Бачило Александр Проклятье диавардов

1

Громадепрь сонно брел по песку, устилавшему дно неглубокой ложбины среди белых камней. Спина его мерно колыхалась в такт шагам, и Тайк Тхоорт, ссутулившись в седле, чувствовал, что его начинает укачивать. Впрочем, дело было, пожалуй, не в качке, а в беспощадно палящем солнце, раскалившем до нестерпимого блеска крутые лбы белых скал. Их глаза-пещеры со всех сторон уставились на одинокого странника и, казалось, терпеливо ожидали лишь Того момента, когда он соблазнится прохладой подземелья и станет, наконец, добычей кишащих там ядовитых тварей.

Тайк поправил повязку, прикрывающую голову и плечи. Он давно заменил свой боевой шлем этим куском белой ткани, скрученным по моде жителей пустыни, ведь здесь ему не угрожало иное оружие, кроме огненных стрел, посылаемых солнцем. Шлем был привязан к седлу, ослепительно сиял начищенной медью и раскалился, как жаровня, полная углей. Только покрытая жесткой щетиной шкура громадепря могла безболезненно переносить его прикосновения.

Ложбина привела всадника к вершине изборожденного трещинами холма, но и отсюда не было видно ничего, кроме посыпанных песком скал.

— Чертова пустыня! — проворчал Тайк, поднимаясь на стременах и окидывая взглядом горизонт. — Кругом одно и то же. Не доставало только заблудиться!

При этих словах громадепрь как-то обиженно всхрапнул, ударил копытом в камень.

— Что? — удивился Тайк. — Ты не согласен, Нуфер?

Зверь в нетерпении топтался на месте.

— Может быть, ты даже знаешь кратчайший путь к воде?

В ответ громадепрь уверенно затрусил по склону к подножию холма. Тайк не мешал ему. Он совсем опустил повод, зная, что чутье или инстинкт в конце концов приведут Нуфера к воде. Широкие раздвоенные копыта громадепря теперь энергично взрывали песок, и Тхоорт не испытывал больше качки — ему приходилось высоко подпрыгивать в седле.

Обогнув несколько каменных лбов, Нуфер вынес всадника к руслу высохшего ручья и остановился, принюхиваясь.

Тайк похлопал громадепря по холке.

— Все это прекрасно, дружище. Весной, вероятно, здесь шумел дивный поток. Но мы не можем ждать следующей весны, вода нужна нам сейчас.

Нуфер только поводил рылом, шумно втягивая воздух. Он ничуть не был обескуражен и смело двинулся дальше — по дну русла в направлении большой белой скалы. Некоторое время спустя Тайк и сам почувствовал нечто необычное — не то легкое прохладное дуновение, не то тончайший аромат какого-то растения — и сейчас же заметил в тени у подножья скалы несколько пучков зелени.

— Там вода! — радостно воскликнул он. — Ай, да Нуфер!

Он пустил громадепря галопом и скоро уже с наслаждением подставлял лицо под холодную сверкающую струю. Источник помещался в довольно обширном углублении под скалой и был окружен зарослями густого кустарника. Вода, бившая из узкой расщелины на уровне человеческого роста, одевала камни прозрачной пленкой и исчезала в песке без остатка, за исключением тонкого ручейка, который наполнял лужицу в самом центре углубления.

Лужица моментально стала добычей Нуфера. Громадепрь лакал не останавливаясь, пока не вылизал ее досуха. Тайк тоже вволю напился, освежил голову, спину и грудь, однако еще долго не находил в себе сил оторваться от мокрых прохладных камней.

— Здесь мы передохнем, Нуфер, — сказал он. — Ты заслужил полдня хорошего сна в тени этих кустов и столько воды, сколько способна вместить твоя ненасытная утроба. Потерпи, вот я сделаю еще глоток и освобожу тебя от седла.

