Отдел номер тринадцать

Глава 2

Согласие на работу дали все четверо. Решение Степана стало тем самым триггером, который прорвал нерешительность остальных. Съездив в отдел кадров, Егор сдал удостоверение и оружие и, получив на руки предписание о переводе, отправился обратно, решив закрыть все бумажные дела в один день. К его неимоверному удивлению, в отделе кадров, нового места службы находившемся почему-то в том же здании, ему сходу выдали новые документы, и там же, что особенно удивило, оперативную кобуру с АПС.

Растеряно вертя в руках полуторакилограммовую железяку, Егор недоумённо косился на иронично усмехающегося пожилого майора. Наконец, решив не мучить новичка, тот махнул рукой и, ткнув пальцем в оружие, посоветовал:

— На патроны глянь, и все вопросы отпадут. И прекрати уже шаблонами думать. Вы не в обычный отдел милиции пришли работать. У нас тут всё ни как у людей.

— Что, и девчонки сразу оружие получат? — не понял Егор.

— Не такое, конечно, но будет. Всё соответственно задачам и требованиям, — кивнул майор.

— Бред сивой кобылы! Я в полиции сначала три месяца обучение проходил, словно салага зелёный, да и потом ствол только через месяц после прихода в отдел выдали. А до этого с резиноплюем собственным бегал.

— Ну ты сравнил! — рассмеялся майор. — Запомни, капитан. Это ни разу не те структуры, к которым ты привык. Здесь всё будет по-другому. И положение с оружием, и отчёты, и даже сама служба. Хочешь добрый совет? Забудь всё, что с тобой было раньше во время службы. Здесь, всё это не работает. Как думаешь, если даже отдел кадров у нас свой, то как со всем остальным обстоит? И сразу скажу, не дожидаясь вопроса. Финансирование у нас тоже идёт по отдельной статье. Это было ещё в давние времена сделано и с тех пор, ничего не менялось.

— Это потому, что некоторые ваши придумки в народное хозяйство ушли?

— И не только. Не торопись, капитан. Придёт время, сам всё поймёшь.

Егор выщелкнул из пистолета обойму и принялся внимательно разглядывать патроны. Первое, что бросилось ему в глаза, это странная пуля. Широкий латунный ободок обхватывал прозрачную капсулу, в которой находилось вещество серого цвета. Покрутив обойму в руках, Егор повернулся к майору и, подкидывая её на ладони, спросил:

— Только не говори мне, что это серебро в стекле.

— Догадливый, — одобрительно кивнул майор. — И не только серебро. Там много чего намешано. Состав уникальный, на любую тварь действует. Теперь понимаешь, почему вас всех принято сходу вооружать?

— Хочешь сказать, что на нас уже объявили охоту? — насторожился капитан.

Ответить майор не успел. Дверь открылась, и в отдел кадров ввалился Степан.

— О! А вот и напарник твой, обрадовался неизвестно чему майор. — Шагай туда, — скомандовал он Степану. — Там для тебя уже всё готово. Расписывайся, получай, и начинай под себя подгонять.

— Что подгонять? — не понял лесник.

— Амуницию, что же ещё?

— Что, вот так, сразу?

— Значит так, парни. Скажу один раз, хотя это и не моя задача, — разом став серьёзным, вздохнул майор. — Такие как вы, в опасности с самого рождения. Даже если ваши способности не проснулись, появление таких людей как вы, тщательно отслеживается, и при первой же возможности, их устраняют. А уж теперь, когда вы оказались в нашей службе, опасность увеличивается на порядки. Здесь всякие договоры, обычаи и прочие пакты не действуют. Это война, мужики. Я не шучу. Земля, как планета, Россия, как территория и весь род человеческий, очень лакомая добыча для многих. Понимаю, звучит пафосно, но очень точно.

— А не маловато нас тогда получается? — мрачно поинтересовался Степан.

— Так и фронта здесь нет. В механику всех этих дел вас посветят в процессе обучения. На базе. А пока, ещё один практический совет. У кого есть своё жильё, можете смело сдавать его внаём. Жить, учиться и работать вы будете на базе.

— Что и в город не выйти будет? — растерялся Егор.

— По одному, нет. Всё. Забудь прежнюю жизнь.

— И на долго? — вздохнул Степан.

— Навсегда. Да не переживайте вы так. У нас там целый городок. Всё своё есть. И магазины, и клуб, и садик со школой. А если чего там не найдёшь, всегда заказать можно, привезут.

— Обрадовал, — растеряно качнул головой Егор.

— Я тебе сразу сказал. У нас тут всё ни как у людей. И вообще, мужики. Чем быстрее вы поймёте, что обычная жизнь закончилась, тем проще будет принять все новшества.

— А с чего вдруг такие сложности? — помолчав, спросил Степан. — Не, то, что мы мишень, я понял. Но ведь помимо нас люди есть. Сам же сказал, там целый городок под ваш отдел построен. Или это всё такие же, как мы, охотники?

— Там много всяких служб задействовано. И научники, и транспорт, и оружейники, и госпиталь свой. В общем, почти государство в государстве. Да вы скоро сами всё увидите. Ещё раз повторю, забудьте прошлую жизнь, меньше говорите и больше слушайте. А теперь, валите вниз. Вас там уже инструктор дожидается.

— А остальная часть группы? — не сдержал инстинктов Егор. — По другой схеме?

— Вот ведь натура ментовская, — удручённо качнул майор головой. — Во всём подвох ищешь. Уймись уже, капитан. Здесь тебя никто ни подставлять, ни заставлять писать ложные рапорты, ни денег вымогать не станет. Всё. Забудь то, что было раньше. А теперь, пропадите. Надоели.

Хоть команда и была отдана в шутливой форме, но тон её не оставлял сомнений, что новички уже успели достать майора до самых печёнок. Выбравшись во двор, они не успели и парой слов перекинуться, когда рядом, словно из воздуха материализовался худой, словно высушенный мужик с мелкими, непримечательными чертами лица. Из тех, на кого глянешь, и через минуту не вспомнишь, как он выглядел. Окинув новичков долгим, внимательным взглядом, он ткнул пальцем в Степана, глухо, буркнув:

— Ведун. Будешь в команде старшим.

— С чего это? — растеряно спросил Степан. — Вон Егор всю жизнь служит. Капитан. Вот пусть и командует.

— Нет. Он воин. Прикрытие. Старший, ты. Ты умеешь видеть, значит, командуешь ты, — короткими, словно рублеными фразами ответил мужик.

— Не понимаю, почему, — растеряно проворчал Степан, виновато глянув на Егора.

— Поймёте, — кивнул мужик и, посмотрев в глаза Егору, скомандовал. — Пошли. Работать надо.

— Может, сначала закончим с организационными вопросами? — уточнил Егор.

— С этого и начнём, — кивнул инструктор, поворачиваясь к ним спиной.

Дальше начался настоящий дурдом. Только теперь до них обоих дошло, о чём говорил майор, предлагая забыть все прошлые знания о военизированных подразделениях в частности и о жизни вообще. Все вопросы здесь решались буквально на ходу. Едва оба заикнулись о своих вещах и необходимости разобраться с жильём, как инструктор достал из кармана телефон, и быстро что-то в него пробурчав, скомандовал:

— Приготовьте ключи. Все ваши вещи привезут. Вместе с мебелью.

— А мебель-то зачем? — окончательно растерялся Степан.

— На ней аура её владельца и знающий противник способен использовать это против вас. После того, как мебель вывезут, там будет проведена полная зачистка.

К ним подбежал молодой, габаритный парень и, схватив ключи, моментально испарился. Проводив его удивлённым взглядом, Егор только головой покачал:

— Они тут у вас всегда бегают, как после ведёрной клизмы со скипидаром?

— От их оперативности зависит жизни бойцов.

Дальше, началась какая-то помесь кошмара с калейдоскопом. Лица сменяли друг друга с такой скоростью, что вскоре оба новобранца уже перестали даже пытаться запоминать их. Между тем, инструктор продолжал водить их по всей территории базы, то и дело, давая короткие, но очень ёмкие пояснения. К вечеру, устав так, что даже брысь не в состоянии сказать, оба оказались в общежитии. При этом, номера выглядели, словно в хорошей гостинице. Только когда за ним захлопнулась дверь, Степан вдруг понял, что остался один.

