Агентство РОНИН. Регистрационный Отдел для Нежити И Нечисти

Глава 5

Какое-то время мы растерянно смотрели на то место, где только что стоял мэтр Лагиус, а потом дружно вздохнули и переглянулись.

– Ну что, – Агата, кажется, не собиралась отлынивать от своей роли Организатора даже сейчас и решительно принялась за дело, – если я правильно понимаю, то вот это, – она указала на три ключа, которые лежали на одном из журнальных столиков и на которые я даже не подумал обратить внимание, – ключи от наших комнат. Не знаю, как у вас, а у меня вещей вообще никаких нету кроме вот этого спортивного костюма и бутылки с водой. Правда, воду я всю выпила ещё там, в каньоне.

– У меня тоже только одежда, – я оглядел себя, – всё осталось в офисе: и документы, и всё остальное… Я же не планировал ни инфаркта, ни уж тем более перемещения в какой-то другой мир. Да я вообще о существовании этих самых других миров узнал только тут, в Лимбурге.

– То, что на вас обоих, даже стыдно назвать одеждой, – неожиданно проговорил Феликс, скептически оглядывая нас с Агатой, – это, простите меня, какие-то обноски! Нет, я не ставлю вам это в вину, поймите меня правильно, не исключено, что для ваших миров подобное является нормой, – по тону скелета было понятно, какого мнения он о мирах, где к одежде относятся столь наплевательски, – но для представителей серьёзной организации, которой, вне всякого сомнения, будет являться наш отдел, это абсолютно неприемлемо. И это будет одной из первоочередных задач, которые нам нужно будет решить по прибытии на место. Но для этого нужно изучить, что именно считается в Оверхилле достойным гардеробом.

– Ребята, – задумчиво проговорила Агата, – если я правильно понимаю, то на ближайшее время мы трое – практически одна семья, так как нам всем вместе предстоит осваивать и новую работу, и новый мир. Может быть, нам стоит немного ближе познакомиться? Ну, я не знаю… Рассказать о себе хотя бы основное?

– Пожалуй, ты права, – подумав, согласился Феликс, а я лишь кивнул, так как скрывать мне было особо нечего, так почему бы действительно не узнать друг о друге хотя бы главное?

– Тогда я и начну, – девушка зачем-то встала, заложила руки за спину и стала похожа на ученицу, собирающуюся отвечать у классной доски. – Я Агата, потомственная ведьма из мира Калеанта. Мне всего сорок шесть лет, – тут я совершенно невежливо поперхнулся и закашлялся, – но я уже успела получить диплом по теме «Психология колдовства: как заклинания влияют на сознание и подсознание». Это исследование психологических аспектов практической магии и ее влияния на психику различных существ, в первую очередь на сознание ведьм. Там ведь всё не так просто! Ну я потом как-нибудь вам расскажу подробнее, это на самом деле интересно. А потом, я уже говорила, мы решили устроить благотворительный пробег по каньону, там меня ужалила змея, и я оказалась здесь. Когда Сигизмунд предложил мне вариант с перемещением, я даже раздумывать не стала, сразу согласилась. Если говорить обо мне, то я люблю танцевать, петь, с удовольствием организовываю всякие праздники, вечеринки, люблю общение, спорт и хорошо готовлю.

– Теперь, наверное, моя очередь, – помолчав, сказал Феликс. – Я из мира Сессус, это один из самых отдалённых миров на последнем, двадцать седьмом уровне Великой Спирали, шестой сектор. Наш мир когда-то создавался как кладбище, которое использовали карликовые миры для того, чтобы сэкономить место у себя, впрочем, это было в далёкой древности. А потом количество, – тут он прищёлкнул костяными пальцами, подбирая слово, – некротической энергии превысило критическую отметку, и Сессус стал заполняться обитателями, такими, как я. Сами себя мы называем асквирами, продолжительность жизни, ибо наше существование вполне подходит под этот термин, у нас достаточная для того, чтобы накопить знания в определённой области и передать их преемнику.

– Не сочти мой вопрос грубым или неприличным, – глаза Агаты сверкали от с трудом сдерживаемого любопытства, – а как же вы размножаетесь? Ну, ты понимаешь…

– У нас нет процесса размножения в привычном вам смысле, – ничуть не смутился Феликс, – в определённый момент мы выбираем преемника и передаём ему весь накопленный опыт, а сами просто перестаём мыслить и отправляемся на утилизацию.

– То есть ты старый совсем?

Я подумал, что деликатность явно не входит в число сильных сторон Агаты и в будущем это нужно иметь в виду, но Феликс отнёсся к заданному вопросу философски и пояснил.

