Обыкновенные ведьмы средней полосы

Глава 8

Ну да, то, что будет весьма непросто договориться с главой каравана, едущего в столицу, я и так понимала, но чтоб настолько непросто…

Я только что подошла к нему. Он сидел за столом и бодро уплетал щи. На второе — шашлык. Когда он узнал, что я и была той самой женщиной, которая его приготовила — рассыпался в благодарностях. На мою же скромную просьбу взять нас с собой в свой караван ответил резким отказом.

— Вот ещё, чего удумали! Вы девки молодые, справные! Вам бы при мужике быть, по законам Симаргла, значит, судьбу соединить, детей рожать… а вы чего удумали? Какая такая столица? Ты это выброси из головы своей, и сестрице скажи, чтоб не думала себе чего!

— Мечтаю я учиться, знаниями то есть ведать… — осторожно оглядываясь по сторонам, призналась я.

— Ты это брось! — холодно отрезал мужик — Али ты магичка? Одета странно, конечно. Только это не супротив закона, твоя правда. Да только ведь знания получают токмо колдуницы всяческие, остальным-то бабам это на што? Так что, ты не ерунди… это нынче ты в девках ходишь, а завтра, того и гляди, с человеком местным к обряду Симаргла пойдёшь. Чего смотришь на меня, ровно не знаешь? Годна при мне сговаривалась с кузнецом по имени Некрута.

— Но как же так? Я своего согласия давать не буду — не поверила я в такое беззаконие.

— Вот странные нонече девки пошли — вы же с сестрицею своею сироты, так что судьбу вашу таперича Годна решает. Да вы не боитися! Не та она баба, чтобы зла вам, убогим, желать. Опять же, вот за Некруту разговор — я в Ровене не первый раз бываю, и много кто знакомец мой. Так вот, Некрута — мужик справный — и кузня, и лавка при ём опять же! Да и сам он хоть куда! Ровный, да гладкий. За ним, знаешь, сколько девок убивалося? Странно даже, что на тощщу таку позарилси. После сыпняка, поди? Страшна така ета похваруха… Я слыхал, и на вторую девку жоних нашёлси…

В обчем, слушай мой сказ — сем телегов моих тут, и не на одной вам местов нету — всё в товаре плотно. А и были бы — не взял! Не бабье это дело — без мужика быть. Ежели токмо вдовица, вот как Годна, к примеру. Ежели станешь таковой — милости прошу!

Мужик продолжал задумчиво хлебать щи, не обращая больше на меня внимание. Оно и понятно — тема закрыта. «И чего девка кобениться?» — плакатными буквами было написано на его не заросшей части лица.

У меня возникла срочная необходимость пообщаться на эту тему со своими коллегами, поэтому я быстро вышла из зала, кивнув Ваське, чтоб она последовала за мной.

— Я выхожу замуж. За Некруту-кузнеца! — нервно выпалила я, расхаживая по кухне.

— Поздравляю, если так! — заржала Васька, нагружая себя следующими порциями шашлыка — Белое платье, белая фата, в объятьях нежных и страстных кружится голова…

— Не стоит так радоваться раньше времени — я слышала, что ты тоже просватана. Жаль, не в курсе, за кого! И это при том, что у нас была какая-то болезнь похваруха… Но тот глава каравана обещался нас взять, если я стану вдовой!

Мы с Васькой загалдели, обсуждая теоретическую возможность мою стать женой, а потом, при благоприятных стечениях обстоятельств, и вдовой, как Донатий нас перебил:

— Тихо вы! Бежать нам надобно! Завтра же утром! — со зверским выражением лица прошипел Донатий — Я покуда харчами запасусь в дальнюю дорогу, а вы работайте, как ни в чём не бывало. Про женитьбу не суетитися — не бывать ей, вот лучше про свой тиф печальный сказ поведай всем.

На том и порешали. Я очень нервничала, переживая о том, в какие ещё неприятности нас хочет втянуть Донатий. Легко ему говорить: «Не бывать женитьбы»! Я вот, может, не о такой свадьбе мечтала… Васька тоже по едальному залу ходила, как в воду опущенная — не думала она, что нас в караван не возьмут. Но я не собиралась складывать лапки и молча идти под венец. «Не на ту напали, ироды»!

После того, как во мне окрепла мысль, что «мы ещё повоюем», я немного успокоилась и подумала, что стоит хотя бы пообщаться с другими возчиками за жили-были… мало ли что… сегодня, как и всегда, посетителей в харчевне было более, чем предостаточно, так что освободились мы уже достаточно поздно, ничью по местному. Мы выпали во двор подышать вечерним воздухом, ну и на караван полюбоваться, опять же.

Некоторые возчики уже собирались спать, иные же играли на щелбаны в хлеву. Идиллия, одним словом. Все восемь телег из каравана стояли рядком, поклажа на них была плотно прикрыта рогожей, да… по всему видно, что телеги гружёные, хотя…

Стоп! Тот лохматый жёноненавистник говорил, что у него было семь телег… а тут восемь! Я быстро пересчитала их поштучно, потом поколёсно. Количество телег не изменилось!

