10. Дорога лучше знает, где нам быть

В кабине было ещё просторнее, чем представляла себе Катя. Девушка сидела в единственном пассажирском кресле, а Денис залез вглубь кабины и уселся на что-то вроде кровати, которая была на уровне Катиной головы. Бегать по салону не получилось бы, но вот поменяться местами с Денисом, Катя смогла бы без проблем. Потолок в кабине был таким высоким, что девушка могла бы тут стоять в полный рост.

Водителю было на вид около пятидесяти, он, в отличие от других попутчиков не ждал, что его будут развлекать путешественники, а сам что-то постоянно говорил. Рассказывал о том, как подвозил однажды восемь или десять человек, таких же автостопщиков: тогда голосовала одна девушка, а когда он остановился — из кустов вывалила целая толпа ребят. Все они были с похмелья и явно не выспавшиеся, как-то уместились на лежанке, где сейчас сидел Дэн, и спали там всю дорогу, один даже храпел. Оставили только одну эту девушку на пассажирском месте. А она оказалась музыкантшей, играла на гавайской гитаре и пела километров сто подряд.

Потом водитель рассказывал о том, как он с другом путешествовал на мотоциклах в молодости. Они накуривались конопли и ехали, куда глаза глядят, пока не отпустит, или бензин не кончится. Однажды так ехали-ехали и оказались в Донецке (видимо речь шла о советских временах). Бензина нет, денег тоже. Ночь. До дома километров семьсот. Голодные… Вскрыли какой-то гараж, а там канистры с бензином! Сами заправились, и одну канистру с собой захватили, потом наутро в какой-то деревне на еду её поменяли. И тут друг говорит: «а давай ещё дунем?»… Неделю домой попасть не могли тогда.

— А сейчас куда едете? — Спросил Денис, выбрав момент, чтобы не перебивать дальнобойщика.

— В Москву за грузом, потом в Украину повезу. Там в Подмосковье пиво производят, истинно украинское, на этикетке так и написано хохлятским языком. А на обратной стороне мелким шрифтом «Производитель: г. Клин, Московская область». И кстати, в Украине оно дешевле, чем у нас, видимо, мы за этикетку на русском языке платим.

Катя плохо знала географию родной страны, Американских штатов она смогла бы перечислить больше чем областей и краёв России. Но, то, что из Краснодарского края в Москву ехать надо через Ростов девушка сообразила сразу.

— Ой! Дэнчик, мы не в ту сторону едем! Получается, что мы возвращаемся!

— Да нормально всё, Кать, мы просто крюк сделали небольшой. — Денис повернулся к водителю. — Вы нас на повороте на Краснодар десантируете? Мне отсюда знаки не видно, не проскочить бы.

— Да без вопросов, мы, кстати, уже почти приехали. А зачем крюк делали? — Водитель, наконец, перестал рассказывать о себе и заинтересовался пассажирами.

— В Тихорецк заезжали, переночевали там. Мы сами из Ростова, вечером вчера выехали.

— На море собрались? Там сейчас, наверное, хорошо, только народа много.

— Ага, на море. — Денис поймал недовольный взгляд Кати.

— Сейчас попробую вам помочь. — Дальнобойщик включил рацию, находящуюся у него над головой и снял с неё микрофон на проводе. — Ребят, есть кто в канале, кто на Краснодар идёт?

— Я еду, что случилось? — Отозвался кто-то из динамика.

— А ты где сейчас? Девушку с парнем возьмёшь? — Водитель отпустил кнопку на микрофоне и стал прислушиваться.

— Неее, у меня места нет, бардак в кабине, я думал, дорогу показать надо. — Тот же голос.

— А просто девушки, без парня у тебя там нет? — Другой голос из динамика.

— Да вам девушку без парня предложи подвезти, тут очередь из двадцати машин выстроится! — С усмешкой сказал наш водитель.

— Двадцать одна машина! — Кто-то из динамика.

— Я двадцать второй! — К разговору подключился ещё кто-то. — За кем занимать очередь?

Было ясно, что ни одна фура в радиусе десяти километров путешественников брать не хочет.

— Вот и ваша остановка. — Дальнобойщик показал пальцем на указатель, сообщающий, что Краснодар налево. — Я чуть дальше поворота проеду, а то тут неудобно останавливаться. Сейчас многие на море едут, быстро машину поймаете! Ну, давайте, приятно было пообщаться, удачи. — Грузовик плавно затормозил и стал на обочине.

По пути к повороту Катя снова решила устроить истерику:

— Ты зачем нас завёз не туда?! Если бы мы вчера не проехали этот поворот, то сегодня не пришлось бы столько тащиться по трассе! Ты же наверняка знал, что Тихорецк нам не по пути!

