Глава 8

Не без труда найдя и подобрав отлетевшие мечи, Кирито с Лифой приземлились перед статуями, охраняющими ворота. Рекон, который, как ни странно, терпеливо дожидался все это время, поспешил к ним. При виде сприггана в черном рядом с Лифой его лицо изменилось, и он, потирая шею, обратился к сильфиде:

– Ну… и, и как все прошло?

Лифа ответила с жизнерадостной улыбкой:

– Мы идем в атаку на Древо Мира. Ты, я и он, мы втроем.

– П-понятно… Эээ… Чего?!

Лифа похлопала разом побледневшего и попятившегося Рекона по плечу, сказала «давайте вместе постараемся» и повернулась к циклопическим каменным воротам. Стоя между двух статуй, Лифа вдруг ощутила исходящий от ворот холод; они словно отгоняли желающих войти.

Они говорили про атаку, но, сказать по правде, уж если столь сильный игрок, как Кирито, был так жестоко избит рыцарями-стражами, едва ли пара лишних участников сможет существенно изменить исход битвы. Лифа кинула быстрый взгляд на стоящего рядом Кирито – лицо его было суровым, губы плотно сжаты.

Кирито поднял глаза: похоже, ему пришла в голову какая-то мысль.

– Юи, ты здесь?

Не успел он договорить, как искорки света начали собираться прямо в воздухе, и из светового облачка появилась знакомая прелестная пикси. Уперев руки в боки, она смотрела возмущенно.

– Как долго! Ведь если папа меня не зовет, то сама я не могу выйти!

– Прости, прости. Я был немного занят.

Невесело улыбнувшись, Кирито протянул левую руку, и пикси с достоинством на нее опустилась. Рекон, чтобы разглядеть пикси получше, вытянул шею рывком, словно собирался Юи проглотить.

– Ух ты, это, это персональная пикси, да?! Впервые такую вижу!! Офигеть, такая милашка!!

Юи распахнула глаза и попятилась.

– К-кто этот человек?!

– Эй, ты ее пугаешь.

Лифа ухватила Рекона за ухо и оттащила его от Юи.

– Не обращай внимания на этого типа.

– …А, ах.

Кирито стоял, несколько сконфуженный разыгравшейся перед ним сценой. Два-три раза мигнул, затем снова перевел взгляд на Юи.

– …Так… Ты что-нибудь выяснила по ходу той драки?

– Да, – кивнула Юи. На ее прелестном личике сейчас было очень серьезное выражение. – Эти монстры-охранники – здоровье и сила у них не очень, но генерируются они в совершенно аномальном режиме. Чем ближе игрок к внутренней двери, тем выше скорость генерации; когда ты у самой двери, они появляются по двенадцать в секунду. Это… это специально настроено на невозможный уровень сложности…

– Хммм… – Кирито нахмурился и кивнул. – Я тогда не заметил, потому что каждый страж по отдельности был так себе; но если их рассматривать как единое целое, то это абсолютно непобедимый босс. Все устроено так, чтобы раздразнить игроков, поддерживать их интерес до последнего момента, а потом разом обломать. Хитро придумано…

– Но если подумать, с папиными супернавыками мы с ними на равных. Папа очень сильный, и короткий прорыв может получиться.

– …

Какое-то время Кирито молча размышлял, потом поднял голову и взглянул на Лифу.

– …Я прошу прощения. Не поможешь ли ты мне еще раз с моей эгоистичной просьбой? Я понимаю, что это может быть невозможно, но мне хотелось бы набрать больше людей, или придется еще какой-нибудь способ придумывать. Но… что-то мне подсказывает, что совсем скоро случится что-то плохое. Мне надо спешить…

Услышав это, Лифа в первое мгновение подумала о том, чтобы послать сообщение во Дворец Владыки в Сильвиане и попросить Сакую прислать на подмогу высокоуровневых игроков.

Но тут же она закусила губу; от этой идеи ей пришлось отказаться. Она вспомнила минувшую ночь, Ётунхейм. Воспоминание о стычке с ундинами вернуло ее в чувство. Они ставили во главу угла эффективность и безопасность, они напали на не сопротивляющегося Злого бога, полностью проигнорировав мольбу Лифы.

Конечно, Сакуя была ее другом и не стала бы рассуждать так же, как те ундины. Но Сакуя была Владычицей, и на ней лежала серьезная ответственность. В определенных ситуациях, когда ее решения затрагивают судьбу всей расы, ей приходится жертвовать своими чувствами и руководствоваться здравым смыслом. Конечно, рано или поздно она бросит вызов Древу Мира, но не раньше, чем будет полностью к этому готова. Если даже Сакуя услышит просьбу Лифы о помощи, то вряд ли придет, зная, что это приведет к полному истреблению ее войск.

После краткого молчания Лифа подняла голову и веселым тоном произнесла:

– Ладно. Давайте как следует поработаем. Я сделаю все, что смогу… и вот этот тип тоже.

– Ээ, чего…

Лифа пихнула Рекона в бок локтем; его вечно нахмуренные брови сейчас были сдвинуты до предела. Потом он принялся говорить разные слова, типа «Мы с Лифой-тян одно целое, куда она, туда и я», и в конце концов согласно кивнул. Каменные ворота открылись с низким гулом, словно исходящим из глубин ада, и изнутри дыхнуло такой тяжелой, зловещей атмосферой, что Лифа непроизвольно взмахнула крыльями. В прошлый раз, когда она летела на выручку Кирито, она не обратила внимания на эту удушающую атмосферу, но сейчас, стоя перед каменными вратами, она ощутила мощное психологическое давление.

Однако в сердце ее царил необычайный покой.

Она сейчас чувствовала себя, как внутри урагана. Что в реальном мире, что в виртуальном – все стремительно менялось со свистом и треском. Она не знала, куда ее унесет этим потоком; все, что она могла, – лишь ориентироваться на свет, сияющий вдалеке.

Кирито достал меч, Лифа и Рекон последовали его примеру. Четыре пары глаз, включая Юи, встретились, и все четверо одновременно забили крыльями.

– …Поехали! – выкрикнул Кирито, и четверка разом впрыгнула в купол.

Как они договорились заранее, Кирито сразу нацелился на люк и принялся разгоняться со страшной силой. Лифа и Рекон, держась у пола, начали выпевать заклинания лечения.

Из окон, через которые в купол вливался свет, закапали вязкие капли, превращаясь на лету в белых гигантов. Со странными, бравыми криками они налетели на Кирито. Когда первые из рыцарей-стражей и маленький по сравнению с ними Кирито встретились, мелькнула вспышка, и купол содрогнулся от громового удара.

Один удар меча Кирито рассек сразу нескольких рыцарей. Увидев такое, Рекон прошептал:

– …Охренеть.

Да, это было потрясающее искусство владения мечом. Но при виде сцены сражения Кирито со столь огромным числом монстров у Лифы все равно мурашки побежали по спине.

Врагов было слишком много. Столь колоссальное число стражей, спускающихся с ячеистого потолка и стен, просто издевалось над игровым балансом. Даже в самом трудном подземном донжоне, Ётунхейме, скорость появления монстров была куда ниже, чем здесь.

Стражи-рыцари образовали компактную группу, из которой волнами вылетали отдельные отряды и набрасывались на Кирито. Одна за другой замелькали вспышки, и после каждой из них тело очередного рыцаря рассыпалось, оставляя после себя снегопад искр. Но всякий раз, когда один враг погибал, его место занимали трое.

Когда Кирито преодолел половину расстояния до люка, его хит-пойнты сократились всего на десять процентов. Лифа с Реконом высвободили заклинания лечения, которые прежде подготовили и поместили в режим ожидания. Тело Кирито окуталось синим светом, и его здоровье восстановилось.

…Но.

Одновременно с этим произошло нечто ужасное.

Группа низколетящих рыцарей, издав странные крики, повернулась к Лифе и Рекону.

– Уаа… – встревоженно протянул Рекон.

Лифа почувствовала, несмотря на зеркальные маски, что рыцари их разглядывают. Неосознанно она стиснула зубы.

Чтобы остаться незамеченными, Лифа и Рекон должны были использовать магию исключительно для лечения Кирито. Как правило, монстры атакуют только тех игроков, которые попадают в их диапазон обнаружения. В частности, они не нападают на игроков, работающих на дистанции, если только те не пользуются луками или атакующей магией.

Но эти рыцари-стражи, похоже, отличались от монстров, обитающих снаружи; в их алгоритмах было гораздо больше злонамеренности. Если они реагируют на магию поддержки, накладываемую с большого расстояния, тогда стандартные формации – типа «воины впереди, лекари сзади» – теряют смысл.

«Эти пять или шесть или сколько их там рыцарей, кыш, кыш отсюда!» – увы, надеждам Лифы не суждено было сбыться: рыцари забили крыльями и ринулись прямо к ней с Реконом. Каждый держал в правой руке меч длиной больше роста Лифы. Мечи сияли голодным светом.

– Я их отвлеку, ты продолжай лечить! – крикнула Лифа Рекону и, не дожидаясь ответа, начала было подниматься в воздух. Однако Рекон, до сих пор во всех сражениях слушавшийся Лифу безропотно, на сей раз произнес «погоди» и схватил ее за правую руку. Удивленная, Лифа обернулась; голос Рекона звучал напряженно, но что поразило Лифу еще больше, так это его непривычно серьезное выражение лица.

– Лифа-тян… Я, правда, не совсем понимаю, но это очень важный бой, да?

– …Да. И, возможно, это не совсем уже игра.

– …Мне, конечно, до этого сприггана как до луны, но… я займусь этими стражами…

И, договорив, он оттолкнулся от пола, держа в руке полетный контроллер. Пока Лифа стояла, все еще в удивлении, он направился точно в середину группы рыцарей.

– Д-дурень…

«От него же в бою никакой пользы», – подумала Лифа; но догнать его она уже не могла. Она кинула взгляд вверх; хит-пойнты Кирито вновь начали снижаться. Лифе пришлось начать заклинание лечения. Быстро выпевая нужные слова, она тем не менее с беспокойством продолжала следить за Реконом.

Рекон атаковал рыцарей-стражей заклинанием широкого радиуса действия, которое заготовил, пока летел. Множество зеленых клинков вылетело веером и впилось в рыцарей. На их хит-пойнты это мало повлияло, но теперь все стражи атаковали Рекона.

С неровным воем белые великаны набросились на маленькую фигурку в зеленом. Рекон прошмыгнул между смертоносных вражеских стражей, словно подхваченный ветром лист, и оказался у них за спиной. Рыцари быстро развернулись к нему.

Лифа закончила заклинание, и лечебное сияние обволокло Кирито. Еще несколько рыцарей среагировали на магию и стали снижаться. На полпути они присоединились к группе, преследующей Рекона, разом увеличив ее вдвое.

Рекон, хоть и был не особо силен в воздушном бою, уворачивался от летящих к нему мечей с поразительной сосредоточенностью. Время от времени он все же пропускал удары, и его хит-пойнты постепенно снижались, но серьезных ран удавалось избегать.

– …Рекон…

Лифа невольно была тронута тем, как отчаянно летал Рекон, но она понимала, что надолго его не хватит. Всякий раз, когда она накладывала заклинание лечения, очередная группа рыцарей спускалась и присоединялась к тем, что уже атаковали Рекона.

В конце концов толпа рыцарей-стражей разделилась на две. Похоже, они пытались взять Рекона в клещи. Один из множества мечей, падающих подобно дождевым каплям, вонзился Рекону в спину, и сильфа отшвырнуло в сторону.

– Рекон, хватит! Уходи наружу!! – крикнула Лифа; она не могла больше на это смотреть. Отступивший игрок не мог уже войти в эти ворота вновь, пока внутри идет та же самая битва. Лифа решила, что будет держаться до конца, и взлетела, накладывая очередное заклинание лечения.

Но тут Рекон остановился и посмотрел прямо на нее. На лице у него была решительная улыбка. При виде этой улыбки Лифа остановилась, расправив крылья.

Продолжая пропускать удар за ударом, Рекон принялся выпевать новое заклинание. Внезапно его тело окружило темно-фиолетовое облако светового эффекта.

– ?!.

Осознав вдруг, что это заклинание магии тьмы, Лифа ахнула. Внезапно вокруг Рекона развернулось какое-то сложное магическое кольцо. Судя по его размеру, заклинание было высокого уровня. На территории сильфов заклинания магии тьмы можно было встретить нечасто, так что Лифа понятия не имела, что делало это конкретное.

Магическое кольцо внезапно выросло до огромных размеров, крутясь вокруг своей оси, обволакивая рвущихся к Рекону стражей. Потом сложный световой узор внезапно собрался в точку – и все залила ярчайшая вспышка.

– Ай!!.

Вспышка ударила Лифе по глазам, и она рефлекторно отвернулась. Грохнуло так, как будто рушились земля и небо, затрясся весь купол. Ослепительное сияние, заволокшее все вокруг, рассеялось не менее чем через секунду. Лифа, заламывая руки, принялась отчаянно вглядываться в центр этого взрыва. Она была в таком изумлении, что просто не могла найти слова. Рыцари-стражи, толпившиеся вокруг Рекона, перестали существовать. Лишь слабое фиолетовое послесвечение в воздухе подсказывало, что только что они тут были.

Мощь заклинания была потрясающей. Таких могучих заклинаний, бьющих по площади, не было ни в магии ветра, ни в магии огня. «Ай да Рекон, и когда он успел выучить такое полезное скрытое заклинание?» Лифа плакала от радости и изумления одновременно. Если такую атаку еще несколько раз применить, то удастся даже сквозь ту дверь прорваться. Собравшись подлечить Рекона, Лифа двинула рукой – и застыла на месте.

Маленькой фигурки Рекона в эпицентре взрыва не было. Лишь одинокий Посмертный огонь парил в воздухе.

