Глава 10 Уилл

Снаружи дом Мисти выглядел так же, как и час назад. Растения во дворе настолько разрослись, что это показалось даже чересчур. Джип Мисти стоял на подъездной дорожке, а сам дом был тих и спокоен.

По какой—то причине, тяжесть в груди немного прошла от вида дома, что было глупо, потому что там не было пламени, которое бы сыпалось с крыши или чего—то, в виде призрака проблемы. Здесь любая проблема будет внутри. Глубоко внутри.

Я направился к подъездной дорожке и припарковался. Если родители Мисти спросят, зачем я здесь, то присутствие Алоны будет достаточным оправданием. Я отвожу ее домой или мог отвозить, в теории.

Я вышел из машины и медленно двинулся в сторону парадной двери, чтобы постучать. Стоя здесь на крыльце, ожидая, ожидая и ожидая, что кто—нибудь ответит, я чувствовал, как напряжение доросло до плечей и шеи, в то время как драгоценное время утекало прочь.

Мисти распахнула дверь в тот момент, когда я поднял руку, чтобы постучать еще раз.

Она удивилась и затем нахмурилась.

— Это ты.

— Ага, это я. Элли здесь? — Я двинулся вперед, не дождавшись ответа, как будто был уверен в том, что она позволит мне войти.

И она позволила, отошла с дороги и указала в сторону дальше по коридору.

— Кухня, — сказала она, выражение ее лица все еще было обеспокоенное. Она вздохнула так, будто хотела сказать что—то еще, но затем только покачала головой.

Я хотел спросить ее об этом, я почти чувствовал, как она хотела сказать что—то еще, но я не мог проигнорировать ощущение срочности, побуждающие меня двигаться вперед.

— Спасибо. — Я поспешил мимо нее, затем остановился, услышав знакомым смех и голос. Голос Элли.

Она была в порядке. И я испустил медленный вздох облегчения. Может быть, Эрин даже не приходила сюда. Даже если она поняла, кем и чем являлась Элли, она навряд ли бы смогла вселиться в тело Лили и восстановиться так быстро. Даже усильной Алоны, ушло несколько часов на то, чтобы быть в состояние заговорить.

Я еще раз двинулся вперед, ощущая на своей спине хмурый взгляд Мисти.

Кухня была большущей, с огромной зоной для приема пищи и большим гранитным островом посередине нее. Сидя на табуретках за ним, Элли и Лиэн Вайтэкерих над чем—то хихикали, их ноги свисали с перекладин, а их головы склонились над чашей, на которой, по всей видимости, было мороженным с кусочками печения на верхушке.

От удивления я снова остановился. В последний раз, когда я проверял, Алона не была большой поклонницей Лиэн.

Шепот пришел позади меня, и я обернулся, почти невольно, и увидел Мисти в шаге или двух позади меня, которая хмуро смотрела на обеих.

— О боже мой, — насмешливый голос Лиэн нельзя было не узнать. — Что ты здесь делаешь? — потребовала она, и я обернулся, чтобы увидеть, как ее ложка с мягким шлепком упала в чашку.

Элли подняла глаза от чашки, и калейдоскоп нечитаемых эмоции промелькнуло на ее лице, когда она увидела меня.

— Он здесь из—за меня, — просто сказала она. — Так ведь?

Я медленно кивнул. Казалось, она больше не сердилась.

— Я отвезу ее домой, — сказал я.

— Вот только я еще не готова ехать, — сказала Элли, отводя взгляд от меня и зачерпнув еще одну ложку мороженного. — Можешь идти, я сама доберусь до дома.

Я ощетинился на ее высокомерный тон. Ладно, она определенно все еще была зла. Так же, как и я. И очевидно, что она была в порядке, так что мне не нужно было оставаться.

— Ладненько. — Я повернулся и направился обратно в сторону коридора.

— Хорошо, — сказала Лиэн по—видимому Элли, с ну очень знакомым хихиканьем, звук которого вернул меня к самым моим несчастливым дням в средней школе.

Мисти, стоявшая позади меня в дверном проеме, пропустила меня вперед, а затем последовала за мной.

— Не волнуйся, я не собираюсь ничего красть, — сказал я через плечо, даже не пытаясь спрятать отвращение в своем голосе.

Она фыркнула.

— Не в этом дело, — сказала она.

— Ага, конечно. — Я продолжал идти.

— Эй. — Она поймала меня за рукав, и я обернулся, полностью удивленный.