— Если бы мы не проехали… — Дэн передразнил девушку. — Я же говорил, что нет никаких «если бы». Помнишь? Мы здесь и сейчас, давай не усложнять.

— Но мы здесь именно сейчас из-за того, что ты вчера решил ехать до Тихорецка! — Не унималась Катя.

— Да, это так. И что?! — Денис начал терять своё фирменное самообладание.

— То, что мы могли бы сейчас быть гораздо ближе к морю! — Катю бесило, что Денис не собирается даже извиняться.

— Вот опять это «бы». Хорошо, пусть будет твоя логика. Если БЫ мы не приехали вчера в Тихорецк, то не познакомились БЫ с Богданом, не переночевали БЫ у него и не узнали БЫ о Смитах, то, что узнали. Мы БЫ ночевали на улице, и ведь у нас тогда не было БЫ спальника и вещей Богдана, мы БЫ замёрзли, а Богдан остался БЫ голодным! Вот что было БЫ.

Кате хватило этих «бы» с лихвой, желание скандалить пропало без следа. Теперь девушка шла, молча, и думала о том, что надо меньше спорить с Денисом, он, в конце концов, автостопщик со стажем и должен знать что делает. Вспомнилось обидное, но уместное нравоучение отца — «Молчи и сойдёшь за умную». Катя стала замечать, что её комплексы, связанные с задаванием вопросов, рядом с Денисом перестают работать, и она начинает вести себя с ним, так же как её подружки со своими парнями. Такие выводы не радовали Катю, но она не могла ничего с собой поделать.

Следующую машину тоже пришлось ждать не долго. Это была «Лада» Девяносто девятой модели, тёмно-синий кузов сиял чистотой. Наверно владелец совсем недавно помыл и натёр чем-то свою машину. За рулём сидел парень, лет двадцати пяти, а на переднем пассажирском сиденье располагалась его жена.

— Мы автостопщики, а вы? — Начал разговор Дэнчик.

— А мы таксист и дизайнер. — Весело отозвался водитель. — Ни за что не догадаешься, кто из нас кто!

— Ха! Я раньше не видел девушек таксистов. Ты в каком-нибудь женском такси работаешь? Я об этом слышал. — Денис обращался к девушке. Но за неё ответил муж:

— Нет, Анечка — дизайнер. Я же сказал, что не догадаешься!

— Классно ты меня поймал! — Засмеялся Денис.

— Но, если бы ты не сказал этого, мы бы догадались. — Как-то обижено проговорила Катя.

— Так в том-то и прикол! Куда едете?

— На море, а вы? — Денис сел посередине диванчика и наклонился вперёд, чтобы было лучше слышно.

— А мы к друзьям на вечеринку. Боюсь, только, что дождь всё испортит.

— Да перестань, — Заговорила его жена. — Не будет никакого дождя, я прогноз смотрела.

— Да как не будет? Я же машину помыл — значит, будет дождь. Что я, не знаю что ли? — Дурачился водитель. — Обычно автостопщики с большими такими рюкзаками ездят, а вы налегке как-то.

— А зачем нам много вещей? Всё что нужно на месте найдётся. — Отозвался Дэн.

— Вот! Анечка, послушай путешественника с опытом! — Продолжал прикалываться водитель. — Представляете, — Он обратился к пассажирам, — Едем на два дня, а забили полный багажник!

Дальше разговаривали в основном мальчики, Анечка на переднем сиденье погрузилась в телефон, а Катю сильно потянуло в сон, видимо сказался тепловой удар. Девушка устроилась поудобнее и задремала.

Разбудил Катю Денис.

— Нас приглашают на байкерский фестиваль, это нам, считай по пути, обещают фаер-шоу, стриптиз и кучу конкурсов, соглашайся! — Денис был взволнован и явно рад такому предложению.

— Хорошо, хорошо, соглашаюсь. — Катя спросонья не совсем понимала, что от неё хотят.

Через пять минут машина свернула с трассы, а ещё через полчаса подъехала к какой-то речке. Дальше пришлось идти пешком. К этому времени Катя уже окончательно пришла в себя и боролась с желанием спросить у Дениса, что они тут делают.

— Слушай, а зачем мы идём на этот фестиваль? Мы же не байкеры, это не наш праздник. — Не выдержала и спросила Катя.

— Дорога лучше знает, где нам быть. — Многозначительно ответил Дэнчик.

База отдыха, на которой проводился байк-фест, называлась «Здоровье», на табличке перед названием кто-то старательно вывел маркером жирными буквами «прощай». На воротах стояли двое мужчин в байкерских кожаных жилетках. Чуть левее, возле забора стоял стол, а на нём несколько бутылок водки, стаканчики и нарезанный чёрный хлеб. Всем, гостям фестиваля предлагалось выпить сто грамм водки и закусить бородинским хлебом, только после этого взималась плата за вход. Пить было не обязательно, но Денис не стал отказываться. Жара уже спала, солнце висело над горизонтом, и ещё на входе отчётливо слышался запах шашлыка. От всего этого у Кати разыгрался аппетит.

