Глава 6

Техники ушли. В помещении было темно. Возможно, глаза человека смогли бы больше увидеть, поскольку могут адаптироваться. Мои глаза при малых источниках освещения видят плохо. Не ожидал, что в дорогостоящих андроидах установлены отвратительные видеосенсоры.

Нужно было действовать как можно быстрей – неизвестно, через сколько времени начнется погрузка. И в первую очередь мне нужен был свет. Я медленно выбрался из транспортировочного контейнера и направился в ту часть комнаты, где были расположены выключатели. Нужно было включить лишь один, чтобы не привлечь внимание из коридора.

Я не мог включить свет на ощупь, поскольку не чувствовал тактильной отдачи от предметов. Оставалось действовать наугад. Задел первый выключатель – лишком ярко, включалась вся левая половина зала. Следующий выключатель – включилась правая половина зала, где была большая часть груза. Третий выключатель не работал. Четвертый включил подсветку в зоне выгрузки товара около ворот. Пол рядом с воротами достаточно чистый, скорее всего дальше еще одна складская зона.

Я осмотрел помещение. Широкий вытянутый зал, в котором стояли андроиды и еще несколько коробок. Это точно не весь склад, только малая часть. Еще должны быть ящики со сменными частями, расходными материалами, дополнительными опциями. Все это требует больших стеллажей и громадного количества упаковок, и всего этого здесь не было.

С левой стороны стояли три стола с упаковочными материалами и инструментами. Ножницы, ножи, электроотвертки, упаковочная лента в намотке и прочий хлам. С правой стороны стояли два металлических шкафа. Я постарался подойти к ним как можно тише – возможно, мой слух тоже не идеален, и мои шаги производят больше шума, чем я могу услышать.

С первого раза открыть дверцу шкафа не получилось. Руки не воспроизводили движения так, как я хотел. Мне пришлось приноровиться к управлению, чтобы захватывать предметы. С этими роботами что-то не то. Я видел несколько андроидов модели Ориджин, их движения всегда казались уверенными. Как робот может выполнять работы по дому, если у него такое ненадежное управление?

В первых двух секциях были комбинезоны техников. Я думал взять один на всякий случай, но с ним всё равно бы выделялся среди людей. Кроме того, его негде было спрятать. Еще одна секция была выделена для упаковочного материала. В следующем уже были инструменты. Несколько отверток, молотки, гвоздодеры, а также электроинструмент. Мой взгляд упал на лобзик для работ по дереву. Он был небольшого размера, с выступающей и ухватистой ручкой. Может ли сгодиться для побега?

Я вернулся к своей упаковочной коробке. Упаковочный пластик внутри был достаточно мягким, чтобы ни одна часть корпуса при транспортировке не была повреждена. Значит, внутри я смогу позволить себе небольшую свободу действий. Внешняя часть контейнера была выполнена из какого-то крепкого композитного материала. Внутренняя часть крышки содержала пластиковую форму, к которой был приклеен толстый слой листового поролона, который должен прижимать робота к нижней части контейнера.

Теперь я имел приблизительное представление о дальнейшей части побега. Внутри я смогу двигаться, и если приложу усилия, смогу вывести руки вперед, после чего заняться крышкой контейнера. Для этого понадобится нож. Я взял два ножа из шкафа с инструментами и положил их в карманы своего комбинезона. Как удобно, что андроидам делают комбинезоны с кармашками. Во многом это было обусловлено популярностью и качеством этой одежды – заказчики часто оставляли их для технических работ, а производитель видел в этом возможность прорекламировать свой бренд. Эти комбинезоны моментально выдавали андроида в городе, но они были хорошо сделаны, и андроиды для технических работ оставались в них по умолчанию.

Люблю одежду с кармашками. К сожалению, в комбинезоне не было подходящего кармашка для лобзика, и я спрятал его позади правой ноги так, чтобы получилось дотянуться при минимальной возможности двигаться.

План побега стал более ясным. Я закрыл дверцу шкафа и заглянул в следующий. Там был ворох документов. Настоящий бардак. Накладные, квитанции, отгрузочные листы. Между ними небрежно лежали кабели для старых телефонов, какие-то пустые чехлы. Пара планшетов с разбитыми экранами, похожие на те, что держали в руках техники. Еще один планшет с большой трещиной посередине. Пластиковые пакеты с документами. Пакет с еще одним планшетом. Гаджеты на производстве не щадили. Хотя именно этот планшет выглядел лучше остальных. Трещина была только в одном углу. И если мне повезет, я наткнусь на рабочий экземпляр.

И да, мне повезло! Этот планшет оказался в рабочем состоянии. Система загрузилась, индикатор заряда аккумулятора показывал 18 процентов. В меню планшета были программы учета, калькулятор, набор офисных приложений и одна программа, которая меня сильно заинтересовала. Похоже, это утилита для сервисных работ с андроидами. Это была самая ценная находка во всём шкафу. Я выключил планшет для экономии заряда и положил себе за спину. Спереди под комбинезоном он был бы заметен.