Через плечо Мисти посмотрела в сторону кухни, прежде чем посмотреть на меня с обеспокоенным выражением лица.

— Кое—что произошло, — быстро прошептала она. — Она делает вид, что все в порядке, но это было похоже на припадок или что—то в этом роде.

Я замер.

— Что ты имеешь в виду?

Она нетерпеливо фыркнула.

— Я имела в виду, я оставила ее наверху, чтобы разобраться с, ну ты понимаешь, призраком.

Я кивнул, махнув рукой, чтобы она поторапливалась и переходила к сути.

— И когда я вернулась, чтобы посмотреть, чем она занималась, она была на полу, — закончила она, ее голубые глаза широко распахнуты в тускло освещенном коридоре.

Я немного расслабился.

— У Элли иногда еще возникают проблемы при ходьбе. Несчастный случай...

— Нет, кретин. Это было не просто падение. Она была... я не знаю, корчилась на полу или типа того. — Мисти сжала руки вместе, очевидно расстроенная.

Я обратил внимания, сколько сил у нее ушло на то, чтобы убедить себя пойти за мной и попытаться рассказать мне о том, что что—то было не так, и страх проник в мой живот.

— Она ... эм, до этого она разговаривала с кем—нибудь ? Я имею в виду, с кем—то кого ты не видела?

Она быстро кивнула.

— Она выставила меня из комнаты, чтобы я не услышал, о чем она говорила, но я определенно слышала, как она разговаривала.

Если только Алона не решила устроить шоу для Мисти, значит, там был призрак. Каковы шансы, что это был кто—то помимо Эрин?

Плохо.

И что она сделала? Напала на Алону? Это не было бы невозможным — Алона определенно могла спровоцировать кого—то до чертиков, в частности, кого—то вроде Эрин, которая уже казалась немного расстроенной. Но тогда куда делась Эрин? Почему она не докучает нам? И почему Алона не упомянула об этом?

Если только она не могла. Мне внезапно стало не хорошо. Если Эрин завладела телом Эрин и выпихнула Алону, то это объяснило бы то, что увидела Мисти как захват — два духа сражались за одно тело.

Но если Эрин выиграла битву, то, как она смогла так быстро восстановиться? На это бы потребовалась значительная сила, за пределами даже тех, что продемонстировала Алона. И опять же, я уже знал, что у Эрин не было таких сил — она могла менять свои внешний вид по прихоти. Никто из других призраков, которых я встречал, не могли делать так же, даже миссис Руц, которая основательно надрала мне задницу.

К тому же, я подумал, что понятия не имел, как коматозное состояние замедлит Алону, когда она завладела телом. Но у Эрин не возникло бы той же проблемы.

Так что... могли ли получиться так, что она завладела телом Лили с меньшим количеством побочных эффектов? Этого я определенно исключить не мог. От этого ледяной холодок сковал мои внутренности.

— Ладно, давай оставим это между нами, — сказал я Мисти. — Я попытаюсь забрать ее с собой домой. — Я должен узнать наверняка, кто занимает тебя Лили и тут не место для этого разговора.

Она кивнула.

— Ей может это не понравится, но это важно, — добавил я. Последнее, что мне нужно, чтобы Мисти вызвала полицию, потому что я силой пытался вывести кого—то, кто не хотел уходить, из ее дома.

— Хорошо, — нерешительно сказала она.

Хотел бы я, чтобы она прозвучала более уверенно, но у меня не было времени и дальше убеждать ее.

Я прошествовал назад на кухню с Мисти следующей по пятам.

Лиэн застонала.

— Опять ты.

Я проигнорировал ее.

— Знаешь, я должен просто оставить тебя здесь, — сказал я Элли. — Но я пообещал твоей маме, что привезу тебя домой.

Это было большой ложью. Миссис Тернер никогда бы не заговорила со мной, не говоря уже о том, чтобы попросить о чем—либо. И Алона знала об этом и поймала бы меня на этом... может быть.

Я ждал, задержав дыхание в ожидание ее ответа.

Но Элли даже не посмотрела на меня.

— Я сказала, что в порядке.

Что могло означать, что она не была Алоной... или той Алоной, которая все еще была зла на меня и скорее переживала о том, что ее друзья подумают, а не о том, что может подумать миссис Тернер. Это было связано с тем, кем она была до своей смерти, личностью, которую она могла попытаться восстановить после своего возвращения в мир живых.

