Глава девятая. «Великие мечты»

Автомобиль мчался по узким улочкам города. Шейла впервые за этот проклятый месяц ощутила подобие облегчения. До этого все происходившее чудилось ей дурным сном: с ней это никак не должно было случиться! С малолетства Шейла уяснила: хочешь выжить – надейся лишь на себя. Даже самые близкие люди могут предать, что уж говорить об остальных. Теперь главное – выбраться из города, и тогда можно распрощаться с этими ботанами.

Шейла была невысокого мнения о своих спутниках – сразу видно, что жизнь их щадила. Наверняка, привыкли существовать за счет других. Один дерганный – постоянно моргает глазами, другой излишне пухлый. Но ничего, они помогли ей, она тоже им поможет до определенного момента, тогда они будут квиты. Шейла придерживалась кодекса чести: ты – мне, я – тебе.

Жизнь не была добра к Шейле. Мать подбросила ее к дверям общественного приюта, когда девочке исполнилось три месяца. На записке, которую зажала в руке малышка, стояла лишь дата рождения и имя – Шейла. Но Шейле повезло, если можно так выразиться. Во-первых, ей дали шанс на жизнь, во-вторых, в приюте она встретила Трета.

Трет был воспитателем, он занимался детьми от нуля до десяти лет. И он был нормальным, не психом и не извращенцем. Он заботился о своих питомцах, как Трет их называл, и о Шейле. Хотя забота была своеобразной: Трет учил своих подопечных не только математике и письменности, но и постоять за себя. У него это получалось ловко, несмотря на то, что передвигался Трет в инвалидной коляске. Его приемы, которым он обучил питомцев, были простыми, но действенными. Так что, когда в одиннадцать лет Шейлу перевели в детдом для подростков, она смогла дать отпор обидчикам.

Тамошние воспитатели закрывали глаза на все происходящее, но Шейла, несмотря на мелкий рост и возраст, дралась так отчаянно, что ее оставили в покое. А за глаза прилепили прозвище Бешеная, в глаза так ее называть никто не рисковал. А потом опеку над Шейлой взял Стив, и к ней не то чтобы цепляться, взглянуть на нее и то боялись.

Про Шейлу и Стива ходило много слухов, но она не опровергала – плевать! Стив относился к ней как к младшей сестре, а он для нее стал старшим братом, которого у Шейлы никогда не было. Стив учил ее приемам уличной драки, когда в ход идет все: от ногтей и зубов до камня, подвернувшегося под руку. Не брезговал Стив и подлыми трюками, типа швырнуть песок в глаза противника, ведь «цель оправдывает средства». А цель у них была одна на двоих – лучшая жизнь, чем та, которая есть.

А потом Стив исчез. Бесследно. Шейле тогда было пятнадцать лет. Она потратила полгода на его поиски, но все, что удалось выяснить, отсылало ее к корпорации «Великие мечты». Стива похитили люди оттуда, а это означало входной билет – билет в один конец. Выхода из корпорации не имелось. Или Шейла не слышала о таком варианте.

Шейла мечтала об отмщении, хотя понимала всю безнадежность своих желаний. «Великие мечты» пожирали людей, одного за другим. Что там простые люди… Исчезали известные ученые, крутые айтишники, художники и писатели. Все бросалось в топку великой идеи ради прорыва к всемирному разуму. Стив был очень умным, результаты его тестов по математике и физике впечатляли любого.

– А ты умная по жизни, – добавлял Стив, когда она расстраивалась из-за своих средних баллов.

Это было воистину так, Шейла всегда знала, как выйти из безнадежной ситуации с минимальными затратами. Когда можно переть танком, а когда лучше уступить, знала все входы и выходы. А потом Шейла сама сглупила, когда ей пообещали поведать, что случилось со Стивом. Она думала, что предусмотрела все, но это оказалось ловушкой.


Шейла резко остановила автомобиль на одной из улиц западной части города. Она вообще любила спонтанные поступки, что нервировало других. Тут камер не было – отбросам они ни к чему, да и патрули редко совались сюда. Но все равно, машина – как маяк, рано или поздно ее обнаружат. Главное – уйти в безопасное время, а завтра она что-нибудь придумает.

– Шевелим ластами, – велела она, – и не отставайте.

Все-таки эти двое оказались не совсем безнадежными, они и не думали отрываться от нее, и даже дыхание у парней не сбилось. Шейла не особо знала эти окрестности, как и город, но все подобные районы на одно лицо. Грязные бараки, узкие улицы, утонувшие в нечистотах и редкие прохожие. Никто не смотрит друг на друга, чтобы в случае чего не оказаться лишним свидетелем.

Шейла нырнула за ветхий забор и осторожно пошла по краю огромного котлована. Когда-то здесь собирались строить высотное здание, – вон даже баннеры остались про город-сад – а после все пришло в упадок. Она что-то слышала краем уха о том времени, когда люди жили по-другому, но для нее это было сродни легенде – слишком сложно представить. Да и было ли то, золотое время? Или просто люди притворялись более хорошими, потому что условия жизни позволяли это? Шейла была уверена, что да.

