Аксюта Почтальон

1

Собеседование длилось уже почти час. Хотя какое это собеседование? Началось оно со стандартного вопроса:

— Расскажите немного о себе.

И продолжилось как болтовня обо всём и ни чём. И чего, спрашивается, так боятся все те ненормальные, которые в порядке тренировки по десять раз проходят IQ тест? Хотя да. Непонятно по каким признакам ирихи отбирали себе работников, но совершеннейших дураков не брали это точно. Хотя казалось бы, зачем оно нужно подсобным рабочим? А вот ведь. Эстетствуют наши загадочные инопланетяне. Сидит вот напротив, и по лицу хрен прочтёшь, что он обо всём этом думает. Идеальная маска, а не физиономия. Хотя вопросы подкидывает интересные. Алекс настолько увлёкся разговором, что ощутил немалое разочарование, когда собеседник с неуместной торжественностью произнёс:

— Александр Юрьевич Стржевский. Правильно? — сделал пометку в своём блокноте и широко улыбнулся ему. — Вы нам подходите. Контракт на год, отправка через три дня. Однако передумать вы можете в любой момент вплоть до момента отбытия.

Алекса от этой улыбки слегка передёрнуло, но он постарался не подавать вида. Странные существа — ирихи. Вполне антропоморфного вида, с чересчур длинным туловищем, но коротковатыми конечностями, с очень правильными чертами лица, но словно бы неживыми, не настоящими. Они очень старательно копируют человеческую мимику, но чем больше прикладывают для этого усилий, тем неестественней она смотрится. В прессе даже мелькали предположения, что на самом деле это — маски. Высказывались и ещё более фантастичные теории, но земная цензура вымарала эти высказывания из уважаемых изданий, оставив их на откуп «жёлтой прессе», над статьями которой охали, ахали но всерьёз их никто не воспринимал. Слишком выгодно было сотрудничество с ирихами, чтобы позволить настроить людей против него. А народ, в массе своей, это такое тупое стадо, которое в панике может снести всё и вся. И что же тогда, остаться без удивительных приборов, работающих по неизвестным технологиям и не имеющих земных аналогов и превосходных материалов, за истекшие десятилетия прочно вошедших в экономику землян? Особенно если учесть, что взамен ирихи требовали только волонтёров для выполнения несложных работ. Очень выгодная сделка, практически задаром.

Что дёрнуло Алекса завербоваться? Уж не щедрая премия от государства, выплачиваемая самому контрактнику или его семье в случае длительного пребывания на Вианасте. Слава богу, денег ему на жизнь хватало, да и родители не бедствовали. Он сощурился на неяркое, но пока ещё заметно пригревающее осеннее солнышко, впервые за прошедшую неделю выглянувшее из-за туч, и сам себе ответил на этот вопрос. Он убегал. От обязанностей, обязательств и ответственности взрослой жизни. Бежал от размеренности существования, от болота обыденности, которое что ни день засасывало всё глубже. От успешной карьеры, от деловых партнёров, которыми как-то незаметно сменились друзья юности, от нарисовавшейся на горизонте девушки из приличной семьи, с которой было приятно иметь дело, но не вызывавшей ни каких особенных чувств. Пока есть желание и силы из всего этого вырваться, пока не убедил сам себя, что именно этого он и хотел и этого ему достаточно для простого человеческого счастья. Или это просто в очередной раз разыгралась осенняя депрессия? С ним раньше такое частенько случалось.

Это не было взвешенным решением. Как и в остальных случаях, когда Алексу приходилось круто менять свою жизнь, желание податься на Вианасту накатило внезапно, когда утром, по пути на работу, перескакивая через лужи оставленные на асфальте ночным дождём, он проходил мимо ирихского посольства. Глянул на очередь, уныло мокнущую под мелкой моросью, и памятуя о том, как часто в юности он не задумываясь следовал таким порывам, и что результат был совсем неплох, свернул в гостеприимно распахнувшиеся двери отделения предварительной регистрации. Как ни странно, но ему ждать ничего не пришлось, вежливые сотрудники посольства, безукоризненно следовавшие всем нормам земного этикета, сразу проводили его на собеседование. Повезло, наверное. А то если бы ему, как и остальным бедолагам, пришлось днями простаивать в очереди, плюнул бы на это дело и продолжил жить как жил. Или не повезло?

