Роб Кидд Пираты Карибского моря. Проклятие меча

Из капитанского журнала:

«Я, капитан Джек Воробей, вступив недавно во владение судном, корабельной командой и треуголкой, считаю своим долгом точно и правдиво сообщать в капитанском судовом журнале о приключениях в открытом море и в темных городских переулках.

Выполняю этот долг согласно моему посту капитана славного корабля «Барнакл», и, как и подобает капитану, торжественно клянусь не писать ничего кроме правды обо мне, моей команде и случившихся с нами приключениях, сколь фантастическими или жуткими они бы вам ни показались.

Начну с рассказа о том, как я стал капитаном, обзавелся командой и, самое важное, как я начал носить эту треуголку. Подобно многим другим историям о приключениях, злодействах и грабежах, эта началась на острове Тортуга в таверне «Верная невеста»…

Глава первая

Ветер гнал над океаном плотные, темные тучи, сквозь которые с небес выглядывал тусклый диск луны. На остров легли мутные тени, похожие на огромные черные корабли, на морских чудовищ и других созданий, затаившихся в ночных водах. Вместе с тучами они летели куда-то через горы.

Сквозь штормовую дымку продолжали тускло мерцать редкие звезды. Белый песок на берегу клубился крошечными смерчами, рисуя изменчивые узоры на склонах дюн. Лишь безумец рискнул бы выйти в море в такую ночь.

Редкие честные жители Тортуги уютно устроились в своих похожих на небольшие крепости домах. Все остальные – пираты и головорезы всех мастей – собрались в «Верной невесте», где пили эль и ром.

Между порывами ветра, предвещающим неминуемый шторм, шум из таверны был слышен на расстоянии полумили – смех, гомон голосов, иногда пальба из пистолетов и нестройное пение, когда пираты дружно горланили любимую всеми песню:

Йо-хо, йо-хо пиратская жизнь по мне!

Мы палим и жжем, мы палим

и жжем, выпьем, друзья, йо-хо!

Город сожжем мы, бойтесь, враги,

выпьем, друзья, йо-хо!

Йо-хо, йо-хо пиратская жизнь по мне!

Снаружи «Верная невеста» являла собой обычную лачугу, только большую. Сколочена она была не из приличного дерева, а из обломков разбитых лодок. Пахла она тоже как лодка – смолой, солью, водорослями и рыбой. Когда, наконец, пошел легкий дождь, крыша дала течь в десятке мест.

Однако внутри, похоже, никому не было дела до скапливавшихся на полу луж. Когда провозглашался очередной тост, кружки со звоном стукались друг о дружку, с грохотом ударяли по столу, требуя наполнить их снова или время от времени обрушивались кому-нибудь на голову.

В эту ночь, освещаемая свечами, таверна была набита битком, все до единого шаткие стулья были заняты. «Сегодня здесь у нас столько морских волков, что их хватило бы на все суда Порт-Ройяла», – подумала Арабелла, юная трактирщица «Верной невесты», убирая пустые кружки со стола. Сидевшие за ним мужчины громко улюлюкали, выражая недоверие какой-то истории. Подобно всем, кто находился в таверне, они были в разномастных обносках, в коих щеголяли все здешние «мореходы»: обтрепанные штаны, выцветшие жилеты, пояс перехвачен кушаком или ремнем. У всех неопрятные, клочковатые бороды. Один из них потянул Арабеллу за юбку и ухмыльнулся щербатым ртом. Девушка закатила глаза и вздохнула.

– Дай угадать, – сказала она, встряхнув гривой спутанных темно-рыжих волос. – Эля, эля и… пожалуй, еще эля?

Моряк зашелся сиплым смехом.

– В самую точку попала, красотка!

Арабелла сокрушенно вздохнула и направилась к другим столам.

– Никаких испанских сокровищ на берегу не осталось, только в глубине материка, глупый ты молокосос! – заявил какой-то моряк.

– Я не про испанские сокровища, – заявил, понизив голос, его собеседник, не слишком удачливый пират по кличке Красавчик Тодд. Его глаза вспыхнули алчным блеском. – Я веду речь о золоте ацтеков из старой затерянной империи…

Арабелла остановилась и, сделав вид, будто поднимает с пола упавшую кружку, прислушалась.