– …Магия саморазрушения?.. – испуганно прошептала Лифа. Да, теперь она вспомнила – когда-то давно она слышала об этом заклинании. Но Посмертный штраф от него был в несколько раз хуже, чем при обычной смерти, так что, можно сказать, это заклинание было полным табу.

Лифа зажмурилась; в течение нескольких секунд она просто не знала, что думать. Несмотря на то, что все это было лишь игрой, – Рекон потратил на прокачку столько времени и усилий, что его поступок был истинной, настоящей жертвой. С этого момента вопрос об отступлении стоять уже не мог. Лифа решительно открыла глаза и взглянула вверх. И –

То, что она увидела, заставило ее ноги подкоситься.

Верхняя часть купола была настолько заполнена белым, что Лифа не видела стен.

Кирито был маленьким черным пятнышком посреди белизны. После каждого взмаха его меча падали тела. Это было все равно что тыкать иголкой в песчаную дюну. Дыры в стене белых рыцарей-стражей, которые проделывал Кирито, мгновенно заполнялись, начисто перегораживая путь наверх.

– Уооооооо!!

Кирито дрался, словно демон, и ревел так, как будто выкашливал кровь; его выкрики, ослабленные расстоянием, достигали ушей Лифы.

– …Невозможно, братик… это просто…

Откровенно говоря, в саму идею, что чья-то душа заперта в этом мире, ей было трудно поверить всем сердцем – даже несмотря на то, что ей это Кирито рассказал. Здесь ведь игра – виртуальный мир, созданный для развлечения. Что-то в Лифе сопротивлялось самой идее, что этот мир как-то связан с кошмарным «миром SAO».

Но сейчас, впервые за все время, Лифу посетило ощущение, что она видит перед собой «Злонамеренную систему». Виртуальный игровой мир был сбалансирован; но это место было наполнено жаждой убийства игроков. Здесь словно сама Смерть размахивала своей гигантской косой – такого рода ощущение. Божественная воля к убийству. И сопротивляться бесполезно.

Внезапно в куполе зазвучал низкий, искаженный, мерзкий какой-то звук.

Часть рыцарей-стражей остановились и, вытянув вперед левые руки, принялись выпевать заклинания. Это было заклинание, затормозившее движения Кирито, когда он пришел сюда в первый раз. Попадая в цель, оно временно парализует ее, делая легкой жертвой мечей.

Лифа застыла; вот-вот она увидит, как Кирито пронзят сотни мечей.

И тут…

Сзади накатила звуковая волна – нет, настоящее звуковое цунами, заставившее затрепетать поникшие крылья Лифы.

– Что?!.

Стремительно развернувшись, Лифа увидела – втекающую в купол колонну воинов в новеньких, сверкающих зеленых доспехах. Воинов-сильфов.

Одного взгляда хватило, чтобы она поняла: снаряжение у них уровня «легендарное». Большая группа игроков, полностью облаченная в одинаковые новые доспехи, ветром пронеслась мимо Лифы и устремилась к потолку. Их было не меньше полусотни.

Потрясенная Лифа стала приглядываться, и один за другим начали появляться курсоры с именами. За забралами она не видела лиц, но все имена принадлежали сильнейшим воинам на территории сильфов. Услышав бравые кличи вошедших, стражи прекратили выпевать заклинания, нацеленные на Кирито, и пришли в движение. Холодок страха пополам с возбуждением прошел у Лифы по спине. Однако оказалось, что сильфы – не единственный отряд, присоединившийся к сражению за купол.

Через несколько секунд после того, как последний из элитного отряда сильфов оказался внутри купола, раздался новый боевой клич. Два клича наложились друг на друга, образовав нечто чудовищное, громоподобное.

Новый отряд, ворвавшийся в купол, был существенно меньше, чем войско сильфов. На глаз Лифы, их был где-то десяток. Однако каждый воин этой кавалерии был просто здоровенным.

– Летающие драконы!.. – вырвалось у потрясенной Лифы. Покрытые серо-стальной чешуей, в длину – от головы до кончика хвоста – они были в несколько раз больше человеческого роста. В доказательство того, что это были не дикие монстры, голова, грудь и кромки их длиннющих крыльев были закованы в сверкающую металлическую броню.

От обеих сторон каждого драконьего шлема шли серебряные цепочки-поводья; другие их концы крепко сжимал в руках всадник, оседлавший драконью спину. Все всадники тоже щеголяли новенькими доспехами; по бокам их голов торчали треугольные уши, и, разумеется, нельзя было не заметить выглядывающие из-под доспехов хвосты.

Вне всякого сомнения, это было главное оружие кайт ши, Драконьи наездники. Их применяли как последнее средство. Легендарных воинов держали в абсолютном секрете, Лифа их даже на скриншотах раньше не видела – и вот они пролетали прямо у нее перед глазами.

Опьяненная эйфорией, чувствуя, как кровь кипит в жилах, Лифа стояла на месте, и крылья ее расправились во всю длину. И вдруг сзади к ней кто-то обратился:

– Прости, мы немного опоздали.

Лифа стремительно развернулась – за спиной у нее стояла Владычица сильфов Сакуя в гэта и повседневной одежде, а рядом – Алисия Рю, Владычица кайт ши. Дернув ушами, Алисия произнесла:

– Прости, кузнецам-лепреконам нужно было подготовить доспехи на всех драконов, они закончили буквально только что. И даже с учетом тех денег, что нам дал спригган, обе наши сокровищницы теперь пусты!

– Иными словами, если нас тут всех перебьют, обе наши расы мгновенно разорятся, – и Сакуя сдержанно рассмеялась, скрестив руки.

…Они пришли. Они обе, несмотря на риск лишиться статуса Владык, все-таки пришли, и быстро. Объединив силы двух рас, отбросив драку за ресурсы, являющуюся сутью любой MMORPG, вышвырнув в урну всяческие расчеты риска, – они пришли и будут работать слаженно, превзойдя все ожидания ГМов.

– …Спасибо вам… спасибо вам обеим.

Лишь эти слова Лифа была способна выговорить дрожащим голосом. Да, действительно, в этом мире существовали вещи более важные, чем правила, чем манеры, чем здравый смысл, – эта мысль заполнила собой ее сердце, и Лифа просто не могла произнести что-либо еще.

Две Владычицы произнесли разными голосами, но с одной и той же интонацией: «Теперь мы квиты», – после чего строго посмотрели наверх. Сакуя со щелчком сложила веер в правой руке и сказала:

– Ну – идем и мы!

Глядя, как от стены рыцарей-стражей отпочковываются группы и устремляются к авангарду сильфов, Лифа решительно кивнула, и все три девушки оттолкнулись от пола. Кирито продолжал яростное сражение в середине купола, но, похоже, он тоже заметил приход подкреплений и прекратил пытаться пробиться в одиночку – теперь он чуть отступил от стены врагов.


Грациозно взмывая в середину купола, Алисия Рю подняла правую руку и выкрикнула красивым, чарующим голосом:

– Отряд драконов! Приготовиться к атаке огнем!

Десять Драконьих наездников зависли кольцом вокруг Лифы и ее спутниц. Крылья драконов были развернуты на всю длину, шеи S-образно изогнуты; Лифа могла разглядеть оранжевое свечение в их пастях позади зубов.

Следом Сакуя подняла свой сложенный красный веер.

– Отряд сильфов! Приготовиться к спецатаке!

Выстроившиеся плотным квадратом сильфы подняли мечи над головой. Клинки окутались зеленым электрическим сиянием.

Надвигающиеся рыцари-стражи собрались в таком количестве, что напоминали клубок белых червей; от них исходили какие-то странные резкие крики. Алисия Рю закусила губу своим длинным клыком и, дождавшись, когда враги приблизятся на нужное расстояние, взмахнула правой рукой и выкрикнула:

– Огонь!

И все десять драконов разом выдохнули. Ярко-красные струи пламени вылетели из пастей и рванулись вперед, оставляя за собой огненные дорожки. Десять пламенеющих столбов врезались в рыцарей-стражей, окружающих Кирито и сильфов.

Весь купол залило ослепительно-белое сияние. Несколько мгновений спустя ударило множество взрывов, создав гигантскую огненную стену. От грохота купол сотрясся. Останки рыцарей разлетелись во все стороны, оставляя за собой белые сияющие следы.

Но число стражей, казалось, было бесконечным; новые группы принялись отпочковываться от стены плоти и прорываться через пылающий ад. Стена врагов, словно желая проглотить находящегося впереди Кирито, раскрыла свою гигантскую пасть, истекающую, как слюной, группами врагов.

Когда белая масса была готова вот-вот затопить игроков, Сакуя резким движением опустила веер и скомандовала:

– Шторм Фенрира – пли!!

Сильфы единым, слитным движением подали свои мечи вперед. С каждого из полусотни клинков сорвалась зеленая молния и зигзагом метнулась вверх, разрывая воздух. Молнии вонзились в отряд рыцарей-стражей.

И вновь яркая вспышка света окрасила весь мир в белый цвет. Взрыва на этот раз не было, зато зеленые молнии продолжали летать как им заблагорассудится, и попавшие под них рыцари разлетались на мелкие осколочки.

Когда второй большой группе пришел конец, середина стены рыцарей-стражей просела. Но, словно стена была жидкой, эта дыра сразу же заполнилась с боков.

Сейчас или никогда – в этом Лифа была уверена. Вытащив катану из ножен, она рванулась вверх. Владычицы, похоже, пришли к такому же выводу. Голос Сакуи рассек воздух как хлыстом.

– Все войска – вперед!

Несомненно, это было величайшее сражение, какое только видел этот мир. Сзади волнами накатывало огненное дыхание, рыцари-стражи сгорали и падали один за другим. Клинообразная формация сильфов срезала гигантов своими могучими мечами, вбуравливаясь в стену плоти.

Самым кончиком этого клина был маленький черный спригган. Его снаряжению было далеко до сильфского, но меч порхал с богоподобной быстротой, и все, к чему он прикасался, разлеталось в клочья мгновенно.

Лифа пролетела сквозь щелочку в построении сильфов и оказалась прямо позади Кирито. Тут же сблокировав меч одного из рыцарей, как раз собиравшегося напасть на Кирито со спины, она вонзила катану ему в основание маски. Затем крутанулась на месте, сжимая катану, – и голова рыцаря отделилась от вспыхнувшего белым туловища. Кирито обернулся и одними губами произнес: «Сугу, прикрывай со спины».

«Положись на меня!!» – так же безмолвно ответила она, встретившись с братом глазами, и заняла позицию спиной к спине. И они закружились, срубая и срубая рыцарей-стражей, непрерывно появляющихся перед ними.

Убить рыцаря в сражении один на один Лифе было бы не так-то просто. Однако держась спина к спине с Кирито и двигаясь на его скорости, она почувствовала, что рыцари словно затормаживаются. Нет… может, это ее нервная система начинает работать все быстрее? Такое уже случалось раньше в поединках по кендо. Лифу обволокло ощущение, что она в состоянии заметить все, что происходит вокруг.

Она и Кирито словно стали единым целым. Как будто их нервные системы соединились в одну, как будто бледные электронные импульсы начали проскакивать между ними. Лифе не требовалось смотреть, чтобы знать, что делает Кирито у нее за спиной. Вот его меч вонзился в шею рыцарю-стражу; и, поворачиваясь вокруг их общей оси, Лифа ударила точно в то же место и прикончила врага. И одновременно Кирито рубанул другого рыцаря по маске – точно в то место, куда только что нанесла удар Лифа.

Кирито, Лифа, отряд сильфов и драконья бригада двигались, как единое, добела раскаленное тело, продолжая плавить стену рыцарей-стражей, продвигаясь все глубже и глубже. Число рыцарей было бесконечным, однако пространство купола – нет. Если они так и будут продвигаться, когда-нибудь момент наступит.

– Серааааа!!

С этим воплем Лифа рассекла надвое очередного стража; тот рухнул вниз и исчез.

На какое-то мгновение за последними несколькими рыцарями ей открылась самая вершина, зенит купола.

– Ооооо!!

С этим воплем Кирито оторвался от спины Лифы и черной молнией метнулся к разрыву в стене плоти. Последняя группа рыцарей-стражей с негодующими криками бросилась на него со всех сторон, пытаясь отсечь от люка. Их было десятка три.

– Кирито-кун!!

Не думая, Лифа взмахнула рукой и со всей силы швырнула катану в направлении левой руки Кирито.

Зеленый клинок просвистел сквозь воздух и очутился в руке Кирито, как притянутый.

– У-оооооо!!

Кирито заорал так, что, казалось, задрожал весь купол. Теперь он держал свой двуручник в правой руке и катану в левой. И два меча с устрашающей скоростью метнулись вперед.

Удар вниз сверху-справа. Удар вверх снизу-слева. Два сияющих клинка двигались по искривленным траекториям, образуя снежно-белое кольцо, напоминающее солнечную корону. Тела рыцарей, угодивших в эту сверхскоростную мясорубку, разлетелись на клочки, как бумажные, и посыпались во все стороны.

Теперь сквозь Посмертные фреймы, сквозь кольцо белого пламени отчетливо виднелся он. В петле из древесных веток в самом центре потолка купола устроился круглый люк, разделенный крест-накрест на четыре створки. Люк, соединяющий купол с внутренностью ствола Древа Мира, последняя дверь, ведущая из Альвхейма в город на вершине Древа.

Маленький черный силуэт продолжал лететь прямо к люку, оставляя за собой световой след. Он добрался. Наконец-то.


Перед глазами Лифы новые тела рыцарей-стражей появлялись одно за другим и стремительно закрывали образовавшуюся прореху. Сакуя, заметив, что Кирито прорвался сквозь оборонительную линию, скомандовала сзади:

– Все назад, отходим!

