ГЛАВА 6. РАЙМОНДА ВИОН

Территория страны разделялась на Северный и Южный Маренто; первая часть граничила с Томираном, а вторая – с Лиравией. Два отряда, управляемые офицерками Ивет Кампо и Мией Брукс, двигались по северной половине страны уже много дней. Поначалу они рассчитывали добраться до приграничных городов, со всеми их заставами и портами уже в следующем месяце, но четвертый месяц Зеленой Сестры неумолимо приближался к своему завершению, а они проехали только полпути. Весной так всегда – залившая дороги талая вода мешала лошадям идти быстро, как их ни погоняй. Раймонда не успела отвыкнуть от военных и дорожных лишений, чего едва ли можно было сказать о измученной трудным путем порученке. Мия Брукс сильно уставала и держалась в седле через силу, едва не засыпая по ночам.


– Ничего страшного, – подбадривала ее Раймонда. – Поживете с мое – привыкнете.


– И сколько между нами возраста? – как-то раз спросила Мия.


– Около восьми лет, может чуть побольше. Да вы не переживайте, – усмехнулась Вион, – не настолько я стара, чтобы идти в бой.


– Что вы! – горячо возразила девушка, и у нее знакомо заалели щеки. – Я вовсе не считаю вас старой.


– Это временное явление, – заверила ее Раймонда.


Постепенно дорога стала более ровной и менее размытой, и у генералессы отлегло от сердца – значит, они доберутся до границ в считанные дни. Но время шло, а скорости вовсе не прибавилось. Ивет сказала, что места больших потопов лучше объезжать, это заняло лишнее время. Ярко-золотое солнце светило над головой, словно бы в издевку, не грея и не растапливая потоки постылой воды. Раймонда не любила чувствовать гнев, привыкла подавлять его в себе – разозленный подобной мелочью человек, от которого зависят чужие судьбы, ни на что не годен.


Но в какой-то момент она пожелала исчезновения очередных обильно разлившихся луж и щелкнула пальцами, руководствуясь полузабытой привычкой, вода исчезла, будто ее и не было.

Раймонда недоуменно посмотрела на серое небо, надеясь разглядеть на нем хоть малейший проблеск солнечного света, но усилия не принесли результатов. Вот странность! Или ей померещилось?


Между тем Ивет и Мия, временно поладившие ради удачного похода, восторгались посланным Богинями чудом. Может, действительно оно и есть? Стоял пасмурный и мрачный первый день пятого месяца Зеленой Сестры, все побаивались, что вот-вот хлынет дождь, и фемита Кампо спросила разрешения съездить в одиночку и проверить, есть ли впереди, у ближайшей реки Марит, какая-нибудь деревня, где они могли бы укрыться от непогоды в таверне.


Подувший холодный ветер брызнул в лицо влагой. Этого еще не хватало.


– Съездите, – разрешила Раймонда, яростно борясь с желанием зевнуть от души. – Только не советую медлить – вот-вот хлынет ливень.


Мия тоскливо клевала носом, пришлось ее разбудить и полюбоваться, как девчонка смущается. Ей явно недостает дисциплины, но этой проблемой Раймонда решила заняться позже.


– Извините, госпожа генералесса. Я не заметила, как…


– Пустое, – весело отозвалась Раймонда, —, но смотрите, не усните в бою.


– Нам предстоит участвовать в войне?


– Очень возможно, фемита Брукс, и заодно я планирую присоединиться к полку, где вы воевали.


Удачные слова. Если Брукс ни в чем не виновата, то не смутится, а если занимается не столько войной, сколько шпионажем, сама выдаст себя – но Раймонда не заметила ни испуга, ни смятения на девичьем лице. Возможно, плохо смотрела – она все-таки военная, а не дознавательница из Каменных Башен.


Некстати Раймонде вспомнился допрос, происходящий десять лет назад в стенах этого печально известного заведения. Первые дни ее держали в кандалах, как уголовную преступницу, и подолгу вели допросы, заставляя рассказать, на почве ревности или корысти она убила Гюстава Сенье. Но какая уж тут корысть, если покойная матушка оставила ей довольно большое наследство? Если кого и упрекнуть в корысти и похоти, то только Гюстава.