Большому сожалению, ни один из найденных фонариков не был рабочим. Придется использовать планшет еще и в качестве осветительного прибора.

Оставался последний важный момент – мне нужен был идентификационный номер для работы с утилитой. На крышке моего контейнера был только логотип. С правой стороны контейнера был наклеен номер AA2JR73100. Похоже, это тот номер, который нужно запомнить.

Да, именно запомнить. Будучи в теле андроида, я и понятия не имел, как всем этим пользоваться. Я делал всё так, как привык, будучи в живом теле. Всё это время я успокаивал себя тем фактом, что опираюсь на свою память и сформированный образ мыслей. Может, этого достаточно, чтобы по-прежнему считать себя человеком?

Я закрыл дверцы шкафов, выключил свет, забрался обратно в контейнер, поправил лобзик, который постоянно норовил сползти вдоль штанины, закрыл глаза и застыл в ожидании.

На следующий день дверь открылась, в зал вошли люди и начали закрывать контейнеры. Прежде, чем на меня сверху накинули крышку, я услышал звук открывающихся ворот погрузочной зоны. Похоже, сегодня то самое восьмое число. Никто ничего не осматривал, только накинули крышку, затянули крепления и обвязали транспортировочной лентой сверху и снизу. После этого контейнер перевозили с одного места на другое, наклоняли, клали на пол, снова ставили прямо. Я плохо слышал через упаковку. Мне казалось, что процесс транспортировки закончился через пару часов, и далее несколько часов до меня доносился гул электромоторов грузовика, едущего по дороге.

Далее мы долгое время стояли на месте. Прошло несколько часов, прежде чем двери грузовика открылись, и рабочие приступили к выгрузке контейнеров. Иногда я открывал глаза, но внутрь контейнера не проникал свет. Судя по времени, меня увезли не так далеко от производства и я ждал, когда настанет самый длительный этап транспортировки. Нас снова начали перетаскивать с места на место. Катать, тащить, тянуть, каждый раз устанавливая контейнер вертикально. Раздался сигнал, который обычно можно услышать на железнодорожной станции. Похоже, предстоит длительная поездка в транспортировочном вагоне. Это была хорошая новость, поскольку в такие вагоны никто не станет оставлять наблюдателя или камеру. Больше всего я надеялся на то, чтобы контейнеры не свалили один на другой, а поставили на расстоянии друг от друга, иначе мой план с лобзиком был обречен на провал.

И вот, спустя продолжительное время, я почувствовал характерное покачивание. Похоже, железнодорожный состав тронулся с погрузочной станции. Настало время действовать. Пусть андроиды не должны страдать клаустрофобией, но от тесноты пора было избавляться.

В первую очередь я постарался освободить руки. Пластиковая форма внутри контейнера была достаточно жесткой, а поскольку руками я управлял не очень хорошо, это заняло наверняка не меньше получаса. Я постарался сорвать весь поролон перед собой, чтобы иметь как можно больше места для рук. Сорванный поролон утрамбовывал в те места, где раньше были припаркованы руки.

После этого запустил планшет. Мне нужна была хотя бы минимальная яркость экрана, чтобы видеть, что происходит. Оказалось, что я сорвал только половину того поролона, который мог бы. Покончив с этим, я достал из кармана нож и принялся делать надрезы на пластиковой части крышки. Я много раз делал надрезы в одних и тех же местах, пытаясь добраться до самой жесткой части крышки. Но нож сдался раньше. Я взял второй и в этот раз решил делать надрезы на одном небольшом участке, которого будет достаточно, чтобы пропихнуть стальную часть лобзика и начать пилить.

Долгие надрезы дали результат – я добрался до самой твердой части крышки. Вниз начала падать стружка темного пластика. Я продолжал резать. Это тело не ощущало усталости. За пару часов работ правая рука не затекла. Не уверен, что была разница между тем, какой рукой работать. Они одинаковые, но мне по-прежнему было привычней держать инструмент в правой руке.

И вот острие ножа ушло глубоко в пустоту. Сделав еще несколько надрезов, я подсветил планшетом. Действительно, крышка контейнера была прорезана насквозь, за ней была лишь темнота. На планшете оставалось 16% заряда аккумулятора. Чтобы не тратить энергию зря, я достал лобзик, просунул его в подготовленное отверстие и выключил планшет. Теперь можно было резать на ощупь. На ощупь, ха! Мои руки ничего не ощущали.

