Мой любимый Клон

Глава 40

Эпилог

Нас с Лукасом не разделили, но договорить не дали. Забравшись во флайкар, мы уселись рядом, притиснутые другими военными, потому что места несколько не хватило.

Летели молча. Я была в таком жутком напряжении, что не могла успокоиться.

Мадиан ещё во время последнего разговора убедил меня в том, что это тот самый Лукас, МОЙ! И что он действительно полноценный человек, но его потеря памяти меня страшно нервировала, как и все странности с его телом, которые всплыли в памяти.

Почему наши зоннёнские ученые обнаружили у него процессы стремительного старения, как и у обычных клонов? Да, эти процессы в конце концов были остановлены, но ведь их наличие в принципе говорило о том, что с телом Лукаса не всё в порядке.

С другой стороны, главное, что он жив! А остальное не столь важно…

Задание мы выполнили, обошлись малой кровью. Преступники схвачены, производство клонов остановлено. Отличная работа! Но почему мне так тревожно?

Покосилась на парня и наткнулась на его изучающий взгляд.

— Что? — шепнула я, хотя мой голос в напряжённой тишине прозвучал всё равно слишком громко.

— Ты красивая… — ответил Лукас и мягко улыбнулся, а я, словно юная девчонка, заполыхала смущением…

Г-м… может всё не так уж плохо?

* * *

Лукас

Всё закончилось.

Мадиан убедил меня в том, что он друг, всего лишь открывшись предо мной в своей ментальной проекции. Мне не нужно было никаких других доказательств, ведь в таком состоянии невозможно солгать.

И тогда мы стали действовать вместе.

Оказывается, он спланировал погибель преступной организации уже давно. Ему только нужно было разрешение Правителя. Случайно подслушанный разговор о том, что у Лукаса Тьерри появилась подозрительная подружка, смахивающая на инопланетянку, привела Мадиана к мысли, что он сможет на этом сыграть.

И зоннён не ошибся.

Как только меня похитили и притащили на базу, он взял меня под защиту, справедливо полагая, что за мной вылетит поисковая группа во главе с той самой подружкой…

Всё это рассказал мне он сам, но моя память не желала возвращаться.

Мадиан предположил, что меня слишком интенсивно облучили зоннёнским прибором во время похищения. Будь я его соотечественником, вряд ли подобное причинило бы существенный вред, но я являлся простым человеком, поэтому последствия оказались непредсказуемыми.

И вот теперь я летел во флайкаре в тот мир, которого не помнил, но рядом сидела до дрожи привлекательная девушка, от которой не хотелось отрывать взгляда.

Однако она была страшно напряжена и растеряна. Отсутствие у меня памяти её смутило, а вот происхождение обрадовало. Неужели она любила меня даже тогда, когда считала клоном? Как это вообще возможно?

Я любовался её профилем, тонкими чертами, изогнутыми ресницами… Было в ней что-то неземное, удивительное, трепетное и невероятно манящее.

Да, ведь она не человек!

Голова шла кругом от её близости, хотя я совершенно не помнил ни нашего знакомства, ни стадии имеющихся отношений…

Наконец, она взглянула на меня и замерла, заметив, что я на неё смотрю.

— Что? — прошептала испуганно, словно моё внимание её смутило.

— Ты красивая… — выплеснул я то, чем был наполнен сейчас…

И улыбнулся, мгновенно почувствовав всплеск её волнения.

Кажется, мои чувства взаимны, и это потрясающе!

* * *

На материке нас встретили овациями. На некоторое время Тину отвлекли сослуживцы, а я замер в стороне, разглядывая военный аэродром.

Пока всё незнакомое. Память упорно не желала возвращаться.

А вот инстинкты оказались на высоте: вдруг, совершенно неожиданно, я шестым чувством ощутил нависшую над нами опасность. Начал оглядываться вокруг, силясь понять, что происходит, и вдруг заметил, что навстречу Тине и солдатам, в окружении которых она находилась, стремительным шагом приближается мужчина неприятной наружности. И не важно, как он выглядел, ведь полыхал он откровенной ненавистью. Причём, я легко ощутил, что у него просто неадекватное состояние, словно он… ментальная марионетка.

Не знаю, откуда мне были известны подобные детали, но я сорвался с места в тот же миг. Ведь этот человек шел прямиком к моей Тине!

Девушка тоже вздрогнула, когда он оказался в нескольких шагах от неё. Однако не успела она приглядеться к нему, как вдруг этот незнакомец стремительно выхватил из кармана брюк какую-то поблескивающую штуку и направил на стоящих впереди людей.

Раздался ужасный скрежещущий звук, из-за которого взорвался мозг даже у меня. Я схватился за уши, сдерживая крик, и почувствовал, что падаю. В голове билась одна только мысль: меня зацепило лишь краем, но основная сила ментального удара (а это очевидно был он) пришлась как раз по Тине и её окружению.

