Поймать невесту, или Кухарка поневоле

ГЛАВА 8

Выходить из таверны и идти к герцогу аль Лавамини самолично, в натуральном так сказать виде, я не рискнула. Что и говорить, я была совсем не уверена, сумела ли до конца убедить Дайрена Ар-Ронто, что я все же не та самая Мелисса Леро.

Да, меня оберегало благословение Иланны от проверок ауры и магического фона. И на самом деле имя и фамилия моего псевдонима были широко распространены.

Да что там, за время моего трехлетнего шатания по городам и весям Марриды я сама сталкивалась с парочкой полных тезок-однофамилиц. До сих пор помню жену фермера с фигурой классического рояля. А еще истеричную аптекаршу в форте Надор, которая как только меня не проклинала из-за того, что местная инквизиция уже три раза таскала ее на допросы.

Впрочем, были и те, кто специально пытался выдавать себя за меня. Конечно, уже после того, как обвинения были сняты.

Я с ухмылкой вспомнила ту незадачливую чародейку из Альтурры, которая таким способом пыталась подработать, загибая цену как за найм архимага, а не ведьмы-недоучки. Пока однажды вместо заказчика на встречу не пришла настоящая “Мелисса Леро”. Так, чисто поинтересоваться, кто это такой наглый, бессмертный и бесстрашный портит мою репутацию.

Эх, веселые были времена! ..

Но не факт, что за таверной не остался следить кто-нибудь из подчиненных маркиза Вингардо. Даже не смотря на мою подготовку, я не могла быть на сто процентов уверена, что меня не пасут шпики из разведывательного управления.

Часто магов подводит убежденность в том, что их чары сберегут от любой неприятности.

Проблема была в том, что я и правда могу отследить любое заклинание вплоть до пятого уровня, но не факт, что замечу профессиональную слежку без единой капли магии.

В общем, посыльным с письмом отправили самого логичного курьера - кота. Арчи, конечно, упирался всеми лапками и даже хвостом. Вопил, что его не любят и не ценят, но в итоге сдался, когда я пообещала приготовить огромную камбалу на углях только для его котейшества.

Пожрать мейнкун был не дурак. Сложив два и два, и выторговав еще банку сметаны, Арчик унесся серой пулей, загребая лапами июльскую пыль.

Спровадив лохматого, я вернулась на кухню. После вчерашнего простоя сегодня в “Золотом единороге” был аншлаг.

Посетителям хотелось не столько фирменной картошечки с беконом и темненького, сколько собрать последние сплетни. Выяснить, что ж тут вчера было за представление, кто-кого, откуда и чего тут делала толпа следователей Инквизиции.

Поэтому оставшееся время я вместе с остальными кухонными работниками варила-жарила и пекла.

Успела приготовить несколько порций шакшуки, которая неизменно пользовалась спросом, поскольку была сытной и дешевой. Жаркое из телятины в виноградном соусе для фаерунских купцов, которые арендовали склады неподалеку и были постоянными посетителями таверны.

Шесть порций острой свинины и десять палак-панир заняли еще добрый час. Шпинатно-сливочно-сырное блюдо было одно из любимых в Шаккаре. Кстати, кухня и рецепты остроухих была единственной приятной вещью, которую я запомнила и унесла с собой, сбегая в Марриду.

Ну и в завершение в печь отправилась партия из дюжины пирогов с разной начинкой. С луком и яйцом, с рыбой, грибами и луком. И, конечно, фирменный “Королевский пирог”.

В итоге я так упахалась на кухне, что лишь когда начало вечереть, сообразила, что кот так и не вернулся. Тут-то меня и накрыло паникой и страхом.

Разные мысли сменяли одна другую. Что Арчика все же поймал Арамор и сделал из него парочку декоктов и шапку. А может коварная Инквизиция поняла, что кот совсем не кот. И сейчас моего пушистого курьера заперли в каком-нибудь подвале на площади Лиде, зажали лапки на дыбе и макают бакенбардами прямо в ведро с водой…

Тррэш-ша! Где же его носит-то?!

Еще через полчаса, когда я уже всерьез собиралась отправляться за Арчиком то ли в Шаккарскую Цитадель, то ли в штаб Инквизиции, через порог перевалилось… нечто.

“Нечто” выглядело, как комок грязи, но в общем и целом напоминало кота. Со стойким ароматом селедочного рассола на свалявшейся шерсти, шатающейся походкой мейнкун добрался до печки и с третьей попытки запрыгнул на лавочку. Икнул, блаженно прищурил глаза и попытался захрапеть.

Рука сама-собой потянулась к любимой скалке.

-Но-но!.. - забеспокоился кот, приоткрывая один глаза и вяло дрыгая задними ногами, словно в попытке убежать. - Ты чего это удумала, ведьма?

- Я чего удумала?! Это ты где был, а?!

