Часть 22

В тот вечер никто больше не переступал порога квартиры. Я был предоставлен самому себе и проспал почти весь день.

Я не знал, что стало с Цормом, наверняка, но, думаю, всё закончилось быстро. Иво тоже должен был навсегда покинуть стены психушки. На следующее утро, встав пораньше, я проверил камеры. В комнате было пусто и прибрано, словно омега и не обитал там несколько лет кряду.

Выбравшись из квартиры, я спустился вниз.

Когда мы перебрались на новое место, Дитер решил разбить летнюю кухню прямо во дворе. Большую часть банды составляли свободные альфы и беты. Сами за собой они присматривали неважно, так что кормить и стирать за ними должны были омеги, не участвовавшие в разборках, но состоявшие в банде.

В моём появлении здесь не было ничего необычного, я не любил и не умел готовить. За исключением тех случаев, когда был слишком перегружен работой и перекусывал чем придётся, шёл к общему котлу. Но сегодня я явился, чтобы осмотреться.

Кухня представляла собой огромный брезентовый шатёр. В нём уже было полно народу, и запахи говорили о том, что завтрак давно в разгаре. Стряпнёй заведовал Уилл. Я сразу углядел высокий, на макушке, хвост омеги. Он стоял у стола раздачи, руководя остальными, а заодно болтал с друзьями и знакомыми.

Уилл поселился на шестом этаже вместе с Бремом. Тот тоже был здесь. Сидел за одним из дальних столов вместе с Крентом — эти двое были не разлей вода. Третьим среди них затесался Тирм. Заметив его, я пригляделся. Альфы уставились в собственные тарелки, о чём-то переговариваясь, наверняка это касалось Цорма и недавних событий. Жаль, что они засели слишком далеко и прочесть по губам я не мог.

Тирм молодец, что сразу же взял на себя этих двоих. Альфы были приближёнными Цорма — он когда-то лично привёл обоих в банду. Проблем не должно было возникнуть, но лучше бы проконтролировать. Тирм прекрасно разбирался во всех внутренних раскладах «Метки» и, судя по тому, что сейчас был с ними, разделял моё мнение, что лишнее внимание не повредит.

Я прошёл к раздаче, взял тарелку и налил себе супа, захватил салат и занял небольшой стол у стены. Мы с Уиллом кивнули друг другу, и я заметил, как он чуть нахмурился, как будто хотел спросить что-то, но понимал, что место не самое удобное. Должно быть, тоже слышал про Цорма, но пока плохо догонял что к чему.

Всё выглядело как обычно. Однако, стоило присмотреться внимательнее, и можно было заметить, как люди перешёптываются, озираясь. Новости в нашем маленьком курятнике распространялись со скоростью урагана. Скорее всего, остальные почуяли запах жареного, но знали не больше, чем Уилл.

Всё должно было случиться вчера. Вряд ли последствия остались незамеченными, да и я не сомневался, что Дитер не будет пытаться что-то скрыть. Наоборот. Вот только объяснять всем и каждому альфа тоже вряд ли собирался. В этом была ещё одна задача Тирма и Марзу, но что конкретно приказал им Дитер — сколько правды был готов выпустить на свет через альф, я и сам не знал, заранее понимая, что придержу язык в любом случае, пока до меня самого не дойдет официальная версия расправы над Цормом.

В шатёр вошёл Дитер, и я замер на мгновение, не донеся ложку до рта. Он окинул взглядом пространство. Заметил меня. И прошёл мимо, подойдя к альфам. Я продолжил есть, пристально следя за тем, что будет происходить, и за остальными членами банды, воровато таращившимися в том же направлении.

Дитер сел, Уилл тут же принёс ему еду, выставил тарелки и исчез. До того как притронуться к съестному, Дитер заговорил. Остальные слушали не перебивая. Тирм кивал время от времени, а когда Дитер закончил, заметил что-то. Я был готов биться об заклад, что он выдал одну из своих фразочек, по сути, ничего не значившую, но чётко дававшую понять настроение и в то же время поставить точку.

