Попаданка для принца или Жена из пророчества 2.

Глава 1. О том, что быть духом не так уж весело

Я была уверена, что умерла. Корона каменной девы прикончила меня, превратив в камень, а моя душа вознеслась к небесам.

Только небеса подозрительно напоминали Северный замок. Если моя загробная жизнь выглядит вот так, то я в аду.

Сначала я поднималась ввысь, но длилось это недолго. Первый же сквозняк понес меня в сторону, прямиком на стену. Я пыталась затормозить, отчаянно размахивая руками. Но вот беда – у меня не было рук! Я стало чем-то вроде дыма или тумана, наделенного человеческим сознанием.

Стена приближалась, и я зажмурилась. Не спрашивайте, каким образом. Глаз-то у меня тоже нет. Но я захотела перестать видеть и перестала.

Я ожидала удара, но вместо этого ощутила мягкое касание и дрожь. «Открыла глаза» и поняла, что прошла сквозь стену. Похоже, сбылась моя фантазия, я все-таки стала призраком Северного замка.

Снова подул ветерок, и меня понеслось в другую сторону. Нет, так дело не пойдет. Этак любой сквозняк, а их в замке немало, будет болтать меня, как то самое в проруби. Надо брать дело в свои руки. Которых у меня нет…

Я сосредоточилась на управлении собственным телом, ну или тем, что от него осталось. Это оказалось не так-то просто. Как там говорится, рожденный ползать летать не может. А я вот полетела и пока не понимала, как с этим быть.

Очень быстро я осознала, что физические действия бесполезны. Я все еще мыслила категориями человеческого тела – руки, ноги, глаза, рот. Но по факту ничего этого у меня уже нет.

Я не могла упираться ногами, не могла махать руками, крутить головой. Зато теперь я спокойно проходила сквозь стены, видела на триста шестьдесят градусов вокруг и, судя по всему, оставалась невидимой для других.

По крайней мере, когда я столкнулась в одном из коридоров с вампалом, он никак не отреагировал на мое появление. Хотя я кричала ему, что есть силы. Похоже, я еще и голоса лишена. Прекрасно.

Но как же управлять своим передвижением, не имея туловища? Силой мысли! Это была отличная догадка, и я сразу бросилась ее проверять.

На обучение новым возможностям ушло много сил и времени. Я бы покрылась испариной от усердия, будь у меня сальные железы. Аж голова разболелась, которой у меня нет.

Я начала с того, что выбрала направление. Налево. И упорно пыталась его придерживаться. Получилось далеко не сразу. Стопятьсот бесплотных попыток, а потом – бац! – и я свернула.

Аж не сразу поверилось, что я это сделала. Вдруг опять сквозняк виноват. Тогда я решала повернуть направо. И сделала это! Вошла на крутом вираже в правое ответвление коридора.

Налево, направо, налево, направо, направо, назад, стоп и снова вперед – я вовсю тренировала новый навык. С ума сойти, какое это счастье – снова управлять собой!

— Фух, — я зависла посреди очередного коридора ближе к потолку. — И что теперь?

Замечательно, что я снова могу передвигаться по собственному желанию, но я бы предпочла вернуть свое тело. Как-то привыкла я к нему за восемнадцать лет…

Теперь я могу сбежать из замка. Никто меня не остановит, даже стены. Но что толку? Куда мне такое податься? Нет, проблемы с возвращением тело надо решать здесь. Иначе так и останусь навсегда неизвестно чем.

Я не понимала, что со мной стряслось, но точно знала, кто в курсе. Разумеется, Тьер. Это он во всем виноват. Вот пусть и вернет все, как было. Быть призраком мне категорически не понравилось.

Я отправилась на поиски Тьера. Пока сквозняк носил меня туда-сюда, а потом уже я сама летала без цели, меня занесло непонятно куда. В этой части замка я еще не бывала.

Представлю, что я в лабиринте. Где-то читала о трюке – чтобы выйти из лабиринта, нужно все время сворачивать направо. Вот сейчас и проверим, как это работает.

Я полетела вперед. На каждой развилке упрямо сворачивала вправо. Еще и еще. Пока очередной коридор не привел меня к склепу с разбитой каменной девой. А вот это уже знакомо. Несколько раз я уже выбиралась отсюда, осталось вспомнить дорогу.

Моя топографическая память оказалась не так плоха. Вскоре мне удалось добраться до коридора с окнами на улицу.

Но здесь возникла проблема – слишком сильный ветер. Он все порывался выдуть меня в окно. Я буквально боролась со стихией. Ветер не просто сносил в сторону, он едва не развеял меня. До чего же тяжко быть призраком…

Но я не сдавалась. Собирала себя снова и снова из разрозненных кусочков, разметенных ветров. В итоге мне удалось преодолеть галерею, и я выдохнула с облегчением.

— Эй, — послышался голос, — высочество, ты где?

Я узнала говорящего по тому, как он гнусавил. Это пожиратель снов. Из-за длинного носа он говорит так, словно у него вечный гайморит. Как тот переводчик иностранных фильмов в советское время.

— Я здесь! — устремилась на голос с надеждой в сердце.

Вот она я! Найдите меня! И вообще – спасите, помогите! Хулиганы тела лишили.

Цели достигла быстро. Все потому, что летела напрямик. Это когда ты осязаемый надо думать о стенах, обходить их и все такое. А когда ты бесплотный дух можно лететь прямо сквозь них. Хоть какой-то плюс в моем состоянии.

Добравшись до пожирателя, я зависла над ним и всячески пыталась привлечь его внимание. Но так же, как с вампалом, это не сработало. Мои крики, зависания прямо перед носом пожирателя ничего не дали.

А когда он прошел сквозь меня и даже не поморщился, я поняла – дело швах. Меня не видят и не слышат. И что теперь?

Вспомнился один из любимых старых фильмов «Привидение». Там главный герой-призрак научился двигать предметы, чтобы показать живым, что он рядом. Может, и мне попробовать?

В коридоре не было ничего подходящего, и я полетела вслед за пожирателем. Теперь, когда я управляла своими передвижениями, я отчаянно боялась остаться снова одна.

Как оказалось, это было правильное решение. Пожиратель привел меня прямиком к Тьеру. Ох, как я обрадовалась, увидев принца. Сейчас я ему выскажу все, что о нем думаю. И пусть только попробует не услышать!

Тьер проклят. Вот еще одно тому подтверждение – стоило встретиться ту самую девушку и сделать ей предложение, как она растворилась в воздухе. В прямом смысле этого слова! Наверное, ему на роду написан запрет любить.

Тьер попробовал это новое слово на вкус. Любовь. Рядом с именем Алитее оно вызывало дрожь в теле. В то время как с именем Этлина оно порождало лишь тоску. Вот еще одно доказательство, что выбор сделан верно.

А ведь он всегда мечтал обрести такое же счастье в браке, какое было у его родителей. Именно их совместная жизнь служила ему примером. Но, видимо, не судьба.

Все, что Тьера сейчас волновало – это спасение Алитеи. Будет она с ним или нет, а ее необходимо найти.

Со слов амфиптера Тьер понял, что Алитея не знает о своем Даре, а значит, управлять им не умеет. Это ужасно, просто катастрофа. Сама она не сможет вернуть осязаемую форму. Если упустить момент, то она рискует остаться духом навсегда.

— Обыщите весь замок, но найдите принцессу, — приказал Тьер собравшейся на коронации нечисти. — Тому, кто ее отыщет, обещаю свежую тушу оленя.

Вампалы облизнулись, вурдалак и тот заинтересовался, даже упыри забыли о паутине. Один лишь пожиратель снов был равнодушен к подобным угощениям, но и он отправился на поиски.

Амфиптер, Джем и Тьер рассредоточились и тоже искали Алитею. Тьер лично обошел половину замка, что было нелегко, ведь тот огромен. Но нигде он не встретил ни намека на присутствие девушки.

В голову лезли пугающие мысли. Он гнал их прочь, но они возвращались с настойчивостью преследователя.

Что если ее унесло прочь из замка? Она может быть уже так далеко, что за ней не угнаться. Что если она вовсе погибла? Никогда и нигде больше не будет девушки по имени Алитея. Тьер больше не посмотрит в ее глаза, не возьмет за руку, не коснется губ в поцелуе.

И это никак не исправить. Никакими силами не вернуть ее обратно. Невыносимо думать о таком! Это нельзя принять. Невозможно смириться. Это так больно, что хочется кричать.

Тьер уперся руками в стену и согнулся пополам. Отдышавшись, упрямо тряхнул головой. Нельзя позволять панике овладеть собой. Сколько он уже ищет Алитею? Прошло несколько часов, а то и больше. Возможно, она уже вернулась сама или ее нашел кто-то другой, пока он бродил по замку. Надо идти в свои покои – место общего сбора и узнать, как дела у других.

Именно так Тьер и поступил. Быстрым шагом направился к себе и был на месте минут через десять. У дверей его покоев уже собралась нечисть.

Вампалы лежали на полу, высунув языки. Набегались, бедные. Вурдалак, прислонившись к стене, из последних сил обмахивался веером. Упыри и те притихли от усталости.

— Есть новости? Вы ее нашли? — спросил Тьер. И все дружно покачали головами в ответ. — Хотя бы ее следы?

— Ее нигде нет, — развел руками вурдалак, ответив за всех. — Но может, это и к лучшему. Она была грубиянкой.

— Еще одно слово, и я за себя не отвечаю, — пригрозил Тьер, и вурдалак спрятался за веером.

Среди вернувшихся ни с чем не было Джема и амфиптера. Возможно, им повезло больше. Надо просто дождаться их. Тьер открыл дверь и пропустил нечисть в свои покои.

Что еще он может сделать? Чувствовать свое бессилие было ужасно…

Ничего нет хуже ожидания. Это пытка. Самый жестокий монстр, которого только можно вообразить. По сотни раз за минуту ожидание дарует и отнимает надежду.

Слышатся шорох в коридоре – вдруг это она? Сердце замирает, грудь сдавливает мучительным обручем веры. Но шорох затихает, никто не входит, надежда погибает, и становится только хуже. И так повторяется из раза в раз.

Ожидание – это садист. Оно мучает свою жертву и наслаждается ее страданиями. Когда ты просто ждешь, ты бессилен. У тебя нет власти. Ожидание – это слабость, а Тьер ненавидит быть слабым.

Ждать было невыносимо, и Тьер принялся расхаживать по комнате. Он не мог усидеть на одном месте. Проходя мимо зеркала, он поймал свое отражение. Всклоченный, бледный, с сумасшедшим блеском в глазах. А ведь Алитея пропала всего несколько часов назад. Что будет дальше? Долго Тьер не вынесет муку неизвестности.

Он уже собрался отвернуться от зеркала, когда заметил, что оно запотело в углу, как будто от чьего-то дыхания. Но он стоял на приличном расстоянии, а больше рядом никого нет.

Он шагнул ближе к зеркалу, пригляделся, но ничего не заметил. Наверное, ему почудилось. Мерещится всякое от усталости. Все-таки уже скоро рассвет, а он всю ночь провел в поисках.

Наконец, дверь открылась. Первым вернулся Джем.

— Ну что? — спросил Тьер.

Младший брат лишь развел руками. Ничего, опять ничего… Он не нашел ни Алитею, ни ее следы.

Остался один амфиптерий. Тот пришел через пару минут после Джема и тоже без новостей. Дракончик выглядел плохо. Даже хуже Тьера. Голова поникла, перья растрепались. Похоже, он долго летал и устал настолько, что уже не мог подняться в воздух.

Он искренне переживал за Алитею. Возможно, потому, что считал себя виновным в произошедшем. Это его Дар превратил девушку в духа.

Амфиптерий, волоча крылья за собой по полу, поковылял к камину. По пути ему попадалась нечисть. Проходя мимо каждого, он вяло здоровался:

— Здравствуй, вурдалак. Мое почтение, вампалы. Рад тебя видеть, пожиратель снов. Приветствую, Алитея. Здорово, упыри.

Тьер слушал его в полуха, но в какой-то момент вздрогнул. Он не ослышался? Амфиптерий действительно поздоровался с Алитеей?

Дракончик уже почти добрался до камина, когда вдруг замер. Кажется, до него того же дошло. Медленно повернув голову, он посмотрел на пустое место и осторожно произнес:

— Алитея?

— Ты ее видишь? — прошептал Тьер, опасаясь спугнуть удачу.

Дракончик осторожно кивнул.

— Естественно, это же твой Дар, — догадался Тьер. — Кому, как ни тебе общаться с ней.

Он посмотрел на пустое место, где по заверениям амфиптерия находилась Алитея, а точнее ее дух.

— Я помогу тебе, — заверил он девушку. — Ничего не бойся.

Глава 2. О том, как важны прикосновения

Я была в полном отчаянии. В комнате, набитой нечистью, никто меня не видел! Я подлетала к каждому и пыталась привлечь его внимание – без толку.

Не отреагировали даже вампалы. А ведь собаки должны чувствовать загробный мир. Или призраков видят только кошки?

Один раз почти получилось написать послание Тьеру на зеркале, но оно исчезло раньше, чем он его разобрал. А на повторное послание уже не было сил. Попробуй, подыши на зеркало так, чтобы оно запотело, когда ты всего-навсего дух.

Тогда я переключилась на предметы. Выбрала себе графин на столе – он стоял на самом видном месте, и пыталась его сдвинуть. Может, хоть так подам знак – ау, я здесь!

Но это вам не на зеркало дышать, здесь все намного сложнее. После сотни попыток графин так и не шелохнулся, и я приуныла.

Впрочем, устала не я одна. Все выглядели измученными. Похоже, они сбились с ног, разыскивая меня. Приятно, что обо мне так волнуются. Вся нечисть объединилась ради моих поисков. Но печально, что все это напрасно.

Устав от бесполезных попыток подать знак, я зависла посреди комнаты. Неужели это все? Буду до конца дней своих летать рядом с Тьером, наблюдая за его жизнью, а он даже не узнает, что я рядом.

И когда, собственно, закончатся мои дни? Ведь если хорошенько подумать, то они уже в каком-то смысле закончились…

Я окончательно пала духом. Именно в этот момент появился Амфи. Он тоже искал меня и вернулся последним.

Замученный Амфи прополз к камину, бормоча себе под нос приветствия:

— Здравствуй, вурдалак. Мое почтение, вампалы. Рад тебя видеть, пожиратель снов. Приветствую, Алитея.

— Привет, Амфи, — на автомате ответила я.

А дальше была немая сцена. Я смотрела на Амфи, он смотрел на меня. Да-да, именно на меня, а не сквозь меня, как все остальные. Я боялась пошевельнуться, чтобы не спугнуть удачу. Это же чудо какое-то! Расцелую пернатого! Как только смогу…

— Ты ее видишь? — спросил Тьер.