Остатка дня едва хватило на то, чтобы уволиться с работы и уладить прочие неотложные дела, самым тяжким из которых было сообщение о принятом решении родителям. И мамины стенания: «А может, ты ещё подумаешь!», и выразительное неодобрительное молчание отца: «Только-только за ум взялся, начал нормальную жизнь налаживать и вот опять!…» как ни странно ещё сильней укрепили его уверенность в правильности принятия решения. А не пошли бы они?… дурь из головы выкинуть не трудно, но жалко. Один только младший брат, которому достались ключи от квартиры с наказом следить за ней в отсутствие хозяина, был страшно доволен, и, хлопнув Алекса по плечу, благословил на свершение подвигов и постижение неизведанного.


Утром третьего дня, он буквально сбежал из дома. Очень уж Алекс опасался, что перед самым уходом опять кто-то придёт, позвонит и начнёт уговаривать и отговаривать. В конце концов, что такого, это всего лишь год! Но друзья и родные словно бы сговорились отравить последние дни его пребывания на Земле. Наверное, это какой-то атавистический страх перед всем новым, ничем другим Алекс не мог объяснить поведение своих близких. Хотя их, конечно, можно понять. Не может не вызывать подозрений место, куда можно попасть только благодаря любезности его хозяев. И даже более того, само перемещение непонятным образом неизвестно куда не может не вызывать невольной нервной дрожи. Это просто принято было считать Вианасту другой планетой, чем на самом деле является это место, узнать так и не удалось. Или, по крайней мере, обывателям об этом не сообщали.

Когда с полсотни лет назад ирихи явились на Землю, то выбрали для этого вполне традиционный способ — спустились с неба на летательном аппарате. Однако вскоре выяснилось, что всё это фикция, представление, разыгранное ими, чтобы не слишком пугать людей. На самом же деле, ирихам для перемещения в родной мир, кажется, не нужно вообще никаких приспособлений. Во всяком случае, ни каких космодромов ими на Земле построено не было, все, кто отправлялся на Вианасту, исчезали прямо из здания посольства. Кстати, забавный момент «ирихи» — это не самоназвание, люди вообще не слышали языка этих существ, просто первые услышанные от них звуки, слегка похожие на настроечные микрофона, звучали примерно как «ирх, ирх».

Как ни странно этим утром в посольстве было довольно пустынно. Вместо толпы ожидающий отправки на Вианасту его встретила только одна немолодая дама, которая одарила его заинтересованным взглядом, но в разговор вступать не стала. Неужели ирихам так сложно угодить? У него это получилось без особых проблем.

— Госпожа Ирина, господин Алекс, — сразу начал вошедший в приёмную ирих, кажется тот же самый, что проводил собеседование, — сейчас вас отведут в соседнее помещение, плотно завяжут глаза и переместят в наш мир.

— А без этого как-то обойтись нельзя? — женщина безотчётным жестом тронула причёску, видимо опасаясь за её сохранность.

— К сожалению, нет. С людьми, которым была оставлена возможность ориентации, несколько раз происходили несчастные случаи. Ваша повязка — это всего лишь клобучок, какой надевали птицам во время соколиной охоты, чтобы та не нервничала.

— У меня довольно крепкие нервы, — не мог не возразить Алекс, хотя внутри его била нервная дрожь.

— Возможно, — не поддался на провокацию ирих. — Но мы предпочтём вами не рисковать.

На счёт повязки на глаза это он, конечно, соврал. Закрывала она не только глаза но и уши, и хорошо хоть нос заткнуть не догадались. В следующий момент его что-то спеленало по рукам и ногам, так что единственное что он мог продолжать делать — это дышать. Ну и заорать бы смог, если бы успел, но уже буквально через мгновение его отпустили.

— Что за шутки!? — он с раздражением сорвал повязку с глаз и огляделся: помещение было тем же самым. — А переход когда?

— А мы уже на месте, ты из окна выгляни, — это произнесла женщина, которую он до того не видел. Или не женщина? По ирихам вообще очень сложно определить какого они пола, но эта вроде бы одета в платье. Лицо идеально пропорциональное, таких даже у античных статуй не бывало, но при этом какое-то кукольное, какие он видел только на компьютерных моделях. Неживое совершенство.