– Нет, я достаточно молод по нашим меркам, просто мне… так получилось, что меня приговорили к принудительной утилизации за то, что я использовал свой талант статистика не совсем в законных целях. И когда я уже был готов отправиться в свой последний путь, появился Сигизмунд и предложил мне поработать в другом месте, там, где мои способности почти наверняка будут востребованы. Естественно, я согласился, и вот я здесь.

– То есть ты преступник? – уточнила Агата, явно борясь с желанием выспросить у коллеги всё-всё-всё. – А что ты такого сделал, что тебя решили… утилизировать?

– Мои действия сложно назвать преступлением в полном смысле этого слова, – Феликс задумчиво посмотрел на свой пиджак и аккуратно поправил торчащий из нагрудного кармана уголок платочка. Я когда-то даже знал, как эта штука называется, но, естественно, как узнал, так и забыл. – Я просто помог одному очень талантливому портному избавиться от нечистоплотных конкурентов. Представляете, они собирались запустить в производство одежду чёрного цвета!

– А что в этом плохого? – я решил, что мне тоже стоит принять участие в беседе, тем более что я действительно не понимал, что такого уж криминального в чёрном цвете. – Практично, не марко, элегантно…

Тут я покосился на свою тёмно-серую, почти чёрную куртку.

– Леон! – скелет взглянул на меня с таким недоумением, что мне даже стало как-то неловко. – Как можно носить одежду чёрного цвета?! Я могу ещё понять в комбинации с каким-то другим цветом, но полностью чёрную?! Это же просто неприлично! Это подрывает сами основы! Естественно, я не смог отказаться, когда мне предложили придумать… некую схему, которая не позволила бы этим, с позволения сказать, реформаторам, – тут он сердито клацнул челюстями, – проникнуть на рынок.

– То есть ты работал за идею? – невинно уточнил я, а Агата тихонько хихикнула.

– Ну, разумеется, и за идею тоже, – подумав, подтвердил Феликс, – хотя и вознаграждение мне пообещали неплохое, даже очень неплохое. Но это было не главное!

– Мы тебе верим, не кипятись, – я поднял руки в защитном жесте, – правда, Агата?

– Правда-правда! – тут же согласилась девушка. – Я вот тоже не очень люблю чёрный цвет, хотя вся церемониальная одежда у нас именно такая. Чёрный плащ, такая же шляпа, такие же туфли. Но, правда, допускаются небольшие отступления. Вот, например, у меня есть такие туфельки… Ой, простите, я потом расскажу…

– Важно чувствовать не только гармонию цвета, но и линии одежды, и то, какое впечатление она производит, – вдохновенно продолжил Феликс, но тоже опомнился и решительно заявил, – этим вопросом мы займёмся позже, когда узнаем, как одеваются на Оверхилле представители солидных учреждений. Надеюсь, в том, что наш отдел станет именно таким, ни у кого сомнений нет? Впрочем, этим вопросом я займусь лично.

– Прозвучало как угроза, – задумчиво сказала Агата и повернулась ко мне, – а ты что о себе можешь рассказать, Леон?

– Вот даже не знаю, – пока мои новые знакомые рассказывали о себе, я, естественно, тоже прикидывал, какой информацией с ними поделиться, и с ужасом понимал, что рассказать мне практически нечего. И почему-то стало так обидно! Хотя я никогда не считал себя человеком, способным на подобные реакции, мне всегда было, в общем-то, наплевать. – Мне сорок пять лет, для моего мира это уже достаточно много. Раньше я был полицейским, то есть расследовал всякие преступления, а потом начал работать на себя и стал частным сыщиком.

– Ой, как Тесва Карбич?! – воскликнула Агата и, заметив наши удивлённые физиономии, пояснила, – это такой сыщик знаменитый, про него столько книг написано, и даже игровые кристаллы сделаны!

Судя по всему, этот самый Тесва Карбич был в мире Агаты неким аналогом нашего Шерлока Холмса. Такое сравнение, конечно, было лестным, но я, как человек относительно честный, сначала хотел было отказаться, а потом подумал: а зачем? Может, это перемещение для меня – шанс стать тем, кем я так и не стал в прошлой жизни? Так чего я буду отказываться от хорошего старта? Пусть Агата с Феликсом считают меня профессионалом, а я уж на этот раз постараюсь не подкачать.

– Не очень люблю представителей твоей профессии, – честно заявил Феликс, но, немного подумав, уточнил, – хотя я никогда раньше не пробовал с ними работать, так что могу и ошибаться.

– Вообще у нас совершенно потрясающий стартовый комплект, – я задумчиво оглядел своих новых коллег, которые явно ждали от меня каких-нибудь пояснений, – смотрите сами. Ведьма с явными организаторскими способностями, скелет-финансист с криминальными наклонностями и любовью к модной одежде и бывший сыщик с отсутствием каких-либо талантов.