— Ты меня видишь? — вместе с ним задала я вопрос.

Амфи осторожно кивнул, отвечая одновременно нам обоим.

Реакция и у Тьера, и у меня была бурная. Он подскочил с кресла и принялся озираться, словно надеялся, что вот-вот сам меня увидит.

Я же, не сдержав эмоции, облетела комнату по кругу. Еху! Меня видят и слышат. Какое же это счастье! Никогда не думала, что буду радоваться таким простым вещам. Но несколько часов в образе бесплотного духа и отсутствие общения едва не свели меня с ума.

Я резко остановилась. Все потому, что услышала слова Тьера. Он говорил о моем Даре. От старшей сестры Эли, которая попала в чужой мир раньше меня, я знала, что здесь люди обладают магией, получив ее в Дар или забрав силой у магических существ.

Я точно ни у кого ничего не забирала. Я бы запомнила. Выходит, кто-то наделил меня Даром, а я не заметила? Это могло случиться только в момент моего попадания, детали которого я не помню. Похоже, оно было насыщенно событиями. Я встретила незнакомку и поругалась с ней, получила магический Дар и благополучно обо всем забыла. Вот дела.

— Немедленно верните все, как было! — потребовала я. — Я хочу снова стать человеком из плоти и крови.

— Что она говорит? — Тьер догадался, что я не молчу. Знает меня.

— Ругается, — коротко перевел Амфи.

Я возмущенно фыркнула:

— Будь добр, повтори принцу дословно: это все ты виноват, подлец! Напугал меня до… до того, что я потеряла тело, — а дальше я добавила несколько непечатных слов. Все потому, что нервы окончательно сдали. Я – девочка, я хочу на ручки, а не вот это все.

Амфи молчал, не торопясь озвучивать мои слова Тьеру, и тот не выдержал:

— Ну же, что она сказала?

— Я отказываюсь это повторять, — заявил Амфи. — Воспитание не позволяет.

— Где она сейчас? — Тьер покрутил головой.

— Вон там, — Амфи махнул крылом в направлении меня.

Все тут же повернулись в мою сторону. Ближайший ко мне вампал недоверчиво обнюхал пол и фыркнул.

— Чем пахнет? — спросил у него Джем.

— Рым! — рявкнул вампал.

— Говорит, что дымом, — перевел Джем.

Я принюхалась сама и, конечно, ничего не ощутила. Ведь у меня нет носа! Зато я вспомнила, что замечала запах дыма прежде. Он преследовал меня последние дни. И пахло именно от меня, теперь я в этом уверена. Похоже, это как-то связано с Даром.

Так себе Дар мне достался, если честно. Эля вон людей лечит, у Яси тоже наверняка что-то классное, а я – Каспер, дружелюбное приведение. Что за несправедливость? Почему младшим вечно остаются какие-то обноски?

— Алитея, я сделаю все, чтобы ты вернулась в прежнюю форму, — сказал Тьер, глядя, как он думал на меня. На самом деле, конечно, мимо.

Почему-то именно это меня добило, и я всхлипнула. Вот и все, окончательно расклеилась.

Но в то же время появилась надежда. Я, по крайней мере, не одна. Меня видит и слышит хотя бы Амфи. А значит, не все потеряно.

— Это твой Дар, — обратился Тьер к Амфи. — Рассказывай, как им управлять. Что Алитея должна сделать, чтобы вернуться в осязаемую форму?

— По идее ей достаточно просто это захотеть, — пожал Амфи крыльями.

— Я хочу! Очень хочу! — заверила. — Но ничего не выходит…

— Тебе надо сосредоточиться, — посоветовал Амфи.

Я едва сдержалась, чтобы не запулить в него подушкой с кресла. Ладно, я не могла это сделать, так как проходила сквозь предметы. Но очень хотела!

Как будто я не пыталась вернуть себе тело. Да я только этим и занимаюсь. Только об этом и думаю. Но все впустую. Я чувствовала, что начинаю терять связь с реальным миром. Забываю, что такое тактильные ощущения.

Признаться, меня это пугало. Чем дольше я задержусь в подобном состоянии, тем сложнее будет вернуться. А что если вовсе не выйдет? Нет, я даже думать об этом не стану. У меня все обязательно получится.

Следующий час все наперебой предлагали свои варианты, как мне вернуться. Я чувствовала себя умирающим пациентом, ради спасения которого собрался консилиум докторов.

Вот только в лекари мне достались не признанные светила мировой медицины, а шайка нечисти. Так что и версии помощи были соответствующие.

Первым высказался представитель упырей:

— Ыда, — облизнулся он.

С ума сойти, они меня даже не видят, а все равно хотят сожрать! Вот это аппетит.

Но Джем пояснил:

— Упыри предлагают Але как следует проголодаться и подумать о еде. Быть может, ради пропитания и выживания к ней вернется физическое тело.

Хм, а что, в этом есть смысл. Если переключиться внимание на физические потребности, то может смогу вернуть себе тело. Что у меня там с голодом?

Я прислушалась к себе и ощутила… ничего. Нет у меня голода. Если нет желудка, откуда взяться бурчанию в нем?

Я покачала головой и сказала Амфи:

— Не помогает. Нужно что-то другое.

Амфи передал мои слова и все снова задумались.

— Может, ей поспать? Отдохнет и все наладится, — предложил пожиратель снов.

— Ты только о сне и думаешь! — обвинил его вурдалак.

— Так я только им и питаюсь. Сон – важная часть моей жизни, особенно чужой, — обиженно засопел пожиратель. — Я же молчу о том, что ты дни напролет проводишь возле зеркала, в котором даже не отражаешься.

— Чтоб ты понимал, носатый! — всхлипнул вурдалак. — У меня моральная травма…

— А у нас у всех как будто нет, — буркнул пожиратель.

Нашли время ссориться. У кого здесь моральная травма прямо сейчас, так это у меня. Но я же невидимая, обо мне можно забыть.

— Хватит! — хлопнул Тьер ладонью по столу. — Мы здесь собрались ради Алитеи, разбираться между собой будете после того, как мы ее спасем.

Хоть кто-то обо мне помнит! Отрадно. Жаль, толку от этого чуть. Ни одной дельной идея. Вампилы вовсе посоветовали поиграть. Каждый предлагал ровно то, что было интересно ему самому, но мне это никак не помогало.

Когда очередь дошла до вурдалака, я уже не ожидала ничего хорошего. Что взять с бывшего щеголя, помешанного на своей внешности? То-то и оно.

— Телу нужны прикосновения, — вздохнул вурдалак и закатил глаза. Надо сказать, мечтательное выражение на его жутком лице смотрелось странно. Влюбленный маньяк убийца – вот так я бы его описала. — Тело жаждет физических ласк.

Хм, а вурдалак не так уж бесполезен. А еще он настоящий романтик, кто бы подумал.

— К чему ты клонишь? — нахмурился Тьер.

— Кто-то должен помочь Алитее вернуть ощущения тела. Ей надо вспомнить, каково это – прикасаться.

Все посмотрели на меня. Точнее на пустое место, где, как они думали, была я (на самом деле я была немного правее, но это такие мелочи).

— Я готов, — выступил вперед пожиратель. — Пусть трогает меня.

— Н-нет, — вмешался Джем. — Это должен быть Тьер. Его п-прикосновения важнее.

Впервые после превращения в призрака я ощутила что-то вроде фантомного тела. А именно мурашки по коже, которой у меня нет.

Это все слова о прикосновении Тьера на меня так повлияли. Стоило только представить, что принц дотрагивается до меня и… Вот опять! Те самые фантомные мурашки. Похоже, мы на верном пути.

Тьер поднялся с кресла и шагнул ко мне.

— Правее, — поправил его Амфи.

— Так? — уточнил Тьер, вставая напротив меня.

— Примерно, — кивнул пернатый.

— Алитея, — Тьер протянул руки ладонями вверх, — попробуй коснуться меня.

Непростую он поставил передо мной задачу. Чем прикасаться, у меня и рук-то нет. Пока я размышляла над этим вопросом, вурдалак томно вздохнул:

— Ох, как это мило…

И сбил меня с настроя, о чем я тут же сообщила Амфи, а он – остальным.

— Всем выйти из комнаты, — скомандовал Тьер. — Нам с Алитеей надо остаться наедине.

Повздыхав, все потянулись к двери в коридор. И лишь когда все ушли, Тьер снова протянул ко мне руки.

Вот оно. Сейчас или никогда. Или я верну себе тело, или останусь духом навечно.

Тьер снова поднял руки и повторил:

— Прикоснись ко мне.

Прозвучало почти как мольба, и я сделала все, чтобы наш контакт состоялся. Но увы, не вышло. Мои «руки» прошли сквозь ладони Тьера.

И все-таки он это почувствовал – мое «неприкосновение». Сжал пальцы в кулак в попытке меня удержать, но тщетно. Тьер поймал лишь пустоту. Его губы разочаровано дрогнули, но он тут же упрямо их сжал, скрывая от меня слабость.

А меня охватила злость. Не на Тьера, на себя саму. Чего это я расклеилась, да еще плакать вздумала. Я вообще не такая!

Как там у классика? Кто я – тварь дрожащая или буду бороться? Я опять ударила Тьера по ладоням и снова прошла сквозь них легко, как пресловутый горячий нож сквозь масло. Но это меня не остановило, я повторила все сначала. Снова и снова.

Будь у меня зубы, я бы их стиснула от усердия. Будь у меня глаза, на них бы навернулись злые слезы. Будь у меня ноги, я бы гневно топнула. Но у меня была только пустота! И это выводило из себя.

Тьер понял мое состояние. Не видя меня и не слыша, он все равно догадался, как мне сложно. Чтобы успокоить меня, он заговорил. Его голос звучал ровно, лишь легкая дрожь в нем выдавала волнение, которое он пытался тщательно скрыть.

— Знаешь, чего бы я хотел? — спросил он. — Снова увидеть тебя. Но даже если этого никогда не произойдет, мне хватит памяти о нашей первой встречи. Я помню твои яркие волосы. В первый миг мне показалось, что это солнце заглянуло в склеп, чтобы осветить мою мрачную жизнь. А еще я хочу услышать твой голос. Он похож на перезвон колокольчиков. Такой же нежный и звонкий. Но больше всего на свете я хочу коснуться тебя. Снова ощутить тепло твоей кожи. Мне бы хватило просто держать тебя за руку. Я бы никогда не разжал пальцы и не отпустил тебя.

Тьер говорил и говорил. Каждое его слово било точно в цель – прямо в мое сердце. Я слушала его, и во мне зарождалось что-то горячее, трепетное, нежное. Ни один мужчина никогда не признавался мне ни в чем подобном.

— Каждый раз, когда я думаю, о тебе, мое сердце колотится как безумное, — произнес Тьер. — Разве ты не слышишь? Приложи ладонь, — предложил он.

Я, как завороженная, потянулась к его груди, где-то, под ребрами билось его сердце. Тьеру удалось загипнотизировать меня своей речью. Я отрешилась от всего. Даже оттого, что у меня нет рук, и я не могу прикоснуться…

И – о, чудо! – стоило забыть об этом, как я смогла. Моя ладонь легла на грудь Тьера. Пока еще прозрачная, нечеткая, готовая вот-вот снова раствориться, но все же осязаемая.

Тьер тихо выдохнул и накрыл мою руку своей. Надавил сверху, прижимая к себе, и я ощутила их – нервные толчки прямо в ладонь. Каждый удар отдавался в моем теле трепетом и возвращал меня к жизни.

— Я чувствую тебя, — Тьер сжал мою ладонь пальцами и буквально выдернул меня из мира духов в мир плоти и крови.

Словно поспевающий фрукт я налилась соком. И все благодаря Тьеру. Не знаю, как он это сделал, но именно его слова вернули меня.

Мне так отчаянно захотелось его коснуться, что я не могла не сделать этого. И вот результат.

— Теперь я вижу тебя… — выдохнул Тьер.

А я с ужасом осознала, что стою перед ним обнаженная. Единственное, что кое-как прикрывает мою наготу – это волосы. Спасибо русалке, они теперь достаточно длинные.

Ох, до чего неловко получилось. Я совсем забыла о… платье! Сама-то я материализовалась, а вот оно осталось где-то там, в мире духов. Быть ему теперь призраком. Летать по коридорам и кидаться на девушек, завывая: «Надеть меня».

— Снова меня раздеваешь, — усмехнулся Тьер, стянул с себя длинную теплую накидку и надел на меня.

Я тут же запахнула ее на груди. Так намного лучше. А то я от неловкости была готова провалиться под замок.

Но какая выдержка у принца, поистине королевская. Ему безумно хотелось посмотреть, но он так и не опустил взгляд, глядя исключительно мне в глаза.

Но на это его терпение закончилось. Не стерпев, он подался вперед, обхватил мое лицо ладонями и прижался своими губами к моим. Так сильно, что у меня аж зубы заныли. Но у меня и в мыслях не было его остановить. Мы оба отчаянно нуждались в тактильных ощущениях.

Какое счастье снова чувствовать! Ощущать жадное прикосновение губ, шелк рубашки под пальцами, в которую я вцепилась, чтобы не упасть. Каждое касание как удар током для моих рецепторов. Кожа горит, во рту плавится вкус Тьера, и у меня невольно вырывается стон наслаждения.

Никогда-никогда я не хочу снова быть призраком. Но еще меньше я не хочу быть обманщицей. Целовать Тьера и врать ему – вещи несовместимые. Пора это прекратить.

Я уперлась ладонями в грудь Тьера и протестующе замычала. Он тут же отстранился.

— Прости, я был слишком настойчив, — извинился Тьер.

— Дело не в этом, — качнула я головой. — Мне надо сказать тебе что-то крайне важное.

Я замолчала. Одно дело, представлять, как это будет. Другое, произнести это вслух. Вдруг Тьер не простит? Потерять его я боялась сильнее, чем быть наказанной за ложь и уничтожение каменной девы.

— Говори, — кивнул Тьер, напряженно глядя в мое лицо.

— Я – не каменная дева, — выдохнула и зажмурилась.

Глава 3. О том, что правда лучше лжи… почти всегда

После своих слов я ожидала всего самого худшего. Криков, скандала, обвинений и даже угроз. Именно такой мне представлялась реакция Тьера. Он имел на нее право.

В конце концов, я пусть и не нарочно, но разрушила будущее Северного замка. Отняла у местных последнюю надежду на спасение. Минуты не прошло, чтобы я не корила себя за это. Но что-то исправить не в моих силах.

