Мужья в подарок (СИ)

Глава 29. Церемония объединения

Касаэль

— Лина! — Мораэль первый бросился к ней, а мы поспешили следом.

Мор бухнулся перед нашей девочкой на колени.

— Что с ней? — тихо спросил Томаэль, снова на мгновение опередив мой вопрос.

— Прошу, скажи, что она жива. — Я попытался не думать о худшем, но дурацкие мысли настойчиво лезли в голову.

— Не знаю. — Мор приложил пальцы к шее Линары туда, где должен был биться пульс. — Она жива, но без сознания.

— Надо же. Всего-то чуть-чуть не дошла до лодки. — Томаэль сокрушённо покачал головой и тут же предположил: — Видимо, хотела попасть во Дворец, но сил не хватило.

— Нужно скорее добраться до Дворца. Там Лине станет легче. — Мор подхватил нашу землянку на руки, не позволив это сделать ни мне, ни старшему брату. — Идёмте. Кас, ты справишься с лодкой?

Я молча кивнул, и мы уже вчетвером направились к кораблю.

Дорога до дворца занимала не слишком много времени. Я знал это точно. Но в этот раз почему-то казалось иначе. Было ощущение, что прошла больше чем целая вечность, прежде чем лодка причалила к берегу.

Мор снова не доверил бесценную ношу никому кроме себя. Он бережно поднял Линару с дивана в своей каюте и нёс на руках, пока не пришли во дворец.

Брат уложил нашу жену на кровать.

Мы трое стояли рядом и впервые чувствовали себя бесполезными и беспомощными. С одной стороны, нашли нашу жену. С другой, не знали, чем можем помочь.

— Ты говорил, что в твоём Дворце ей станет легче. Так почему не становится, Мор? — Уверен, этот вопрос мучил не только меня, но и Тома. — Может, нам стоит что-нибудь сделать?

— Потерпи, Касаэль. Всё, чем мы можем помочь жене, это быть сейчас рядом.

Время неумолимо текло, но в состоянии Лины ничего не менялось.

А мне в тишине было совсем неуютно. Я снова первым нарушил её.

— Я уверен, что к исчезновению нашей жены причастны члены Совета. Интересно, как Лина здесь оказалась? Есть мысли?

— Сомневаюсь, что члены Совета перенесли Линару в Мирхолль. — Том охотно поддержал разговор.

— Да уж, — кивнул в ответ. — Скорее поверю, что Лина сбежала сюда от них.

— Как думаешь, почему она выбрала именно Мирхолль?

Мораэль, до этого не участвовавший в наших с Томаэлем обсуждениях, оторвал взгляд от Линары и повернулся к нам с братом.

— Потому что знала, что здесь я её почувствую. Здесь мы рано или поздно её найдём.

— Умная девочка! — Восхищённо кивнул Томаэль.

На моей памяти это был первый раз, когда он удостоил Лину одобрения. Начиная с тех самых пор, как мы трое только познакомились с нашей девочкой…

Наступила ночь, а прогнозы Мора так и не сбылись. Лина не пришла в себя. Она словно впала в забытьё. Лишь иногда металась по постели и что-то бормотала в бреду.

Мы, как ни старались, так и не смогли понять ни слова. В какой-то момент мне начало казаться, что она говорит на неизвестном нам языке.

Ни я, ни братья всю ночь не сомкнули глаз. Мор делал Лине влажные компрессы каждый раз, как только она снова начинала биться в припадке и бредить. Мы с Томом помогали. Держали жену, пока она металась.

И только под утро, когда за окнами Дворца уже начало светать, а мы втроём едва держались на ногах, Линара очнулась.

Ни я, ни братья не успели произнести ни слова.

Лина как ни в чём не бывало открыла глаза и осмотрелась, затем сфокусировала взгляд на нас троих.

— Странно. Не очень похоже на пустыню. — Она приподнялась и села в кровати. — А где зверюга?

— Мы тоже рады видеть тебя. Живой. — Томаэль не удержался от язвительного комментария.

— На пустыню? — Я удивлённо переглянулся с Мораэлем, но тот пожал плечами. — Надеюсь, под зверюгой ты имеешь в виду не одного из нас?

Линара медленно опустила ноги на пол.

— Последним, что я помню, был странный визит в мои покои во Дворце. Первый и Второй Правители Эрхейма пытались убедить меня сбежать на от вас. Когда я отказалась, один из них открыл портал. — Я заметил, как Лина вздрогнула при этом воспоминании. — Потом была пустыня. И жуткий монстро-пёс. — Она внезапно замолчала и подняла глаза на Мора. — А где мы сейчас?