Не стоит описывать, как долго я пилил крышку контейнера для перевозки андроидов лобзиком по дереву. Это было действительно долго. И когда обрезанный кусок крышки свалился вперед втемноту, я испытал большое моральное облегчение. Еще один шаг на пути к свободе был преодолен. Пришлось вновь включить планшет, чтобы разглядеть, где я нахожусь. Тусклый свет планшета осветил небольшую часть окружения, но и этого хватило для ориентации в пространстве.

Это был просторный грузовой вагон. Каждый контейнер с андроидом крепился к стене. Мне очень повезло, что задняя часть контейнеров была обращена к стене, и впереди меня было свободное место. Центральную часть вагона занимали ящики различных размеров в деревянной обрешетке, но между ними было достаточно пространства, чтобы ходить. Судя по логотипам, весь грузовой вагон был арендован компанией «Сайро Тэк Лабс». С большим трудом мне удалось выбраться из упаковки – я вырезал отверстие только по пояс, и пришлось развернуться внутри тесного контейнера и вываливаться спиной вперед.

Я встал на ноги, взял в руку планшет, повысил яркость и осмотрел вагон. Под потолком в передней и задней частях вагона находилось светодиодное освещение. Я нашел выключатель, и тусклый ледяной свет распространился между ящиками и контейнерами. Планшет можно было выключить.

Но я решил не тратить зря драгоценное время работы планшета, и запустил утилиту для работы с андроидами. По приблизительным оценкам, аккумулятора хватит еще часа на три. Я сел у стены, чтобы меньше шатало, и стал изучать программу.

Для меня в ней была масса любопытных деталей. Раньше мне не приходилось пользоваться специализированным софтом для андроидов. Я никогда не думал о приобретении подобной вещи, и все мои знания ограничивались праздными интересами. К счастью, производитель позаботился об инженерах и сделал интерфейс понятным. Здесь была утилита для диагностики и отладки. Можно было подключиться к главному контроллеру и запросить все журналы событий. Можно было проверять аппаратную часть через запросы. Если бы под рукой была сервисная документация, можно было бы проверить работу различных датчиков по номерам, а также убедиться в полной работоспособности всех электромеханических частей тела.

Кое-что меня огорчило. Это было самое ценное – подключение к аппарату и обновление программной части. Утилита запрашивала номер модели и запускала обнаружение. Проблема была в том, что модель альфа не поддерживалась. Этот планшет имел устаревшее программное обеспечение, из-за которого с альфа нельзя было работать.

Вот почему он валялся в шкафу среди вороха бумаг и пакетов. На этом планшете не было лицензии для работы с новыми андроидами. Он бесполезен для текущей линейки дорогостоящих болванов.

Я не могу подключиться. Не могу проверить состояние своего нынешнего тела. Не могу обновить прошивку. А самое главное, что я только что выяснил – не могу провести полную процедуру запуска. Судя по утилите для работы с предыдущей моделью роботов, «Ориджин», которых общество именует «милыми болванами» из-за их приветливого вида и ограниченной функциональности, после завершения производства андроид не запускают полностью. Его запускают в ограниченном режиме для проверки базовых функций, работы электронных компонентов, проведения тестов. Эти роботы не работают в привычном понимании. У них отключены практически все социально полезные функции, включая речь. Не говоря о пониженной производительности вычислительного блока.

Да, поэтому я и не мог разговаривать. Каким бы смешным это ни казалось, но мой рот действительно отключен. Даже открыть его не могу, не то что выдавать какие-то звуки.

Каждый андроид в ограниченном режиме по умолчанию понимает речь на английском языке, как базовую в любой стране, где его запускают. Но он не может говорить – ему не выбран язык речи для общения, не выбран тип голоса. Не выбраны и другие пункты – например, какая рука будет предпочтительна в качестве ведущей. Ну, у меня с этим уже порядок, я сам выбрал, много лет назад. Вот только всё остальное огорчает. Скорее всего, из-за этого у меня сейчас слабые зрительные и слуховые характеристики. В «альфе», последней модели компании, должна быть крутая техническая начинка. Даже у самой дешевой базовой модели. Но я вижу хуже, чем если бы смотрел человеческими глазами.

Мне нужно провести полный запуск, но с таким планшетом этого сделать невозможно. Это плохо.

Ладно, поступим иначе. В программе оказался спасательный круг в виде возможности подключиться к андроиду без выбора модели. Очень простое меню, мало функций. Конечно, я очень ограничен в выборе действий, но могу попытаться что-нибудь настроить.

«AA2JR73100». Поиск в режиме диагностики. Это может быть полезным, когда чьи-то неправильные действия привели к тому, что аппарат превратился в овощ и обычными средствами подключиться не удается.

«Подключиться к незарегистрированному оборудованию. Внимание: ваши действия могут привести к выходу оборудования из строя. Для работы с приложением обратитесь к сервисному руководству».

