Глава 8

Матвея разбудил Анализатор. Единственный неповрежденный динамик громкой связи кибермозг использовал с таким остервенением, словно хотел насвистеться и назвенеться на всю оставшуюся кибержизнь.

– Ухм… – выдавил Матвей, хватаясь за голову.

Облегчения это не принесло, целительной силой его руки не обладали.

– Да-аша-а!.. – позвал он слабо и жалостливо, как грудной ребенок. – Да-аша…

– Чего тебе? – отозвалась она.

– Водички бы… мне. Попить. А?..

Дарья посидела еще минуту, будто раздумывая, идти или не идти, но все-таки встала и сходила за пакетом с минералкой.

– Ох-х, Даша… – благодарно выдохнул он. И добавил: – Если бы еще пивка… Вот тогда жизнь бы и наладилась! Шутка, сама понимаешь…

– Понимаю, – буркнула Дарья. – С кем пил, с тем и поправляйся.

– А-а… – неопределенно ответил Матвей. – Что там?..

– Где? – спросила она отстраненно.

– Ну… – Он широко, но осторожно поводил в воздухе руками. – Везде. Прилетел кто-то? Или это мои… последствия?

– Нет. Это мои… – Дарья подобрала ноги и уткнулась лицом в колени.

Матвей заметил, что она плачет, и нерешительно коснулся ее плеча.

– А чего ты в скафандре-то? Ходила куда-то? Ты знаешь что… Ты тут поосторожней. Я вот как вышел… направление взял на юго-юго-запад, это я еще помню… Потом все эти кусты куда-то пропали. Можешь себе представить? Если посмотреть по карте, то пешком до конца тундры топать недели две, а я… – Он почувствовал, что Дарье это неинтересно, и замолчал. – Что произошло? Объясни.

Напарница тихонько всхлипнула и, кажется, собралась что-то сказать, но в это мгновение из коридора донесся лязг стальных створок и гулкая дробь множества ботинок.

– Сейчас нам все объяснят, – прерывисто вздохнув, сказала она.

Из коридора вышли человек двадцать. Далекий вой подъемника извещал о том, что вскоре прибудет еще одна партия. Люди в защитных костюмах класса «Предел-4» без лишней спешки рассредоточились по оперативному залу так, что ни войти, ни выйти, ни вздохнуть без их разрешения уже было нельзя.

– Журналисты, – вполголоса представила их Дарья.

Человек с нашивкой капитана ОВКС снял шлем и, сморкнувшись на пол, поманил Матвея пальцем. Жест Матвею не понравился, тем не менее он поднялся и сделал навстречу офицеру пару неторопливых шагов, словно прогуливался просто так. Капитан тем же пальцем подцепил его за воротник и притянул к себе вплотную. Он был выше ровно на голову, и Матвей с неприятным удивлением обнаружил, что переносица у него титановая и через ноздри видна беленькая, наполовину открутившаяся гаечка.

– Доклад, – процедил офицер.

– Так это… – вякнул Матвей. – О чем докладывать-то?

Десантник пошевелил пальцем, и дежурного зашатало из стороны в сторону. Капитан пренебрежительно сплюнул через зубные монопластины.

– Ты говори обо всем понемногу, – предложил он. – Когда мне надоест, я дам знать.

Матвей и не сомневался. Глубоко вздохнув, он произнес:

– Ну вот, значит…

– Об этом не надо. Только последние сутки.

Снова грохнула подъемная платформа, и вторая партия тяжелых ботинок разбежалась по коридорам. Вероятно, штурмовая группа уже оцепила всю базу. Вскоре в зале появилось еще десять человек – без оружия, но с большим количеством пузатых алюминиевых чемоданов.

– Не любопытствуй, – строго предупредил офицер. – Рассказывай дальше, у тебя хорошо получается.

Матвей опять вздохнул.

– Прилетел он, значит…

– Кто «он»?

– Пришелец, – уверенно сказал дежурный.

– Может, «она», пришелица?

– Не-е… – Матвей попытался покачать головой, но палец держал его крепко. Ему удалось изобразить лишь мелкую, неубедительную вибрацию. – Самец был. Точно.

– Самец, – подтвердила из угла Дарья. – Только он с защитным полем. Я весь боезапас на него извела… Там ямы, возле шлюза.

Она покосилась на спецов с чемоданами. Те за несколько секунд развернули полевой гиперсервер и принялись скачивать базу данных Анализатора.

– Преднамеренное повреждение проводки, – констатировал какой-то рыжий тип в мультифокальных очках.

– Да это мы так, чтобы он не орал понапрасну, – пояснила Дарья.

