Глава третья

Глин приобнял меня, утешая и поглаживая по волосам. Он ничего не говорил, просто стирал с моих щек слезы и ждал, когда успокоюсь.

– У нас есть особый источник, Ариадна. Достаточно испить из него воды, и боль исчезает. Печаль, что хранит твое сердце, утихнет.

Я покачала головой. Это моя боль, моя память, моя жизнь. И я учусь принимать ее со всеми радостями и бедами.

– Если что, если вдруг передумаешь, – просто скажи. Я не стану ни о чем спрашивать, лишь отведу к источнику забвения.

– Испив из него, русалки забывают прошлое? – спросила осторожно.

– Да. Это как начать жизнь с чистого листа.

– Я не хочу забывать.

Глин кивнул, принимая мое решение, отпустил.

– Очень красивая песня, – заговорил принц о другом.

– Песня о красоте мира. Ее любила Аранатариэль, – ответила я.

Тит, который бродил среди яблонь, вдыхая сладкий аромат, замер и направился к нам.

– Ты знаешь звезду?

– Видела в королевском саду ее статую.

– Аран водил? – не удивился Глин, и я кивнула, решив его не разубеждать.

– Какая она? – мечтательно спросил Тит.

– Безумно красивая, – ответила я и создала иллюзию.

Русалы глядели на нее долго, с каким-то необъяснимым трепетом.

– Спой нам еще, Ариадна. У тебя бесподобный голос.

Я не стала отказываться. На небе уже вспыхивали первые звезды, мир менялся, казался нереальным, а душа требовала тепла и света.

– Спасибо. – Глин взял меня за руку и осторожно поцеловал раскрытую ладонь, когда мелодия стихла.

Я проводила их до калитки и обнаружила там толпу русалов в два раза больше, чем раньше. Все были взволнованы. Некоторые вытирали мокрые от слез щеки, другие пребывали в легкой задумчивости.

И что опять за напасть?

– Ариадна! – Из толпы вынырнула миловидная русалка с искусно заплетенной косой. Глаза ее были ярко-голубые, горящие. – Меня зовут Глинда. Извини нас за любопытство. Так сложно поверить, что кто-то из русалов мог использовать эльфийскую магию. У этого народа такие красивые яблони!

– Да и дом вы убирать при помощи магии не привыкли, – хмыкнул Тит, посмеиваясь.

Глинда улыбнулась, снова обернулась ко мне.

– Спасибо тебе за песни. Они прекрасны! И мы не хотели обидеть тебя. Просто в Серебряном городе так давно не появлялось русалок!

– И ты достаточно сильно отличаешься от нас, – присоединилась к ней вторая русалочка с огненно-красными волосами, украшенными белоснежными цветами. – Я – Ария. Мы волновались за тебя, ты так долго не появлялась. А что касается принца… – Она смутилась и покосилась на Глина. – Он ищет свою половинку, и мы надеялись…

– Ария!

– Каждый из нас заслуживает счастья! – уверенно заявила она. – Не сердись, пожалуйста, Ариадна.

Вздохнула и кивнула. В чем-то, наверное, я их понимала.

– Позволишь нам с Глиндой завтра тебя навестить? – спросила Ария.

Согласилась, конечно, и вскоре распрощалась со всеми русалами. Глин явно не хотел уходить, но оставаться не стал. У русалов было меньше ограничений и строгих правил, больше свободы, но принц решил придерживаться приличий, принятых на земле.

На следующий день я отправилась плавать в сотворенном озере. Конечно, можно было покинуть Серебряный город, порезвиться, но ни я, ни лимфил, все это время крутившийся поблизости и принимавший облик то белки, то рыбки, то котенка, не хотели покидать это место. Нам нужно было время, чтобы привыкнуть и принять изменения.

Глинда и Ария, одетые в летние белые платья, сшитые по земной моде, пришли после обеда. Долго рассматривали дом и окружающий его сад, восхищенно делились впечатлениями.