И запустился рабочий интерфейс. Схематичная фигура андроида. Там, где должно быть описание опций – только знаки вопроса. И не удивительно, старые и новые модели не поддерживают одни и те же опции. Новой модели только новые функциональные опции. Не должен же производитель упускать возможность каждый раз продавать одно и то же. Опция дополнительной безопасности? Если клиенту понравилось, что андроид по команде может запустить глушение сигнала любых средств связи в радиусе десяти метров – обязательно стоит купить ту же функцию и для нового болвана. В свежей версии поддержка сетей нового поколения, как от такого отказаться?

Обожаю читать рекламные описания для техники. Маркетологи бывают весьма талантливы и не упускают возможность продать одно и то же несколько раз.

Как другой пример расширения функциональности - источник питания повышенной емкости. Он необходим тем роботам, которых приобретают для физического труда. Стандартный аккумулятор, рассчитанный приблизительно на два года непрерывной работы, потеряет свой заряд гораздо быстрей, если робота отправят работать, например, строителем частного дома, и большая физическая нагрузка приведет к повышенному потреблению питания. Конечно же, от предыдущей модели аккумуляторы не подходят.

Производитель готов продавать всё, что угодно, в течение всего времени эксплуатации аппарата. Роботу-строителю не нужно знать программу подготовки для поступления в университет, но если хочется использовать робота в качестве репетитора – достаточно приобрести необходимый пакет расширения. Как правило, покупкой аппарата дело никогда не ограничивается, и менеджеры делают всё, чтобы и после покупки продолжить вытягивать деньги из клиентов.

Я даже не говорю о ежемесячной поддержке. Вот где можно разгуляться отделу продаж.

У планшета оставалось 10 процентов заряда. Поезд был в пути несколько часов, не стоило терять зря время. Неизвестно, как долго продлится эта поездка. Если андроидов везут в центральный офис, в этом случае до Чикаго оставалось приблизительно часов пять. Я выбрал вкладку обновления компонентов. В режиме ограниченной совместимости приложение может отправить любую из доступных прошивок, независимо от модели андроида. Таким образом, можно откатывать неудачные обновления, в случае, если после прошивки аппаратная часть перестала отвечать.

Страшновато. На выбор несколько контроллеров. Для каждого несколько версий прошивок. Каждая прошивка подписана своей кодировкой – определить последнюю версию можно только сравнивая коды с таблицей в сервисном руководстве. Выбрав что-нибудь не то, я могу всё испортить. Может перестать работать зрение, или слух. Или пропадет возможность управлять руками. Или превращусь в кофеварку до конца своих дней.

Буду отталкиваться от того, что успел узнать, пролистывая сервисное руководство для модели. Плата головного контроллера MHCP (main head controller board) отвечает за основные функции взаимодействия, такие как: слух, зрение, речь, распознавание запахов (кстати, это отдельная опция, которую нужно приобретать). Если я правильно помню, тактильные данные тоже поступают в него. Он находится в голове. И это второстепенный контроллер. Основной, как и плата управления, и блок логики, находятся в грудном отделе, в самом защищенном у андроида месте. В голове обычно остается дополнительное место для дополнительных опций. Кроме того, так голова становится легче, это снижает нагрузку на шейный отдел. Инженеры знают свое дело.

Я выбрал головной контроллер, и стал просматривать список доступных прошивок. Среди них были три с префиксом STB. Так обозначают стабильную версию, которая была проверена и считается наиболее безопасна. Она не должна превратить меня в кофеварку.

Выбрал последнюю из стабильных в списке и начал обновление. Полоса загрузки постепенно заполнялась, и я не чувствовал ничего особенного. По окончании появилась надпись «Завершено». Но как и прежде, я не мог открыть рот или издать звук. Зрение работает. Стук колес вагона слышу. По крайней мере, ничего плохого не произошло.

Я выбрал вторую прошивку из стабильных. После окончания из горла начал идти неприятный гул, похожий на плохое соединение аудиосистемы с усилителем. Где-то внутри андроида, под горлом, располагался речевой блок, который синтезирует голос. И теперь он начал гудеть, словно я перепутал разъемы в аудиосистеме. Приятного в этом мало.

Мне ничего не оставалось, как загрузить первую прошивку. Проценты отправки увеличивались, на 56% гул пропал. На 80% я заметил, что глаза стали постепенно адаптироваться под освещение, и появилось больше деталей в плохо освещенных участках вагона. Загрузка завершилась.

Я попробовал открыть рот. И понял, что по-прежнему не чувствую тактильного взаимодействия. Я не понимал, открылся ли рот. Чтобы убедиться, я выключил экран планшета и использовал отражение в его стекле как зеркало. Да, рот был открыт! Вот это уже хорошая новость. Теперь нужно попробовать заговорить.

- Вроде получилось.

Это были первые слова, которые мне удалось произнести. Но я сразу огорчился.

Как же мне не понравился мой голос!

Загрузка...