— Вот что, Васька! Надо бы спросить у нашего кривого товарища о вверенном ему имуществе. Что да как… и кому могла бы принадлежать ещё одна телега, ныне учтённая?

Васёнка понятливо кивнула и побрела в сторону хлева. Вернулась она не скоро — оно и понятно. Беседовать с Вавулой всегда было не просто. Я думаю, что за время нашего пребывания здесь он не проронил и дюжины слов, а теперь, когда Васька вся на нерве…

— Телега принадлежит молодому парню, он тоже не из местных, мужики говорят, в дороге прибился. Сам не особо общительный, так что его не слишком любят другие возницы: злые языки говорят даже, что он медовуху не пьёт, в азартные игры не играет, да на кулачках не рубится…

— Ну да — так расценила эту речь я — людина, шо не пье, або хвора, або подлюка… Но ничего особенного я в том не вижу.

— А прозывается этот малый просто Игорь!

В этом месте подруженька подняла вверх указательный палец. Действительно, довольно необычное имя для местных. У них через одного Божедар и Добролюб. Ну это если не Миродар или Остроглаз. Точно, наш человек! Надо брать!

— Ты чего сказала Вавуле? Зачем интересуешься? — спросила я.

— Ничего! Он не спрашивал! — равнодушно пожала плечами Васька.

Вот и славно! Это похоже на нашего конюха.

— Пойдём и мы спать — завтра тяжёлый день.

Я видела, что Донатий уже собрал кулей выше крыши, так что хотя бы о продуктах питания какое-то время мы можем не беспокоиться. Годна вчера выплатила нам жалование, честь по чести. Так что мы на него смогли запастись бельём и всем необходимым. Разве что одежда нас не порадовала своим внешним видом. Но мы смоли приобрести длинные рубахи ниже колен, это нам на смену, чтоб мы окончательно не обносились. Такие могли носить и мужчины, и женщины. Но особо внимания на нас не обращали, привыкли уже, что сироты у Годны с приветом.

Перед тем, как лечь спать, я тщательно перебрала свой тощий заплечный мешок, куда я сложила свой рюкзак, севший мобильник, и прочие мелочи. Я знала, что завтра после обеда караван отправляется в путь — до ближайшей стоянки как раз половина дневного перехода. Мне долго не спалось — до такой степени я была взвинчена. Ещё «жених» этот… как бы чего не вышло…

Когда я уже засыпала, то успела зацепить мысль, кто же у нас Васькин суженый? Но не успела додумать её, и закрыла глаза.

Проснулись мы с Васей ещё до рассвета. Ну то есть как проснулись — вообще у нас были свои планы на сон, но Донатий судорожно дёргал нас за плечи, предлагая вставать.

— Колдунец близко — страшным шёпотом вещал он мне в ухо — так что ты уж не обессудь, но своим корявым колдовством не позорь меня…

Мы подпрыгнули, и стали судорожно одеваться. Не было печали! Действительно, через пару минут в ворота постоялого двора сердито застучали, и заспанный Вавуля пошёл спрашивать, кто это.

Хозяйка тоже проснулась и спускалась по лестнице, когда мы осторожно выглянули из своей каморки.

— Гость приехал. Пусть отдохнёт в моей комнате. Принесите чистых полотенец — резко приказала Годна.

Пока Вавуля таскал горячую воду для гостя, мы успели вдоволь насмотреться на колдуна. И вправду, таких можно узнать за версту — вместо странной длинной мужской рубахи и ещё парочки сверху, на нём была просторная кожаная куртка на завязках, похожие свободные брюки и короткий меч. На голове ничего, похожего на ободок или обруч, которым мужчины поддерживали длинные волосы.

— Видали? Кожа виверны! От заклятий хорошо защищает, да и от меча, опять же! — судорожно шептал Донатий, помогая накладывать завтрак раннему гостю — Оно и неудивительно, что на путешествие ночью решился сей колдунец. Одно хорошо, он, вроде как, из некромансеров будет.

Во взгляде и действиях домового явно сквозила тревога. Я твёрдо не могла понять, почему некромант для Донатия более предпочтителен, нежели, к примеру, боевой маг широкой практики, да и ещё пару моментов были… но сейчас явно не лучшее время для серьёзного разговора.

Приезжий маг немного отдохнул и даже успел зарядить все пустые амулеты Годны. Так что мы теперь разносили еду в зал, освещённый несколькими маленькими световыми шарами.

— Здрав будь, Вавуля! Покажи-ка ты нам человека по имени Игорь! У него ещё пустая телега имеется в наличии — я бесцеремонно оторвала нашего конюха от наслаждения похлёбкой.

— Так вот он, что с лошадью своей возится — настороженно ответил кривой Вавуля.