– Ты ведь говоришь не про Сэма по кличке Каменный Глаз и остров Исла Эскелетика? – скептически произнес моряк. – Согласно легенде, у Сэма был меч Кортеса, и он проклял весь остров. Лично я согласен лишь с частью этой истории, с тем, что это – легенда. Легенда, друг. Болтают, будто это город из камня и мрамора, вроде тех, что когда-то строили римляне. Чушь! Вздор! В Карибском море ничего подобного быть не может, это я тебе точно говорю!

– Да я веду речь вовсе не об этой чертовой империи и не о мече, я толкую тебе о золоте! – раздраженно заявил Красавчик Тодд. – И я вот что тебе скажу: оно существует на самом деле! Я видел его собственными глазами. Честное слово. Оно столько раз переходило из рук в руки, как будто у него есть ноги. Но при желании его можно найти.

– Так у тебя есть корабль? – поинтересовался первый моряк.

– Да, и отличный! Лучше не бывает, если кому-то нужно проскользнуть из порта в порт незамеченным… – начал Красавчик Тодд. Но тут его взгляд упал Арабеллу. Та сделала вид, будто вытирает передником пол. Девушка подняла глаза и смущенно ему улыбнулась. Затем снова опустила голову и принялась яростно тереть пол краем передника.

– Залили весь пол элем, – пробормотала она.

Красавчик Тодд расслабился, однако тотчас подозрительно огляделся, как будто его могли подслушивать пираты, стены таверны или сам король.

– Тогда давай переберемся в местечко потише. Как говорится, мертвецы не рассказывают сказки.

Арабелла чертыхнулась себе под нос и отошла прочь. Обычно на нее никто не обращал внимания или вовсе не замечал ее присутствия. В глазах завсегдатаев «Верной невесты» она была девушкой, наполнявшей их кружки. За эти годы она слышала сотни историй и легенд. И каждая была отдельным приключением. Почти каждая.

«И все же, – решила она, – вечер не так уж и плох, если разобраться». Все могло быть гораздо хуже. Нередко шторм выявлял в и без того дурных людях самое худшее.

Внезапно, с грохотом, распахнулась дверь. Вспышка молнии озарила стоявшего в дверном проеме человека. Незнакомый мужчина, и он вымок до нитки.

Растрепанные черные волосы прилипли к голове, в глазах сверкали молнии. У Арабеллы перехватило дыхание. Она еще ни разу не видела никого, похожего на этого незнакомца.

Дверь со стуком захлопнулась. В тусклом свете Арабелла увидела перед собой сердитого, до нитки промокшего юношу, едва ли старше ее самой. На мгновение стало тихо. Затем завсегдатаи таверны пожали плечами и снова припали к своим кружкам.

Незнакомец стал пробираться сквозь толпу, по-вороньи бросая взгляды вправо и влево. Он явно кого-то или что-то искал. Губы его были сердито поджаты.

На миг его карие глаза вспыхнули огнем – должно быть, он нашел то, что искал. Юноша наклонился, заглянул за стул и потянулся за чем-то, что лежало на полу.

Арабелла привстала на цыпочки, чтобы лучше разглядеть. Похоже, что целью поисков незнакомца был старый мешок, совершенно не стоивший того, чтобы похищать его у пользовавшегося дурной славой пирата, который охранял свою собственность.

– Только не это… – прошептала Арабелла.

Незнакомец задумчиво прикусил губу. Он вытянул пальцы и, плотно прижав их друг к другу, осторожно попытался просунуть руку между ножками стула.

Без предупреждения, – и, не отнимая кружки от губ, – человек, который сидел на стуле, встал во весь свой немалый – семь футов – рост. Весу в нем было не меньше нескольких сот фунтов. Глаза цвета шторма сверкали яростью.

Незнакомец сложил ладони и поспешил отвесить поклон.

– Прошу прощения, сэр, я просто восхищаюсь моим… я имею в виду вашим изящным саквояжем, – произнес он с нарочитой учтивостью.

