Моя нестрашная сказка (СИ)

Мария Морозова Моя нестрашная сказка

Подарок читателям на Новый год))

Летний день был в самом разгаре. Он щедро делился с землей солнечным жаром. Раскалял крыши домов и сараев, высушивал заботливо поливаемую огородниками землю, заставлял людей и животных искать тень погуще. Но для детей, которых манил густой лес за деревней, это не было преградой. Ведь там ждала блаженная прохлада, воздух, наполненный ароматом сосновой хвои, и крупные сочные ягоды земляники, что было так здорово есть прямо с кустиков.

Светловолосая девочка лет семи собирала ягоды сразу в рот, не особенно думая о микробах, змеях и прочих опасностях, которые могли поджидать в лесу. В таком возрасте побег от строгой бабушки кажется забавным приключением, а не безрассудным поступком. Но лес все же преподнес свой сюрприз.

Отодвинув в сторону ветку орешника, девочка заглянула за куст и замерла.

- Собачка… - тихо пробормотала она.

Крупный черный зверь безучастно лежал на траве. Услышав голос, он приоткрыл желтый глаз и совершенно по-человечески вздохнул.

- Ты заболела, - ахнула девочка, заметив на боку зверя темно-бурые потеки. – Сенька, Сенька, беги скорей сюда.

- Юлька, ты чего раскричалась? – в кусты сунулась голова мальчишки. – Ой, кто здесь?

- Собачка заболела, ей нужно помочь, - требовательно заявила девочка. – Давай заберем ее к бабушке.

- Да ты что, она же нас вместе с ним выгонит, - запротестовал мальчик.

Он был на целых два года старше своей сестры, и считал себя рассудительным и серьезным парнем, обязанным защищать неразумную мелочь от всяких глупостей. А то, что было способно вызвать гнев суровой бабушки, по его мнению, было делом глупым, бесполезным и заведомо провальным.

- Ну пожалуйста, - голубые глаза, которые лет через десять станут настоящим оружием в спорах с мужчинами, подозрительно заблестели.

- Ой, ну ладно, только не реви, - вся рассудительность была тут же забыта - Но как мы его дотащим?

- Как? – сразу повеселела девочка. – Да как в кино.

- Точно, - мальчик вспомнил фильм про войну, который вчера показывали по телевизору. – Соорудим носилки.

Возомнив себя самым настоящим киношным героем, Сенька быстро сбегал домой и приволок веревку и кусок старого брезента. Несколько кривых, но прочных веток стали каркасом для самодельных носилок. Соорудив немного неуклюжую конструкцию, дети втащили на нее зверя, даже не задумавшись о том, что раненое животное может цапнуть от боли и страха, и поволокли его к бабушке.

- Батюшки! - в ужасе схватилась за голову дородная пожилая женщина, увидев во дворе грязных внуков и пострадавшего «бойца» с жуткими ранами на боках и лапах. - Да что же это такое? Вы что, волка сюда притащили?

- Это не волк, - воскликнула девочка яростно, - это собачка. Она хорошая, только заболела.

Хвост зверя усиленно замел по земле, будто показывая, что собачка и правда хорошая и никого не обидит, а сам зверь заскулил так жалобно, что растаяло даже суровое сердце Тамары Петровны.

- Ладно, - вздохнула она, - давайте сюда своего кабыздоха. Выходим, раз до сих пор не помер.

Пес, названный Бураном, поселился в пустующей собачьей будке. Он стоически вытерпел все лечебные процедуры, даже не зарычав ни разу, за что удостоился одобрительной усмешки Тамары Петровны и миски свежего молока.

Мальчик, все же получивший нагоняй за испорченный брезент, дулся и сторонился зверя. А девочка искренне привязалась к Бурану. Она носила ему еду, бесстрашно помогала менять повязки на лапах, а по вечерам устраивалась рядом с будкой и читала псу сказки.

- Ох, Юльчонок-зайчонок, - вздыхала на это бабушка, - не домашний он, не домашний. Как пить дать, сбежит в лес, стоит только на лапы крепко встать.

А Буран полностью оправдал поговорку «заживает как на собаке». Уже через неделю он бодро носился по двору, а о ранах напоминали только длинные полосы лысой шкуры на боках.

- Пора на цепь сажать, - заявила в один прекрасный день бабушка, - а то скоро курей пойдет по деревне душить.

А Буран будто понял. И на следующее утро, когда Юлька вынесла ему миску каши, ее встретили только пустая будка и приоткрытая калитка, к которой вели следы собачьих лап.

Девочка ахнула тихонько, поставила кашу на землю и бросилась за калитку, будто ее кто-то гнал.

- Бура-а-ан, - звонкий детский голосок разнесся над деревенской окраиной, над опушкой леса, над орешником, где дети когда-то нашли раненого зверя, - Бура-а-а-ан!

И девочку услышали. Густые кусты чуть шевельнулись, и из-за них показалось черное мохнатое тело.

- Буран, - Юлька домчалась до него и упала в траву, задыхаясь от быстрого бега. – Ты все-таки уходишь.

Буран вздохнул, подошел ближе и осторожно положил лобастую башку на маленькое плечико, позволяя обнять его за шею.

- Ты же не обиделся на бабушку за цепь? – сбивчиво забормотала девочка. – Я поговорю с ней, она больше не будет. А осенью мы заберем тебя в город, у нас там целых две комнаты в квартире, тебе понравится. Будешь жить со мной и провожать меня в школу. Ведь будешь, да?

Зверь осторожно высвободился из детских объятий, заглянул в глаза девочки и покачал головой.

- Значит, совсем уходишь? – всхлипнула та. – Наверное, у тебя тоже есть семья, которая скучает, да?

Буран кивнул, а потом приблизился и легонько лизнул девочку в щеку.

- Прощай, Буран, - тихо прошептала Юлька.

Тот немного жутковато улыбнулся, вывалив набок язык, а потом развернулся и бросился в лес.

Восемнадцать лет спустя

Ноябрьский вечер был ужасен. Город поливало дождем пополам с мокрым снегом, который покрывал дороги рыхлой грязной кашей, заставлял хмурых людей скорее бежать домой в тепло. Мое настроение было таким же. И все по вине человека, которого я до недавнего времени считала родным и близким.

- Повтори, что ты сказал?

- Я проигрался, снова, - стоявший напротив мужчина старался не смотреть мне в глаза. - И мне нужны деньги.

- Сколько?

- Семнадцать тысяч, долларов.

Я нервно расхохоталась.

- Ты же говорил, что тогда был первый и последний раз. И вот опять?

- Я хотел отыграться, - скривился Гоша. - Но эти сволочи…

А я только устало опустилась на диван. На него даже кричать бесполезно, Гоша не поймет своей вины.

Месяц назад я обнаружила, что пропали деньги, которые мы откладывали на отпуск. Украсть их никто не мог, и после недолгого допроса мой парень признался, что проиграл в карты. Потом просил прощения, обещал, что это больше не повторится. До этого он ни в чем таком замечен не был, поэтому я решила, что он усвоил урок и не ошибется снова. Но Гоша слова не сдержал.

- Какие карты, Гошка? - простонала я. - ты же никогда не был азартным.

- Ну ты же постоянно пилишь меня из-за денег.

- Работу нужно было найти нормальную, а не в карты играть! - взорвалась я. - А то месяц работаешь кое-как, потом увольняешься, месяц лежишь на диване и ищешь новую работу, а потом все по кругу. Если бы я тебя не пинала, вообще бы ничего не делал.

С глаз окончательно упала пелена. За те два года, что мы встречались, Гоша из нормального парня превратился в лентяя, который все норовил залезть мне на шею и свесить ножки. А я не позволяла, заставляя его делать хоть что-нибудь, кроме посиделок за компьютером. Вот наша влюбленность и растаяла под напором постоянных взаимных придирок. А я не заметила этого сразу и теперь еще осталась виновата в том, что Гошка проиграл кучу денег. Нет, это давно пора уже было прекратить.

- Ты должна мне помочь, - нервно потеребил рукав свитера парень.

- Каким образом? - поинтересовалась исключительно из любопытства.

- Ты могла бы продать эту квартиру. Частью денег мы погасим долг, а на остаток будем снимать.

Ну да, и я буду постоянно снабжать его средствами на очередную игру.