Мне нужен был лакмусовый тест, что—нибудь, чтобы устранить тень сомнения в том, с кем я имею дело. Единственный тест, о котором я мог думать, был связан с секретом Алоны о сложностях ее домашней жизни и реально мог вывести ее из себя, но я должен был знать.

— Поехали! Заедем куда—нибудь по дороге, и я куплю тебе бургер. И Сэм был у нас прошлой ночью. Он оставил в холодильнике пару банок пива, которые мы можем захватить, если сделаем остановку у меня дома. — Я старался говорить как можно непринуждённее и нормальнее, но это не было так. Каждое слово резало слух и словно кричало: "Ложь!". Но это имело значения, я не о своей реакции беспокоюсь.

Настоящая Алона уставилась бы на меня, скривив рот в отвращении, в ответ на это предложение. Но эта... она оживилась и в первый раз посмотрела на меня с интересом.

— Пиво?

Мое сердце упало. Эрин. Это должно быть она. Уж точно не Алона, не с ее алкоголичкой—матерью. Это единственное, в чем Алона никогда не шла на компромисс, неважно, кто смотрел или слушал. Она не пила.

Но мертвая тусовщица Эрин (ее футболка с "Синьором Лягушонком" тому доказательство) не могла знать этого. И идея попить пива, возможно, казалась ей хорошей, после стольких месяцев или лет (после смерти) трезвости.

Итак, если Эрин заняла тело Лили, тогда где же Алона? Я сглотнул через силу, отталкивая эту мысль подальше. Я должен выяснить, что же случилось.

— Эй, почему ты еще здесь? — раздраженно спросила Лиэн. — Она сказала, нет.

— Лиэн, — пробормотала позади меня Мисти. — Не вмешивайся.

Но слишком поздно. Ущерб уже нанесен.

— Нет, спасибо, мне здесь хорошо. — Эрин вновь обратила внимание на мороженое.

Паника захлестнула меня, и я поборол стремление изменить выражение лица. Сильное желание пересечь комнату, и вытрясти из Эрин ответы было непреодолимо. Но мне следовало сохранять спокойствие. Сорваться на Эрин не было выходом, как и оставить ее здесь. Она могла уклониться от дачи показаний, и я мог так и не узнать, что произошло.

Думай, думай. Я заставил себя посмотреть на все глазами Эрин. Она должна была нервничать о том, что люди могут догадаться, что она не та, за кого себя выдает, также, как и Алона. Это возможно главная причина того, что она не хотела уходить со мной. Я мог бы этим воспользоваться.

— Окей, тогда позвони своей маме и убеди ее в том, что все будет хорошо, если ты останешься. — Сказал я.

Эрин пожала плечами и продолжила есть свое мороженое. Она знала, что чем больше людей вовлечены, чем выше шансы, что она все испортит.

— Он что, твоя нянька? — фыркнула Лиэн.

— Хорошо, я позвоню ей и скажу, чтобы она приехала за тобой. — Я вытащил свой телефон, и это привлекло внимание Эрин. Она взглянула на меня.

— Я просто забочусь о тебе. — Я заставил себя притвориться искренним.

— Ну ладно. Поехали, — она отвела взгляд и

бросила ложку на столешницу. — Но сначала бургер и пиво. Ты обещал. — Легко было увидеть приоритеты Эрин. Неважно, что она боялась встречи с мамой Лили, когда мы сделаем остановку, у нее будет возможность сбежать от меня до того, как я привезу ее домой.

Она соскользнула со стула на пол, где неустойчиво покачнулась, будто комната двигалась вокруг нее.

По привычке я наклонился вперед, чтобы поймать ее руку, ожидая, что она отстранится, избегая моей поддержки, или взглянет на меня.

Но, вместо этого, она положила на меня руку, опираясь для равновесия так, словно мы делали это всегда. Что для нее, видимо, так и было, после того, что она увидела вчера у Малахая.

Она махнула Лиэн, которая улыбалась с намеком на ухмылку, которую я видел бесчисленное количество раз до того, как увидел ее в коридоре.

— Увидимся, чика. Не забудь, о чем мы говорили. — Лиэн направила свою ложку на Элли, и та кивнула.

Я побоялся спросить, о чем. Эрин и Лиэн в сговоре — идея, провоцирующая кошмары.

Я провел ее через дверь в холл, где она шокировала меня, освободившись и устремившись к Мисти, чтобы обнять ее. Мисти тоже выглядела пораженной этим жестом. У нее даже не было времени, чтобы освободить руки, и сейчас они были зажаты между ними.