– Разберемся, – дружелюбно отозвался рыжий и немедленно продиктовал куда-то себе в плечо: – Неопровержимые доказательства саботажа. Виновные полностью изобличены.

– Мы остановились на пришельце, – напомнил капитан Матвею и слегка его приподнял. – Продолжай. Это интересно.

– Я за ним пошел, – уныло проговорил тот. – То есть не за ним, а сначала просто пошел…

– Куда глаза глядят, – попробовал угадать офицер.

– Сигнал же был. Девяносто два килограмма. Это один большой или два маленьких…

– Или три, но совсем малюсеньких, – подсказал капитан.

– И я пошел… – обреченно повторил Матвей.

– Это уже было. Так, ну и что?

– Кусты. Иду я, значит, иду… Тут кругом кусты, вы сами видели. А потом они пропали. А вместо них – песок. А потом – рраз!..

– Что «раз»? – испугался дознаватель.

– Болото! – завороженно прошептал Матвей. – Сплошное болото. И назад смотрю – там тоже болото. А шлюза и нет.

– Как же ты вернулся?

– Не помню, – кисло ответил он. – После болота я как-то все смутно… очень смутно…

– Мутный он вернулся, это верно, – подала голос Дарья. – И не показывай ты мне фиги свои, понял? Все равно у тебя алкоголь в крови еще месяц циркулировать будет, любой анализ определит. Пьяный пришел, – подытожила она. – Еле дополз.

– Так при чем тут пришелец? – спросил капитан.

– А я его встретил. На болоте.

– Уточним: ты его встретил до того, как все стало «смутно, очень смутно», или уже после?

Матвей задумался.

– В процессе, – ответил он после паузы.

– За достоверность информации не ручаешься, – констатировал дознаватель.

– Это почему же! – запротестовал дежурный, но, подумав еще немного, согласился: – Нет, не ручаюсь.

– До чертиков допился на своем болоте! – упрекнула Дарья.

– Чего я там напиться-то мог?! – огрызнулся Матвей. – Там кабаков нету! Грязь кругом, и пузыри из-под воды булькают…

Он хотел добавить еще про тину и цепкие водоросли, но в коридоре снова загрохотали шаги, и из сводчатого проема показался какой-то сутулый мужчина со свитой. Капитан рявкнул «смиррна!» и сам вытянулся в мускулистую, узловатую струну.

Потеряв крючок, на котором он так прочно висел последние пять минут, Матвей неловко приземлился на колени. Дарья рефлекторно вскочила и, вытянувшись, опустила руки по швам. В вошедшем она узнала того самого дядю с большими звездами, который обозвал ее овцой и велел спускаться вниз. Теперь полковник был без шлема, и она заметила, что его правый глаз смотрит совсем не туда, куда левый, и при вращении издает тонкое комариное жужжание.

– Вольно, капитан, – сказал полковник. – Рапорт не нужен, допрос я слышал. Ну что, насекомые? – обратился он к дежурным. – Попали вы, как юный кок на камбузе…

– В смысле господин полковник?.. – осмелилась спросить Дарья.

– В смысле под раздачу. Вы получили конкретный приказ: обнаружить нарушителя, задержать, установить личность. Где нарушитель?

– Исчез, – по-уставному кратко ответил Матвей.

– И далеко он исчез? Ну-ка, Анализатор!..

Полковник дал отмашку техникам, и кибермозг, вновь обретя речь через гипертерминал, прошелестел:

– С учетом корректировки, зафиксировано одно постороннее тело, идентифицированное как человек. Масса девяносто два килограмма, биоритмы соответствуют среднему…

Полковник снова взмахнул рукой, и скрипучий голос умолк.

– «С учетом корректировки» – это с нами то есть, – пояснил он. – Никаких пришельцев, никакой чертовщины. Просто одна сволочь пробралась на закрытый военный объект, а две другие сволочи, вместо того, чтобы искать и обезвреживать, занимаются навешиванием лапши.

– Нет! – заявила Дарья.

– Как это нет?.. – Полковник от такого хамства даже растерялся.

Капитан, до сей поры стоявший неподвижно, положил ладонь на кобуру.

– Нет! Не сходится же ничего!

– Что не сходится? С чем?

– Когда я выходила на поверхность, в теле было не девяносто два килограмма, а девяносто один и восемь десятых.

– Дело в том, барышня… – Полковник криво улыбнулся. – Кхм-кхм… Дело в том, что человеческий организм периодически избавляется от жидких отходов, разовое выделение которых как раз таки… да, я уж не говорю об отходах твердых!..

– Это ладно, – легко согласилась она. – Но сейчас Анализатор определенно сообщает об одном объекте, а в тот раз…

– С тебя три штуки! – невпопад напомнил Матвей.