- Нет, - просто покачала я головой, - я не буду продавать квартиру. Она досталась мне от бабушки, а ты не имеешь к ней вообще никакого отношения.

- Хату тебе жалко, да? - зашипел Гоша. - А меня не жалко? Они же меня прибьют.

- Ты уже большой мальчик и сам должен отвечать за свои поступки.

- Дрянь меркантильная.

Этого я терпеть уже не стала. Гоша ругался, Гоша угрожал и скандалил, он попытался даже толкнуть меня, но все же был выдворен из квартиры и сумкой собственных вещей.

- Ты еще пожалеешь, дура! Я тебе такое устрою…

- Остальное с балкона сброшу, - пригрозила я и захлопнула за ним дверь.

И только потом поняла, что забыла забрать у теперь уже бывшего парня ключи. Не знаю, на что способен мстительный Гоша, но не хотелось бы однажды обнаружить дома какой-нибудь неприятный сюрприз. Надо поискать ключ от второго, верхнего замка, которым я уже не пользовалась лет пять. Может удастся пока обойтись без замены.

К счастью, найденный в коробке с хозяйственным хламом ключ не подвел. А ковыряние в гвоздях, отвертках и прочем барахле окончательно помогло успокоить нервы. Да, на душе остался какой-то очень неприятный осадок, но я понимала, что эти отношения уже давно себя изжили. Грустно, конечно, что Гошка оказался настолько слабовольным и ленивым и так легко поддался азарту, но я здесь бессильна. Все мои попытки помочь и дать совет всегда воспринимались в штыки.

- Ну и правильно, - поддержала меня на следующий день подруга и коллега Света. - Я давно тебе говорила, бросай этого хлюпика. Не будет с него никакого толку.

В самом маленьком из всех кабинетов нашей строительной фирмы мы сидели только вдвоем и могли позволить себе немного посекретничать в свободное от работы время.

- Я уже и сама поняла, - вздохнула, грея руки о чашку с кофе.

Да, на работе начался ледниковый период. Наш прижимистый директор экономил на сотрудниках и пятый год не мог выделить средства на то, чтобы заменить старые деревянные окна, из которых сейчас нещадно дуло.

- Да он же из тебя последние месяцы все соки выпил, - пухленькая блондинка накрасила губы помадой цвета яркой фуксии и повернулась ко мне. - Ну как, мне идет? По-моему, для зимы самое то.

- Ярко как-то, - неопределенно пожала я плечами.

- Так вот, - продолжила коллега, не обратив внимания на мое замечание, - теперь будем искать тебе нормального мужика. Такого, чтобы на руках носил, а не на шее сидел.

- Дай мне от этих отношений отойти, - слабо улыбнулась я. - Уверена, Гоша еще появится у меня на горизонте.

Так и оказалось. Выйдя вечером с работы, я остановилась на крыльце и вздохнула, глядя в небо. Оттуда падал не очень типичный для середины ноября снег. Крупные хлопья сыпались сверху, будто кто-то щедрой рукой перевернул над городом огромные мешок. И сейчас его содержимое укрывало толстым покрывалом деревья, дома, машины. А ведь сегодня у меня последний рабочий день перед отпуском. И пусть вместо солнечной Индии я отправлюсь в деревню к тетке, это не делало предстоящий отдых хуже. Там добротный дом, где тепло даже в самый сильный мороз. Там потрясающий лес вокруг. А еще есть горка, на которой можно вспомнить детство и покататься на ледянке. В общем, жизнь продолжается.

- Юляша, - сбоку шагнула тень, в которой я без труда опознала своего бывшего.

- Сколько раз я просила не называть меня так, - нахмурилась я. - Чего ты хочешь?

- Помириться, - криво улыбнулся парень. - Я вчера много тебе наговорил, но ты пойми, мне очень нужны деньги. И, если ты сейчас поможешь, даю слово, я и на работу устроюсь, и в карты играть перестану.

- А что, до сих пор не перестал? - пошутила я. Но потом увидела, как он отводит глаза и ахнула: - Что, и правда не перестал? Ты совсем идиот?

- Я еще могу отыграться. Уверен, сегодня мне повезет и я…

- Не хочу даже слушать, - резко сказала я. - Если ты сам не хочешь себе помочь, никто не поможет.

- Юля, - он схватил меня за руку и попытался притянуть к себе.

- И оставь меня в покое, - я вырвалась, натянула шапку и бросилась прочь.

На душе было мерзко. Деньги, деньги, деньги… Гошка вообще хоть когда-нибудь любил меня? Или я была для него всего лишь удобной дурочкой с квартирой и московской пропиской?

Снег падал так густо, что не было видно ничего вокруг. И я, занятая своими мыслями, даже не заметила, что светофор на переходе с зеленого поменялся на красный, и шагнула на проезжую часть.

Раздался визг тормозов, и большая черная машина возникла рядом будто из воздуха. Я оцепенела. А машина, заскулив, будто побитый щенок, остановилась и мягко ткнулась мне в бедро.

- Совсем весь мозг потеряла? - из машины выскочил высокий мужчина и бросился ко мне.

А я так и стояла в каком-то ступоре. Если бы машина не успела затормозить, это была бы очень нелепая смерть. Такое ощущение, что в жизни началась широкая черная полоса. Парень оказался полным засранцем, директор последнюю неделю орет на всех и каждого, премий лишили три отдела, включая наш, а теперь еще почти что ДТП.

- Вообще смотришь, куда идешь, курица безголовая? - рявкнул он и, схватив меня за плечи, тряхнул.

- Простите, - прошептала я, глядя, как снег толстой шапкой оседает на темных волосах мужчины.

- Простите? - тот, казалось, еще больше разозлился.

Он глубоко вздохнул, будто готовясь высказать мне все, что думал, но вдруг странно замер.

- Простите, - еще раз повторила я и, пользуясь его заминкой, вырвалась и понеслась к метро. Домой. Собирать вещи и наивно надеяться, что после отпуска начнется новая жизнь, спокойная и счастливая.

ПРОДА ОТ 03.01

Две недели спустя

- Привет, - поздоровалась я с коллегой, войдя в кабинет.

Отпуск определенно пошел на пользу. И пусть на пятой точке до сих пор не прошел огромный синяк, полученный на горке, я отоспалась, отъелась, окончательно выбросила из головы бывшего и была бодра и полна сил.

- Привет, - Света, как всегда в начале рабочего дня, занималась тем, что наносила любимый яркий макияж. - С возвращением. Отошла от бывшего?

- Отошла, - пожала я плечами и сняла пальто.

На улице разыгрался самый настоящий снегопад, и сейчас с меня падали капельки растаявшего снега. Мех на воротнике превратился в мокрые сосульки, а сапоги оставляли на полу мокрые грязные следы, несмотря на то, что я как следует выперла ноги у входа. Да, люблю я зиму, но терпеть не могу то, во что она превращается усилиями коммунальщиков, посыпающих город разными реагентами

- А чего у нас все нервные такие? - спросила, пристраивая мокрое пальто в шкаф. - Карабанов покусал?

- Ой, - всплеснула руками Света и развернулась ко мне всем телом, сразу забывая про пудру и помаду, - у нас тут такое! Карабанов с откатами попался.

- С откатами? - ошарашенно переспросила я. - Хотя, чему я удивляюсь. При его любви к легким деньгам…

Наш директор был очень мутным типом. Мелочный, жадный, везде искал свою выгоду и не был любим ни сотрудниками, ни заказчиками.

- Ага, подсунул строителям дешевый цемент вместо М400, а те возьми и проверь. И оказались с принципами, не захотели замять. Стройку сразу закрыли, а на Карабанова подали жалобу. Оказалось, прораб лично знаком с Ромашевским. Тот сразу приехал, стал разбираться, и выяснилось, что Карабанов уже не первый раз так делает. В общем, ему светит срок, фирма попала на бабки, и у нас новый собственник.

Выпалив эту тираду, Света перевела дух и покосилась на дверь. А я аж села.

- Новый собственник?

- Да. Ромашевский решил продать фирму от греха подальше. Мол, он в следующем году в депутаты баллотироваться хочет, и такое пятно на репутации ему не нужно. Нового директора нам не назначили. Наш Сергеич пока и.о.

- Вот это новости. Так что, может нас еще и закроют?