Пират что-то рявкнул и вскинул тяжелую кружку, целясь юноше в голову. Тот ловко схватил мешок и отскочил с ним в сторону – и, надо сказать, вовремя. Кружка просвистела рядом с его ухом…. И угодила в пирата, стоявшего позади него!

Этот второй пират не был таким рослым, зато оказался вспыльчивым. И был хорошо вооружен. И он решил, что именно незнакомец только что ударил его кружкой по голове. Выхватив шпагу, он набросился на него.

Тот живо отпрянул назад, уклоняясь от смертоносного клинка. Это не остановило второго из нападавших. Он упал на стол, за которым сидел пират-гигант. Шаткий стол рухнул под его тяжестью: в воздухе замелькали кружки, монеты, ножи. Сидевшие вокруг стола пираты вскочили на ноги и выхватили сабли и пистолеты.

На Тортуге, чтобы затеять в питейном заведении драку, не нужно веских поводов.

«Верная невеста» взорвалась какофонией ударов, стонов, криков, воплей, ругани, звоном клинков и треском дерева, когда стулья разбивались о головы дерущихся, – все это в придачу к оглушительным раскатам грома и протекающему потолку таверны.

Незнакомец угодил в самую гущу этого бедлама.

И, как будто этого было мало, на него, с саблей в руке, набросился пират-гигант. Незнакомец проворно вскочил на стоявший сзади стул, и сабля рассекла воздух там, где он был за мгновение до этого.

– Почти попал, дружище! – прокомментировал незнакомец, спрыгивая со стула. Приземляясь, он пнул одну его ножку так, что стул взлетел в воздух и угодил прямо ему в руки.

Гигант замахнулся снова, но незнакомец прикрылся стулом, парируя им каждый сабельный удар. Всякий раз в разные стороны летели щепки. Но тут на незнакомца набросился еще один пират или, может, не на него, а на того, кто стоял позади – в тот момент было трудно сказать. Незнакомец отскочил в сторону, едва избежав столкновения, и нападавший налетел прямо на пирата-гиганта.



Поскольку гигант уже не представлял для него опасности, незнакомец закинул мешок на плечо, обернулся и посмотрел на царивший в таверне хаос. То, что для пиратов начиналось как довольно мирная ночь, переросло в очередную кровопролитную драку, подобную тем, что он видел и раньше. Незнакомец не удержался от ухмылки.

– Ха! А на мне ни единого синяка, – произнес он. – Ни одной царапины у Джека Воробья.

В следующий миг кто-то запустил в деревянную стену бутылкой, и она разбилась у него над головой. Гигант позади него поднялся на ноги, удивительно тихо, почти неслышно для человека столь огромного роста. Джек развернулся, и, заметив его, попятился к двери.

– Сейчас ты вернешь мне этот мешок, сопляк! – страшным голосом произнес пират, держа перед собой разбитую бутылку, готовый в любой момент пырнуть ею Джека.

– Э-э-э… – Джек осмотрелся по сторонам, но суматоха драки по-прежнему закрывала ему путь к отступлению.

– Добрый сэр… – начал он, в надежде на то, что некое чудо может его спасти. Но прежде чем ему удалось найти выход из столь щекотливого положения, гигант взревел и набросился на него.

Но тут чья-то рука схватила Джека за воротник и дернула в сторону. Это случилось молниеносно. Гигант по инерции на всем бегу врезался прямо в полудюжину пиратов, которые бились друг с другом возле дальней стены. Раздавался треск дерева, звон битого стекла и – уже снаружи – грохот грома. Разъяренные, пираты повернулись к налетевшему на них гиганту и набросились на него с кулаками.

Арабелла еще крепче вцепилась в воротник Джека и быстро потащила его за собой сквозь кучу-малу, ловко увертываясь от драчунов. Джек, в свою очередь, крепко сжимал в руках мешок. Его мешок.

После нескольких ловких и пары не слишком ловких маневров Джек и Арабелла юркнули в заднюю дверь навстречу тропической ночи.

Глава вторая

Теперь дождь лил как из ведра. Ветер дул с невообразимой силой. Джек и его спутница оказались в переулке за таверной. Увы, небольшой навес нисколько не спасал их от дождя.

Джек повернулся было, чтобы поблагодарить девушку, которая спасла его, но прежде чем успел это сделать, та толкнула его спиной к стене «Верной невесты».

