5.

Вытащив из кармана пистолет, Герхард снова снял его с предохранителя и осторожно двинулся к повороту.

Кто же за ним скрывается, какое существо?

Последние несколько шагов до поворота охотник сделал буквально крадучись. А прежде чем выглянуть из-за него, немного постоял, говорясь к предстоящему, напряженно вслушиваясь. Однако шипения больше не было. Возможно, незнакомец тоже почувствовал охотника и затаился.

Ну-ну…

Герхард резко сделал пару шагов вперед и наконец-то увидел, кто именно прятался за поворотом.

Стройная фигура, короткое платье из зеленоватой, переливающейся блестками материи, длинные пышные волосы. А еще – лицо. Оно обладало какой-то странной, неуловимой с первого взгляда диспропорцией, отнюдь не портившей его красоту, но в то же время неопровержимо указывающей на нечеловеческое происхождение этой женщины. И нити судьбы… таких у обыкновенного человека просто не могло быть.

Герхард попытался прикинуть, с кем он столкнулся.

Да с кем угодно. Мало ли всяких там божков, полубогов и других сверхъестественного происхождения созданий может ошиваться в городе в такую ночь?

И главное даже не в этом. Главное – удастся ли пройти мимо странного создания беспрепятственно? Возможно, оно прячется в переулке без каких-то определенных целей, а может, кого-то поджидает. И почему бы, например, этим кем-то ни оказаться ему, охотнику?

Герхард сделал еще один шаг. Женщина, до этого стоявшая неподвижно, шевельнулась, взмахнула руками, словно балерина, готовящаяся к танцу, потом лицо ее дрогнуло, словно бы слегка изменившись, и охотник вновь услышал тихое шипение.

Вот так… А ведь мадам действительно спряталась здесь не от нечего делать…

Герхард взял неизвестную на мушку и крикнул:

– А ну-ка, давай лицом к стене! Иначе не поздоровится.

Никакой реакции.

Тогда он сделал еще один шаг к женщине.

Снова никакой реакции. Нити судьбы оставались неизменными. Похоже, это свидетельствовало о том, что его угроза пока не была воспринята. И – все. Будь перед ним обычный человек, Герхард мог бы запросто определить, собирается ли тот на него напасть, и вообще, насколько его противник опасен. Сейчас же это было невозможно.

Значит, остается только надеяться на собственную реакцию, а еще на удачу.

– Эй, ты понимаешь, что я говорю? – спросил Герхард. – Окаменела?

Женщина молчала.

Охотник сделал еще шаг…

Дальнейшее произошло почти мгновенно.

Волосы женщины встали торчком, и Герхард вдруг понял, что для обычных волос они слишком редкие и толстые. Да и не волосы это были вовсе, а длинные, тонкие змейки. И значит…

Мара! Вот кто был перед ним. Самая настоящая мара, существо более опасное, чем вампир или суккуб. Интересно, к какому виду мар она принадлежит? Впрочем, найти ответ на этот вопрос не так трудно. У какого вида мар на голове вместо волос растут маленькие змейки?

Герхард нажал на курок.

Пуля попала маре точно между глаз и, конечно, с противным визгом отскочила. Шкура у чудовища, похоже, не уступала по прочности тяжелой броне. Впрочем, выстрел не пропал зря. Пуля попала в мару как раз в тот момент, когда та метнулась к охотнику. Удар пули был так силен, что магическое создание отшвырнуло прочь, да так, что оно упало на спину.

Повернувшись, Герхард кинулся наутек.

А что ему еще оставалось? Стрелять в мару бесполезно. Пули у него в пистолете были даже не серебряные, а обыкновенные. Значит, никакого вреда нанести чудовищу не удастся. Конечно, у него еще был магический кинжал, и вот им-то мару наверняка можно было убить. Вот только после этого кинжал запросто мог прийти в негодность, и, значит, против черного мага ему придется выходить с голыми руками, что равносильно самоубийству.

Получается, единственное, что ему остается, – это убегать, а драться лишь в самом крайнем случае.

Отчаянно работая ногами, Герхард подумал, что этой ночью, похоже, ему побегать придется. Да еще как. Но кто же знал, что непредсказуемая ночь вдруг войдет в опасную фазу? Подобного не случалось уже несколько лет. И вот случилось. Причем как раз тогда, когда он вознамерился ухлопать черного мага. Ни раньше, ни позже. Вот невезуха.

Выскочив из переулка, он все же остановился и оглянулся.

Мара была шагах в двадцати. Похоже, она посчитала Герхарда своей законной добычей и решила догнать его во что бы то ни стало.

Вот это было плохо. Совсем плохо.