Уклоняясь от вражеских атак вместе с отрядом сильфов, стремительно снижаясь под прикрытием огненного дыхания драконов, Лифа улучила момент и кинула взгляд на потолок. Увидеть Кирито за стеной стражей она не могла, но в сердце ее отражалась картина: черный силуэт устремляется туда, куда никто никогда еще не добирался, он поднимается все выше и выше.

Лети – иди – иди вперед! Сквозь гигантское дерево прямо в небо, к сердцу мира!..


Я уж думал, нервы у меня в мозгу просто сгорят – с такой скоростью я пролетел те последние метры.

Прямо передо мной была большая круглая дверь из четырех плотно сжатых створок, образующих крест. За этой дверью ждала она – Асуна. Запертая в этом мире… вместе со второй половиной моей души.

Сзади доносились яростные крики рыцарей-стражей. Стражи развернулись и, похоже, намеревались меня преследовать. Новые враги появились из потолка вокруг люка, даже без световых эффектов, и ринулись на меня.

Только я быстрее. Люк уже на расстоянии вытянутой руки.

Но… но.

– …Не открывается?!.

При столь неожиданном повороте событий я не удержался от вскрика.

Люк не хотел открываться. Я-то думал, что стоит мне только подобраться вплотную к этой чертовой здоровенной двери, и она откроется сама – но она оставалась запертой, по-прежнему преграждала мне путь, ее створки не сдвинулись ни на миллиметр.

Времени тормозить уже не было. Поместив правую руку с мечом на уровень пояса, став с мечом единым целым, я несся к люку в надежде просто снести его одним ударом.

И тут же я на полной скорости вмазался в дверь. Острие меча ударилось в каменный блок, и искры посыплись во все стороны. Но – на поверхности не осталось и царапины.

– Юи – что происходит?! – в панике проорал я. Не может быть, неужели просто подобраться недостаточно? Может, нужно не только пробиться сквозь рыцарей-стражей, но еще и какой-то особый предмет при себе иметь или чтобы какое-то событие произошло?

Я уже собрался на автомате еще разок долбануть мечом, но тут Юи с колокольчиковым «динь-динь» вылетела у меня из кармана и осторожно положила руки на камень створки.

– Папа.

Она повернулась ко мне и быстро добавила:

– Эта дверь не заперта каким-то квестовым событием или чем-то еще! Ее просто запер системный администратор.

– Ч… что это значит?!

– Это значит… эту дверь ни один игрок открыть не сможет!

– Какого…

У меня язык присох к небу.

Это что значит – что весь Большой квест про «первую расу, которая заберется по Древу Мира в небесный город и переродится в истинных фей» – это такая морковка, подвешенная перед носом у кролика, которому никогда до нее не добраться? Мало того, что трудность достижения этого места выходит за рамки приличия, так еще и замок здесь не открывается без ключа, называемого «права сисадмина»?

Я ощутил, как меня покидают силы. Сзади подобно цунами накатывали крики стражей. Но сила воли, до сих по помогавшая мне держать меч, куда-то делась.

«…Асуна, я прошел так далеко… Еще чуть-чуть, и я смог бы к тебе прикоснуться… Тот кусочек твоего тепла – неужели он был последним?..»

«…Нет. Постойте-ка. Это же, это, несомненно…»

Я распахнул глаза. Левой рукой пошарил в заднем кармане. Вот она. Маленькая карточка. Юи же сказала тогда: это код доступа к системе…

– Юи – возьми вот это!

Я поднес серебряную карту прямо к лицу Юи. Ее глаза расширились, затем она кивнула.

Ее ручка провела по поверхности карты. Несколько световых дорожек проскочили между картой и Юи.

– Код скопирован! – воскликнула она и шлепнула обеими ладонями по поверхности люка.

Ослепительная вспышка ударила мне по глазам; я рефлекторно прищурился. Из того места, куда прикоснулись руки Юи, начал лучиться ярко-синий свет; и тут же засияла вся дверь.

– …Нас сейчас перенесет!! Папа, держи меня за руку!!

Юи вытянула правую руку и крепко ухватила меня за кончик пальца. Луч света прошел через ее тело и влился в мое.

Внезапно рев рыцарей-стражей донесся прямо из-за спины. Я сосредоточился; десятки огромных мечей устремились ко мне. Но только все эти мечи прошли сквозь меня, как будто мое тело стало абсолютно бесплотным. Нет, я на самом деле начал прозрачнеть. Мое тело исчезло, обратилось в свет.

– !!

Меня резко потянуло вперед. Мы с Юи превратились в поток данных, и этот поток засосало в люк, сменившийся уже на сияющий белый экран.

Мое сознание мигнуло и тут же восстановилось.

Я несколько раз тряхнул головой и поморгал глазами, пытаясь сбросить сосущее ощущение перехода. Это чувство было похоже на телепорт в Айнкраде, только вместо привычного гомона городской площади меня обволакивала полная тишина.

Оказалось, я стою на одном колене. Я медленно поднялся. Прямо передо мной стояла и встревоженно смотрела Юи. Теперь она была не в виде пикси, а в своей оригинальной форме – похожая на десятилетнюю девочку.

– Ты как, папа?

– Нормально… А это?..

Я оглядел то, что меня окружало, и кивнул.

Как ни взгляни – место было очень странное. Ничего общего с явно внутриигровыми – разукрашенными, сработанными с множеством деталей – улицами Сильвиана или Аруна. Передо мной были лишь примитивные конструкции – сплошь белые стены без каких-либо текстур и деталей.

Я стоял посреди какого-то коридора. Он шел не прямо, но плавно изгибался вправо. Я оглянулся назад – там было такое же искривление. Похоже, коридор представлял собой длинную дугу, а может, даже кольцо.

– …Не поняла, в этом месте нет карты… – озадаченно произнесла Юи.

– А ты знаешь, где Асуна?

На мгновение Юи закрыла глаза, потом энергично кивнула.

– Да, она близко… очень близко. Наверх… сюда.

Она развернулась и, оттолкнувшись от пола босыми ступнями, выглядывающими из-под белого платья, бесшумно побежала по коридору. Я вернул за спину меч, который по-прежнему держал в правой руке, и поспешно бросился следом. Катана, которая должна была быть в левой руке, исчезла. Наверно, когда меня сюда перенесло, она вернулась к Лифе – владелице соответствующих данных. Если бы она не кинула мне тогда этот меч, мне наверняка не удалось бы прорваться сквозь последнюю стену. На мгновение я закрыл глаза и мысленно возблагодарил то ощущение, которое еще хранила моя левая ладонь.

Несколько десятков секунд бега следом за Юи – и слева, во внешней стене дугообразного коридора, перед нами появилась квадратная дверь. На двери, как и на стенах, не было ни единого обозначения.

– Кажется, наверх можно попасть здесь, – сказала Юи и, остановившись перед дверью, оглядела ее. Я кивнул и задеревенел.

Рядом с дверью одна над другой располагались две треугольные кнопки; одна смотрела вверх, другая вниз. В этом мире я подобного никогда не видел, зато по реальному миру эти кнопки были мне отлично знакомы. Единственное, с чем это ассоциировалось, – кнопки лифта.

Я вдруг нахмурился; внезапно и странно, я – в своем боевом облачении и с мечом за спиной – почувствовал, что неуместен здесь. Нет, дело не во мне – это вокруг все странное. Если эти кнопки – то, что я думаю, то здесь уже не игровой мир. Тогда… что это за место?

Но сомнение лишь на миг посетило мой мозг. Мне плевать, где я. Если только Асуна рядом.

Я без колебаний нажал кнопку «Вверх». Вскоре двери с чмокающим звуком разошлись, открыв позади себя маленькую комнатку-коробочку. Я вошел туда вместе с Юи, развернулся и, как и ожидал, увидел возле двери панель с кнопками. Кнопка, соответствующая текущему этажу, была подсвечена; похоже, выше располагаются еще два этажа. Чуть поколебавшись, я нажал верхнюю кнопку.

Вновь раздался звуковой эффект, и я ощутил, что поднимаюсь.

Вскоре лифт остановился. Дверь открылась; за ней лежал изогнутый коридор, точь-в-точь такой же, как и тот, из которого мы вышли. Повернувшись к Юи, крепко сжимавшей мою правую руку, я спросил:

– На этом этаже?

– Да. Уже здесь, прямо… прямо близко.

Произнеся эти слова, Юи потянула меня за руку и бросилась бежать.

Еще несколько десятков секунд я бежал по коридору, пытаясь унять отчаянное сердцебиение. Во внутренней стене время от времени встречались двери, но Юи не уделяла им и взгляда.

Замерла Юи в абсолютно пустом участке коридора.

– …Что случилось?

– За этой стеной… проход… – пробормотала она и погладила гладкий сегмент внешней стены. Внезапно ее рука замерла, и, как и в случае с люком, синие светящиеся линии побежали зигзагом по стене.

Внезапно прямо в стене нарисовались жирные очертания квадрата, а потом раздалось «бумм!», и внутренность квадрата испарилась. Я увидел перед собой прямой и совершенно скучный с виду коридор.

Юи молча шагнула в коридор, а затем вдруг побежала все быстрее и быстрее. В лице ее была такая нежность, что я не сомневался: Асуна совсем рядом. Ждать еще даже секунду лишнюю было для меня невыносимо.

Скорей, скорей. Я молился всем сердцем, мчась по коридору. Вскоре мы уперлись в закрытую прямоугольную дверь. Юи, даже не думая тормозить, вытянула левую руку и с силой распахнула дверь.

– !!.

Прямо перед нами садилось гигантское солнце.

Мир был завернут в бесконечное закатное небо. При виде этого зрелища меня охватила какая-то неловкость. Мы находились на невероятной высоте, можно было разглядеть даже, что горизонт чуть изгибается дугой. В ушах звенел ветер.

В памяти сразу же всплыл тот момент.

Мы с Асуной сидели бок о бок и наблюдали, как стирается, растворяется в бесконечном закате парящая крепость. Она произнесла – ее слова достигли моих ушей.

«Мы останемся вместе навсегда».

– Аа… да. Я вернулся.

Пробормотав это, я опустил глаза.

Там, где раньше был выложенный плиткой пол, теперь простиралась невообразимо толстая ветвь.

Мое поле зрения, прежде упиравшееся в багровый закат, вновь расширилось. Над головой дерево разделялось на множество ветвей, густая листва закрывала обзор; в целом дерево производило впечатление гигантского столба, подпирающего небо. Внизу тоже расстилались бесчисленные ветви. Еще ниже, на земле, сквозь океан облаков виднелась река, петляющая по зеленым лугам.

Я находился на самой вершине Древа Мира. Это место Лифа… Сугуха больше всего мечтала увидеть – крышу мира.

Однако –

Я медленно огляделся. Вот ствол Древа Мира, как гигантская стена. Вот отходящие от него ветви.

– И никакого… небесного города… – ошеломленно прошептал я.

Одни лишь безвкусные белые коридоры, ничего больше. Это просто не могло быть легендарным небесным городом. И вообще, какое-то событие должно было произойти, которое обозначило бы завершение Большого квеста. Я прорвался сквозь дверь в куполе, а никаких фанфар что-то не слыхать.

Иными словами, это была пустышка – коробка из-под подарка без подарка. Обернутая красивой бумагой, перетянутая ленточкой, – и все это предназначено лишь для того, чтобы спрятать пустую ложь. И кстати, что мне теперь сказать Лифе, которая так мечтает переродиться в истинную фею?

– …Непростительно… – вырвалось у меня. О том человеке или группе, которые управляли этим миром.

Внезапно я ощутил, что мою правую руку кто-то тихонько тянет. Юи встревоженно смотрела на меня снизу вверх.

– А, да. Идем.

Все делалось во имя освобождения Асуны. Я здесь только ради этого.

Прямо передо мной к закату уходила громадная ветвь. В этой ветви была вырезана дорожка. Далеко впереди от дорожки отражалось золотое сияние. На это сияние мы с Юи и побежали. Я отчаянными усилиями пытался подавить раздражение и томление, от которых, казалось, вот-вот вспыхну, и мчался вперед. Мои чувства ускорились, каждое мгновение словно тянулось целую вечность; а может, то, что казалось мне мгновением, на самом деле было секундами или даже минутами.

Дорожка вышла из облака густой листвы и побежала дальше. Периодически наша ветвь пересекалась с другими, тогда дорожка переходила в идущие вверх-вниз лесенки. Я лишь делал взмах крыльями и перепрыгивал эти ветви.

Вскоре природа золотого сияния, которое мы увидели ранее, стала ясна. Его испускало множество вертикальных и горизонтальных металлических прутьев, образующих решетку – нет, птичью клетку.

Над огромной ветвью, по которой мы бежали, параллельно ей шла еще одна, и с нее свисала обычная птичья клетка. Только необычно большого размера. В такой клетке даже крупную хищную птицу не запрешь, что уж говорить о птицах помельче. Ну конечно – у этой клетки другое назначение…

Мне вспомнился разговор в магазинчике Эгиля; это воспоминание казалось таким далеким, словно все произошло в доисторические времена. Пятеро игроков забрались друг другу на спины, чтобы превзойти предел высоты полета, – и сделали скриншоты. На одном из скриншотов была изображена таинственная девушка, запертая в птичьей клетке. Да, конечно же. Это была Асуна – в той клетке была заперта Асуна.

В ладошке, сжимающей мою правую руку и тянущей меня вперед, чувствовалась убежденность. Мы так торопились, что почти скользили по воздуху; и вот наконец мы перепрыгнули последнюю лестницу.

Дорожка в ветке дерева внезапно сузилась, спустилась к основанию клетки – и кончилась.

Я уже мог отчетливо видеть, что находится внутри клетки. На выложенном белой плиткой полу стояло одно крупное растение и множество маленьких в горшочках. В центре клетки была здоровенная кровать с роскошным балдахином. Возле кровати – круглый белый столик и стул с высокой спинкой. Девушка сидела на стуле, сложив руки на столе и опустив голову; выглядела она так, словно молилась.

