❧Глава 10. Вечер приёма

Двадцать минут, целых двадцать минут мне понадобилось провести под ледяными струями воды, чтобы хоть как-то унять желание. Руки так и тянулись к паху, чтобы разрядиться, но рукоблудие для меня неприемлемо.


«С целой-то Академией красоток ублажать себя самому – ни в какие ворота! Да что там красоток… у меня теперь целый есть Цербер, не ручной пока, но… дрессировкой займусь сегодня же!»


Когда я выходил из душа, меня тормознул Кейн, что выставил руку, намекая на разговор. Сангр же, что уступал здоровяку в габаритах, должен был стать оратором. Он и заговорил, подтверждая мои предположения.

– Рен! Что происходит? Ты что вообще творишь?

– Ничего противозаконного… пока.

– Ты пил эмоции Сала! – округлив глаза, напомнил друг.

– Я помогал избавиться от последствий нашей невнимательности!

– Лапшу не вешай! Ты чуть не поимел парня! – зашипел Сангр, наклонившись ко мне, чтобы сестра, сидящая на кухне, не слышала.


«Ага, как же – глухой Покоритель, уже смешно!»


– Это уже мои проблемы, не находишь?! – напомнил ему, что сам являюсь хозяином своей жизни.

– Рен, одумайся. Он – парень! И непросто парень, а наш недавний враг. Мы в любую минуту можем быть отозваны на родину и вступить с ними в бой. Никто ведь не знает, сколько продлится перемирие! – бил меня вескими аргументами друг.

– Я тебя услышал, Сангр, а теперь дай пройти! – отозвался я и, толкнув его плечом, пошёл к своей спальне.

– Брат! – окликнула меня Терра у самых дверей.

– Завтра, систэ́р! Всё завтра… – отозвался я и вошёл в свою комнату в надежде не только увидеть своего Цербера, ощутить ещё раз его эмоции, но и потискать… короче, готовиться морально к близости с этим дохляком.

Но меня ждала подстава подстав – постель была измята и… пуста.


«Вот и не знаю, радоваться мне или плакать. Я же только настроился, а тут…Вот я дурень! С чего вообще взял, что, очнувшись, зубастый и острый на язычок коротышка соизволит спать у меня. Надо было комнату запереть… а лучше связать, к чёрту, чтоб не сбежал. Ну ладно… беги-беги мой маленький Цербер. Это лишь подогреет во мне инстинкт хищника и азарт охоты!»

***

Следующее утро стало для нас долгожданным выходным днём. Ближе к вечеру должен был состояться балл по случаю «мирного договора» и нашего приезда.

Из-за красочных фантазий я снова не смог уснуть ночью и задремал лишь к утру. Но поспать всласть мне так и не дали. Вот они минусы совместного проживания. Кто-то хлопает дверьми, кто-то готовит на кухне завтрак, гремя посудой, а кто-то, явно будущий смертник, колотится в дверь в прекраснейшем настроении. На часах только двенадцать. До начала вечера ещё четыре часа, а все суетятся как в пчелином гнезде.

Выйдя на общую территорию, поел с ребятами, обсудили завтрашний поход в город за вожделенной для них энергией… Но я участвовал в разговорах лишь частично, постоянно прислушиваясь к остальным звукам и желая увидеть нашего соседа. Мне просто надо было посмотреть на него, заглянуть в ядовито-зелёные глаза, чтобы убедиться – это всего лишь мимолётное помутнение. Всего лишь опьянение его яркими эмоциями, которым я поддался как сопливый дурак.

Вчерашнее происшествие за столом никто не вспоминал, за что я друзьям был очень благодарен. За ночь тело остыло, а мозги вернулись на место.


«Что я вообще творю! Я люблю женщин и никакие худые коротышки, не собьют меня с пути истинного! Конечно, его эмоции – огонь. И ничего вкуснее мой Кхела до вчерашнего вечера не ел, но девочек я всё же люблю больше!»


Я пил уже третью чашку кофе, когда дверь Цербера открылась, и из неё вышел наш сосед, снова облачённый во всё чёрное.