- Бегал, - тут же с готовностью отозвался серый и мечтательно муркнул. - Ох и бега-ал же я!.. И туда, и сюда... А какие в порту киски, а какой в рыбном ряду карп!.. А та беленькая кошечка в черных носочках. О, мур-р мяу, лямур-р…

- Ах, бе-егал, - угрожающе повторила я, и вздернула эту серую гадость за шкирку. - Ах, киски!..

Кот все понял, обвис как вареный говяжий язык и гнусаво завыл на одной противной ноте. Впрочем, на усатой морде не было ни капли сожаления. Пока я грязно ругалась, вспомнив все уроки Ратторна по-оркскому нецензурному, Арчи выл, прикрыв глаза и от души выводя рулады.

Долго держать вес десятикилограммового мейнкуна я не смогла, выдохлась и разжала затекшие пальцы. Кот плюхнулся на объемную задницу, заткнулся и опасливо приоткрыл один глаз.

- Письмо хоть донес? - мрачно осведомилась я.

- Обижаешь, хозяйка! - оскорбленно вскинулся кот. - Первым делом. Мы ж тоже понятие имеем: сразу работа, а после гули-гули. Все доставил в лучшем виде. Так как, опохмелиться дашь? А рыбку?

- Дам, - я любовно огладила скалочку, - еще как дам!

Арчи испуганно ойкнул и… притворился мертвым. Качественно так притворился. В театральной позе на полу замерла дохлая серо-полосатая тушка, а рядом болталось зеленоватое привидение.

Ну, серьезно, а?..

Кот испуганно вытаращился на меня, видно, наконец, вспомнив с кем имеет дело, “бумкнул” лапкой по лбу и вернулся обратно, просить прощения и мириться.

Вот только с котом я еще не скандалила в своей недолгой двадцатичетырехлетней жизни. Тьфу, ты! Слово длиннее, чем та самая жизнь.

На выход я собиралась долго и тщательно. Несколько раз проверила охранные заклинания по периметру таверны. Переоделась. Еще раз напомнила Филу и Таше, что нельзя снимать обережные амулеты, которые я для них сделала. Вновь переоделась. А после… направилась в храм.

Святилище Арамора - бога Тьмы и Смерти, находилось там же на площади Грев, напротив храма его сестры Иланны.

В храме Пресветлой богини службы всегда проходили утром и сейчас его двери уже были закрыты. Здесь же, в обители скорби, приюте обиды и мести, жрецы начинали отправлять вечернюю службу на закате.

Надо ли говорить, что я опаздывала.

Герцога аль Лавамини я нашла не сразу. Хотя людей в храме почти не было - может десяток от силы. Но разглядеть надменного аристократа в сутулом высокопаром мужчине, склонившим седую голову перед алтарем, было сложно.

Я осторожно присела рядом с мужчиной на скамью, сама поднимая голову и глядя на красивую статую темного божества.

- Никогда не был особенно религиозен, - усмехнулся пожилой герцог. - Война, знаете, не располагает к мыслям о праведности и благочестии.

Я пожала плечами.

- Вряд ли в нашем мире имеют значение мысли, вот поступки - другое дело.

- О да, мне ли не знать… - соглашается герцог. - Знаете, на несколько дней в город приезжал святой отец Климент, святая Длань Иланны… Говорят, в наши дни он единственный, кому лично отвечает богиня. Вчера он навестил мою Эми…

- Не помогло?

- Нет, - покачал головой Шарль. - А вам, госпожа Мелисса, есть что сказать потерявшему надежду старому человеку?

- Да… Я помогу вам. На тех условиях о которых вы говорили. Оплата и… Амулет. И еще вот это.

На моей ладони возникает непроницаемый черный шарик. Он неторопливо вращается вокруг своей оси.

- Что это? - хмурит брови аристократ.

- Клятва Смерти. И гарантия того, что вы выполните свою часть договора.

Глаза герцога прищуриваются. Они давно потеряли свой цвет из когда-то голубых став почти бесцветными. Слишком много они видели горя и страданий. В том числе тех, которые он сам принес в этот мир.

Жду, что он сейчас откажется. Встанет и уйдет.

Но мужчина уверенно протягивает руку, зажимает в руке черный шарик заклинания и четко произносит:

- Я, герцог Шарль Бернард аль Лавамини, клянусь жизнью, что за спасение жизни моей внучки Эми отдам Мелиссе Леро оговоренную плату в сто тысяч золотых и Амулет желаний, полученный мной в Суомской пустыне.

Тихий треск сопровождает сложнейшее заклинание пятого уровня. Вокруг нас колеблются ночные тени, которые густеют как древесная смола. Обхватывают тело герцога и растворяются в нем.

Вижу это лишь я.

Я откидываюсь на скамейку, поднимаю голову к статуе Арамора. Что ж, хотя бы за это можно не волноваться.

Клятва принята.

- Надо же, - пробормотал Шарль, все еще глядя на свои ладони. - Я ожидал, что вы потребуете такую клятву… Но думал, что это будет как-то ощущаться.