- Да нет, - махнула рукой женщина. - Зачем нас покупали, если будут закрывать. А вот поувольнять могут.

- Год заканчивается просто замечательно, - обреченно пробормотала я себе под нос.

Будто в подтверждение моих слов дверь открылась и в кабинет зашел Андрей Сергеевич Карпов, наш со Светой непосредственный начальник.

- О, Самойлова вернулась, - оскалился он. - Воробьева уже ввела в курс дела?

Я кивнула.

- Значит так, девочки, - Карпов нервно пригладил свои редеющие волосы, - сегодня наш новый хозяин приедет знакомиться с делами фирмы. Будет проверять, чего наворотил бывший директор, прости господи. Поэтому нужно сделать все, чтобы в новом году нам не пришлось искать новую работу. Сметами собственник заинтересуется в первую очередь. Так что готовьтесь поднимать бумаги за последние два года, если не больше. И да, Воробьева, только попробуй уйти на больничный.

- Ну Андрей Сергеи-и-ич, - заныла Светка, - ну это же дети. Только один вылечиться, второй температурит.

- Так, Воробьева, - субтильный Карпов, который был на голову ниже Светы, угрожающе навис над ее столом, - у тебя муж - охранник в супермаркете, вот он пусть с детьми и сидит. А ты - работать. Все понятно?

- Понятно, - пробурчала подруга.

- Вот и хорошо, - он выпрямился и поправил галстук. - В общем, вы поняли. Ведите себя прилично.

- Такие вот дела, - вздохнула Света, когда за Карповым закрылась дверь.

Ближе к обеду я с папкой документов пошла к юристам. И подойдя к углу коридора, услышала немного заискивающий голос Карпова.

- А это, Дмитрий Романович, у нас кадровый отдел. Да. Все личные дела сотрудников, если захотите посмотреть, хранятся здесь.

- Я думаю познакомиться не только с личными делами, но и с самими сотрудниками, - ответил мужчина. - Но пока пойдем дальше.

Бархатистый баритон пронесся по спине табуном щекотных мурашек. И, прежде чем я успела осознать, где слышала этот голос и почему так не хочу попадаться на глаза его обладателю, ноги сами развернули меня и понесли обратно.

Я влетела в кабинет и бросилась под свой стол, скрючившись там в три погибели.

- Меня нет!

- Самойлова, ты чего? - обалдело спросила Света.

А я задвинула стул и замерла. Ответить помешал звук открывшейся двери.

- А здесь, Дмитрий Романович, наши девочки занимаются сметами. Воробьева Светлана и… Так, а где Самойлова?

- Так… к юристам пошла, - выдавила коллега.

- Надо же, - раздался негромкий смешок, - а мы только что оттуда. Неужели разминулись?

- Наверное, - пробормотала Светлана в ответ.

- Что ж, - выпалил Карпов, - тогда знакомьтесь, это Дмитрий Романович Горин, наш новый собственник. Ему вы будете готовить отчеты.

- А я буду внимательно их изучать, - хмыкнул Дмитрий Романович.

- Хорошо, - странно задушенным голосом пискнула Светлана.

- Тогда пойдем дальше, - Карпов повел начальство из кабинета, - я покажу вам бухгалтерию и…

Дверь закрылась, а я дождалась, пока голоса мужчин окончательно затихнут, и вылезла из-под стола. Света смотрела на меня огромными ошарашенными глазами.

- Ну что? - я поправила волосы, выбившиеся из пучка.

- Юлька, - протянула она, - какой мужик! Ты бы видела! Высоченный, под два метра, брюнет с серыми глазами. Вот это начальник у нас.

Я тихонько хмыкнула. Несмотря на статус глубоко замужней дамы, Светлана не могла не восхищаться другими мужчинами. Хотя и была верной женой и отличной матерью.

- Странно, что нас не собрали всех вместе и не представили ему, - пробормотала я,

- Да ничего странного, - женщина схватила папку с документами и стала возбужденно обмахиваться, - вся наша женская половина просто массово упала бы в обморок при виде такого мужика. Надо срочно узнать, женат ли он.

Света вскочила и стала поправлять немного сбившуюся блузку.

- Светлана, - округлила я глаза. - У тебя муж и двое детей, куда тебе этот?

- Так я ж не для себя, - махнула рукой та, - а для тебя. Ты у нас молодая, одинокая с недавних пор, а тут такой экземпляр. Надо брать, пока другие не успели.

- Вот еще не хватало.

- Схожу к Леночке, - коллега не обратила на меня никакого внимания. - Интересно, чья она теперь секретарша, Карповская или хозяйская?

Женщина выбежала из кабинета, а я уронила голову на руки и тихо рассмеялась от абсурдности всей ситуации. Это ж надо было. Спрятаться от начальника под столом. Но, когда услышала голос мужчины, под машину которого шагнула две недели назад, тело действовало быстрее, чем думали мозги. Как будто я решила, что он сразу же уволит женщину, чуть не попавшую ему под колеса. Какая глупость. Скорее всего, он давно забыл об этом досадном инциденте. К тому же, узнать меня почти невозможно. Тогда на мне был шарф, шапка, плюс снегопад. Сложно рассмотреть и запомнить человека за те несколько десятков секунд, что мы “общались”.

Лучше не думать о всякой ерунде, а сосредоточиться на работе. Сергеич прав, если мы покажем себя с лучшей стороны, есть хорошие шансы удержаться на месте. Правда, если вспомнить, какое количество документов придется перелопатить, становится грустно. До Нового года осталось чуть меньше трех недель, а значит времени на подготовку может почти не быть. Ну ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

ПРОДА ОТ 04.01

- Значит, вот вы какая, неуловимая Юлия Самойлова, - раздался прямо надо мной мужской голос.

От неожиданности я подскочила и оказалась нос к носу с нашим новым хозяином. Хотя нос к носу - это громко сказано. Я, при своем росте чуть выше среднего, еле доставала ему до подбородка.

- Здравствуйте, - пробормотала я.

Широкоплечий мужчина, стоящий так близко, смотрел с едва уловимой улыбкой. Это сбивало с толку и заставляло краснеть. Но отступать было некуда. За спиной пути отхода блокировали стул, корзина для бумаг и подоконник.

- Меня зовут Дмитрий Романович Горин, - представился он. - С вашей коллегой я уже познакомился, а вас не застал.

- Да, мне сказали.

- От начальства я слышал о вас со Светланой только хорошее. Надеюсь, что его слова подтвердятся и мы с вами быстро сработаемся.

Я мысленно фыркнула. Ну конечно. Если бы Сергеич сказал, что у него в непосредственном подчинении работают пустоголовые курицы, мнение о нем, как о начальнике, тоже сложилось бы не очень хорошее. Ведь он лично нас в отдел брал. Да и работали мы действительно быстро и качественно.

- Мы будем стараться, - как прилежная школьница ответила я.

Поток холодного воздуха от окна прошелся по спине. Я поежилась, и это не осталось незамеченным.

- Вам холодно? - спросил Дмитрий Романович.

Неожиданно он взял меня за руки. Мои холодные пальцы утонули в его горячих ладонях.

- Надо же, - пробормотал он. - Вы действительно замерзли.

- Немного, - смутилась я.

Попыталась было высвободить руки, но проще было выцарапать аванс у нашего жадного главбуха Антонины Павловны.

- Да, - мужчина задумчиво оглядел кабинет. - Это здание требует ремонта.

- Мы привыкли, - неловко пожала я плечами.

- Вот и плохо что привыкли. Я обязательно займусь этим вопросом.

- Юлька, слушай, - дверь открылась и на пороге замерла ошарашенная Светлана.

Я отшатнулась от мужчины и, запнувшись о кресло, неловко плюхнулась в него.

- Я вам помешала? – пролепетала женщина растерянно.

- Нет, я уже ухожу, - с невозмутимой миной ответил начальник. – Хорошего дня.

Он вышел, а Света протиснулась на свое место, глядя на меня с каким-то суеверным восторгом.

- А ты, Самойлова, времени зря не теряешь.

- Это случайно получилось, - пробормотала я, пряча покрасневшие щеки.

- Ладно-ладно, - замахала руками коллега. – Леночка сказала, что он не женат. Так что вперед и с песнями. Включай на полную мощность свое обаяние.