– А в тот раз он этого определить не мог. И… он вообще не знал, что это человек!

– А вы кофе почаще на провода лейте, – посоветовал полковник. Судя по всему, он слышал не только допрос Матвея, но и все переговоры в оперативном зале.

– Нет! – в третий раз воскликнула Дарья. – Это сейчас он ошибается! Может, с вами заяц какой-нибудь прибыл?

– Заяц?.. – хмыкнул капитан. – У нас на борту даже крыс нет. Ребята давно всех съели…

– Ах, за-аяц! – догадался полковник. – Заяц у нас имеется, это да. Несите мясо! – приказал он.

Через пару секунд в оперативный зал втащили какого-то измочаленного человека. Комбинезон на нем был изорван и перепачкан чем-то буро-зеленым. Левый ботинок незнакомец потерял по дороге, если, конечно, не допускать мысли о том, что он ходил полубосым намеренно. Нос у него был разбит, а вокруг левого глаза все раздулось, словно в лице сработала подушка безопасности.

«Скоро у него будет нос, как у капитана», – подумал Матвей.

«Скоро у него будет глаз, как у полковника», – подумала Дарья.

«Кажется, конец мой будет коротким, – печально подумал Борисов. – Угораздило же к военным вляпаться…»

– Сие тело найдено полчаса назад в ста двадцати метрах от шлюза, – торжествующе объявил полковник. – Не заметить его, а тем более… – тут он добавил в голос сарказма, – …тем более «не найти» может только слепоглухонемой. И к тому же убитый, – добавил он для полной ясности.

– УУ… – провыл Борисов. – Возьмите его… Эта гнида стрелять в меня хотела…

– Гнида здесь только одна, – веско заметил полковник. – И эта гнида…

– Я уже догадался, – покорно ответил Борисов. – Пока вы будете беспочвенно обвинять меня во всяких там нарушениях режима, эти твари захватят все сорок четыре планеты! Обидно… я уже согласился на одиннадцать. – Он тяжко вздохнул. – Теперь даже этого не достанется… Прощай, мой честно заработанный приз… Прощайте и золотой песок, и дремучие леса, и вонючие болота…

– Песок? – оживился Матвей. – Болота?! Где ты их видел?

– А, какая теперь разница…

– Вы слышали?! – вскричал дежурный.

Капитан, получив добро от полковника, снова подвесил Матвея на палец и спросил, дыша ему прямо в лицо:

– Что мы должны были услышать?

– Он был… он же был!.. – сдавленно выговорил дежурный, косясь на Борисова. – Болота, лес… Дружище! Ты когда на болоте оказался, ничего странного не заметил?

– Я?.. – откликнулся Борисов. – Нет, абсолютно… Ну разве что почувствовал связь со Вселенной, глубинное родство с частицами энергии Большого Взрыва. Что вы так смотрите? Будучи Всем и Везде, я видел Ту Сторону Реального Мира! Того самого, который…

Один из бойцов, целиком находившийся по Эту Сторону Реальности, ударил мастера под дых, и фраза оборвалась, не успев толком начаться.

– Вот и с напарником моим такая же беда была, – сказала Дарья.

– Он тоже был частицей? – хрипло спросил Борисов.

– Он тоже бредил.

– А песок? – молвил Матвей. – Ты видел песок?

– Ты спрашиваешь, ощутил ли я волшебное дыхание пустыни? – многозначительно произнес мастер. – О-о!.. Это была песня…

– Вот-вот, песня была, и не одна, – мрачно подтвердила Дарья.

– А деревья? – поинтересовался Борисов. – Смолянистые такие деревца с янтарными слезками? Ты их пробовал?

– Нет, – признался Матвей.

– Много потерял.

– Так!.. – неожиданно рявкнул полковник. – Будь я трижды осел, если это не обмен информацией!

– Прямо при нас легенду обкатывают, не стесняются! – вставил капитан.

– Конечно, ведь другой возможности им уже не представится, – зловеще произнес полковник.

– Да подождите вы! – взмолилась Дарья. – Они оба говорят о каких-то пришельцах! И я тоже видела! Он был в защитном поле…

– Никакого поля уже не было, – отрезал Борисов. – Была только пушка. Здоровая такая… Да вон господин капитан ее видел. Ее какой-то сержант в ящик для трофеев упаковал…

– И не пушка, а встроенный разрядник, – сказала она капризно. – Вот так из рукава торчал…

– Ничего у него не торчало, – заявил Борисов. – Он был с ружьишком, но почти дохлый. Я его чуть было с собой не привел… – Мастер гордо выпрямился. – В плен…

– А по-моему, у него и то и другое было, – неуверенно пробормотал Матвей. – Я, правда, смутно…

– Вы понимаете, в чем дело? – обратилась Дарья к полковнику.