Мысли о странных хозяевах этого места моментально улетучились, стоило только Алексу последовать доброму совету и выглянуть в окно. Именно такой пейзаж он видел на многочисленных открытках изображавших Вианасту: низкие приземистые двухэтажные здания перемежающиеся редкими многоэтажными высотками, чуть розоватое небо над городом, и мягкий, рассеянный свет, какой на Земле бывает ранним летним вечером, в любое время суток.

— Значит, ваш мир и в самом деле так выглядит, — почти неслышно пробормотал он, не рассчитывая на ответ.

— Нет, что ты, это только Человеческий Домен такой. Здесь мы воссоздали условия обитания для вас наиболее близкие к земным.

— Понятно, — немного ошалело пробормотал Алекс, хотя на самом деле ничего не понял и решил переключиться на дела насущные, пока в мозге не перегорели какие-нибудь транзисторы. — А что дальше? Куда делся тот ирих, который инструктировал меня? И кто ты?

— Начну с конца. Меня можешь звать Мойра, я работаю в службе адаптации и буду твоим инструктором в ближайшие дни. А тот, с которым ты общался, так и остался на Земле. На Вианасту он не переносился.

Между делом она ухватила его за руку и повлекла по лестнице вниз. Захват был довольно жёстким, так что если бы Алексу пришло в голову сопротивляться, вырваться удалось бы точно не сразу. Но ни о чём подобном он не думал. Ошалелый и слегка пришибленный произошедшим, он послушно шёл за своей провожатой. Странное дело, он вроде бы знал, куда завербовался, морально готовился к путешествию, а оказавшись на Вианасте, растерялся как ребёнок, внезапно оказавшийся в чужом городе без родителей. А Мойра, между тем вывела его на улицу, и, не давая времени оглядеться и осознать, потащила вперёд, к живой ползучей дорожке, которая должна была провезти их по городу и доставить к назначенному общежитию.

И всё это время она не переставала говорить, кратко комментируя всё, что попадалось им на глаза, рассказывая о принятых здесь правилах и декламируя целые куски из подписанного им ещё на Земле контракта. Между делом отвечала на невнятные вопросы Алекса, больше догадываясь об их смысле, чем вслушиваясь в его лепет. Дамочка явно знала своё дело. Загружая его разум потоками несложной, но важной для него или просто занимательной информации она не давала человеку впасть в шоковое состояние. И между делом ловко обходила некоторые «неудобные» для себя вопросы.

— Электронную карту с твоими подъёмными выдам тебе уже в общежитии. Как и другие документы… Из транспорта здесь есть только живые дорожки. Они ментальноуправляемые. Проще говоря, держи в памяти место куда хочешь попасть и именно туда они тебя и довезут… Держись за поручень. Идут дорожки не слишком быстро, но при неудачном стечении обстоятельств или плохом самочувствии свалиться всё же можно… Город небольшой. За стандартные сутки можно пересечь его из конца в конец… Продукты не земные, местные, но для вас всё, что продаётся в магазинах — безопасно.

Алекс усиленно вертел головой по сторонам, вдыхал воздух нового мира, от обилия впечатлений слегка кружилась голова. Ни какие репродукции не могли передать красоту этого города. Почему речь идёт только о картинках? Исключительно только потому, что вся земная техника, не имеющая в своей основе чисто механических принципов действия, в этом мире не работала. Так, что всё, что имели земляне — это зарисовки нескольких художников, побывавших на Вианасте, ну и то, что предоставили сами ирихи, а они, почему-то не слишком любили делать изображения своего города. Полностью каменный, он, тем не менее, производил впечатление какой-то лёгкости, воздушности. Мостовые, да и стены домов, имели не только цвет и структуру, но и какую-то глубину, словно бы материал из которого их отлили, был полупрозрачным. Не тяни его Мойра за руку, он непременно присел бы чтобы его пощупать, а скорее всего вообще не скоро сошёл бы с места. Воздух почти ни чем не пах, разве что еле-еле проскальзывала нотка разогретого на солнце камня.