- Светлана, работать, - строго сказала я. – Премия к Новому году нам точно не светит, так давай хоть сделаем так, чтобы без зарплаты не остаться.

- К праздникам столько денег нужно, - тоскливо вздохнула Света, сразу вспоминая о бренном. - Стол, подарки… Да, надо поработать.

Работы действительно оказалось много. Пусть новый владелец и не собирался гнать всех подряд, но в фирму вцепился как бульдог. Трясло бухгалтерию, трясло юристов и технический надзор. Несколько человек, косвенно или явно причастные к махинациям бывшего директора, уволили в первую же неделю. Остальные вкалывали, не поднимая головы. Не торчали в коридоре Светлана Викторовна из бухгалтерии и Анна Михайловна из снабжения, обсуждая рецепты новогодних салатов. Девочки-кадровички не зивисали по несколько часов в интернет магазинах, выбирая платья на праздник. Никто не обсуждал подарки, детские утренники и планы на каникулы. В общем, в этот раз Новый год подкрадывался очень незаметно.

Мы со Светланой перепроверяли сметы, приводили бумаги в порядок, писали отчеты. Коллега с хитрой улыбкой наотрез отказалась носить их Дмитрию Романовичу, так что в директорский кабинет приходилось бегать мне. Благо, что Горин оказался адекватным человеком. Он благосклонно принимал мои бумаги, уточнял интересующие его вопросы и отпускал работать дальше. Но я замечала вещи, которые можно было трактовать, как интерес ко мне. Он часто заходил к нам в кабинет узнать, как дела, при этом обращаясь больше ко мне, чем к Свете. Пару раз подвозил до дома на той самой машине, хотя я была совсем не уверена, что мы живем в одном и том же районе. Угощал кофе, когда я приносила ему бумаги, из-за чего я по полчаса сидела у него в кабинете. Но, надо отдать Горину должное, неприличных намеков он не делал и вел себя крайне галантно.

***

- Юлечка, солнышко, выручай, - в конце одного из рабочих дней Света влетела в кабинет.

- Что такое?

- Позвонили из садика. Сережка затемпературил, просят, чтобы я приехала. А Петя как раз повез Кристинку к стоматологу на другой конец города. Мне очень надо.

- Хочешь, чтобы я закончила твой отчет? – понятливо глянула на стопку папок на ее столе.

- Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - взмолилась коллега. – Сергеич съест, если завтра утром он не будет готов. А я тебе за это семгу принесу. Настоящую, камчатскую. Мне брат посылку должен прислать.

- Беги уже, - вздохнула я.

Все равно дома меня никто не ждал. Кота завести, что ли? Или вообще к родителям переехать? Хотя из Ясенево так на работу ездить будет неудобно. А сейчас три остановки на метро, и я дома. Лучше уж и правда кота.

Пока я размышляла, Света торопливо оделась и выбежала из кабинета. А я осталась работать.

Отчет удалось закончить только к десяти вечера. Я распечатала документы, разложила по нужным папкам, чтобы утром не возиться, и стала собираться домой. Но мои планы неожиданно изменились.

- Юлия Игоревна? – окликнул меня мужской голос, когда я почти наощупь возвращалась из туалета.

Я испуганно дернулась, не ожидав никого встретить в темном пустом коридоре, и обернулась.

- Не думал, что здесь еще есть кто-то, кроме меня, - хмыкнул Дмитрий Романович, подходя ближе.

- Нужно было закончить отчет, - смутилась я.

- Я так многого требую, что вам не хватает времени? – удивился мужчина.

- Нет, я просто… - замялась, не желаю подставлять подругу. – Так получилось, простите.

- Да? – хмыкнул мужчина, а потом неожиданно спросил: - А вы торопитесь?

- Ну… - растерянно протянула я.

Не то, чтобы у меня были срочные дела, но все же уже десять вечера и хочется домой. А такой вопрос со стороны начальства звучал крайне подозрительно. После него обычно следовало что-то вроде «ну раз вы не торопитесь, тогда вот вам еще два отчета, пять сводных таблиц и презентация».

- Составьте мне компанию, - видя мое замешательство, улыбнулся начальник. – Я тоже заработался сегодня и здорово проголодался. До дома ехать далеко, да и не ждет меня там никто, поэтому я заказал в офис пиццу.

- Я…

- Возражения не принимаются. Поужинайте со мной, а я вас потом домой отвезу.

- Ладно, - неожиданно для себя согласилась я.

- Вот и отлично, - Дмитрий Романович вытащил из кармана вибрирующий мобильник, - как раз привезли. Идите в мой кабинет, а я все принесу.

Он пошел к выходу, а я немного потопталась на месте и направилась в директорский кабинет.

Забавно. Сейчас, при свете одной только настольной лампы, он выглядел совсем по-другому. Как-то уютно, что ли. Мягкие тени укрывали дорогую, но безликую офисную мебель. На спинке кресла небрежно висел пиджак. В воздухе витал аромат хорошего парфюма, а не сигарет, как было при прошлом директоре. Да, правильно говорят, что не место красит человека, а человек место.

- В шкафчике есть запасная кружка, - раздался за спиной голос. – Буду очень благодарен, если поставите чайник.

- Конечно, - кивнула я.

Пока закипал чайник, мужчина пристроил пиццу на низкий журнальный столик. Я мысленно присвистнула. Огромная, явно больше килограмма, с целой кучей начинки. Неужели он собирался слопать ее в одиночку? Хороший аппетит. И при этом фигура что надо. Тонкая рубашка позволяла заметить плоский живот и рельефные мышцы. А какие у него пальцы. Длинные, сильные, и я почти уверена, что очень нежные.

- Юлия? – ворвался в мои нескромные мысли его голос.

Это надо же, как меня занесло. На собственного начальника засмотрелась.

- Что? – пискнула я, надеясь, что в темноте не видно моих покрасневших щек.

- Я говорю, вам чай или кофе? – хитро улыбнулся Дмитрий Романович.

- Чай, пожалуйста.

- Вы уж извините, что я завалил вас работой, - сказал начальник, разливая воду и приготовленные чашки. – Не хочется в следующий год хвосты тянуть. А наворотил ваш старый директор знатно.

- Я понимаю, - пожала плечами. – Даже странно, что вы вдруг решили купить такую проблемную фирму.

Сказала и сама испугалась. Вдруг разозлиться, что я лезу в его дела?

- А я люблю преодолевать трудности, - ответил Дмитрий Романович, не выказывая никакого недовольства. - Они закаляют характер.

- А я прекрасно обошлась бы и без них, - еле слышно прошептала я.

- Это естественно, вы же женщина, - ответил начальник.

Я смутилась. И как он это расслышал? Еще решит, что я жалуюсь. Кто меня вообще за язык тянет?

- Но вы не переживайте, - поспешно сказала я. – Мы уже почти разобрали все сметы. Пара дней - и последние отчеты будут готовы.

- Я вам верю, - хмыкнул мужчина. – Но знаете, мне сейчас совсем не хочется говорить о работе. До Нового года всего две недели. Готовитесь уже?

- Собираюсь начать, - ответила, прикидывая, что уже действительно пора достать с балкона немного помятую пластиковую елку и мешок игрушек. - Главное, чтобы снег весь не растаял. А то какой же Новый год без снега?

- А мы живем за городом и снега у нас всегда хватает. А во дворе растет ель, которую мы всей семьей наряжаем перед праздником.

- Здорово, - улыбнулась я.

Моя семья в этом году летит в Иркутск к маминому брату. А я остаюсь дома. Буду праздновать в гордом одиночестве.

- Хотите посмотреть? - внезапно спросил Горин. - Нашу елку?

Я ощутила, как потеплели щеки. Это он меня что, в гости зовет?

- Когда-нибудь, - пожала я плечами и неловко отшутилась: - Прелесть живого дерева в том, что оно никуда не убежит.

Мужчина только хмыкнул, но настаивать не стал. Да и вообще ничего провокационного больше не спрашивал. Мы доели пиццу, болтая о всякой ерунде, а потом Горин, как и обещал, отвез меня домой.

- До Нового года всего ничего, - тоскливо вздохнула Света, глядя на снегопад за окном. – А настроение ни к черту. Дети болеют. Свекровь грозится приехать на каникулы. Еще работа эта.