«Неужели он всё время так ходит?! Даже в выходные? Может, сегодня балл будет для всех кроме него? А он как Староста Академии будет блюсти порядок и своим внешним видом напоминать адептам о правилах? Если так, то парню не свезло!»


Я пытался поймать взгляд Лай, пока тот молча делал кофе, но он специально его избегал, игнорируя моё присутствие в принципе. Отчего внутри становилось свободней. Без зрительного контакта дышать было легче, а в голову не лезла всякая дрянь.

Парни разошлись кто куда, не забыв кинуть в спину Цербера заинтересованные взгляды. Но промолчали – слава богам! – ничего выспрашивать или шутить не стали. Не став мешать соседу завтракать, я ушёл в гостиную, где в кресле расположилась сестра с какой-то Сальярийской книгой. Эмоции были блёклыми и передавали лишь разочарование, а на лице, как это часто бывает, надета маска безразличия.


«И это в выходной день, да и праздник к тому же! Что-то здесь не так! Да она должна прыгать выше всех и искрить радостью!»


– Мала́я, что стряслось? – поинтересовался я у расстроенной сестры.

– Ничего, Рен… абсолютно ни-че-го!

– Ты из-за вчерашнего переживаешь?! Из-за того, что случилось между нами с..? – недоговорил я, но качнул головой в сторону кухни, где находился наш сосед.

– Нет. Ты взрослый Покоритель можешь самостоятельно выбирать свой путь! – также безэмоционально ответила она, перелистывая страницу и не поднимая на меня чёрные глаза.

– Тогда в чём дело? – упёрся я ладонями в колени, давая понять с живой не слезу, всё вызнаю.

– Я не успела подготовиться к баллу… – наконец сдалась сестра.

– И?

– Я не иду сегодня на приём в нашу честь!

– Из-за платья?! – предположил я, ведь мы сюда ехали учиться, а не танцевать на приёмах.

– Да, Рен, из-за платья! Из-за того, что не взяла ничего подходящего, из-за того, что не нашла время выйти в город и присмотреть что-то на вечер. Да и когда? С кем? Я не знаю окрестностей – быстрее заблужусь, чем найду магазин! – раздражённо отозвалась она, удостоив своего взгляда.

– Может, есть что-то минимальное? – попытался поучаствовать в "трагедии" сестры.

– Рен, я не пойду в форме Академии на приём, где будут расфуфыренные студентки и я… такая… никакая!

– Дело только в платье? – раздался из-за спины голос тихо подкравшегося Лая.

Он взирал на сестру, снова игнорируя меня, и пил свой энергетик.

– Конечно, не только в платье! Ещё нужны туфли, косметика. А я не настолько близка с Иви и Сноу, чтобы попросить их об этом! – отозвалась сестра, захлопывая книгу и откидывая её на столик. – Да и не стану я унижаться!

– Горе-то какое! – иронизировал коротышка, сочувственно вздыхая и делая новый глоток.

– Много вы понимаете! – отозвалась Терра и, насупившись, отвернулась от нас, парней.

Цербер закинул голову к потолку, показывая разбитую губу, и тяжко так, вымученно вздохнул:

– Ладно, будет тебе платье! Как бонусная плюшка за вчерашний полёт в стену. Сгодится как извинение? – ехидно спросил Староста.

– Что? – недоверчиво вопросила Терра и обернулась к нам снова.

– Что-что? – передразнил её Староста. – Если хочешь идти на праздник, чтобы в два часа была тут… готовая.

– «Готовая»? В плане готовая? – не понимала мелкая, да и я если честно.

– В плане выкупавшаяся и с хорошим настроением!

– Серьёзно? – подскочила сестра со своего места.

– Нет, поржать захотелось после бессонной и крайне херовой ночи! Одной больше, одной меньше! Будешь у меня третьей! Подержи! – скомандовал парень, протянув мне свою чашку с початым кофе, на которой красовалась золотая эмблемой академии «Эолзер». – А ты повернись спиной, – а этот приказ уже Террарии.

– Зачем? – приподняла брови сестра.

– Тискать тебя буду! Мне же надо знать твои размеры! – вроде шутил коротышка, но доля правды всё равно улавливалась в его голосе. Терра выжидательно посмотрела на меня через плечо Старосты, и я одобрительно ей кивнул.