Вот только реакция Тьера меня удивила. Да что там, она меня поразила! Он ответил самым будничным тоном:

— Я знаю.

Вот так просто. Знаю и все.

Нет, я была в курсе, что он догадывается, но чтобы знал наверняка…

— Откуда? — ахнула я.

— Мне точно известно, как выглядит каменная дева. Я с самого начала это говорил, — произнес он.

Я нахмурилась, припоминая. А ведь точно, первое, что сказал мне Тьер при нашей встрече: «Ты не похожа на каменную деву». Я тогда отшутилась и была уверена, что он поверил.

Выходит, я все это время зря боялась? Не будет никакого страшного наказания? Казнь, тюрьма и прочие ужасы, которые я себе насочиняла, отменяются. Все-таки богатое воображение – зло. Столько всего можно было избежать!

— Тогда, наверное, я должна вернуть тебе это, — я потянулась к брачному обручу на своей шее.

Он предназначался другой. Когда Тьер застегнул его на моей шее, мне это ужасно не понравилось. Я ощутила себя в западне.

Прошло несколько дней, и теперь, снимая обруч, я поняла, что буду по нему скучать. Я привыкла к нему. Хотя нет, вру, я привыкла к статусу невесты Тьера. Вот чего мне на самом деле будет не хватать.

Я протянула обруч Тьеру, и он его забрал. От этого стало еще горше. Где-то глубоко внутри я надеялась, что принц оставит его мне. Но, видимо, я больше не его принцесса. Все тайное вскрылось, пора с этим смириться.

А поцелуй… Что ж, он был хорош, но вряд ли повторится. Роль любовницы не по мне.

Тьер покрутил обруч в руках и произнес:

— Наверное, теперь мой черед рассказать тебе правду, раз уж у нас честный разговор.

Откровений от Тьера я не ожидала, а потому притихла. Что такого он мне расскажет? О нечисти я уже знаю, проклятие и пророчество мне известно. Чем он может меня удивить?

Но по серьезному виду Тьера было очевидно – новость важная. Нервно крутя в руках обруч, он отошел к окну и надолго замолчал, глядя на скалы.

— Говори, — попросила я. — Я все пойму.

Мне казалось, я догадалась, о чем пойдет речь. Тьер подбирает слова, как повежливее указать мне на дверь. Мол, барышня, выход там. Раз ты не каменная дева, то зачем ты мне нужна.

Я нервничала и кусала губы, но понимала, что Тьер в своем праве. Между нами не было ничего такого, чего нельзя перечеркнуть и забыть.

Но, похоже, я совершенно не умею предугадывать поведение и слова принца Севера. Ведь он заговорил совершенно о другом.

— Ты уже спрашивала однажды, почему все в замке превратились в нечисть, даже мой младший брат… а я остался прежним, — произнес он и снова умолк.

— И ты ответил, что твое проклятие у тебя в сердце – застряло осколком, — продолжила я за него. — Но я, признаться, так и не поняла, о каком осколке речь.

Тьер отвернулся от окна и взглянул на меня. Он смотрел встревожено, даже отчаянно. А потом с шумом втянул воздух через сжатые зубы и выпалил:

— Осколок в моем сердце из аманита.

Это прозвучало так, словно должно было что-то мне сказать. Словно это безумно важно. Новость года как минимум. Сенсация! Скандал!

Но вот незадача – я иномирянка. Признание Тьера, каким бы серьезным оно не было, ничего мне не говорило.

Нет, конечно, я слышала об аманите. Эля про него рассказывала. Вроде это волшебный камень, способный превратить магическое существо в человека. С его помощью жители Зачарованного леса меняют облик и живут среди людей. Но это все, что мне известно.

И хоть убейте, я не понимала, причем тут Тьер и его сердце. Само по себе ужасно, что в нем осколок. Он ведь может его убить! Так какая разница, что это за камень? Или разница все же есть…

Тьер молчал, ожидая моей реакции. Когда ее не последовало, он это понял по-своему.

— Понимаю, это сложно осознать. Тебе не верится. Но аманит не только медленно убивает меня… он еще и меняет меня…

Я тряхнула головой. Так стоп, с этого места, пожалуйста, поподробнее. Если аманит придает магическим существам человеческий облик, а в сердце Тьера навсегда застрял именно этот камень, то я, получается, целовалась… а, собственно, с кем?

Не с мышонком, не с лягушонком, а с неведомой зверушкой – подсказал внутренний голос, противно хихикая.

Похоже, мои приключения только начинаются. Вот и еще одной сказочке нашлось место в моей жизни.

Тьер шагнул ко мне, и я невольно отпрянула. Я пожалела об этом в ту же секунду, как сделала. Все из-за боли, исказившей его лицо. Он истолковал мое поведение, как отказ.

На самом деле, это был шок. Я все никак не могла до конца осознать, в чем Тьер мне только что признался. Я была, как герой известной песни: «Я все поняла – это намек, я все ловлю на лету. Но непонятно, что конкретно ты имеешь в виду?» Одним словом, чувствовала себя полной дурой.

В моих мозгах случился какой-то затык. Я даже о своих проблемах с Даром забыла, а еще том, что на мне только накидка Тьера, а под ней ничего.

Мысли неслись вперед, а потом с разгона врезались в стену, которую никак не могли преодолеть. Причина была банальной – в моей голове не укладывалось, что Тьер не человек. Или не совсем человек, или человек лишь частично. Ааааа! У меня сейчас череп лопнет.

Я схватилась за виски. Мне необходима пауза, а то и правда взорвусь. Я добрела до кресла и повалилась в него, как мешок с картошкой. Никакой грации, не до нее сейчас. У меня тут драма. Трагедия! Сущий кошмар! Я влюбилась не пойми в кого.

«Ох, — я застонала про себя, — я еще и влюбилась. Как так-то? Когда успела? Только я могла так вляпаться».

Как это произошло? Я ведь знакома с Тьером всего несколько дней, и большую часть времени он лишь раздражал меня.

Но сердечные дела – штука сложная. Кто знает, почему мы влюбляемся в тех, кто порой не всегда нам подходит, и игнорируем других.

Надо отдать Тьеру должное – он меня не торопил. Молча и терпеливо ждал, пока я преодолею внутренний кризис.

А я, посидев немного, осторожно подняла на него взгляд. У меня был всего один вопрос, но самый важный. Услышать ответ было страшно, но я все-таки спросила:

— Кто же ты?

— Когда-то у меня были крылья, — вздохнул он.

Зря он начал издалека. У меня фантазия – ого-го! Тьер упомянул крылья, и я мигом такого себе напредставляла. Воображение выдавало сто картинок в секунду, действуя по принципу ассоциативного ряда – нечисть, вампир, летучая мышь, а под конец вовсе Бэтман. Он-то тут причем? Я тряхнула головой.

— Просто скажи это вслух, — попросила я. — Иначе я сойду с ума от догадок.

Тьер судорожно кивнул и выдохнул:

— Я был рожден драконом, Алитея.

Вот и все, он это произнес.

Я откинула голову на спинку кресла и прикрыла глаза. Вряд ли Тьер был кем-то наподобие Амфи. Нет, под драконом он подразумевает огромную рептилию с крыльями.

Тут даже мое воображение дало сбой. Не могу представить Тьера в образе подобного существа.

Это что же, я – зоофилка? Или магическое существо не совсем животное, а скорее оборотень? Ох, сколько вопросов… Но все они меркли перед очевидным фактом – в сердце Тьера осколок медленно, но верно убивающий его. Какая разница из чего он, имеет значение только угроза, которую он представляет.

— Осколок нельзя извлечь? — спросила я, открывая глаза.

Тьер вздрогнул.

— Это все, что тебя интересует? — уточнил он.

— Это все, что по-настоящему важно, — пожала я плечами. — С остальным как-нибудь разберемся.

Я сказала чистую правду. Дракон или нет, а Тьер мне дорог. Я желаю ему только добра и уж точно не готова смириться с его смертью. А все прочее… привыкну. В конце концов, я сама теперь не пойми кто. То ли человек, то ли призрак, то ли дым. Пахнет от меня точно костром.

— Осколок невозможно извлечь, не убив меня, — признался Тьер.

Я замотала головой. Нет, нет, нам этот вариант не подходит. Никаких смертей!

— Мы что-нибудь придумаем, — заверила я. — Найдем безопасный вариант.

— Мы? — осторожно переспросил Тьер.

Он смотрел на меня с недоверием и надеждой. Хотел верить и не смел.

А я просто кивнула в ответ. Да, мы. Я уже по самую макушку увязла в этой истории. Глупо это отрицать.

Я не могу бросить мальчишку, превращенного в тролля. Как он без моей заботы и уроков? Совсем ведь пропадет. И нечисть без меня окончательно отобьется от рук. Замок опять же придет в упадок. Про королевство вовсе молчу, им давно никто не занимается.

Тут нужна твердая женская рука. Моя вполне сгодится.

Тьер шагнул ко мне, опустился на колени, взял мои ладони в свои и произнес:

— Пророчество теперь все равно не исполнить. Каменная дева разбита, и я совру, если скажу, что горюю по ней. А раз так, я могу сам выбирать свою судьбу и девушку, с которой проведу все то время, что мне отмерено. Мы можем быть вместе, Алитея. Если ты того пожелаешь…

— Это предложение? — переспросила я.

— Да, если ты готова стать женой смертельного раненого дракона.

Это было, что называется, предложение века. Не так я себе все представляла в своих девчачьих фантазиях. Как любая девочка, я мечтала о принце на белом коне, который встанет передо мной на одно колено и предложит руку и сердце.

А что имею в итоге. Я провела ревизию. Допустим, принц есть. Самый настоящий. И даже на коленях стоит. Вот с конем вышла накладка. Вместо него целый ворох нечисти, выбирай любого.

Предложение тоже прозвучало. Пусть не совсем идеальное. Сердце-то раненое. Но какая разница, если его обладатель мне дорог?

— Я обязательно придумаю, как извлечь этот осколок, не навредив тебе, — пообещала я.

— Это означает «да»? — уточнил Тьер.

Я застыла. Почему-то было страшно произносить это вслух. Идиллия между нами казалось такой хрупкой, я боялась ее спугнуть.

Зато Тьер не боялся ничего. Не дождавшись ответа, он снова поцеловал меня. Притянул меня к себе, впился в губы, зарываясь пальцами в мои волосы и дрожа от возбуждения.

Я ответила ему стоном и выгнулась навстречу. С телом творилось что-то невообразимое, оно требовало продолжения. Оно пылало и жаждало. Я так хотела этого, что было уже плевать, кто там Тьер на самом деле. Магическое существо? Дракон? Да пусть хоть сам черт!

Все это не имеет значение. Важны лишь его пальцы на моей коже и его губы на моих губах.

Желание перехватывало горло, воздух толчками наполнял легкие, и мы оба дышали тяжело и часто. Но даже это не могло нас остановить.

Не хватает дыхания? Так мы поделимся друг с другом. Тьер пил мои стоны, как изысканное вино. А я глотала его хриплые выдохи, чувствуя, как они наполняют меня, и мечтала, чтобы он тоже… наполнил.

В этом круговороте страсти я почти потеряла связь с реальностью. Но вдруг моя ладонь соскользнула с плеча Тьера на его грудь, и я снова ощутила их – хаотичные толчки его сердца. Тук-тук-тук – быстро, лихорадочно, затем пауза длинной в несколько секунд и снова – тук-тук-тук.

Эта пауза испугала меня до холода вдоль позвоночника и привела в чувства. Я опомнилась. Не хватало еще прикончить Тьера своим поцелуем! Это будет какая-то злая сказка. Обычно в них поцелуем будят красавиц, а я убиваю принцев.

Я дернулась назад. Тьер мигом уловил перемену в моем настроении и остановился.

— Ты права, — хрипло произнес он. — Сделаем все правильно.

— Снова коронация? — ужаснулась я.

— Нет, просто свадьба. Никаких корон. Что скажешь?

И снова я не успела ответить. Все потому, что дверь в коридор распахнулась, и в комнату ввалился Джем. С грохотом упав, он растянулся на полу. А за ним виднелась вся честная компания.

Похоже, они подслушивали, а, может, даже подглядывали через замочную скважину. За это говорили их полусогнутые позы. Но соглядатаи не рассчитали сил, слишком надавили на дверь, и, не выдержав их напора, она распахнулась. Или ее открыла Комната Тьера, чтобы мы были в курсе – за нами следят.

Ух, я разозлилась. Ладно, нечисть, с них что взять, но Амфи-то мог подумать! Все-таки Джем ребенок, а мы тут с Тьером совсем не детскими вещами занимались.

Я уже собралась всех отчитать, как Джем поднял голову и заявил:

— А мне даже нравится быть троллем. Я большой и сильный.

Он слышал наш разговор о том, что проклятие теперь не снять, и пытался нас поддержать. Чудо, а не мальчишка.

— Ды! Ды! Ды! — загавкали вампалы, поддерживая Джема. Мол, им тоже нормально и так.

— Я в целом тоже привык, — пожал плечами пожиратель снов.

— Ыда, — заявили упыри, намекая, что если их хорошо кормить, то они на все согласны.

И только вурдалака печально вздохнул по своей утраченной красоте. Но, что примечательно, скандала закатывать не стал, а это уже немало.

Вот так вся нечисть поддержала выбор Тьера. Я только головой покачала. Если выйду за Тьера, они все станут моей родней. Вот такая у меня будет сумасшедшая семейка. Впрочем, мне не привыкать.

— Ответь уже ему, — буркнул Амфи, имея в виду Тьера. — Сколько еще ему на коленях стоять.

А ведь и правда, спохватилась я. Тьер задал вопрос, но меня все что-то отвлекало. А он так и стоит на коленях перед креслом, где я сижу, и ждет.

Я отвернулась от двери и посмотрела на Тьера. Вдохнула поглубже, а потом произнесла то самое, заветное «да».

Вот только его никто не услышал. Даже Тьер, находящийся ближе всех ко мне. Все потому, что мое «да» потонуло в оглушительном грохоте.

БУХ! – донеслось откуда-то с первого этажа замка, и все стены замка разом содрогнулись, а вместе с ними вздрогнули и мы.

— Что это? — прошептала я.

— Кто-то постучал в дверь, — пояснил Тьер, поднимаясь с колен.

Глава 4. О том, что незваный гость хуже татарина

Стук в дверь взбудоражил всех. Нечисть занервничала – вампалы топорщили шерсть на загривке, вурдалак судорожно обмахивался веером, пожиратель снов дергал длинным носом, а упыри, забыв о еде, сбились в трясущуюся кучу. Я заметила, что у них очень развит стадный инстинкт, всегда они вместе.