Недоумённо осмотревшись, он прошаркал ногами по комнатам, заставленным знакомой мебелью и коробками и рухнув на диван, уснул, даже не пытаясь раздеться. Утро началось с мерзкой трели какого-то аппарата. Только с пятой попытки Степан понял, что это звонит выданный ему вчера мобильник. С грехом пополам оторвав голову от комка какой-то тряпки, он обвёл ближайшие коробки мутным взглядом и с трудом понял, что мобильник дребезжит у него в кармане.

Кое-как выпутавшись из куртки, он нашарил мобильник и, поднеся его к уху, хрипло ответил:

— Да.

— Нет.

— Что, нет?

— А что, да? — послышалось в ответ.

— Слышь, шутник, найду, рыло на бок сверну. Чего надо? Нормальные люди в такое время ещё спят.

— А кто сказал, что вы нормальные? — послышалось в ответ. — Подъём. Сбор группы через десять минут у подъезда.

Только теперь Степан понял, кто ему звонит. Инструктор, чтоб ему ни дна ни покрышки… Скрипя всеми суставами одновременно, он поднялся с дивана и побрёл в ванную. По пути, вспомнив, что вчера не успел принять душ и привести себя в порядок, он вернулся к коробкам. На его счастье, личных вещей и вообще имущества, оказалось не так много. К тому же, на каждой коробке, неизвестные перевозчики подписали, что в неё засунули.

Отыскав свежее бельё, полотенце и бритвенные принадлежности, Степан поплёлся душ. Спустя семь минут, он вернулся в комнату и, окинув свою одежду скептическим взглядом, испустил тяжёлый вздох. То, что он спал в одежде, было ясно с первого взгляда. Рубашка мятая, куртка, словно он в ней под кустом валялся, джинсы способны стоять без чужого участия. И только новенька оперативная кобура с тяжеленной чушкой АПСа выглядела как новенька. Впрочем, она и была новой.

— Да хрен с вами. Не надо было с порога так мозг загружать, — злорадно хмыкнул Степан и быстро одевшись, прицепил к поясу кобуру.

Захлопнув за собой дверь, предварительно проверив наличие ключей в кармане, Степан сбежал вниз и, толкнув дверь, вышел на улицу. Первое, что вырвалось у него, едва он оказался под открытым небом, было:

— Твою мать! Баран. Мог бы и в окно посмотреть.

Во всю моросил мелкий, противный дождь, а у самого подъезда собралась большая лужа. Что-то щёлкнуло, и только теперь Степан разглядел неприметный серый микроавтобус с наглухо затонированными стёклами. Дверь машины плавно откатилась в сторону и ставший уже ненавистным голос, тихо произнёс:

— Садись в машину. Нечего мокнуть.

— С чего такая спешка? Случилось чего? — мрачно поинтересовался Степан.

— Учёба у вас случилась, — криво усмехнулся инструктор. — А вообще, начинайте привыкать к вызову в любое время суток. Особенно, ночью.

— Почему?

— Слышал выражение, ночь, злое время?

— Не совсем так.

— Не важно. Теперь, всё что связано с темнотой, глухими местами, подвалами и ночью, станет вашей зоной обитания.

— А жить тогда как? Человек без солнца жить не может.

— Человек, такая скотина, что ко всему привыкает, — отмахнулся инструктор. — Да и вызовы не так часто случаются. В общем, всё не так плохо.

— А на вызов обязательно спешить?

— В каком смысле? — не понял инструктор.

— Ну, к чему это, десять минут, машина у подъезда, хватай мешки, вокзал поехал? Спешка такая обязательна?

Вместо ответа, инструктор снова распахнул дверь машины и, впустив оставшихся членов команды, сказал:

— Поясняю всем и сразу. Время на сборы назначается не просто так и не из моей природной вредности. После прорыва, твари становятся беспомощны. Время на адаптацию у каждого вида свой. От двух часов до суток. Отсюда и норматив на готовность.

— Приехали мы на прорыв и что? — ещё сонным голосом спросил Егор.

— Что, и что? — подтолкнул его инструктор.

— Наши действия? Сходу валим, или сначала права им зачитываем?

— Смешно, — фыркнул инструктор. — Никаких прав у них нет, и быть не может. А действия ваши просты. В зависимости от состояния пациента, берём живьём и в зверинец, или сразу открываете огонь на поражение. Чтобы сразу и в клочки. Труп сдаём в прозекторскую. Дальше, не ваша забота.

— Тут ещё и зверинец есть? — подскочила Даша.

— А на ком тренироваться прикажешь?

— Но это же… это же… — заикнулась Настя.

— Что? Жестоко? Мерзко? Бесчеловечно? — иронично уточнил инструктор. — Запомни, девочка. Вся та братия, что умудряется прорваться сквозь пелену, считает любого сапиенса своей законной добычей. Мясом. Вон, спроси у Егора, в каком виде он тела людей находил. И поверь, основная часть таких преступлений совершается совсем не людьми.

— Но ведь можно же просто отправлять их обратно, — возмущённо буркнула девушка.

— Думаешь, это так просто? Энергетические затраты на один пробой, сравнимы с энергообеспечением среднего города в течении трёх месяцев. И откуда тебе отдел такую кучу энергии возьмёт?

— Вы это специально говорите, — Даша упрямо поджала губы.

— Этот спор не имеет смысла. Технология нейтрализации посторонних отработана до мелочей, и менять что-то ради твоего душевного спокойствия, никто не станет. Не нравится, подавай рапорт.

— И что будет? — осторожно уточнила Настя.

— Отправят к мозгоправам, — пожал инструктор плечами. — Уйти отсюда можно только вперёд ногами. Даже инвалиду у нас всегда работу подходящую найдут.

— Сурово, — покачал головой Степан.

— Всяко лучше, чем быть списанным и нищенствовать на пенсию.

— Может оно и правильно, — вдруг заявил Егор. — А как вообще эти прорывы происходят, известно?

— Хороший вопрос, — одобрительно кивнул инструктор. — Но это, вы узнаете в процессе обучения. Не надо бежать впереди паровоза. Скажу сразу, будь у нас возможность узнавать о прорывах заранее, такие как вы, не были бы так необходимы.

С этими словами, он запустил двигатель и, включив передачу, уверенно повёл машину куда-то вглубь базы.

Следующие три недели для новичков слились в один беспрерывный поток информации. Но самое неприятное, что поверить во всё, что им рассказывали, можно было только после пятого стакана неразведённого спирта. Для человека, живущего в двадцать первом веке, слушать про повадки вампиров, оборотней, леших, и прочие привидения, было дико. Но самое главное, что все инструктора в один голос утверждали, что всё это правда и данные твари действительно существуют.

Впрочем, после личного столкновения с некоторыми представителями иных слоёв реальности, все члены группы старались относиться к этой информации серьёзно. Помимо общей информации, их начали обучать и некоторым приёмам бесконтактного воздействия на противника. Короче говоря, магии. Услышав это слово в первый раз, Егор не сдержал скептической ухмылки, за что немедленно был наказан и ровно сутки проходил с этой улыбкой на губах, не имея возможности вымолвить ни слова. Со всеми встреченными ему приходилось объясняться на пальцах.

Инструктор по прикладной магии, женщина средних лет, высока, тонкая, словно тростинка, с волосами собранными в гладкий пучок на затылке, и глазами, неопределённого цвета, тихим голосом читала свою лекцию, попутно проделывая всё сказанное прямо в аудитории. Даша, оказавшаяся потомственной ведьмой, моментально влюбилась в эту тётку, то и дело, донимая её вопросами.

Степан, относившийся к своему ведовству, насторожено, больше отмалчивался, но все упражнения повторял старательно. Настя и Егор, в чьи обязанности входила, прежде всего, силовая поддержка любой операции, откровенно скучали, но все пояснения конспектировали старательно. Однажды, заметив их настрой, магичка без лишних слов создала маленький огненный шар и резко повернувшись, швырнула его в лицо Насте. Не ожидавшая нападения девушка попыталась увернуться, но в сидячем положении сделать это оказалось сложно. Сидевший рядом с ней Егор, на автомате пролопотал ту абракадабру, о которой шла речь на лекции и, взмахом руки отправил шарик обратно.