— Дэнчик, у нас много денег осталось? Я голодная.

— Хорошо, сейчас что-нибудь придумаю. — Озабочено ответил Дэн.

Пока искали чем подкрепиться, обошли половину базы. В первую очередь, Катю удивляло количество туристических палаток разбросанных по всей территории, ими были заняты все газоны. Всюду, где было место между палаток, стояли мотоциклы, их было очень много, и все разные. Примерно в центре, некогда оздоровительного комплекса, стояла большая сцена, на ней постоянно кто-то выступал вживую, без фонограммы. Играли по большей части рок. Через каждые десять метров, изображая урны, на деревьях висели мусорные пакеты, примотанные скотчем. Людей было очень много, все веселились.

Перекусили печёной картошкой и солянкой. Тут всё готовилось на дровах: в мангалах запекалась картошка в фольге, пока сверху жарился шашлык и грибы. Солянку и уху готовили в больших котлах, которые подвешивались на цепях над открытым огнём. Здесь же жарили лепёшки, так же на огне. Катя даже представить себе не могла такую кухню под открытым небом. Вроде ничего особенного, но выглядело всё очень экзотично, да и еда с дымком приобретала новый вкус. Пока ели совсем стемнело, и на всей базе зажглись фонари. По тротуарам то и дело проезжали мотоциклы, громко рыча моторами и извергая из себя выхлопные газы, но это никому не мешало, здесь это в порядке вещей.

Поужинав, решили пройтись и поразглядывать мотоциклы. Катя с Денисом были не единственными, кто чувствовали себя здесь как на выставке, тут многие бродили по базе и не стесняясь, фотографировали понравившиеся байки. Порядка в парковке не было никакого, большинство мотоциклов были хаотично расставлены где попало, казалось, хозяева в спешке побросали своих железных коней и ушли пить пиво. Домики на базе были деревянными и стояли на бетонных плитах. Было замечено много качелей и детских площадок, но редкие дети не обращали на них внимания, на качелях катались подвыпившие взрослые. Картину портили равномерно разбросанные по всему комплексу недостроенные домики и их бетонные основания.

— А теперь, встречайте! — Раздалось из колонок возле сцены. — Инструментально-симфоническая группа «Трио Голдс»! — Спустя несколько секунд послышался монотонный бит, как в клубных треках, а затем, вместе с битом, дополняя друг друга, заиграла скрипка.

— Дэнчик! Пойдём ближе, там что-то интересное! — Катя не была фанатом симфонической музыки, но именно скрипкой она могла заслушиваться часами. Ванеса Мэй из её плей листа не удалялась уже несколько лет, а Коля познакомил девушку с группой «Апокалиптика» и Катя, в итоге, влюбилась ещё и в виолончель.

— Пойдём. — С интересом отозвался Дэн.

На сцене стояли трое подтянутых мужчин в кремовых фраках с электронными инструментами. У одного была очень изящная скрипка, у другого — виолончель, а у третьего, как потом выяснилось, был альт. Играли они виртуозно. Переигрывали что-то из классики, Катя не знала, что именно, но звучало это что-то просто божественно. Следующие две композиции были, скорее всего, личными этой группы, бит на заднем фоне иногда менялся, но всё равно, мелодию создавали музыканты вживую. Потом был «Полёт Шмеля» и в завершение «Трио Голдс» переиграли музыку из фильма «Такси». Такого кавера Катя точно не ожидала, то, что сейчас звучало из колонок, было, наверное, самым лучшим, что когда-либо слышала девушка. «Такси» в исполнении скрипки, альта и виолончели было просто несравнимо с треком, что был в фильме.

После «Трио Голдс» на сцену вышла другая группа и начала настраиваться, толпа потихоньку расходилась от сцены. Катя была под таким впечатлением от выступления, что не сразу поняла, что Денис ведёт куда-то в сторону, туда, где потише.

— Эй, автостопщики! — Послышалось откуда-то сбоку. — Идите сюда! — Катю с Денисом подзывали те, кто их сюда привёз. За железным столиком на лавочках сидело несколько человек, Анечка пересела на колени к своему мужу, освободив место на лавочке. — Садитесь! Пиво будете?

— Да, не откажемся. — Согласился Денис.

Место было только одно, и Дэнчик усадил на него Катю, а сам остался стоять. Бородатый незнакомый мужик налил два стакана пива и передал их присоединившейся парочке.