Я только хмыкнула под нос. О, нет, такие заклинания работают совсем не так как боевые. Здесь не будет спецэффектов, вспышек, грома или наползающих из угла теней. Но если что-то пойдет не так…

- У вас есть кто-нибудь на примете? - задала я вопрос, выдергивая аристократа из меланхолии по поводу принесенной клятвы. - Желательно того же пола и возраста.

- Что? - герцог недоуменно вскинулся, все еще мыслями витая где-то далеко

- Тело для перехода, - терпеливо пояснила я. - Нужно…

- Да-да, - наконец сообразил Шарль, - либо находящееся в коме, либо умершее не позднее, чем три часа назад и без несовместимых с жизнью повреждений.

- Откуда такие познания? - я бросила любопытный взгляд на герцога. - Не каждый магистр первого ранга в курсе, что нужно для такого заклинания.

- Мой внук Ришар общается с господином Холландом.

- Оскар Холланд? Он же глава Темного круга Марриды, - сообразила я, - И тоже архимаг, как и я. Почему вы ему не предложили сделку?

Шарль Лавамини поджал губы и я поняла: предлагали. И очень даже просили. Хм, неужели Холланда не заинтересовал такой раритет, как Амулет Желаний?...

С другой стороны, я его тоже могла понять. Помимо того, что это незаконно… Нельзя было предсказать сработает ли переход вообще. И это помимо того, что это заклинание полностью опустошит магический резерв. И не просто полностью, а даже в минус. То есть скорее всего придется пожертвовать несколькими годами жизни…

В моем случае, надежда освободиться от рабства у Арамора была важнее парочки лет. И совсем другое дело, когда ты уважаемый архимаг и весьма любишь все прелести жизни.

- Да, у нас есть… кандидатура. Мы, конечно, не знали, согласитесь вы или нет… Когда Ришар сказал, что это впринципе возможно сделать, я даже не сразу поверил. Но, да.. есть. Экипаж ждет за углом, идите за мной.

Из храма мы вышли молча, я набросила на голову капюшон плаща, скрывая лицо в тени. Так же, как шла сюда. Поздним вечером это смотрелось естественно и не привлекало внимания. Мало ли, почему девушка, которая пришла в храм Арамора, не хочет показывать лицо.

Возможно просто зашла погрустить и вспомнить умерших родных. А может захотела помолиться темному богу за упокой души изменщика-мужа. Так сказать: Бог простит, а я - нет. Хотя Арамор тоже вряд ли. Скорее уж бог Тьмы с радостью примет грешника в Ад, а мелкие демоны-фоссы организуют занимательную экскурсию по всем его кругам.

За углом действительно ждала карета. Самая простая, без герба, вензелей или других опознавательных знаков, запряженная двойкой черных лошадей.

Двадцать минут поездки привели нас в один из беднейших районов Тирона. Здесь жили в основном нищие, вдовы, калеки-ветераны войны, находилось несколько работных домов и ночлежек.

Собственно, дом к которому мы подъехали, ничем не отличался от десятка таких же. Старый, покрытый облупившейся краской, с покосившейся трубой и явно текущей крышей.

Я мельком взглянула на герцога.

Хм, надеюсь, он не собирается предложить убить ребенка какого-нибудь бедняка?.. Поскольку после этого предложения мы явно разойдемся и больше не увидимся. А вдобавок старый Шарль получит еще и от меня какое-нибудь миленькое темненькое проклятьице.

В темной узкой прихожей нас встретил запах жареной селедки, которым обычно были пропитаны жилища бедняков. Казалось, он въелся в стены, мебель, грязные желтые обои. И сколько не проветривай, от него не избавишься.

А еще там обнаружилась маленькая и какая-то серая женщина. Она зябко куталась в рваную вытертую шаль, а за ее юбкой прятались два ребенка лет шести-семи. Кивком указав на соседнюю комнату, женщина прошла вперед, открывая двери.

Девочка, лежащая на кровати, была чуть старше Эми, года четыре на вид. Ребенок даже на первый взгляд находился в очень давней и глубокой коме. Присев на скрипучую кровать, которая тут же прогнулась под моим весом, я взяла малышку за руку, направляя магию в ее тело, считывая жизненные потоки. Пусто... Она была словно высохший колодец.

- Что произошло с вашей девочкой?

- Диверсионная шаккарская группа, - вместо женщины пояснил герцог. - Помните тот взрыв на рыбном рынке полгода назад?

- Ида с бабушкой были как раз там, - тихо прошелестела женщина. - Моя мать не выжила, а Ида… уже почти полгода она лежит. Мы все так устали, госпожа. И она тоже…

Полгода… Это очень-очень много… Будь у родителей деньги, очень большие деньги, и связи в магическом мире, в первые три дня Иду можно было легко исцелить. Спустя месяц вернуть душу в это тело уже было сложно, спустя полгода - невозможно. Только ждать, пока девочка окончательно угаснет.

- Семья получит… компенсацию, - проговорил герцог. - Десять тысяч золотом.

- Добавьте от моего гонорара еще десять, - кивнула я и поднялась, оборачиваясь к мужчине. - Хорошо, не будем откладывать. Я проведу Ритуал сегодня.