— Хорошая реакция, — одобрительно кивнула магичка, небрежным жестом погасив свою шаровую молнию. — А вот вам Анастасия, ещё многому предстоит обучиться. Сегодня, вы задолжали своему напарнику.

— Что именно? — мрачно уточнила девушка.

— Как минимум, своё милое личико. Как максимум, жизнь, — жёстко отрезала магичка.

— Хотите сказать, что не стали бы останавливать огонь? — изумлённо ахнула Настя.

— Нет. Вы, или научитесь драться по-настоящему, или погибнете. И уж если вам суждено погибнуть, то будет лучше, если это произойдёт здесь. На базе.

— Почему? — спросила Настя, даже не вспомнив о курсе лекций.

— Чтобы не подкармливать иных, и не стать их рабом, — тихо ответил ей Степан, который давно уже перестал относиться к происходящему, как к дурному сну.

— Верно, — благосклонно кивнула магичка. — Как это ни странно, но в вашей группе, мужская половина оказалась более серьёзной и восприимчивой к происходящему. Советую вам подтянуться, девушки, или дракону очень скоро придётся искать вам замену.

Словно в ответ на её слова, дверь аудитории распахнулась, и на пороге появился сам полковник. Вежливо поклонившись магичке, он окинул насторожившихся новичков задумчивым взглядом и, поморщившись, сказал:

— Мне нужны два человека. Кто из ваших подопечных более перспективен?

— Прорыв? — моментально подобралась женщина.

— Непонятно. Нужно как следует проверить.

— Забирайте парней. Девочки ещё в куклы играют.

— Странно. Ладно, потом разберёмся. Так, мужики, за мной, — скомандовал дракон, и Степан сообразил, что выскочил из кабинета, только оказавшись в коридоре.

Полковник стремительным шагом вывел их из здания и, сходу нырнув в полноприводной микроавтобус, спросил:

— Оружие есть?

— Только стволы. По инструкции. Мы же на занятиях были, — быстро ответил Егор.

— Семён, у тебя холодняк есть? — повернулся полковник к водителю.

— Обидеть хотите, товарищ полковник? — усмехнулся водитель. — Не первый день замужем. Дежурный усиленный набор в багажнике.

— Вот за что тебя и ценю, — усмехнулся в ответ полковник. — Значит так, парни. Аппаратура засекла странные эфирные возмущения. На прорыв пространства не похоже, но проверить мы обязаны. Ваша задача. Степан, внимательно смотришь на всё живое, что окажется в точке прорыва. К счастью, локализовать её удалось очень точно. Егор, по моей команде, начинаешь стрелять и потом рубить всё, на что я укажу. Даже если это, что-то покажется тебе милым и беззащитным. Вопросы?

— Вы на все вызовы сами катаетесь? — неожиданно для себя спросил Степан.

— Обе дежурные группы на выездах, вот и решил тряхнуть стариной, — отмахнулся полковник. — А теперь по существу. Вопросы есть?

— Вроде, всё ясно, — вздохнул Егор.

— Не вздыхай, — понимающе кивнул полковник. — Заруби себе на носу. Это не люди. Даже не так. Это СОВСЕМ не люди. И если мы зевнём, они весь город кровью зальют. Понял?

— Понял.

— Вот и ладушки.

— Товарищ полковник, а что, кроме хищников из таких прорывов ничего больше не вываливается? — осторожно уточнил Степан.

— Нейтральные существа не очень склонны к длительной миграции, — ответил полковник и вдруг, резко повернувшись к нему, спросил:

— С чего такой вопрос?

— Не знаю, — смущённо пожал Степан плечами. — В голову вдруг пришло.

— Интересно. Но если что, ты спрашивай, не стесняйся, — чуть улыбнулся полковник, и снова отвернулся к окну.

Микроавтобус, проскочив какими-то переулками, выкатился на проспект и резко прибавил ходу. Сидевший за рулём Семён, управлял машиной виртуозно. Пару раз, какие-то крутые седаны пытались не пропустить его, но включенные стробоскопы и сирена быстро загоняли наглецов в стойло. Один придурок на навороченном джипе попытался подрезать их машину, но Семён, не раздумывая, врубил сирену и, снеся идиоту бампер, помчался дальше.

— Проблем не будет? — с интересом спросил Егор, кивая в сторону ДТП.

— Пусть попробует, — презрительно фыркнул полковник. — Я этому козлу его бампер затолкаю туда, откуда без наркоза не вынут. Наши номера все службы ГИБДД знают.

Микроавтобус влетел в какую-то промзону и начал петлять по разбитым проездам. Наконец, Семён становил машину и, ткнув пальцем в экран навигатора, сообщил:

— Прибыли, товарищ полковник. Сорок метров за тем забором.

— Как всегда, отлично, Сёма, — кивнул полковник, выскальзывая из салона.

Новички поспешили следом за ним. Подскочив к дверям проходной, полковник грохнул кулаком в железную дверь, и едва заметив движение в глазке, развернул удостоверение:

— Полковник Русов, ФСБ. Открывай, или прикажу штурмовать.

— Чего случилось-то, полковник? — растеряно спросил охранник, гремя ключами.

— Шевелись, иначе будешь объяснения в обезьяннике у нас слушать, — рявкнул полковник.

Дверь распахнулась и дракон, одним движением отодвинув охранника в сторону, ринулся на территорию, успев по пути скомандовать сторожу:

— Сиди у себя и не высовывайся.

Парни поспешили следом, сжимая в руках оружие. Ориентируясь по навигатору, полковник зашёл за здание склада, и резко остановившись, скомандовал:

— Степан, осмотрись. Только внимательно.

Опустив пистолет, Степан шагнул вперёд, и принялся внимательно всматриваться в сгущающиеся сумерки. Охранник, впустивший их на территорию, осторожно выглянул из-за угла, но наткнувшись на яростный взгляд полковника, моментально исчез. Степан, полуприкрыв глаза, медленно скользил взглядом по окружающей обстановке, стараясь ни на чём не фиксироваться. Так ему было проще замечать то, чего не видели другие. Неожиданно, в чахлых кустах у забора, мелькнуло что-то красно-розовое. Замерев, он медленно повернул голову обратно, и еле слышно прошептал:

— В кустах. Я на него смотрю прямо сейчас.

— Что видишь? — прошипел в ответ полковник, подобравшись, словно взведённая пружина.

— Что-то маленькое и тёплое. Аура розовая с переходом в красное.

— Теплокровное. Странно. Осторожно двигайся к нему, мы прикроем, — скомандовал полковник.

Степан бесшумно скользнул вперёд, продолжая сжимать оружие в опущенной руке. Шаг. Шаг. Ещё пара, и опытный охотник, остановившись, доложил:

— Что-то маленькое, и очень напуганное.

— Откуда знаешь, что напуганное? — не понял полковник.

— Я его чувствую. Ему страшно, больно, и очень хочется есть.

— Хрена се, пельмень, — растеряно фыркнул дракон. — Ты его так чётко чувствуешь?

— Ага. Похоже, оно само не понимает, где оказалось и что случилось.

— Можешь выманить его на открытое место. Попробуем понять, что это за чудо. Егор, без команды не стрелять.

— Принял, — привычно отозвался капитан, продолжая держать кусты на прицеле.

Степан, сунув АПС в кобуру, сделал ещё три шага вперёд и, остановившись перед нужным кустом, медленно опустился на корточки. Не делая резких движений, он достал из кармана оставшуюся после завтрака ириску и, развернув её, положил на ладонь. Плавно вытянув руку вперёд, он еле слышно позвал:

— Иди сюда, малыш. Не бойся. Это просто конфета. Она сладкая. Попробуй. Я тебя не обижу.

Словно в ответ на его зов, из под куста выбралось что-то рыжевато-серое, словно летняя белка и принялось насторожено принюхиваться к угощению. Егор пытался рассмотреть животное, продолжая держать его на прицеле, но зверёк и вправду вёл себя очень осторожно. Наконец, решившись, животное, дрожа от испуга, медленно придвинулось к ладони Степана и, ухватив угощение лапкой, запустило в него мелкие зубы. Послышалось азартное чавканье, и ириска была моментально уничтожена.