Живая дорожка остановилась у очередного приземистого здания из голубоватого камня. Алекс вновь огляделся по сторонам (до тех пор его внимание было поглощено проблемой: как бы не свалиться). На этот раз его внимание привлекли прохожие: куда-то спешащие по своим делам люди и важно прогуливающиеся ирихи. Кстати, почти все они, как и его спутница, носили платья. Мода здесь такая, что ли? Не может же быть большая часть населения женщинами. Эта неожиданная мысль заставила его задуматься, а что вообще он знает об ирихах. И прийти к неутешительному выводу, что почти ничего. Как-то само собой подразумевалось, что если внешне они подобны людям, значит и всё остальное у них примерно также. Неуютная мысль. И заставила ещё пристальнее вглядеться в Мойру. Что-то ещё цепляло взгляд. Какое-то явное отличие, которое не укладывалось в его представления о возможном. Движения! Она, все они, двигались настолько плавно, что казались не шли, а плыли над мостовой. Что ещё на ровной поверхности как то объяснимо, в конце концов, танцовщицы из виденного им когда-то ансамбля «Берёзка» двигались примерно так же, но ведь и когда по лестнице спускались Мойра скользила так же ровно. Это как объяснить?

— Здесь ты будешь жить. Общежитие N 8, комната N 14. Адрес лучше не забывать. На первом этаже бар и магазин.

Апартаменты оказались однокомнатными и вполне комфортабельными. Во всяком случае, здесь было всё, необходимое для жизни. И что немаловажно, всё было знакомым. Нет, конечно это были не земные вещи, но весьма неплохая их имитация. Кровать, стол и кресла, понятные обозначения на кнопках встроенной бытовой техники. Охотно верилось, что всё это сделано специально для людей.

— Здесь, — Мойра постучала по столешнице, привлекая его внимание. — Информационное табло. На нём сейчас выведен список вакансий. Не позднее завтрашнего утра ты должен сообщить мне, кем будешь работать. Твоя карта. Обживайся. И последний совет. Не оставайся сейчас один, спустись в бар или магазин, пообщайся с сородичами. Но на улицу пока лучше не выходи. К нашему миру нужно привыкнуть, а ты пока ещё слабо ориентируешься здесь. А утром я за тобой приду.

Мойра некоторое время помолчала в нерешительности, но потом всё же добавила:

— Я знаю, что людям бывает неуютно спать, не отгородившись от остального жилого пространства. На этот случай здесь имеются ширмы, но опять же, лучше ими не пользоваться. А если уж выдвинул, то прежде чем перейти в разделённое пространство, до конца задвинь её.

Она подошла к малозаметной нише в стене и выдвинула из неё стенку из тонкого, гибкого, но прочного материала. Для разнообразия просто белого цвета.

— И объяснять вы, конечно, ничего не собираетесь, — Алекса эта игра в недомолвки уже успела изрядно утомить.

На лице Мойры отразилось сомнение. Вообще, Алекс поймал себя на этой мысли, она гораздо искуснее пользовалась человеческой мимикой, чем остальные встреченные им ирихи. Причём как-то так, что становилось понятно, что она даже не собирается делать вид, что для неё все эти телодвижения естественны, что пользуется ими как инструментом для выражения эмоций. Неприятное зрелище, мороз по коже, однако осознание, что кто-то прикладывает столько усилий, чтобы быть им правильно понятым немного успокаивало.

— Нет. Объяснять не буду. Мне это конечно не сложно, но есть такая неприятная статистика, что те, кому всё что можно рассказали заранее, приживаются у нас намного хуже, чем те, кто до всего доходил сам.

— Всё что можно? Это как? Есть значит то, что нельзя?

— Есть то, чего вы не в силах понять. Наши знания о мире сильно отличаются. Не всё можно просто объяснить. Не зацикливайся на этих мыслях, к кое-каким простым выводам ты способен прийти сам, без подсказок, а потом можно будет и объяснений потребовать.

— У тебя?

— У любого, кто окажется поблизости и будет располагать временем для длительной беседы. Отдыхай. Обживайся. Завтра я за тобой зайду, без меня не пробуй куда-то идти.