Я ждал появления Иво, но тот так и не показался. Альфы закончили завтракать, поднялись из-за стола и двинулись на выход. Дитер задержался. Перед тем, как уйти, он подошёл к Уиллу и что-то шепнул, тот кивнул с готовностью. Должно быть, попросил омегу отнести Иво еды. Не голодал же тот. Это выглядело логичным, раз именно Уилл отвечал за все хозяйственные дела банды.

Я нёс караул на кухне в обед и вечером, продолжая следить за событиями со своего наблюдательного пункта. Дитер и остальные в круге, который теперь перешёл в разряд условных понятий, продолжали появляться, чтобы набить живот, но Иво в тот день я так и не дождался.

* * *

Он появился на четвёртый день. Я ожидал, что рано или поздно его достанет больничное обхождение, раз уж теперь он не в стенах психушки, и оказался прав.

Переступив порог кухни, Иво не торопясь окинул взглядом головы поверх. Заметил меня. Помедлил, оторвал взгляд и, будто по привычке, направился к раздаче. На еду он смотрел с привычной брезгливостью — ему всегда было сложно угодить. Взял одну из тарелок и кофе. На Уилла, пожелавшего ему доброго утра, даже не взглянул, словно тот был пустым местом, хотя омега явно видел его не впервые; теперь я был уверен, что именно Уилл носил ему обеды.

Закусив булку, Иво пошёл в моём направлении. Я подобрался, почти готовый вздохнуть с облегчением, но слишком рано. Иво сел за пустующий стол по соседству. Между нами было метра два. Он смотрел в сторону. Жевал и глазел на окружающих, особенно тех, кто пялился на незнакомца.

Иво был красавчиком. Я давненько не видел его живьём, а через преломление камеры было не то. Если бы мне не было так хреново от того, что Иво только что послал меня на три буквы, проигнорировав, я бы, пожалуй, поржал над местными карасями. Вон альфы, как на него поглядывают.

Но смешно мне не было.

В психушке, в его комнате, я оставил комп, чтобы мы могли общаться. В первом же сообщении я рассказал, что произошло и почему он в палате. Объяснил, что ближайший год он проведёт взаперти, пока не соскочит с иглы. Иво, прочтя послание, разбил железку о стену. Я наблюдал. Через полгода ему принесли второй комп. Сообщений не было, кроме одного с приветствием и вопросом, как у него дела. Иво с яростью покрошил вторую раскладушку. Ровно через год появился третий гаджет и я уже точно знал, какая его ждёт судьба.

Всё это время я наблюдал за Иво через камеры и видел, как он бесится. Сначала я списывал такое поведение на наркоту и ломки, которые он переживал. Но отмеренный мной срок до свободы Иво подходил к концу, а он по-прежнему вытворял финты, как будто только что очнулся и обнаружил себя взаперти.

В третьем письме говорилось, что ему придётся провести ещё какое-то время в лечебнице. Иво разломал комп тут же. А после разгромил и комнату, какой бы сложной ни была задача, учитывая, что мебель была привинчена к полу.

Иногда он вёл себя тихо и неприметно, словно пребывал в каком-то другом мире. Временами возвращался и был приветлив и разговорчив. Но чаще его одолевало плохое настроение, он раздражался, злился и посылал всех куда угодно. Я сделал один-единственный вывод: всё это последствия препаратов.

Поковырявшись в еде, Иво встал, посмотрел на меня свысока и ушёл, так и не сказав ни слова. Минут через десять, когда я допивал чай, с улицы раздался шум. Я, как и остальные, решил посмотреть, что происходит. Это был Иво. Омега сцепился с охраной у ворот. Он, кажется, собирался свалить, но те не пускали.

Всё закончилось, когда явился Дитер и буквально уволок его прочь. Они скрылись в нашем подъезде. Я пошёл следом, посмотреть, где обитает Иво. Оказалось, что недалеко — на седьмом этаже. В комнате, которую раньше занимал Цорм.