– Как у тебя красиво, Ариадна! – сказала Глинда, подходя к озеру, из которого я только-только выбралась, но в человека превращаться не спешила.

– Можно нам тоже поплавать в озере? – смущенно спросила Ария.

Я удивилась, но не стала отказывать им в просьбе. Русалки оказались в воде мгновенно и счастливо рассмеялись.

– Как хорошо! Море морем, а это… – Глинда обвела широким жестом пространство вокруг. – Просто слов нет! Совсем другие ощущения.

У обеих русалочек были ярко-зеленые хвосты с прозрачными плавниками, и они немного отливали серебром. Необычный, на мой взгляд, оттенок. Чуть позже, когда мы выползли на берег, я сотворила лимонад и мороженое. Лакомство русалкам понравилось. Они долго расспрашивали, как его готовят и из чего. Пришлось пообещать баловать их десертом почаще.

– Ты не обставила дом? – спросила Ария, откидывая прядь красных волос со лба.

На солнце ее волосы приобретали темно-вишневый оттенок, и русалка казалась обычным человеком.

– Я восемнадцать лет прожила среди людей, мне сложно приспособиться к магии. Да и нестабильная она у меня даже сейчас, когда рядом источник.

– Хочешь поможем?

– Вроде Глин и Тит должны зайти…

– У принца вернулись родители, вряд ли успеет.

– А Тит?

– Он – советник и лучший друг Глина, наверняка тоже не сможет. Кстати, на днях жди приглашения во дворец, – сказала Глинда, улыбаясь. – Так что там с обстановкой? Позволишь помочь?

Выбора мне не оставили. Действовали мы просто. Заходили в комнату, я накладывала иллюзии, а русалки использовали магию желания и создавали требуемое. Я тоже попробовала, но даже обычная табуретка не захотела меняться после действия моих чар. Значит, дело не только в эльфийской магии, раз и моя также закрепляет колдовство. Впрочем, Ария намекнула, что это связано с ростом силы, и пока она не стабилизируется окончательно, возможны неожиданные результаты и последствия.

Не сказать, что я обрадовалась, но выхода пока не видела. Ужином занимались все вместе. Русалкам в новинку было готовить земную еду, но их энтузиазм с лихвой окупился. Пироги с мясом и сыром отправились запекаться, а мы принялись за салаты. Глин и Тит появились как раз, когда я вытаскивала из духовки выпечку. Русалы вдохнули аромат, сглотнули слюну, и мы с русалками захихикали.

Ужинать отправились к озеру, расстелили на берегу скатерть. Я расспрашивала новых знакомых об их семьях. Обе русалочки оказались замужем за русалами. У Арии имелась семилетняя дочь Гвен. Избежать расспросов о своей личной жизни я, как ни старалась, не смогла, но отвечала очень уклончиво и односложно. Едва расселись, предложила русалкам позвать мужей и девочку.

Отказываться они, конечно, не стали, очень обрадовались приглашению. Приатий, муж Арии, оказался черноволосым русалом с немного грубоватыми чертами лица, но достаточно веселым нравом. Аравий, супруг Глинды, не сводил с жены глаз, и я видела, как в них плескалась нежность. Больше всего непосредственности проявляла Гвен, которая вместо ужина отправилась исследовать озеро и обнаружила в нем лимфила.

Расспрашивать Глина о приезде родителей я пока не стала, решив отложить все дела на завтра. Вечер вскоре стал совсем уютным. Глин добыл из дворца вино Снежного королевства, а заснувшую к тому времени Гвен переместили домой.

– Обставила дом? – спросил Глин, когда русалки с мужьями отправились плавать в озере.

– Да. Хочешь посмотреть?

Я сделала глоток вина, чувствуя приятное послевкусие и невероятную легкость.

– Напиток весьма коварный, если что. Можно опьянеть и этого не почувствовать, – улыбнулся Глин.