Тхоорт снова припал было к воде, как вдруг неясная тень пронеслась по кустам и на мгновение закрыла солнце. Тайк обернулся и увидел в небе черный силуэт с громадными перепончатыми крыльями, стремительно снижавшийся над Нуфером.

Громадепрь угрожающе зарычал, но толстая короткая шея мешала ему поднять голову и встретить врага своим главным оружием — длинными клыками — кинжалами.

— Ко мне, Нуфер! — крикнул Тайк, бросаясь на выручку своему верному другу. Крылатое чудовище опередило его. Страшные когти сомкнулись на спине громадепря, но только вспороли седло. Нуфер рванулся в сторону и с неожиданным для такой туши проворством развернулся мордой к врагу. Крылатая тварь обнажила длинный ряд треугольных зубов, но взлетела чуть выше. Видимо, она почувствовала, что добычу не унести целиком. Этой заминки хватило Тайку, чтобы добежать до громадепря и выхватить из петель у седла свой боевой посох. Щелкнула пружина, и острое, как бритва, лезвие длиною в локоть появилось на конце посоха. Быстро перебирая руками, Тайк раскрутил оружие над головой так, что в воздухе повис сияющий круг.

Появление нового противника в первую минуту смутило чудовище, но не заставило отказаться от нападения. Выставив вперед когтистые лапы и бешено размахивая длинным тонким хвостом, оно ринулось на Тайка. Тхоорт был готов к атаке и встретил противника неожиданным длинным выпадом. Лезвие коснулось чешуйчатой лапы и заставило чудовище резко изменить направление полета. Оно плюхнулось на землю перед Тайком и подобрало крылья. С радостным криком Тайк бросился вперед, чтобы добить врага но черная тварь вдруг резко оттолкнулась от земли и совершив гигантский прыжок через голову Тхоорта, оказалась позади Нуфера.

Шипастый хвост обвился вокруг задних ног громадепря, чудовище взмахнуло крыльями и поволокло беднягу Нуфера по земле.

Ноша была нелегка для хищника, и все же Тайк понял, что пешком за ним не угнаться. Он торопливо вскинул посох на плечо, направил его вслед удаляющемуся крылатому силуэту и нажал вторую скрытую пружину. Тяжелая стальная стрела сверкнула на солнце и впилась в тело чудовища под крылом. Отчаянный вопль разнесся над пустыней. Черная тварь качнулась, выпустила Нуфера, приземлилась неловко, взрыв когтями тучи песка, и проворно заковыляла прочь. Одно крыло ее волочилось по земле.

Впрочем и таким способом раненое чудовище сумело бы уйти от Тайка, если бы не громадепрь. Едва коснувшись ногами земли, Нуфер повернулся к врагу и бросился в атаку. Ярость клокотала в нем. Ни когтистые лапы, ни широкие крылья, ни длинный хвост, унизанный шипами, не помогли чудовищу. Умело уклоняясь от ударов, ни на мгновение не давая врагу передышки, Нуфер пролез под самое брюхо чудовища, извернувшись, вспорол его снизу доверху клыками и сейчас же отскочил в сторону.

Крылатая тварь в агонии заметалась по песку, разливая потоки черной крови. Громадепрь гордо поднял голову и прокричал победу. Подоспевшему Тайку оставалось только прикончить смертельно раненного врага. Клинок его посоха глубоко вонзился в горло чудовища, и оно затихло.

— Хорошо, Нуфер, хорошо! — Тайк подошел к громадепрю и взлохматил его короткую гриву. — Мы еще годимся с тобой для дела, старичок. В нас можно еще узнать солдат Странствующей армии, а?

Громадепрь издал короткий рык.

— Ну, ну! Успокойся, боец! Твой враг уже не встанет, он мертв.

Нуфер снова зарычал и потянулся рылом в сторону кустов, росших по краю впадины. Тайк взглянул туда и увидел быстро оползающий по склону песок.

— Эй, кто там? — крикнул он, перехватывая посох поудобнее.