Мысль о том, что эта удивительная девушка могла пострадать или даже погибнуть, привела меня в безумное состояние. Я начал усиленно сопротивляться влиянию и с трудом поднялся на ноги. Почувствовал, как по подбородку стекает что-то горячее: кажется, из носа хлынула кровь. Кое-как продрал глаза и… ринулся вперед. Не просто побежал, а рванул с такой силой, что меньше, чем через мгновение снес, преступника с места. Прибор выпал из его рук и покатился по каменному настилу, а я уверенным ударом кулака вырубил мужчину, сломав ему челюсть в двух местах. После этого с трудом поднялся на ноги и ударом каблука раздавил прибор, оказавшийся, очевидно, зоннёнским медальоном.

Правда, после этого удержать себя на ногах просто не смог: кажется, начался серьёзный откат от ментального удара…

* * *

Пришёл в себя от гомона голосов над головой.

— Когда он очнётся? — кажется, это Тина, и голос её подрагивает от волнения.

— Трудно сказать… — в ответ незнакомый бас. — Его состояние похоже на кому, но есть и странности…

— Какие странности? — от девушки отлетела такая горячая волна беспокойства, что я вздрогнул. Понял, что больше не должен молчать и медленно приоткрыл веки.

— Привет…

Наверное, более дурацкого слова в этой обстановке трудно было придумать.

— Лукас!!! — Тина наклонилась надо мной, радостно заглядывая в глаза. — Как ты? Где болит?

— Когда ты рядом, сразу же всё проходит… — вырвалось у меня вдруг, а незнакомый мужчина рядом хмыкнул.

— Романтик! Если уже способен флиртовать, значит, опасность миновала…

Оказалось, что я был в больнице. Когда вспомнил о произошедшем на аэродроме, заволновался.

— Сколько пострадавших? — спросил у Тины. — Как ты сама???

— Пять человек в коме… — на выдохе произнесла она. — Но, если бы ты не вмешался, было бы значительно больше. Остальные уже пришли в себя. А я нормально. Зоннёны подобные удары переносят гораздо проще…

— Кто это был, вы уже узнали?

— Да, — кивнула она. — Даниэль Рекордио — сотрудник полиции. Бывший сотрудник. Уже есть основания считать его одним из агентов разорённой нами преступной группировки….

— Он был под ментальным внушением… — прервал её я. — У него аура имела неестественный цвет…

Тина замерла, шокировано переваривая сказанное мной, после чего ошеломлённо выдохнула:

— Ах да, ты ведь видишь ауры! У нас на такое способны только члены королевской семьи и никто более! Ты удивительный, Лукас…

Я улыбнулся.

— Мне до тебя далеко…

Доктор уже давно покинул палату, убедившись, что я в порядке. Мы остались с Тиной одни.

Я посмотрел ей в глаза и замер, любуясь яркими всполохами внутри их бездонной синевы.

— Прости, я ничего не помню… о нас, — произнёс с легким смущением, — но хочу сказать, что… ты очень нравишься мне. Я до сих пор не могу поверить, что такая девушка, как ты, захотела быть с таким, как я…

— Прекрати… — строго шепнула Тина, прикасаясь к моим губам указательным пальцем. — Ты лучше всех! Я говорила тебе об этом раньше и буду повторять до тех пор, пока ты снова не проникнешься моими словами.

Улыбнулась. Озорно так, ласково. А потом рывком наклонилась и прикоснулась губами к моим губам. Призывно. Дразняще…

Мои брови взвились вверх, всё тело мгновенно напряглось, отзываясь на эту неожиданную ласку.

«Неужели… между нами уже что-то было?» — подумалось мне.

— Ты забыл такие важные вещи… — прошептала девушка, вдруг усаживаюсь мне на бедра. Замок на входной двери щелкнул, срабатывая без усилий человеческих рук, камеры под потолком потухли. Я распахнул глаза и перестал дышать. Горячая волна пробежалась по телу, заволакивая разум, а Тина снова наклонилась к моему лицу.

— Я просканировала тебя сейчас ментально, — зашептала она игриво, — и вижу, что ты действительно в полном порядке. Крепкий орешек, мой Лукас! Осталось только подправить память или… немножко воспоминания обновить!

Я судорожно выдохнул, понимая, что меня беззастенчиво соблазняют. Блин, несмотря на полное отсутствие памяти о нас, я от этого подарка ни за что не откажусь.

Подтянувшись выше, завладел губами девушки, позволив рукам жадно обвить её талию. Тина хмыкнула.

— Такой же горячий, как и всегда… — прошептала она, разрывая поцелуй. — Мой!!!