– Но Оракул же не просто так выбрал именно нас, – в голосе Феликса не было ни грамма сомнения в том, что нам по плечу решение абсолютно любых задач. Жаль только, что я не разделял его уверенности. Но, как говорится, поживём – увидим. Ключевое слово в данной фразе: «поживём», а со всем остальным разберёмся.

– У нас ещё будем достаточно времени, чтобы познакомиться ближе, и я уверена, что мы обязательно станем друзьями, – оптимистично воскликнула Агата, – а сейчас я предлагаю посмотреть хотя бы парочку кристаллов про Оверхилл.

Мы не стали спорить: я в силу своей привычки ни с кем не пререкаться, тем более, что Агата была права, а Феликс по каким-то своим соображениям.

Поставив коробку с кристаллами на стол, Агата открыла её и стала перебирать пирамидки, вслух зачитывая названия. «Мироустройство», «Население», «Законодательство», «Магия и колдовство»…

– С чего начнём? – девушка вопросительно взглянула на нас с Феликсом.

– Может быть, с географии? Чтобы представлять себе, кто где живёт и всё прочее?

Я не стал ничего говорить, а молча кивнул: накатила странная усталость, хотя почему странная – денёк у меня выдался на редкость насыщенный событиями. Я успел погрустить, умереть, перенестись в непонятное место, познакомиться с князем Чилларио, о должности которого можно только догадываться, пообщаться с бесом и троллем, определить свой дар и получить работу. Как по мне, так для одного дня более чем достаточно. У меня в прошлой жизни за последние полгода меньше событий произошло! Но – утомительно, чего уж там. Так что вряд ли я выдержу больше одного кристалла.

Между тем, пока я размышлял, Агата извлекла из какого-то футляра небольшую пирамидку величиной чуть больше спичечного коробка и вставила в соответствующее гнездо проектора.

Перед нами развернулся экран, возникнув словно из воздуха, и я снова почувствовал себя героем не то фильма, не то компьютерной игры.

На экране проявилась достаточно подробная карта совершенно чужого мира, и от осознания этого в очередной раз закружилась голова. По комнате поплыл приятный мужской голос, только вот лично я не понял ни слова. Судя по озадаченным лицам моих коллег, они тоже этого языка не знали. И что делать?

Агата нажала какую-то кнопку на проекторе и снова открыла коробку с кристаллами. Порылась там и с довольным возгласом извлекла три пары наушников, на вид точно таких же, как те, что я использовал, когда хотел послушать что-нибудь с телефона.

– Интересно, а как этот вопрос будет решён при нашем перемещении в Оверхилл? – озвучил те же мысли, что вяло бултыхались в моей голове, Феликс.

– Наверное, знание языка подзагрузится при процессе перемещения, – предположила Агата, – ну или уже там мы пройдём какую-нибудь соответствующую процедуру. Не может же быть, чтобы нас туда отправили вот так, по сути дела глухими, правда? А пока можно и наушниками воспользоваться.

– Сразу хочу сказать, что я потяну в лучшем случае один кристалл, – честно предупредил я, – не знаю, как у вас, а у меня денёк выдался – зашибись. Так что давайте глянем на географию и разойдёмся отдыхать. Кстати, а еда тут есть?

– Конечно, – Агата с сочувствием на меня посмотрела, – ой, ты же позже появился, поэтому не знаешь. Вон там, – она указала не самую обычную дверь, – что-то типа кухни, там есть уже готовая еда, горячая вода и всё для приготовления пищи. Хочешь, я тебе что-нибудь принесу?

– Буду очень благодарен, – совершенно искренне отозвался я, – чашка кофе, если он тут есть, с чем-нибудь типа бутерброда меня просто спасёт.

– Я не очень поняла, что ты имеешь в виду, но постараюсь, – девушка легко вскочила на ноги и вскоре до нас с Феликсом донеслись звуки, типичные для кухни: постукивание ножа, булькание воды и хлопанье дверок шкафов.

– А ты? – я вопросительно посмотрел на Феликса.

– У меня есть, – он невозмутимо извлёк из кармана пиджака пластинку яркого синего цвета и проглотил её. – А вот как я буду решать этот вопрос в Оверхилле, я пока не очень понимаю, но уверен, что и это продумано, иначе Оракул не распределил бы меня туда.

Вернулась Агата, держа в руках поднос, на котором дымилась чашка и стояла тарелка с кусками чего-то, больше всего похожего на кекс с изюмом. Не мясо, конечно, но тоже вполне годится.

– А теперь давайте смотреть, – наша ведьмочка нацепила наушники, дождалась, пока мы сделаем то же самое и снова включила проектор.