Я проследовала по указанному маршруту, оставив Ваську разбираться с причиной нашего интереса к одинокому возчику.

— Здрав будь, добрый человек! Просьба у меня к тебе будет. Возьмёшь ли ты нас с собою в столицу? Два человека. Мы слышали, будто ваш караван туда и направляется.

— Что же понадобилось двум девицам столице Славии? Неужто вы не люди вовсе, а ведьмы? И в столицу в Школу направляетесь? — с недоверием косился на меня собеседник.

Н-да. Правы были местные — как-то Игорь этот не слишком вписывался в общую картину. Хотя внешне, конечно, не слишком-то отличался от других славов — высокий и светловолосый, со светлыми глазами. Только вот бороды по местным обычаям не носил, да имел короткую стрижку, совсем как давешний некромант. Хотя я не думаю, что этот парень — колдун. Уж больно нехорошо он поморщился, когда только что упоминал ведьм.

— Ну что ты, как только глупости такие в голове твоей задержались? Какие же мы ведьмы? Мы не можем дать тебе много денег, зато и обузой не станем — у тебя ведь амулетов не имеется, так мы за помощников будем.

— Ну хорошо, коли так — после паузы ответил парень — откуда знаешь, что амулетов у меня нет?

Ну почему я сначала говорю, а потом думаю? Если вообще доходит очередь «на подумать»? Дело в том, что я уже научилась определять наличие амулетов по теплу, которое исходило от них — они же каким-то колдуном были заряжены, и с тех пор отдают магию. Она бывает разной направленности и действия, но отдаёт энергию всегда, даже когда не находится в активном состоянии. Я помялась, сделала максимально простодушное выражение лица, и застенчиво ответила:

— Так смотрела я за тобой, приглядывала, значит, помаленьку. Прежде, чем решиться поехать с тобою в город. А вдруг ты, ну, не знаю…

Парень посмотрел на меня удивительно жёстким взглядом, но потом смягчился, и сказал:

— Пустяки! Вы спросили у хозяйки о долгах своих, об обещаниях невыполненных? Поторопитесь, скоро мы уезжаем.

О-пачки! Чего же Донатий тогда молчал? Ну уж нет, здесь я в любом случае не останусь, даже если Годна сообщит, будто мы обещали ей приготовить и передать рецепты из Большой Поваренной Книги. Поэтому я быстро отыскала Ваську, которая насвистывала, наблюдая за приготовлениями каравана к отъезду, резко дёрнула подруженьку за рукав, едва не оторвав его, так что мы вместе побрели разыскивать Годну.

— Донатий, кули наши спихай на пустую телегу, мы сейчас уезжаем — резко велела я, увидев суетящегося домового.

— Марусенька, я к тебе как раз по этому поводу… — начал было Донатий.

— Быстро давай, и без разговоров! — мне было некогда разбираться в причинах лютой паники нечистика.

Он судорожно кивнул, и побежал в нашу каморку.

Мы обнаружили празднично одетую Годну, щеголяющую в новенькой понёве в едальном зале и вовсю улыбающуюся кузнецу.

— Так оно и лучше будет, при свидетелях-то — тихо шепнула Васька.

Я молча кивнула головой и упрямо продвигалась вперёд.

— Годна! Мы с Василисой хотим тебя спросить, нет ли у тебя к нам претензий, не имеется ли за нами каких-долгов?

Хозяйка повернулась к нам, просияла, кузнец гордо выпятил грудь, и женщина начала напевно и громко говорить:

— Отвечаю вам, сироты мои! Я, Годна, жена Велибора и дочь Велисвета, говорю всем и каждому, что не имеют девицы сии ни перед людьми, ни перед Симарглом своих обязательств! Ныне я за них в ответе, и потому повелеваю им… — гости, сидящие в зале, радостно загомонили.

— Это хорошо, что претензий к нам нет! — Васька радостно похлопала Годну по плечу, мы развернулись и собрались на выход — Прощайте тогда.

— Стойте! — завопил появившийся в дверном проёме Вавуля — Они в столицу собрались! А как же обряд Симаргла? Который ты, Годна, мне обещала?

— Да и мне тоже! И денег за сиротку взять не погнушалася — нехорошо прищурился Некрута — кузнец.

— Чо вылупились, девахи? Бежим скорейше! — взвизгнул крутившийся рядом Донатий.

Он подбежал к стоявшему в дверях конюху, от души приложил того миской с соседнего стола, и махнул нам: мол, не отставайте. Нам повторять два раза было не нужно, мы выбежали во двор, тяжело бухая тяжёлыми ботинками, и успели заметить, как караван вытягивается за ворота. Последней ехала телега нашего «благодетеля». Я на бегу подняла, с хеканьем, домового, запулила на телегу, после чего запрыгнула сама и помогла взобраться Ваське.

Возница обернулся к нам, на его губах появилась ироничная улыбка. Мне показалось, или из глаз парня только что ушла тревога?