— Так вы на попутках путешествуете? Родственные души, выходит! Откуда вы? — С неподдельным интересом спрашивал бородач.

— Из Ростова, вчера только выехали. А вы? — Ответил Денис и отхлебнул прохладного пива.

— Да я местный, из Краснодара. А у автостопщиков бывают такие мероприятия? Ну как у нас вот сейчас закрытие сезона, к примеру.

— Да, есть два ежегодных слёта автостопщиков, один весной на ленинградском шассе М10, а другой не помню уже где, он ближе к осени проходит. Но я на них не бывал, ни разу.

— Ребят, вы уже нашли, где остановиться? — Спросил подвозивший водитель, но его перебила Анечка:

— У нас в домике есть свободная кровать, постельного белья нет, конечно, но у вас, же спальник есть.

— Да, было бы здорово! — Денис от такой новости даже пролил немного пива.

— Двадцать третий домик, это там, ближе к пляжу, он единственный на сваях стоит, оранжевый такой. — Пытался объяснить водитель, пока его жена ёрзала у него на коленках пытаясь дотянуться то до салатика, то до шашлыка.

— Путешественники, а может водочки, за встречу? — Предложил бородач.

— С удовольствием! А то я на входе выпил стопку, стало хорошо, а потом поел и теперь трезвый как стекло.

Выпили, запили, закусили. Потом познакомились поближе и ещё раз выпили. Не смотря на количество закуски, Кате водка не пошла, и от третьей рюмки она отказалась. В ответ на это, Кате был предложен «Рэд булл» с той же водкой, а перед таким коктейлем девушка ни когда не могла устоять. На сцене вживую переигрывали подряд несколько песен группы «Ленинград», одна из которых была Кате очень знакомой и, наверное, самой любимой песней этой группы.

— Только плывя против течения. — Очень натурально пел кто-то со сцены. — Понимаешь, чего стоит свободное мнение. Звенья собираются в длинные цепочки, линия жизни становится точкой…

Катя заслушалась песней и совсем не обращала внимания на то что происходило вокруг неё.

— А теперь, — Голос ведущего из колонок. — Встречайте! Шоу проект «Инглия»!

— О! Обожаю этих фаерщиков! Пойдём скорее! — Завизжала Анечка и запрыгала на коленках своего мужа так, что тот еле сдерживался, что бы ни взвыть благим матом.

Фаер-шоу проходило не на сцене, а перед ней. Девушки в красивых костюмах расставили по кругу блюдца с горящей в них жидкостью, отчертив тем самым безопасную зону для зрителей. Под зажигательную музыку шоу началось: первыми вышли четыре девушки, в каждой руке у которых, было что-то вроде веера, который горел полукругом. Всё освещалось красными и оранжевыми языками пламени, всюду прыгали тени, девушки заняли свои места, образовав квадрат, и замерли в ожидании только им заметного сигнала к началу, дождавшись — одновременно сорвались в какой-то сумасшедший танец. Танцевали синхронно и очень красиво, за тем вышел парень с голым торсом, он выступал с чем-то вроде шеста, который горел с обеих сторон. Музыка сменилась на первобытные барабаны, и теперь происходящее в круге напоминало какой-то древний ритуал поклонения огню. Следующими были трое парней и три девушки, в каждой руке они держали по цепочке, заканчивающейся клубком огня, занимали свои места они в полной тишине, никто из зрителей в ожидании не издавал ни звука, с началом музыки, всё пришло в движение. Вся команда танцевала синхронно. Удобнее всего Кате было наблюдать за парнем, который танцевал к ней ближе всех. Клубки огня на концах цепей быстро вращались, и огибал своего повелителя по каким-то замысловатым орбитам. Цепочек было не видно и казалось, что огонь просто подчиняется движениям рук человека, вокруг которого он летает. Маленькие послушные кометы вытворяли много разных трюков, они даже крутились, друг вокруг друга, прямо во время танца их хозяина, за тем, парень и все остальные выступающие стали жонглировать своими огнями. В завершении выступления снова вышел парень с голым торсом. В руках у него снова был шест, но на этот раз его концы теперь не горели, а искрились. Во время танца шест вращался, и с него сыпались миллионы ярких искорок, в какой-то момент, парень стал крутить свой инструмент так, что оказался со всех сторон окружён стеной угольков, и самого танцора было почти не видно. Потом он в танце стал ударять шест о землю в такт басам музыки, и каждый раз это вызывало маленький фейерверк.

Шоу закончилось, и из колонок в пол громкости послышался какая-то музыка, видимо для фона, пока готовится следующая команда.

— Пошли на пляже посидим? — Предложил Дэнчик.