Длинные, гладкие, прямые волосы струились по спине. Ее платье было похоже на то, что на Юи, только более тонкое. Из спины росли изящные узкие крылья. И все это было подсвечено алым светом закатного солнца.

Лица ее я не видел. Но я ее узнал. Я просто не мог не узнать. Мою душу тянуло к ней как магнитом; между нами словно искра промелькнула.

И тогда эта девушка – Асуна – резко подняла голову.

Может, это из-за моей жажды и тоски, но ее знакомая фигура трансформировалась на моих глазах в нечто чистое, пропитанное светом. То резкая красота, словно от наточенного меча. То озорная, дружеская теплота. Ее лицо, которое всегда было рядом с моим в те короткие, но прекрасные дни, проведенные вместе, сперва наполнилось чистым изумлением. Затем обе руки взлетели, прикрывая рот, а в больших карих глазах стала скапливаться влага и потекла вниз слезами.

Одним крылатым прыжком преодолев последние метры, я прошептал голосом, который так и не обрел звука:

– …Асуна.

Одновременно Юи воскликнула:

– Мама… мама!!

В том месте, где дорожка упиралась в клетку, была квадратная дверь из частой металлической решетки, а сбоку располагалась небольшая металлическая пластинка – похоже, запирающий механизм. Дверь была закрыта, но Юи даже не пыталась тормозить – продолжала бежать вперед и тянуть меня за собой. На бегу она прижала правую руку к левому боку. Ладонь тотчас окуталась синим сиянием.

Она взмахнула рукой слева направо. И тут же дверь снесло прочь, как будто это была простая железка. Отлетев, дверь тут же рассыпалась на частички света и исчезла.

Отпустив меня, Юи вытянула обе руки вперед и вновь выкрикнула:

– Мама!!

И впорхнула через дверной проем прямо в клетку.

Отшвырнув стул, Асуна вскочила на ноги. Убрала руки ото рта, и с губ сорвался дрожащий, но чистый голос.

– …Юи-тян!!

Юи оттолкнулась от пола и прыгнула Асуне на грудь. Черные волосы, перепутавшись с каштановыми, затанцевали в воздухе; на фоне заката они отсвечивали бордовым.

Юи с Асуной, крепко прижавшись друг к другу, терлись щеками и звали друг друга по имени, словно чтобы лишний раз убедиться.

– Мама…

– Юи… тян…

Слезы текли по лицам и, сверкая угольками под закатным солнцем, исчезали.

Я наконец стряхнул с себя силу, которая тянула меня вперед, и медленно подошел к Асуне; в нескольких шагах от нее я остановился. Асуна подняла голову и, сморгнув слезы, посмотрела мне глаза в глаза.

А я не мог двинуться с места. Если я шагну вперед, если прикоснусь к ней – все может исчезнуть… Кроме того, я ведь сейчас выгляжу совсем иначе, чем тогда. Темная кожа сприггана, вихрастая голова – ничего общего с тем Кирито. Я мог лишь смотреть на Асуну и сдерживать слезы.

Но, в точности как и тогда, губы Асуны шевельнулись и произнесли мое имя.

– …Кирито-кун.

Мгновение тишины, и мои губы произнесли ее имя.

– …Асуна.

Я сделал два последних шага и раскрыл объятия. И я обхватил ее хрупкое тело, прижал к себе, а Юи пристроилась между нами. Такой знакомый запах проник мне в ноздри, и такое знакомое тепло расплылось по всему телу.

– …Прости, что так долго, – вытолкнул я дрожащим голосом. Асуна, глядя в упор, не отрываясь от моих глаз, ответила:

– Нет, я верила в тебя. Я не сомневалась – что ты придешь и спасешь меня…

Слова были уже не нужны. Я закрыл глаза и зарылся лицом Асуне в шею; она сделала то же самое. Обе руки Асуны прижимались к моей спине. Между нами прошмыгнул блаженный вздох Юи.

Как же хорошо, подумал я.


Если сейчас настанет последнее мгновение моей жизни, я ни о чем не буду сожалеть – даже если моей жизни суждено сгореть дотла. Она должна была закончиться еще вместе с тем миром, но продолжилась здесь – только ради этой минуты…

Нет, неправильно. Здесь она начинается, наконец-то. Здесь закончится тот мир мечей и сражений, и мы отправимся в новый мир, называемый реальностью, – вместе.

Я поднял глаза и сказал:

– Идем домой. В реальный мир.

Разомкнув объятие, я крепко взял Асуну за руку, а Юи взяла ее за другую. Я повернулся к Юи и спросил:

– Юи, возможно разлогинить Асуну прямо отсюда?

На секунду Юи наморщила лоб, потом покачала головой.

– Мамин статус зафиксирован хитрым кодом. Чтобы его отпереть, нужна системная консоль.

– Консоль… – нервно произнесла Асуна, склонив голову набок. – Кажется, я видела одну на нижнем уровне лаборатории… А, да, лаборатория – это…

– Ты имеешь в виду тот пустой белый коридор?

– Угу. …Вы там прошли?

– Да.

Я кивнул; Асуна нахмурилась, глядя на меня; ее словно что-то грызло.

– Ты не заметил ничего… странного?

– Да нет, и не встретил никого…

– …Там мог болтаться кто-то из подчиненных Суго… если увидишь, заруби сразу же!

– Что… Суго?!

При упоминании Асуной этого имени я и удивился, и в то же время не удивился.

– Значит, это все его работа… Суго? Это он тебя здесь запер?

– Да. …И не только, Суго здесь делает ужасные вещи…

Асуна принялась рассказывать, буквально излучая негодование, но тут же покачала головой.

– Продолжим разговор, когда вернемся в реальный мир. Сейчас Суго не у себя в компании. Мы можем воспользоваться этим, чтобы добраться до сервера и освободить всех… Идем!

Я хотел расспросить Асуну о многом, но главное сейчас было – вытащить ее в реал. Поэтому я кивнул и развернулся.

Я бросился к дверному проему без двери, таща за собой Асуну, которая, в свою очередь, держала за руку Юи. Два шага, три шага, вот мы уже у самой стенки клетки, как вдруг.

…За нами кто-то наблюдает.

Я ощутил какое-то неприятное чувство в затылке. Точно такое же чувство у меня бывало в SAO, когда за мной наблюдал оранжевый плееркиллер, а не какой-нибудь спрятавшийся монстр.

Я тут же выпустил руку Асуны и взялся за рукоять меча. Чуть пошевелил рукой, готовый вытащить меч в любой момент. И тут…

Внезапно клетка вся заполнилась водой. Нас словно погрузило в темную, вязкую жидкость.

Нет, не так. Дышать было можно, но воздух казался аномально тяжелым. Я мог двигаться, но ощущал сильнейшее сопротивление, как будто находился в слое липкой слизи. Тело наливалось свинцом. Было больно стоять. И одновременно с этим из мира исчез свет. Закат выключился, сменившись чернотой.

– …Что это?! – вскрикнула Асуна. Голос ее звучал искаженно, словно из-под воды.

Я попытался, несмотря на чертовски неприятные ощущения, ухватить Асуну и Юи и притянуть их к себе, но – мое тело совсем отказалось двигаться. Воздух был липким, он словно весь состоял из лиан и этими лианами меня связывал.

И наконец воцарилась полнейшая тьма. Нет, не совсем так. Асуну и Юи в их платьицах я видел отчетливо. А вот фон полностью замазался черным.

Я стиснул зубы и двинул правой рукой. Прутья клетки должны быть совсем близко. Я протянул руку, надеясь вытянуть себя отсюда, – но рука коснулась лишь пустоты.

И это не просто казалось. Нас действительно зашвырнуло в мир черноты, и невозможно было определить, где что.

– Юи…

«Что происходит?» – хотел я спросить. Но Юи, которую продолжала обнимать Асуна, вдруг вся выгнулась и закричала:

– Иии! Папа… мама… берегитесь! Здесь что-то очень плохое…

Не успела она договорить, как от ее тела начало исходить фиолетовое электрическое сияние, потом яркая вспышка – и руки Асуны оказались пусты.

– Юи?!

– Юи-тян?!.

Мы с Асуной выкрикнули одновременно. Но ответа не было.

В густом, липком, угольно-черном мраке остались лишь мы с Асуной. Я отчаянно тянул руку, желая быть ближе к ней. Асуна, тревожно расширив глаза, потянулась навстречу.

Но в то мгновение, когда наши пальцы уже готовы были соединиться, на нас обрушилась колоссальная тяжесть.

Нас словно швырнуло на дно глубокой, глубокой трясины. Терпеть это было невозможно, давление плющило все мое тело, и я упал на колени. Одновременно свалилась и Асуна, упершись обеими руками в невидимый пол.

Асуна подняла на меня глаза, ее губы едва шевелились.

– Кирито… кун…

«Все хорошо, я все равно буду тебя защищать», – так я хотел ответить. Но тут посреди тьмы разнесся высокий, пронзительный смех.

– Эй, и как вам нравится эта магия? Ее планируется ввести со следующим апдейтом, но, может, эффект слишком сильный?

Голос звучал столь издевательски, что скрыть это было бы невозможно; и голос этот был мне слишком хорошо знаком. Голос того самого человека, который в палате, возле спящей Асуны, насмехался надо мной, называя героем.

– Суго!! – проорал я, отчаянно пытаясь встать.

– Нет, нет, в этом мире прошу воздержаться от использования этого имени. Даже суффикса не используешь, когда обращаешься к своему королю. Можешь обращаться ко мне «Ваше Величество король фей Оберон»!!

При последних словах его голос подпрыгнул на пару октав, превратившись в восклицание. И тут же что-то стукнуло меня по голове.

Чуть повернув голову, я увидел стоящего рядом мужчину. Точнее, видел я только ноги; на ногах были туфли поверх кричаще расшитых колгот. Этими ногами он водил вправо-влево по моей голове.

Подняв глаза, я разглядел длинную мантию ядовито-зеленого цвета, а еще выше – лицо, создававшее впечатление искусно созданного. Да нет – это и правда было искусственное лицо. Собранное из полигонов с нуля – красивое, мужественное лицо… точнее, оно было бы таким, если бы не было так искажено. Сейчас оно выглядело просто уродливым. Красные губы были искривлены, как в гротескной ухмылке.

Даже если он и не был похож внешне, я знал, что этот тип и есть Суго. Человек, заточивший душу Асуны в таком месте, человек, сказать о котором, что я его ненавижу,– значит не сказать ничего.

– Оберон… нет, Суго!

Асуна почти лежала ничком, но все же подняла лицо и смело крикнула:

– То, что ты творишь, – я своими глазами это видела!! Это просто мерзость – тебе это с рук не сойдет!!

– О? И кто же собирается меня останавливать? Ты? Или, может, вот он? Или сам Господь бог? К несчастью, в этом мире нет бога. Кроме меня, хе-хе!

Разбавив свой голос противным смехом, он с силой наступил мне на голову. Не в силах противостоять гравитации, я опустился на пол.

– Прекрати это, трус!! – кричала Асуна, но Суго и ухом не повел. Склонившись надо мной, он извлек из ножен у меня на спине меч. Встал, поднял клинок одним лишь указательным пальцем, потом крутанул.

– …Ну, Киригая-кун – нет, правильнее тебя звать Кирито-кун. Подумать только, ты все же сюда добрался. Даже не знаю, ты храбрец или идиот? Ну, судя по твоему нынешнему состоянию, видимо, второе, хе-хе. Я узнал, что моя пташка сбежала из клетки. Думая, что на этот раз ее следует наказать, я поспешил вернуться, но какой сюрприз! Похоже, в клетку забрела таракашка! …И, кстати, еще была какая-то странная программа… – Суго призадумался, затем взмахнул левой рукой и открыл окно меню. Его губы искривились на мгновение, когда он изучал светящийся голубой экран; потом, насвистывая себе под нос, он закрыл окно.

– …Сбежала, да? Что это вообще было? Кстати, с этого следовало бы начать: как тебе удалось досюда добраться?

От того, что хотя бы Юи не стерли, мне стало чуточку легче, и я ответил:

– Прилетел, вот на этих вот крыльях.

– …Что ж, хорошо. Я узнаю, если спрошу непосредственно у содержимого твоего черепа.

– …Что?

– Ты ведь не думал, что я создал это место по пьяни, верно?

Подкидывая клинок моего меча пальцем, Суго улыбался; улыбка его источала яд.

– Благодаря самозабвенному сотрудничеству бывших игроков в SAO мои исследования фундаментальных процессов мышления и памяти завершены уже на восемьдесят процентов. Еще чуть-чуть – и я смогу управлять человеческой душой, чего никто никогда еще не умел. Это всегда считали прерогативой бога! И плюс я сегодня заполучил еще один экспериментальный образец. Я так счастлив. Покопаться в твоих воспоминаниях, переписать твои эмоции!! Просто дрожу при одной мысли!!

– Не может быть… это, это ты не сможешь… – прошептал я, пытаясь справиться со скепсисом после этой слишком уж безумной тирады. Суго вновь поставил ногу мне на голову и пошевелил пальцами.

– Ты так ничему и не научился и снова подключился через нейрошлем, да? Ну, значит, ты точно в таком же положении, что и остальные мои экспериментальные образцы. Да, все-таки дети глупы. Даже собака запоминает, что не следует делать, после того как ее пнут.

– Это… тебе это так просто не спустят, Суго!! – прокричала Асуна; лицо ее было белым, как мел. – Если ты тронешь Кирито, я тебя никогда не прощу!!

– Птичка моя, совсем скоро я смогу превратить твою ненависть в абсолютную покорность одним движением переключателя.

Произнеся эти слова с опьяненным выражением лица, он погладил лезвие моего меча кончиками пальцев левой руки.