Чуть осмелев, зверёк подобрался поближе к руке егеря и, обнюхав его пальцы, благодарно лизнул ребро ладони. Чуть улыбнувшись, Степан пальцем пощекотал его за ушком, услышав в ответ довольное чириканье.

— Он безопасен, командир, — с улыбкой оглянулся Степан на полковника. — Я могу взять его на руки.

— Бери, и неси в клетку. Только осторожно. Егор, прикрой.

Степан осторожно посадил зверька на ладонь и, выпрямившись, не спеша зашагал в проходной. Проходя мимо охранника, он прикрыл зверька второй ладонью и, улыбаясь, сказал:

— Котёнка подобрал. Маленький совсем.

— Откуда тут котята? У нас кошек сроду не было, — растерялся тот.

— Отбой тревоги, — перебил его размышления полковник. — Спасибо за содействие. Территорию обходите осторожно. Если что, звоните вот по этому телефону, — закончил он, протягивая довольному охраннику визитку.

— Не сомневайтесь, господин полковник, — вытянулся охранник.

Они погрузились в салон, и Семён тут же тронул машину с места, то и дело, оглядываясь на их добычу. Полковник, поёрзав в кресле, задумчиво покосился на зверька и, кивнув на клетку, посоветовал:

— Сунь его туда. На всякий случай.

— Ему страшно, командир. Пусть сидит. Он смирный.

— Угу, все мы смирные, пока спим зубами к стенке.

— Что это за зверь? Я по лекциям такого не помню, — помолчав, высказался Егор.

— Я сам такого впервые вижу. Приедем, придётся порыться в бестиарии. Освежить память.

— Вы? Впервые видите? — удивился Егор.

— А что, если я начальник отдела, то должен всех иномирных тварей по хвостам узнавать? — криво усмехнулся полковник. — Нет, мужики. На такое, никакой памяти не хватит. Степан, сажай его в клетку. Можешь рядом сесть, если тебе так спокойнее.

Вздохнув, егерь принялся осторожно пересаживать зверька в клетку, но как только дверца захлопнулась, маленький пленник вдруг встал на задние лапки и, ухватившись передними за прутья, тихо заплакал. На всех сидевших в машине вдруг накатила такая волна грусти и страха, что микроавтобус рыскнул из стороны в сторону. Семён от неожиданности едва не потерял контроль над машиной.

— Твою мать! Ментальное воздействие, — рявкнул полковник, стремительным движением вырисовывая в воздухе знак защиты.

Всем полегчало, но плач зверька продолжал давить на нервы.

— Чёрт! Словно дитё малое плачет, — не удержался Семён.

— Он и есть дитё, — рыкнул Степан, решительным жестом распахивая дверцу и сажая маленького арестанта на ладонь.

В салоне машины тут же настала тишина, а через минуту, все вдруг почувствовали умиротворение и спокойствие.

— Кажется, я вспомнил, что это за зверь, — задумчиво протянул полковник, с интересом рассматривая добычу. — Скрам. Теплокровное животное, всеядное, но больше всего любит фрукты и овощи. Обожает сладкое. Обладает очень мощным ментальным полем, что помогает ему защищаться от врагов. А самое главное, что они способны привязаться к одному человеку на всю жизнь, если этот человек способен правильно воспринимать его посылы. В общем, похоже, ты обзавёлся домашним любимцем.

— Да я и не против, — улыбнулся Степан, поглаживая зверька.

— Только учти, что оставить его одного даже не на долго, ты не сможешь. Он всегда будет знать, где ты, как себя чувствуешь, а самое главное, как ты относишься к другому человеку. Помни, он способен проецировать твои эмоции на того самого человека.

— То есть, если мне кто-то не нравится, то этот малыш сообщит об этом моему оппоненту? — удивлённо уточнил Степан.

— Именно так.

— Но ведь он не опасен.

— Считается, что опасности эти звери не представляют. Человек для них не добыча. Но в случае серьёзной опасности, он способен убить мозг противника ментальной атакой. Они очень сильные эмпаты.

— Убить мозг ⁈- растерялся Степан.

— Да, выжечь его очень сильной направленной волной определённых эмоций. Точнее, нужно смотреть в бестиарии.

— Нам и этого хватит, — вздохнул Степан, продолжая поглаживать зверька.

В ответ на ласку, из под ладони послышалось радостное курлыканье.

Их пробный выезд, а особенно добыча, заставил девушек отнестись к обучению более серьёзно. Пушистый зверёк привёл всех обитателей базы в тихое умиление. Пушистик с удовольствием трескал фрукты, конфеты, печенье, и вообще всё, что содержало большое количество сахара. Сначала, Степан забеспокоился за его здоровье, но местный врач, специалист по иным формам жизни, он же ветеринар и повелитель зверинца, только рукой махнул:

— Не переживай. Эта мелкая сволочь способна жрать сладкое мешками и будет прекрасно себя чувствовать. Его метаболизм может титановые гайки перерабатывать, если их сахаром обсыпать.

— Странная тяга к сладкому для животного, — с сомнением протянул Степан. — Ему это не вредно?

— Ничего странного. Очень высокая мозговая активность требует серьёзной подпитки. А у него она выше человеческой, в четыре раза, и это только приблизительно.

— Только не говорите, что он умнее среднего человека.

— Не скажу. Но при ментальной активности, его мозг излучает волны такой силы, что человеку и не снилось. Лет сорок назад одного такого удалось изучить. Правда, потеряли целую бригаду медиков, но это уже издержки.

— В каком смысле, потеряли? — насторожился Степан, опасливо покосившись на малыша.

— В прямом. Если ему что-то не нравится, он доведёт обидчика до нервного срыва за пару минут. Данные после его изучения были использованы для создания машины, по воздействию на человека, но оказалось, что генератор способный испускать волну такой мощности можно возить только в железнодорожном вагоне. А теперь сравни этот пуховичок, и товарный вагон. Про количество энергопотребления я даже не вспоминаю.

— Короче говоря, вы так ни хрена и не поняли, — усмехнулся Степан.

— Поняли мы многое. Но вот механизм, запускающий в нём процессы такой мощности, так и остались загадкой. Несопоставимые вещи. Его головёнка, меньше детского кулака, а мощность волны, как от генератора атомной станции.

— Выходит, он всё-таки опасен, — грустно уточнил Степан.

— Если только сделаешь ему очень больно, или сильно обидишь. А самое интересное, что он абсолютно точно определяет, причинили ему боль намерено, или специально.

— Шутишь ⁈- от удивления Степан перешёл на «ты».

— И не собирался. Говорю же тебе, бригаду медиков, пытавшихся его изучить, похоронили в полном составе. А находившиеся в той же лаборатории бойцы охраны, даже не чихнули. Они-то в экспериментах не участвовали. И вообще к зверьку не прикасались. Просто стояли у стенки и присматривали за медиками. Он обладает феноменальной памятью, способен очень привязаться к человеку, и всегда будет держаться рядом с тобой. И не завидую я тому, кто попытается причинить тебе зло.

— А если это будет какая-то сущность?

— Эмпатов, способных сравниться с этим малышом по силе, можно по пальцам одной руки пересчитать. Скажу откровенно, не знаю, радоваться за тебя, или беспокоиться, — неожиданно закончил врач.

— Не понял.

— А что тут непонятного? Ты теперь никогда не останешься один. Рядом с тобой всегда будет присутствовать это чучело. Даже если ты запрёшь его в другой комнате, он будет точно знать, где ты, что делаешь, и насколько тебе это нравится. Он зафиксировал волну излучения твоего мозга, теперь никогда не слезет с неё. Кстати, если тебя убьют, он тоже погибнет. Вот такая вот, лебединая верность.

— Да уж, влип, — усмехнулся Степан, поглаживая зверька.

— Но есть и положительная сторона такой связи, — вдруг улыбнулся врач. — Он обязательно тебя предупредит, если кто-то задумает причинить тебе зло. Отрицательные эмоции он ощущает ещё лучше, чем положительные, и сходу транслирует их тебе. А уж если заверещал, туши свет, сливай воду, и ховайся дальше, чем видишь. Его крик означает начало атаки.