Катя согласилась. Девушка теперь была под впечатлением не только от скрипки, но и от огненного шоу. «Как они это всё делают?!» — вопрос не покидал Катиной снова пьяной головы. Решили срезать и пройти не по основной аллее, а между домиков. Идти мешали хаотично расставленные палатки и верёвки тянувшиеся от них. Катя то и дело спотыкалась о растяжки, рискуя не только упасть, но и завалить чьё-нибудь временное жилище. Пришлось свернуть на узенькую бетонную дорожку, которая тянулась не совсем в нужном направлении, но зато была хорошо освещена, и идти по ней было гораздо удобнее. В какой-то момент Дэн остановился и сошёл с дорожки, он с интересом смотрел в сторону недостроенного домика, Кате не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. На хорошо освещённой фонарями плите со всех сторон сидели разные люди, но Дениса заинтересовал кто-то конкретный.

Недалеко на сцене уже выступала какая-то любительская группа, колонки работали на всю и даже здесь, метров за двести от сцены, музыка заполняла всё пространство. Играли что-то быстрое и тяжёлое. На бетонной плите сидел мужичок, лет тридцати, он был одет в чёрную жилетку из грубой кожи с матерчатыми нашивками, рассказывающими о том, из какого он байкерского клуба, какого региона и города, была ещё пара не больших нашивок, значение которых Катя не поняла. Мужичок, уронив голову, ловко крутил в пальцах ножик-бабочку, он сидел с закрытыми глазами, а ножик вращался и вытворял замысловатые кульбиты как бы сам по себе. Моторике его рук позавидовал бы любой пианист или фокусник, ножик летал между пальцев байкера и огибал его кисть с невероятной точностью, при этом конструкция то раскладывалась, то складывалась под воздействием вращения или очень точных толчков пальцев. Часто ножик менял свою траекторию прямо в полёте за счёт того, что половинки рукояти открывались в процессе кульбита и меняли центр тяжести. Танец ножа проходил в основном рядом с рукой, казалось, что конструкция лишь изредка касается пальцев, во всей этой демонстрации пьяной ловкости был даже ритм, байкер играл с ножом в такт с музыкантами. К пьяному любителю холодного оружия подошёл его приятель, он держал в каждой руке по пластиковому стаканчику пива. Один стаканчик он аккуратно поставил на плиту и, обойдя пьяного товарища, сел на другом конце импровизированной скамейки.

— Ванёк, я тебе этот кортик кое-куда засуну скоро. — Неодобрительно произнёс байкер с пивом.

В это время музыканты заканчивали песню и в тот момент, когда прозвучал финальный аккорд, бабочка сделала свой последний кульбит, раскрылась в полёте и как в пазы встала рукояткой между средним и безымянным пальцами руки хозяина, который так и не поднял головы. Ножик заменил средний палец на кулаке, образовав не лестный жест адресованный товарищу, именно тогда, когда резко утихла музыка.

— Порежешь, кого ни будь, спрячь кортик, тебе говорю!

Такая ловкость и театральность показались Кате знакомыми, а эффектное совпадение конца песни и образовавшегося жеста в руке байкера не оставляли сомнений — он делал это всё также, как Дэнчик вырубил электричество и вызвал дождь в день знакомства с Катей.

Денис подошёл к байкерам ближе и присел на корточки, заглядывая в лицо фокусника с ножом. Тот открыл глаза и поднял голову. На лице байкера возникло искреннее удивление, он застыл, глядя на Дениса, только пальцы продолжали однообразно и без выкрутасов вращать бабочку. Шоу с ножиком теперь напоминало работу двигателя на холостых оборотах, как на светофоре.

— Дэнчик?! Ты как тут оказался?! — Мотоциклист молниеносным движением закрыл и спрятал в карман ножик, а после этого, полез обниматься с Денисом.

После непродолжительных объятий, байкер сел обратно на плиту и протянул стакан Денису.

— А я то думал, кого из наших тут встречу! Я даже был почти уверен, что именно ты и объявишься.

— Я о тебе тоже недавно вспоминал. — С улыбкой сказал Денис. — Знакомься, это Катя, моя ученица, если можно так сказать. — Дэн немного замялся, называя Катю ученицей, ему хотелось назвать её как-то иначе, но почему-то он обозначил девушку именно так. — Кать, это Иван, мой старый… Коллега. — После последнего слова парни дружно засмеялись.

— А как ты узнал, что встретишь тут Дениса? — Катин пьяный автопилот задал этот вопрос, не предупредив хозяйку.

— Дэнчик, ты чему её учишь, вообще?! Кать, — Иван перевёл взгляд на Катю. — Вот бывает у тебя так, что ты думаешь, о ком-то и через короткое время этот кто-то тебе звонит или встречается? В народе говорят «Вспомни говно — вот и оно» или «Лёгок на помине». Так вот я о Денисе вспоминал и… «вот и оно».