Улица была все еще пустынна. Сообразив, что расстояние между ним и преследователем стремительно сокращается, охотник бросил в сторону, противоположную той, в которую ушел божок и его свита.

Какая-то надежда на благополучный исход встречи с марой у Герхарда оставалась. Он сумел немного от нее оторваться? Значит, преследовательница передвигается хоть чуть–чуть, но медленнее. Чем больше они пробегут, тем внушительнее станет этот разрыв. Рано или поздно, он увеличится настолько, что мара прекратит преследование.

Гархард на бегу усмехнулся.

Кросс со смертью. Кто окажется быстрее? Вот такого у него в жизни еще не было.

Следующий переулок попался ему шагов через двести. Прежде чем юркнуть в него, Герхард еще раз обернулся.

Расстояние между ним и чудовищем увеличилось всего лишь на несколько шагов, да и то это могло ему всего лишь показаться. Кроме того, он понимал, что свернув в переулок, рискует наткнутся еще на кого-нибудь не менее ужасного, чем преследующее его создание. В этом случае он окажется меж двух огней, причем узкий переулок не давал никакой возможности маневра.

Однако, выбора не было.

Сзади поджимала мара, а впереди, где-то в квартале от него, прямо в центре улицы, возникло еще одно облачко. Охотник не имел ни малейшего желания столкнуться с тем, кто из него появится. А значит…

Эх, была не была!

Он все же свернул в переулок, и помчался по нему, на бегу пинками опрокидывая то и дело попадавшиеся на пути штабеля полусгнивших ящиков, в надежде таким образом, хоть немного задержать свою преследовательницу.

Где-то впереди, там, куда вел переулок, послышался странный клекот и будто бы хлопки больших, сильных крыльев. Вот это Герхарду совсем не понравилось.

Только ничего изменить уже было нельзя. Оставалось лишь надеяться, что к тому времени, когда он выскочит из переулка, тот, кто веселится и хлопает крыльями на соседней улице, уберется прочь. А еще он может оказаться менее опасным, чем преследующая его по пятам мара.

Кстати, что он будет делать, если все-таки не удастся от нее отвязаться?

Ладно, это потом…

Споткнувшись о какой-то прямоугольный, прикрытый полуистлевшим тряпьем предмет, Герхард почувствовал, как по пальцам ноги резанула боль. Все же, каким-то чудом умудрившись сохранить равновесие, ругаясь как сапожник, он устремился дальше.

Ушиб – не перелом. Бегать с ним, конечно, больно, но вполне возможно. Особенно если тебя догоняет такое существо, как мара.

Шагов через двадцать из–за очень старого, огромного, украшенного какими-то замысловатыми, наполовину осыпавшимися финтифлюшками буфета, почти перегородившего переулок, на него бросилось нечто плоское, на длинных паучьих лапках, размером с голову взрослого мужчины.

Почти не сбавляя хода, даже толком не разглядев что оно из себя представляет, Герхард всадил в него пулю. В теле существа появилась зияющая дыра, и оно с глухим шлепком рухнуло на хорошо утрамбованную землю переулка.

Теперь оставался только буфет. Охотник с размаху толкнул его плечом. Образец допотопной мебели с грохотом рухнул. Очевидно, за ним еще кто-то скрывался, поскольку из под буфета послышался противный, истошный визг. Причем на крысиный он совсем не походил.

Ну и ладно. Только задерживаться здесь не надо.

Перепрыгнув через буфет, охотник кинулся прочь.

Больше, до самого конца переулка никто на него напасть не пытался.

А вот улица…

Выскочив на улицу, Герхард остановился как вкопанный. Справа от него, чуть ли не рукой подать, находилась довольно пестрая компания. В ней было несколько расхаживавших на задних лапах ящериц, в стальных кирасах, украшенных золотыми пластинками, с огромными секирами, а пятерка угрюмого вида кентавров, причем у каждого на плече висело по луку и колчану стрел. Еще в этой компании были какие-то существа, настолько худые, что смахивали на живые скелеты, маленький, карликовый дракончик, крохи в остроконечных колпачках, вооруженные здоровенными палицами, и мантикора с позолоченными клыками.

Вся эта компания была здорово навеселе и горланила разухабистую песню на незнакомом языке, причем и дракончик и мантикора ей добросовестно подвывали.

Слева от него всю улицу, чуть ли не на целый квартал занимало поле, засаженное рядами довольно странных растений.

Таких Герхард еще не видел.

Ровные, без единой ветви стволы высотой с человеческий рост и толщиной с туловище взрослого мужчины венчали шары, из которых во все стороны торчало великое множество коротких толстых сучьев.