— В моём Мирхолле. Когда ты не явилась в Совет, мы стали искать тебя. В итоге нашли в Мирхолле недалеко от лодки. Без сознания.

— Когда я подошла к реке, чтоб зайти на лодку, на меня напало какое-то чудовище. Стало тащить в воду, но я каким-то чудом вырвалась. А дальше… Не помню. — Линара задумалась. — Кстати, а разве это возможно, чтобы в Мирхолль попали другие ансуры?

— Мы о таком никогда не слышали, — признался я. — Но у Тома есть теория на этот счёт.

— Мирхолль — это рай для ансура и его пары. — Мор тотчас подхватил рассказ. — Но ты ведь стала парой для троих ансуров. Эта связь объединила нас всех. Если пара для нас едина, значит, и Мирхолль един.

— Повторяю, это лишь теория, — вмешался Том. — И звучит она довольно странно. Впрочем, других логичных объяснений всё равно нет.

— Как ты сейчас себя чувствуешь? — Мор опустился рядом с Линой на кровать.

— Нормально. Только… — Она запнулась.

— Что? — Мы трое тут же насторожились.

Линара отвела взгляд в сторону, но Мор властно двумя пальцами обхватил её подбородок и силой заставил посмотреть в глаза.

— Что случилось, Лина?

— Мне снова снились сны, — шёпотом ответила наша жена.

— Ты снова видела себя хвостатой? — усмехнулся Томаэль.

Линара не оценила шутку и покачала головой. В глазах жены плескалось беспокойство, которое теперь передалось и нам.

— Когда Совет отправил меня в пустыню, мне приснился Хираэль. — Она смотрела на Мораэля, а обращалась ко всем троим. — Придворный учёный вашего отца. И я с ним говорила.

— Он рассказал о чём-то, что тебя пугает? — Я отчётливо видел это во взгляде Линары.

— Он сказал, что… — Лина запнулась и замолчала. Как будто существовало нечто плохое, о чём она не хотела нас сообщать.

— Что он сказал тебе, Лина? — Младший брат обхватил её плечи и хорошенько встряхнул. — Говори, не томи! Что бы там ни было.

Лина кивнула и виновато продолжила:

— Хираэль рассказал, что ваш отец по собственной воле покинул Совет. Он отказался от власти, чтобы помочь вам найти жену, вернуться в Эрхейм и занять законное место в Совете. — Лину будто прорвало. Она говорила взахлёб, на одном дыхании и почти не делала пауз. — А чтобы высшие ансуры Совета ему не мешали, ваш отец инсценировал смерть. Он и Хир скрывались в убежище.

Наша жена наконец сделала паузу, чтобы перевести дыхание, а мы трое переглянулись.

— Скрываться в убежище? Не слишком похоже на отца. — Томаэль в этих двух коротких фразах высказал общие опасения всех троих. — Мне кажется, ты просто видела беспокойный сон. Не думаю, что стоит ему доверять.

— Мы можем это проверить, — тут же предложила Линара.

— Отец и Хираэль могли ответить. Но они мертвы. Так как ты хочешь это сделать? — Том нахмурил брови. — Призвать к ответу Совет?

— Зачем же? В пустыне Хир сказал, что у меня есть ключ, который откроет дверь в убежище. Попадём туда — узнаем всю правду.

Линара подняла руки и вытащила из-под одежды свой кулон. Тот самый, который кто-то прислал ей в подарок от моего имени…

— Мальчики, пока я лежала здесь и находилась в забытьи, мне снился один и тот же сон. Он повторялся бесконечно. Я находилась в тёмной комнате без окон. На одной из стен висела тяжёлая портьера из тёмно-синего бархата. А за ней висел огромный портрет красивой женщины с ребёнком на руках.

Я впервые увидел, как после этих слов перекосило лицо Тома. Похоже, он готов был поверить нашей жене.

— Что было дальше, Лина? — тихо спросил старший брат.

— Я подходила к портрету. — Она смотрела Тому в глаза. — Затем снимала с шеи кулон с мыслью, что должна открыть какую-то дверь, и просыпалась. Думаю, речь шла о той же двери, о которой говорил мне Хир.

Я перевёл взгляд на брата. И что-то мне подсказывало, он прекрасно понимал, о чём пыталась рассказать Линара.

— Том, ты знаешь место, которое приснилось Лине? — спросил я напрямую.