– Ну что ж, давайте повеселимся как следует, прежде чем я займусь твоей душой! Да… Наконец-то, сколько я ждал этого момента. Но раз у нас появился почетный гость, ради этого стоило испытать мое терпение!!

Суго повернулся и развел руки в стороны.

– Сейчас все, что здесь происходит, записывается! Так что покажи мне, какая ты красивая!!

– …

Асуна закусила губу и, глядя мне в глаза, быстро прошептала:

– …Кирито-кун, разлогинивайся скорее. В реальном мире ты сможешь всем рассказать, чем занимается Суго. Со мной все будет хорошо.

– Асуна!..

Какое-то мгновение я просто разрывался на части. Однако тотчас кивнул и взмахнул левой рукой. С таким количеством информации я смогу привести подмогу, даже не имея каких-то материальных доказательств. Если только мы возьмем под контроль сервер ALO, принадлежащий «РЕКТО Прогресс», все сможет наладиться.

…Но. Меню не хотело появляться.

– А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!

Суго перегнулся в пароксизме смеха, держась за живот.

– Я ведь говорил, это мой мир! Никому отсюда не выбраться!!

От восторга Суго аж затанцевал на месте. Потом вдруг поднял левую руку. Покопался пальцами в меню, и откуда-то сверху из бесконечной черноты со звяканьем опустились две цепи.

Кончики цепей, к которым были прикреплены широкие металлические браслеты, ударились об пол с резким, неприятным стуком. Суго взял один из браслетов и надел Асуне на правое запястье. Громкий щелчок; затем уходящая в черноту цепь слегка натянулась.

– Кяа!

Внезапно цепь резко пошла вверх, и правая рука Асуны взлетела в воздух. Когда цепь остановилась, Асуна стояла на мысках, едва касаясь пола.

– Ты, сука… что ж ты!.. – проорал я. Но Суго не удостоил меня и взглядом; мыча под нос какую-то песенку, он взялся за второй браслет.

– Да, я тут много игрушек приготовил. Ну, для начала вот это.

Браслет защелкнулся на левом запястье Асуны, и вторая цепь натянулась. Теперь Асуна висела в воздухе, словно распятая на двух цепях. Гравитация здесь по-прежнему оставалась очень сильной; видимо, из-за этого изящные черты лица Асуны исказились.

Суго, стоя перед Асуной со скрещенными руками, вульгарно присвистнул.

– Какая прелесть, все-таки женщины-NPC такое лицо делать не умеют.

– !..

Асуна яростно смотрела на Суго, потом зажмурилась и опустила голову. Суго хихикнул, испустив что-то вроде «ку-ку», повернулся и медленно обошел Асуну сзади. Взял в руки длинную прядь волос, поднес к лицу и вдохнул ее запах.

– Ммм, как приятно пахнет. Знаешь, как было трудно воспроизвести аромат настоящей Асуны-кун. Хочу, чтобы ты оценила мои усилия: мне пришлось доставить анализатор запахов в больничную палату.

– Прекрати… Суго!!

Невероятный импульс гнева прошил все мое тело. По нервам пробежало пламя, и тяжесть, удерживавшая мое тело, вдруг пропала.

– Гу… ох…

Я оперся на правую руку и оторвал туловище от пола. Постепенно, прилагая все оставшиеся у меня силы, я поднялся на колено.

Суго покачал головой и левой рукой сделал драматический жест. Потом подошел ко мне, его губы изогнулись.

– Ай-яй-яй, зрители должны вести себя хорошо… лежать и пресмыкаться!!

Стоя рядом со мной, он внезапно пнул меня по обеим ногам. Потеряв опору, я шлепнулся на пол.

– Гухаа!!

При падении воздух вышибло у меня из легких, и невольно получился такой вот звук. Мои руки вновь распластались по полу, но голова смотрела вверх. Сугу пялился на меня с ядовитой улыбкой на губах – и, держа меч в правой руке, без тени сожаления вонзил его мне в спину.

– Гахх!..

Огонь, текущий по моим нервам, был погашен ощущением толстой железяки, пронзающей мое тело. Меч прошил мою грудь насквозь и, похоже, воткнулся глубоко в пол. Боли я не чувствовал, но меня грызло ощущение крайнего дискомфорта.

– Ки… Кирито-кун!!

Я повернулся на крик Асуны, чтобы сказать ей «я нормально».

Но прежде чем эти слова вышли из моего рта, Суго произнес громким голосом, обращаясь куда-то в черноту над собой:

– Системная команда! Поглощение боли – снизить до уровня восемь.

И тут же острый конус чистой боли пронзил мне спину.

– Г… гах…

Услышав мой стон, Суго расхохотался.

– Ку-ку-ку, у меня для тебя еще пара подарочков есть. Боль будет расти постепенно, чтобы растянуть тебе удовольствие, так что жди с нетерпением. Кстати, когда уровень опустится ниже третьего, боюсь, ты будешь ощущать симптомы и после выхода из игры.

Суго хлопнул в ладоши, словно говоря «так, ну а теперь…», и вновь зашел Асуне за спину.

– От… отпусти Кирито-куна сейчас же, Суго! – прокричала Асуна, но, разумеется, стоящий позади нее Суго и ухом не повел.

– Знаешь, таких вот щенков я ненавижу больше всего. Ни способностей, ни связей – просто шумное насекомое. Ку-ку, и обращаться с ними надо как с насекомыми – на булавку и в морилку. А ты, кстати, сейчас не в том положении, чтобы тревожиться за него, не так ли, птичка моя?

Суго протянул правую руку и погладил Асуну по щеке указательным пальцем. Асуна изогнула шею, чтобы уклониться, но из-за сильной гравитации ей это не удалось. Палец Суго погулял по ее лицу, потом перебрался на шею. Лицо Асуны исказилось от отвращения.

– Прекрати… Суго! – выкрикнул я, отчаянно пытаясь приподнять собственное тело. Асуна выдавила решительную улыбку и дрожащим голосом произнесла:

– Не волнуйся, Кирито-кун. На такие вещи мне плевать.

Суго рассмеялся писклявым смехом, на этот раз что-то вроде «ки-ки».

– Так все и должно было быть. Как ты думаешь, сколько еще продержится твоя гордость – полчаса? Час? Или, может, целые сутки? Постарайся растянуть это удовольствие на подольше!!

С последним возгласом он схватился правой рукой за красную ленту на вороте платья Асуны и потянул. Ткань разорвалась. Тонкая кроваво-красная лента беззвучно запорхала в воздухе и опустилась на пол прямо перед моими глазами.

Сквозь разорванное платье стала видна молочно-белая кожа груди. Лицо Асуны исказилось от унижения, и она зажмурилась так крепко, что задрожала.

Суго отогнулся чуть назад и со смехом протянул руку к оголившейся коже Асуны. Его губы приоткрылись, приняв форму полумесяца, ярко-алый язык высунулся изо рта. Он с хлюпающим звуком провел языком по щеке Асуны снизу вверх.

– Ку-ку, рассказать, о чем я сейчас думаю? – произнес Суго с оттенком безумия в голосе, прерываясь периодически, чтобы полизать Асуну возле уха. – Когда я полностью наслажусь тем, что происходит здесь, я отправлюсь к тебе в палату. Если я запру дверь и отключу камеру, она станет совершенно уединенной. И мы с тобой одни, больше никого. Я поставлю там большой монитор, прокручу сегодняшнюю запись и как следует оттянусь с той тобой! Я не буду торопиться, я буду осторожен. В конце концов, это твое настоящее тело. Сперва я возьму чистоту твоего сердца здесь, потом чистоту твоего тела там!! Как это будет забавно, поистине уникальная ситуация!!

От пронзительного гогота Суго, разносящегося в темноте, меня чуть наизнанку не вывернуло.

На мгновение Асуна распахнула глаза, вызывающе сжав губы.

Но в уголках ее глаз притаился страх, с которым она ничего не могла поделать. Две слезинки капнули с длинных ресниц; язык Суго тут же их слизнул.

– Ах… какие сладкие! Давай, поплачь для меня еще немножко!!

Добела раскаленная ярость, способная сжечь что угодно, вспыхнула у меня в голове, так что искры засверкали перед глазами.

– Суго… сволочь… АХ ТЫ СВОЛОООООЧЬ!! – заорал я, отчаянно дергая руками и ногами в попытках встать. Но пронзающий меня меч даже не шевельнулся.

Я чувствовал, как слезы текут у меня по щекам. Барахтаясь, как мелкое насекомое, я ревел:

– Сволочь… Я убью тебя!! УБЬЮ!! ВОТ УВИДИШЬ, Я УБЬЮ ТЕБЯ!!

Я кричал, но мои вопли потонули в безумном хохоте Суго.

Если бы только сейчас я мог где-то достать силы…

Мои пальцы скребли по полу; я молился, чтобы сдвинуться хоть на миллиметр.

Если бы прямо сейчас мне кто-то подарил возможность встать – я заплатил бы любую цену. Заберите мою жизнь, мою душу, все заберите – мне плевать. Хоть демон, хоть дьявол, мне все равно, лишь бы зарубить, победить этого гада передо мной. Лишь бы Асуна вернулась туда, где ее дом.

Суго ласкал одной рукой руку Асуны, другой ее ногу. Наверняка каждое движение его рук вызывало в ней сильнейший импульс сенсорной стимуляции. Асуна прикусила губу до крови, но терпела.

Глядя на эту картину, я ощутил, как все мои мысли заволакивает белая пелена, испепеляющая белая пелена. Меня пожирало пламя ярости и отчаяния. Последние мысли обратились в пепел. Если моя душа станет цвета высохших костей, мне не придется больше думать. Просто не нужно будет.

Я думал, что если у меня есть меч, то я могу все. Потому что я герой, стоящий над десятью тысячами мечников. Я победил короля демонов, я спас мир, я герой.

Виртуальный мир был всего-навсего игрой, созданной на основе маркетинговых теорий. Я попался в ловушку мысли, что это другая реальность, я заблуждался, думая, что полученная в этом мире сила – настоящая сила. Освобожденный – или изгнанный – из мира SAO, вернувшийся в реальный мир, разве я не был разочарован моим жалким телом из плоти и крови? Где-то в глубине души разве не жаждал я вернуться обратно, в тот мир, где я был сильнейшим, где я был героем? Вот почему я, узнав, что душа Асуны заперта в другом игровом мире, решил, что сам, своими силами способен что-то с этим сделать, и слепо поперся сюда. В то время как всё, что следовало сделать, – это предоставить действовать взрослым, имеющим силу в реальном мире. А потом я вернул себе иллюзорную силу, победил других игроков – не для того ли, чтобы доставить себе удовольствие, потешить свою уродскую гордыню?

И итог – ровно то, чего я заслуживал. Вот именно, нечего просто пользоваться силой, данной кем-то другим, и прыгать от восторга, как невинное дитя. Всего лишь наличие внутриигрового ID еще не дает возможность превзойти то, что называется «правами системного администратора». Лишь одно оставалось по-прежнему ясным и определенным: сожаление. И если мне это не нравится, я должен об этом не думать.

“Убегаешь?”

«Не убегаю. Смиряюсь с реальностью».

“Сдаешься? Сдаешься силе системы, которую ты отверг тогда?”

«Ничего не поделаешь. Я игрок, а этот гад ГМ».

“Этими словами ты оскверняешь то сражение. Когда мне пришлось признать, что человеческая сила воли способна превзойти систему, когда мне пришлось переосмыслить возможное будущее – то наше сражение”.

«Сражение? Бессмыслица какая-то. Это же просто игра чисел, где одни числа идут вверх, а другие вниз, разве не так?»

“Ты сам знаешь, что это не так. А теперь встань. Встань и возьми меч”.

“ВСТАНЬ, КИРИТО-КУН!!”

Голос проревел, как удар грома, и прошил мое сознание подобно молнии.

Угасавшие чувства вернулись и соединились воедино. Я распахнул глаза.

– У… о…

Мое горло исторгло хриплые звуки.

– О… оооо…

Стиснув зубы, я уперся правой рукой в пол и попытался встать на локти. Я рычал, как умирающий зверь.

Меч, пронзающий мою спину точно посередине, давил на меня со страшной силой.

…Не могу больше жалко пресмыкаться под этой штуковиной. Эта атака без души, и сдаться ей – непростительно. Удар любого меча в этом мире был бы тяжелее. И больнее.

– Уу… гу, оооо!!

Коротко взревев, я бросил все силы своего тела и души на то, чтобы подняться. Меч вышел из пола с гулким хлопком и вывалился из моей спины.

Я, шатаясь, распрямился. Суго с обалделым видом смотрел на меня. Потом, сделав недовольное лицо, убрал руки от Асуны и театральным жестом пожал плечами.

– Ай-яй-яй, а я-то был уверен, что зафиксировал координаты объекта; похоже, в системе есть еще баги. Уж если говорить о некомпетентности нашей группы поддержки…

Бормоча эти слова, он подошел ко мне. Поднял правый кулак и послал его мне в лицо.

Я протянул левую руку и перехватил его кулак в полете.

– О?..

Я посмотрел Суго прямо в удивленные глаза и раскрыл рот. Набор слов всплыл в глубине моего сознания, и я повторил их.

– Системный логин. ID «Хитклифф», пароль…

Гравитация, по-прежнему окутывавшая мое тело, исчезла, едва я закончил проговаривать длинную серию букв и цифр.

– Что… что?! Что это за ID?! – изумленно выкрикнул Суго. Затем, оскалив зубы, он стряхнул мою руку и отпрыгнул на шаг назад. Взмахнул сверху вниз левой рукой, и перед ним появилось синее окно системного меню.

Но прежде, чем этот сукин сын хоть пальцем успел шевельнуть, мой рот исторг из себя голосовую команду.

– Системная команда. Изменение прав доступа. ID «Оберон» – уровень один.