Я тоже вздохнула и перевела взгляд от компьютера на окно.. Погода этой зимой радовала снегом и морозами, и оно было покрыто затейливым морозным узором. А вот у нас в кабинете было как-то грустно. Да, нам срочно нужно как-то создать праздничную атмосферу. Работаться сразу станет веселее.

- А ведь у нас где-то украшения есть, - задумчиво пробормотала я. – Вспомнить бы, где они валяются с прошлого года.

- Я почти уверена, что они на шкафу.

Я обреченно посмотрела на шкаф. Туда уже не один год подряд складывалось все, что выбросить жалко, а девать некуда. Старые папки с документами и без, коробки разных размеров, о содержимом которых мы не имели ни малейшего понятия, справочники еще советских времен, что так любил наш бывший директор. И где-то там был погребен мешок праздничных украшений.

- Вон, я его вижу, - прищурилась Света. – Красненький такой мешок. Точно они.

- Уверена?

- Уверена. Это фирменный пакет из какого-то французского супермаркета. В нем Оля после Нового года приносила на пробу французские деликатесы. Перед тем, как игрушки складывать, я его еще отмывала в туалете от жутко вонючего сыра.

- Тогда ладно, - со вздохом поднялась я.

Шкаф был не сильно высокий, и к счастью, мне хватило роста, чтобы ухватиться за ручку пакета. Я дернула, но он не даже не шевельнулся.

- Зацепился, что ли? – поморщилась я и дернула посильнее.

Остальное произошло буквально за какие-то несколько секунд. Раздался шорох, и я заметила, как со шкафа стремительно съезжает огромная коробка. И съезжает прямо мне на голову. Где-то испуганно пискнула Светка, а я уже приготовилась попрощаться если не с жизнью, то со здоровьем точно, но вдруг чья-то рука перехватила коробку прямо надо мной и остановила падение.

- Юлия Игоревна, - пробормотал мне на ухо Горин, - что же вы так неаккуратно?

Он легко удерживал коробку, а второй рукой обнимал меня со спины, и так крепко, что я почувствовала биение чужого сердца.

- Все в порядке? – теплое дыхание коснулось виска.

- В п-порядке, - ответила я сбивчиво то ли от испуга, то ли от смущения.

От выпустил меня и пристроил коробку на край стола.

- Ой, Дмитрий Романович, - подбежала коллега. – Вы нашу Юлю прямо спасли.

Света попыталась поднять коробку и изумленно охнула, ей не удалось оторвать ее даже от стола. Кирпичи там что ли?

- Да она же тяжеленая. Килограмм десять, не меньше. А вы ее так лихо одной рукой поймали.

Я с изумление покосилась на мужчину. Он ведь так спокойно подхватил этого монстра, почти одними пальцами, и перенес на стол без видимых усилий. Такая силища вообще бывает?

- А что у вас в ней? – поинтересовался мужчина.

Кряхтя Светлана открыла коробку и перед нами оказались плотно уложенные куски толстой плитки, по виду мраморной или гранитной.

- Образцы… - протянула женщина. – Это нам летом облицовочную плитку предлагали. Вот и принесли показать всякого. А мы на шкаф спрятали и забыли.

- И зачем вам сейчас вдруг понадобилась эта плитка? – недоуменно приподнял бровь мужчина.

- А нам не плитка нужна, а пакет, - улыбнулась я. - Вон тот красный.

- Этот? – Дмитрий Романович без труда снял мешок, а потом еще пошарил на шкафу и стащил оттуда большую картонную папку.

- Она вам сделала наклон, - задумчиво повертел ее в руках начальник. – Вот ящик и съехал. Вы бы хоть на стул встали, Юлия Игоревна.

Я покосилась на свое кресло на колесиках и хихикнула:

- Это был бы акробатический номер, достойный цирка Дю Соллей

- Мы просто кабинет хотим украсить, - сказала Светлана. – Игрушка вот искали. Вы же не против?

- Нет, не против. Это здорово.

- Ой, - всплеснула руками женщина, - а хотите, Юля и ваш кабинет украсит?

- Буду рад, - обаятельно улыбнулся мне мужчина.

- Я к вам минут через десять зайду, хорошо? – ответила ему улыбкой, а сама за спиной показала подруге кулак.

- Тогда я вас жду, - ответил мужчина и вышел.

- Ну вот, - преувеличенно грозно посмотрела я на коллегу и потрясла пакетом, - теперь придется от сердца отрывать самые красивые игрушки.

- Знаешь, я бы для такого мужика тоже чего-нибудь оторвала.

- Это прозвучало как угроза, - рассмеялась я. – Боюсь, Дмитрий Романович бы не оценил.

В итоге, я выбрала из пакета небольшую настольную елочку, украшенную крошечными игрушками, и самую прилично выглядящую гирлянду из мишуры. Завернула все это бумагу, чтобы не светить перед офисными сплетницами, и отправилась к начальнику.

- Я не буду вас сильно отвлекать, - пробормотала, пристраивая елочку возле монитора Горина.

- Вы не отвлекаете, - улыбнулся тот. – Вы принесли мне праздник, Юлия.

- Это просто пара скромных украшений, - смутилась я и направилась к окну.

Директорский фикус в объятиях мишуры смотрелся очень даже мило. Думаю, этого вполне хватит. Все же Горин – хозяин строительной фирмы, а не заведующий детским садом. Обилие блесток, снежинок и шариков здесь было бы совсем не уместно.

Закончив с украшением, я на минуту задержалась у окна, за которым переливался праздничной иллюминацией соседний торговый центр. Несмотря на то, что был разгар рабочего дня, посетителей там хватало. Люди выносили набитые едой пакеты с логотипом супермаркета, коробки, елки, упакованные в целлофан. Дети тянули родителей к деревянным горкам, установленным перед торговым центром. Куда-то стремительно помчался мужчина в шубе Деда Мороза.

- Праздник к нам приходит, - пробормотала я еле слышно.

- Чего вы ждете от нового года? - так же тихо спросил мужчина, незаметно подошедший совсем близко.

- Не знаю, - я грустно улыбнулась, не отводя взгляд от улицы. - Глупо говорить, что я жду чуда, да? Но иногда так хочется, чтобы в жизни появилось немного сказки.

- Иногда сказка бывает гораздо ближе, чем ты думаешь, - теплое дыхание пощекотало мой висок.

Подняла глаза и поймала взгляд Горина в отражении стекла. То ли отблески огней с улицы, то ли особенности офисного освещения вдруг окрасили его радужки странными желтыми оттенками. А я вдруг поняла, что мы стоим непозволительно близко друг к другу. Да и говорила я ему сейчас непозволительно личные вещи.

- Простите, - пролепетала я, отшатнувшись. - Наверное, мне пора работать.

- Наверное, - вздохнул Дмитрий Романович.

Извинившись еще раз, я пулей вылетела из кабинета, а спину мне жег серьезный пронзительный взгляд.

***

Я быстро шла через небольшой сквер от остановки к дому. Мороз пощипывал щеки, в сугробах возились дети, строя неуклюжую крепость, а под ногами бодро хрустел снежок, который не успели убрать коммунальщики. И я уже предвкушала, как приду домой, надену теплые носки, заварю огромную чашку чая с малиновым вареньем и укутаюсь в любимый плед. Но неожиданно дорогу мне заступила невысокая мужская фигура.

- Юля, - хрипло произнес знакомый голос.

- Гоша? Опять ты?

- Юль, мне очень нужны деньги, - сбивчиво забормотал он. – Я играю, выигрываю, потом опять проигрываю. Я снова должен им.

- Гошка, - простонала я, - ну что ты творишь?

- Я не могу по-другому, понимаешь? Не могу.

- Уезжай. Уезжай из Москвы. У тебя же родители под Омском, уезжай к ним. Там тебя не достанут.

- Я не для того в Москву приехал, - окрысился бывший, - чтобы потом в деревню возвращаться. Ты-то хорошо устроилась, коренная москвичка, с квартирой, с работой. Хозяйка жизни. А что остается таким как я?

- Дурак, - устало покачала я головой.