«Пусть только попробует погладить в непристойном месте, быстро руки с корнем выдерну!»


Сестра сделала шаг к Церберу, и тот положил ладони ей на плечи. Медленно провёл вниз до запястья, отчего сестра замерла и во все глаза стала рассматривать лицо Старосты, что сейчас скрывала длинная чёрная чёлка. Положив руки на грудную клетку, он также медленно скользнул вниз, обрисовывая девичью фигуру. Терра стала румяниться, но Лай совершенно игнорировал и её взгляд, и её прерывистые вздохи.

Отреагировал лишь на меня, коротко грозно кинув через плечо:

– Раздавишь в руках мою любимую чашку и последнее, что ты увидишь сегодня – будет протектор моего сапога! Я мерки снимаю, а не соблазняю студентку, озабоченный кретин! Повернись, пожалуйста, спиной Террария… – ласково обратился он к сестре после угрозы в мою сторону.

– Можно просто «Терра»! – улыбнулась сестра Старосте самой обольстительной улыбкой, на которую была способно, а он…

– Угу… – хмыкнул коротышка, – Тогда меня просто… «Лай»!

Девушка, надув обиженно губки, крутанулась на сто восемьдесят градусов и снова замерла. Руки от лопаток заскользили вдоль спины. И на вид моей присмиревшей сестры под ладонями Старосты внутри что-то стало сжиматься в кулак.


«Хочу сам его так касаться! Хочу, чтобы он также гладил меня по голой груди, восседая сверху! Чёрт!Это же наваждение! Но ведь эмоции закрыты. Мы даже не смотрим друг другу в глаза! Что это, твою мать, такое?! Я просто завожусь от звука его голоса, от мерного дыхания, от вида его ладоней без перчаток… Мне нужен целитель! Определённо я где-то приложился головой! Вот только когда успел?»

***

В два часа, когда мы заканчивали обед, (ведь приём был больше фуршетным, а на такие мероприятия лучше приходить сытыми) в дверь постучали. Сангр, что ушёл открывать, так и замер с распахнутой дверью. В «логово» мимо онемевшего Айна просочились две девушки – знакомые нам уже Мара с Ирига. И, увидев их, мы с парнями поняли, почему наш ловелас пребывает в немом шоке. Сальярийки стояли в одних коротких шёлковых халатиках, явно на влажное тело, а в руках держали чехлы для одежды.

– Вы? Что вы делаете в нашем блоке? – первым опомнился Деггер, пока мы рассматривали обнажённые стройные ножки в красивых туфельках.

– Вы в пролёте, мальчики! Девочки по мою душу пришли! – отозвался неизвестно откуда взявшийся Лай, стоявший у своей двери, опираясь на неё плечом, а руки убрав в карманы.

– А как же правило: «не водить в отсек девочек»? – спросил Сангр в надежде услышать приятные для нас новости – об изменении в правилах чужой Академии.

– Заметь – они сами пришли! – отбил коротышка и перевёл ядовито-зелёные глаза на нежданных гостей. – Объясните, почему вы в таком виде? Решили всю Академию соблазнить? Или только определённых их… членов? – как-то многозначительно глянув на нас, поинтересовался Староста.

– Да мы быстро, пока все заняты! – отозвалась Мара.

– Честно-честно нас никто не видел! – вклинилась в разговор Сноу.

– Что, прям ни одна "живая душа" не видела? – засмеялся Цербер, – Рановато Айны у вас в разряд духов переведены?! Хотя… с учётом того, что мы живём вместе… такой исход вероятен, – протянул задумчиво и многообещающе Староста.

– Но они ведь теперь тоже… наши! – как-то странно, с намёком произнесла Снежка.

– С каких пор? – уточнил парень ход её мысли.

– С тех самых, когда у Окено щит ВСЕХ адептов укрыл! – уверенно протараторила Мара.

– Вот же проницательный, плющ! – сложив руки на груди, лениво отозвался Староста, признавая поражения и прищуривая ядовитые глаза. – В гостиную, живо! Нечего перед парнями телесами светить! – приказал коротышка, качнув головой в указанную сторону.