— Просто знай, что Алона в лучшем месте, окей? — сказала она, ее слова глухо раздавались из—за плеча более высокой девушки.

Я застыл. Забрал ли свет Алону после того, как Эрин изгнала ее? Правдой ли были ее слова? Или это часть исполнения роли Элли, говорить то, что по ее мнению сказала бы Элли?

Мисти посмотрела на меня поверх плеча Элли, лицо ее выглядело ошеломленным и бледным, хотя причина могла оказаться любой. Она кивнула.

— Ага, хорошо, — сказала она и прочистила горло.

Элли развернулась и схватила мою руку до того, как я смог ее предложить. Игра в этой пародии заставляла меня чувствовать себя дурно, но у меня не было иного выбора, кроме как следовать ей, пока я не уведу девушку отсюда.

Я провел ее через холл к выходу, на крыльце она осторожно спустилась вниз, сжимая мою руку с одной стороны, а с другой вцепившись в перила. Она определенно не двигалась так гладко, как Алона, так что у того, что она заняла это тело, были побочные эффекты.

— Я голодна, — объявила она, когда мы достигли земли. — Поторапливайся.

— Ты только что ела мороженое, — сказал я строго. Она съела почти целую горку мороженного с крошкой, где даже на грамм этого лакомства было уйма калорий, на которые всегда жаловалась Алона. Я понял, что это должно стать первым ключом. Не считая того, что она поделилась своей посудой, не психуя о микробах Лиэн.

— Но я не закончила, — надувшись, заметила она, когда я вел ее к машине и помог залезть внутрь.

— Мы заедем куда—нибудь прямо сейчас, — я дал обещание, совершенно не собираясь выполнять его.

— Чизбургер с картошкой, — сказала она, все еще дуясь. — И пиво, не забудь о пиве.

Итак, это точно не Алона.

— Ладно, хорошо. — Я захлопнул за ней дверцу, и колесики в моем мозгу закрутились. Я увел самозванку от Мисти. Первый шаг сделан. Но что дальше?

Я открыл дверь с водительской стороны и сел за руль. Голова гудела от отчаяния и огромного количества вопросов. Что лучше: вызвать ее на разговор немедленно или еще немного попритворяться? Очевидно, что она хотела, чтобы я считал ее Алоной. И где Алона? Господи, если она ушла к свету...

Я осмелился взглянуть на Элли краем глаза — нет, это Эрин, я должен помнить об этом — уставившуюся на свои руки и словно любующуюся маникюром... или, например, тем, что обрела физическую форму, у которой есть маникюр.

Дерьмо. Я должен быть осторожнее. Она завладела телом Лили, и я не мог выгнать ее. Это как захват в заложники. Она в теории могла поранить "себя" (как Лили) в любой момент или сделать так, будто в этом виноват я.

Я завел машину и задом выехал с подъездной дорожки на улицу.

Окей, думай. Я не смогу держать ее в машине вечно. Вопрос о том, чтобы везти ее к Тернерам, даже не обсуждается. И я точно не могу запереть ее у себя дома.

Боже, когда все успело так усложниться?

Эдмунд. Может быть, Малахай/ Эдмунд смог бы сказать что—то об этом. Это все—таки его чертова сестра.

— Я влипла, да? — спросила она, и я осознал, что тишина продлилась слишком долго. Она повернулась ко мне, ее глаза блестели с жесткостью, которой никогда не было в глазах Лили или Алоны.

Я вздрогнул, увидев что—то чужое в столь знакомом лице.

— Что это было, картошка или пиво? — спросила она, ее голос все еще был спокоен, несмотря на то, что ее прикрытие раскрыто.

Я понял, что смысла притворяться больше — нет.

— Оба, — сказал я.

Она посмотрела раздраженно.

— Я должна была догадаться. Она, вероятно, считает калории.

И ее мать, до настоящего времени бывшая потрепанной, не поддающейся контролю алкоголичкой, тоже не была тем, о чем она могла бы знать.

— Эрин, верно?

Она кивнула, соглашаясь.

— Где Алона? — с нажимом спросил я.

Она рассмеялась.

— Ушла. Исчезла, — объявила она, чересчур довольная собой.

Хотя я ожидал этого, но я вздрогнул.

— Навсегда?

— Откуда я знаю? — спросила она раздраженно.

— Что ты сделала? — потребовал я объяснений.

Она послала мне еще один раздраженный взгляд.