Мы с Амфи тоже тревожно переглянулись. Кого там принесла нелегкая? Замок стоит на отшибе, в горах, на улице минус двадцать, не меньше. Вряд ли кто-то в таких условиях проделал весь этот тяжелый путь, чтобы просто заглянуть в гости на чай. Для такой прогулки нужна веская причина.

Не удивительно, что к главному входу замка мы направились все вместе. Каждый хотел лично посмотреть на незваного гостя.

Впереди шел Тьер. Он был нашим предводителем. За ним была я с Джемом и Амфи, а замыкала шествие нечисть.

Мы торопились. Нас гнала вперед тревога и неопределенность. А еще Тьер шагал так широко и быстро, что нам приходилось чуть ли не бежать, чтобы поспевать за ним.

На мне все еще была его накидка, надетая прямо поверх ничего, то есть на голое тело. Мех с внутренней стороны приятно льнул к коже, а от ткани пахло самим Тьером. Казалось, это он ласкает меня.

Не самое подходящее время думать о таком, но я никак не могла выкинуть из головы наш последний поцелуй. Уж слишком горячим он был. Настолько, что кровь до сих пор не остыла.

Чтобы отвлечься, я заговорила с Джемом:

— Как часто в замок наведываются гости? — спросила.

— На моей памяти такого не было никогда, — ответил он.

Ого! Я подозревала, что это редкий случай, но чтоб настолько… Джему девять лет, и за это время не было ни одного гостя. А тут вдруг пришел. Вот не верю я в совпадения, особенно в счастливые. Это точно не к добру.

Мы добрались до лестницы на первый этаж. Тьер сбежал вниз, перепрыгивая через ступени.

Чем ближе была входная дверь, тем сильнее мне было не по себе. Кто бы не добрался до Северного замка через непогоду и горы, я его уже боюсь. Это явно не простой человек.

У выхода как обычно дежурил голем. Я втайне надеялась, что он не подпустит Тьера к двери. А значит, он не сможет впустить гостя.

Но голем повиновался Тьеру, что было неудивительно. Все-таки принц здесь главный. Едва узнав хозяина, голем отступил в сторону, и я разочаровано вздохнула. Похоже, когда дело касается Тьера, выход все-таки есть.

Принц взялся за дверную ручку, и я вдруг выпалила:

— Не открывай!

Интуиция вопила – не надо этого делать! Как будто за дверью стояло что-то ужасное, что-то способное изменить все.

Тьер обернулся и посмотрел на меня. Я прочла в его глазах тоже знание. Он это тоже чувствовал – то, что за дверью, не принесет ничего хорошего. Но вместе с тем в его взгляде была обреченность.

— Я должен это сделать, — произнес он и повернул ручку.

Дверь открылась бесшумно. Зимнее солнце ворвалось во мрак холла и ударило по глазам, заставив всех прищуриться.

Когда зрение привыкло к резкой смене освещения, я увидела силуэт. Женский. Солнце было за спиной гостьи, так что ее лицо оставалось в тени. Но уже один тот факт, что это оказалась женщина, безмерно меня удивил.

Она добиралась одна по горам, через сугробы… Должно быть, ей очень надо было в Северный замок.

Тьер был ближе всего к гостье, он заглянул ей в лицо и попятился от двери. Таким растерянным я никогда его не видела.

Между тем Гостья шагнула вперед и пересекла порог замка.

— Это она… — прошептал стоящий рядом со мной Джем.

— Не поняла? Кто она? — уточнила я.

Ответил мне не Джем, а сама гостья. Ее голос прокатился по холлу, и эхо разнесло его по всему замку, словно она сделала объявление сразу для всех.

— Я – каменная дева, истинная невеста принца и будущая правительница Северного королевства, — заявила она.

После этих слов девушка сделала еще одни шаг вперед, и свет, наконец, упал на ее лицо. Это была она! Та самая девушка с портрета. Как там ее звали… Кажется, Этлина. Поразительно, она выглядела не старше, чем на портрете, а ведь он был написан не вчера. Но время как будто не коснулось девушки. И все же причем тут каменная дева?

Нечисть за моей спиной дружно ахнула, а Джем вовсе всхлипнул. Они тоже ее узнали. Я оглянулась на них и озадачено нахмурилась. Клыкастая компания выглядела напуганной. Как будто замок посетила не хрупкая девушка, а лично Ван Хельсинг – убийца нечисти. Казалось, еще немного – и вурдалак сменит веер на крест и начнет им отмахиваться от нашей гостьи.

— Что происходит, Тьер? — я повернулась к принцу.

Он – единственный, кто мог все объяснить. Но, похоже, и он лишился дара речи. Стоял и смотрел на гостью с таким лицом, будто увидел призрака. И это было далеко не доброе приведение, а злобный дух.

— Да, Тьеррион, объясни, что происходит, — поддержала меня Этлина. — Стоило мне ненадолго покинуть замок, как в нем уже поселилась другая.

Я даже не сразу сообразила, что она обращается к Тьеру. Только потом дошло – это его полное имя.

А еще мне ужасно не понравилось, как Этлина говорит с принцем. Так, словно имеет право ему указывать. Словно она здесь главная, а все остальные просто пыль под ее ногами.

— Я был уверен, что тебя разбили, — произнес Тьер так, будто жалел, что это неправда.

— В самом деле, — поддержала я, — я же разбила статую каменной девы. Случайно, — добавила на всякий случай. — Ее осколки лежат в склепе.

— Это лишь корка, — махнула рукой Этлина. — Ты не разбила меня, но пробудила раньше времени. Я хотела еще немного подождать… пока Тьер будет готов… Но все, что делается, к лучшему. Наконец-то, мы сможем быть вместе.

Последние слова предназначались Тьеру. Новоявленная каменная дева была решительно настроена исполнить пророчество. Выйти замуж за принца, нарожать ему наследников… Вот только есть одна загвоздка – это место уже занято! Мной!

Я ожидала, что Тьер объявит об этом, но он почему-то молчал. Мне его реакция нравилась все меньше. Он избегал моего взгляда – дурной знак.

Вместо меня Тьер посмотрел на брата. И сразу все прояснилось. Мысли Тьера были передо мной, как на ладони. Естественно, он думал о младшем брате. Вот он – шанс спасти Джема от проклятия. Сам Тьер смертельно ранен, его жизнь может оборваться в любой момент, так пусть хоть брат поживет нормально.

Перед Тьером стоял непростой выбор – личное счастье или счастье брата? И он выбрал не себя, а значит, и не меня. Это причинило мне боль, но именно за это я полюбила Тьера. За то, что он, не раздумывая, готов пожертвовать собой ради других, как в тот раз, когда он загородил меня от дикой кошки.

Сделай Тьер другой выбор, часть меня разочаровалась бы в нем. Вот такие странные чувства обуревали меня. Я была расстроена решением Тьера и одновременно гордилась им. Непостижимая женская логика.

Но я не была готова сдаться. Не так быстро.

— На постаменте было написано – Алитея, — напомнила я гостье. — Но тебя зовут иначе. Как ты можешь быть каменной девой?

— Взяла псевдоним, хотела выглядеть таинственно. Впрочем, Тьер мигом меня раскусил. Он меня слишком хорошо знает и понимает, что я никогда бы не отдала его другой, — пожала она плечами и обвинила: — А ты наглым образом присвоила мое место! Ты даже не знаешь ее настоящее имя, Тьер. И тебя это устраивает?

— Она, по крайней мере, не пыталась меня убить, — ответил он.

— Я тоже! Я лишь хотела тебя образумить. Доказать, что мы созданы друг для друга.

Ого, да здесь целая драма. Этлина только появилась, а уже устраивает семейные ссоры. А ведь они еще не женаты до конца! Ох, не завидую я Тьеру.

От этой перепалки и напряжения, разлитого в воздухе, у меня снова разболелась голова. Это не просто боль, а та самая боль, родом из склепа.

При взгляде на Этлину ко мне снова начала пробиваться память о попадении в чужой мир. Очень не вовремя. Но я не могла с этим бороться. Воспоминания обрушились на меня водопадом, и я захлебнулась в них.

Холл со всеми, кто в нем был, померк, и я поняла, что снова нахожусь в склепе. Сейчас я узнаю, как все было на самом деле…

Глава 5. О том, как Аля попала. Во всех смыслах…

Каким-то непостижим образом я очутилась в склепе и увидела… себя. Но со стороны. Я будто смотрела фильм с самой собой в главной роли. Странное ощущение, скажу я вам.

Началось все с того, что в мрачном склепе зажглась яркая вспышка. Этакий небольшой локальный взрыв или, точнее, разрыв материи между мирами. Вспышка почти сразу же погасла, напоследок выплюнув меня.

— Ух! — «вторая я» подобно мешку с картошкой рухнула прямо на каменный постамент со статуей девушки.

Вспышка могла бы и поточнее прицелиться. А так падение вышло болезненным для нас обеих – и для меня, и для статуи. Я аж поморщилась от фантомной боли. Удивительно, как я все кости тогда не переломала.

А вот каменная дева не выдержала. Треснула, как яичная скорлупа. Такая хрупкость поражала. Это все-таки камень… или нет?

Я пригляделась. Камень оказался чем-то вроде слоя штукатурки, а под ним – живой человек! Та самая Этлина.

Что же она с собой сотворила? Видимо, погрузила в подобие летаргического сна. Возможно, с помощью магии. И это помогло ей сохранить молодость.

А потом она замаскировалась под статую, наложив на себя, как грим, слой камня и просто ждала, когда Тьер созреет до нужной кондиции и будет готов на все. Даже жениться на ней. Вот я понимаю, девушка хочет замуж! Такую ничто не остановит.

Пока «вторая я» приходила в себя после удара о камень, Этлина тоже очнулась. Села со стоном и осмотрелась.

— Ты еще кто? — заметила она меня.

— У меня к тебе такой же встречный вопрос, — проворчала я, поднимаясь на ноги. — А еще – где я?

Узнаю себя. Как встану с утра не с той ноги – ноль дружелюбия. А тут я еще и головой приложилась.

— Ты разбудила меня раньше времени! — обвинила Этлина. — Это вообще должна быть не ты…

— А кто? — хмыкнула я. — Прекрасный принц.

Этлина промолчала, и я хихикнула:

— Неужели угадала? Ты, в самом деле, лежала здесь, вся такая каменная и ждала принца? А появилась я… Да уж, неловко вышло, прости. Это все кастрюля виновата и отчасти моя старшая сестра.

— Что ж, — Этлина поправила светлые волосы, — раз уж я проснулась, то пророчество будет исполнено.

Она спустила ноги на пол.

— Отлично, — кивнула я. — У меня тоже полно дел. Надо еще сестер найти. Не подскажешь, где тут выход?

Мы с Этлиной вполне безобидно беседовали, но тут в коридоре, ведущем в склеп, послышались шаги. Именно они и положили конец нашему мирному общению.

— Прячься! — толкнула меня Этлина.

— Да куда здесь можно спрятаться? — отмахнулась я.

Именно эту сцену я приняла за драку, когда в прошлый раз память пыталась ко мне вернуться.

Но «вторая я» была права – склеп был сплошь голые стены. Пара темных углов не годились для игры в прятки. Меня мигом заметят.

Этлина это тоже поняла и поморщилась с досады. А потом она решила устранить помеху, то есть меня, изящным взмахом руки. Я, видите ли, мешала ее встрече с принцем. Вот ведь как бывает – неважно насколько ты славная девушка, в чьей-то чужой истории ты все равно та самая стерва, которая все портит.

Подозреваю, что Этлина хотела применить ко мне какое-то хитрое заклинание. Возможно, не совсем безопасное и далеко не безобидное. А я – обычная человеческая девушка без капли магии – ничего не могла с этим поделать.

«Вторая я» взмахнула руками в нелепой попытке заслониться. Но это было все равно, что прятать за картонкой от несущегося на тебя самосвала.

«Я нынешняя» дернулась себе на помощь и попыталась толкнуть Этлину, но мои руки прошли сквозь нее. Это было всего лишь видение, не в моих силах его изменить.

Магия сорвалась с пальцев Этлины разноцветными всполохами и полетела ко мне. Я видела все, как в замедленной съемке, и невольно залюбовалась танцем волшебных искр.

А потом случилось непонятное. За миг до того, как магия достигла цели, из темного угла выскочило нечто. Взъерошенной, пестрое и шустрое.

Я присмотрелась. Да это же Амфи! Он буквально закрыл меня собой, встав между мной и магией. В итоге искры ударили не в меня, а в него, и, отскочив, как от щита, полетели назад, прямиком к Этлине.

Возможно, именно в этот момент Амфи наделил меня магией. Я только не поняла, зачем он это сделал. В чем его выгода и мотив?

Этлина отреагировать не успела. Ее же магия ударила по ней рикошетом. Пуф! Быдых! Последовал новый взрыв. Меня-вторую он не зацепил, зато меня-первую опять швырнуло на постамент. Именно тогда он и состоялся – тот самый удар затылком о камень, отбивший мне память. А, может, меня частично зацепила магия Этлины…

В любом случае самой Этлине пришлось еще хуже. Она просто исчезла. По всей видимости, заклинение должно было перенести меня в другое место, чтобы я не путалась под ногами. Но в итоге улетела в неведомые края сама Этлина. А вот не надо рыть другому яму.

Теперь понятно, где она так долго прохлаждалась. Несколько дней у Этлины ушло на то, чтобы вернуться в Северный замок из того места, куда она сама же себя отправила.

Хорошая новость была в том, что не так уж Этлина всесильна. А не то просто перенеслась бы обратно и дело с концом. Но, видимо, ее магии требуется подпитка. Ведь добиралась Этлина обратно пешком.

Дальше все было, как рассказывал Амфи. Он подвинул меня так, чтобы я лежала, как каменная дева до меня. После чего спрятался за постамент. И как раз вовремя – в склеп вошел Джем и занял свой пост. Мальчик ждал, когда очнется каменная дева, и в этот раз я его не подвела – пошевелилась.

Что было после, я помнила сама. Едва я дошла до этого момента, как видение подернулось рябью. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, поняла, что все еще стою в холле замка. Все это произошло лишь в моей голове.

Зато теперь я знала, как велика роль Амфи в произошедшем. Он не просто меня спас, он сделал все, чтобы я заняла место каменной девы.

Видение принесло неприятную весть – Этлина и правда каменная дева. Теперь я понимала, как все произошло.

Она прокляла замок и его обитателей, но оставила им возможность спастись – пророчество. А еще это была лазейка и для нее – шанс выйти замуж за Тьера. Ради этого она стала каменной девой и на долгие годы уснула, ожидая, пока настанет ее время.

