Пролог

Вокруг него бушевала древняя ярость, безжалостно разрывая его со всех сторон. Огонь, вода, земля и воздух, все придавало оттенок несовершенной, неконтролируемой магии безрассудно кружащей вокруг него. Напряжение, чтобы просто остаться на одном месте, угрожало разорвать его на части, и все же он держался. Меньше он сделать не мог.

Мимо его взгляда пролетали бесчисленные события, бесчисленные объекты. Бесконечный, дикий обзор времени напал на его чувства. Были пейзажи, сражения и существа, которых даже он не узнавал. Он слышал голоса каждого, кто есть, был и будет существовать. Каждый шум когда-либо появлявшийся, гремел в его ушах. Невероятные цвета слепили глаза.

И наиболее тревожным, во всем этом, он видел себя, себя в каждый момент существования, простиравшегося почти от начала времен и после их конца. Возможно, он набрался храбрости от этого, спасая каждую частичку себя, находившуюся в таком же искаженном виде, как и он сам. Все его существо изо всех сил пыталось сдержать не только свой мир, но и всю реальность от падения в хаос.

Ноздорму мотал головой и ревел в агонии и разочаровании.

Он был в форме дракона, огромного, золото бронзового исполина, который казался во многом сделан из песков времени, а его плоть покрывала чешуя. Его глаза мерцали драгоценными камнями цвета солнца. Его когти блестели алмазами. Он был Аспектом Времени, одним из пяти великих существ, которые наблюдали за миром Азерота, держа его в равновесии и защищая от опасностей внешних и внутренних. Те, кто создал мир, создали его и ему подобных, как и Ноздорму, им были дарованы особые силы. Он мог видеть бесчисленные пути будущего и изучать лабиринты прошлого. Он плавал в реке времени, как другие в воздухе.

Все же, теперь Ноздорму только сдерживал катастрофу, даже притом, что в помощь ему было все бесчисленное время.

Где это находится? Аспект спрашивал себя уже не в первый раз. Где причина? У него было некоторое общее представление, но все еще не было никаких конкретных догадок. Когда Ноздорму ощутил распад реальности, он прибыл в это место, чтобы изучить его, и обнаружил, что прибыл вовремя для того, чтобы предотвратить уничтожение всего. Однако когда он взялся за эту задачу, Аспект понял, что он не может справиться с ней самостоятельно.

С этой целью исполин обратился к тому, чью мощь он затмевал тысячекратно, но чья изобретательность и верность делали его столь же сильным как любого другого из великой пятерки. Ноздорму связался с красным драконом, Кориалстразом, супругом Аспекта Жизни, Алекстразы, в отрывистом видении. Ему удалось послать другого гиганта, который носил облик мага Краса, чтобы исследовать один из внешних признаков растущей катастрофы и возможно найти способ кардинально изменить ужасающее положение.

Но аномалия, которую Кориалстраз и его человеческий протеже Ронин искали в восточных горах, вместо этого поглотила их. Ощущая их внезапную близость, Ноздорму бросил их в период времени, в котором, как он подозревал, была причина происходящего. Он знал, что они выжили, но этот успех, которого они достигли, казался незначительным.

И так, в то время как Аспект надеялся на их поиски, он все еще искал способ, чтобы справиться самостоятельно. На пределе сил, огромный дракон продолжал следовать за каждым проявлением хаоса. Он пробирался сквозь кружащие видения ярости орков, рождения королевств и их падение, неистовые извержения вулканов, но все еще не мог найти ключ к разгадке…

Нет! Наконец было что-то другое… что-то, что, казалось, влияло на это безумие. Сила едва различимая исходила от источника находящегося очень далеко от него. Ноздорму неотступно следовал по слабому следу, как акула за своей добычей, его сознание ныряло в чудовищный водоворот времени. Не раз, он думал, что потерял след, но как-то находил его снова.

Затем, медленно, неуловимая сила образовалась перед ним в единое целое. Было знакомое чувство, то, что почти заставило его отвергнуть правду, когда, наконец, она открылась. Ноздорму колебался, уверенный, что он ошибся. Источник не мог быть этим. Такое было не возможно!

