Наследник для звёздного захватчика

31

Звук тревоги больше не рвал перепонки, но звук собственного пульса забивал любые другие звуки, разрывая виски. Мы с Ярой бежали быстро — страх лизал пятки. Спасибо тренировкам с Томом, иначе бы я уже валялась с коликой в боку и ни за что бы не выдержала такой темп.

Яра, конечно, была тренированным солдатом, и для неё это было несложно. Но она была беременна, и я волновалась, чтобы такая гонка не принесла последствий.

Но выхода у нас не было, если нас поймают, Яру и их с Шейном нерождённого ребёнка ждёт куда большая беда.

— Тормози! — вскрикнула Яра, и я останавилась настолько резко, насколько вообще получилось.

Сама она что-то лихорадочно стала искать на стене, а потом нажала основанием ладони. Неожиданно из покрытой плесенью и трещинами стены выехала небольшая платформа с панелью. Яра что-то набрала на ней, и через секунду мне показалось, что земля под ногами завибрировала.

Я опустила глаза и увидела, как перед самым носом моих сапог приподнялась широкая пластина.

— Становись, — скомандовала мне Яра и сама встала на неё. — Держись крепко.

Я встала рядом и сжала её протянутую руку. Почувствовав под ногами вибрацию, я вздрогнула и ещё крепче сжала пальцы Яры, когда мы медленно стали проваливаться вниз. Словно на лифте опускались во узкую тёмную шахту.

По сути так и было — мы спускались в металлической колбе-лифте. Ветхость и заброшенность тоннеля оказались ширмой, а внутри напичкано всё скрытой техникой.

Секунд через пятнадцать спуска мы остановились. Узкое пространство и кромешная темнота вызывали панику и удушье, но я старалась держать себя в руках. Яра высвободила свою кисть, и я увидела, как у неё на ладони что-то вспыхнуло. Это был ключ. Такой же, как я когда-то стащила из дома их с Тайеном брата Ириса.

Яра подняла ключ на уровне груди, вытянула вперёд, и он тут же примагнитился. Вверх и вниз от места его сцепления с металлом впереди пошли светлые полосы, а потом разъехались створками в стороны.

Перед нами открылся ярко освещённый коридор. Он был коротким, и мы в пару десятков шагов достигли двери, которую Яра так же открыла ключом.

И вот за ней я увидела огромный ангар, а в нём большой, просто гигантский крокталёт. Намного больше того, на который я набрела в ангаре в саду у командора.

Он был треугольной формы со сглаженными, округлыми углами, на тёмном металле корпуса светились какие-то незнакомые мне символы. Крокталёт издавал низкое гудение, и казалось, что пол под ногами вибрирует.

— Где Тайен и Шейн? — я схватила Яру за руку.

— Внутри, — ответила она. — Тайен уже запустил протокол. Поторопимся.

И поторопиться действительно стоило, потому что где-то сверху послышался шум, очень напоминающий звук небольшого взрыва.

Мы с Ярой бегом направились к крокталёту, у которого нам навстречу открылся шлюз. В проёме я увидела Шейна. Он был одет почти так же, как и я.

Ещё один взрыв, уже куда ближе, заставил прибавить скорости. Спину от страха прошибло потом.

— Ты первая! — крикнула Яра, и я буквально взлетела на платформу.

Шейн ухватил меня за руку и втащил внутрь, потом повернулся к Яре и его глаза недобро блеснули.

— Шейн! — я толкнула его локтем, поторапливая, и он тут же помог взобраться внутрь и Яре.

— Отходим! — приказала она, люк шлюза поднялся и с шипением встал в проём.

Я, наконец, могла обнять брата. Говорить сейчас было совсем не время, но услышать его сердцебиение, прильнув к груди, мне было крайне необходимо. Хотя бы на мгновение. Понять, ощутить, что я не одна, что мой самый близкий человек рядом.

— Позже, — однако Яра нас оборвала. — А пока быстро в кресла.

Она кивнула вглубь крокталёта, мы с Шейном прошли за ней через узкий проход и оказались в кабине с четырьмя креслами. Одно из них, которое было спереди, занимал Тайен. Он был напряжён и сосредоточен, лишь взгляд короткий бросил в мою сторону и снова переключил внимание на строку символов на экране.

— Садитесь в кресла и положите руки на подлокотники, — сказала Яра, сама усаживаясь впереди, рядом с командором, который очень внимательно следит за приборной панелью. — Когда корабль вас начнёт сканировать, не шевелитесь и не сопротивляйтесь.

Звучало немного пугающе, но расспрашивать было некогда. Мы с Шейном заняли кресла и замерли, выполняя инструкции Яры.

Едва я только положила руки, как она сказала, меня будто примагнитило. Под правым запястьем на подлокотнике зелёным вспыхнула панель и руку окольцевал голографический браслет. Раздался короткий сигнал, через несколько секунд ещё один и панель замигала.

— Инициация завершилась, — услышала я голос командора. — Тисас их принял. Взлетаем.

И вовремя, потому что двери, из которых мы с Ярой прибежали, покачнулись. В лобовое стекло кабины мы увидели, как из-под них пошёл дым.

За нами шли. Побег не оказался неожиданностью. Оставалось только молиться, что у Яры и Тайена получится.

— Герметизация, — отдал приказ командор системе крокталёта. — Уровень внутренней атмосферы по типу “Земля”. Проверь топливную и вентиляционную системы, Тисас.

— Системы проверены. К запуску готова, — ответил электронный женский голос, и я даже не сразу сообразила, что это голосовой помощник борта.

— Тогда стартуем.

Вибрация резко усилилась. Я ступнями чувствовала, да и всем телом тоже. Было страшно, и я закрыла глаза. Даже повернуться и поискать поддержки Шейна хотя бы взглядом не получалось, потому что тело было полностью обездвижено магнитным полем.

Гул и вибрация стали нарастать, и крокталёт оторвался от пола ангара и завис в воздухе на несколько секунд, а потом начал плавно подниматься вверх. Мне было видно, что над нами разъехалась крыша, открыв тёмное небо, усыпанное звёздами.

Внизу, прямо под нами, раздался ещё один взрыв и послышались крики.

— Резче, Тайен, — я услышала напряжённый голос Яры. — Переходи сразу на третью скорость.

— Мы даже над уровнем моря не поднялись, третья — не раньше выхода за озоновый слой.

— Плевать, Тайен! Они нас сейчас через РЭБ посадят. Гони! Они выдержат!

О том, что речь шла не о системах крокталёта, а, по всей видимости, о нас с Шейном, я поняла, когда через секунду крокталёт будто толкнули, а потом появился странный противный звук. Он будто врывался в голову, сносил в лоскуты мои барабанные перепонки и превращал в крошево мозг.

Я вскрикнула и услышала эхом мужской стон. Это был Шейн. Ему тоже было больно.

Перед глазами заплясали искры, а потом я потеряла сознание.