— Ладно, Вань, давай отойдём, а то от музыки голова болит.

Втроём они пошли в сторону пляжа, подальше от грохота колонок и рёва мотоциклетных моторов. Усевшись на траву рядом с водой, Денис отметил, что тут гораздо лучше и добавил, что ночью почти не спал, а от того и шум ему неприятен. Пока приятели общались, Катя задумалась о том, что Дэнчик назвал её своей ученицей, а байкер Иван сразу же понял о чём идёт речь. Ещё девушке показалось странным, что Иван с Денисом «старые коллеги», нет, Денис поменял много работ и у него обязательно должно быть много бывших коллег, но вот, почему это слово «коллега» вызвало у парней смех. Что Дэнчик имел этим в виду?

Ваня рассказывал о своей жизни, о работе и о том, как стал байкером несколько лет назад. Хвастался тем, что ездил этим летом на Байкал с женой. Хвастовство заключалось не в самой поездке, а в том, что он нашёл себе жену, которая легко согласилась на такую дальнюю мотопоездку. Ребята решили сходить ещё за пивом, а Кате, как она и попросила, пообещали принести энергетик.

Пока парни ходили добывать алкоголь, Катя сидела на пляже одна и пыталась понять, почему в мире андеграунда, среди автостопщиков, неформалов, художников, музыкантов и байкеров принято так много и часто напиваться. Девушку отвлекли проходящие мимо гости фестиваля, один из них очень громко рассказывал как добирался на эту базу:

— Пробка жуткая. По обочине еду, пыль сзади столбом! — Хвастался сутулый мужичёк своему собеседнику. — А тут прямо передо мной как из-под земли вырастают «Гайцы» и один, такой оптимист, палочкой мне машет. А я-то без прав и номеров, из документов только ПТС! Я дальше пру, делаю вид, что не заметил, хотя объехать этого клоуна надо было ещё постараться. Короче, менты за мной с мигалками по обочине гонятся, я на панике, гоню по пыли, еле мотоцикл держу, а впереди круизёр такой же, как я — по обочине пробку объезжает. Я кое-как мимо него протиснулся и уже думал, что всё — оторвался, но не тут-то было! Километров через пять меня те же менты догоняют и в матюкальник командуют остановиться, представляешь?! — На этом месте для Кати рассказ закончился, потому что молодые люди отошли так далеко, что их уже не было слышно.

Через пару минут вернулись Денис с Ваней. Дэнчик заботливо открыл банку энергетика и протянул её Кате.

— Был у меня один знакомый. — Начал поучительно Иван. — Непьющий, не курящий, спортсмен. Однажды выпил он баночку маленькую такой вот дряни энергетической, только с алкоголем. «Ягуар», вроде. Короче, он потом два часа прыгал с дерева на дерево, отжимался на скорость, пел, кричал и ломал все, что ему на пути попадалось, еле успокоили, хотели спасателей со «скорой» вызывать. Повезло, что не убился, только кулаки до костей стесал об стенку сарая, потом от столбняка уколы делали. Ты бы поаккуратней с этой химией…

Катя пропустила мимо ушей нравоучения пьяного мотоциклиста. Девушка иногда могла выпить три-четыре банки «Ягуара» за вечер и ничего подобного с ней не происходило.

Денис уже рассказал ему о странной погоне, но Иван только пожал плечами и посочувствовал. Дэнчик начал потихоньку напиваться, а Иван, на удивление, трезветь. Катя решила расспросить Ваню о том, что он знает и как он использует умение менять события под себя.

— А что ты ещё умеешь, кроме фокусов с ножом?

— Много чего, ты конкретнее спрашивай, я расскажу. — Иван с интересом смотрел на Катю, ему, наверное, роль учителя прикладной магии нравилась больше чем Денису. Дэн, тем временем, решил разжечь небольшой костерок, от воды дул прохладный ветер и все начинали немного подмерзать.

— Дорогу ты можешь контролировать? Мы сегодня застряли часов на пять или шесть на трассе, жутко не везло.

— На дорогу легко влиять, но полностью её контролировать нельзя. И научить я тебя этому не смогу, тут на уровне чувств и эмоций всё.

— Высший пилотаж, это менять события без слов. — Катя вспомнила первый с Денисом разговор.

— Да, этот высший пилотаж освоить можно только самому, понимаешь, наш язык не может передать очень многого, и такие вещи в том числе.

— Невозможно объяснить от рождения слепому, что такое синий цвет, проще описать его вкус! — Крикнул пьяный Дэнчик, пытаясь поджечь старательно сложенный шалашик из веток.