– Уже знаю, – хмыкнула я.

Русалки в этот момент вышли из озера, услышали последнюю фразу и заинтересовались подробностями.

Я обреченно вздохнула и честно рассказала о последствиях дегустации вина, принесенного нечистью. В какой-то момент перешла на иллюзии, показала Арана с нечистью, танцующих возле костра, ярко-красное платье Даринель, серебряные неисчезающие яблони, мухоморы на деревьях, порхающие мотыльки.

Русалы лежали на траве и хохотали до слез, Тит от смеха даже начал икать.

– Никогда так не веселился, – заметил Глин.

– Это смотря сколько выпить, – улыбнулась я.

– И сколько нужно? – заинтересовался муж Арии.

– Много, – ответила я.


Утром я проснулась почему-то прямо на лужайке и несколько мгновений пыталась вспомнить, почему не ушла ночевать в дом. Вокруг порхали разноцветные бабочки, которых раньше в моем саду точно не было. Зажмурилась. Открыла глаза. Бабочки не исчезли. Медленно села и сдавленно охнула. Лужайка заросла кокосовыми и банановыми пальмами, под которыми спали мои гости, включая принца и его советника. И откуда этот тропический рай? Его же не было!

Подумала-подумала и потрясла Глина за плечо, пытаясь выяснить, что вчера произошло. Принц проснулся, протер глаза и удивленно уставился на пальмы. Как оказалось, Глин тоже ничего не помнил, но заметил, что ему было безумно хорошо. М-да, если он только это помнит…

Разбудили остальных, долго и дружно смотрели на пальмы, приходя в себя.

– Мы все уберем, – заявили мужья Арии и Глинды.

– Да ладно, оставьте, – сказала я. – Красиво же.

– Кто помнит, что здесь произошло? – спросил Тит, пытаясь привести в порядок встрепанные волосы.

– Не уверена, что ответ вам понравится, – вздохнула Глинда, создавая иллюзии.

Что тут скажешь? Танцы, которым я научила русалок, их мужья точно оценили. Мотыльков создал Глин, пальмы тоже, причем как он это сделал, морской принц не помнил. Сидел, удивленно таращился, краснел и молчал.

Еще был костер и шашлыки. Озеро, временно превращенное в каток. Мы, прямо на коньках поедающие мороженое. А еще я пела. Много и долго, позволяя русалам наслаждаться временем, проведенным в гостях. В общем, веселая выдалась ночка.

– Будем завтракать? – спросила я смущенную компанию.

– А чем? – поинтересовалась Глинда.

– Омлетом с грибами и колбасой.

– Магия или сами сделаем? – с улыбкой поинтересовалась Ария.

– Сами, – хором отозвались мужчины.

Кажется, я плохо на них влияю… Пока мы с Глиндой и Арией готовили завтрак, к нам пришла Гвен. Девчонка носилась наперегонки с лимфилом за бабочками, а мужчины плавали в озере, что-то бурно обсуждая. Слов до нас не доносилось, можно было различить лишь интонации.

После завтрака разговор зашел о Серебряном городе. Я расспрашивала русалов, понимая, что скоро отправлюсь все осматривать. Выяснила, что у них даже имеется огромная библиотека, а также множество ювелирных мастерских, где обрабатывают металлы особым способом, используя водную магию. Русалы не все делали при помощи магии, ценили ручную работу. Разговор плавно перетек на моих родителей. Я уже знала, что чаще всего русалы подбирают пару из своего народа, и таких полукровок, как я, в Серебряном городе было всего ничего. Да и их отцами были не маги, а обычные люди. Еще меня интересовал вопрос, почему чаще всего в русалочьей семье рождается лишь один ребенок.

– Это плата за гибель одной русалки, – грустно произнесла Ария. – Так решили боги. Мы не уберегли Аврору. И единственная наша надежда, что ее дочь выжила и однажды вернется в Серебряный город.