— Знаю. — Том тоже не стал юлить. — Я видел портьеру и портрет. Всего однажды. Когда нарушил запрет и тайно прокрался в кабинет отца.

— Теперь я тоже вспомнил, — внезапно озарило и меня. — Ты рассказывал об этом нам с Мораэлем. На том портрете наша мать и Мораэль. Но есть проблема.

— Какая? — Лина вмешалась в наш с Томом диалог.

— Нам не попасть в покои отца. — Я обречённо покачал головой. — Сейчас их занимает новый Первый Правитель.

В нашем разговоре надолго повисла пауза. И лишь спустя некоторое время затянувшуюся тишину нарушил Мор.

— Ты прав, Кас. Вам не попасть в покои отца. Но я смогу. Стихия даркоса мне поможет.

— Мор… — Томаэля заметно напрягло заявление нашего младшего брата. — Что бы ты ни задумал, плохая идея.

— Другого шанса не будет, Том. Я выманю Первого Правителя, а вы откроете портал, пройдёте в покои и найдёте дверь в убежище, о котором говорит Лина.

— Всё равно дурацкий план, — буркнул Том.

Я думал так же. И только Линара кивнула.

— А я согласна с Мором. Но у меня есть просьба. — Она окинула нас взглядом и улыбнулась. — Прежде чем пойдём на дело, я хочу пройти с вами троими церемонию объединения.

— Ну, лично я ничего не имею против тройничка. — Я игриво подмигнул Линаре, чтобы хоть немного разрядить обстановку. И тут же получил ответный испепеляющий взгляд. — Ну, а что? Это же было твоё предложение. Я только поддержал.

Мораэль тоже швырял в меня колючим и совсем не добрым взглядом.

— Я вообще-то вас тут спасти пытаюсь, — обиженно надула губы Линара.

— И мы тебе за это больше чем просто благодарны. — Мор не устоял и счёл своим долгом высказаться. — Мы тебя любим.

За мгновение до последней фразы младшего брата я в очередной раз собирался пошутить. Однако не стал. Теперь шутка выглядела бы крайне неуместной.

Поэтому я просто молча кивнул, соглашаясь с братом.

Мораэль был тысячу раз прав. Мы трое давно влюбились в нашу жену и спасительницу. По самые кончики наших ушей. Даже несмотря на то, что некоторые из нас до сих пор не готовы были признаться в этом вслух.

Под некоторыми я имел в виду Томаэля.

— Кстати о любви. — Старший брат как будто услышал мои мысли. Он шагнул ближе к Линаре, присел перед ней и, взяв за руку, серьёзно посмотрел в глаза. — Лина. Я умею говорить красиво…

— Ну-ну, братец. Не прибедняйся, — усмехнулся я. Кажется, догадывался, что он собирался сказать.

Том зло метнул в меня убийственным взглядом. Явно просил заткнуться.

— Меня с младенчества готовили к тому, чтобы быть Правителем. Меня учили угрожать и убеждать. Я умею говорить о торговле, о политике, о войне, о мире и много о чём ещё. — Он натянуто улыбнулся. Я видел, как сложно ему давалось это витиеватое признание. — Но никто и никогда не учил меня, как говорить с женщиной о чувствах.

От меня не ускользнуло легкое движение руки Линары. Она молча переплела свои пальца с пальцами Томаэля. А он тут же накрыл их соединённые руки ладонью другой руки.

— Лина. Милая. Похоже, я единственный, кто так и не показал тебе свой Мирхолль.

Брат медленно и осторожно поглаживал подушечкой большого пальца тыльную сторону ладони нашей жены.

Она впервые смотрела на него чистыми влюблёнными глазами.

А я впервые не испытывал уколов ревности…

— Знаю, в нынешних обстоятельствах это путешествие невозможно, — продолжал Томаэль. — Но у меня есть кое-что, чего нам четверым явно не хватает для проведения полноценной церемонии объединения.

Старший брат убрал одну руку от руки Лины, сунул её в карман и достал кольцо.

— Детка, я буду рад оказаться в моём Мирхолле с тобой. Если конечно выживем после сегодняшнего визита в покои Первого Правителя и открытия твоей таинственной двери.

— О, Том. Это было самое странное и самое милое предложение руки и сердца, которое я слышала. — Линара вскинула бровь и засмеялась. — Особенно, если учесть, что благодаря стихии мы с тобой уже слегка женаты.