Катаклизм наступил еще до ее рождения. Сперва инфекция, которая выкосила процентов тридцать населения – всех старых и немощных, затем обвал экономики, после которого все окончательно рухнуло. «Мир никогда не будет прежним», – прочла она почти стершуюся надпись на заборе. Так и есть, но она постарается выжить в этом негостеприимном мире, выжить и преуспеть.

Шейла остановилась возле пятиэтажного дома, выглядевшего чуть поприличнее остальных. Над дверью подъезда горел зеленый огонек – значит, есть свободные номера.

– Это ночлежка, – произнесла она, – до утра остановимся тут.

Она достала из кошелька несколько монет и опустила их в прорезь, дверь распахнулась, и на ней высветился номер свободной комнаты. Очень удобно – никто не видит, кто зашел в подъезд: ни камер наблюдения, ни глазков. Да и все двери на лестничных площадках блокируются на время подъема по лестнице, чтобы не столкнуться с соседом. Все ради безопасности! Шейла усмехнулась: так можно прожить всю жизнь бок о бок с заклятым врагом и ни разу с ним не встретиться.

Они поднялись на четвертый этаж, дверь автоматически открылась после оплаты. Шейла набрала на кодовом замке комбинацию из четырех цифр – дату рождения Стива, теперь к ним никто не попадет. Помещение оказалось крохотным. При входе вешалка для одежды, тут же мини-кухня: чайник и микроволновка. Стояло несколько бутылей с водой и упаковки с готовой едой – все это входило в стоимость ночлега. К стене крепились четыре откидные полки. Плюс, отдельное помещение – туалет с душем. Летц первым делом направился туда, видимо, уже невтерпеж. Когда он вернулся, Шейла объявила:

– В общем, так. Завтра выбираемся из города, на этом все. Я возвращаюсь к себе, вы – куда хотите.

– Нам нужен вокзал тысячи миров, – ответил Майкл.

Она пожала плечами:

– Знать бы еще, где он находится.

– А на карте он может быть? – Летц достал прихваченный планшет.

Шейла забрала планшет и увеличила изображение.

– Похоже, что да. Вот здесь, – она ткнула в точку на карте, – здесь находится старая телебашня, но она заброшена.

– Или только кажется заброшенной, – задумчиво протянул Летц.

Шейла нахмурилась: снова смотрит на нее, а не куда следует. Как будто в жизни никогда девушек не видел. Но, возможно, в его мире так и есть?

– Теперь нужно разобраться с вашими мирами, – сказала она. – Летц, название твоей родины?

Летц ткнул в одну из чешуек, закрашенную в красный цвет:

– Думаю, нет смысла туда возвращаться.

– Понятно, – Шейла не стала его ни о чем расспрашивать, не ее это дело. – Что насчет тебя?

Майкл взял планшет и начал перебирать список:

– Вот! Нашел!

Он засветился от радости. Шейле даже сделалось жалко его: искренне верит, что у него все получится. Хотя… Ну мало ли, может, он редкостный везунчик? Хотя везунчики в такие истории не вляпываются. Летц снова склонился над картой.

– А меня с собой прихватишь? – спросил он Майкла.

Тот кивнул:

– Да мне не жалко, у меня отличный мир. Жаль только, что за компьютером долго не посидишь – ограничения.

– А ты, Шейла, не хочешь с нами? – внезапно спросил Летц.

Та закашлялась от неожиданности:

– С чего вдруг?

И словно после этих слов к Летцу поднесли увеличительное стекло, Шейла разглядела парня в деталях: он оказался симпатичным. Большие карие глаза в обрамлении пушистых, более подходящих девушке, ресниц, неровно стриженные темные волосы, нос с небольшой горбинкой и красиво очерченные губы. Да и мышцы у Летца имелись: не рельефные – он был сухощавым, но чувствовалось, что парень не слабак. Шейла спохватилась: что она творит?! Завтра они разойдутся в разные стороны и забудут о существовании друг друга. Во всяком случае, она точно постарается запамятовать.

– Мне кажется, твой мир – не самое приветливое место, – пояснил он. – Или здесь живут твои родные?

Шейла молчала, она не знала, хочется ей отвечать или нет. Про нее знали только Стив и Трет. Но Стив пропал – Шейла подозревала, что умер, а с Третом связь давно оборвалась.

– У меня никого нет, – ответила она, – только одно дело. Я не могу его бросить.

Пока Шейла не узнает точно, что со Стивом, она не отступится, а вот после можно и подумать насчет вокзала тысячи миров, раз он реально существует. Может, все же проводить туда этих двоих и убедиться в наличии вокзала? Шейла задумалась: наверное, так лучше.

– Ладно, я доставлю вас завтра к телебашне, – сообщила она. – Не благодарите. – и вскинулась от смущения, снова поймав взгляд Летца: – Что ты все время на меня пялишься?

– Потому что ты красивая. Очень. Точно такая же, как в «Безнадеге».

Загрузка...