– Вполне, – сурово отозвался тот.

– Не можем же мы втроем…

– Что можно вдвоем, то можно и втроем, – двусмысленно изрек он и, подав какой-то странный знак, удалился.

В зале повисла гнетущая тишина, и капитан, снова уронив Матвея на пол, гаркнул:

– Что не ясно? Стройсь!!

Десантники пришли в движение, впрочем, ненадолго: спустя мгновение они образовали стену и замерли.

– Кажется, нас расстреливать собираются, – проговорил Борисов, опасливо оглядываясь.

– Этого не может быть, – сказала Дарья. – Здесь же аппаратура дорогостоящая, провода…

– Угум… – мрачно произнес напарник. И протянул Борисову руку: – Матвей…

– Нашел время! – буркнул тот. – Шуберт…

– Чего?

– Шуберт.

– Чего?..

– Да пошел ты!..

Стало совсем тихо, и Дарья невольно услышала чью-то беседу в коридоре:

– …гигантского червя гъяди всегда начинаю есть с хвоста. Если есть с головы, он сразу подыхает и портится.

– И что, жрать нельзя уже?

– Почему? Можно. Только он пахнет, как протухшее дерьмо.

– Ой, мне плохо, – простонала Дарья. – Скажите им, чтоб заткнулись.

– Эй! – крикнул капитан. – Потише там!

– Нет, ну если с кетчупом, тогда ничего… – добавили в коридоре шепотом.

– Товьсь! – скомандовал капитан.

Грубые ремни одновременно вжикнули, и в лица троим сидящим на полу уставились пустые зрачки стволов.

– По приговору полевого трибунала… – торжественно объявил офицер.

– Лично я никакого приговора не слышал! – возмутился Борисов. – И вообще я гражданское лицо! Я требую адвоката и последнюю сигарету!

– По приговору полевого трибунала… – раздраженно повторил капитан, но снова был вынужден замолчать.

– Господин капитан! – тревожно позвал какой-то боец, вертевшийся возле гипертерминала.

– Ну? – недовольно обернулся он. – Мы сегодня расстреляем кого-нибудь или нет?!

– Там… там… – боец проглотил воздух, но красноречие от этого к нему не пришло. – Разрешите переключить на громкую связь?

– Разрешаю.

В то же мгновение, без всякой паузы, в зале раздался клекот Анализатора:

– …не установлено. Общая масса – две тысячи шестьсот один килограмм. Обратите внимание на показатели психомоторики, обратите внимание на аномальный пси-фон, обратите особое внимание на суммарный индекс массы, срочно введите задание на идентификацию…

– Две с половиной тонны существ… – рассеянно молвил Матвей.

– Да у каждого пушка не в пример вашей, – нервно добавил Борисов.

– И защитное поле неизвестной природы, – присовокупила Дарья.

– Вот теперь и поглядим, кто из нас юнга, а кто кок. И кто в какой камбуз попал, – сказал Матвей, ухмыляясь. – Две с половиной тонны!..

– Две шестьсот, – уточнила Дарья.

– Это сколько же «маленьких» получится? – спросил он, игриво толкая ее в бок.

– Даже если «больших», все равно много… – Борисов, почувствовав, что расстрел отменяется, снова осмелел. – Чего стоишь, капитан? Беги, народ собирай! – прикрикнул он. – Вояки! Не верите честным людям?! Вот теперь и носитесь, как ошпаренные кролики, отражайте внезапное нападение!

Офицер озадаченно поморгал и, снова высморкавшись, надел шлем. Что он говорил в микрофон, услышать было невозможно, но бойцы выстроились в колонну и унеслись куда-то по коридору.

В зале осталась лишь пара техников, один из которых успел наполовину разобрать Анализатор. Взявшись за какой-то блок, он мощно вздрогнул и отскочил назад. От блока во все стороны разлетелись белые искры.

– Это был наш авторедактор, – меланхолично заметил Матвей.

– Как будто не могли по своей сети общаться… – покивала Дарья. – Как теперь с Калашниковым разговаривать будем?

– Да-а, господа военные, – протянул Борисов. – Мне бы ваши проблемы. Пришельцы с пушками, разговоры с калашниковыми, защитные поля, коки на камбузах… Смех, да и только! Вот я попал, так попал… Одиннадцати планет лишился, под расстрел угодил, да еще и казенный корабль утерял. А мне еще назад как-то добираться…

– Ничего, с Базы бесплатно вывозят, за счет ОВКС, – угрюмо ответил Матвей.

– Либо в урне, либо в морозилке, – вздохнула Дарья.

Загрузка...