Осколок в сердце Тьера нужен, чтобы его контролировать. Смертельно раненый дракон пойдет на все, чтобы спасти брата и других обителей замка. Вот такая простая и жуткая логика.

Если это любовь, то какая-то страшная. Так маньяк любит свою жертву – держит ее насильно подле себя и мучает.

Но пока я ужалась поведению Этлины, она времени даром не теряла. Она вообще чувствовала себя здесь как хозяйка и сразу начала распоряжаться.

— Дорога была дальняя, — заявила Этлина, — и я зверски проголодалась. Предлагаю поужинать.

Шагнув к Тьеру, она взяла его под руку и потянула к лестнице на второй этаж. Похоже, она знает дорогу до столовой, а значит, бывала в замке ранее.

Поравнявшись со мной, Этлина великодушно предложила:

— Ты тоже поужинай с нами. Не выгонять же тебя на мороз на ночь глядя.

— Как мило с твоей стороны, — передразнила я.

Пусть и не надеется, что я уйду. Меня из замка даже силой не выпихнуть! Я останусь и непременно разберусь и с проклятием, и с самой Этлиной. Черта с два я позволю ей забрать у меня Тьера.

— А вот нечисть пусть питается в другом месте, — поморщилась Этлина. — Нечего ей делать с нами за одним столом.

Она махнула рукой в сторону Джема. Мол, он пусть тоже идет к нечести. Тролль все-таки.

Я не смолчала:

— Джем ел и будет есть с нами, — возмутилась. — Он – принц и младший брат Тьера.

Этлина поняла, что перегнула палку, и пошла на попятную:

— Разумеется, Джем будет с нами за столом, — быстро исправилась она. — Я имела в виду других.

Упыри, вампалы и вурдалак и раньше не горели желанием делить трапезу с нами, так что не обиделись. А вот нам предстоял интересный ужин.

Вжух успел накрыть стол к нашему появлению в столовой. Было бы странно, если бы он не управился, с его-то скоростью.

Тьер тут же направился к своему месту. Этлина пошла за ним, но я ее остановила:

— Вообще-то место принцессы на другом конце стола, — я указала на стул-трон и поджала губы, сдерживая ехидную улыбочку.

Этлина разве что зубами не скрипнула, но отказаться от места принцессы не посмела. Как же, этикет. То ли дело я – больше не принцесса, а значит, могу делать, что пожелаю. Например, сесть рядом с Тьером. Все-таки быть королевской особой такая морока.

Джем тоже предпочел сесть с нами. И, конечно, Амфи держался поближе ко мне. Так Этлина оказалась одна на другом конце стола, практически на выселках. У нас в школе это называли «сидеть на Камчатке».

Зато теперь мы с Тьером могли, наконец, обсудить ситуацию. Я заговорила первой:

— Почему ты не выставишь ее за дверь? Она чуть тебя не убила, а Джема превратила в тролля! — яростно зашептала я.

— А еще она лишила меня крыльев, — вздохнул Тьер. — Но мое личное отношение к Этлине не имеет значения… Я должен исполнить пророчество и волю наших предков.

— Что еще за воля? — уточнила я.

— Договор о нашем брачном союзе с Этлиной был подписан, когда мы были детьми. Поженившись, мы должны были объединить два великих народа в единое целое и положить конец многовековой распри.

— Ты сказал много красивых слов, — перебила я. — А если коротко и по делу.

— Если коротко, — ответил Тьер, — то я – дракон, из королевского рода магический существ, а Этлина – из королевского рода людей. Наша свадьба соединит два народа и закончит вражду.

Ох, здесь еще и политика замешана. Это серьезно. Но я не торопилась унывать. На моей стороне тоже есть сила – чувство, что связало меня и Тьера.

Не стоит недооценивать любовь. Она способна свернуть горы. А если она не справится, так я помогу.

Ужин по понятным причинам прошел в мрачной атмосфере. Этлина хоть и сидела за несколько метров от нас, а все равно умудрялась гадить. Даже с такого расстояния.

Стоило кому-то из нас о чем-то попросить Вжуха, как Этлина тут же срочно звала его к себе. Так он и носился от нас к ней и обратно и даже со своей суперскоростью ничего не успевал.

Едва у нас с Тьером завязывался разговор, как Этлина брала нож и с нажимом вела им по тарелке. Скрип стоял такой, словно кто-то когтями скребет по стеклу. Отвратительный звук.

Мы с Тьером тут же умолкали. Что угодно, лишь бы не слышать это.

Но кое о чем мы с Тьером смогли договориться – о том, что будем действовать сообща.

— Я усыплю ее бдительность, — шепнул мне Тьер, пока Этлина отвлеклась на овощное рагу. — Буду ей подыгрывать.

— А я придумаю, как от нее избавиться так, чтобы проклятие исчезло вместе с ней, — кивнула я.

Тьер собирался что-то ответить, но Этлина заметила, что мы общаемся и снова применила фокус с ножом. Терпение Тьера лопнуло, и он встал из-за стола.

— Уже поздно. Ты устала с дороги, Этлина. Тебе приготовили комнату для отдыха, — произнес он.

— Что говорить, день был тяжелым, — она тоже поднялась. — А завтра будет еще сложнее. Надо подготовиться к коронации.

А она времени даром не теряет. Уже собралась примерить на себя корону. Судя по всему, Этлина ее не боится. Значит, корона не причинит ей вреда. Это плохая новость. Я бы не отказалась от статуи с ее лицом. Поставила бы ее в холле и вещала на нее плащ.

— Можешь меня не провожать, я знаю, где комната принцессы, — заявила она.

Я вздрогнула. Мне послышалась, или Этлина имела в виду мою Комнату?

— Боюсь, та комната занята. Мной, — возразила я.

— Ты так любезно уступила мне место за столом. Уверена, ты и покои освободишь для истинной принцессы, — мило улыбнулась Этлина. — Тем более они мои по праву.

Тот случай, когда твое же оружие оборачивается против тебя.

Я стиснула в руке вилку. Ох, как же хочется воткнуть зубцы прямо в улыбающееся лицо ее высочества.

— Держись, — шепнул мне Амфи. — Ты выше этого.

Мне бы его уверенность. Я вот сильно сомневалась, что смогу удержаться.

Этлина, почувствовав мой настрой, поспешила ретироваться. И Тьера с собой прихватила. Она вообще чуть что впивалась в него своим клешнями, не оторвать.

— И где мне теперь ночевать? — проворчала я.

— Идем, я п-провожу тебя в новую комнату, — предложил Джем.

Мальчик очень старался мне угодить. Он выбрал отличные покои – просторные, с камином и двуспальной кроватью. Вот только это была просто комната. Никакой магии и дребезжания подвесок, обычное унылое помещение.

У меня было ощущение, будто я потеряла лучшую подругу. Или точнее у меня ее украли. Мой список претензий к Этлине пополнился еще одним пунктом. Я не злопамятная, но ей мстить буду. До победного.

Без помощи Комнаты было тяжко. Пришлось все делать самой. Джем принес воду для умывания, но она была ледяной. Я поставила ведро возле камина и так хоть немного подогрела воду. Хорошо, хоть огонь не надо разводить.

После ухода Джема, я кое-как ополоснулась уже не в ледяной, но все еще в прохладной воде, и переоделась в ночную сорочку. В процессе я выдумывала разные каверзы для Этлины.

Это помогло согреться. Злость разгоняет кровь. А я так дико злилась, что от меня можно было прикуривать.

В этом состоянии меня и застал Амфи. Он улизнул куда-то из столовой и вот только вернулся. Надеюсь, с хорошими новостями. Мне не помешает немного позитива.

Я в это время стояла перед зеркалом и изучала себя. Что-то изменилось… Я смотрела и так, и этак, долго не могла понять.

А потом осенило – цвет моих волос! На первый взгляд он так и остался каштановым, но появился сиреневый отлив. К озеру я не ходила, так что русалка здесь не причем. Это уже мои личные метаморфозы.

— Ты в курсе, что с моими волосами? — поинтересовалась я у Амфи.

— Наверное, это последствия Дара, — ответил пернатый.

— Видимо, теперь я сиреневый туман, — хихикнула.

Но мне даже понравилось. Я люблю необычные цвета волос, а сиреневый был мне к лицу.

Благодаря перемене во внешности я вспомнила, что у меня же теперь есть Дар. Встреча с Этлиной совсем выбила меня из колеи.

Первое, о чем я подумала – необходимо научиться контролировать свои превращения. Не хотелось бы в неподходящий момент снова стать неосязаемой.

Вторая мысль была об Амфи. Мой Дар от него, а он меняет пол. Неужели и я теперь тоже?.. Если так, Тьер будет в шоке.

Как женится на мне и начнется: сегодня у него жена, а завтра – муж. Вот это я понимаю, нетрадиционные отношения. Зато если буду не в настроении для близости, будет у меня отмазка похлеще головной боли.

— Амфи, — осторожно поинтересовалась, — я ведь не буду менять пол, как ты?

— Не думаю, — качнул головой он. — Это исключительная особенность амфиптериев.

— Фух, — выдохнула я.

Одной проблемой меньше. А у меня их куча. Этлина, осколок в сердце Тьера, коронация, Дар, превращающий меня в призрака, сестры, которых я не нашла. Всего сразу и не упомнишь.

Я решила начать с того, что под рукой – с моего Дара. Амфи рядом, а значит, можно разобраться хотя бы в этом вопросе.

— Расскажи подробнее о Даре, — попросила я. — Что я могу? Только превращаться в дым?

— Если бы знать… — вздохнул Амфи. — Прежде я никого Даром не наделял. Ты у меня первая.

Прозвучало так, словно Амфи лишился со мной невинности.

— Но знаешь, — задумчиво добавил он, — дыма без огня не бывает.

— Что за намеки? Хочешь сказать, я не только дымлю, но еще и горю?

Амфи загадочно взмахнул хвостом. Мол, сама думай. И я подумала. Например, о том, почему вообще Амфи выбрал меня, да еще подсунул вместо каменной девы. Он явно не хотел, чтобы Этлина прибрала Тьера к рукам.

— Кто ты такой? — уточнила я. — Зачем помогаешь мне? Это все ради Тьера?

— Не только ради него. Ради всех. Я – хранитель рода королевских драконов, — важно представился Амфи, выпятив разноцветную грудь вперед.

— Это многое объясняет, — протянула я.

Что ж, если хранитель рода на моей стороне, то у меня есть все шансы победить Этлину. На этой мысли я зевнула. День был сумасшедший, как и все дни после моего попадания. Организму требовался отдых. Все равно на усталую голову ничего путного не придумаю.

Джем любезно снабдил меня солью, и я рассыпала ее вокруг кровати. Может, мы с нечистью нашли общий язык, но то было днем, а ночью, на голодный желудок жители замка уже не такие дружелюбные. Пусть лучше закусят Этлиной.

Обезопасив себя, я легла. Засыпая, думала о том, как быть. Нельзя действовать нахрапом, Этлина все-таки владеет магией. Для начала надо избавить Тьера от осколка в сердце, чтобы она не могла ему навредить. Тогда Тьер вернет себе истинный облик, и мы еще повоюем.

Осталось придумать, как это сделать. На этой мысли я уснула. Благо проблем со сном у меня никогда не было.

Но в Северном замке спокойно не поспишь… Очень скоро меня разбудили подозрительные шорохи, вздохи, шепот и даже хрюканье.

Я открыла глаза. Вокруг была темнота, ничего не разглядеть. Это раньше Комната зажигала для меня свечу, если я просыпалась ночью, а тут пришлось все делать самой.

Кое-как справишься со свечой на прикроватной тумбе, я повернулась и вздрогнула. В изножье моей кровати собрались все – упыри, вампалы, пожиратель снов, вурдалак и принц Джем.

Неужели решили, что раз появилась настоящая каменная дева, то меня можно и сожрать?

Глава 6. О коварных планах

Тьер был уверен, что с Этлиной покончено раз и навсегда. Увидеть ее снова было… больно. Настоящий удар. Крах всех надежд. Еще немного – и он станет суеверным. Поверит, что ему на роду написано стать мужем ведьмы.

Осколок в сердце шевельнулся, кольнув особенно сильно. Тьер решил, что вот и все, конец. Но нет, Этлина не отпустит его так просто. Она еще не насладилась местью сполна, ее игра только началась.

Будь Тьер один, он бы сдался. Если проклятие спадет с Джема и замка, то он готов пожертвовать собой. Но есть еще Алитея, и вот она сдаваться не намерена.

Сколько же силы духа в этой девушке! Сколько смелости и отваги. Своим напором она вдохнула в Тьера надежду. Возможно, еще не все потеряно, они еще поборются.

Больше всего Тьеру хотелось снова коснуться Алитеи. Сжать ее руку в своей, поцеловать, но он не рискнул. Только не при Этлине. Он слишком хорошо знает подругу детства. В гневе она способна на все, в том числе устранить соперницу физически.

Пусть лучше Этлина думает, что все идет по ее плану. Она здесь главная, а Алитея не имеет для Тьера никакого значения. Усыпив бдительность Этлины, у них будет шанс избавиться от нее.

Тьер покинул столовую вместе с Этлиной. Он хотел увести ее подальше от Алитеи, из страха за последнюю. Обстановка в столовой накалилась. Лучше девушкам держаться подальше друг от друга. Все же две женщины на один замок – это слишком много.

Вместо своих покоев Этлина свернула к его.

— Я хочу посмотреть на нее, — заявила она. — На мою корону.

Пришлось впустить ее. В спальне она сразу подошла к постаменту с короной каменной девы и осторожно погладила ее острые пики.

— Не примеряешь? — с издевкой предложил Тьер.

— Ты ведь хочешь, чтобы она превратила меня в камень, не так ли? — произнес Этлина. — Что ж, не буду лишать тебя надежды. Выживу я или нет, узнаем на коронации.

Он и правда втайне мечтал об этом. Вот оно – решение всех проблем. Но Этлина не глупа. Она сама создала корону. Наивно рассчитывать, что та прикончит свою хозяйку.

— Ты принял верное решение, — похвалила его Этлина. — Я – твоя судьба. Этого не изменить. И уж точно меня не заменит какая-то девчонка с сомнительным Даром. Мы еще можем быть счастливы вместе.

— Ты лишила меня крыльев, — напомнил Тьер.

— Кто старое помянет, — она беспечно махнула рукой. — Давай думать о будущем. О том, как мы объединим наши народы, о наших детях.

Тьер, не сдержавшись, поморщился. Плохой из него актер. Всего-то и надо, что претвориться, будто он рад Этлине, а он и на это не способен. Даже находиться с ней в одном помещении невыносимо. А уж притронуться к ней – вовсе кошмар.