— Тогда расскажи то, что наш язык может передать. — Катя не обратила внимания на Дениса, ей было неприятно, что он намекает, будто Катя слепая.

— Все на дороге подстраивают её под себя. И мотоциклисты и камазисты и даже автостопщики, как вы. На дороге этого подстраивания даже больше чем в других местах. А это, потому что дорога требует внимания и на ней всё постоянно двигается, а значит, даёт много возможностей что-то менять. Это как пытаться размешать кашу или камень, каша более подвижная, её легче мешать. — Иван закончил мысль и отхлебнул из стаканчика.

Катя вспомнила про то как Дэнчик тащил её с места на место по трассе, объясняя это тем, что «Теперь мы не лежачий камень», мол если не получается что-то нужно хоть что-то делать, создавать движение. Объяснение про размешивание каши было куда понятнее. Ведь мир вокруг и дорога в том числе, двигается по отношению к тому, кто по ней едет или идёт, а значит, она становится более податливой для материализации мыслей. Девушка удивилась глубине своих выводов, но хвастаться не стала, то до чего она дошла только сейчас, для парней уже давно нечто само собой разумеющееся. Она продолжила задавать вопросы:

— А какие ни будь случаи с тобой, бывали интересные на эту тему?

— Ехал как-то и отвлёкся, задумался о своём. Скорость — километров под сто тридцать-сто сорок. Пристроился за машиной и чешу в левом ряду, дистанция не большая, но если далеко держаться — то кто-нибудь из правого ряда может меня не заметить и подрезать, проще за кем-то заметным ехать не далеко, так вроде безопаснее. «Матиз» красный это был впереди, кажется. В общем, тормозит этот «Матиз», а у меня нет места, я не сразу заметил, что он останавливается, солнце слепит и стоп-сигналы у него толи не горели, то ли грязные были напрочь. Заваливать байк тоже не вариант — на жопе по асфальту скользить-то я умею, да и мотоцикл не дороже жизни, но если я положу мот — я всё равно влечу в этот «матиз», который затормозил так, что его развернуло поперёк полосы. Да и не факт, что завалив мотоцикл, я быстрее остановился бы. Авария там случилась впереди и у водителя «Матиза» тоже выбора не было. Скорость приличная, из защиты только шлем и коженка. Правый ряд довольно плотный, тоже все притормаживают. Слева пролезть негде…

— Ванёк, ближе к сути, чем всё кончилось? — Денис, продолжая чиркать зажигалкой.

— Разбился насмерть! Кровь, кишки и шлем на дереве, а в нём башка моя! Дэнчик, не перебивай!

«Как шлем на дереве?! Ты же живой сидишь тут!» — пронеслось у Кати в голове, но потом быстро дошло — байкер так шутит.

— Короче, торможу аккуратно, как могу, чуть молиться там не начал о том, чтобы не занесло. По идеи, я должен был бы на скорости в семьдесят-восемьдесят километров влететь в этот долбанный «Матиз», но когда я с ним поравнялся, скорость была гораздо ниже. Справа все уже стоят, вровень с «Матизом» в правом ряду стоит фура, и я вижу, что между жопой фуры и мордой легковушки, которая за ним шла, места как раз для меня, если поперёк дороги ехать. Зад фуры ровно рядом с развёрнутым «Матизом» получается. На самом деле — видеть я этого не мог, угол зрения не позволяет так заглядывать, но я каким-то чудом умудряюсь понять, куда мне сворачивать, а потом вопреки центробежной силе и всем остальным законам физики, я сворачиваю и проношусь между фурой и легковушкой. Всё это время я тормозил, но колёса не стопорил и когда вылетел на обочину, скорость была уже такая, что я смог нормально повернуть и не улететь в кювет. Как я это сделал — а вот хрен я смогу объяснить, да и показывать тоже не хочется. Верь на слово!

— Верю. — Прохрипела Катя, она от такого рассказа аж поперхнулась своим энергетиком.

— Да гори же ты, солнышко моё комнатное! — Не выдержали нервы у Дениса. Костёр всё ни как не хотел заниматься. — Вань, она верит. Катя у меня на глазах банку жестяную в вот такой шарик смяла одним взглядом. — И Дэн показал пальцами размер того шарика. — А скорость ты сбросил и повернул, так же как пилоты перед катапультированием успевают сделать кучу всяких вещей за секунду или две, хотя у них на это должно уйти не меньше минуты. Они, по идеи, лупят там по своим рычагам и кнопкам так, что пальцы должны ломаться, и гидравлика тоже с такой скоростью реагировать не должна успевать, но случаев много. Помнишь, Будда говорил об управлении временем, вот так ты это и сделал.