Ну какая хозяйка жизни? Разве мне все приносили на блюдечке с голубой каемочкой? Наша семья никогда не шиковала. Были и финансовые проблемы, и необходимость родителям работать на трех работах, и долгая болезнь бабушки, которую подкосила смерть деда. Сенька, мой двоюродный брат, ездит вахтами на север, чтобы накопить на первый взнос по ипотеке и жениться, я никак не насобираю на нормальный ремонт. А Гоша вбил себе нелепое заблуждение, будто в Москве все рождаются с золотой ложкой во рту.

А тот все больше и больше распалялся.

- Да если бы не твоя хата, я бы даже на тебя не посмотрел, - выпалил он яростно

- Не хочу больше слушать, - поморщилась я и развернулась, собираясь идти домой.

- Я еще не договорил, - прошипел мужчина и сильно дернул меня за рукав пальто.

- Пусти, - возмутилась я.

- Дай мне денег, дура, - зашипел Гоша и затряс меня, как игрушку.

- Сам дурак. Отпусти, а то закричу, - я извернулась и пнула его по колену.

- Ах ты, дрянь, - разъярился он и влепил мне пощечину.

Во рту стало солоно из-за крови от разбитой губы. Я всхлипнула от боли и обиды. Да на меня никто никогда не поднимал руку.

Гоша снова дернул меня к себе, но вдруг отлетел в сторону и неуклюже плюхнулся в сугроб. А меня заслонила высокая мужская фигура.

- Какого черта? – взвизгнул бывший.

- Я бы оторвал тебе руки, - раздался мужской голос, и я с ужасом узнала в своем защитнике собственного начальника, - да не охота пачкаться.

- Мы просто разговаривали.

- Ты ударил женщину, мразь, - Дмитрий Романович говорил тихо, но от его тона хотелось зарыться в сугроб и не отсвечивать.

Он удивительно легко, как пушинку, вытянул Гошу из снега и, держа одной рукой, сказал:

- Если я увижу тебя рядом с ней, горло вырву.

- Да кто ты такой вообще?

- Меньше знаешь, крепче спишь.

Из-за спины Горина не было видно, что тот сделал, но лицо Гоши вдруг сравнялся по цвету со снегом. Мужчина опустил бледного парня на землю и легонько толкнул в спину. Гоша кинулся бежать, даже не оглядываясь. Было только слышно, как затихает вдали его ругань.

А меня натурально трясло. От того, что эту сцену видел мой начальник, было безумно стыдно. И что он теперь обо мне будет думать?

Стараясь на смотреть на мужчину, собрала самого чистого снега, чтобы остановить кровь. И даже не заметила, как Горин подошел совсем близко.

- Не надо, - он мягко отвел мою руку в сторону и заставил выбросить снег. – Посмотри на меня.

Он приподнял мое лицо за подбородок. Внимательно осмотрел, осторожно стер слезинку со щеки.

Я прерывисто вздохнула и прикрыла глаза, безропотно позволяя ему делать это. Он помог мне, защитил, и надо бы поблагодарить и идти домой. Но как же мне было неловко.

Прикосновение чужих губ к своим стало полной неожиданностью.

- Что вы делаете? – тихо ахнула я.

- Целую, где болит.

Нежные, бережные касания сбивали с толку. Мне бы вырываться и убегать, но отодвинуться от мужчины было выше моих сил. Он обнял за талию, притягивая ближе. Теплые губы скользили по моим, стараясь не задевать ранку. А настойчивая ласка языка заставила совсем забыть о боли, заставила раскрыться, позволить углубить поцелуй, превратив его в глубокий и жадный.

Не обращая внимания ни на что, мы самозабвенно целовались. Я запустила руки мужчине под куртку, погладила по спине, наслаждаясь твердостью мышц. Наслаждаясь его ароматом, биением сильного сердца под свитером. Такой яркий, такой вкусный, такой идеальный. И как будто наплевать, что мы знакомы всего ничего, что он мой начальник, что у меня и так хватает проблем.

- Дима… - выдохнула я, когда мужчина отстранился, чтобы перевести дыхание, а потом судорожно вздохнула: - То есть, Дмитрий Романович, простите…

- Прекращай, - с мягкой улыбкой перебил меня тот, - даже не вздумай сейчас закрываться от меня. Я не позволю.

Я снова вздохнула и уткнулась лбом в широкую грудь.

- Просто это так странно.

- А жизнь вообще странная штука, - хмыкнул мне в макушку мужчина. – Но приятная. Так что давай не будем тратить ее на всякие глупости вроде «мы слишком разные», «я боюсь отношений», «нам нужно разобраться в себе».

- Вы привлекательны, я чертовски привлекателен, - пробормотала я известную фразу.

- Ты только не бойся меня, - тихо попросил он. – Я тебя не обижу.

- Не буду боятся, - прошептала я, чувствуя, как губы расплываются в улыбке.

Хоть я почти не знала этого мужчину, в нем было что-то, что заставляло отбросить сомнения и поверить. Какая-то внутренняя сила, надежность, уверенность. Не знаю, почему он обратил внимание именно на меня, но я буду полной дурой, если испугаюсь и отступлюсь.

- Проводишь меня домой?

- Провожу, - кивнул Дима.

Взяв меня за руку, мужчина спокойно довел до квартиры и ушел, подарив на прощание долгий поцелуй.

Пребывая в легком шоке, я разделась и направилась в ванную. А там совсем впала в ступор, когда увидела, что мои губы целые и невредимые. Ни следа от удара Гошки, ни синячка, ни царапины. Но я ясно чувствовала кровь и уверена в том, что рана была. А сейчас исчезла.

Так и не придя ни к какому конкретному выводу, я быстро умылась и приказала себе выбросить эти странности из головы.

А на следующий день Дима перехватил меня в коридоре.

- Пойдешь со мной сегодня в ресторан?

- Да я как-то не одета для ресторана, - растерялась, мельком оглядев свои джинсы и теплый свитер.

- Не переживай, - улыбнулся мужчина, - это небольшой уютный ресторанчик, где никто не обратит внимания на твой внешний вид.

- Тогда ладно, - ответила я.

- Вот и славно. Мне нужно будет после обеда в налоговую отъехать, а потом я вернусь и заберу тебя. Жди звонка.

На этом мы и разошлись. До самого вечера я сидела с глупой, но счастливой улыбкой, не особенно обращая внимание на работу. Благо, что все важное мы уже сделали, и можно было повитать в облаках.

Дима позвонил в шесть часов.

- Родная, - произнес он немного извиняющимся тоном, - ты можешь выйти к заправке за торговым центром? Его покупатели заставили машинами всю улицу, и это единственное место, где я смог остановиться.

- Да, конечно, - согласилась я. - Через пять минут буду.

Быстро оделась, пожелала хихикающей Свете хороших праздников и выбежала на улицу. Заправка была совсем рядом и нужно было только перейти дорогу. Я остановилась на переходе, ожидая зеленого сигнала и одновременно высматривая автомобиль Димы.

Прямо ко мне ехала большая черная машина. Я чуть отступила от тротуара, чтобы не забрызгало грязным месивом, в которое превратился снег. Но машина неожиданно остановилась ровненько передо мной, задняя дверь открылась, оттуда высунулся мужчина и за руку втащил меня в салон.

От неожиданности я даже не сопротивлялась. Просто неловко плюхнулась на заднее сиденье, чуть не угодив на колени к сидящему там же пассажиру. Сумка упала куда-то на пол, а шапка сползла на глаза. И пока я поправляла одежду и отплевывалась от собственных волос, дверь закрылась, а машина быстро поехала по дороге.

- Вы с ума сошли? – искренне возмутилась я. – Вы кто вообще такие?

- Жить хочешь? – мой похититель схватил меня за предплечье и больно сжал. – Тогда молча сиди и не рыпайся.

- Да чего вы хотите? – я попыталась вырвать руку, но не преуспела. – Отпустите меня немедленно.

- Дамочка, - лениво сказал водитель, даже не оборачиваясь к нам, - у вас два варианта. Или вы смирно сидите и делаете все, что мы говорим, или в бессознательном виде едете на полу этой чудесной машины. Какой вариант вы выберете?

- Пожалуй, первый, - прошептала я непослушными губами, замечая под курткой у своего похитителя пистолет.

До меня стало доходить, что это никакая не шутка и не ошибка, а самое настоящее преступление.

- Вот и чудно. Серый, завяжи дамочке глаза. И проверь сумку, там должен быть телефон.

