать. Она хорошая женщина.

– Была, – поправил его я. – Она мертва.

– Ну да, – согласился вампир, – мертва. – Он сверлил меня взглядом, будто пытаясь увидеть, что происходить в моей голове. Ну или в пространстве сразу позади меня. – И чем же ты так заинтересовал Фериора Кана, мальчик? – спросил он.

– Ума не приложу, – ответил я усилием воли выровняв дыхание.

Спустя несколько секунд он перевёл глаза на Крама.

– Вы можете продолжать работу. Я не возражаю.

Крам поклонился и поднялся из-за стола.

– Благодарю, учитель, – произнёс он, а затем повернул голову ко мне. – Идём, Эльфин.

Я, будто деревянный истукан, поднялся и механической походкой направился за вампиром.

Мы снова оказались в коридоре, миновав который вошли в тот самый кабинет с панорамным окном.

Я уселся на диван, а Крам, уставившись на меня тяжёлым взглядом, глубоко вдохнул.

– Ты солгал, – без обиняков предъявил мне Крам. – Ты солгал учителю. Ты даже представить не можешь, чем это может обернуться для всех. Говори немедленно, что тебя связывает с Фериором.

– А то что? Продашь меня на рынке, хозяин? – спросил я с ухмылкой.

– Не время для игр, – прервал меня Крам. – Я чувствую, что моя метка недавно была обагрена вампирьей кровью. Более того, тебе кто-то впрыснул яд змеи. Если ты хочешь жить, самое время начать рассказывать.

Загрузка...