Глава 1 Погоня

Нет ничего хуже лета! Сидя высоко в ветвях старой ели, Виктор ждал. Сквозь плотную листву поблёскивал серебристый свет луны. Снизу на лугу слышался смех. Человеческий запах бил в нос. Кровь! Виктор вздохнул и облизнулся, проведя языком по одному из острых клыков.

В животе урчало уже которую ночь подряд!

Удержаться практически невозможно. Но пока ещё слишком опасно! Слишком многолюдно, слишком много вокруг болтовни и веселья. Его губы презрительно сжались в узкую полоску. Ну неужели не может хотя бы какой-нибудь из этих лакомых кусочков заблудиться в кустах, один-одинёшенек?

Вдыхая манящий аромат, Виктор отодвинул в сторону ветку и, выглянув между листьями, обнаружил компанию.

В темноте лица людей освещались отблесками костра.

– Да ты боишься! – произнёс, поднимаясь, один из мужчин.

– Ну почему, папа! – темноволосый, коротко стриженный мальчик бросился за ним на берег озера. – А вот и не боюсь!

Высунувшись ещё сильнее из-за листьев, Виктор внимательнее разглядел мальчика.

«На вид ему столько же лет, сколько было мне тогда», – подумал он.

Стоя рядом с причалом, мужчина вытащил на воду надувной матрас. Чернильно-чёрная поверхность озера поблёскивала в свете луны. Мальчик стянул с себя футболку. Оставшись в плавках, он приготовился, выжидая, когда надувной матрас окажется у края причала.

– Боится! Боится! – донёсся девчоночий голос со стороны костра. Девчонка дерзко хохотнула. Она так громко жевала жвачку, что сидящий на дереве Виктор слышал её чавканье.

Мальчик бросил на неё сердитый взгляд. А потом с криком ринулся на причал и прыгнул.

Матрас скользнул в сторону. Боевой клич оборвался громким – ПЛЮХ! Люди смеялись, а громче всех хохотала девчонка.



Уголок рта Виктора тоже пополз вверх. Интересно, что это за ощущение? Холодные капли на коже.

Он расправил рюши на кружевном рукаве рубашки. Тётка Ундина ни за что бы не позволила купаться в озере! Виктор сердито надул губы и покачал головой. А ведь это кажется таким весёлым занятием! Наверное, вода обладает какой-то магической силой, вот и манит людей. Чего не скажешь о кустах под ним. Ну когда же, скажите на милость, кто-нибудь туда наконец-то забредёт?

Подплыв обратно к берегу, мальчик отряхнулся и пригладил пальцами мокрые волосы.

Взгляд Виктора остановился на его шее. Он сглотнул. При одном этом виде у него потекли слюнки.

Ага! Глаза Виктора расширились. Мальчик прошёл мимо ели прямо под ним и исчез за кустом. Наконец-то! Он облизнул губы, напряг мышцы. Расправив плащ, беззвучно соскользнул на землю. Ну и где же он?

Обернувшись в полотенце, мальчик что-то рассматривал в свете карманного фонарика – это был ночной мотылёк! Тем лучше, что он отвлёкся! Виктор подбирался ближе, тихо переступая с ноги на ногу, словно дикая кошка. Вот он уже слышит, как бьётся сердце мальчика… Лакомая кровь! Приоткрыв рот, Виктор обнажил клыки… и вдруг – ХРЯСЬ – наступил на ветку.

Что за чертовщина? Виктор замер как вкопанный.

Мальчик обернулся.

– Эй! Кто здесь? – Яркий свет фонарика ударил Виктору в глаза.

Слишком яркий свет! Виктор шикнул и закрылся рукой.

Сделав шаг назад, мальчик оглядел Виктора сверху до низу:

– Что за чудной наряд? До Хэллоуина ещё несколько месяцев.



– Что-что? – Виктор отважился выглянуть из-за рукава и тут же зажмурился.

– Да ты на себя в зеркало смотрел? Сейчас напугаешь мою сестрицу! – махнул он в сторону лужайки. – Ей хоть и пятнадцать, но трусиха она ещё похуже меня!

Виктор откашлялся. Своего отражения в зеркале он не видел уже больше ста лет. Да и зачем?

Мальчик попытался оттолкнуть его, но, коснувшись плеча Виктора, тут же отдёрнул руку.

– Ты совсем холодный!

Виктор сглотнул. Он начинал паниковать. А парень, ничуть не испугавшись, продолжал болтать.