Первый бандит развернул меня спиной и завязал глаза широким шарфом.

- Вы не переживайте, - продолжал водитель. – С вами просто желают побеседовать. И если итог беседы понравиться нашему боссу, мы вернем вас в целости и сохранности туда, откуда взяли.

Он включил радио, и под бодренький мотивчик мы понеслись по городу. А меня колотило от паники. Во что я вляпалась? Кто они такие? И самый главный вопрос – что ждет меня?

Иллюзий я не питала и не тешила себя надеждой, что там, куда меня привезут, вручат новогодний подарок и отпустят на все четыре стороны. Это были бандиты. И бандиты очень наглые, раз не побоялись хватать человека прямо на улице. Так что вполне возможно, что сейчас меня везут убивать.

Я пыталась сообразить, куда направляется машина, но после четвертого поворота бросила. Только поняла, когда мы выехали за город, по увеличившейся скорости и отсутствию светофоров.

Сейчас вся моя надежда на Диму. Он ведь ждет меня, а когда я не появлюсь, явно поймет, что что-то не так. Может быть кто-то видел похищение, может ему дадут знать. Только бы не подумал, что я просто прокатила его со свиданием.

Минут через двадцать мы въехали в какой-то поселок или город. Машина притормаживала, сворачивала на частых поворотах, снаружи слышался лай собак. И совсем скоро машина остановилась, а с моих глаз сдернула повязку.

- Приехали, дамочка, - оскалился бандит. – Вылезайте.

На негнущихся ногах я выбралась из машины и украдкой осмотрелась. Мы стояли в каком-то дворе, на расчищенном от снега участке. От улицы маленькую стоянку отделял глухой забор с металлическими воротами, а в глубине участка, метрах в пятидесяти, виднелся силуэт дома. Туда-то меня и повели.

В большой роскошно обставленной гостиной сидел мужчина. Грузный тип неопределенного возраста прихлебывал из стакана виски, судя по льду, и следил за моим приближением.

Бандиты усадили меня в кресло напротив и отошли.

- Ну что ж, Юлия Игоревна? - ухмыльнулся их главарь. - Пообщаемся?

- Какая у вас странная манера приглашать девушек в гости, - процедила я, изо всех сил стараясь не выдать собственного страха.

- Так было проще и эффективнее, - пожал плечами мужчина.

- Может быть представитесь?

- Это лишнее.

- Тогда зачем же вы меня позвали?

От ужаса хотелось язвить, хотелось ругаться и кричать, но я усилием воли сдерживалась, понимая, что бандиту это не понравится.

- Все дело в том, - оскалился этот гад, - что ваш жених должен мне денег.

Я чуть не застонала. И как сразу не догадалась, что все дело в Гоше и его долгах? Неужели его теперь будут шантажировать моей жизнью? Да он же струсит и не поведется.

- Денег у него нет, поэтому вы должны мне их возместить, - опроверг мои мысли мужчина.

- Возместить? - возмутилась я. - Я его за руку играть не тянула. Да и вообще, он никогда не был моим женихом.

- Мне все равно. Я просто хочу получить деньги.

- Но у меня таких денег тоже нет, - прищурилась.

- Зато у вас есть квартира. И если вы хотите вернуться в город живой и здоровой, то сейчас перепишите ее на меня.

Я подавилась собственным вдохом. Переписать квартиру? Он с ума сошел?

Внутри все взвыло от несправедливости и злости. Моя квартира достанется просто так каким-то бандитам? Из-за дурной головы бывшего парня, который так меня подставил?

Нет, конечно жизнь дороже каких-то квадратных метров. Но я очень сомневалась, что меня спокойно. Ведь даже подписанный договор можно оспорить в суде. Так что оставлять меня в живых им не с руки.

Что же делать? Как выкрутиться с наименьшими потерями для себя?

А главный бандит тем временем уже подсовывал мне документы.

- А у меня с собой паспорта нет, - выпалила я еще до того, как успела осознать эту спасительную мысль.

- Паспорта? - немного растерялся мужчина.

- Да, - ответила, стараясь не показывать охватившей меня радости. - И паспортных данных я не помню.

- И где же ваш паспорт?

- Дома.

- Кто может взять его и продиктовать данные по телефону? - нахмурился бандит.

- Никто, - огорченно вздохнула я. - Единственный ключ от квартиры сейчас у меня с собой.

И ведь не соврала ни словом. После того, как я стала пользоваться верхним замком, дубликат этого ключа все руки не доходили сделать. И сейчас это давало мне крошечный шанс на спасение. Если меня повезут за паспортом, я уж как-нибудь постараюсь удрать.

- Серый, - негромко позвал главарь, и к нам подошел тот бандит, что сидел со мной.

- Сейчас возьмете у нее ключи, съездите на хату и заберете документ. А потом быстро обратно.

Как оказалось, мое участие в поездке не планировалось. Я сквозь зубы прошипела, где можно найти паспорт и проводила разъяренным взглядом уходящих бандитов. Ну ладно, хоть время выиграла. Пока они доедут туда, пока обратно - часа два пройдет. А меня возможно уже ищут. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.

Время тянулось как жвачка. Меня оставили в той же гостиной, и мы с главарем просто сидели, сверля друг друга взглядами.

По ощущениям, прошло больше часа, когда в комнату вошел еще один бандит, незнакомый, подошел к своему шефу и что-то зашептал ему на ухо. Тот нахмурился и бросил на меня мрачный взгляд.

- Сейчас пойдешь наверх и будешь сидеть там тихо как мышь, - он немного нервно дернул ворот рубашки.

- Зачем же? - раздался до боли знакомый голос.

От облегчения у меня подкосились ноги, и я плюхнулась обратно в кресло. Он все же нашел меня. Теперь все будет хорошо.

Мужчина вошел в и бросил на меня быстрый внимательный взгляд.

- Коровин, Коровин, - повернулся он к моему похитителю. - Опять за старое. Тебя же предупреждали, что еще одно нарушение, и последствия тебе очень не понравятся.

- Никаких нарушений, - сбледнул бандит со смешной фамилией Коровин. - Девица должна мне денег. Мы решим этот вопрос и мирно разойдемся.

- Моя женщина тебе ничего не должна, - произнес Дима очень тихо, но в его голосе слышалось самое настоящее рычание.

- Твоя женщина? - еще больше побледнел главарь.

Я краем глаза заметила, как в гостиную вошли еще двое мужчин, по виду - вылитые головорезы. И судя по тому, как неприязненно они смотрели на Диму, который совсем не обращал на них внимания, эти товарищи были не на нашей стороне.

Стало страшно. Неужели Дима приехал один? И оружия у него наверняка нет. А тут эти. Да нас же просто убьют обоих.

А Дима, казалось, вообще не понимал опасности. Насмешливо осмотрел окружающих его головорезов и хмыкнул:

- Всех своих шавок собрал здесь, Коровин?

И тот не выдержал. Подскочил, чуть не опрокинув кресло, и хрипло заорал:

- Убить его!

То, что произошло дальше, навечно отпечаталось у меня в голове. Я ожидала чего угодно: что бандиты бросятся на мужчину с кулаками, что достанут оружие и будут стрелять. Но не того, что они вдруг странно дернутся и упадут на колени.

Раздался треск, во все стороны полетели обрывки одежды, и на моего мужчину бросились три крупных серых волка.

- Твою мать, - выругался тот и бросив на меня тревожный взгляд, упал на бок, уворачиваясь от клыкастой пасти. А через секунду на его месте стоял огромный черный зверь.

Мое тело действовало в этот момент на каких-то инстинктах. Я чуть ли не сползла на пол, метнулась в угол за между диваном и стеной и придвинула кресло к себе, стараясь отгородиться от творящегося в гостиной кошмара.

Этого просто не может быть. Так не бывает, чтобы люди превращались в зверей. Мой Дима, мой сильный, заботливый Дима не может быть ужасным монстром, сейчас рвущим на части других таких же. Наверное, я просто сплю и мне сниться жуткий кошмар. Или выходила с работы, поскользнулась и ударилась головой. Все что угодно, лишь бы все это не было правдой.

Оглашающее гостиную рычание стихло так внезапно, что я против воли открыла глаза. И от увиденной картины мне стало нехорошо. Черный зверь стоял посреди погрызенных серых туш. Он повернул ко мне окровавленную морду, и это оказалось последней каплей. Я просто отъехала в самый обычный обморок.