И мгновение спустя окошко исчезло прямо из-под пальцев Суго. Он несколько раз перевел глаза с моего лица на то место, где было окно, и обратно, потом вновь раздраженно взмахнул левой рукой.

Только ничего не произошло. Магический свиток, дававший Суго власть короля фей, не желал появляться.

– Что… ID с уровнем выше, чем мой?.. Не может быть… Этого просто не может быть… Я правитель… я создатель… император этого мира… я бог…

Суго трещал писклявым голосом; это звучало как аудиозапись, проигрываемая на повышенной скорости. Глядя на красивое некогда лицо, ставшее теперь уродливым, я сказал:

– Это же не так, правда? Ты украл его. Этот мир. Его жителей. Король-вор, который танцует в одиночестве на своем краденом троне.

– Этот… этот мелкий засранец… мне… мне смеет такое говорить… Ты об этом еще пожалеешь… Я тебе башку отрежу и сделаю из нее чучело…

Суго навел на меня загнутый крючком указательный палец и взвизгнул:

– Системная команда!! Объект ID «Экскалибур», создать!!

Но система голоса Суго больше не слушалась.

– Системная команда!! Слушай меня, ты, бесполезная железяка!! Бог… твой бог приказывает тебе!!

Я отвел взгляд от орущего Суго и посмотрел на Асуну, по-прежнему висящую над землей.

Ее снежно-белое платье было разорвано, и лишь лоскутья прикрывали тело; волосы растрепались, по щекам бежали светящиеся дорожки слез. Но глаза не утратили своего блеска. Кнут Суго не сломил ее крепкого духа.

«…Все скоро кончится. Потерпи еще чуть-чуть», – мысленно прошептал я, глядя в карие глаза Асуны. Асуна едва заметно кивнула.

Новая вспышка гнева ударила меня изнутри при виде униженной Асуны. Я чуть поднял голову и произнес:

– Системная команда. Объект ID «Экскалибур», создать.

Сразу после этих слов пространство передо мной начало искажаться. Крохотные циферки наплыли со всех сторон и сформировались в контур меча. Потом от острия и дальше вниз меч начал приобретать цвет и текстуру. Красиво украшенный длинный меч, клинок которого испускал золотое сияние. Вне всяких сомнений, это было то самое оружие, что хранилось запечатанным на самом дне донжона в Ётунхейме. Сильнейший в мире клинок, мечта столь многих игроков, явился по одному лишь приказу – не очень-то приятное чувство.

Ухватив меч за рукоять, я швырнул его выпучившему глаза Суго. Увидев, как он неуклюже поймал меч, я осторожно поднял левую ногу, стоявшую на кончике рукояти моего двуручника.

Мой меч взлетел в черноту. Крутясь в воздухе, взблескивая синеватым светом, он рванулся к моей правой руке. Тяжелый шлепок – и вот он уже у меня в ладони.


Указав своим здоровенным черным мечом на Суго, я произнес:

– Пора решить все наши вопросы. Король-вор против кандидата в герои… Системная команда. Поглощение боли – уровень ноль.

– Ч… что?..

Когда король фей услышал команду, снимающую все ограничения на виртуальную боль, кровь отхлынула у него от щек. Держа в руках золотой меч, он отступил на шаг, потом еще на шаг.

– И не пытайся удрать. Этот человек не стеснялся никогда, в любых ситуациях. Это – Акихико Каяба.

– Ка… Кая…

При звуке этого имени лицо Суго исказилось до неузнаваемости.

– Каяба… Хитклифф…. Значит, это ты… Опять ты на моем пути!!

Размахивая над головой мечом в правой руке, он заорал голосом, от которого, казалось, рвался бы металл:

– Ты же сдох! Ты откинул копыта!! Почему ты мне мешаешься даже дохлый?! Ты всегда таким был… всегда, всегда!! Всегда делал такое лицо, как будто ты все понимал… и всегда в последний момент отбирал у меня все, чего мне хотелось!!

Внезапно Суго указал на меня мечом, потом продолжил вопить.

– Ты, сучонок… Что вообще ты можешь понимать!! Что это такое – быть у него в подчинении… Каково с ним состязаться, как вообще ты можешь понимать, на что это похоже?!

– Прекрасно понимаю. Я тоже стал его подчиненным, когда он меня победил. …Но я никогда не думал о том, чтобы стать таким, как он. В отличие от тебя.

– Гаденыш… ах ты гаденыш… АХ ТЫ ГАДЕНЫЫЫЫЫЫШ!!

С воплем, словно вывернувшим его наизнанку, Суго прыгнул вперед и взмахнул мечом. Увидев дырку в его защите, я рубанул сверху вниз, и острие моего меча прошлось по гладкой щеке короля фей.

– Ааа!!

Суго заорал, прижав левую руку к щеке, и отскочил назад.

– Бо… БООООЛЬНО!..

Глядя на эту выпучившую глаза фигуру, слушая его вопли, я ощутил, как ярость во мне разгорается еще сильнее. Мысль, что Асуна целых два месяца провела в плену вот у этого, была невыносима. Сделав широкий шаг вперед, я нанес удар. Суго рефлекторно поднял правую руку, чтобы защититься, и мой меч перерубил ему запястье. Кисть руки и золотой меч, который она сжимала, канули в черноту. Откуда-то издалека донесся отчетливый звук падения.

– АААААААААА!! Рука… моя рукааааааа!!

Мозг Суго получил всего лишь псевдоэлектрический сигнал, но поэтому-то он и испытывал такую невероятную боль. Но, конечно, этого было мало. Никак не могло быть такого достаточно.

Я вложил все силы в удар, нацеленный на укутанное в зеленую мантию туловище Суго; тот продолжал тем временем стонать, держась за обрубок правого запястья.

– Губоааааа!!

Удар рассек высокое, красивое тело на две равные половинки, которые с громким стуком свалились на пол. Нижнюю половину мгновенно охватило белое пламя.

Схватив левой рукой Суго за длинные, вьющиеся светлые волосы, я поднял его в воздух. Он не переставая вопил металлическим голосом, открывая и закрывая рот; слезы текли из вылезших на лоб глаз.

Сейчас он вызывал во мне лишь отвращение. Я взмахнул левой рукой и швырнул верхнюю половину Суго на пол.

Я взялся за меч обеими руками и встал прямо над Суго. Глядя на опускающийся клинок, он испустил отчаянный вопль.

– Уооооооо!!

Я обрушил меч со всей силы. С громким «гаццц» клинок вошел Суго в правый глаз и вышел через затылок.

– Гяаааааааааааа!

Противный крик разорвал темноту, как будто тысячи поломанных шестеренок скреблись друг о друга, пытаясь провернуться. Правый глаз развалился на две половинки – одна справа от лезвия меча, другая слева. Голову облепило белое пламя, потом перекинулось на полутуловище.

Он стал полупрозрачным, как призрак, и продолжал растворяться, и все те несколько секунд, пока он не исчез полностью, он продолжал орать. Потом вопли стихли, и фигура Суго окончательно растворилась. В мир вернулась тишина. Я встряхнул мечом, раскидывая по сторонам белые угольки.

Аккуратный взмах меча – и две цепи, удерживавшие Асуну, разорвались и рассыпались. Я выпустил меч – его работа была закончена. Подхватил рухнувшую наземь Асуну; ее тело обмякло у меня в руках.

Поддерживавшая меня энергия тоже кончилась, и я опустился на колено. Взглянул на лежащую у меня в руках Асуну.

– …Угг…

Поток беспомощных чувств изменил форму и побежал у меня из глаз в виде слез. Крепко прижимая к себе хрупкое тело Асуны, зарывшись лицом ей в волосы, я плакал. Ни слова не мог произнести, только сидел и плакал.

– …Я верила.

Ясный голос Асуны проник мне в уши.

– …Да, я верила. …До самого последнего момента, и буду верить дальше. Ты мой герой… Ты всегда придешь и спасешь меня…

Нежные руки гладили меня по волосам.

…Все не так. Я… У меня-то совсем не было сил…

Однако я сделал глубокий вдох и произнес дрожащим голосом:

– …Я буду стараться, чтобы ты не обманулась во мне. А теперь давай возвращаться…

Я взмахнул левой рукой, и передо мной возникло навороченное системное меню. Да, оно здорово отличалось от обычного. Положившись на интуицию, я нырнул в иерархию окошек и остановился, когда мой палец коснулся раздела меню, отвечающего за переносы.

Взглянув Асуне в глаза, я сказал:

– В реальном мире, скорей всего, уже ночь. Но я отправлюсь к тебе в палату сразу же.

– Ага, я буду ждать. Будет очень здорово увидеть Кирито-куна первым.

Лицо Асуны осветила улыбка. Взглянув куда-то в далекую даль своими кристально-чистыми глазами, она прошептала:

– Ах… наконец-то все кончилось. И я вернусь… в тот мир.

– Точно. …Там много чего изменилось, ты удивишься.

– Фу-фу. Мы вместе много куда сходим и много чего сделаем.

– Угу. …Обязательно.

Я кивнул, крепко прижимая Асуну к себе, и двинул правой рукой[8]. Прикоснулся к кнопке выхода, и кончик моего пальца засветился синим в ожидании цели. Я нежным движением вытер слезы, бегущие по щекам Асуны.

И тогда синее свечение охватило все ее тело. Понемногу Асуна начала прозрачнеть, вот она уже стала как хрустальная. Частички света отрывались от кончиков ее пальцев на руках и на ногах; потанцевав в воздухе чуть-чуть, они исчезали.

Я крепко прижимал к себе Асуну, пока она не растворилась полностью. Наконец вес пропал из моих рук, и я остался в темноте один.

Еще секунду я продолжал сидеть.

Кроме ощущения, что все кончилось, у меня было еще одно – ощущение огромного прогресса. Но это происшествие, вызванное фантазией Каябы и амбициями Суго, – закончилось ли оно на самом деле? Или же передо мной лишь очередной большой поворот?

Каким-то чудом я заставил себя подняться на ноги, начисто лишившиеся сил. Подняв глаза посреди ослепительного мрака, простирающегося до самых глубин этого мира, и прошептал:

– …Ты здесь, да, Хитклифф?

Мгновение тишины – и ржавый голос прозвучал у меня в сознании, такой же, как совсем недавно.

“Давно не виделись, Кирито-кун. Хотя для меня – тот день был все равно что вчера”.

Сейчас было по-другому: голос, казалось, доносился откуда-то издалека.

– Ты жив?

Короткий вопрос; и ответ я получил лишь через краткое мгновение тишины.

“Можно сказать да, можно сказать нет. В каком-то смысле я – эхо сознания Акихико Каябы, остаточный образ”.

– Ты, как всегда, способен кого угодно сбить с толку своими словами. Ну, на данный момент я тебе весьма признателен – хотя было бы очень любезно с твоей стороны, если бы ты вышел и помог пораньше.

“…”

Ощущение кривой улыбки.

“Получилось не вполне удачно, мои извинения. Система децентрализованного сохранения подключилась и пробудила мою программу буквально только что – когда я услышал твой голос. И благодарить меня не нужно”.

– …Почему?

“У нас с тобой не настолько дружеские отношения, чтобы принимать бесплатные услуги. Разумеется, мне нужна компенсация”.

Теперь уже пришел мой черед криво улыбнуться.

– Тогда скажи, что я должен сделать.

И тут из далекой темноты выпало нечто – какой-то серебристо сияющий предмет. Я протянул руку, и он со слабым шлепком опустился мне в ладонь. Маленький кристалл в форме яйца. Изнутри кристалла исходило тусклое мерцание.

– Что это?

“Семя мира”.

– …Что?

“Когда оно прорастет, ты поймешь. Что делать с ним потом – это решение я оставляю тебе. Можешь стереть, можешь забыть… Однако если к тому миру у тебя остались хоть какие-то чувства, кроме ненависти…”

Голос оборвался. После короткого молчания последовали лишь прощальные слова.

“Ладно, я пошел. Может, еще встретимся когда-нибудь, Кирито-кун”.

И ощущение его присутствия разом исчезло.

Я покрутил головой и на время засунул сверкающее яйцо в нагрудный карман. Некоторое время я стоял в раздумьях, затем поднял голову.

– …Юи, ты здесь? С тобой все в порядке?!

И как только я это выкрикнул, мир темноты раскололся пополам.

Оранжевый свет разрезал черный занавес. И сквозь разрез ворвался ветер, унося остатки темноты. Это было так красиво и так ослепительно, что мне пришлось зажмуриться. Осторожно открыв глаза, я обнаружил, что вновь нахожусь в птичьей клетке.

Прямо передо мной огромное закатное солнце отдавало последние лучи, прежде чем исчезнуть за горизонтом. Ни одной человеческой фигуры, кроме меня, здесь не было, один лишь ветер.

– …Юи? – снова позвал я.

Прямо перед моими глазами свет собрался в облачко, и из этого облачка с хлопком появилась черноволосая девочка.

– Папа!! – громко воскликнула Юи и бросилась мне на грудь. Ее руки крепко обхватили мою шею.

– С тобой ничего не случилось… слава богу…

– Да… Когда я вдруг почувствовала, что сейчас мой адрес заблокируют, я сбежала в локальную память нейрошлема. Потом мне удалось подсоединиться вновь, но и папа, и мама оба исчезли… Я так волновалась. …А мама где?..

– А, она вернулась… в реальный мир.

– Ясно… это здорово… правда здорово…

Юи закрыла глаза и прижалась щекой к моей груди. Уловив исходящее от нее еле заметное ощущение одиночества, я ласково погладил ее длинные волосы.

– …Совсем скоро мы вернемся и снова увидимся с тобой. Но… непонятно, что станет теперь… с этим миром…

Услышав мое бормотание, Юи улыбнулась до ушей и сказала:

– Моя основная программа не принадлежит этому месту, она хранится в нейрошлеме. Мы всегда будем вместе. …Ой, как странно…

– Что такое?