— Интересно. Это откуда же вы столько о них знаете?

— Девять лет изучали, пока скрам и его приятель, один из бойцов, тут жили.

— А потом?

— Я же сказал, хозяин бойцом был. Вот на одном из выходов… В общем, парня не стало, а через два часа и скрама. Так вместе и похоронили.

После того разговора, Степана без зверька больше никто не видел. Скрам с удовольствием принимал внимание от других людей, позволял себя гладить и угощать разными вкусностями, но стоило кому-то постороннему сделать попытку взять его на руки, как тут же зарабатывал сильнейший приступ головной боли. Медицинский и научный отделы нарезали вокруг этой парочки круги не хуже акул, но выразительное поглаживание рукояти пистолета и мрачный взгляд Степана быстро остужали их пыл.

Вскоре, интенсивность обучения начала снижаться, но девушек на выезды не брали. Полковник объяснил такую дискриминацию просто и понятно:

— Когда будете готовы, пинками погоню. А пока, тренируйтесь.

К большому огорчению Дарьи, нанести смертельный удар живому существу, даже смертельно опасному, для неё оказалось очень сложно. Сломать этот психологический блок не могли ни психологи базы, ни уговоры друзей. Всё резко изменилось в очередной прорыв. Группа условно разумных существ каким-то образом пролезла в наш слой реальности и, сходу принялась хулиганить, оказавшись на территории небольшого фермерского хозяйства.

Из ста голов молочного стада коров, после их прогулки в живых осталось только четыре бурёнки, а две группы быстрого реагирования на два месяца переселились в госпиталь базы. Группа оказалась большой, и успела адаптироваться к новым условиям. Очередная нехватка личного состава вынудила дракона отправить едва подготовленную группу в патрулирование. Как всегда бывает в подобных случаях, первые же сутки принесли новоявленным бойцам очередные приключения.

Прорыв новой группы вампиров заставил их четвёрку разом вспомнить всё, чему так старательно обучали на курсах. Егор, наплевав на все просьбы научного отдела по возможности притащить хоть одну особь для изучения, всаживал в вампиров пулю за пулей, яростно рыча и скалясь не хуже самих кровопийц. Степан, заразившись его злостью, лихо встречал нападавших огненными шариками, разбрасывая их, словно сеятель с известной картины. Настя страховала его, а Даша, тихо всхлипывая, судорожно сжимала кулачки, пытаясь удержать над бойцами щит от ментального воздействия.

Сидевший на плече у Степана скрам, проявил себя выше всяких похвал. Дважды Даша от напряжения упускала плетение, и вампирам почти удавалось обездвижить бойцов, но маленький эмпат легко подхватывал щит и, атакующих отбрасывало назад мощной волной ментального защиты. Егор, моментально сообразив, кто им помогает, прикрыл собой Степана и, ловко меняя обойму, скомандовал:

— Стёпа, пересади его за пазуху и попытайся объяснить, чтобы он поддерживал щит постоянно.

— Издеваешься? — возмутился парень срывающимся от волнения голосом. — Как ты себе такое объяснение представляешь? Он же зверь, а не человек.

— Думай. Он тебя чувствует и понимает. Вот и думай о том, что надо делать. Даша снова может сорваться. Тогда, нам всем кранты, — рыкнул в ответ Егор, снова открывая огонь.

— Я не могу больше на это смотреть, — всхлипнула Даша в ответ. — Ваши пули их на части рвут.

— Думаешь, если вампиры начнут рвать нас, будет лучше? — огрызнулся Егор, всаживая в голову вдруг возникшему перед ним кровососу два пули в голову.

— Дерись, дура! — рявкнула Настя, метнув нож с серебряным напылением в грудь своему противнику. — Дерись, если жить хочешь. Уронишь щит, я тебе и на том свете сама рожу набью.

Словно в поддержку на этот наезд, очередной вампир выскочил из кустов и сходу атаковал юную магичку. Сомнений в его намерениях ни у кого не возникло, но прикрыть девушку бойцы просто не успевали. Взвизгнув от неожиданности, Дарья резким взмахом руки швырнула в оскаленную морду огненный шарик, и в два прыжка спрятавшись за спинами друзей, дрожащим голосом пожаловалась:

— У этой образины из пасти мертвечиной воняет.

— А ты хотела, что б от него духами разило? — не удержался Егор, снова открывая огонь.

— Я его убила? — осторожно уточнила девушка, выглядывая из-за плеча Степана.

— Наповал, — решительно кивнул тот, насторожено, оглядываясь.

— Ой, мамочка! — охнула магичка. — И что теперь мне будет?

— Ты совсем тупая ⁈- вызверилась Настя. — Орден сутулова с закруткой на спине дадут, а потом в тюрьму, пожизненно посадят. Голову включи! Ты врага уничтожила. Сделала то, для чего мы тут и находимся. Чего непонятного?

— Выходит, мы обязательно должны их всех уничтожать? — не унималась Дарья.

— Э, подруга, ты чего? — растеряно повернулся к ней Егор. — Я понимаю, первый бой, и всё такое, но нам вроде с самого начала всё прямо и понятно объясняли. Или ты вообще ничего не слышала?

— Слышала, — помолчав, тихо кивнула Даша. — Но не верила, — ещё тише добавила она, опустив голову.

— М-да. Дорогая редакция, мне тринадцать лет и я тихо охреневаю, — протянул Егор, недоумённо разглядывая девушку. — Ты же ведьма в каком-то там поколении. Как так?

— А ещё, на улице двадцать первый век, компьютеры, сотовые телефоны и самолёты, — всхлипывая, огрызнулась Даша. — А нам про вампиров вурдалаков и прочую нечисть рассказывают.

— Когнитивный диссонанс, помноженный на собственное упрямство, — вынес свой вердикт Егор. — Ладно. Будем надеяться, что после этого боя мозги у тебя встали на место, и ты готова работать. Иначе…

— Что, иначе? — резко вскинув голову, дерзко уточнила девушка.

— А иначе, я тебе сама головёнку тупую откручу, — зашипела Настя. — Ещё не хватало из-за одной упрямой дуры всей группой ласты склеить.

— Ты чего? — растерялась Даша. — Я же не предам вас.

— А при чём тут предательство? — пожала плечами злая воительница. — По мне, так лучше в тюрьме оказаться, чем в зубах у этих тварей. Запомни, мы их сюда не звали, и что они устроят, оказавшись в ближайшем населённом пункте, тебе Егор подробно расскажет.

— И даже могу фотографии с места преступления показать. У меня несколько штук с прежней работы осталось, — угрюмо кивнул парень. От воспоминаний об увиденном, бывшего опера передёрнуло так, что остальные удивлённо переглянулись.

— И что там? — не сдержала любопытства Даша.

— Бойня. Трупы. Мрак, короче, — отмахнулся Егор от неприятных воспоминаний.

— Братцы, а ведь мы, похоже, тут закончили, — прервал их спор, молчавший до этого момента Степан. — Я больше ни одной твари не чувствую. И малыш вон успокоился, — добавил он, кивая на притихшего скрама.

— Так, Степан, продолжай сканировать, Настя, прикрой их, Даша, приди в себя и будь готова прикрыть вас щитом, а я пробегусь вокруг, пошарю, — скомандовал Егор, снова меняя обойму в пистолете.

— Давай лучше я с тобой пойду, — тут же вскинулась Настя.

— Магов прикрой, а то Дашутка сейчас в расстроенных чувствах устроит тут с перепугу очередной последний день Помпеи, — усмехнулся в ответ, бесшумно исчезая в ближайших кустах.

На их удачу, прорыв произошёл в пригородной лесополосе. До ближайшего жилья от места прорыва было порядка трёх десятков километров, и пальбы из трёх стволов никто не слышал. На небольшой поляне осталась только куча стреляных гильз и пятна чёрной жирной копоти на траве. К счастью, с наступлением рассвета, и эта копоть должна была истаять.