А куда бы он мог пойти? Он же здесь ничего не знает. Алекс недоумённо пожал плечами и даже не заметил, как Мойра выскользнула из его комнаты. В воздухе она растворилась, что ли? Выложив из карманов кое-какие мелочи, он подсел к рабочему столу. На сенсорной панели высветился список вакансий. Так, ну здесь ничего неожиданного. Как его и предупреждали, требовались люди для выполнения несложной работы: продавцы, дворники, разносчики. Единственное, что его зацепило — имелась должность администратора в игорный зал. Слишком похоже на то, чем он занимался дома, на Земле. Эту должность вычёркиваем сразу, не для того он сбежал на Вианасту, чтобы и здесь продолжать заниматься тем же, чем занимался дома. Что выбрать из оставшегося? А какая, собственно, разница? Особых предпочтений у него не, так что и смысла сидеть над списками тоже. Ну и к тому же, не на всю же жизнь специальность выбирает, год можно перетерпеть, даже если не сильно понравится то, чем ему придётся заниматься. Закрыв глаза, Алекс наугад ткнул куда-то в середину списка. Служба доставки — почтальон. Ну, что ж, тоже неплохо. Теперь можно пробежаться по спискам магазинов с одеждой и прочими необходимыми вещами. Из вещей то у него только то, что на себе надето. Почему-то ирихи возражали против любой ручной клади, и если кто-то что-то хотел протащить на Вианасту, цепляли на себя.


В бар Алекс спустился исключительно потому, что больше податься было некуда, а сидеть в комнате одному скучно. Даже вспоминать о рекомендациях Мойры не понадобилось. Взяв большую кружку пива, он пристроился у барной стойки, в конце концов, где как не здесь можно найти себе собеседника. Пару минут просто тихонько наблюдал за публикой: всё как всегда, почти как в любом питейном заведении на Земле. Потом обратился к бармену с внезапно начавшим донимать его вопросим:

— Послушай, дружище, а у вас тут так принято, стены чёрной тканью оббивать?

— Новенький? — догадался светловолосый парень, возрастом, наверное, немного младше самого Алекса.

— Первый день. Заметно?

— Да не сильно. Чудаков здесь хватает. Вот только прожившие в Вианасте хотя бы пару недель таких вопросов не задают. Тебя, кстати, как звать? Я — Макс, — бармен отвлёкся, чтобы выполнить заказ вновь подошедшего клиента.

— Я — Алекс. Ты, кстати, продолжай, мне действительно интересно, — продолжил разговор Алекс, когда собеседник освободился.

— Да всё просто, — Макс небрежно пожал плечами, глядя на Алекса с превосходством аборигена давно вникшего в реалии местного существования. — Ткань нужна чтобы создавать полумрак. Камень, из которого сложены стены, светится и даже в помещении без окон всегда светло. Как видишь того куска стены, что мы оставили голым, вполне достаточно для освещения всего бара, — он небрежным жестом указал себе за спину, где за традиционными полками с напитками действительно виднелся желтоватый камень. Алекс невольно остановил на нём взгляд. Миг, и из жёлтого камень стал сиреневым. Он надавил на уголки глаз — ничего не изменилось. Ну, уж галлюцинациями Алекс никогда не страдал.

— А-а-а, — хотел было он задать бармену очередной вопрос, но тот куда-то исчез зато на соседнем сиденье нарисовался задумчивый мужичонка потрёпанного вида. Ну, в конце концов, какая разница у кого спрашивать? Здесь все знают больше него. — Мне не показалось, или стена действительно только что поменяла свой цвет?

— Может, и не показалось, — не меняя выражения лица и не удивляясь, ответил тот. — Мало ли что может во сне предвидеться.

— Во сне? — Алексу показалось, что он что-то недослышал.

— Ну да. А где ты думаешь, находишься? Место, где нет смены дня и ночи, где нет солнца и звёзд, где нет сезонов года, где всё в любой момент может всё измениться, вон даже стены не имеют постоянной окраски. Сон. Или виртуальная реальность. А наши тела лежат где-нибудь в подвалах ирихского посольства, мы же здесь ловим красочные глюки. — Потом помолчал и совсем тихо добавил: — Ни за что контракт продлевать не буду, сколько бы они мне не пообещали. Домой.

Разумеется, эти измышления Алекс слышал не раз ещё на Земле. Вот только здесь они начинали казаться более реальными, материальными, что ли.

Загрузка...