А дальше началось такое приключение, что я был несказанно рад отключенным камерам слежения. Не для чужих глаз зрелище, не для чужих…

* * *

Полгода спустя…

Мы с Лукасом сидели в кафе, попивая кофе. Я с удовольствием наслаждалась утренними тортиком: благо, зоннёнкам весьма трудно набрать лишний вес. Лукас смотрел на меня с улыбкой, только как он один умел.

— Одна ты умеешь так завораживающе завтракать… — промурлыкал парень, зная, что я завожусь от подобного тона голоса. Посмотрела на него лукаво.

— А ты так ненасытен, дорогой! — ответила игриво. — Мы же утром прекрасно провели время, а сейчас снова голодный блеск в глазах…

Лукас широко улыбнулся. Выглядел он отлично. В белоснежной рубашке с расстёгнутым воротом, в фирменных джинсах, с золотой серьгой в ухе и с копной своих длинных смоляных волос — он привлекал неизменное внимание женщин, которые завистливо пялились мне в спину, пытаясь определить, кто же завладел сердцем столь шикарного мужчины.

Я же забила на красоту и носила обыкновенные джинсы и простую футболку. Волосы, правда, доставали уже до пояса: за полгода они выросли больше чем в три раза (такова уж особенность моей расы). Лукасу это нравилось, поэтому я расстаралась ради него.

— Твой друг скоро придёт? — уточнила я, справляясь с последним кусочком торта.

— Скоро! Я уже чувствую его приближение… — ответил Лукас, поглядывая в окно. — А вот и он!

Я тоже обернулась и увидела спешащего мимо паренька в молодёжной, несколько широковатой куртке и с кепкой на блондинистой голове. Его волосы длиной до лопаток были завязаны в небрежный хвост.

Я удивлённо распахнула глаза, а когда парень юрко нырнул в наше кафе и остановился около нашего столика, то уставилась на него в откровенном шоке.

— Мадиан! — выдохнула я. — Тебя просто не узнать…

Парень улыбнулся и совсем уж неизящно плюхнулся на стул рядом с Лукасом.

От прежнего старожила зоннёнов в нём, казалось, ничего не осталось. Лицо, конечно, было таким же — юным, смазливым и улыбчивым, но иширский молодежный наряд и эта несуразная кепка совершили невероятное преображение. Ну подросток лет восемнадцати от силы! Худощавый, тонкокостный. Волосы Мадиан тоже обрезал, манеры, привитые тысячами лет жизни в зоннёнском обществе, выкинул с презрением прочь, и теперь предо мной был самый обычный пацан, коих на Ишире было пруд пруди. Разве что необычайно симпатичный…

— Я старался… — самодовольно проговорил зоннён, хватая из вазочки с конфетами шоколадный шарик и мигом забрасывая его в рот. — Кстати, у иширцев отличные сладости!

Лукас хохотнул и объяснил мне:

— Мадиан всерьез подумывает купить шоколадную фабрику: уж очень ему понравился этот продукт.

Я тоже рассмеялась. Видеть древнего соотечественника (а я знала, что он застал ещё нашу погибшую Диимору) в таком виде и в таком качестве было весьма забавно.

— Чем планируешь заниматься на Ишире? — спросила я, допивая свой кофе.

— Не знаю, — пожал плечами «паренёк». — Отдохну, что ли? Хочу просто в отпуск…

Я понимающе кивнула. Знаю, проходила. Это называется усталость от слишком долгой жизни.

Мы мило поболтали о том, о сём, после чего Мадиан засобирался. Посмотрел на нас с Лукасом и снисходительно, почти по-отечески произнёс:

— А вы научитесь не тратить время напрасно. Лукас после модификаций проживёт гораздо дольше обычного человека, но… никто из нас не вечен. Не рискуйте зря и цените каждое мгновение рядом…

И ушёл, оставив нас в лёгком недоумении…

Да, Лукас на самом деле больше не был обычным иширцем. Сперва к этому приложил руку сам Мадиан. Еще после их первой памятной встречи он стал обучать его зоннёнским техникам ментального развития и обнаружил, что перед ним весьма способный молодой человек. Мадиан, как учёный, умудрился изменить даже генетический код Лукаса в надежде подарить ему долгую жизнь, но потом парня похитили, чтобы создать его копии.

В плену с Лукасом не церемонились. Никто не собирался оставлять его в живых. Его пичкали всякой гадостью, а из-за случайной ошибки нерадивых работников его просто-напросто перепутали с клоном и отправили на ферму недалеко от столицы.

Память ему стёрли, но не смогли отнять разум, поэтому Лукас смог сбежать. Но он поверил в то, что является самым настоящим клоном, а потом ему встретилась я.