— Я не думаю, что сейчас это важно.

— Это важно, — сказал я, стараясь не повышать голос.

— Это все из—за церемонии? — спросила она, нахмурившись.

С чем? Я во время удержался от того, чтобы не спросить ее вслух. Церемония? Не было никакой церемонии. По крайней мере, Алона мне об этом не говорила.

— Как ты узнала? — спросил я вместо этого, стараясь вытянуть из нее как можно больше информации, не упустив ничего.

Она пожала плечами.

— Алона сказала что—то о том, что ты необходим для церемонии, но я поняла, что она просто пытается остановить меня, удержать подальше.

Ох. У меня заболело в груди. Это было то, что Алона должна попытаться сделать. И даже хотя я не знал, что случилось, я чувствовал, что подвел ее.

— Это даже честно, — она усмехнулась. — Пришел ее черед.

— И ты взамен устроила на нее засаду? — пробормотал я.

— Что? — спросила она.

Я потряс головой, чувствуя, как от напряжения хрустит шея.

— Просто скажи, что случилось.

Она вновь пожала плечами.

— Я попыталась стать ее духом—проводником, но вышло не лучше, чем с тобой. — Она закатила глаза. — Но раз я знала, что она уже им является, то сложить все вместе труда не составило. Так что, когда я схватила ее, это тело затянуло меня и вытолкнуло ее.

Подождите, Алона все еще мой дух—проводник? Это объясняло неспособность Эрин связаться с кем—то из нас. Мы все еще связаны друг с другом. Или, по крайней мере, так и было до часа назад. И это я оставил ее там.

Я покачал головой, отгоняя те мысли и страх, поселившийся в груди, прочь. Если кто—то и мог выжить после такого, то только Алона. Может другой дух, захвативший тело Лили, сделал достаточно, чтобы спасти ее. Если она больше не нужна телу Лили, может быть она получила достаточно энергии для того, чтобы подпитывать себя. Может быть.

Она положила руки вдоль тела в крайне жуткой манере.

— Должно быть, очень мило иметь все это в одной связке, а? — Она усмехнулась и не очень мягко ткнула меня локтем в ребро. — Дух—проводник в сильном, живом теле. Все преимущества.

Я скорчился и отстранился от нее. Она говорила это так грубо. Это не было так, никогда не было. Мы даже не знали, что Алона все еще мой дух—проводник, после того, как она завладела телом Лили. Но я сомневался, что Эрин поверит мне, и не хотел тратить воздух, объясняя ей то, что она никогда не поймет. Так странно, что Эрин сделала все, связанное с Лили, жутким и пугающим, чего не делала Алона. Это говорит кое—что о важности духа или души.

— Чего ты хочешь? — спросил я.

Эрин засмеялась, и я содрогнулся.

— Чего я хочу? — переспросила она. — Ничего, кроме того, что я имею прямо сейчас, малыш, — сказала она, похлопывая себя по бедрам. — Еще есть над чем поработать, но ничего, с чем я бы не справилась, — ее голос был радостным. — Я собираюсь жить в ней.

Она подмигнула, словно все было так просто. Будто она потенциально не отправляла Алону к более постоянной форме смерти.

— А сейчас, мы собираемся покупать бургеры или как? — потребовала она.

Я ехал на автопилоте, направляя машину к "У Крекеля", где продавались любимые бургеры Алоны, и яростно думал. Мне нужен был план. В одной вещи я был точно уверен: я не могу позволить ей выйти в мир таким способом. Кто знает, что произойдет, если она будет действовать в своей обычной манере, и в то же время, со всеми своими целями и намерениями, она будет Лили. Здесь обязательно найдется тот, кто узнает ее, и это будет плохо. Не считая ее родителей, которые будут болезненно сильно о ней беспокоиться. И что, если Алона не ушла, и ей нужно назад в тело Лили? Орден сказал, что они зависят друг от друга. Лили казалась в порядке с Эрин на месте Алоны, но Алона явно не была в порядке.

Запереть Эрин, пока я не придумаю лучшее решение, выглядело единственным логичным вариантом, но я ненавидел эту идею. И где? Может быть, Эдмунд/Малахай сможет предложить что—то получше.

Я посмотрел Эрин, ее рука лежала на краю между нами.

Она была истощена после перемещения в тело Лили. Я мог, вероятно, с легкостью запереть ее. Но что—то в том, как я смотрел, должно быть, отразилось на моем лице.