Их возвращение на базу можно было бы назвать триумфальным, если бы не мрачные взгляды, которые дракон то и дело бросал на юную магичку. Понимая, что здорово лажанулась, Дарья попыталась спрятаться за широкой спиной Степана, но была моментально извлечена оттуда начальственной дланью. Поставив девушку перед собой, дракон, молча, рассматривал её пару минут, а потом тихо спросил:

— Ну, что скажешь?

— О чём? — сделала вид, что не понимает Даша.

— О своём поведении. Ты хоть понимаешь, что чуть всю группу в первом же деле не погубила, и если бы не скрам, вас бы уже хоронили?

— Я не хотела… Я думала… Я не знала, — всхлипнула девушка.

— Командир, это был её первый бой, — решил вступиться за неё Егор. — В такой ситуации, взрослые мужики млеть начинают, а тут девчонка. Там же натуральная бойня была.

— Считаешь, что она не безнадёжна? — резко повернулся к нему дракон.

— Думаю, что мы должны дать ей ещё один шанс. Если сама захочет, — подумав, добавил Егор.

— Захочет? — удивлённо переспросил дракон.

— Вы сами всё время повторяете. Мы не в армии, — поддержал капитана Степан. — Откровенно говоря, я и сам чуть не обосрался, когда эти образины увидел. Такое ночью приснится, всю оставшуюся жизнь заикаться будешь. И это я, крови по жизни повидавший. Так что, без собственного желания, в такой катавасии делать нечего.

— Согласен, — помолчав, кивнул дракон. — Ладно. Так и поступим. Даю тебе время до завтрашнего утра. Решай, входишь в группу, или будем искать тебе другую работу. Но учти, без мага, им очень тяжело придётся.

— А другого мага у вас нет? — еле слышно спросила Даша, шмыгнув носом.

— Настоящие маги встречаются так же редко, как люди альбиносы, — вздохнул дракон. — Подвыбили вашу братию христианские законы.

— А христианство-то тут при чём? — возмутился Степан.

— Пошли ко мне в кабинет, там поговорим, — устало вздохнул дракон и первым направился в здание.

Оказавшись в собственной приёмной, дракон первым дело потребовал себе чаю и, распахнув дверь кабинета, устало скомандовал:

— Рассаживайтесь. Говорить будем.

— Шо, опять? — не удержался от шпильки Егор пробурчав знаменитую фразу голосом пса из мультика.

— Снова, — усмехнулся дракон уголками губ. — Начнём по порядку.

— Начнёте вы с чая, а то потом опять полдня хрипеть будете, как испорченная радиоточка, — перебила начальника Светлана, внося в кабинет поднос со стаканом и чашками, источавшими оглушительный аромат настоящего кофе.

— Спасибо, — кивнул дракон. — Как всегда, права. За то и люблю.

— За то и терпите, — рассмеялась секретарша, и ловко расставив посуду, направилась к выходу модельной походкой.

Мужская половина группы, не сговариваясь, проводила её долгими, задумчивыми взглядами, а когда вернулись к реальности, то сходу наткнулись на два типа взглядов. Насмешливый, дракона и возмущённые, от боевых подруг. Смущённо кашлянув, Егор развёл руками, не громко проворчав:

— Умеет, не отнять.

— Она ещё и не то умеет. Так что, подбери слюни и слухай сюда.

— Слухаю, в оба уха, — тут же схулиганил капитан, принимая уставную стойку сидя на стуле.

— Думаешь, если первый выход пережил, можно над престарелым начальством издеваться? — иронично спросил дракон.

— Если честно, настроение шальное, — смутился Егор. — Устал, как собака, от адреналина до сих пор потряхивает, но очень хочется чего-нибудь отчебучить.

— Понимаю, потому и не злюсь. Сам такой был, — кивнул полковник. — Ладно, это всё дела житейские, а нам надо обсудить дела служебные. Вот ты Стёпа спросил, при чём тут христианство. А всё дело в том, что после принятия единой религии, все ведуны, волхвы и прочие колдуны, сразу оказались в загоне. И началось медленное отмирание того, что называется магическим восприятием. Люди, имевшие склонность к магии, потеряли возможность учиться и развивать свои способности, а значит, и магов в каждом поколении рождалось всё меньше.

Теорий на данную тему существует много. Но толком, никто ничего сказать не может. Точно известно только то, что люди подобные нашей Дарье, появляются на свет регулярно, но в основной своей массе, они так и остаются обывателями, даже не знающими о своих способностях. И вот тут, одна из ключевых задач нашего отдела, заключается в розыске таких людей и помощи им в развитии. Потому меня так и огорчила не способность Даши драться.

— Я испугалась, — тихо всхлипнула девушка.

— Все боятся, — кивнул дракон. — Но сила любого человека в умении преодолеть свой страх и поддержать соратников. Кстати, Степан, должен отметить твоего питомца и ваше с ним единение в особо опасные моменты боя. Не ожидал, что он кинется защищать тебя с такой яростью.

— По-моему, он нас всех защищал, — улыбнулся Степан, ласково поглаживая скрама.

— Не думаю. Он привязался к тебе.

— А я беспокоился за них. Щит он держал вокруг точки нашего пребывания, а не вокруг меня одного.

— Логично, — помолчав, кивнул дракон. — Завтра, на полигоне, попробуй использовать его как защиту без Дарьи. Посмотрим на его реакцию.

— Зачем? — насторожился Степан.

— Затем, что это значительно усилит вашу команду. Его ментальный потенциал на порядки превосходит все ваши усилия, вместе взятые и, если он поймёт, что должен вас защищать на выходе, шансы на выживание в вас резко повысятся.

— Попробую, но я не уверен, что смогу ему это объяснить, — кивнул Степан.

— Поверь, эта меховушка гораздо умнее, чем ты думаешь. Главное, это правильно передать ему свою мысль. Думай не словами, а образами. Сообразил?

— Почти, — смущённо кивнул бывший лесник.

— Ну а теперь по сегодняшнему прорыву. Действовали хорошо. Грамотно. В дурную панику не впадали, и даже друг друга прикрывать не забывали. Это из хорошего. Теперь, о плохом. Егор, ты нахрена один попёрся территорию осматривать? Котом себя возомнил? Решил, что у тебя девять жизней?

— Товарищ полковник, Дарья в нирвану готова была выпасть, Степан не боец, а ведун, ему надо было окрестности отсматривать. Смотреть и стрелять одновременно он ещё не умеет. А прикрыть их только Настя могла. Осталось самому бежать.

— Надо былоего с собой взять. Он смотрит, а ты стреляешь. Головой думай, капитан. И забудь уже, что много лет в ментовке один бегал. Здесь так нельзя. Махом башки лишишься. И это в лучшем случае. Не хотелось бы тебя своими руками кончать, если под воздействие попадёшь, — мрачно закончил дракон. Ладно. Идите, отдыхайте. На сегодня ваши приключения закончены. Дежурная группа вернулась, так что, можете спать спокойно.

— Разрешите вопрос? — неожиданно сказал Степан, уже поднявшись из-за стола.

— Попробуй, — кивнул полковник.

— Я всё никак понять не могу, почему иных никто из обывателей не видит. Ну не могут же они куче народу разом глаза отвести.

— Морок, — коротко пояснил дракон. — Наведённые на себя чары, или мимикрия, если тебе так проще. Они искажают пространство вокруг себя, принимая вид окружающей среды. А скопировать обычную одежду и чужое лицо, дело не хитрое. Тем более, что люди обычно не склонны доверять тому, что выпадает из их привычного воззрения. Привычно списывают всё на усталость и стресс. Померещилось и всё тут.

— Да уж, такая образина померещится, сходу поседеешь, — фыркнул Степан, продолжая поглаживать скрама.

Словно поддерживая его слова, малыш возмущённо чирикнул и ловко залез за пазуху хозяину. Стоявшие у стола бойцы дружно помрачнели.

— А ведь он действительно вас всех чувствует, — удивлённо хмыкнул дракон, заметив их реакцию. — Интересно. Завтра, сразу после завтрака, на полигон. И без разговоров.

— Есть! — дружно вытянулась вся группа.

— Свободны.

