Глава 2

Квестеры нагнали более удачливых конкурентов примерно через семь часов пути. Наемники двигались очень не торопясь, а однажды и вовсе устроили привал. Как будто среди них был больной, раненый или очень пожилой, физически слабый человек. Да и песчаные воронки не делали путь легче. Каким образом наемники почувствовали, что их кто-то преследует, оставалось загадкой. Но ловушку они устроили не просто профессионально, а мастерски. В нее невозможно было не угодить. Они не учли лишь одного – непреклонного, а отчасти и вздорного характера Криса Орсона. Ему ежели что взбредет в голову, так спорить бесполезно. Коллеги по группе давно это уяснили. Поэтому, когда Орсон усмотрел на вершине бархана какую-то высохшую верблюжью колючку и заявил, что должен непременно присоединить ее к своей коллекции биологических образцов, Камохин только плечами пожал и сказал, что лично он на эту кучу песка не полезет. Орсон тоже спорить не стал и полез на бархан в гордом одиночестве. Оттуда ему и открылся вид на лагерь «черных» квестеров. То, что наемники сразу не стали по нему стрелять, можно объяснить тем, что, с одной стороны, они, скорее всего, никак не ожидали увидеть кого-то на гребне бархана; с другой же стороны, вид странного человека, размахивающего зажатой в руке верблюжьей колючкой, по всей видимости, поверг их в недоумение. По крайней мере, в первый момент. Потому что к тому времени, когда они все же приняли решение стрелять, Брейгель успел взбежать наверх и повалить Орсона на песок.

Теперь же, наблюдая за тем, как наемники организовали оборону, Брейгель прикидывал, как бы их половчее достать. И как профессионал понимал, что сделать это будет не так-то просто.

Справа послышался тоненький свист. Брейгель опустил бинокль и перевел взгляд на совсем крошечное песчаное веретено, возникшее неподалеку от него. Аномалия, которая появится на месте веретена, скорее всего, не будет представлять собой никакой опасности. Но все же Брейгель немного сместился влево. И на всякий случай проследил за тем, как на месте веретена возникла и через несколько секунд исчезла бешено вращающаяся песчаная воронка размером с теннисный мячик. Убедившись в том, что других активных аномалий поблизости нет, фламандец продолжил наблюдение.

Противник создал надежно защищенную огневую точку, использовав кейсы с оборудованием и натянув сверху тент. Позади у них была пустыня, исчерченная низенькими песчаными гребешками, с торчащими кое-где хилыми засохшими кустиками. О том, чтобы подобраться к ним с этой стороны хотя бы на расстояние выстрела, нечего было и мечтать. Огнем с вершин барханов их тоже было не достать. А атаковать, перевалив через барханы, было бы чистым самоубийством. Путь же в обход барханов, по которому отправились двое квестеров, наемники, надо полагать, держали под прицелом. Камохин с Осиповым сейчас, скорее всего, тоже залегли в укрытии, изучали местоположение лагеря наемников и думали, как бы до них добраться. Брейгель готов был поспорить, что никаких дельных идей у них не было. Потому что и сам он ничего не мог предложить.

Справа послышался звук сыплющегося песка. Брейгель бросил бинокль, схватил автомат и вместе с ним развернулся в сторону подозрительного звука.

По склону бархана, сидя на заду и тормозя ладонями, к нему съезжал сам Крис Орсон.

– Док! – сквозь зубы выдавил Брейгель и возмущенно взмахнул рукой.

Орсон сделал успокаивающий жест – ничего, мол, не беспокойся, со мной все в порядке… И, не удержав равновесия, завалился на бок и кубарем покатился вниз по склону. Брейгель упал на живот и поймал катящегося мимо англичанина за руку.

Орсон уселся на песок, положил автомат на колени и, зацепив двумя пальцами, стянул закрывавший рот край шемага на подбородок.

– Спасибо, – с благодарностью кивнул он фламандцу и полез в сумку за флягой с водой.

– Бамалама, Док! – недовольно зашипел на него Брейгель. – Ты должен был сидеть наверху!

– А что мне там делать? – Орсон сделал пару глотков, закрутил крышку и кинул флягу в сумку. – Оттуда ничего не видно.

– Отсюда тоже ничего интересного не увидишь. – Брейгель вновь взялся за бинокль.

– Ну, хоть что-то, – полез вперед Орсон.

– Док! – Брейгель схватил его за плечо и оттащил назад. – Так тебя увидят!

– Ну и что? – непонимающе пожал плечами англичанин. – Они меня уже видели.

По сути, Орсон был прав, наемники уже знали, что за барханами кто-то прячется. Так что, ежели они увидят его снова, это ничего не изменит. Однако ж, если они его подстрелят, биологу это вряд ли понравится.

– Я хочу посмотреть, что там происходит, – снова заявил Орсон.

– Там ничего не происходит, – сказал Брейгель.

– Не может быть.

– Уверяю тебя, Док. Они выставили перед собой ящики, натянули тент и не высовываются из укрытия.

– И что они там делают?

– Понятия не имею.

Орсон насмешливо цокнул языком и покачал головой.

– Что? – непонимающе посмотрел на него Брейгель.

– Они устроили здесь лагерь еще до того, как увидели нас. Верно?

– Тебя, – уточнил Брейгель. – Они увидели тебя, Док.