Приглядевшись, Герхард заметил, что сучья эти все время находятся в движении, слегка изгибаются, словно живые. Причем деревья, оказавшиеся возле домов, согнув свои стволы чуть ли не дугой, буквально липли к стенам, сучья же их были явно нацелены на закрытые ставнями окна. Возможно, в надежде, что хотя бы одно из них откроется.

И вот это охотнику не понравилось более всего.

Он подумал, что поле-то довольно жутковатое. И попытаться через него пройти, скорее всего, равносильно самоубийству. Попытка же миновать веселившуюся справа от него компанию тоже ничего хорошего не сулила. Скорее всего, эта пьяная вооруженная бражка воспримет его как вполне подходящий объект, чтобы завязать ссору, с обязательной в результате крупной дракой.

Н-да, выбор…

Он оглянулся. И увидел мару. Шагах в тридцати. Оскалившую жуткие клыки, готовую немедленно с ним сразиться.

Значит, ничего не остается, как попытаться миновать компашку пьяных головорезов. Столкновения, конечно, вряд ли удастся избежать, но зато он, вполне возможно, отвяжется от мары. Решится ли она повторить его подвиг? Сомнительно.

Хотя, стоп… А ведь есть еще один путь. Наверх.

Дом, на другой стороне улицы был достаточно старым и наудачу построенным в псевдопеликанском стиле. Другими словами, стены его были украшены всевозможными завитушками и натыканными там и тут, без всякого порядка карнизиками. Ближе к крыше начинались ниши, в которых стояли каменные, достаточно топорно сделанные фигуры, вероятнее всего принадлежащие пеликанским царям и героям.

Достаточно ловкий человек, при желании мог запросто вскарабкаться на крышу этого дома. Причем мара вряд ли за ним последует. А если даже и решится, то окажется в очень невыгодном положении. По крайней мере, он заберется на крышу первым и, вполне возможно, сумеет что-то предпринять.

Так в чем вопрос? Вперед!

Сунув пистолет в карман, Герхард метнулся к дому. Подпрыгнув, он ухватился руками за какую-то завитушку, а подтянувшись, зацепился ногой за один из карнизиков. Это дало ему дополнительную опору и позволило уцепиться за следующее украшение, находящееся несколько выше первого.

Добравшись таким образом до первой ниши со статуей, Герхард решил, что настало время посмотреть вниз.

Теперь компания веселящихся головорезов находилась от него слева, жутковатое поле – справа. А прямо под ним, почти вплотную к стене, стояла мара и внимательно следила за каждым его движением.

– Ага, – пробормотал Герхард. – Значит, лазать по стенам ты не умеешь.

– Это тебя не спасет, – прошипела мара. – Рано или поздно я тебя настигну.

Ого, да она еще и разговаривать умеет. Что ж, надо попытаться это использовать.

– Что я тебе сделал? – спросил Герхард. – Если так уж хочется на кого-нибудь поохотится, поищи себе не такую ловкую добычу. Ночь еще впереди. Ночь длинная. Дома мирных жителей хорошо укреплены, и в них тебе не попасть. Однако на улицах сейчас, целая прорва самых разнообразных существ. Вероятно, кого-нибудь по вкусу ты себе найдешь.

Говоря это, он был уверен, что все жители города сейчас сидят по домам. Даже стража гостиниц, увидев, в какую фазу перешла ночь забытых божков, тут же попряталась за надежными дверями. А уж в том, что дом жителя мира, в котором время от времени случаются подобные ночи, представляет собой настоящую крепость, он не сомневался. Таким образом, жертвой мары мог стать только такой же, как она, ночной визитер. А вот уж до них Герхарду не было никакого дела.

– Нет, мне нужен только ты. И я тебя настигну.

Да, вот это уже серьезное заявление.

– Почему? – спросил охотник. – Почему именно я?

– Ты оскорбил меня.

– Каким образом?

– Ты попытался от меня сбежать, ты не захотел стать моей добычей.

– А согласись я, ты бы меня не стала трогать?

– Нет. Я бы полакомилась твоей кровью.

– Значит, моя вина состоит в том, что я не захотел умирать?

– Да. Я тебя выбрала, и ты не должен был мне противится, должен был принять оказанную тебе честь.

Герхард вздохнул.

Вот это называется эгоизмом чистейшей воды. И что-то объяснять, а также пытаться как-то договорится – бесполезно. Мара решила, и, значит, все должно быть именно так, как она хочет.

Ну, хорошо же…

Протиснувшись в нишу, охотник внимательно осмотрел спину статуи. Металлический стержень, которым она для страховки была прикреплена к стене, проржавел, казалось, насквозь. Один хороший толчок…

А почему бы и нет?