– Как ты посмел затеять драку в таверне моего отца? – Она встала, уперев руки в боки; ее карие глаза пылали негодованием. – Неужели тебе непременно нужно было лезть кому-то в карман? Может, лучше бы попробовал это сделать в другом месте, поприличней, в котором завсегдатаи не имеют привычки громить столы и стулья?

Она оттолкнула его к стене, а сама отступила назад.

Джек отряхнулся, расправляя складки своего камзола.

– Послушай, красотка, я не вор. И пришел сюда не по своей воле. И я не собирался ни к кому залезать в карман. – Джек взмахнул мешком перед лицом Арабеллы. – Этот верзила украл мешок с моими вещами, и я просто вернул себе мою собственность. Так что, если моя благодарность для тебя ничего не значит, я просто заберу свои вещички и уйду прочь подобру-поздорову своей дорогой. Понятно?

Джек горделиво вскинул голову и собрался скрыться. Но Арабелла схватила его за руку и снова толкнула к стене.

– Ты хотя бы представляешь себе, у кого ты забрал мешок? – спросила она.

– Нет. И честно говоря, мне все равно, – сказал Джек, высвободившись из ее хватки.

– Это был капитан Торрентс, идиот! – прикрикнула Арабелла, шлепнув Джека по макушке. Тот даже бровью не повел. – Знал бы ты, какая тянется за ним слава… – добавила Арабелла.

– Мне это имя ничего не говорит, – равнодушно ответил Джек.

– Это самый знаменитый пират по эту сторону Эспаньолы. Может, слышал? – сделала еще одну попытку Арабелла.

– Погоди, – произнес Джек, силясь припомнить услышанное имя. – Нет. К сожалению, никогда не слышал.

– В любом случае считай, что украв его вещи, ты покойник.

– Послушай, никакой я не вор, – сказал Джек. – Этот паршивый мешок, – и то, что в нем, – все, что у меня есть. Я бы захватил с собой больше, но тогда бы мне с ним ни за что не пробраться на корабль.

Арабелла закатила глаза.

– Выходит, – продолжил Джек, – на этом острове в порядке вещей, что проклятый пират ворует у меня мои вещи. Я даже не помню, как он это сделал. Не иначе как подкрался сзади. Но я точно тебе говорю: это мой мешок. – Джек вскочил на старую бочку и открыл мешок. – Вот, например, – сказал он и, покопавшись, вытащил нечто похожее на восковую палочку, – эта свечка… Не моя?.. – Джек растерянно посмотрел на свечу и бросил ее назад в мешок.

– Ну кто бы мог подумать, – саркастически подняла бровь Арабелла.

– Нет, нет, нет! – разочарованно воскликнул Джек. Сунув руку глубже, он, порывшись, извлек из мешка чье-то старое нижнее белье. Его аж передернуло от отвращения, и он отшвырнул его в сторону. Затем в руке юноши оказалось нечто похожее на сушенную дохлую крысу.

– Между прочим, меня зовут Арабелла, – сообщила девушка. Джек даже не поднял головы. – У «красотки» есть имя, – продолжала она, – и это имя – Арабелла.

– Джек, – буркнул Джек, почти не обращая на нее внимания. Казалось, в мешке не будет конца всякой гадости. Он, содрогнувшись, выбросил кусок окаменевшего навоза.

– Послушай, извини, что накричала на тебя, – искренне произнесла Арабелла. – Просто у моего отца и без того тяжелый характер. Теперь же он будет рвать и метать, всю следующую неделю приводя наше заведение в божеский вид. Еще бы, ведь ему придется ремонтировать стулья и столы, которые ты помог разгромить.

Шлеп! Это Джек метнул что-то прямо в лоб Арабелле. Девушка ловко поймала это нечто, не дав упасть на землю. «Нечто» оказалось увесистой монетой.

– Благодарю, – язвительно пробормотала она. – Это полностью возместит наш ущерб.

– Но это единственное в этом мешке, что чего-то по-настоящему стоит, – мрачно отозвался Джек. – Мой нож, моя шкатулка, мой запас монет… – Он с недоумением посмотрел на девушку. – Все исчезло!