– Хорошо, – не стал спорить с очевидным Орсон. – Но когда они увидели меня, то уже сидели в своем укрытии под тентом.

– Ну и что? – снова ничего не понял Брейгель.

– Это значит, что именно сюда они и шли. Это место было конечной точкой их пути.

Фламандец озадаченно сдвинул брови:

– Зачем?

– Вот у них и спроси, – усмехнулся Орсон.

– Может быть, они просто решили отдохнуть, – предположил Брейгель.

– Может быть, – сказал Орсон таким тоном, что стало ясно: сам он с таким объяснением не согласен.

Он снял с плеча сумку и автомат и положил их на песок.

– Я хочу посмотреть на лагерь противника.

Брейгель оглянулся на Орсона, чтобы удостовериться в том, что биолог не шутит.

– Ладно, – фламандец отполз чуть в сторону. – Только умоляю тебя, Док, будь осторожен!

Биолог усмехнулся:

– Тебе когда-нибудь приходилось извлекать ганглий из сколекса ленточного червя?

– Слава богу, нет, – решительно открестился от подобного нелепого предположения Брейгель.

– Тогда не говори мне об осторожности, – олимпийцем глянул на него Орсон.

Брейгель понял, что проиграл, хотя и не понял, как именно – нокаутом или по очкам?

А Орсон тем временем лег на песок и осторожно подполз к надутому ветром тонкому песчаному гребню. Он всего на десять – пятнадцать секунд выглянул из укрытия, подался назад и съехал чуть ниже по склону.

– Ситуация странная, – сказал он, подтянув к себе сумку и автомат. – Они не знали, что мы идем по их следу, но при этом расположили свой лагерь так, будто кого-то ждут и не собираются вступать в переговоры.

– Я это заметил, – кивнул Брейгель.

– Следуя твоей логике, можно предположить, что наемники по чистой случайности расположили свой лагерь так, будто ждали нападения с той стороны, откуда сами пришли.

– А что говорит твоя логика, Док?

– Я бы предположил, что они ждут кого-то, кто собирается помешать им сделать то, что они намерены сделать.

– Если бы кто-то, кроме нас, шел по следу наемников, мы увидели бы и его следы.

– Если он их оставляет, – поднял указательный палец Орсон.

Брейгель вновь озадаченно сдвинул брови:

– А кто не оставляет следов?

– Много кто. – Орсон оттянул край шемага и почесал шею. – Птицы, призраки, те, кто передвигаются под землей… Что, если песчаные воронки, который мы видим повсюду, это результат жизнедеятельности каких-то подземных существ?

– Ты ведь это не серьезно, Док?

– Почему? Очень даже серьезно. Ты фильм «Дюна» видел? Там была целая планета, населенная гигантскими песчаными червями.

– Это фантастика, Док.

– А у нас тут что? – насмешливо посмотрел на фламандца Орсон. – Любовный роман? Мелодрама? Детские страшилки?.. Вик говорит, что в аномальной зоне, в принципе, возможно все. То есть абсолютно все. Это значит – даже такое, что никогда и никому не могло прийти в голову!

– Док, об этом хорошо рассуждать в теории. Нам же нужно придумать, как забрать у этих гопников пакаль.

– Гопник. – Орсон в задумчивости запрокинул голову и посмотрел на светло-голубое, будто выгоревшее на солнце небо. – Хорошее слово.

– Ты знаешь, что оно значит? – удивился Брейгель.

– Нет. Но оно мне нравится. Сразу понятно, о ком идет речь.

– И о ком же?

– Я вижу загадочного человека в стильных темных очках, одетого в длинный кожаный плащ, полы которого при ходьбе разлетаются в стороны. И когда это происходит, можно увидеть пояс с двумя пистолетами у него на бедрах.

Англичанин прижал ладони к своим бедрам и изобразил, как выхватывает из кобур пистолеты и сразу из обоих стреляет в невидимого врага.

Брейгель подумал, подумал – да и не стал разубеждать Орсона. Он снова подобрался к укрытию, из-за которого наблюдал за лагерем наемников, но на этот раз направил бинокль в другую сторону. Он думал выяснить, где сейчас находятся Камохин с Осиповым. Но куда бы ни направлял свой взор, везде видел только песок. Лишь в одном месте, примерно на полпути от барханов к лагерю, он приметил песчаное веретено, обещающее вскоре превратиться в воронку. На большом расстоянии, не имея никаких ориентиров для сравнения, определить размеры аномального песчаного смерчика было проблематично.

Орсон снова выставил голову из-за плеча Брейгеля.

– Док! Я же сказал – не высовывайся!

– Там что-то происходит.

– Где?

– В лагере!

Брейгель навел бинокль на лагерь наемников.

Широкий тент, накрывавший лагерь, вздулся подобно парусу. Или куполу воздушного шара, готового оторваться от земли и взлететь в небо. А из-под него во все стороны летели пыль и песок. Как будто в лагере работал гигантский вентилятор. А то и не один.

– Что это?

– Понятия не имею. – Брейгель прицепил к предплечью дескан, опустил на глаза очки и подтянул узел шемага. – Но что бы там ни происходило, сейчас им точно не до нас.

Он передернул затвор автомата и поднялся в полный рост.

– А мне что делать? – нервно поинтересовался Орсон.

– Держись за мной, Док. И если скажу «ложись» – падай носом в песок, не мешкая.

Загрузка...