— Дэнчик, управление временем, это термин Будды, а как им управлять ни ты, ни я, ни даже Будда описать не можем, Будда потом говорил же, что времени и вовсе нет. Кстати, что с ним теперь, где он?

— Повесился. — Денис бросил попытки раздуть уголёк и уселся поближе к друзьям. — Через месяц после того как тебя выписали. Записку оставил мол, дал миру и взял от него ровно столько, сколько хотел, смысла оставаться с вами больше нет. Жалко, крутой старикашка, такие, наверное, как гении раз в сто лет рождаются.

— Да он и был гением. Не чокаясь… — Иван поднял свой стаканчик пива, подержал на вытянутой руке и залпом допил содержимое. — А помнишь, как он санитаров дурачил? — Грустно спросил байкер, даже не глядя на Дениса.

«Какой ещё Будда?! Откуда выписался?» — Катя начала что-то понимать, но ей совсем не хотелось верить своим догадкам.

— Откуда выписался? — Катя решила внести ясность в самый интересующий её вопрос. — Из психиатрической больницы?

— Да. — Коротко ответил Денис. Костёр разгорелся сам собой и теперь в его свете, Катя читала дикий испуг на лице Дениса.

— Так, вы оба выпускники одной психушки? — Катя не смогла подобрать более подходящего слова.

— Ванёк — выпускник, а я сбежал. — С нервной усмешкой ответил Денис.

— Это нормально? Почему ты мне этого не рассказал?

— Да разговор как-то не заходил. Ну не скажешь же«…Ой, у меня твой хот-док, без горчицы, давай меняться, жаль, что уже четверть съел, но ты же не любишь острое. И кстати — я несколько лет назад сбежал из психушки. Да, с горчицей — самое то, хм, и булочки у них тут свежие…». Или как ты себе представляешь, такой разговор? По моему, это вообще не очень-то важно, тут каждому третьему можно клинический диагноз ставить, а мне просто не повезло, что таки поставили. — Дэн заметно нервничал.

— Каждому третьему? Кому к примеру?! — Катя пока не решила, как относиться к новой информации, но это не мешало ей начать скандал.

— Да, к примеру, мне! Чем не пример? — Дэн начал нервничать ещё сильнее.

— Кать, нас тут трое у костра. — Иван говорил спокойно, он был абсолютно уверен в своей логике. — И двое из нас с диагнозом. Как тебе такой пример?

— Да что за бред?! — Катя уже кричала. — Вы оба лежали в психбольнице и считаете, что это правильно и нормально! Почему ты сбежал? Тебя не вылечили, получается?!

Денис не знал, как разговаривать с Катей, пока она в таком состоянии и просто растеряно смотрел на неё, потом стал, как ни в чём небывало подкладывать веточки в костёр. В это время из кустов появился молодой человек в белой рубашке нараспашку и мокрых джинсовых шортах. Парень подошёл к костерку и сел на корточки.

— В Краснодарской больнице лежали, коллеги? — Заговорил гость. Он тянул каждое слово, но не потому что был пьян, это просто дикция такая или акцент.

— Ага, в ней самой. — Отозвался Иван.

Денис, с интересом молча, уставился на нового участника разговора. Катя постаралась держать себя в руках и прекратить истерику. Это был именно тот укротитель огня, который выступал топлес.

— Я тоже там лежал. — Грустно и медленно произнёс парень. — Меня Мишей зовут. Я там больше года отдыхал, а вы?

— Иван, — Представился байкер и пожал руку своему «коллеге». — Мы с Денисом там четыре года назад лежали.

— Денис. — Коротко представился Дэнчик, пожал руку и вернулся к костру.

— Девушка, а вас как зовут?

— Катя.

— А меня Миша. Я случайно вас услышал и вот решил добавить свои три копейки в завязавшийся спор. Он и меня касается, хоть и косвенно. — Миша замолчал, подбирая слова. Потом снова лениво заговорил. — Кать, вы спросили, кажется, кто ещё имеет диагноз, не поверив в то что, каждому третьему можно его поставить. Вы ещё кричали, что лежать в лечебнице, это не нормально, вот, совсем недавно кричали. — Миша изо всех сил старался говорить быстрее, но у него это плохо получалось. Все слушали его внимательно и ждали, что же он хочет сказать. — Так вот, сейчас мы сидим у костра вчетвером, и трое из нас дипломированные психи. Норма определяется большинством, а правильность, вообще индивидуальна. Выходит, что среди нас четверых — вы, Катенька, ненормальная. Но оглянитесь и задумайтесь, ведь это по сути ничего не меняет. Наверное, ни чего, кроме вашего отношения к правильности. — Миша тихонько засмеялся, а вместе с ним в голос расхохотались и Денис с Иваном.

Речь фаерщика загнала Катин мозг в глубокий ступор.

Загрузка...