Впереди Ноздорму видел видение Источника Вечности.

Черное озеро беспорядочно крутилось, как и все остальное окружавшее Аспекта. Неистовые вспышки чистой магии боролись в его темных водах.

И затем он услышал шепчущие голоса.

Сначала Ноздорму принял их за голоса демонов, голоса Пылающего Легиона, но он был хорошо знаком с таковыми и быстро отверг это направление рассуждений. Нет, зло, что он чувствовал, шедшее от этих шепотов, было более древним, более злобным…

Древние силы продолжали разрывать его, но Ноздорму игнорировал свою боль, пораженный своим открытием. Здесь, Ноздорму поверил, наконец, где находилась разгадка к катастрофе. Было ли все еще в его власти повлиять на это, он не мог сказать, но, по крайней мере, если он был в состоянии обнаружить правду, мог быть шанс у Кориалстраза, чтобы преуспеть в этом.

Ноздорму продолжил исследовать озеро. Он был осведомлен лучше, чем все остальные, о том, что масса воды на самом деле представляла собой очень многое. Смертные существа не могли постигнуть все возможности этого. Даже его собратья Аспекты, вероятно, не понимали вод, так же хорошо как Ноздорму и он знал, что были тайны, скрытые даже от него.

Визуально, это выглядело, как будто он пролетал над черными глубинами. Однако на самом деле разум Ноздорму попадал в другой мир. Он боролся с лабиринтом объединенных сил, которые ограждали сущность того, что, называли Источником с момента открытия. Это было почти так, будто сами воды были живы или что-то так проникло в Источник, что стало его частью.

И снова, Ноздорму подумал о демонах, Пылающем Легионе и их желании использовать силу Источника Вечности, чтобы открыть проход и уничтожить всю жизнь в Азероте. Все же, это было слишком проницательно для них… даже для их хозяина, Саргераса.

Чувство тревоги нарастало в нем по мере его продвижения. Несколько раз Аспект почти попался в ловушку. Были ложные пути, притягательные следы, все предназначенные для того, чтобы навсегда связать его с Источником и поглотить его силу, его сущность. Ноздорму двигался с предельной осторожностью. Попасть в ловушку означало не только его гибель, но возможно также конец всего.

Он погружался все глубже и глубже. Мощь сил, наполнявших Источник, изумляла его. Сила, которую ощущал дракон, вернула воспоминания о создателях, чья древняя слава делала Ноздорму эквивалентом слизняка, вылезшего из грязи. Были ли они каким-то образом связаны с тайнами Источника?

Видимый образ все еще оставался для него неопределенным почти на верху затененной поверхности. Только он и Источник имели хоть какую-то стабильность в этом месте за гранью смертных. Воды плавали в пространстве, бездонное озеро простиралось через миры.

Он приблизился к искаженной поверхности. За гранью смертных должна была отразиться, по крайней мере, часть его образа, но все, что Ноздорму видел, было тьмой. Его разум все же углублялся, пробираясь вперед, приближаясь к сущности… и правде.

И затем тонкие щупальца черной воды вытянулись вверх и захватили его крылья, лапы, и шею.

Аспект среагировал вовремя, чтобы не быть утянутым вниз. Он боролся с водянистыми щупальцами, но они быстро схватили его. Все четыре лапы были пойманы, и щупальце сжалось вокруг его горла, перекрывая дыхание. Ноздорму понял, что эти ощущения были только иллюзией, но они были сильны, отображая правду. Его разум был заманен в ловушку тем, что скрывалось в Источнике. Если он быстро не освободит себя, то он будет так же мертв, как если бы иллюзии были реальны.

Ноздорму выдохнул, и поток песка превратил Источник в сверкающее представление. Щупальца одернулись, ослабли. Они увяли, магия, которая их создала, была истощенная и старая.

Но когда они разрушились, другие бросились вперед. Ожидая этого, Ноздорму быстро махал крыльями, стремительно всплывая. Четыре черных конечности тщетно бились, затем погрузились обратно.