Этлина это поняла. Она всегда читала его, как открытую книгу. Все-таки они выросли вместе, она знала его как никто другой.

Она отвернулась от короны и потребовала:

— Поцелуй меня. Или так, или выбирай, кто пострадает – Джем или эта девица.

— Если хочешь кому-то причинить боль, пусть это буду я, — ответил Тьер.

— Это слишком легко. К тому же тебе будет намного больнее, если пострадает кто-то из этих двоих.

— Когда ты стала такой? В детстве ты была другой, — напомнил Тьер.

— Это ты такой меня сделал, — заявила она и поторопила: — Ну же, целуй или, клянусь, я выполню угрозу.

Она подняла руку и на ее пальцах заиграли всполохи магии. Этого Тьер не мог допустить.

Поцеловать ее – все равно что поцеловать жабу. От отвращения аж скулы сводит. И все же Тьер шагнул к Этлине, наклонился ближе, но губ не коснулся. Вместо этого он обхватил ее шею пальцами. Пока не давил, только держал.

— Ты этого не сделаешь, — усмехнулась она. — Ты не такой.

— Ты тоже меня изменила, — процедил он.

Одна мысль, что Тьер может по ее вине потерять Алитею, приводила в бешенство и превращала в чудовище. Ненависть обжигала внутренности кислотой. Этлина хочет поцелуя? Что ж, он ее поцелует, в последний раз, в лоб, прощаясь на похоронах.

Этлина отреагировала быстро – прижала ладонь к груди Тьера, и его пронзила острая боль в области сердца. Перед глазами потемнело, он пошатнулся и упал на колени.

— Не играй со мной. Я держу твое сердце в руке, сожму кулак, и тебе конец, — прохрипела Этлина.

— Гадина, — выдохнул он сквозь стиснутые зубы.

— Может быть, — согласилась Этлина, — но я – твоя гадина. Смирись уже с этим.

Обогнув Тьера, Этлина направилась к двери. На пороге она задержалась и оглянулась:

— Коронацию проведем послезавтра на рассвете. Суток хватит на подготовку.

Лишь когда дверь за ней закрылась, боль в сердце отступила, и Тьер смог снова дышать.

Я смотрела на нечисть. Нечисть смотрела на меня. Немая сцена затянулась. Пора положить этому конец.

— Вы чего? — хрипло спросила я, натягивая одеяло до подбородка.

Надеюсь, соль не подведет. И вообще – я не вкусная! Кожа да кости, а еще куча желчи от вредного характера.

От звука моего голоса проснулся Амфи, сладко потянулся и зевнул. Вот ведь тоже… защитничек. Пользы от него – ноль. Меня тут почти сожрали, а он дрыхнет.

Я толкнула пернатого в бок и указала на незваных гостей. Амфи, зашипев, приподнял перья на загривке и спрятался за меня. Совсем забыла – если дракончик спит со мной, значит, он сейчас девочка, а она не боец.

— М-мы пришли, чтобы помочь, — парламентером от нечисти выступил Джем.

Хорошо, он заговорил, а то я уже подумывала дать деру. Присутствие Джема приободрило. Мальчишку-тролля я не боялась. Раз он здесь, значит, не все так плохо.

— Помочь с чем? — уточнила я на всякий случай, а то вдруг он имеет в виду ужин.

— Избавиться от Эт-тлины.

— Фух, — я откинулась на подушку, расслабляясь.

— Задавишь, — прохрипел из-под меня Амфи.

Я запустила руку себе за спину, ухватила пернатый хвост и дернула дракончика из-под себя со словами:

— Вылезай, трусишка. Они пришли с миром.

Амфи выглядел помятым. Похоже, я в самом деле его прижала. Дракончик принялся с остервенением приводить себя в порядок. Не мог же он плохо выглядеть при гостях! Девочки такие девочки, даже если драконы.

— Выходи к нам, — предложил вурдалак, улыбаясь всеми своими острыми зубами. — Обсудим.

— Я еще не выжила из ума.

— Мы же союзники.

— Ты это облизывающимся упырям скажи. И вообще мне и здесь удобно, — отказалась я.

Из всей этой компании я доверяла только Джему. Остальные, может, и на одной стороне со мной, но я лучше посижу в кругу из соли. А то вон у упырей при виде меня аж слюна на ковер капает. Зачем их искушать своей филейной частью? Они ведь тоже… нелюди, у них тоже есть слабости.

А вот обсудить план действий с нечистью я была только рада. Мне союзники не помешают, пусть даже такие, от которых надо прятаться в круге из соли.

Сильнее, чем сожрать меня, нечисть хотела избавиться от Этлины. В конце концов, именно она сделала их такими. Как известно, общий враг объединяет.

— У тебя есть п-план? — спросил Джем.

— Первым делом надо избавить Тьера от осколка в сердце, — озвучила я свою идею.

— Н-но это его убьет… — испугался Джем.

— Ыда, — вздохнули упыри.

— Ууууу, — горестно завыли вампалы.

— Несчастная любовь, — утер слезу вурдалак. — Как это романтично…

Я с ним была в корне не согласна. Не нужна мне такая романтика. Меня зовут не Джульетта, а Тьер – не Ромео. Моя сказка обязана закончиться словами «жили они долго и счастливо».

— Есть идеи к-как это сделать, не причинив вреда Тьеру? — поинтересовался Джем.

— По правде говоря, есть, — кивнула я. — Нам поможет моя старшая сестра – Эля. У нее Дар от жар-птицы, и она умеет лечить людей. Ей под силу не вернуть человека чуть ли не с того света.

Моими словами заинтересовались все, даже Амфи. Последний настолько, что забыл о своем внешность. Похоже, он только что снова стал мальчиком.

— Мы вытащим осколок из сердца Тьера, а твоя сестра не даст ему погибнуть, — воодушевился Амфи.

— Именно, — кивнула я, соглашаясь. — Но для этого надо отыскать Элю и привести в Северный замок. И это сделаешь ты, — я посмотрела на Амфи, а вслед за мной и вся нечисть уставилась на него.

— Почему я? — занервничал пернатый.

— Ты – единственный, у кого здесь есть крылья. А значит, ты – самый быстрый, — пояснила я свой выбор. — Времени у нас мало. Этлина настроена решительно.

Амфи печально вздохнул. Понял, что выбора ни у меня, ни у него нет. Если бы я могла сама вызвать старшую сестру, не просила бы его. Но, увы, здесь туго с сотовой связью. Работают только почтовые голуби… ой, то есть почтовые драконы.

— Где мне ее искать? — смиряясь со своей участью, спросил Амфи.

— Я расскажу тебе все, что знаю о жизни Эли в этом мире. Это поможет тебе в поисках, — сказала я. — Уверена, ты справишься.

Инструктаж Амфи занял примерно полчаса. Пернатый слушал внимательно, кивал и запоминал. Я почти успокоилась – он непременно найдет Элю, но тут вмешался Джем.

— К-как твоя сестра поймет, что должна идти за амфиптерием? — спросил мальчик.

— В смысле? — удивилась я. — Амфи ей скажет.

— Она его не п-поймет.

— Почему? — я все никак не могла сообразить, в чем проблема.

— Это т-ты говоришь с магическими существами, это часть твоего Д-дара. Поэтому ты понимаешь пожирателя снов, вурдалака, упырей и даже вампалов. Но у твоей сестры такого Дара н-нет.

— Да уж, проблемка, — я ненадолго задумалась, а потом попросила: — Подайте мне бумагу с пером, я напишу Эле записку, Амфи ее передаст.

Спасибо Джему, что вспомнил этот важный момент. А не то пришлось бы Афми разыгрывать пантомиму для Эли под названием «Твоя сестра в опасности, пошли со мной». Это было бы еще то зрелище. И не факт, что Аршер не пристукнул бы странное существо раньше, чем началось бы представление. Я видела мужа старшей сестры мельком, он показался мне серьезным типом. С таким не забалуешь.

Набросав записку для Эли в духе: «Ааа, скорее бросай все и мчи спасать младшую сестру», я тщательно ее сложила, обмотала бечевкой и привязала к лапке Амфи. Ну точно голубь.

— Джем, — обратилась я снова к мальчику, когда все было готово, — открой, пожалуйста, окно, чтобы Амфи мог вылететь.

Сама я все еще не горела желанием покидать круг из соли. Да и просто под одеялом было теплее, особенно когда Джем распахнул настежь окно, и ледяной северный ветер ворвался в спальню. Поежились все, даже обросшие густой шерстью вампалы. А я так вовсе нырнула под одеяло чуть ли не с головой.

Амфи махнул мне на прощание крылом и взлетел к кровати. Этот полет был красивым… и коротким. На пути Амфи сидел вампал. Пернатый уже был на подлете к окну, когда вампал подпрыгнул и словил его в воздухе.

Лязгнули мощные челюсти, и Амфи исчез в пасти вампала с серой шерстью. Только кончик пернатого хвоста торчал между передних зубов хищника. Я давно заметила – этот серый в компании вампалов самый дикий.

И снова была немая сцена – от шока все потеряли дар речи. Даже я. Только и могла, что мычать нечленораздельно.

Сам вампал тоже поразился своей дерзости. Голод обострил его животные инстинкты, и он просто среагировал на потенциальную добычу. А теперь замер с Амфи в пасти, но хоть не жевал, и на том спасибо.

Опомнившись, я приказала тихо, но твердо:

— Выплюнь.

Кричать боялась. А то еще напугаю, и вампал случайно сглотнет. Плакал тогда наш план по спасению Тьера. Амфи тоже жаль, привыкла я к нему.

Чудо, но это сработало. Собака есть собака, пусть даже такая – огромная и магическая – она слушается команды, вот и вампал отреагировал. Вдохнул поглубже, а потом кааак плюнул.

Амфи пролетел с метр и упал на пол мокрой разноцветной кляксой. От слюны вампала все его перья слиплись, вид у него был жалкий.

Теперь, когда Амфи был в безопасности, я могла вдоволь покричать.

— Ты что натворил?! — взвилась я с кровати, забыв о холоде и нечисти. — Ты сломал нашего вестника. Как он полетит с мокрыми крыльями?

Я подскочила к Амфи и подняла обмякшее тельце с пола. Приложила ухо к его грудной клетке – дышит, сердце бьется. Живой, но в шоке от пережитого.

Бахнуло окно, закрываясь, – это Джем позаботился, чтобы я не замерзла. Резкий звук привел меня в чувство, и я опомнилась – мало того, что опять стою босиком и в одной сорочке на холоде, так еще круг из соли больше не защищал, и нечисти ничего не стоит мной закусить.

Несколько пар голодных глаз глядели, не мигая. Днем они не набросились на меня из-за присутствия Тьера. Но надо отдать им должное – они и сейчас сдерживались из последних сил.

Проблема с кормлением нечисти в замке еще никогда не была так актуальна. Они явно недоедают.

Надо что-то срочно с этим делать, а не то меня сожрут мои же союзники. Судя по прошествую с Амфи, такой исход весьма вероятен.

Вшшшр – нечисть дружно сделала шаг ко мне, и я сглотнула ком в горле.

— Н-не трогайте Алитею, — за меня заступился Джем, загородив собой. — Она – наш д-друг.

На него, как ни странно, не покушались. Видимо, негласный кодекс нечисти запрещает жрать своего. Другое дело я – во всех смыслах аппетитная человечка. Вон им даже Амфи сгодился.

В ответ на реплику Джема я прочла сомнения в глазах нечисти. Дружба дружбой, а пустой желудок высокопарными словами не наполнить. Но я знала, чем их образумить.

— Сожрете меня и останетесь с Этлиной, — заявила я.

Угроза подействовала отрезвляюще – нечисть тут же дружно попятилась. Этлина пугала их сильнее голода и любых других лишений.

— Так-то лучше, — проворчала я. — Невозможно работать в таких условиях.

Почувствовав себя увереннее, я направилась к камину. Там присела и протянула Амфи ближе к огню. Надо высушить его крылья, иначе далеко он не улетит. Особенно в таком холоде. Мой тыл прикрывал Джем, так что я не волновалась.

В тепле Амфи немного очухался и распушил перья, чтобы они быстрее сохли.

— Ты в порядке? — поинтересовалась я у пернатого.

— Я видел вампала изнутри, — буркнул он. — Какой уж тут порядок… Но жить буду.

Оставив Амфи заниматься собой, я встала с колен и повернулась к нечисти. Уперев руки в бока, окинула их суровым взглядом. Вампалы заскулили, упыри втянули головы в плечи, а вурдалак спрятался за веером. Только пожиратель снов и Джем были спокойны. Знали, что им ничего не грозит.

— Если мы хотим работать вместе, — заявила я, — то пора ввести правила. Итак, слушайте внимательно. Во-первых, мы не едим друг друга.

— Ыда? — осторожно уточнил глава упырей.

— Нет, — качнула я головой, — и не надкусываем, даже чуть-чуть. И лизнуть тоже нельзя. Это моя принципиальная позиция, и я буду на ней настаивать.

— Ых, — вздохнул серый вампал.

— Все, кто нарушит этот закон, будут исключены из нашей группы без права на восстановление. На первый раз прощаю, — кивнула я Серому. — Это главное правило, но есть и другие, — я принялась перечислять, загибая пальцы: — Второй пункт – Аля всегда права. Третий пункт – несмотря ни на что, Аля все равно права. Четвертый пункт – если есть сомнения в правоте Али, смотри пункт два и три. Пожалуй, на этом все. Кто не согласен с правилами, выход вон там.

Я указала на дверь. Нечисть тоскливо на нее покосилась, но, что примечательно, все остались на месте. Может, моя диктатура им не по нраву, но я все еще была предпочтительнее Этлины.

— Раз все остаются, — произнесла я, — оглашаю повестку дня. Для начала мы проводим Амфи в дорогу. А после его отлета сосредоточимся на решении продовольственного вопроса в замке.

На последнем пункте все оживились.

— Ыда… Ыда… — зашептались упыри между собой.

Вампалы нервно переминались с лапы на лапу, и даже вурдалак вдвое активнее начала обмахиваться веером, вспотев при мысли, что вскоре удастся поесть. Мне прямо стало их жаль. Нечисть явно не доедала. Не их вина, что они бросаются на все, что движется.

Пока я устанавливала новые порядки, Амфи окончательно оправился и был готов ко второй попытке. Джем снова открыл окно, и на этот раз я лично проконтролировала, чтобы Амфи добрался до него без приключений.

Дракончик улетел. Я стояла и смотрела ему вслед. Разноцветная точка все уменьшалась, пока окончательно не скрылась вдали.