К себе вернулся слегка разбитый. До появления Иво я всё же не исключал возможность, что тот захочет поговорить — или поругаться. Поэтому спозаранку являлся на кухню последние несколько дней, хотел дать Иво возможность подойти первым, если он захочет — я давал ему выбор, не собираясь давить. Но он не хотел и, конечно, винить его за это я не мог.

Но как же я по нему соскучился. Как же здорово было видеть его на расстоянии вытянутой руки.

* * *

Больше вставать с утра пораньше и идти в кухню не было причин — Иво явно не имел никакого желания снова общаться, поэтому я залёживался в постели.

Срочных дел у меня не было. Первостепенных и важных задач не так уже и много, всю мелочь я отдавал Адрону и Гретону. С тех пор, как мы поругались с Дитером, кроме бет со мной никто не общался. Даже Тирм с Марзу действовали осторожно. Они знали больше всех, но и настроение Дитера было нелёгким. Они только здоровались, когда видели меня, и делали это неприметно. Я не обижался. К чему им были лишние проблемы? Я бы и сам вёл себя так же, если бы считал это разумным.

Я остался в квартире и, кажется, гнать меня отсюда никто не собирался. Не приходилось сомневаться, что причиной тому беременность. Похоже, так же считали и остальные, быстро пронюхавшие, что Дитер больше не живёт со мной и, более того, я оказался в опале. Даже те немногие, кого можно было бы назвать товарищами, стали меня избегать, не зная заранее, насколько сильно я провинился и каким может быть результат, продолжи они со мной якшаться.

Дитер больше не подходил ко мне, заходя на кухню или натыкаясь во дворе. Он даже в сторону мою не смотрел, воротя нос, и, конечно же, эта новость стала следующей бомбой, после того, как внезапно покончили с Цормом и появился брат Дитера.

В разговорах о убитом я слышал слова «предатель» и «предательство». Значит, эта часть истории была оглашена. По поводу Иво языки чесали только омеги, альфы пялились с явным интересом, пока не решаясь соваться — кто знает, как отреагирует на такие поползновения Дитер.

Поковырявшись в программах, фильтровавших переписку министерств, я похрустел шеей и пошел к холодильнику. Пусто, только просроченный йогурт, банка хрена и тонкая корка плесневелого сыра.

Раздумывая над тем, стоит ли есть сыр, я присел на стул — роды я ожидал со дня на день, так что стоять было напряг. Как и ходить. Но одной коркой было не наесться, так что оставалось два варианта: идти на кухню или в магазин.

За пределами двора я не показывался почти месяц. Перспектива похода за продуктами наводила ужас, так что мне стоило поторапливаться, пока не закончился ужин, иначе всю ночь придётся мучиться голодными коликами, как было в прошлый раз, когда я поленился спуститься вниз.

На улице стояла духота. Полы шатра подняли и подвязали на верхней раме. За столами было полно народу, принесли раскладные и поставили рядом. Подвесили новогодние гирлянды. Кто-то негромко включил музыку, старые радио-хиты. Нашлись желающие потанцевать.

Я влился в общую массу и побрёл к столу. На дне одной из кастрюль отыскалась толченая картошка, жареное бедрышко неприметно застряло под крышкой сковороды. А вот порадовался я холодному компоту.

Расположился я за одним из приставных столов, чуть в стороне от шатра — там не курили. Света едва хватало, поэтому место осталось незанятым. Рассевшись по-барски, я принялся жевать.

Никаких крепких напитков Дитер не разрешал, а вот пива у нас было с лихвой. В такую жарищу самое то, и бутылок повсюду было море. Люди пили, общались, громко хохотали и курили. В воздухе я уловил сладковатый запах травки.

Почти закончив с едой, я почувствовал лёгкую сонливость и уже собирался отвалить к себе, как заметил Дитера. Он приближался к шатру не один. Рядом с ним был омега, на поясе которого крепко лежала чужая рука.