Опершись о стену спиной, Герхард резко и сильно толкнул статую. Металлический стержень лопнул, и статуя покачнулась. Еще один толчок – и каменный истукан рухнул вниз. Предположительно на кровожадную преследовательницу.

Угу, как бы не так…

Выглянув из ниши, охотник увидел, что мара стоит в нескольких шагах от расколовшейся на несколько кусков статуи. В мостовой, там, где она о нее ударилась, виднелась внушительная вмятина.

Герхард развел руками.

Да, не получилось. А замысел был неплохой.

– За это ты тоже заплатишь, – сообщила мара.

– Ну конечно, – сказал Герхард. – Обязательно. После того как ты меня догонишь. Кстати, у тебя, похоже, начинаются неприятности.

И в самом деле, грохот, с которым упала статуя, привлек внимание веселившейся неподалеку компании головорезов. И не только к упавшей статуе, но и к самой мары. Теперь они надвигались на нее, причем быстро и вполне грамотно разворачиваясь в полукольцо, отсекая ее от переулка, оставляя ей всего одну возможность к бегству. Кстати, возможность эта была очень сомнительная, поскольку для того чтобы сбежать, маре нужно было пересечь поле с диковинными растениями.

Герхард пожал плечами.

Наверное, в другое время он мог и понаблюдать за намечающимся сражением, узнать кто в нем победит. Вот только не сейчас. В данный момент надлежало найти дом черного мага. А это, учитывая происходящее на улицах города, будет сделать не так-то легко. Одно хорошо – от преследовательницы он вроде бы отделался. Если даже она каким-то чудом и победит в намечающейся схватке, то заплатит за это такую цену, что на преследование у нее уже не хватит сил. Если, конечно, победит.

Взобравшись на крышу, он все же не удержался, бросил взгляд вниз.

Мара стояла прижавшись спиной к стене. Воины расположились вокруг нее полукольцом. В его центре находились карликовый дракончик и мантикора. Дракончик воинственно царапал когтями брусчатку, мантикора угрюмо скалила клыки.

Ага, эти двое, значит, и начнут заваруху. Таким образом, у мары нет ни малейшего шанса уцелеть. Однако…

Мара изменялась. Тело ее почти мгновенно увеличилось в объеме чуть ли не вдвое, а ниже пояса стало телом огромной змеи. Как только превращение завершилось, мара щелкнула хвостом, словно огромным бичом. Змейки на ее голове зашевелились и мерзко зашипели.

Впрочем, головорезов это превращение отнюдь не обескуражило. Возможно, согласно какому-то кодексу чести именно его они и ждали, для того чтобы начать драку.

– Руби ее, гадину! – прокричал один из похожих на живые скелеты существ.

Полукольцо стало медленно сжиматься.

Герхард отошел от края крыши и стал прикидывать, в какую сторону он двинется.

Происходящее внизу его теперь не интересовало. Нагляделся он за свою жизнь всяких там драк, схваток стенка на стенку и прочих мероприятий подобного толка. Главное, теперь мара ему не опасна.

Хотя кое-что любопытное он все же успел углядеть. Превращение мары. Видимо, она не полезла за ним на крышу не потому, что испугалась. Скорее всего, она не умеет взбираться по стенам, поскольку обладает способностью превращаться в получеловека-полузмею. Закон компенсации. За кое-какие преимущества, приобретаемые магическим образом, нужно платить определенными неудобствами. Кстати, его глаза – тоже результат действия этого закона. Они позволяют прекрасно видеть в темноте, но за это приходится платить тем, что они в темноте еще и светятся. Поэтому в некоторых случаях приходится надевать черные очки, для того чтобы это было незаметно.

И ничего тут не поделаешь. Закон компенсации. Обойти его под силу только кому-то понимающему в магии примерно на уровне великих магов.

Ладно, хватит об этом. Не пора ли отправиться дальше? Ночь не такая уж длинная, и потратить ее всю, размышляя о сущности магических законов, будет слишком большим расточительством.

Кстати, в какую сторону он теперь подастся?

Можно, конечно, обойти дерущихся по крышам и, спустившись на мостовую, продолжить прерванный путь. Однако лучше всего будет попытаться перебраться на соседнюю улицу. Кто знает, может быть, там он все же обнаружит следы сторожевой нити черного мага?

Ловко балансируя на покатой крыше, Герхард двинулся прочь от ее края.

За спиной у него слышались вопли и звон оружия. Похоже, схватка там разгорелась не на шутку.

Загрузка...