Но едва они выбрались из кабинета и прикрыли за собой дверь, как Светлана, поднявшись со своего места, вдруг торжественно произнесла:

— Поздравляю с первым серьёзным боем, ребята. Отлично отработали. А что дракон ворчит, так у него работа такая. И ещё, Егор и, правда, перестань всё в одиночку тащить. Здесь, вы можете работать только в команде. А вообще, молодцы. Правда.

— Спасибо, — растеряно кивнул капитан, смущённо почёсывая в затылке.

Уже на улице, Егор, остановившись, задумчиво оглянулся назад и, покачав головой, еле слышно пробурчал:

— Вот уж не думал, что эта снежная королева нас похвалить вздумает. Вот уж от кого ожидал меньше всего.

— Скорее, снежный барс, — так же тихо ответил ему Степан. — Такая же опасная и такая же красивая.

— Что, понравилась? — иронично усмехнулся Егор, подтолкнув приятеля локтем в бок.

— Ещё скажи, что тебе не понравилась, — усмехнулся в ответ лесник. — Не поверю. Такая не может не нравиться.

— Это верно.

— О чём шепчемся? — вклинилась между ними Настя.

— О бабах. О чём ещё мужики говорить могут? — развёл руками Егор, честно признаваясь в преступлении.

— Угу, так я и поверила, — фыркнула девушка. — Чего задумали, колитесь?

— Думаем, пивком ограничиться или чего серьёзнее усугубить. Что называется, в качестве седативного средства против пережитого стресса, — сделал ещё одну попытку вывернуться Степан.

— Издеваетесь, да?

— Я серьёзно. До сих пор руки трясутся, — истово ответил парень, вытягивая вперёд широкую, словно лопата ладонь.

— Ну, если честно, от бокала вина я бы и сама сейчас не отказалась, — помолчав, осторожно призналась девушка.

— Так может, по рублю и в школу не пойдём? — усмехнулся Степан, припомнив старую присказку, когда-то услышанную ещё от деда.

— Согласен. Только, аккуратно, — решительно кивнул Егор. — Завтра на полигон с утра.

— Дашка, ты с нами? — окликнул стоявшую в сторонке магиню лесник.

— Куда? — встрепенулась девушка.

Егор, сходу сообразивший, что она очень ждала этого призыва, чуть усмехнулся и, махнув ей рукой, подзывая поближе, не громко ответил:

— Мы тут посоветовались и решили, что не плохо бы нервы подлечить. Ты участвуешь? — добавил он, выразительно щёлкнув себя пальцем по горлу.

— Если только немножко, — заметно смутилась девушка. — Я вообще-то не любительница.

— А мы сильно и не будем. Завтра с утра на полигон, но нервы подлечить надо.

— Просто я не пью, — неопределённо пожала плечами Даша.

— Так не пьянки ради, а здоровья для, — рассмеялся Егор и приобняв её за плечи, решительно скомандовал, — пошли, братцы. Дело к вечеру, а нам ещё и выспаться надо.

Вся четвёрка дружно спустилась с крыльца и решительно зашагала в сторону жилой части городка. Никто из них не заметил, что стоявший у окна начальник, чуть усмехнувшись, повернулся к своей секретарше и, доставая из кармана портмоне, проворчал:

— В моём возрасте пора бы уже запомнить, что с молодняком ты никогда не ошибаешься. Держи, твоя взяла, — добавил он, протягивая Светлане купюру в тысячу рублей. — Больше всего меня радует, что они постепенно становятся настоящей командой. Главное, чтобы начальный этап пережили, а дальше легче будет.

— Может, ещё замажемся, что завтра они на весь полигон будут выхлопом дышать? — иронично пропела секретарша, помахивая купюрой.

— Щаз-з! Ежу понятно, что пошли стресс снимать, — рассмеялся дракон. — Ничего. Иногда и понемногу, только на пользу. Главное, чтоб не увлеклись этим делом.

— Этим, не грозит, — покачала Светлана головой. — Думать умеют, и командир у них толковый. Удивительно, но никто даже не пытается власть в группе делить, хотя официально старшим группы Степана назначали.

— Одиночка. Ему эта власть нужна, как зайцу стоп сигнал, — улыбнулся дракон, глядя в окно.

Утро встретило их хмурым, серым небом и мелким, занудным дождём. Сырость была такая, что у собравшихся на полигоне даже суставы скрипели, как ржавые петли. Скрам, ради обучения которого группа и выползла на улицу, ещё дома забрался за пазуху Степану и категорически отказывался оттуда вылезать. Даже шоколадная конфета, которые он просто обожал, не смогла заставить его покинуть уютное тепло.

Понимая, что силой тут ничего не добьёшься, Степан сунул руку за пазуху и, поглаживая питомца, принялся представлять, что именно ему нужно. Вспомнив некоторые моменты минувшего дня, он принялся представлять, как скрам в одно мгновение создал щит от ментального воздействия. Скрам, словно чего-то, испугавшись, громко взвизгнул и в доли секунды создал щит такой силы, что стоявшие рядом с группой бойцы из научного отдела испугано, шарахнулись в стороны, хватаясь за головы и громко матерясь.

Степан, не ожидавший такого результата, и сам вздрогнул, потеряв связь с питомцем. Скрам тут же успокоился и щит пропал. Научники, быстро взяв себя в руки, тут же потребовали повторить эксперимент, но Степан, окинув их мрачным взглядом, глухо проворчал:

— Это вам не тумблер переключить. Я ещё и сам толком не умею ему команды отдавать.

— Так учись быстрее, — фыркнул один из высоколобых таким тоном, что Егор, не удержавшись, презрительно отозвался:

— Ты бы друг ситный заткнулся, пока по роже не схлопотал.

— Да ты…

— Да пошёл ты, — оборвал возмущение наглеца капитан. — Ещё раз к нам сунешься, без второго слова морду набью. Стёп, не спеши. Пробуй разные варианты, а то, похоже, ты его чем-то напугал, вот он и врубил свой генератор на полную катушку. Даже у меня виски заломило от такой мощи.

— Ладно, будем пробовать, — испустив тяжёлый вздох, кивнул Степан и снова принялся сосредотачиваться на питомце.

Внимательно наблюдавшая за ним Даша, осторожно подобралась поближе и, аккуратно тронув парня за рукав, тихо посоветовала:

— Попробуй думать не одновременно о нём и о защите, а просто сосредоточься на самой защите. Помнишь, тебе говорили, что он тебя всегда чувствует?

— А ведь ты права. Забыл, — смущённо кивнул Степан и, глядя куда-то за горизонт, сменил направление мысли.

Заметив, как засуетились научники, Егор одобрительно кивнул и, стараясь не отвлекать напарника, тихо сообщил:

— Получается. А теперь, попробуй передать ему, что щит нужно держать так долго, как нам нужно.

— А сколько нужно? — так же тихо уточнил Степан.

— Для начала, пока мы до края полигона дойдём. Дальше, видно будет.

Даша выписала в воздухе руну распознавания, и одобрительно кивнув, объявила:

— Щит полного прикрытия. Если он его сможет держать хотя бы час, о защите можно будет не беспокоиться.

— Не верится мне, что такой малыш сможет так долго щит такой мощности держать долго, — с сомнением протянул Степан.

— Пожуем, увидим, сказали тигры, доедая дрессировщика, — усмехнулся Егор. — Пошли, попробуем всё это дело на ходу. Заодно и время действия засечём.

Группа дружно затопала к краю полигона, тихо проклиная погоду и перемешивая тяжёлыми ботинками липкую грязь. Как выяснилось, удерживать щит такой мощности маленький скрам был способен тридцать семь минут. Потом, он толи устал, а толи ему просто всё это надоело, но щит просто исчез. Даша, каждые три минуты проверявшая его при помощи магии, задумчиво огляделась и, помолчав, сказала:

— Полчаса у нас точно есть. Уже не плохо. А если учесть, что включает и выключает он его моментально, без всякой подготовки, то наши шансы на выживание крепко увеличиваются. Кстати, не знаешь, с чего он бросил тебя защищать?

— Устал. Я ж говорю, маленький он ещё, — улыбнулся Степан.

— В каком смысле, маленький? — вдруг насторожился Егор.

— Так это ещё детёныш.