Недавно он прошёл полное обследование, и выяснилось, что организм парня претерпел серьёзные изменения. Если бы Мадиан не запустил в его теле мощные восстанавливающие процессы, эксперименты преступников его бы точно убили. Да, они подорвали его здоровье, из-за чего зоннёны и обнаружили в нём признаки усиленного старения, но я, как зоннёнка, невольно разбудила в нём тот потенциал, который вкладывал ещё Мадиан, и тело Лукаса справилось. Оно начало вытравлять из себя заразу и стало расти в силе. Умножились способности. Укрепилось ментальное поле. В каком-то смысле Лукас перестал быть человеком. В нём ярко проявилось наследие предтечей, которые, как всем известно, были нашими общими предками.

Поэтому теперь он мог жить со мной рядом… очень долго.

Это стало моим счастьем.

— Нам пора… — улыбнулась я, поднимаясь на ноги и оставляя на столе оплату за завтрак.

— Хочу тоже в отпуск… — ответил Лукас, смотря на меня несколько дразняще.

— О, я представляю, что ты со мной сделаешь, если тебе некоторое время не придётся ходит на работу! — притворно ужаснулась я.

Глаза Лукаса лукаво блеснули.

— Да никаких зоннёнских способностей не хватит на то, чтобы удовлетворить мой голод по тебе, малышка! — прошептал он, а мои щёки заалели.

Только этот мужчина мог смущать меня снова и снова. Больше ни одному этого не удавалось…

Подошёл ближе, нежно поцеловал в губы, и стройный выдох разочарования раздался позади.

Я недоуменно обернулась.

Оказывается, многочисленные посетительницы кафе давно наблюдали за моим любимым и облизывались на него. А своим поцелуем он доказал, что весьма несвободен.

Я фыркнула.

— Мой! — произнесла ревниво и поцеловала Лукаса в ответ. Пусть знают, что это сокровище не достанется больше никому…

* * *

Ниэллин возвратился на Мироан. Перед отлётом он ещё раз спросил у меня, не желаю ли я возобновить с ним отношения, но я, естественно, отказалась. Он не стал настаивать, был весьма вежлив, но я чувствовала его напряжённость.

— Да расслабься! — по-свойски похлопала его по плечу. — Родителям скажи, что я уже занята. Пусть поищут другую невесту, с которой тебе будет позволено вступить в наследство.

Но Ниэллин посмотрел на меня мрачно.

— Сейчас я тебя не из-за наследства позвал… — бросил он обиженно. — Неужели ты до сих пор так и не поняла?

После этих слов действительно поняла и удивилась. Но помочь ничем не могла. Надо же, влюбился в меня! Никогда бы не подумала, что этот парень сможет вычудить подобное…

Ещё несколько месяцев полиция подчищала по всему Иширу сообщников «клоноделов», как я обозвала тех придурков. Их оказалось очень много, некоторые были при должностях и деньгах.

Нас с Лукасом в это дело больше не впутывали. Я продолжила служить в полиции, Лукас возвратился к руководящей роли в своей компании.

Кстати, память к нему постепенно возвратилась, но только после того, как мы стали практиковать с ним взаимообмен энергиями. Это прокачало его способности ещё больше. Лукас даже смог выходить из тела, что повергло меня в шок. А ещё мы в эфирных телах попробовали целоваться. Сперва не выходило, но я, помня свои успехи во взаимодействии с физическим миром, решила, что надо не останавливаться на достигнутом.

Да, у нас получилось. Эфирные тела по нашему желанию начали становиться плотными, и тогда… поцелуй получился. Правда, он оказался несколько картонным, поэтому продолжить этот процесс решили в более привычной обстановке, то есть в физическом мире.

Там — другое дело!

К своим, то есть к зоннёнам, я не желала возвращаться, но в гости стал всё чаще наведываться Руэль. Рассказывал мне последние новости из Мироана, как будто намеренно вызывая тоску по прежнему дому.

Наконец, я возмутилась и сказала, что не хочу никого из родни видеть, но он печально улыбнулся и ответил:

— В тебе говорит обида. Бери Мириэля — кузена своего, бери Лукаса, и отправляйтесь к родне. Отца ты вряд ли увидишь, но остальные родственники давно спрашивают о тебе.

И я решилась…

Представить Лукаса родне оказалось особенным удовольствием. К моему удивлению, никто не стал плеваться ядом открыто, но, думаю, это Руэль постарался. Если уж он кого одобрил, то остальные постеснялись возмущаться.

Погостив пару месяцев, мы вернулись на Ишир. Я к нему привыкла, а Лукас без него не мог.

Неужели теперь мне есть ради кого просыпаться и для чего жить? Кажется, любовь — это действительно самый важный смысл в жизни каждого живого существа.

И не имеет значения, кто он: зоннён, иширец или даже обычный клон…

КОНЕЦ