— О, нет. — Она резко убрала руку назад и отодвинулась от меня. — Я уже потратила впустую слишком много лет, наблюдая и не живя. Ты не заставишь меня делать это снова. Попробуй запереть меня где—нибудь, и я буду кричать, пока кто—нибудь не вызовет копов. — В подтверждение этого ее подбородок вздернулся вверх, отметая все сомнения в том, что она сделает меньше, чем обещала. И Тернеры, когда это дойдет до них, конечно же примут меры против меня, что избавит меня от шансов исправить это недоразумение.

— Вообще—то, — сказала она, — я думаю, что ты можешь выпустить меня отсюда.

Она кивнула на красный сигнал светофора, до которого мы доехали.

— Здесь? — с недоверием спросил я. — Тут нет ничего, и она не может... ты не можешь просто уйти.

— Мы разберемся, — сказала она, уже отстегивая ремень безопасности.

— Эрин, подожди, — произнес я, сражаясь с отчаянием. — Что насчет Эдмунда? Я знаю, что он захочет увидеть тебя и ...

— Конечно, — глумливо ответила она. — Как будто я собираюсь потратить еще часть своего времени на него.

— Он твой брат, — настаивал я.

— Мы оба сделали друг для друга достаточно, — пробормотала она. Она дернула за ручку и распахнула дверь, едва мы сделали остановку.

Я нагнулся, чтобы схватить ее, но она ускользнула. Затем она удивила меня тем, что просунула голову назад и потерлась своими губами о мои в грубой пародии на поцелуй.

Я дернулся так сильно, что мой локоть ударился об руль.

— Я ожидала от тебя большего, — сказала она, притворяясь раздраженной, перед тем, как захлопнуть дверь.

Сигнал стал зеленым, и кто—то позади меня нажал на клаксон, удерживая его, это было громко и противно. Но я отказывался двигаться.

— Вернись в машину, Эрин, — закричал я.

Мое лицо горело, я представлял, как это должно быть выглядит для других водителей. Нет, я не какой—то придурок, терроризирующий свою подружку. Я пытаюсь удержать призрака от похищения тела, которое ей не принадлежит.

— Преследование незаконно, Уилл, — предупредила она громко, и ее голос приглушала закрытая дверь, но для других водителей, чьи окна были опущены, все было ясно слышно. Она метнула взгляд на машины позади меня, и крошечная ухмылка играла на ее губах, будто кто—то еще внес в это свою лепту.

— Эрин! — закричал я снова, а пробка откуда—то из—за моей спины растянулась во всю улицу и расширялась вокруг меня. Патрульная машина, ехавшая с другой стороны, замедлилась, офицер уставился на меня через окно.

Дерьмо.

— Вернись в машину. Пожалуйста! — попытался я еще раз.

Смотря на меня с увеличивающимися глазами, Эрин сделала глубокий вдох и начала кричать.

Не имея другого выбора и ожидая звук сирен в любую секунду, я выкрутил руль и ударил по газам.

Ненавидя себя и Эрин, я наблюдал, как она становится стремительно уменьшаюшейся фигурой в зеркале заднего вида, будто я никогда больше не увижу ее, и я чувствовал себя наполовину облегченно, наполовину взбудораженно из—за этой мысли.

Я сделал один круг вокруг квартала так быстро, как мог, но соседний имел странно извивающиеся улицы и неожиданные тупики.

К моменту, как я добрался обратно, она, естественно, уже ушла. Или она пряталась где—то, или села в машину к незнакомцу.

Господи, она собирается закончить, валяясь мертвой в какой—нибудь канаве, а виноват буду я.

Сигнал был красным (снова), и пока я ждал его смены, я положил голову на рулевое колесо, желая, чтобы все было по—другому, чтобы Алона была жива, желая вернуться назад в то время, когда моими самыми большими проблемами был директор Брюстер и проникновение в класс без призраков, замечающих меня. По сравнению с этим, то были каникулы. Реально, реально отстойные, но все же каникулы. Я не нуждался в Алоне, говорящей мне, что я не в своем уме. Но я хотел ее здесь больше, чем что—то еще.

Я стряхнул головой. Я должен вернуть ее назад. У меня была идея, как сделать это, спасибо Эрин, сказавшей кое—что. Но только одна. И если она не сработает...

Я сжал руль. Нет, это сработает. Этого достаточно. Потому что я не знаю, как буду жить при другом исходе. И если это не сработает, Алоны больше не будет.

Загрузка...