– В память твоего нейрошлема кто-то перенес довольно большой файл… хотя он, кажется, неактивен…

– Хммм…

Я склонил голову набок, но решил пока что этот вопрос отложить. Имелось еще кое-что, что я должен был сделать обязательно и в первую очередь.

– Ну, я пошел. Я должен встретиться с твоей мамой.

– Хорошо. Папа – я люблю тебя.

Чувствуя, как жгучие слезы подступают к глазам, я крепко обнял Юи и погладил ее по волосам, одновременно взмахнув правой рукой.

Я уже собрался было нажать на кнопку, но остановился и еще раз посмотрел на окрашенный в цвета заката мир. Мир, которым правил фальшивый король, – что с ним будет теперь, когда король исчез? Мое сердце застонало, когда я вспомнил о Лифе и других игроках, которые так любят этот мир.

Я нежно поцеловал Юи в щеку и втопил кнопку. Лучи света пронеслись через мое поле зрения; они окутали мое сознание и понесли все выше и выше…


Открывая глаза, я почувствовал, что полностью вымотан. Прямо передо мной было лицо Сугухи; она смотрела мне в лицо с явной тревогой. Как только наши глаза встретились, она поспешно встала.

– П-прости, я вошла к тебе в комнату без разрешения. Когда ты долго не возвращался, я начала беспокоиться… – произнесла она и села на край кровати; щеки ее слегка порозовели.

С небольшой задержкой ко мне вернулось ощущение моих собственных конечностей, и я рывком уселся.

– Прости, что задержался.

– …Все закончилось?

– …Да… закончилось… все закончилось…

Какие-то секунды я просто смотрел в пространство. Мне угрожала реальная опасность в виртуальном мире, я попал в плен; снова был в плену игры и не мог выйти – но об этом я не мог рассказать Сугухе. Когда-нибудь я расскажу ей все, но сейчас я не хочу, чтобы она волновалась еще больше. Не хочу волновать мою единственную сестренку, уже спасшую меня больше раз, чем можно описать словами.

Однажды ночью в лесу я встретил девушку с зелеными волосами, и с этого началось мое новое приключение. Я прошел долгий путь, и все это время она была рядом со мной. Она показывала дорогу, учила, что к чему, защищала меня своим мечом. Если бы она не познакомила меня с двумя Владычицами, с которыми я потом подружился, мне ни за что не удалось бы прорваться сквозь стену рыцарей-стражей.

Оглядываясь назад – мне помогало множество людей. Но, несомненно, больше всего помощи я получил от девушки, сидящей сейчас у меня перед глазами. Когда я был Кирито, а она Лифой; когда я был Кадзуто, а она Сугухой – она всегда помогала мне и поддерживала меня, несмотря на ужасную боль, навалившуюся на ее маленькие плечи.

Вновь я взглянул Сугухе в лицо; в нем читались одновременно мальчишеская активность и эфемерность только что развернувшегося зеленого листка. Я протянул руку и ласково погладил сестренку по голове. Сугуха смущенно улыбнулась.

– Огромное – правда, огромное тебе спасибо, Сугу. Если бы не ты, я ничего бы не смог сделать.

Лицо Сугухи стало еще краснее, она опустила голову. Чуть поколебалась, потом все же решилась и прижалась щекой к моей груди.

– Да… я была очень рада. В мире моего братика я смогла помочь ему, – прошептала она, закрыв глаза. Я мягко положил правую руку ей на спину, прижал и сразу отпустил.

Сугуха посмотрела на меня снизу вверх и спросила:

– Значит… ты вернул ее, да? Эту девушку – Асуну-сан…

– Ага. Наконец-то – наконец-то она снова здесь… Сугу, я…

– Да. Иди, она ведь наверняка ждет братика.

– Прости. Все подробности расскажу, когда вернусь.

Я положил руку Сугухе на голову и встал.

Оделся я за рекордно короткое время, но, выйдя в прихожую в пуховике, задержался. На улице было уже темно. Стрелки старинных настенных часов, висящих в гостиной, намекали, что скоро уже девять. Часы посещений давно прошли, но, конечно, ситуация была особенная. Если я все объясню на входе в больницу, может, меня и впустят.

Ко мне подбежала Сугуха и со словами «вот, я сделала» сунула мне в руки толстенный бутерброд. Я принял его с благодарностью и тут же впился зубами, затем открыл дверь и вышел во двор.

– Х-холодина…

Почувствовав, как ледяной ветер прошивает мой пуховик, я вжал голову в плечи. Сугуха подняла глаза к черному ночному небу и сказала:

– Ой… снег.

– Ох…

Да, сверху на меня опустились две-три крупные снежинки. Секунду я колебался, не вызвать ли такси. Но тогда мне пришлось бы ждать, потом идти к главной дороге, где меня бы подобрали; так что быстрее выйдет просто воспользоваться великом.

– Будь осторожен. …И передавай Асуне от меня привет.

– Ага. В следующий раз я вас познакомлю как положено.

Помахав на прощание Сугухе, я взгромоздился на велик и начал крутить педали.


Я позволил велику разогнаться на полную, и, пока я летел через южную Сайтаму, сумасшедший ветер вымел все мысли у меня из головы. Снегопад постепенно усиливался, но снег, слава богу, не скапливался, и малое количество машин на дороге тоже было очень кстати.

Я хотел добраться к Асуне в больницу как можно скорее – и в то же время часть меня боялась того, что я могу там увидеть. За последние два месяца я приходил в ту палату каждые два дня, всякий раз ощущая горький вкус разочарования. С мыслью, не превратится ли она вообще в ледяную статую, я держал Асуну за руку, тихую, плененную внутри своего сна. Я звал и звал ее по имени, хоть мои слова и не могли ее достичь.

Сейчас, несясь по дороге, я вспоминал урывками: я нашел ее в королевстве фей, победил фальшивого короля, освободил ее от цепей – а вдруг все это лишь моя фантазия?

Вот я через несколько минут войду к ней в палату – а Асуна не проснулась.

Ее душа больше не в Альвхейме, но и в реальность она не вернулась – снова исчезла где-то еще, в другом каком-то незнакомом месте.

Меня продрало холодом – и вовсе не только из-за снега, врезающегося мне в лицо посреди ночи. Нет, такого просто не может быть. Система, управляющая миром под названием «реальность», не может быть настолько жестокой.

Я продолжал крутить педали, а мои мысли продолжали извиваться и перепутываться в голове. Свернул с шоссе направо, в холмы. Шины с глубокими канавками, как лопаты, впивались и расшвыривали тонкий слой снега на асфальте, разгоняя велосипед.

Совсем скоро передо мной возникла тень громадного здания больницы. Большинство фонарей не горели, но синий свет мерцал на вертолетной площадке на крыше, словно блуждающий огонек, заманивающий жертв к замку тьмы.

Когда я взобрался на холм, передо мной появился высокий забор из железной сетки. Еще несколько десятков секунд мне пришлось колесить вдоль забора, и наконец-то я добрался до главных ворот с высокими стойками по бокам.

Поскольку эта больница была специализированным учреждением, машины «Скорой помощи» тут не принимали. Ворота уже были заперты, сторожка пуста. Я миновал въезд на главную парковку и проехал через калитку для персонала.

Свой велик я запарковал в самом дальнем конце парковки. Перспектива задержаться еще, чтобы повесить противоугонный замок, меня бесила, поэтому я не стал заморачиваться и просто побежал. Оранжево освещенная люминесцентными лампами парковка была пуста. В полнейшей тишине снег падал с неба, закрашивая весь мир белым. Я бежал, прерывисто дыша, испуская облачка тумана с каждым выдохом.

На полпути через огромную парковку стояли высокий темный фургон и белый седан. Я собрался было пробежать между ними, как вдруг.

Я едва не столкнулся с тенью, выскочившей из-за фургона.

– А…

«Прошу прощения», – хотел на автомате выпалить я, одновременно пытаясь уклониться, но тут что-то пересекло мое поле зрения –

Вспышка, яркий блеск устремившегося ко мне металла.

– ?!

Что-то горячее вспыхнуло в моей правой руке пониже локтя. И одновременно во все стороны разлетелось что-то белое. Не снежинки. Снежно-белые перья. Набивка моего пуховика.

Я, шатаясь, отступил назад; наткнувшись на багажник белого седана, остановился.

Я не мог понять, что происходит. Потрясенный, я глянул на черную тень в двух метрах от меня. Это был мужчина. Одет он был в почти черный костюм. В правой руке он держал что-то длинное, тонкое и белое. В оранжевом свете оно тускло сияло.

Нож. Большой охотничий нож. Но – почему…

Мое лицо заледенело, когда я ощутил на себе взгляд этого человека, стоящего в тени фургона. Потом он задвигал губами, но до меня донесся лишь хриплый шепот.

– Ты долго, Кирито-кун. А если бы я тут простудился?

Этот голос. Липкий, пронзительный голос.

– Су… Суго…

Я стоял окаменев; ровно в то мгновение, когда я назвал этого человека по имени, он шагнул вперед. Люминесцентная лампа осветила его лицо.

По сравнению с ним прежним его гладкие, прилизанные волосы растрепались, острый подбородок утонул в несколькодневной щетине. Галстук был почти полностью развязан и болтался на шее.

И еще – очень странные глаза смотрели на меня из-под очков в металлической оправе. Причина стала ясна сразу же. Оба глаза были распахнуты во всю ширину, но зрачок левого глаза расширился, приспособившись к ночной темноте, а правый зрачок был маленьким и сжавшимся. В Древе Мира именно сюда угодил мой меч.

– Ты поступил очень жестоко, Кирито-кун, – проскрежетал Суго. – И боль до сих пор еще не прошла. Ну, на это есть хорошие лекарства, так что неважно.

Его правая рука нырнула в карман пиджака, извлекла несколько капсул и кинула в рот. Хрумкая капсулами, Суго сделал еще шаг в мою сторону. Я наконец-то вышел из состояния шока и сумел двинуть сухими губами.

– …Суго, все уже кончено. Ты слишком далеко зашел, тебе не отмазаться. Сдайся лучше.

– Кончено? Что именно? Ничего еще не кончено. Ну да, «РЕКТО» теперь бесполезна. Я отправлюсь в Америку. Там есть множество компаний, которым очень нужен мой опыт. Я уже собрал огромный объем экспериментальных данных. Когда я с их помощью завершу мое исследование, я стану настоящим королем – настоящим богом – истинным богом этого мира.

…Он таки окончательно свихнулся. Хотя нет – думаю, у него уже давно крыша съехала.

– Но прежде я должен еще разобраться с кое-какими делами. Для начала я убью тебя, Кирито-кун.

Произнеся эти слова бесстрастно, тусклым голосом, Суго быстрым шагом направился ко мне. Нож в его правой руке деловито устремился к моему лицу.

– !!.

Я оттолкнулся правой ногой от асфальта, пытаясь уклониться. Но поскользнулся на снегу и, потеряв равновесие, шлепнулся и жестко ударился левым боком, так сильно, что у меня перебило дыхание.

Суго взглянул на меня сверху вниз; казалось, зрачки его все никак не могут сфокусироваться.

– Эй, а ну встал.

Он пнул меня в бедро мыском своей дорогой туфли. И второй раз. И третий. Горячая боль взбежала по моему спинному мозгу и эхом отдалась в затылке. И в правую руку она тоже отдалась, острая, резкая. Только теперь я заметил, что порез был у меня не только на пуховике, но и на руке.

Я был не в состоянии двинуться с места. Не в силах издать ни звука. Охотничий нож в руке Суго – клинок длиной больше 20 сантиметров, тяжелое орудие убийства – приморозил меня на месте.

Убить – меня – этим ножом?..

Обрывки мыслей в голове пролетали и сразу исчезали. Толстый клинок бесшумно, смертоносно пронзает мое тело – наносит смертельную рану, забирает мою жизнь – я представлял себе это снова и снова. Ничего, кроме этого, я делать не мог.

Боль в правой руке перешла в тупое жжение. Несколько капель темной жидкости просочились в щель между рукавом и перчаткой. Я вообразил, как кровь вытекает из меня сплошной струей. Четкий и ясный образ «смерти», вовсе не число на полоске хит-пойнтов.

– Эй, вставай давай. Вставай, я сказал.

Суго продолжал механически пинать меня по ногам.

– Ты, что ты там мне раньше говорил? Не убегай? Не стесняйся? Пора решить все наши вопросы? Ты с таким гордым видом все это говорил, – бормотал он, и в его голосе слышались те же нотки безумия, что и там, посреди черноты. – Теперь ты понял, маленький засранец? Ты ни на что не способен, кроме игр, нету у тебя истинной силы. Таких и называют паршивой швалью. И тем не менее ты мешал мне – мне!.. Разумеется, кара за твои грехи – смерть. Чего-то меньшего, чем смерть, ты не заслуживаешь.

Произнеся эту фразу совершенно безжизненным голосом, Суго поставил левую ногу мне на живот и переместил на нее свой вес. Под давлением – как физическим, так и ментальным, от осознания его безумия – мне отрубило дыхание.

Я глядел в лицо Суго, пока он пододвигался ко мне, мелко, нерегулярно дыша. Склонившись надо мной, он занес вооруженную ножом правую руку высоко над головой.

И, не моргнув глазом, ударил сверху вниз.

– …Гх…

Глухой звук вырвался у меня из горла –

Кончик ножа оцарапал мою щеку и с глухим металлическим звуком впился в асфальт.

– А… Мой правый глаз неважно видит, прицел сбился, – пробормотал Суго, вновь занося нож.

Лезвие светилось яркой полоской в темноте, отражая свет люминесцентных ламп.

Кончик ножа чуть защербился, видимо, от удара о твердое покрытие. Этот изъян придавал ножу ауру еще более реального, настоящего оружия. Это вам не набор полигонов, он создан из атомов металла, тяжелый и холодный, настоящий смертоносный клинок.

