Мэррилэнд: первая звезда

5-2

Но надолго ее достоинства не хватило, подол длинного пышного платья цеплялся за кусты и траву, она то и дело спотыкалась о корни деревьев, а туфельки быстро промокли. Когда девушка оступилась в очередной раз, разбойник не выдержал и подхватил ее на руки. К счастью, на плечо закидывать не стал.

Идти было довольно далеко, одна Астория непременно бы заблудилась.

Разбойник вынес ее на большую поляну, где стояли палатки, нет, все же шатры. Один из них выделялся размером. Туда ее и занесли.

Девушка огляделась. Ничего особенного: постель из звериных шкур, сундук, небольшой стол с бумагами на нем. Неожиданно — роскошное кресло с золочеными ножками, обитое лиловым бархатом.

— Что ж, принцесса, прошу в мое скромное жилище. Располагайся.

Можно было сесть на стул возле стола. Можно было — на сундук. Но Астория выбрала именно кресло и опустилась на него с самым невозмутимым видом. Разбойник хмыкнул и пробормотал:

— Ох уж эти Леграсы, вечно они строят из себя кого-то великого. Хотя чего ждать от детишек Роланда Дикого?

На всякий случай девушка промолчала, пытаясь в полутьме шатра рассмотреть своего пленителя. Все, что она успела заметить — это высокий рост, стройную, даже худощавую фигуру, черные волосы, затянутые в хвост, усы и очень темные глаза. Теперь она видела и ровный нос, и тонкие губы, и густые брови, и подбородок с ямочкой. Красив, породист, явно благороден — об этом говорила и манера речи, и привычка держать себя. Разбойник скинул тряпки, в которые был облачен, оставшись лишь в исподней рубахе и самых простых холщовых штанах, подвязанных шнурком, открыл сундук, достал оттуда тяжелый парчовый халат (или просто длинный кафтан?) с широкими рукавами, накинул на себя и поставил стул напротив Астории.

— Ну что, светлячок, расскажешь, куда ты ехала? Нет? Ну так я сам расскажу, я очень догадливый, ты не заметила?

Астория нервно сжала губы. Она его боялась, но не до потери сознания, к счастью.

— Дорога ведет в благословенную Барсу, ты на королевской карете и королевских кровей. Леграсы только что вернули себе корону… или не вернули, но планируют вернуть. И конечно, первым делом они вспомнили о своих исконных союзниках, князьях Барсельских, верно? Почему послали тебя? Знают о слабости князя Дэймона к таким вот хрупким барышням с невинными глазками. А что, князь все еще холост, довольно молод, официальной любовницы у него нет…

— Да откуда вы все это знаете? — испуганно спросила Астория.

— Светлячок, знание — сила. И деньги. А у меня работа такая — деньги у людей отбирать.

— Забираете у богатых и даете бедным? — с надеждой спросила девушка.

— Ага. Очень бедному и несчастному себе. Привык к роскошной жизни, понимаешь ли, с детства, но увы, всегда был паршивой овцой в семейном стаде.

— Вы разбойник и грабитель.

— А ты только сейчас догадалась?

Астория насупилась и скрестила руки на груди. Она совершенно не понимала, как себя вести с этим… Рене. Вроде ничего плохого он ей не сделал, даже не угрожал, разговаривал вполне учтиво. И, кажется, он не так уж и прост — во всяком случае, о семье Леграсов рассуждает так уверенно, словно знает их лично. Уж всяко лучше, чем она, Астория!

— Ладно, светлячок, не буду тебя томить. Тебе очень повезло. Завтра у князя Барсы день рождения, представляешь? Не могу его не поздравить… по-родственному. Хотел, как обычно, послать ему какую-нибудь безделушку, но теперь придумал кое-что получше. Убью двух уток одной стрелой: и Дэймона порадую, и тебе помогу.

Что-то в его тоне Астории не понравилось, и не зря. Рене снова нырнул в сундук, покопался в нем и кинул на пол что-то блестящее и прозрачное.

— Переодевайся.

— Даже и не собираюсь.

— Не умеешь без горничной? Позвать моих людей, чтобы помогли?

— Э-э-э, нет. Я как-нибудь справлюсь. Отвернитесь.

Тот закатил глаза и отвернулся.

Астория поглядела, что ей предложили из одежды: крошечные трусики с завязками из блестящей ткани, такой же вульгарный лифчик и розовое прозрачное платье. Самый что ни на есть развратный наряд. В таком даже стриптиз танцевать неловко — нет смысла ничего снимать, все на виду.

— А ничего поскромнее не найдется? — тоскливо спросила она.

— Нет. Но если не нравится — могу что-то забрать.

— Тогда расстегните мне платье, я сама не сумею.

Пальцы у разбойника оказались мягкими, нежными, но Асторию трясло от его прикосновений. Хотелось увернуться, съежиться, отскочить в сторону.

— Да все уже, не шарахайся. Я даже не смотрел. Столь трепетные особы не в моем вкусе, можешь даже не волноваться. И блондинки мне не нравились никогда.

Его слова и обижали, и успокаивали, но Астория решила не заморачиваться. Как будто у нее проблем больше не было кроме той, испытывает ли к ней этот ужасный человек вожделение или нет!

Лифчик был рассчитан на более роскошные объемы, но девушка подтянула завязки и решила — сойдет. А вот прямое платье без рукавов село неплохо, и если бы не его прозрачность, оно могло бы быть вполне удобным. Нигде не топорщилось и не жало.

— Ну, если Дэй не оценит подарок, я ужасно обижусь, — оглядел Асторию разбойник без малейшего интереса. — Браслет снимай.

— Это… семейная реликвия. Он не снимается.

— Ещё как снимается. Дай руку.

Он нажал куда-то, и фамильный артефакт Леграсов змейкой соскользнул в его ладонь. Откуда он знает про секрет застёжки?

— Что вы собираетесь с ним делать?

— Подарю своей возлюбленной. Она оценит. Так, есть будешь? Учти, потом не получится.

— Буду.

— Умница.

Он принес Астории миску с неплохой мясной похлебкой. Пока она ела, бросая на него злые взгляды — переоделся.

Шелковые черные шаровары, туфли с загнутыми носами и без задника, тюрбан на голову. Тяжелый густо расшитый золотой нитью халат сразу стал в тему. А когда Рене замотал лицо белым куском полупрозрачной ткани, он сразу стал похож на калифа или султана.

— Закончила? Встань и не дергайся.

Ловко и быстро он завернул Асторию в кусок такой же ткани, которой он скрыл своё лицо. Да, так было гораздо лучше. Во всяком случае, она не чувствовала себя раздетой.

— Все, выходим. Сможешь сама? Ах да, ты босиком.

Он снова подхватил ее на руки — на этот раз небрежно, как куль, и вынес из шатра. Понёс сквозь лес, недалеко, к реке. На воде покачивалось небольшое суденышко с косым парусом. Астория назвала бы его яхтой. Впрочем, в судах она совершенно не разбиралась. Ее занесли на палубу и поставили на ноги. Тёплое дерево палубы под босыми ступнями чуть заметно дрожало.

— Рене, когда тебя ждать? — спросил один из подельников этого странного человека, отвязывая канат.

— Завтра к ночи. Возможно, задержусь на пару дней. Если больше недели — сворачивайте лагерь и уходите.

— Мы тебя не бросим.

— Ну, если так… то ищите меня в подвалах Рассветной крепости.

Он взял шест, опустил за борт и с силой оттолкнулся от дна. Яхта скрипнула и поплыла.