Расстроенный и рассерженный, он перевернул мешок вверх дном и вытряхнул несколько яблочных семечек.

Затем на землю с глухим ударом упало нечто большое и увесистое. Джек быстро присел, чтобы разглядеть, что это такое. Глаза его тотчас зажглись огнем, а пальцы сомкнулись вокруг гладкой кожи: это были ножны. Очень длинные ножны. Меч, любой меч принесет на черном рынке хорошие деньги…. А эти ножны, похоже, старинные. Он разбогатеет! Ну даже если и не разбогатеет, то хотя бы сможет выкупить те вещи, с которыми был вынужден расстаться. Или, может, лучше оставить эту штуку себе? У него не было меча. А любой мало-мальски уважающий себя человек на Карибах непременно должен иметь меч…

Увы, когда Джек поднял ножны, он тотчас заметил, что с ними что-то не так: уж слишком они легкие, чтобы в них мог быть меч. Разочарованно простонав, он швырнул пустые ножны на землю.

– Чертовы пираты!

Он потер глаза и тяжело привалился к стене таверны, мысленно оценивая свое унылое и не слишком сытое будущее.

Когда ножны упали на землю, Арабелла вытаращила глаза. Неужели это был блеск золота? Или ей показалось?

Не обращая внимания на ворчание Джека, она подняла ножны и повертела их в руках. Хотя те и были изрядно поцарапаны и заляпаны грязью, золотая и серебряная инкрустация на их коже поблескивала на фоне капель дождя. Пальцы Арабеллы нащупали на ножнах какой-то узор.

– Не может быть! – ахнула она. – Посвети мне! – велела она.

Обычно Джек не выполнял ничьих приказов и уж тем более – просьб сердитой дочки хозяина таверны. Но в голосе Арабеллы ему послышалось нечто такое, что привлекло его внимание. Он беспрекословно вытащил из кармана мешочек с огнивом и трутом и зажег найденный в мешке огарок свечи. Взяв у Джека свечку, Арабелла посветила на кожаные ножны.

– Ты только взгляни… – сказала она. На ножнах были начертаны слова языка ни ему, ни ей не знакомого: какие-то сокращения, а также несколько слов по-испански. Под ними виднелось странное, угловатое и причудливое, красно-золотое изображение пернатого змея. Кецалькоатль. Ацтекский бог.

Арабелла тихонько присвистнула.

– Ты знаешь, что это такое? – спросила она. Голос ее дрожал от волнения.

– Думаешь, эта штука стоит много золота? – вопросом на вопрос ответил Джек.

– Это ножны от меча Кортеса, – прошептала девушка.

Джек удивленно вытаращил глаза.

– Здесь написано «принадлежит Эрнану». Это тот самый проклятый меч, благодаря которому Кортес победил ацтекскую империю! – Глаза Арабеллы засияли от возбуждения. – Согласно легенде, меч сделал его непобедимым в бою…. И наделил невероятной силой. Например, он сумел убедить ацтеков в том, что он – бог. Ацтеки полагали, что когда-нибудь к ним вернется бог Кецалькоатль, и благодаря этому мечу Кортес убедил их, что это он и есть. В легенде говорится, что меч все же наделен ограниченной силой, если тот, кто обладает ею, не имеет также и ножен.

– Вот почему власти Кортеса пришел конец…

– Потеряйте ножны – и вы потеряете царство – так говорится в пословице. – Девушка повертела ножны в руках, разглядывая потертую кожу и сверкающие каменья, и вздрогнула. – Считается, что они сделаны из внутренностей тех, кого ацтеки приносили в жертву своим богам.

– Великолепно, – сказал Джек, двумя пальцами забирая у нее ножны. – Но как эта штука сюда попала?

– Последним, кому они принадлежали, был Сэм-Каменный-Глаз, – ответила Арабелла, вспомнив разговор, который она подслушала в таверне.

– Как, этот капитан пиратов? Бич всей Панамы? – удивился Джек.

Арабелла кивнула.

– Много лет назад… Он захватил меч и ножны и с их помощью стал хозяином необитаемого острова. Никто не знает, что случилось с ним или его приспешниками. Возможно то, что ножны оказались без меча, как-то связано со всем этим.