Все словно замедлилось. Снежные хлопья, падающие с ночного неба. Облачко тумана, вырывающееся у Суго изо рта. Опускающийся на меня нож. Мигание оранжевого света, отражающегося от заусенца на клинке.

Это напомнило, где-то я уже видел такое зазубренное оружие…

Бесполезное воспоминание всплыло на поверхность остановившегося сознания.

Что же это было? Кинжал, продававшийся на одном из средних уровней Айнкрада. Кажется, его название было «Мечегуб». Если парировать вражеское оружие вот этим зазубренным участочком на тыльной стороне клинка, это немного увеличивает шанс уничтожить клинок врага. Это казалось интересным, и я тогда взял себе навык работы с кинжалом в один из слотов и пользовался этой штучкой какое-то время, но мне не понравилось – слишком слабое оружие в нападении.

Оружие, которое у Суго в руках сейчас, даже еще меньше, чем то. Его и кинжалом-то не назовешь. Да нет – он и вовсе на оружие не тянет. Орудие для повседневной работы. Мечник таким бы в бою не пользовался.

В моих ушах вновь раздались слова, произнесенные Суго несколько минут назад.

Истинная сила, ее у меня нет…

Да… это верно. Это и без слов ясно. Но кто ты такой, чтобы говорить, что убьешь меня, Суго? Мастер ножа? Специалист по боевым искусствам?

Я заглянул за очки Суго, его маленькие глазки казались цвета крови. Возбуждение. Безумие. Но также кое-что еще. Это были глаза человека, пытающегося сбежать. Такие же глаза были у людей, которых в донжонах окружали толпы монстров, загоняя в безнадежно смертельную ситуацию; глаза тех, кто беспорядочно и бездумно размахивал мечом, отмахиваясь от реальности.

Этот тип такой же, как я. Гонится за силой, но не может ее заполучить, лишь шагает корявыми шагами.

– …Сдохни, щенооооок!!

Вопль Суго вытащил мое сознание из мира замедленных движений.

Я поднял левую руку и, как магнитом, поймал летящее вниз правое запястье Суго. И одновременно вытянул правую руку и воткнул большой палец в ложбинку у него на горле, прямо возле болтающегося галстука.

– Гхуу!!

Издав этот скрип, Суго отдернулся назад. Я выкрутил туловище, ухватил правую руку Суго обеими своими и со всей силы ударил о замерзший асфальт. Раздался вопль, рука Суго разжалась, и нож отлетел в сторону.

Вереща, как свисток, Суго прыгнул за ножом. Я согнул левую ногу, потом резко выпрямил, и подошва моего ботинка вошла ему в челюсть. Возвратным движением я добрался до ножа, схватил его и поднялся на ноги.

– Суго…

Голос, выбравшийся из моего горла, так немилосердно скрипел, что я с трудом мог поверить, что это мой.

Я ощущал холодный, твердый нож сквозь перчатку. Плохое оружие. Слишком легкое, и радиус действия совершенно никакой.

– Но чтобы тебя убить, этого хватит, – прошептал я, затем повернулся к Суго – тот сидел на асфальте и смотрел на меня пустыми глазами – и яростно прыгнул на него.

Я схватил его левой рукой за волосы и впечатал его рожей в дверь фургона. Гулкий стук – на алюминии автомобиля образовалась вмятина. Очки Суго отлетели в сторону, рот раскрылся во всю ширину. Целясь ему в горло, я не колеблясь двинул правую руку с ножом…

– Гуу… Ууу!..

У самой его глотки я остановил руку, стиснув зубы.

– Иии! Хиии! Иииии!!

Суго визжал точно так же, как в том мире десять (или сколько там прошло) минут назад.

Вполне логично будет, если этот человек умрет. Вполне логично будет его сейчас осудить и приговорить. Все будет кончено – стоит мне только опустить правую руку. Игра сделана. Кто победитель, кто побежденный – уже решено.

Однако –

Я больше не мечник. Тот мир, где все решало мастерство владения мечом, остался далеко в прошлом.

– Хииииии…

Вдруг глаза Суго закатились. Его визг оборвался, и все тело обмякло, как машина, отключенная от электричества.

Мою руку тоже покинули силы. Нож вывалился из ладони и упал Суго на живот.

Я разжал левую руку и встал.

Я подумал, что если еще хоть секунду буду смотреть на этого человека, желание убить его вскипит во мне опять, и на этот раз я не смогу ему противостоять.

Я оторвал его галстук и, перевернув Суго на живот, связал руки у него за спиной. Нож положил на крышу кабины фургона. Затем мысленно подстегнул мое тело, заставляя его идти прежней дорогой. Неверной походкой, шаг за шагом, волоча ноги, я вновь побежал по парковке.

Минут пять мне понадобилось, чтобы добраться до главного входа. Я остановился и сделал глубокий вдох. Взглянул на собственное тело, которое мне удалось-таки взять под контроль.

Выглядел я ужасно, весь в снегу и в песке. Порезы на левой щеке и правой руке, похоже, перестали кровоточить, но все еще болели.

Я стоял перед автоматическими дверями, но открываться они, судя по всему, не собирались. Я заглянул сквозь стекло внутрь. В холле горел тусклый свет, но стойка регистратуры была освещена нормально. Я кинул взгляды по сторонам. Слева от главного входа увидел маленькую стеклянную дверь; к счастью, когда я ее толкнул, она открылась.

В здании царила тишина. Я прошел мимо ровных рядов скамеек, которыми был заставлен холл.

У стойки никого не было, но из комнаты медсестер по соседству доносились звуки разговора. Молясь, чтобы у меня получилось что-то выговорить нормальным голосом, я раскрыл рот.

– Эмм… прошу прощения!

Через несколько секунд дверь открылась, и из комнаты вышли две медсестры в светло-зеленой униформе. Обе смотрели подозрительно; но когда они разглядели, в каком я виде, подозрительность на их лицах сменилась потрясением.

– …Что с вами?! – воскликнула высокая молодая медсестра с копной волос на голове. Похоже, на лице у меня было больше крови, чем мне казалось. Я ткнул рукой в сторону входа и ответил:

– Там, на парковке, на меня напал человек с ножом. Я оставил его без сознания возле белого седана.

Лица женщин разом напряглись. Старшая из двух медсестер повозилась с аппаратом за стойкой регистратуры и поднесла ко рту микрофон.

– Охрана, прошу немедленно подойти к комнате медсестер на первом этаже.

Похоже, кто-то из охранников как раз патрулировал поблизости: мужчина в темно-синей униформе подбежал совсем скоро. Когда он услышал объяснение медсестер, лицо его стало жестким. Говоря что-то в свою рацию, он направился к выходу, и молодая медсестра пошла вместе с ним.

Где-то минуту оставшаяся медсестра осматривала мою щеку, потом спросила:

– Вы ведь родственник Юки-сан с двенадцатого этажа? Больше ран у вас нет?

Здесь, похоже, было маленькое недоразумение, но я кивнул – у меня не было ни сил, ни желания вдаваться в разъяснения.

– Понятно. Сейчас позову врача, пожалуйста, подождите пока здесь.

С этими словами она убежала, оставив позади лишь звук быстрых шагов.

Я сделал глубокий вдох и огляделся. Убедившись, что поблизости никого не было, я перегнулся через стойку и ухватил один из лежащих там пропусков посетителя. Затем развернулся в сторону, противоположную той, куда убежала медсестра, – в сторону палаты, мимо которой я проходил уже множество раз, – и заставил свои дрожащие ноги перейти на бег.

Лифт стоял на первом этаже. Когда я нажал кнопку, дверь открылась с тихим гудом. Я привалился к стене кабины и нажал кнопку последнего этажа. Лифт, рассчитанный на больничные условия, двинулся с совсем небольшим ускорением, но даже под этим маленьким лишним весом мои колени чуть не подломились. Отчаянным усилием я удержался в вертикальном положении.

Через несколько очень долгих секунд лифт остановился и двери открылись. Я вывалился из лифта в коридор.

Палата Асуны была всего в нескольких десятках метров, но путь этот казался бесконечным. Больше всего мое тело желало сейчас лечь; я двигался вперед, опираясь о стену. Коридор сделал Г-образный поворот, я свернул налево – и увидел прямо перед собой белую дверь.

Шаг за шагом я продвигался вперед.

Совсем как тогда…

Когда я вернулся в реал из погибшего виртуального мира, окрашенного закатом, я очнулся в другой больнице и тоже ковылял на иссохших ногах. В поиске Асуны мне оставалось лишь идти. И тот коридор привел меня в итоге сюда.

Наконец-то я могу с ней встретиться. Время пришло.

Чем ближе я подходил, тем сильнее нарастали самые разнообразные чувства в моем сердце. Дыхание участилось. Края поля зрения заволокла белая пелена. Но я не поддался искушению свалиться на месте. Я шел. Целенаправленно, раз за разом выставляя вперед ногу.

Я не осознавал, где я, пока вдруг не очутился перед самой дверью. Я перестал передвигать ноги, чтобы не врезаться в нее.

Там, за этой дверью, Асуна – ни о чем больше думать сейчас я был не в силах.

Я поднял дрожащую руку; карточка выскользнула из вспотевших пальцев. Я подобрал карту и со второй попытки сумел вставить ее в щель под металлической табличкой. Задержав дыхание, провел картой сверху вниз.

Индикатор рядом со щелью изменил цвет, и дверь с электрическим звуком открылась.

Мне навстречу поплыл мягкий цветочный аромат.

Лампы внутри палаты не горели. Через окно вливалось слабое белое сияние – свет, отраженный от снега.

Часть палаты была отгорожена большой шторой. По ту сторону шторы располагалась гелевая кровать.

Я не мог двигаться. Не мог продолжать идти. Не мог издать ни звука.

Внезапно в ухо мне кто-то прошептал:

– Эй – она ждет тебя.

И я ощутил, как чья-то рука мягко подталкивает меня в плечо.

Юи? Сугуха? Короче, это был голос кого-то, кто мне помогал. Я шагнул правой ногой вперед. Потом сделал еще шаг. И еще шаг.

Я встал перед шторкой. Вытянул руку, взялся за край.

Потянул.

С легким шумом, словно ветер в степи, белая вуаль качнулась и поплыла.

– …Ах.

Едва слышный звук вырвался из моего горла.

Девушка в тонком больничном одеянии, напоминающем снежно-белое платье, сидела в кровати спиной ко мне, неотрывно глядя в черное окно. Ее длинные блестящие волосы колыхались в отраженном от снега свете. Обе руки она держала перед собой, и в них покоился блестящий темно-синий предмет яйцевидной формы.

Нейрошлем. Терновый венец, сковывавший девушку, закончил свою службу и лежал молча.

– Асуна, – прошептал я еле слышно. Девушка содрогнулась всем телом – новая волна цветочного аромата наполнила воздух – и обернулась.

Она еще не до конца пробудилась от долгой дремы; ее карие глаза сияли сонным светом, но смотрели прямо на меня.

Сколько раз я мечтал об этом мгновении? Сколько я молился об этом?

На ее светлых, влажных губах появилась мягкая улыбка.

– Кирито-кун.

Впервые я его услышал, этот голос. Он был совсем не похож на голос, который я каждый день слышал в том мире. Однако, сотрясая воздух, сотрясая мое чувство слуха, устремляясь к моему сознанию, этот голос казался мне во много, много раз прекраснее.

Асуна убрала левую руку от нейрошлема и протянула ко мне. Одно это потребовало от нее колоссальных усилий; она задрожала.

Словно притрагиваясь к снежной скульптуре, я нежно, очень нежно взял эту руку. Она была такая маленькая и худая, что мне стало больно. Но она была теплая. Словно стараясь залечить все раны, тепло лилось через контакт наших рук. Внезапно силы окончательно оставили мои ноги, и я опустился на краешек кровати.

Асуна протянула правую руку, осторожно прикоснулась к моей раненой щеке, и вопросительно склонила голову набок.

– А… последний бой, действительно последний, закончился буквально только что. Закончился…

И когда я это произнес, слезы наконец-то потекли у меня из глаз. Капли падали на мои щеки и стекали к пальцам Асуны, светясь под заоконным светом.

– …Прости меня, я пока что не могу нормально слышать. Но… я понимаю слова Кирито-куна, – прошептала Асуна, осторожно гладя мою щеку. Моя душа затрепетала при звуках этого голоса.

– Все кончено… наконец-то… наконец-то… я встретился с тобой.

Серебряно сияющие слезы стекали по лицу Асуны. Ее влажные глаза впились в мои, словно передавая мне ее чувства; она произнесла:

– Рада познакомиться, я Асуна Юки. …Я вернулась, Кирито-кун.

Я ответил, не выпуская рыдания из горла:

– Я Кадзуто Киригая… С возвращением, Асуна.

Наши лица сблизились, губы соприкоснулись. Нежно. Потом еще раз. Сильно.

Я обвил руками ее хрупкое тело и заключил в объятия.

Души отправились в странствие. Из одного мира в другой мир. Из этой жизни в следующую жизнь.

И они стремились друг к другу. Страстно взывали друг к другу.

Когда-то давно, в большой крепости, парящей в небе, юноша, который мечтал стать мечником, встретил девушку, которая замечательно готовила, и влюбился. Те юноша и девушка давно уже не существуют, но их сердца, пройдя долгий путь, наконец воссоединились вновь.

Гладя по спине рыдающую Асуну, я сквозь слезы посмотрел в окно. Во все усиливающемся снегопаде я, мне показалось, увидел две тени.

Одна – в черном плаще и с двумя мечами за спиной.

Другая – девушка в красно-белом рыцарском одеянии и с рапирой на поясе.

Улыбаясь и держась за руки, они развернулись и медленно заскользили куда-то вдаль.


Загрузка...