Но дракон внезапно дернулся, его хвост был пойман щупальцем сзади. Когда Ноздорму развернулся, чтобы разобраться с ним, на помощь к нему выбросились еще. Они вырастали со всех сторон, на этот раз так много, что Аспект не мог избежать их всех.

Он отбил одно, потом еще и еще одно, и затем был пойман больше чем дюжиной, каждое связывало его с чудовищной силой. Дракон непреклонно притягивался к водовороту Источника.

Водоворот сформировался под ним. Ноздорму чувствовал его ужасающее притяжение даже сверху. Расстояние между Аспектом и водами уменьшилось.

Затем, водоворот изменился. Волны, мчащиеся вокруг его краев, стали зубчатыми, затем затвердели. Центр углубился, из него появилось наружу сначала похожее на другие, но отличное от них, щупальце. Оно было длинным, жилистым, и по мере приближения к нему, его конец превратился в три заостренных отростка.

Пасть.

Золотые глаза Ноздорму расширились. Бороться ему становилось все сложнее.

Дьявольская глотка с жадностью открылась, поскольку щупальца притягивали его к ней. "Язык" накинулся на его морду, его прикосновение резко обожгло ее.

И шепоты из Источника становились более ожесточенными, более нетерпеливыми. Особые голоса, которые заставили Аспекта похолодеть. Да, они были больше чем демоны…

Снова, он выпустил пески времени на щупальца, но теперь они осыпались о черные конечности как простая пыль. Ноздорму крутился, пытаясь освободиться хотя бы от одного щупальца, но они держали его с кровожадной страстью.

Это было плохо для Аспекта. Как сущности Времени, ему было даровано его создателями знание собственной смерти. Это было дано как урок, чтобы он никогда не думал, что его власть столь велика и ужасна, что он не должен не перед кем отвечать. Ноздорму знал точно, как он погибнет и когда, и это не было этим моментом.

Но он не мог освободить себя.

"Язык" обмотался вокруг его морды, сжимая ее так сильно, что Ноздорму чувствовал, как будто его челюсти раскалываются. Снова, он напомнил себе, что все это было иллюзией, но знание этого не сделало ничего, чтобы остановить муку или страх, последний пожирал его изнутри, так как такого он никогда не испытывал.

Он был почти в зубах. Они все вместе скрежетали, чтобы лишить его силы духа и преуспели в этом. Напряжение, также удерживающее связь с реальностью, оказывало дополнительное давление на его мысли. Насколько было бы проще просто позволить Источнику поглотить себя и покончить со всеми усилиями…

Нет! Внезапно подумал Ноздорму. Идея пришла к нему в отчаянии. Он не знал, была ли у него сила заставить это произойти, но другого выбора не было.

Тело Аспекта замерцало. Он, казалось, ушел в себя.

События повернули вспять. Все двигалось в обратную сторону. "Язык" развернулся с его морды. Он вдыхал пески, щупальца исчезали, погружаясь в черные воды…

И в момент начала случившегося, Ноздорму остановил обратный ход, затем немедленно забрал свой разум из Источника.

И опять он плавал в реке времени, удерживая реальность под контролем. Колоссальное усилие теперь потребовало еще большего напряжения, когда он израсходовал себя в своем гибельном поиске, но каким-то образом Аспект нашел в себе силы, чтобы продолжать. Он коснулся зла развращающего Источник и знал лучше, чем когда-либо, что неудача принесет больше чем разрушение.

Теперь Ноздорму узнал их, чем они были. Даже ужасающая ярость всего Пылающего Легиона, не шла ни в какое сравнение.

И не было ничего, что Аспект мог сделать, чтобы остановить их намерения. Он мог только сдерживать хаос. У него больше не было сил даже на то, чтобы обратиться к другим, как он это уже делал.

Теперь у него не осталось никакой надежды. Только все те же, теперь казавшиеся настолько небольшими, настолько незначительными, что Ноздорму оставалось только набраться храбрости.

И все это… он думал про них, пока необузданные силы разрывали его. И все это про Кориалстраза и его человека…

Загрузка...