И все-таки, почему испарилась вода?


Они ждали Ивет очень долго, перебрасываясь иногда спасающими от черной тоски шутками, но офицерка не возвращалась. Дождя так и не случилось; ветер погнал прочь свинцовые тучи, и открылось ясное весеннее небо.


– Фемита Вион, – девица Брукс выглядела встревоженной и озадаченной, – у нас все в порядке?


– Сомневаюсь, – коротко ответила Раймонда, и приставила ко лбу ладонь козырьком, вглядываясь в пустую даль впереди.


Там осторожно выглядывала из-под сползшего недавно снега прошлогодняя трава, а дальше начинались пшеничные поля. Река находилась чуть поодаль, из нее, видимо, крестьяне носили воду для полива, но куда подевалась Ивет? Заблудилась? Здесь нет лесов – как и болот, и прочих мест, где созданы все условия, чтобы заблудиться. И Раймонда продолжала ждать, веля остальным спешиться. Время медленно ползло вперед, день перевалил за половину, и золотое солнце клонилось к горизонту, а Ивет так и не вернулась.


Стихли разговоры, все обеспокоились. Женщины и мужчины из двух отрядов бродили туда-сюда, переглядывались с печальной тревогой в глазах, не рискуя высказывать самых страшных предположений. Мия долго стояла, переминаясь с ноги на ногу с задумчивым видом, и как только земли коснулись, будто легким перышком, первые следы сумерек, забралась в седло.


– Офицерка Брукс, извольте рассказать, куда вы собираетесь, – окликнула ее Раймонда.


– На поиски Ивет Кампо, сударыня.


– Слезайте, сейчас не время геройствовать.


– Но позвольте…


– Не позволю. Слезайте! Это приказ! – объявила Раймонда. – Внимание всем! Приготовиться к возможному бою и держать наготове оружие! Подчиняться мне, а в случае моего отсутствия – офицерке Брукс. Девица Брукс, обращаюсь лично к вам. Вы еще не слезли?


Голубые глаза непокорной Мии гневно сверкнули, но она поспешно исполнила приказ. Славно. Повеяло легким ветром, близился вечер, и следовало подумать о ночлеге – расположиться всем в сыром поле может быть опасно. И Раймонда велела своим людям собираться для отправления в ближайшую деревню; посмотрела на красноречивое выражение лица Мии и усмехнулась. Девица забавно злилась, но теперь ей будет урок, что не стоит раздражать почем зря начальство.


До деревни предстояло ехать примерно сто пятьдесят санданов или полтора дана, для измотанных людей это слишком долго и тяжело, но никто не роптал. В глубине души Раймонда была недовольно своим решением – а вдруг фемита Кампо вернется на то место, откуда уехала и не встретит там ни единой живой души? Получится неловко и неприятно. Направляясь впереди обоих отрядов, женщина прикидывала, как можно объяснить спешный отъезд, если Ивет неожиданно объявится, но потом ее разобрала злость. За самовольную отлучку полагался строгий выговор, а то и понижение в должности, но если с ней действительно что-то случилось…


Раймонда подавила тяжелый вздох, и ей стало стыдно. Таких потерь она немало пережила на войне – когда марентийки шли в бой или в разведку, а потом их находили застреленными, повешенными, растерзанными пытками или убившими сами себя. Культ Великой Матери обозначал самоубийство как великий грех, однако Зеленая Сестра и Золотая Сестра допускали в своих учениях, что возможно сведение счетов с жизнью во спасение.


Но лучше сейчас об этом не думать. Едва ли тут есть томиранцы, слишком далеко до границы, а фемита Ивет Кампо, вероятнее всего, утонула в бурном течении или заплутала. Завтра они поедут ее искать, потому что близится ночь и отправляться на поиски в глухой мрак как минимум глупо. Внутри у Раймонды заворочался глухой неприятный страх перед неизвестным мерзким, затаившимся здесь злом, вот только она – генералесса и даже если ей жутко, нельзя заражать этим чувством остальных. Под ноги темной широкой темной лентой легла хорошая, свободная от остатков талого снега дорога, лошади довольно фыркали, и казалось, что все в порядке.