***

Просыпаться было легко и приятно. Я лежала в постели, укутавшись одеялом. Мысли в голове шевелились очень вяло. Всплыл список покупок, которые я хотела сделать к празднику, рецепт какого-то экзотического салата, поход в ресторан… Поход в ресторан?

Воспоминание о вчерашнем ужасе подействовало лучше любого будильника. Я испуганно подскочила и осмотрелась, пытаясь сообразить, где нахожусь. И результат осмотра меня не порадовал. Это была большая, светлая, несомненно уютная, но совершенно незнакомая спальня.

Осторожно поднялась, мимоходом отметив, что кто-то переодел меня в пушистый махровый халат, и подкралась к окну. Судя по всему, оно выходило во двор какого-то загородного дома. Расчищенные дорожки, окруженные аккуратными сугробами, засыпанные снегом самые настоящие ели, большая основательная беседка. Метрах в ста виднелся лес, а сбоку, если присмотреться, можно было заметить далекие очертания соседнего коттеджа.

Тихо скрипнула дверь, я обернулась и вздрогнула.

С минуту мы с мужчиной просто смотрели друг на друга. Не знаю, какие признаки вчерашнего безумия я пыталась в нем найти. Не торчат ли клыки? Не лезет ли шерсть? Не мелькает ли в глазах тень кровожадной ярости?

Дмитрий Горин сделал шаг мне навстречу, и я испуганно отшатнулась, ударившись спиной о подоконник.

- Боишься? - тихо спросил он, останавливаясь. - Что ж, я заслужил.

И в его глазах отразилась такая боль, что мне стало стыдно. Так нельзя. Нельзя бежать и клеймить его убийцей, не поняв, с чем имею дело.

- Просто я теперь вообще не знаю, что думать и чего бояться, - промямлила я. - Это все так… так ненормально.

- Я понимаю, каково тебе сейчас, - тихо сказал мужчина и снова сделал шаг вперед. - Я все расскажу и объясню. Ты только меня не бойся. Я никогда не сделаю тебе ничего плохого, никогда не обижу.

Он очень медленно, боясь спугнуть, подошел и остановился в шаге от меня. Осторожно протянул руку, словно давая возможность сделать выбор.

Готова ли я принять его таким, какой он есть? Готова ли узнать тайну, которая может совсем не порадовать?

Я помедлила, а потом судорожно вздохнула, будто перед прыжком в ледяную воду, шагнула к нему и уткнулась лицом в широкую грудь.

Дима облегченно выдохнул и бережно прижал меня к себе.

- Я так боялся, что ты никогда не сможешь мне довериться, - пробормотал он мне в макушку.

- А чего ты хотел? - воскликнула я возмущенно и затрясла его за майку. - Ты огромный волк, Горин! Огромный, с хвостом и шерстью во всех местах. Который загрыз четверых таких же.

- Не загрыз, - качнул головой мужчина. - Просто потрепал. Они очухаются и пойдут под суд за похищение, вымогательство и попытку убийства.

Я еле заметно выдохнула. Все же меня очень порадовала то, что этот человек не стал убийцей.

- Так что же ты такой?

- Просто я оборотень.

- Да я уже поняла, что не светлый эльф, - попыталась я спрятать нервозность за сарказмом. - Но оборотней же не существует!

- Мы существуем, - усмехнулся оборотень. - Просто о нас не знают обычные люди. Так спокойнее и безопаснее для всех. Мне жаль, что правда открылась тебе именно так. Я хотел совсем иначе.

- С ума сойти, - покачала я головой. - И как мне теперь с этим жить?

- Долго и счастливо, - улыбнулся мужчина. - Я все для этого сделаю.

- Каким же образом настоящего оборотня занесло в скромную строительную фирму? - смущенно опустила голову, не отвечая на более чем толстый намек.

- Я пришел туда из-за тебя, - просто сказал он, а когда я недоверчиво прищурилась, уточнил: - Видишь ли, мы познакомились гораздо раньше, чем ты думаешь.

- Да, помню, - снова смущенно уткнулась ему в грудь. - Я чуть не попала тебе под машину.

- Нет, - над головой раздался смешок, - еще раньше, Юльчонок-зайчонок.

- Что? - ахнула я. - Меня так только бабушка в детстве называла.

- Тогда мы и познакомились. Когда маленькая бесстрашная девочка спасла умирающего оборотня.

- Что? - я отстранилась и недоверчиво посмотрела на мужчину. - Спасла? Но это же… Постой, ты… Ты Буран?

- Да, это был я.

Я лихорадочно вспоминала. Почти восемнадцать лет назад, большой черный пес, которого мы нашли раненым в лесу. Да, бабушка ведь сразу сказала, что он на волка похож. С ума сойти, получается, у нас в будке неделю жил… парень?

- Мне было шестнадцать, - улыбнулся тот в ответ на мой ошарашенный взгляд. - Я только вошел в оборот и однажды во время прогулки случайно забежал на чужую территорию. Местные набросились на меня стаей, порвали и бросили подыхать. И я бы не выжил, если бы не одна добрая и бесстрашная девочка. Я до сих пор помню, как ты читала мне сказки.

- И ты узнал меня через столько лет? - шокировано пролепетала я.

- Я искал вас тогда. Вернулся осенью, но в деревне никого уже не было. А следующим летом выяснилось, что этот дом не ваш.

- Ну да, - пояснила я, - мы просто две комнаты там снимали.

- Телефона вашего хозяева не знали, - продолжил мужчина, - адреса тоже. Так что ваш след затерялся. Но я запомнил твой запах у узнал его, когда встретил тогда, на дороге.

- Ты проследил за мной?

- Нет. Не смог догнать в метро. Но нашел офис, откуда ты вышла, а дальше уже дело техники. Скандал с вашим директором пришелся очень вовремя.

Да, Дмитрий Романович, а на мелочи вы не размениваетесь.

- А этот, вчерашний, он кто?

- Коровин? - переспросил мужчина.

- Коровин. Что за дурацкая фамилия для оборотня? - фыркнула я. - Нет бы Волков, Зубов или как-нибудь еще.

- Да, с фамилией ему не повезло. Но нарушает закон и устраивает подпольные казино он совсем не поэтому. Просто любитель легких денег, который ловит на крючок таких, как Георгий. Но он тебя больше не потревожит, не волнуйся.

- Спасибо, - пробормотала, обнимая оборотня крепче. - Ты спас меня вчера.

- Повезло, что твое похищение видели, - вздохнул тот. - Один глазастый пенсионер запомнил номер машины и был рад мне его сообщить.

- Спасибо, - сказала еще раз.

Некоторое врем мы просто стояли обнявшись.

- Что теперь будет?

- С кем? - не понял Дима. - С Коровиным?

- Нет, - мой голос стал еще тише, - со мной. И с нами.

Мужчина отстранился немного и серьезно посмотрел мне в глаза.

- Я не хочу с тобой расставаться, - сказал он. - И я прошу тебя, дай шанс страшному зубастому зверю доказать, что не такой уж он и страшный. Только не отталкивай меня.

- Я совсем не считаю, что ты страшный, - улыбнулась смущенно.

Да, пусть мой мужчина был совсем не человеком, это не делало его чудовищем. Сильный, чуткий, заботливый… Как от такого можно отказаться?

- Спасибо, - прошептал он и припал к моим губам.

***

Новый год уже несколько часов как вступил в свои права. Но мужчина и женщина, лежащие на большой мягкой шкуре перед камином, не следили за временем. Они просто наслаждались друг другом.

Дмитрий Горин провел кончиками пальцев по обнаженной коже своей женщины, наблюдая, как играют на ней отсветы пламени. А потом склонился к ней, чтобы коснуться губами нежной шеи.

- Может быть это прозвучит очень банально, - пробормотал он, - но ты ведь знаешь, что как новый год встретишь, так его и проведешь?

- Знаю, - мурлыкнула женщина, притягивая его голову ближе к себе.

- Ты проведешь этот год со мной? - мужчина внимательно посмотрел ей в глаза. - И этот, и все последующие.

Женщина вздохнула, но потом ответила с улыбкой:

- Проведу. С тобой я согласна вообще на что угодно.

КОНЕЦ)