Джек перевертел ножны в руках и провел пальцем по боковым швам. Какая тонкая работа, подумал он. Меч был одним из величайших сокровищ всего Карибского моря. А значит, его потеря способна довести любого жесткого и грозного пирата до… э-э-э… Джеку не хотелось даже думать об этом.

– Может, мне стоит вернуться в таверну, осторожно сунуть мешок обратно под то, что осталось от стула капитана Тернипа, извиниться перед ним и поставить на этом деле точку? Мол, извините, что посмел стащить у вас ваши волшебные ножны, сэр. Не знал, что вы намереваетесь с их помощью основать свое пиратское королевство. Удачи вам во всех ваших славных начинаниях! Как-то так.

Арабелла покачала головой.

– Ты вляпался в неприятности, – тихо сказала она. – Это надо же, украсть ножны у самого Торрентса! Мой тебе совет: убирайся с Тортуги немедленно, иначе ты – труп. – Она повернулась, чтобы уйти обратно в таверну.

– Погоди! – схватил ее за руку Джек. – Пойдем со мной!

Арабелла растерянно заморгала. С ее ресниц упали капельки дождя.

– Ты явно знаешь гораздо больше моего об этой легенде, а также обо всех «обитателях» здешних морей. И если кто-то видел, как ты помогла мне выбраться из этой заварушки, то тебе тоже крышка. Вот так, девушка, – пробормотал Джек.

Арабелла пропустила мимо ушей его слова, думая о своем.

– И, – продолжил Джек, – подумай о свободе, которую мы получим, когда отыщем меч. О свободе и могуществе.

Арабелла попыталась скрыть свои чувства, но по выражению ее лица Джек понял: его идея девушке понравилась.

– Видишь ли… на самом деле у меня нет других планов… Разве что горбатиться в «Верной невесте» до конца моих дней или до тех пор, пока я не выйду замуж, – печально призналась она. – Или до тех пор, пока выпивка не сведет отца в могилу, – добавила она с раздражением в голосе. – У меня почти ничего не осталось после того, как в прошлом году один мерзкий пират ограбил «Верную невесту» и забрал с собой мою мать. Огромный, злобный, уродливый. Я скучаю по ней, по моей мамочке. Мы с отцом уверены, что она…

Арабелла не договорила. Заметив печальное выражение ее лица, Джек проникся к ней сочувствием. Девушка посмотрела Джеку прямо в глаза.

– Ну хорошо. Я пойду с тобой. Но играть будем по моим правилам. Договорились? Слышишь меня? Больше никаких краж у пиратов – да и ни у кого другого – все это время.

– Сколько раз тебе повторять, что я не вор! – запротестовал Джек.

Арабелла нахмурилась и заговорила снова.

– Я знаю один отличный корабль, которым можно воспользоваться. Старый, никому не нужный корабль, он стоит на якорной стоянке в Соленой бухте.

Джек пожал плечами.

– Прости, красотка. Я здесь новичок, надеюсь, ты не забыла? Я понятия не имею, где это. И что-то подсказывает мне, что с моей стороны было бы не слишком разумно спрашивать дорогу к нему у кого-нибудь из тех джентльменов, что сейчас находятся внутри таверны.

Арабелла на мгновение задумалась, затем вытащила из локонов деревянную шпильку и поднесла кончик к пламени огарка, который Джек держал в руке. Когда шпилька загорелась, девушка задула пламя, оставив лишь тлеющий кончик. Затем оторвала от передника лоскут ткани, прижала его к стене таверны и принялась чертить на нем карту. Джек с любопытством наблюдал за ее действиями.

– Думаю, что мне очень повезет, если на борту вместе со мной будет такой… находчивый помощник, – сказал он и, подавшись вперед, ухмыльнулся.

– Можешь называть меня находчивой, но я тебе не помощник. Мы партнеры по важному предприятию, только и всего, – сказала Арабелла, угольком поставив на «карте» маленький крестик, после чего передала ее Джеку. – Значит так, ты на три дня залегаешь на дно. Я тем временем запасаю необходимое – пресную воду и провиант. Через три ночи встретимся на корабле после наступления сумерек.

Загрузка...