Дитер собирался сесть за один из столиков, откуда ему активно махали, но Эб увлёк его танцевать. Не сразу, но тот согласился.

Всё это время Эб был с «Меткой», хотя и показательно избегал Дитера, выбрав себе другую тусовку. Но, похоже, о том, что между нами кошка пробежала, прослышал быстро. Остальное — дело техники. Эб был всё так же красив. Выглядел вызывающе, в борцовке и свежими татухами на плечах. Волосы обриты у одного уха, у другого рвано подстрижены. Красные концы чёлки спадают на щёку, оттеняя смуглую, сильно потемневшую за лето кожу.

Пообтиравшись друг о друга, они решили выпить. Присоединяясь к друзьям, Дитер, впрочем, как и Эб, заметил меня неподалёку. Им налили, они выпили и стали болтать. Нарочито громко драл глотку Эб — ясно же, празднует надо мной победу.

Я уже хотел подняться и свалить, как вдруг увидел Иво. Засмотрелся, да так и остался на месте. Омега шёл прямиком к столу Дитера со скучающим видом. Брат и остальные его заметили — взгляды обратились к омеге, кто-то уже придвинул стул, но у самого стола, пройдясь странным взглядом по компании, Иво прошёл дальше, заставляя пялиться себе вслед.

Он опустился на стул справа от меня, и посмотрел на Дитера. Остальные поспешили отвернуться, но Дитер медлил. Я видел, сколько злости горит в его глазах. Наконец он отвернулся, за их столом разом стало на тон тише.

Мы — я и Иво — пялились на чужие затылки.

— Ну чё, придурок — произнёс Иво после нескольких минут молчания, — слышал, ты пролетел фанерой.

Это точно. Лучше и не скажешь, — подумал я, но ничего не ответил, уже благодарный тому, что прочитал настроение Иво. Ничего хорошего оно мне не сулило, но истерик он закатывать не собирался. По крайней мере, пока.

— Думал, залетишь и дело в шляпе? — прыснул он насмешливо. — Ан нет, видишь. Не помогло.

Я понял, что Иво говорит чужими словами. Этого он уже успел наслушаться среди наших и теперь с радостью делился, стараясь задеть побольнее. Ничего удивительного я для себя не узнал.

— Это потому, что ты тупица, — вздохнул он разочарованно и щёлкнул пальцами, весело потребовав пиво.

Остальные оглядывались и косились: Иво вёл себя не по понятиям. У нас каждый делал всё для себя сам, за исключением особых случаев, когда существовали договоры, как общественная кормёжка и стирка. Попробуй прокачать права, и тебя пошлют нахуй, а то и в морду дадут. Но Иво был братом главаря — того самого, который загнал город под ноготь, и он продолжал требовать своё пиво.

Уилл, как всегда, занимавший свой пост — надо заметить он редко отлынивал, по ходу, упиваясь своей властью мойдодыра, попросил одного из помощников и омеге принесли бутылку. Дитер продолжал общаться, будто ничего не слышал.

Иво пил.

— Надо же быть таким дебилом, — нарочито покачал он головой, имея в виду меня, но смотрел на тот столик, за которым сидел Дитер.

— Ага, — я был с ним полностью согласен.

Иво прикончил пиво, с шумом опустил пустую бутылку и поднялся.

Он подошёл к Дитеру, остановился напротив, дожидаясь пока все заткнутся. Стихло и вокруг, другие заметили манёвр омеги и притихли в предвкушении. Иво уже успел о себе заявить.

— Я пошёл спать. Так что не буди, как придёшь, — он отчитался перед братом, будто маленький, забавным голоском. — И не тащи заразу в дом, — ткнул он в сторону Эба и брезгливо поморщился.

Дитер едва успел перехватить Эба за руку, чтобы тот не вмазал Иво. А омега, плюя на то, что происходит за спиной, уже спокойно отчаливал в сторону подъезда.

Загрузка...