– Да-да мы помним – «Не та женщина, что может голым телом возбудить мужчину…

– …А та, что умеет делать это в одежде!» – продолжила за Марой Снежка.

– Хорошо хоть эту истину вы ещё помните! – отозвался Староста и глянул на Терру. – Особое приглашение в письменном виде или устного хватит?! – уточнил он. И сестра, мотнув головой, пошла вслед за девушками.

Террария остановилась рядом с Цербером, что пристально рассматривал нас и поинтересовалась:

– Ты и им будешь помогать?

– А фраза: «Будешь у меня третьей!», тебе ни о чём не сказала с утра? – переведя на Терру ядовитые глаза, поинтересовался Цербер.

Быстро открыв дверь в свою комнату, Лай вытянул оттуда тёмно-синее платье с комплектом полупрозрачного нижнего белья, в тон наряду, что висел на вешалочке в прозрачном чехле и отдал в руки изумлённой, зарумянившейся сестры.

А сам взял коробку из-под обуви и огромный чемоданчик, ушёл в гостиную, бросив через плечо:

– Советую бельё одеть сразу, а то причёску попортишь?

– Причёску? – удивилась сестра, дотрагиваясь ладонью до своих коротко стриженных тёмно-вишнёвых волос. И искренне улыбаясь, Терра побежала за моим Цербером, всё больше проникаясь к нему симпатией.

***

Через полтора часа в кухню вернулся коротышка и окинул нас пристальным взглядом с ног до головы. Под его ядовитым взором мне захотелось осмотреть себя ещё раз. Хотя чёрные парадные кителя с меховой оторочкой, костюмы с серебряной вышивкой на лацкане и воротнике, и чёрная сорочка – были идеальны. И подходили на любой праздник. Но коротышка не стал ничего говорить, а лишь облокотился плечом о стенку и позвал Терру выйти к нам. Из-за ширмы между гостиной и кухней послышались шаги.

Когда сестра вышла к нам, я замер, а друзья встали со стульев, приветствуя незнакомку. Вечно коротко остриженные волосы, не знаю с помощью какой магии и уговоров, были удлинены, завиты, уложены в лёгкую причёску с локонами, доходившими до плеч. Глаза Террарии светились счастьем, а синие тени лишь придавали им красоты, подчёркивая черноту зрачков. Ресницы сексуально изгибались, а губы… их явно захочет отведать какой-нибудь смертник! Платье было невычурное, без кучи подъюбников и кринолина, как принято в столице. Нет, всего два слоя ткани, красивый лиф и изящный разрез до коленки.


«Не знаю, где и как откапал Цербер этот наряд, но то, что ограбил дорогое элитное ателье – было, несомненно!»


Сестра и раньше была красива, но сейчас стала звездой! Сам же Цербер-на-все-руки-мастер смотрел на нашу реакцию из-под чёрной чёлки и улыбался разбитой губой.

– Ещё доказательства, что ты прекрасна, нужны? Говорю же с длинными волосами лучше! Правда, мальчики?

Не знаю, как парни, а я кивнул, не отводя от сестры глаз. Пытаясь понять и принять, что черты сестры изменились до неузнаваемости. Сейчас она уже не была пацанёнком, вечно бегающей за мной и прося её развлечь, она стала настоящей леди, какой её хотела видеть мать.

Цербер, отлипнув от стены и подойдя к Террарии, взял её волосы и покрутил в пальцах.

– К тому же ты всегда можешь их отстричь. Мара тебе в этом поможет!

Терра подняла глаза на коротышку и, поддавшись порыву, прильнула губами к его рту, на что парень, не ожидавший такой благодарности, только и успел поднял вверх ладони. Мол: «он ни при чём, она сама пришла!».

Когда сестра отстранилась, Староста как-то смущённо закашлялся и стёр с губ её помаду.

– До домогательства – недотягивает, но как акт примирения – засчитано!Развернувшись, Цербер ушёл, а сестра немного поникла. Ей явно начинал нравиться коротышка. Нацепив на лицо счастливую улыбку, Терра ухватила меня за локоть и повела на выход, аргументируя это тем, что теперь девушки будут наряжаться, и лишние глаза им не нужны.

Загрузка...