— Д-долетит? — спросил Джем, накидывая мне на плечи одеяло, чтобы я не мерзла.

— Непременно, — кивнула я. — Амфи приведет Элю. Надо только продержаться до ее появления.

Все дружно закивали.

— Всё, всем спать, — замахала я на них руками, прогоняя из спальни. — Завтра займемся едой, а сейчас я должна выспаться. Иначе с утра буду злая.

Нечисть дружно вздрогнула. Кто кого здесь вообще боится – я их или они меня? Мы как будто поменялись ролями.

Что ж, я не против побыть капитаном команды. Пусть даже команда мне досталась… такая вот специфическая.

Глава 7. О том, что вегетарианцем может стать любой… почти

Минуты не прошло, как я осталась в спальне одна. Окно снова закрыли, но в комнате все еще было холодно, и я поспешила вернуться на кровать. На этот раз я долго крутилась, прежде чем уснула, что мне несвойственно. Но, похоже, я привыкла к компании Амфи, и без него мне спалось хуже.

И все же я заснула, а проснулась утром, как мне сначала почудилось, от будильника. Звук был резким, высоким и противным. Ну точно будильник. Только они так голосят в подобную рань.

Я накрыла голову подушкой и пробормотала:

— Еще десять минуточек, — умоляя старших сестер дать мне небольшую отсрочку.

А потом до меня дошло. Нет здесь сестер. Как, кстати, и будильников. В этом мире их не существует. Так кто же так голосит с утра пораньше?

Я отбросила подушку, села и прислушалась. То, что я приняла за будильник, было визгом. Я вскочила с кровати, на ходу подхватила накидку Тьера и, набросив ее на плечи, выбежала в коридор. Там устремилась на звук.

Пока бежала, перебирала в голове варианты: кто-то прижал хвост вампалу? Вурдалаку, наконец, удалось рассмотреть себя в зеркале, и он вопит от ужаса? Чтобы там ни стряслось, лишь бы Тьер с Джемом не пострадали.

Звук привел меня к моей бывшей Комнате. Судя по всему, крик шел оттуда. Не одну меня он заставил в это раннее утро пробежаться по коридорам замка. У дверей Комнаты собрались все, включая Тьера. Но его больше взволновало мое появление в ночной сорочке и накидке, чем происходящее за дверью спальни.

— Может, она того? — вурдалак провел веером по шее. — Не будем мешать?

Все одобрительно восприняли его предложение, я бы даже сказала с надеждой. Желающих броситься на помощь Этлине не нашлось.

Вот только радовались мы недолго. Дверь распахнулась сама, и в коридор выскочило красное лохматое существо. Нечисть с шипением отскочила подальше, мы с Тьером тоже попятились.

Только когда «нечто» остановилось, стало ясно, что перед нами Этлина. Ночь в Северном замке не пошла ей на пользу. Вчера в замок прибыла ухоженная красивая девушка. Сегодня из спальни вышла какая-то мымра – волосы в колтунах, кожа красная, как у рака, левый глаз дергается.

— Это проклятая комната сломана! — выкрикнула Этлина. — Сначала она сделала мне ледяную ванную, а когда я потребовала согреть ее, она обварила меня кипятком. А волосы? Посмотрите, что она сделала с моими прекрасными волосами?

Этлина чуть ли не плакала, а я из последних сил боролась со смехом. Ничего моя Комната не сломалась. Просто ей не по нраву новая хозяйка. А характер у этого жилого помещения ого-го какой, мне ли не знать. С ней лучше не связываться, она вон меня переспорила, а это не удавалось даже моим сестрам.

— Что мне делать с волосами? Их же теперь невозможно расчесать! — причитала Этлина.

— Воспользуйся магией, — пожала я плечами, не особо сочувствуя ее горю.

— Тратить магию на подобные мелочи – расточительство, — ответила она.

А я сделала важное открытие – запасы магии Этлины не бесконечны. Она явно их бережет. Вон и до замка предпочла добираться пешком. Для нас это хорошо.

— Тогда сходи к русалке. Она живет в ледяном озере на скале, — предложил Тьер. — Она быстро приведет твои волосы в порядок.

Я провела рукой по собственным прядям. Русалка знает свое дело, это верно. Но с чего Тьер вздумал помогать Этлине? Или это не помощь? Русалка ведь тоже стала нечистью по вине проклятия. Прямо интересно, что за прическу она организует Этлине.

— Схожу, — кивнула Этлина. — Но с этой Комнатой надо что-то делать. Она совершенно отбилась от рук.

Этлина, опомнившись, что все мы пялимся на нее в неподобающем виде, шагнула к распахнутой двери в Комнату. Вот только вернуться туда у нее не вышло. Дверь захлопнулась прямо перед ее носом.

— Да что ж такое! — Этлина схватилась за дверную ручку и принялась ее дергать. Одновременно она то тянула дверь на себя, то толкала ее плечом вперед.

Но толку от этого было мало. Комната заперлась изнутри. Забастовка жилого помещения была в самом разгаре.

— Возможно, лучшим вариантов будет подыскать тебе другую спальню, — предложил Тьер, когда мы вдоволь налюбовались на потуги Этлины.

— Я с радостью уступлю свою, — предложила. — А сама, так и быть, перееду обратно в эту сломанную Комнату.

Этлина прожгла меня полным ненависти взглядом.

— Где твой пернатый крысеныш? — спросила она.

— Он улетел, но обещал вернуться.

— Надеюсь, этого не случится. От вас обоих невыносимо воняет костром. Хоть бы помылась.

— Драконам нравится запах дыма, — вспомнила я слова Тьера. — Он напоминает им о пламени.

Этлину аж затрясло от злости. Гордо вздернув подбородок, она прошла мимо меня, припечатав напоследок:

— Забирай эту дефектную комнату себе. Я найду что получше.

Я прикусила нижнюю губу, сдерживая улыбку. А едва Этлина скрылась за поворотом, я шагнула к двери спальни. Мне даже дергать за ручку не пришлось, дверь сама гостеприимно распахнулась передо мной.

Моя прелесть вернулась ко мне, не прошло и суток.

Я вошла в Комнату триумфатором под победный марш – звенели подвески на люстре, дребезжали бокалы на тумбе, хлопали оконные ставни и мигали свечи. Подруга радовалась моему возвращению.

Мы бы обнялись, будь это возможно. А так я просто повалилась в кресло возле камина и выдохнула:

— Я тоже счастлива, что мы снова вместе.

Вслед за мной в Комнату вошел Тьер и прикрыл дверь, оставляя нечисть в коридоре. Наверняка они снова будут подслушивать и подсматривать. Да и пусть. Зато Этлина не подкрадется и не услышит наш разговор. Мы с Тьер сможем нормально поговорить.

— Коронация завтра на рассвете, — сообщил он.

Что ж, этого следовало ожидать. Этлина торопится. Чует, что ей здесь не рады и ее положение шатко.

— Я послала Амфи за сестрой, — призналась я, а после коротко рассказала о Даре Эли и о своих планах на него.

Скрыла только тот факт, что вся наша семья родом из другого мира. Что-то я пока не готова обсуждать такие темы и так столько всего свалилось. Может, однажды, где-нибудь через пару лет после свадьбы я признаюсь Тьеру.

Мы будем сидеть на скамье в саду, наши дети будут играть в снежки, и я скажу ему:

— Знаешь, я вообще попаданка.

Он повернется, посмотрит на меня и ответит:

— Это многое объясняет.

Я тряхнула головой. Не время мечтать. Чтобы у нас были общие дети, надо избавиться от Этлины.

Тьер устроился на кресле напротив меня, взял мою руку в свою и произнес:

— Если ты говоришь, что твоя сестра способна меня спасти, я готов рискнуть. Я доверяю тебе.

Другого ответа я от него и не ожидала.

— Но нам нужно потянуть время, — вздохнула я, — пока ждем Элю. Как быть с коронацией?

Вместо ответа Тьер перебирал мои пальцы и гладил запястье. Кажется, он забыл, что у нас здесь судьба решается.

— Придумай, что нам делать, — я попыталась вернуть его в реальность.

— Не могу, — качнул он головой.

— Не можешь – что?

— Думать, — ответил Тьер. — В твоем присутствии я способен думать лишь об одном – как сильно мне хочется тебя поцеловать.

Я отдернула руку. Мужчины такие мужчины! У нас тут ведьма, одержимая местью, собирается прибрать к рукам замок и всех его обитателей, а Тьер ударился в романтику. Кровь у него, видите ли, отлила от мозга.

— Мне что, выйти из комнаты, чтобы ты начал соображать? — я встала и уперла руки в бока.

Тьер откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня снизу вверх. Утренние вопли Этлины застали нас всех врасплох, и Тьер не успел побриться. Легкая щетина на щеках в сочетании с усмешкой придавала ему хулиганский вид.

При взгляде на принца я почувствовала, как моя собственная кровь устремляется куда-то не туда. Внизу живота стало горячо, а по телу разлилась истома.

Нет, это не дело. Этак Этлина победит нас одной левой. Я попятилась от Тьера и остановилась, лишь когда уперлась спиной в дверь.

— Теперь я достаточно далеко, чтобы ты мог подумать? — уточнила.

Тьер вздохнул и прикрыл глаза. Видимо, расстояние не играет значения. Главное – не видеть меня.

Он просидел так совсем недолго. Пара секунд – его веки распахнулись, и я прочла в глазах Тьера «Эврика». Кажется, его осенило.

— Я подменю корону, — заявил он.

— Как сделал это со мной?

— Ты знала? — нахмурился Тьер.

Я пожала плечами. Мол, от меня ничего не скроешь.

— Ладно, — махнул он рукой. — Да, именно так. Коронация не будет считаться, если корона ненастоящая. Это даст нам немного времени.

— А Этлина не распознает подмену? Все-таки она создала корону каменной девы…

— Я постараюсь, чтобы этого не произошло. Отвлеку ее, если придется. Осталось только найти корону… В день твоей несостоявшейся коронации я обронил ее в святилище, и волхв куда-то ее унес. Придется сходить к пауку на поклон. А нам с тобой лучше не видеться до коронации, чтобы Этлина ничего не заподозрила.

— Но как я узнаю, что ты нашел корону и все в порядке?

— Я пришлю тебе послание, — сказал Тьер и поднялся с кресла. — Сегодня вечером.

— Каким образом? — спросила я.

— Что-нибудь придумаю.

Я стояла у двери в коридор. Чтобы покинуть спальню, Тьеру пришлось подойти ко мне. И это снова с нами произошло – мы просто зависли.

Я не поняла, в какой момент Тьер оказался так близко. Его дыхание коснулось моей щеки, и я поплыла. Похоже, нам опасно приближаться друг к другу. Чем короче между нами расстояние, тем хуже мы оба соображаем.

— Мне надо идти, — сообщил Тьер, не двигаясь с места.

— Иди, — согласилась я, не сделав и шага в сторону, чтобы его пропустить.

Тьер наклонился ко мне.

— Останови меня, — попросил он.

Я протянула руку, уперлась ладонью ему в грудь. Вроде как сейчас дам отпор, но в последний момент пальцы сжались в кулак, захватывая рубашку Тьера. В итоге вместо того, чтобы оттолкнуть его, я потянула его на себя.

Все закончилось поцелуем. Тьер с такой силой обнял меня, что кости захрустели. Он целовал с жадностью, нетерпеливо и лихорадочно. Впивался в мои губы, захватывал в плен язык, затем вдруг резко отстранялся, ловил мой взгляд и после снова целовал.

Нас захлестнуло какое-то сумасшествие. Неизвестно чем бы оно закончилось, если бы в дверь деликатно не постучали.

— Я, конечно, дико извиняюсь, — донесся из коридора голос вурдалака, — но среди нас дети, если вы вдруг забыли.

Тьер зарычал, как дикий зверь, которого отрывают от добычи, но все-таки отпустил меня.

— Вот теперь мне точно пора, — хрипло выдохнул Тьер.

На этот раз я с ним согласилась и даже отошла в сторону. Тихонечко двинулась вбок вдоль стены, потому что без ее опоры точно бы упала – колени подгибались.

Тьер распахнул дверь и торопливо вышел, а я выглянула в коридор и недобро так посмотрела на вурдалака, испортившего мне поцелуй.

— Не убивай гонца, — поднял он руки вверх, точно сдаваясь. — Ты сама говорила, что Джему рано еще такое.

Я вздохнула. Вурдалак, конечно, прав.

— Ыда? — напомнил упырь о моем обещании накормить их компанию.

В самом деле, я же собиралась заняться продовольственным вопросом. Это всяко продуктивнее, чем сидеть в четырех стенах и гадать – сработает план по замене короны или нет. Чем нервничать попусту, лучше займусь делом.

— Иду, — кивнула я и шагнула в коридор.

Я целенаправленно шла по коридору, за мной по пятам семенила нечисть. Я точно знала конечную цель нашего пути, но своим спутникам ее не сообщила.

На самом деле, еще вчера я придумала, как накормить не совсем обычных жителей Северного замка. Вот только им пока лучше об этом не знать. Вряд ли мой план придется им по вкусу. Но другого решения проблемы с пропитанием я не видела.

Охоту сразу отмела. Это не мое. Убить даже мышку казалось мне чем-то кощунственным и неправильным. Я понимаю, что нечисти необходимо питаться, но все, что связано с членовредительством – это без меня.

Судя по всему, из местной нечисти охотники еще хуже, чем из меня, иначе не возникло бы сложностей с питанием. А раз так, то придется им довольствоваться тем, что есть.

— Вот мы и на месте, — с этими словами я распахнула двери Зимнего сада.

— Ыда?! — хором удивились упыри.

— Стесняюсь спросить, но как в нашем деле поможет сад? — поддержал их вурдалак.

— Мы будем работать, — заявила я, закатывая рукава. — Труд облагораживает, знаете ли.

— Мы с Джемом постоим в сторонке и посмотрим, — хрюкнул пожиратель снов. — Чую, будет весело.

Я не стала их огорчать, что работать придется всем. У меня для каждого припасено дело. Начала я с вампалов.

Они отлично в прошлый раз вскопали землю. Жаль, лишь небольшой участок. Сегодня они это исправят.

За время общения с нечистью я неплохо изучила их и начала понимать, что им нужно. Вампалы – сущие щенки, обожающие играть, только очень большие, лохматые и сильные.

С ними надо как с детьми. Не заставлять, а увлечь процессом, и тогда они сами все сделают. Я использовала тот же стимул, что и в прошлый раз – косточку. И вскоре вампалы с энтузиазмом вскапывали огород в ее поисках. Надо было только их направлять.

Ответственным по вскапыванию я назначила пожирателя снов.