Брат ничего не ответил. Просто потянулся к Лине и надел ей на палец кольцо, а после поцеловал кончики пальцев.

— Том, оно такое красивое, — прошептала она растроганно.

— Как и женщина, для которой я его создал.

Томаэль не успел отстраниться, а Лина приподнялась, обхватила его за шею и сама впечаталась губами в его губы.

Я впервые стал свидетелем того, как женщина, которую хотел и считал своей, целовала и моего брата.

Их языки сплетались под звуки страстных причмокиваний и по очереди отвоёвывали друг у друга территорию. Сначала язык Лины проникал в рот Тома, а спустя мгновение уже брат перехватывал инициативу. И вскоре всё повторялось.

Это был самый жаркий поцелуй, который мне доводилось когда-либо лицезреть.

Томаэль отпустил руку Линары и, не обращая внимания на наше с Мором присутствие, начал нежно ласкать пальцами шею жены.

Сама Лина в это время, протянув руки к груди Тома, медленно расстёгивала пуговицы его рубашки.

Глядя на эту прелюдию, младший брат поддался царившему вокруг эротическому настрою. Он сорвал и сбросил на пол одеяло. Затем положил руку Лине на колено и, поглаживая, стал продвигаться всё выше.

Меньше всего мне хотелось быть просто сторонним наблюдателем в этом процессе. Мой прежний инстинкт собственника неожиданно куда-то испарился.

Я обошёл кровать, на которой сидела наша жена и с ногами забрался на постель. Устроившись сбоку от Линары, начал торопливо раздевать её.

Мне ещё никогда так безумно не хотелось обладать женщиной. Погружаться в её тело глубокими мощными толчками. Чувствовать нарастающий внутри жар. Слышать несдержанные стоны. И знать, как звучит моё имя, сорвавшееся с её губ на пике оргазма.

Я представлял, как мы втроём будем любить нашу жену. Жарко. Горячо. До хрипоты. А потом долго ещё будем парить с Линой в небесах, чтобы после лететь вниз. В пропасть. Вместе…

Момент, когда мы успели полностью раздеться и как все четверо оказались в одной постели, я упустил.

Просто лежал и сквозь пелену в глазах наблюдал, как жена проводила языком по вздувшейся вене на моём члене, пока братья по очереди имели и ласкали нашу жену.

Мой член уже нетерпеливо подёргивался в предвкушении. Разрывался от готовности излиться.

Но первым из нас троих к финалу пришёл Мораэль. Его удовлетворённое рычание прокаталось по комнате и послужило спусковым крючком для меня.

Последним и самым стойким оказался Том…

Церемония объединения истинных была проведена.

Наш брачный союз с нашей истинной парой теперь считался узаконенным и не мог быть поставлен под сомнение или расторгнут…

Спустя пару минут Линара, залюбленная нами до изнеможения, уже раскинулась на кровати с закрытыми глазами и со счастливой улыбкой. Её дыхание всё ещё было возбуждённым и неровным.

Одна рука покоилась на моей груди, другая машинально царапал грудь Тома.

Мораэль, приподнявшись на локте, лежал у жены в ногах и кончиком пальца выводил вензеля на её животе.

Какое-то время мы так и лежали, остывая и отходя от безумия церемонии.

Говорить ничего не хотелось. Да и нужно ли было?..

Понятия не имею, сколько прошло времени, прежде чем я услышал удивлённый и одновременно восторженный голос старшего брата.

— Чёрт побери, я и не знал, что это происходит именно так!

— О чём ты? — Мы с Мором одновременно поднялись и уставились на старшего брата.

— Я об этом. — Брат обвёл взглядом комнату.

Я даже не сразу понял, что с ней не так. Она постепенно менялась. Стены, пол, потолок, даже мебель и вещи — всё теперь выглядело иначе.

— И об этом ещё. — Том продемонстрировал нам руку Линары.

Раньше на ней были три наших кольца. Теперь красовалось одно. Совершенно другое, непохожее ни на одно из тех, что были раньше.

Линара лениво открыла глаза.

— А что происходит? — Она, как и мы, удивлённо смотрела на то, как всё вокруг нас постепенно менялось.

— Церемония объединения, — тихо ответил Том. — Наши Мирхолли объединились. Похоже, если у нас на троих одна пара, значит и Миохолль должен быть только один.

— А мне даже нравится. Удобно. — Линара тихонько и счастливо засмеялась, а после снова рухнула на кровать. — А главное, не нужно бегать из Мирхолля в Мирхолль, чтобы уединиться с одним из вас…