За исключением пропажи офицерки Кампо.


Ближайшая деревенская таверна пустовала, и пухлые, добродушные хозяйка с хозяином с радостью согласились принять два отряда защитников Маренто, но места хватило не всем. В итоге женщины остались там – Раймонда не могла рисковать безопасностью большинства, а мужчины отправились в другую таверну. Им с Мией досталась одна комната на двоих, об уюте и удобстве которой размышлять времени не было. Разве что она оказалась довольно просторной. Раймонда сняла мундир и сапоги, легла на свою кровать и некоторое время слушала, как в другой части комнаты раздевается Мия.


– Мия Брукс, – услышала Раймонда свой приглушенный голос, полный тревоги и напряжения, – я хочу спросить вас и надеюсь на вашу честность. Вы причастны к исчезновению Кампо?


– Нет, госпожа генералесса, – ответила девчонка, не задумываясь, чистым, до наивности беззаботным голосом.


Раймонда вздохнула и провалилась в глубокий неспокойный сон.


Поиски офицерки Кампо продолжались несколько изматывающих, наполненных сыростью и удручающе-ложной надеждой. Генералесса сбилась со счету, четыре их было или пять. На исходе очередного горестного вечера она ужинала со своей порученкой, не чувствуя вкуса еды. Баранина с картофелем, красное вино, какие-то простые сладости, вроде яблочного мармелада.


Девица Брукс почти не ела, только резала остывшее мясо, ковыряла его вилкой и с тоской смотрела в окно. Наконец она повернулась к Раймонде и воскликнула:


– Как вы можете спокойно есть?!


Фемита Вион едва не поперхнулась.


– Простите?..


– Вы ведете себя так, словно ничего не происходит! – заявила несносная девчонка с блестящими глазами, – а офицерка Кампо…


– Прекратить истерику! – нахмурилась Раймонда, и тут же смягчилась: – Уверяю вас, я волнуюсь за нее не меньше, но это не значит, что я обязана отказаться от еды и питья, завернуться в рубище и вдохновлять всех вокруг на панику. То же самое касается и вас.


Брукс насупилась, притихла и принялась за свой ужин.


В таверну вбежала девочка тринадцати лет, белолицая, белокурая и испуганная, и вручила Раймонде запечатанный черным сургучом конверт, а затем, не дождавшись вопроса, кто просил передать, резво выбежала обратно на улицу. Остановить бы ее и допросить, только Вион больше волновало содержание письма – и она его открыла. Внутри лежал обычный листок бумаги, на котором крупными буквами было выведено:


«Берегитесь, мерзавка Вион! Недолог час вашей печальной и позорной кончины, двуличная убийца!».


Замечательно. Кто бы ни был этот человек, он любит позу и красивые слова, умеет запугать. Матиа или Сенье – больше некому писать угрозы, вот только Раймонда не робкого десятка. Скомкав мерзкое послание, женщина поднесла его к свече, и подожгла, а затем бросила в кружку из-под вина. В нос ударил едкий запах дыма. Женщины и мужчины за другими столами стали оживленно обсуждать странное поведение генералессы, только она была настолько измучена противоречивыми домыслами и удушливой тревогой, что не собиралась заострять на этом внимания.


Пятый день пятого месяца Зеленой Сестры начался сумбурно; проснувшись с тяжелой головой, Раймонда некоторое время думала, куда лучше ехать на этот раз, и приняла непростое для себя решение направиться вместе с солдатами к реке Марит. Эта идея очень не нравилась генералессе, чутье подсказывало ей, что там может находиться ловушка – поэтому в нескольких данах от речного берега она велела всем остановиться и ждать ее, а сама, выбрав из солдат самых крепких и хладнокровных с виду женщин, поехала дальше.