– Кто такая Аврора?

– Сестра моего отца, – ответил Глин, ласково поглаживая лимфила, который постоянно напрашивался на ласку и наслаждался всеобщим вниманием. – Она пропала несколько лет назад, а потом… Море разговорчиво, оно донесло, что Аврора умерла. Эту информацию подтвердила и морская ведьма.

– И вы уверены в этом?

– Ведьма не может лгать, может молчать или говорить правду. К тому же боги передали ей пророчество. Если вернется в Серебряный город племянница короля, многое изменится. Только там есть еще одно условие: девушка должна разбудить дитя небес.

Я удивленно приподняла брови.

– Никто не может точно истолковать пророчество, – вздохнул Глин.

– Говори уж прямо, ваше высочество. Никто не хочет, чтобы оно сбылось.

– Почему?

– Дочь Авроры даст русалам возможность вернуться на поверхность и спокойно там жить, изменит законы магов, восстанет против зла. На деле это означает, что будет война.

Я задумалась, покосилась на замерших, встревоженных русалов.

– Вы же понимаете, что не можете жить так вечно? Нельзя всю жизнь прятаться. И изменения все равно придут. Вопрос в том, будете ли вы готовы их принять.

Тит, сидевший неподалеку от Глина, тяжело вздохнул. Морской принц задумчиво посмотрел на меня, но промолчал. Может, тоже понимал, что я права?

– А как выглядела Аврора? – спросила я, пытаясь отвлечь их от грустных мыслей.

– Если бы мы помнили, – вздохнула Ария.

– Цена пророчества, нашей надежды на лучшее будущее – стертая память об Авроре у всех русалов. Морская ведьма не может колдовать, не взимая платы. И чем сильнее ее магия, тем выше цена.

– И как же вы узнаете ее дочь? – удивилась я.

– Мой отец – единственный, кто ее помнит, – ответил Глин.

Мы немного помолчали, а потом принц осторожно заметил:

– Он хочет с тобой познакомиться, Ариадна. Вечером у нас во дворце бал, приходи.

И по тому, как посмотрел на меня Тит, поняла, что отказаться не получится.

– Как я должна одеться? – спросила, прикидывая масштаб грядущих неприятностей.

Что ж мне так везет на правителей?! Как бы хотелось верить, что все пройдет тихо-мирно, но не мой это случай!

– Никаких правил на этот счет нет, – ответил морской принц. – Можешь даже просто остаться русалкой. Говорил же, мы свободны от многих правил.

Поболтав еще немного, Ария и Глинда с мужьями засобирались домой, пообещав по возможности заглядывать ко мне почаще. Тит и Глин отправились в дом, желая его осмотреть – мы же с русалками все обставили. Принц долго мялся, а затем заявил, что не против тут пожить. Я посмеялась, а потом посоветовала занять соседний пустующий домик.

Договорившись встретиться в шестом часу вечера, распрощались. Я немного поиграла с Лучиком, обернувшимся котенком, а почувствовав усталость, прилегла на минуточку. Проснулась, когда Глин, одетый в светло-голубую тунику, нарядно расшитую жемчугом, и белые брюки, потряс меня за плечо.

– Ты забыла про бал, – хмуро заметил он.

– Ой! Проспала…

Я испуганно посмотрела на Глина, не зная, что делать. Часы показывали начало седьмого.

– Подождете с четверть часа – соберусь, – пролепетала я.

Глин кивнул, молча покинул мою спальню. Я вздохнула, прикинула, что из одежды можно сотворить, и остановилась на том самом платье, которое надевала на свой единственный бал. Синий шелк, расшитый серебряными лилиями, струился по телу, делая фигуру женственной и мягкой. Волосы чуть приподняла, украсила заколкой, которую захватила с собой. Сотворила серебряные босоножки на высоком каблуке.

Загрузка...