— Следи за тем, чтобы они копали равномерно, — велела я ему.

Затем переключилась на Джема:

— Скажи, у вас есть семена?

— К-конечно.

Мальчик подвел меня к шкафу в дальнем углу сада. На нем висел замок, но Джем без труда его сорвал. Все же ручища тролля – это вам не шутки. Все время забываю, какой Джем сильный.

Внутри шкафа меня ждало настоящее богатство. Для начала я проверила баночки с семенами, выбрав те, что буду сажать. Соя и томаты – вот на чем я остановилась. Позже можно освоить весь ассортимент, но для начала и этого хватит.

Но главное, что я нашла в шкафу, – это магические порошки. На одной из баночек была надпись – «Ускоритель роста». Признаться, я надеялась, отыскать удобрение, но этот вариант даже лучше.

— У нас все готово! — крикнул пожиратель снов.

Вампалы вскопали огород в рекордные сроки. Настал черед упырей. Им я поручила делать аккуратные лунки для семян через равные промежутки. Упыри обожали порядок и процесс пришелся им по вкусу.

— А мы с тобой, — сказала я вурдалаку, — покидаем семена в лунки и прикопаем.

— Я не стану пачкаться в земле, — скривился вурдалак.

— Очень жаль, — вздохнула. — А я хотела побыть с тобой наедине. Вот придумала это дело только для нас двоих…

В итоге когда я пошла сеять, вурдалак чуть ли не вприпрыжку побежал за мной. Все потому, что я сыграла на его слабости – желании нравится противоположному полу.

Вот так слаженно работая единой командой, мы управились с посевом за какой-то час. Джем тем временем натаскал снег в ведрах, и тот растаял в тепле сада.

— Здесь написано, что порошок надо растворить в воде и полить ею землю, — прочла я инструкцию на баночке с магическим удобрением. — Но часть этикетки оторвалась, и я не знаю, сколько надо сыпать. Что ж, проведем эксперимент.

Я открыла баночку и сыпанула понемногу порошка в ведра. Многоцветная пыльца растворилась в воде, даже не окрасив ее. Эх, была не была! Я сыпанула от души. Все, что было в банке. После этого вода стала похожа на лужу бензина – такая же разноцветная.

Джем подхватил ведра и полил огород. Вот и все, готово. Мы сделали, что могли.

— Как думаешь, — спросила я Джема, — скоро подействует порошок?

— М-мы никогда ничего не сажали, — пожал плечами мальчик.

— Подождем, — сказала я и присела на лавку рядом с мальчишкой и пожирателем снов.

Вампалы устроились у моих ног. Упыри окружили нас дружной стайкой. Вурдалак умостился на краешке скамьи и стрелял в меня глазами. Вся команда в сборе, облизываясь, ждет обеда.

Глядя на них, я искренне надеялась, что волшебный порошок не просрочен и сработает, как надо. Потому что в противном случае на обед буду я.

Зимнее солнце, проникая в сад через стеклянный потолок, припекало очень даже по-летнему. Плюс влажность поднялась из-за полива. Зимний сад быстро превратился в парник.

В этой духоте нас всех разморило. Еще, конечно, скука виновата. Оказалось, что смотреть на вскопанный огород не так уж весело.

Первыми задремали вампалы. Под их уютное сопение отключились упыри, а следом я с Джемом и вурдалаком. Бодрствовал один пожиратель снов. У него благодаря нам наступил обед. Хоть кого-то я накормила, а значит, уже отчасти сдержала данное слово.

Проснулась я оттого, что меня кто-то настойчиво толкал в бок.

— Что случилось? — проворчала недовольно.

Спать сидя на лавке, пристроив голову на плечо тролля, было ужасной затеей. Шея и зад затекли, я едва разогнулась.

Приоткрыв один глаз, я поняла, что меня разбудил пожиратель снов. Он сам, собственными руками прервал свой обед. Должно было стрястись что-то по-настоящему нехорошее. Второй глаз распахнулся сам собой при этой мысли.

— Это вообще нормально? — пожиратель указал на огород.

Я с трудом повернула затекшую шею и ахнула.

От моего возгласа тут же подскочили вампалы:

— Гыв! Гыв! Гыв! — их лай звучал помощнее собачьего.

Естественно, он разбудил всех остальных. И теперь уже вся наша компания, открыв рты, уставилась на огород.

А посмотреть было на что. Мы посадили томаты и сою. И те, и другие вырастают не высокими, и уж точно не превращаются в деревья. А перед нами высился лес. Каждый ствол с обхват моих рук. Плоды им под стать – помидор с мою голову.

— Наверное, я переборщила с магическим порошком, — пробормотала, признавая свою ошибку.

— Зато к-какой урожай, — подбодрил Джем. — Одного помидора надолго хватит.

— Это какой-то арбуз, а не помидор, — я все еще была в шоке.

А Джем времени даром не терял. Сходил за тачкой и набрал в ее помидоров и сои. Я же смотрела на то, как верхушки «деревьев» подпирают стеклянный потолок оранжереи, и молилась, чтобы он выдержал.

— Ч-что с этим делать? — вопрос Джема привел меня в чувства.

— Поехали на кухню, — кивнула я и пошла за Джемом к двери. Нечисть двинулась за нами, но я их остановила: — А вы побудьте здесь. Я позову вас, когда ужин будет готов.

Меня послушались, все помнили правила Али. В коридор мы с Джемом вышли вдвоем, и он спросил:

— Т-ты хочешь накормить нечисть овощами? Ничего н-не выйдет, они т-такое не едят. Тьер уже пытался.

— То Тьер, а то я, — хмыкнула. — В кормежки нечисти важен подход, а не продукты.

— Ты г-говоришь так, будто уже кормила нечисть.

— Я готовила для сестер. Они у меня еще те привереды в еде, похуже нечисти.

Мне всегда нравилось готовить. Одно время я даже думала не пойти ли мне учиться в кулинарный. Но тогда это казалось чем-то несерьезным. Эля – учительница, Яся – ученый, а я – повар. После такого поверишь, что на младших природа отдыхает.

Но вот ведь, пригодились мои способности. Благодаря им у меня был четкий план, чем накормить нечисть.

На кухне, как всегда, было пусто. Но теперь я знала, что повар где-то здесь, просто невидим. Он все-таки домовой, а они вечно прячутся.

— Уважаемый повар, — обратилась я к нему, — у меня к вам просьба, приготовьте, пожалуйста, из этих продуктов…

Я снабдила его длинной и подробной инструкцией, оставила продукты и вышла, забрав с собой Джема. Пусть повар творит.

Я была уверена, что он мне не откажет. Мы неплохо поладили после того, как я заставила упырей хоть немного прибраться на кухне. Уверена, повар не каждому дарит цветы из марципана.

Осталось дождаться, когда ужин будет готов и позвать нечисть. Надеюсь, они достаточно проголодались, чтобы позариться на мои блюда.

Едва мы вышла в коридор, как процесс пошел. С кухни доносился звон посуды и топот ног, словно много маленьких человечков бегали туда-сюда.

Мы с Джемом терпеливо ждали, когда все будет готово, и нас позовут. Длилось это недолго. От силы минут десять. Похоже, повар применяет магию при готовке. Ничем другим такие темпы объяснить нельзя. Наверное, у него тоже есть свой магический ускоряющий порошок.

Вот на кухне повисла тишина, а затем дверь со скрипом открылась – нас приглашали войти.

— П-после вас, — проявил галантность Джем, а на самом деле просто опасался заходить первым.

Я не обиделась. Все-таки он еще ребенок. И вообще пугаться – это нормально. Даже если ты – огромный сильный тролль.

Я первой перешагнула порог кухни и вдохнула полной грудью аромат обеда. Рот тут же наполнился слюной. Пахло божественно. Местный повар однозначно достоин звезды Мишлена.

— П-пахнет мясом, — поразился вошедший следом Джем. — Но к-как?

А потом его взгляд упал на тарелки, расставленные на столе. Всего их было девять: три для упырей, четыре для вампалов, одна для Джема и еще одна – для меня. А что, я тоже проголодалась после работ в огороде. Плюс отдельно стоял большой бокал, доверху наполненный красной жидкостью.

— И в-выглядит как мясо, — удивление Джема все росло.

— А ты попробуй, — я пододвинула к нему тарелку. — И скажи, как на вкус.

Он осторожно подцепил кусочек двумя пальцами. В этот раз я закрыла глаза на то, что мальчик не пользуется столовыми приборами. Куда сильнее меня сейчас волновало его мнение.

Джем положил кусочек в рот и принялся жевать.

— Ммм, — протянул он, жмурясь от удовольствия, а после облизал пальцы.

По-моему, это был комплимент шеф-повару. Блюдо удалось.

— На вкус как вареное мясо. Это ч-что магия? — спросил Джем. — Как ты сделала мясо из овощей?

— Никакой магии, — улыбнулась я. — Из сои можно приготовить мясо. Сначала делается, так называемый, «соевый текстурат» – он похож на муку. Потом ее варят, сушат и измельчают. В итоге получаются кусочки, которые очень похожи на обычное мясо. Я рассказала рецепт повару, и он все сделал правильно, а главное – быстро.

— А можно еще? — Джем смотрел на меня голодными глазами. Бедный ребенок устал от полусырой картошки.

— Конечно, — кивнула я. — Это твоя тарелка, ешь. Только ложку возьми.

Джем схватил половник и накинулся на еду, я тоже перехватила пару кусочков, но на полноценный обед времени не было. Пора кормить нечисть, и я отправилась в Зимний сад.

Если честно, нервничала. Одно дело Джем и совсем другое – упыри и с вампалами. Вдруг они не оценят соевое мясо? Тогда придется добывать настоящее, а я к такому повороту не готова…

Мне предстояло убедить голодную нечисть, что они – вегетарианцы. Просто пока они не в курсе. Вот уже не знаю, кто в итоге больше удивится – они или я.

И это я еще молчу о вурдалаке. Его вообще ждал самый большой сюрприз. Впрочем, к нему я как раз нащупала подход и волновалась на его счет меньше всего.

Зимний сад встретил меня густой растительностью. Я с трудом открыла дверь – с той стороны ее подперла толстая ветка томатов. А вот это нехорошо. Как долго еще будет продолжать рост? Это же какие-то джунгли!

Продираясь сквозь овощные заросли, я кое-как нашла нечисть. Они сбились в кучку на пяточке свободном от растительности, но уходить не торопились. Я велела им ждать здесь, и они ждали. Вот это я понимаю – послушание.

— Ыда? — с надеждой в голосе встретили меня упыри.

— Все верно, — кивнула я. — Идемте, обед готов и ждет вас.

Они чуть не снесли меня с ног, когда бросились к двери.

— Меня-то подождите! — крикнула я им вдогонку. Но какое там… они уже были на полпути к кухне.

Пришлось бежать следом. Но как ни торопилась, добралась до кухни последней. А там уже началась пищевая вакханалия, а то и вовсе продуктовая оргия.

Джем составил тарелки вампалов на пол, и те, громко чавкая, поедали соевое мясо. Упыри ели со стола, но не менее активно.

Зря я переживала насчет сои, нечисть даже не осознала подмену. Бедняги перебивались редкой возможностью поесть – то крысу поймают, то птичку. Вряд ли им знаком вкус мясной вырезки. К тому же голодному все кажется вкусным, даже те блюда, которые он не особо любит.

Я ошиблась только в одном – мало приготовила. Но ничего, это легко исправить. Тем более с таким огородом.

Но одна проблема все-таки осталась – вурдалак. Пока все ели, он склонился над бокалом с красной жидкостью и вид у него при этом был ужасно недовольный.

— Уж простите, но я это пить не буду, — вурдалак одним пальцем брезгливо отодвинул от себя бокал. — Я все-таки вампир, а не какой-то комар. Мне нужна свежая кровь, а это… даже не знаю что.

В бокале был томатный сок, смешанный все с тем же соевым порошком. Соя – универсальный продукт. Помимо белка в ней еще много железа, а я где-то читала, что вампиры пьют кровь как раз ради него.

Вот и придумала соединить сою, как источник питательных веществ для вурдалака, с томатным соком для маскировки. Получилась практически «Кровавая Мэри», только безалкогольная. Остался сущий пустяк – заставить вурдалак выпить этот коктейль.

— Что-то ты слишком бледен, — зашла я издалека. — Я слышала, что аристократическая бледность вышла из моды. Нынче всем нравятся румяные. Очень жаль, — притворно вздохнула, — но, похоже, ты больше не актуальный, а значит, не будешь пользоваться успехом у дам. Ты же знаешь, какие мы… падкие на все модное.

— Как это – не буду пользоваться успехом? — занервничал вурдалак.

Он принялся щипать себя за щеки в попытке вернуть им румянец. Но это то же самое, что делать искусственное дыхание двухдневному трупу – абсолютно бесполезное занятие. Жизнь в это тело уже не вдохнуть.

— Так лучше? — спросил вурдалак.

— Ну-у-у, — протянула я.

Вурдалак заметался в поисках отражающей поверхности. Нашел начищенную до блеска сковороду, схватил и попытался использовать в качестве зеркала. Сковорода в самом деле неплохо отражала все вокруг. Кроме вурдалака.

Его этот факт жутко разозлил, и он в сердцах отбросил сковороду прочь.

— Утоплюсь! Повешусь! Отравлюсь! — заламывал руки вурдалак. — Какой смысл жить, если ты вышел из моды?!

Прямо Синди Кроуфорд в финале своей карьеры. Королева драмы, а не вурдалак.

И вот тут я обронила вроде как невзначай:

— Говорят, коктейль из томатов улучшает цвет лица.

Я еще не договорила, а вурдалак уже пил залпом «Кровавую Мэри» и причмокивал от удовольствия. Вот и славно, еще минус одна проблема. Теперь вурдалак тоже будет нормально питаться. Насколько нормальное питание вообще возможно для нечисти.

— Как я теперь? — уточнил он, допив.

Вопрос был адресован сразу ко всем. Я испугалась, что упыри или вампалы ляпнул лишнее, но они меня поддержали.

— Ыда, — похвалил главный упырь.

— Гыв! — согласились вампалы хором.

— Шикарно выглядишь, — кивнул Джем.

Вурдалак приосанился и стрельнул в меня глазками. Трагедия закончилась, он снова вернулся в строй.

Я, наконец, могла выдохнуть с облегчением. Миссия выполнена! Я сделала невозможное – накормила нечисть овощами.

Вампалы довольные валялись на полу сытыми пузами кверху. Упыри, икая, уползли в свою каморку, вздремнуть после обеда. Джем тоже выглядел осоловевшим. Давно жители замка так плотно не ели.