— Хрена се, пельмень! Это если детёныш такое вытворяет, то что будет, когда он вырастет ⁈

Так за разговором они добрались до исходной точки. Ехавшие за ними в лабораторном фургоне научники дружно колотили пальцами по клавишам своих компьютеров, занося полученные данные в разные графики и схемы, забыв о существовании бойцов. Те в свою очередь, были рады такому невниманию с их стороны. Снобизм научников дано уже стал притчей во языцах, но даже дракону не удавалось привести этих высоколобых в чувство. Ударившись в изыскания, они напрочь теряли связь с реальностью, моментально превращаясь в нечто невыносимое.

Доходило даже до кулаков, но переделать научный отдел было невозможно. С этой истиной ребята познакомились ещё в первые дни своего обучения, но все предупреждения дракона о нежелательности ссор в коллективе разом канули в лету из-за самих научников. Наткнувшись на что-то интересное, эти гаврики разом превращались в требовательных зануд, для которых не существовало ничего важнее их исследований. Забывались даже правила элементарной вежливости.

Так что, тихо урчащий за спинами бойцов фургон воспринимался ими как нечто фоновое. Есть оно и есть. Главное, чтобы не ныло и ничего требовать не пыталось. Уставший скрам, свернувшись в клубок за пазухой у Степана, уютно сопел, не обращая внимания на людей и звуки вокруг. Похоже, малыш и вправду сильно устал. Да и сам Степан с непривычки чувствовал себя, словно выжатый лимон.

Больше всего ему сейчас хотелось вернуться в выделенную ему квартиру, напиться горячего чаю с травами и завалиться спать, на пару с уютно сопящим питомцем. Благо, погода к такому времяпрепровождению располагала. Заметив его состояние, Егор окинул приятеля внимательным взглядом, и чуть качнув головой, спросил:

— Ты чего скис, дружище?

— Честно говоря, устал, пока пытался ему показать чего хочу. Никогда не думал, что показать кому-то чего хочешь, требует таких усилий.

— С непривычки всё сложно. Научишься.

— Куда я денусь, — вздохнул Степан. — А если честно, очень хочется сейчас придти домой и завалиться спать. Как о подушке подумаю, так глаза сами закрываются.

— Ну, если срочного вызова не будет, у нас есть все шансы воплотить твоё желание в жизнь. Откровенно говоря, я и сам не прочь бы вздремнуть минуток шестьсот на каждый глаз.

Так, за ничего не значащей болтовнёй, они добрели до городка и, не сговариваясь, разошлись по своим квартирам. Проводившие их мрачными взглядами научники дружно вздохнули и, переглянувшись, уставились на куратора группы. Сообразив, что он него чего-то ждут, куратор достал из кармана сигареты и, закурив, тихо поинтересовался:

— Ну, и чего вы от меня ждёте? Отчёты за вас я сдавать буду?

— Почему вы не заставили их продолжать? — угрюмо спросил один из высоколобых, мрачно насупившись.

— Потому, что возможности нет.

— Вы могли ему приказать.

— Ему, мог. А вот скраму на все приказы, наплевать. Так что, смысла в таком приказе, я не вижу. Отдать глупый приказ, легко, а вот добиться его исполнения… В общем, считаю этот разговор бессмысленным.

— Я подам рапорт о вашем саботировании изысканий на имя начальника службы.

— Рапорт, ты обязан подать начальнику отдела. Напомню, если ты забыл, что любая бумажка, через его голову покинувшая территорию базы, является нарушением контракта и карается как попытка предательства. И судить вас будут, как предателей, — жёстко отрезал куратор. — К тому же, если вы не знали, то заставить скрама делать что-то против его желания, чревато. Напомню, что однажды такая попытка уже была, и закончилась она печально.

Так что, мой вам совет. Пользуйтесь тем, что имеете, и не пытайтесь прыгнуть выше собственной задницы. Не получится. И ещё. Научитесь, наконец, элементарной вежливости. Откровенно говоря, от ваших снобизма и заносчивости, даже мне хочется за ствол схватиться. Не удивлюсь, если ребята скоро начнут вам попросту рожи бить. Вы ничем не лучше них. А если подумать, то пользы от этой группы, гораздо больше, чем от всего вашего подразделения, вместе взятого.

— Ну, знаете ли! — возмущённо задохнулся обещавший накатать телегу. — Я этого так не оставлю…

— Да бога ради, — равнодушно пожал плечами куратор. — Только потрудитесь писать правду. Запись этого разговора через полчаса будет передана в службу собственной безопасности и начальнику отдела. Кстати, подобная мера была введена именно из-за вранья ваших предшественников.

Поперхнувшись от удивления, научники разом затихли. В таком тоне с ними ещё никогда не разговаривали. Сам же куратор, чуть усмехнувшись, покачал головой и, вздохнув, завершил беседу, окончательно добив их:

— Вы, господа, уже охамели до такой степени, что с вами даже жить рядом никто не хочет. Решили, что вы элита? Неприкасаемые? Хрен вам. Не возьмётесь за ум, быстро отправитесь за полярный круг, пингвинов изучать.

— Пингвины в Антарктиде, — презрительно скривился зачинщик.

— Ничего. Получите приказ, и в заполярье их найдёте. А за неисполнение приказа, будете осуждены, как саботажники. В общем, считайте, что это была официальная беседа. И последнее. К этой группе, лучше не лезьте. Из четверых, двое обладают серьёзным магическим потенциалом, поэтому, если встанет выбор между ними и вами, решение вам сильно не понравится. Нам и так сказочно повезло, что удалось их найти.

— Вы сказали, что это можно считать официальной беседой. Если я правильно поняла, это значит, что начальство уполномочило вас донести до нас всё озвученное? — аккуратно уточнила единственная девушка в группе.

— Правильно поняли, — кивнул куратор.

— Интересно, — задумчиво протянула девушка. — И чем же вызвано такое недовольство нами?

— Я уже сказал. Или вы научитесь общаться с людьми нормально, а, не цедя слова сквозь зубы и, всем своим видом, выражая презрение, или вас попросту заменят.

— Но ведь мы хорошо работаем!

— А к вашей работе у начальства претензий и нет. Но вы забываете, что наш отдел, это маленькая деревня, и любой раздражитель, может привести к серьёзным последствиям. Большая часть обитателей городка вооружена. Не стоит подвергать свои жизни опасности.

— Но ведь это будет преступлением, и виновник сядет за решётку. Или начальство считает, что покрывать преступление против личности, это правильно ⁈- снова зашипел заводила.

— Вы хотите напугать тюрьмой бойца, которого в любой момент могут сожрать заживо? — иронично уточнил куратор. — И поверьте, это далеко не самое страшное, что может с ними случиться. То, что находится в нашем зверинце, только малая часть того, с чем им приходится сталкиваться. В общем, думайте. На то вам и головы даны.

— Неужели всё так плохо? — вдруг улыбнулась девушка, сделав неумелую попытку состроить глазки.

Глядя на эту пародию на кокетство, куратор мысленно скривился и, вздохнув, проворчал, закругляя разговор:

— Плохо. Иначе, этого разговора бы не было.

С этими словами, он одним тягучим движением выскользнул из салона фургона и, накинув капюшон куртки, быстро зашагал в сторону штаба, попутно ругаясь про себя на чём свет стоит:

— Вот ведь дура! Да лучше б ты вспомнила, что женщина и научилась хоть немного косметикой пользоваться. А то глаза как у лабораторной мыши красные от недосыпа, волосы в крысиный хвостик завязаны и медицинской резинкой стянуты, про одежду я вообще молчу. Схватила, что чистое и удобно, а про остальное и не вспомнила. Вот уж точно говорят, наука и женская составляющая, не совместимы.

Проводив его мрачными взглядами, группа научников мрачно молчала, переваривая услышанное. Потом, заводила, решительно тряхнув головой, упрямо прошипел:

— Всё равно рапорт напишу. И на них, и на него.

— Ну и дурак. Плетью, обуха не перешибёшь, — презрительно фыркнула девушка. — Лучше подумайте, как склонить это мясо к добровольному сотрудничеству. То чего нельзя получить силой, можно получить хитростью. Все думайте.