Затрещали ветви, и из зарослей показалась человеческая голова, за ней вторая.

— Не беспокойтесь из-за нас, сударь, — прокричала первая голова, — мы мирные горожане.

Тайк усмехнулся.

— Горожане? Тогда что же вы делаете в пустыне? Горожанам следует жить в городе.

— Совершенно справедливо, сударь! — заулыбалась голова. — Однако, позвольте сообщить вам, что город расположен совсем недалеко отсюда.

— Да, да! Тут рукой подать до города-то! — закивала и вторая голова.

— Ах, вот как! — оживился Тайк. — Что ж, это добрая весть. Подойдите-ка сюда, господа горожане, мне необходимо хорошенько расспросить вас. Что это вы забрались в кусты?

— Мы увидели крылана, ваша милость, и спрятались.

— Так эта тварь зовется крыланом?

— Да, сударь. Они живут в окрестных пещерах и охотятся только по ночам. Страшно представить, что могло выгнать крылана из-под земли среди бела дня. Это очень дурной знак.

Оба горожанина сокрушенно закачали головами.

— Пусть так, — сказал Тхоорт. Он слишком часто подвергался непосредственной опасности, чтобы обращать внимание на всяческие предзнаменования.

Горожане, опасливо поглядывая на Нуфера, все еще не решались выйти из кустов.

— Подойдите, подойдите, не бойтесь! — повторил Тайк. — Я вижу теперь, что вы люди мирные и добрые.

— Спасибо, сударь! Но вот ваш… м-м… спутник… Понимает ли он это?

— Не сомневайтесь. Нуфер — самое добродушное в мире создание.

— Конечно, конечно, — закивали сидящие в зарослях, припоминая вспоротое брюхо крылана.

Тем не менее, оба принялись выбираться из кустов и осторожно поползли по песчаному откосу вниз. Громадепрь, казалось, понял, что тревожит этих людей. Презрительно хрюкнув, он отвернулся от них и направился к своей луже, успевшей уже наполниться водой.

Тайк с помощью горожан занялся убитым крыланом. Втроем они перевернули окровавленную тушу и извлекли стрелу.

— Сударь, — осторожно начал один из горожан, назвавшийся Бакумом, если крылан больше не нужен вашей милости, не прикажете ли нам забрать тушу для своих нужд?

— Можете делать с ней все, что угодно, — сказал Тайк, — только на что она вам? Разве мясо крылана годится в пищу?

— Ну что вы! — Бакум брезгливо скривился. — Мы используем только шкуру и крылья.

— С крыльев самая кожа на сапоги, — прибавил его товарищ, которого звали Рук, — если желаете, так я сведу вашу милость к Нилему сапожнику…

— Боюсь, у меня нет времени дожидаться новых сапог. Я солдат Странствующей армии и спешу присоединиться к войскам принца. Кстати, не проходил ли он через ваш город?

Горожане удивленно переглянулись.

— О каком принце угодно говорить вашей милости? — спросил Бакум.

— Черт возьми! О принце Тако Ченкоме, разумеется! Вся пустыня знает его Странствующую армию, прозванную также Пыльной Бурей.

Бакум вопросительно посмотрел на Рука, но получил в ответ лишь такой же недоуменный взгляд.

Сударь, — неуверенно начал он, — простите нам наше невежество… то есть… ну да, конечно! Войска принца как же! Без сомнения… Словом, я полагаю что в городе вы получите самые подробные сведения.

— Тогда едем немедленно!

— Как вам будет угодно, сударь, — поклонился Бакум и добавил, обращаясь к Руку:

— Побудь здесь. Я провожу его милость в город и вернусь с телегой. Да смотри, не зевай, как в прошлый раз Если наша добыча снова достанется нюхарям ты у меня попляшешь!

Обнадежив таким образом своего товарища Бакум выразил готовность отправляться в путь…

Загрузка...