– Это же гениально! Ты что, настоящий вампир? А летать ты умеешь? А в летучую мышь можешь превратиться? И в темноте видишь? Вот это да!!! – Его голос срывался от радости.

Виктор, мигая, всматривался в световой шар. Чему парнишка радуется? До сих пор ещё ни одна его жертва не была рада встрече.

– Ну наконец-то что-то интересное за всё время этих скучных каникул! – Мальчик разглядывал Виктора с ног до головы. – Значит, вы действительно существуете, как в книжке, которую я как раз читаю! Там и про оборотней, и про вампиров есть. Называется «Энциклопедия нежити».

Виктор приподнял брови. Вот какие книжки, оказывается, читает этот парнишка! Но разве он не должен испытывать надлежащее уважение к ночным существам? И что же он чеснок с собой не носит, а ещё современный человек!

Вдруг в голове Виктора раздался голос тётки Ундины, который уже в тысячный раз повторил: «Ни один человек не должен знать о нашем существовании!» Значит, мальчишка должен забыть о нём. Виктор вдруг очнулся от своего оцепенения, словно его ударила молния. Он схватил мальчика за руку, отодвинул в сторону телефон, сделал шаг вперёд и заглянул ему глубоко в глаза:

– Ты слышишь мой голос, и это всего лишь голос. Ты никогда не встречался с вампиром и не вспомнишь об этом разговоре. А теперь закрой глаза!

Мальчик повиновался.

Виктор нырнул за ближайшее дерево. Во время прыжка он расправил плащ и, превратившись в летучую мышь, упорхнул прочь – сквозь кроны деревьев, вверх по скале холма, на котором возвышалась крепость, и, протиснувшись через щель в крепостной стене, скрылся под сводом подвала замка.



Снова приняв человеческий облик, Виктор прислонился спиной к стене, откинув голову назад. И со стуком ударился:

– Вот подстава!

В животе по-прежнему урчало. Надо было хоть немного присосаться! Была бы такая ненавязчивая игра. Он сглотнул. Без тётки Ундины всё не так. Обычно во время их совместной охоты она брала это на себя.

Тёткин голос успокаивающе пронёсся у него в голове: «Никогда не стоит рисковать!»

Она говорила ему эти слова, пожалуй, каждую ночь на протяжении всего его небытия. И вот, через пятьдесят тысяч раз они въелись в его сознание на веки веков. Несмотря на всю предосторожность, эти проклятые охотники за вампирами всё-таки подкараулили тётушку. Она еле вырвалась из их лап, но была уже сильно ранена. Вот почему Виктор на протяжении многих дней не решался выйти из замка, пока в конце концов голод не заставил его сделать это сегодня ночью. И теперь ему ничего не остаётся, только ждать и ждать, теряя время.

Собравшись с силами, Виктор побрёл вниз по лестнице. На следующей площадке он перепрыгнул через скрытый в полу люк и остановился в стороне, перед стеной скалы. Там он сунул ладонь в щель, нащупал рычаг и одновременно нажал ногой на камень, утопленный в стене. Дверь со скрипом открылась. Виктор отодвинул в сторону плотную паутину, словно занавес. Тётка Ундина держала здесь гигантского паука и заботилась о нём. Он был хранителем очага. Вытянув указательный палец, Виктор почесал паучий волосатый животик.

– Прости, Серафина, сегодня у меня для тебя ничего нет. Мы с тобой оба с пустыми желудками.

Подавленный, он вошёл в зал, где пол был застелен персидскими коврами, а отвесные стены украшали длинные ряды картин в золочёных рамах.

Виктор повернул тяжёлое металлическое колесо.

Ворота со скрежетом закрылись. Он потупил взгляд. Главное – не смотреть на первую картину!

На портрете был запечатлён он сам: уложенные воском чёрные волосы, кроваво-красные губы, а рядом с ним – волкодав, принадлежавший раньше тётке Ундине, ростом доходивший Виктору до плеча.

И кому будет приятно, если ему будут напоминать, что он навсегда застрял в тринадцатилетнем возрасте.

Виктор остановился перед картиной с изображением музыкального ансамбля. Под картиной, на комоде лежали его скрипка, рядом – виолончель тётки Ундины.

Вздохнув, Виктор отодвинул в сторону красный бархатный занавес. В склепе стояло два гроба.



Он подошёл к левому и провёл пальцами по деревянному барельефу с изображением женщины. Тётка Ундина будет спать, пока не заживут её раны. Но сколько это продлится? Годы? Десятилетия? Пусть будут прокляты эти охотники за вампирами!


Загрузка...