Тата и медведь

Глава 11

Я подпрыгнула от неожиданности. Мгновенно пропал аппетит.

Чертов оборотень, что ему от меня нужно? Хотя, глупый вопрос, я и так знаю – что.

Трое парней, оставив своих дам, которые, видимо, успели покинуть столовую, нагло уселись за наш столик. Мир – на свободное место рядом со мной, а двое его дружков, стащив соседние стулья, устроились между братом и сестрой.

– Что вы тут забыли? – злобно процедила Алена, отпихивая плечом шатена, который прижался к ней вплотную и начал… обнюхивать.

Я, конечно, не расистка, но эти верберы вели себя как настоящие животные. Даже присутствие посторонних их ни капли не смущало.

– Если не заметил, тут люди. Поговорим позже. Наедине. – зашептала я на ухо Миру, в надежде, что он все же послушает меня и уйдет.

Святая простота!

– И не мечтай, ведьма, – оскалился он и, повернувшись к моим друзьям, громко заметил. – Как грубо вы встречаете гостей. Мы, может, пообщаться хотим. С этой милой блондиночкой.

Все трое развернулись к Лешке, дружно заржали. И сразу стало ясно, кого имели в виду мои друзья, когда рассказывали о некоторых… хамах.

– Блондиночка, ты вечером свободна? Я бы с тобой погулял, – продолжал издеваться шатен, что до этого обнюхивал Аленку.

Лицо подруги перекосило от ярости, ладони сжались в кулак. Малейший срыв и она втащит парню прямо в наглую рожу. И я бы не стала ее за это винить.

– Матвей, ты смотри, она покраснела, – заржал, указывая на Лешку, русоволосый вербер. По методу исключения – Илья.

Тут уж мое чувство справедливости вылезло наружу.

– Ты, – ткнула я пальцем в Матвея и прошипела. – В таком тоне со своими дружками разговаривай. – Затем уставилась на Мира. – Если вы сейчас же не уберетесь, я сделаю так, что у вас кое-что не просто не встанет никогда, но и отвалится.

Все трое, как по команде, прекратили ржать и уставились на меня полными ярости взглядами. Брат с сестрой тоже последовали их примеру. Но выражение их лиц было не злым, а скорее, ошеломленным.

Не удивительно. Кто в здравом уме, ростом с мышь, будет угрожать трем лосям с уголовными рожами? Смертник, не иначе.

– Тата, не надо, – все же пришел в себя и вмешался Алексей, желая уберечь меня от неминуемых неприятностей.

– Да, Таточка, зря ты вдруг решила мне угрожать, – хриплым басом процедил Мирослав. Его жуткий голос, похоже, будет сниться мне в кошмарах. – Сейчас мы с тобой выйдем и поговорим. Наедине. Как ты и хотела.

Своего я добилась, но какой ценой? Меня сейчас где-то в застенках университета тихонько пристукнут и закопают. Родная тетушка со своим шаром не найдет.

– Побудьте тут, мы сейчас вернемся, – издевательски усмехнувшись, бросил остальным Мир.

Затем резко поднял меня со стула и перекинул через плечо. Чертова юбка едва не сползла на талию, открывая всем желающим вид на мою пятую точку. Благо вербер попался учтивый – чтоб его! – и не дал опозориться, придержав ткань своей широкой ладонью, которую разместил поверх моих ягодиц.

– Отпусти меня сейчас же, – задохнулась я. – Я еще не разучилась ходить.

Алексей дернулся в мою сторону, но Матвей, не сильно утруждаясь, остановил его, схватив за руку. Что там происходило с Аленой я уже не видела. Но, судя по звукам, вырваться у нее тоже не вышло.

– Ничего с вашей подружкой не случится, если вы останетесь здесь и не будете поднимать шум, – обратился Мир к моим друзьям. – Мы просто поговорим и вернемся. Таточка кое-что мне задолжала.

В подробности он вдаваться не стал. Отвернулся и зашагал со мной на плече к выходу.

Ни один из встреченных нами парней даже не попытался мне помочь. Все они прятали глаза и смущенно отворачивались. Не скажу, чтобы мне было за что их винить. Попробуй перейти дорогу верберу. Раздавит и не заметит, скажет так и было.

Естественно, я тоже могла создать оборотню хлопот, устроив громкий скандал на всю столовую. Ему пришлось бы меня отпустить. Но зачем? В конце концов, нам нужно поговорить, а с него станется разборки при всех устроить.

В коридоре никого не было. Мир, вконец охамев, воспользовался этим, забравшись рукой мне под юбку. Крепко сжал меня за ягодицу и хмыкнул, когда я, поразившись такой наглости, громко ахнула.

– Мягкая, как я и думал, – самодовольно протянул он, продолжая меня лапать.

Открыл дверь в пустое помещение, напоминавшее подсобку. И занес меня внутрь

Что значит «думал»? О моей заднице? Ему же сейчас вообще о таком думать не положено. Я вроде как избавила его от всех подобных желаний.

– Убери от меня свои лапы и не смей прикасаться, ты, грязное животное! – кипя от негодования, выплевывала я обидные ругательства прямо в его широкую спину, не забывая молотить по ней кулаками. Но затем все же поинтересовалась, исключительно в научных целях! – Что значит, «ты думал» мягкая или нет? Почему?

– А ты разве не этого хотела, насылая на меня заклятие? – спросил оборотень, прежде чем опустить меня на пол и прижать к стене, несильно сжав ладонью мою шею. – Я сразу понял, что что-то не так, когда вчера на очень важном совещании, вдруг начал мечтать о твоей заднице… в тех ажурных трусах. Пошел к нашим оракулам, и они с первого взгляда в шар различили заклятие. Тут ты и прокололась. Зад-то у тебя ничего такой, но не на столько, чтобы я ради него совещания срывал.

Было очень обидно за свою пятую точку, но больше меня занимало другое. Что за ерунда происходит? Я же использовала заклятие импотенции.

Какой еще зад, какие мечты?