На зеленой траве, под слабыми лучами солнца лежала Ивет Кампо, уткнувшись лицом в стылую землю и не подавая признаков жизни, даже когда Раймонда позвала ее срывающимся голосом. Над затылком офицерки с деловитым жужжанием кружились несколько мух.


Это конец?


В голове тревожно и почти болезненно принялся стучать тяжелый колокол, во рту пересохло, и Раймонда быстро слезла с лошади. Несколько шагов разделяли ее и Ивет, идти к ней не хотелось, но это было необходимо, и вот, наконец, она сняла треуголку и с неожиданной злостью отогнала прочь мелких жужжащих тварей. Зачем Богини вообще создали такое нелепое убожество, как мухи?! Скрипнув зубами от переполнявшего ее гнева, она наклонилась к лежавшей женщине и перевернула ее на спину.


Ивет Кампо бесстрастно смотрела в вечность спокойными голубыми глазами – она была мертва. Однако умерла недавно, несмотря на то, что пропала больше недели назад, и не требовалось владеть острым умом, чтобы понять причину. Несчастную женщину захватили в плен и долго пытали, а затем убили и бросили труп здесь: два пальца на ее правой руке были то ли отрублены, то ли откушены – рассматривать их не осталось сил. Одна щека разодрана чьими-то когтями, на второй кровоподтек, а от мундира остались лохмотья.


И все-таки это не волки и не одичавшие собаки. Едва ли они умеют стрелять.


Пулевые ранения в грудь и в голову. Стреляли из двух пистолетов.


Это томиранцы. Семьи Матиа или Сенье слишком трусливы, они могли прислать записку, но не сделать подобное. У Раймонды встал ком в горле, она медленно встала на ноги и по щекам против ее воли поползли слезы.


Чьи-то руки очень нежно обняли ее – это подошла Мия Брукс, не пожелавшая оставаться в стороне, а чтобы отчитать ее за неповиновение, не хватало ни сил, ни голоса. Раймонда Вион стояла спиной к подчиненным и плакала от горечи за Ивет, от злости на себя – она ничего не сделала, чтобы уберечь ту от гибели. Разве она не знала, что эти места дики и глухи?!


Знала, но недооценивала.


– Кто это сделал, фемита Вион? – дрожащим голосом спросила Мия.


– Томиранские мужчины. Их учат убивать не хуже, чем женщин.


Негоже рыдать на глазах у подчиненных, но в том, чтобы прильнуть к плечу порученки, желающей ее утешить, ничего постыдного нет. Мия легко провела ладонью по спутанным волосам Раймонды несколько раз, и на душе внезапно стало легче. Нужно было взять себя в руки, выпрямиться и отдавать приказы, поэтому она вытерла слезы и сухим голосом велела двум сильным женщинам отвезти тело Кампо в столицу, после чего велела всем возвращаться в таверну. У погибшей остались муж, сестра и маленький сын, они, вероятно, захотят похоронить ее на родовом кладбище


Медлить оказалось опасно – за ними по пятам шли шпионы или наемники, и на исходе этого страшного дня Раймонда объявила Мию Брукс офицеркой, отвечающей за оба отряда. Девчонка просияла и посмотрела на нее с широкой улыбкой, но, наткнувшись на полный холодной скорби взгляд, тут же смутилась и опустила голову.


– Мы выезжаем завтра утром, офицерка Брукс, – распорядилась Раймонда не терпящим возражения тоном.


– Да, госпожа генералесса! – отчеканила звонко та.


Теперь перед Раймондой встала задача поважнее, чем приехать в полк, где служили знающие Мию Брукс люди и проверить ее слова на правдивость. Отныне их обоих объединила задача найти убийц несчастной Кампо, и сделать все возможное, чтобы они, кем бы ни были, горько пожалели о содеянном, умывшись слезами, а потом, в столице Маренто, уже и кровью. Для Раймонды же важно было помнить, что она – не помешанный палач, готовый мучить других людей в свое удовольствие, прикрываясь законом.


Пусть все решат справедливость и Богини, а она поможет этому свершиться.

Загрузка...